# Женитьба Президента

Олег Александрович Андреев

О чем этот роман?? Это калейдоскоп бурных похождений будущего президента и молодой женщины, которые, вместе с другими переселенцами из России, летят на далёкую Планету, чтобы спастись от апокалипсиса.На протяжении всего полёта, экипаж космолёта погружается в фантастические и головокружительные события. Чем заканчивается погоня за жар-птицей? Как вернуть себе мир и радость? Как получить свободу от пороков, что тормозят успех? Что ждет человека за порогом земной жизни?.. В книге есть ответы на эти вопросы.

Глава 1

Инженер космического корабля находился в своей каюте.

Незнакомка льнула к нему, гладила, целовала. Она была в восторге от Павла. И Павел блаженствовал. Павел никогда не чувствовал себя таким счастливым как сейчас. И он уже любил и обожал эту незнакомку.

– Это – она!.. она! – восклицал Павел во сне.

И почему-то Павел понимал, что видит всего лишь только сон. И сон этот может в любую минуту прерваться. В какое-то мгновение он даже почувствовал, что некая сила выталкивает его из сна. Он даже попытался сопротивляться этой силе. И всё равно его выбросило из пасторальной идиллии этого нового и бесконечно красивого мира, в котором он оказался с незнакомкой. Выбросило в суровую реальность его каюты на космическом корабле… Через какое-то мгновение эта же сила милостиво втянула его обратно в необыкновенный мир запахов и ароматов, в мир, где жила эта волшебная женщина. И вновь он трепетал от счастья и любви…

Павел медленно просыпался, его разум плавно выходил из сладких грёз. Какое-то время он ещё чувствовал объятия девушки. Она только что была в его руках и вот так неожиданно покинула его, растворившись в небытие. И он совершенно четко осознавал, что эта женщина реальна, она не иллюзия и не фантазий его мозга.

Он лежал и лежал с закрытыми глазами, чтобы, как можно дольше не терять это ощущение пьяного томления, и, если получится, опять войти в сон, чтоб вновь увидеть и обнять эту поистине волшебную женщину: ту самую единственную и неповторимую, которую он искал всю жизнь. Будь он более сентиментальным, наверно, он расплакался бы от того, что всё виденное им происходило только во сне.

Голова всё еще кружилась, какие-то непонятные флюиды всё еще обволакивали и проницали тело Павла. Силой воли он заставил себя встать. И через какое-то время Павел мчался в пункт управления Хранилища, еще толком не зная, что будет делать там, как будет искать свою единственную и неповторимую среди сотен и даже тысяч других женщин. К тому же у него не было полной уверенности, что она действительно находится на космолёте среди переселенцев. Усилием воли он отбрасывал противные мысли о том, что будет делать, если не найдет её в архиве Хранилища. Павел не знал ни имени её, ни фамилии. Адрес биочипа также был неизвестен. А только возраст – тридцать лет…

Павел включил экран Хранилища, нашел в памяти биочипы, которые успел просмотреть раньше. Их оказалось несколько десятков. Он выключил их из списка дальнейших поисков. Но это была капля в море… И он стал тыкать почти наугад, введя только один параметр поиска: возраст – тридцать лет плюс-минус два года. Так продолжалось больше двух часов. И ему всё чудилось: вот-вот появится девица! Еще одна попытка и он увидит эту диву… Стрелка циферблата приближалась к обеду, а результат был нулевым. Не выключая экран, в глубоком раздумье Павел стал вышагивать по пункту управления Хранилища.

Я должен что-то придумать, обязательно придумать, – размышлял Павел. – Иначе всё пропало. Это будет конец нашей встрече.

За плечами Павла возник командир космолета. Немного мрачный и серьезный дядя лет пятидесяти. Бодрый, крепкий. И в тоже время несколько медлительный, значительный во фразах.

– Здравствуй, Павел, – медленно, с расстановкой произнес командир.

– Приветствую, товарищ командир! – чеканил Павел.

– Ищу Антона. Как сквозь стены испарился.

– Антон недавно ускакал к Сергею, – сказал Павел.

– Серьёзное ЧП! На космолете связь пропала! – возмущался командир. – А человек болтается по кораблю. Наверняка пошел чаи гонять.

– Да всё нормально, товарищ командир. Антон надеется, что именно Сергей поможет связь наладить.

– Сергей?.. А он с какого боку?! – возмутился командир космолёта. – Он вроде не связист у нас.

– Как говорит Антон, наш навигатор близок к Богу. С небес надеется истребовать ответ, – объяснял Павел.

– Как дети малые… – снисходительно усмехнулся командир. – Ну, пусть потешатся фантазией своей… Без связи, как без рук… Как настроение экипажа, Павел?

– Да, как всегда, товарищ командир. Бодрое и деловое. Надеюсь, что дотянем вахту до конца.

– Пока прошло два года, – отметил командир. – Осталось ещё три.

– Да, товарищ командир, осталось три года. А дальше Консерватор свернет нас в биочипы, и будем почивать среди других переселенцев.

– И только лет через пятьдесят посадка колонистов на Планету, – уточнил командир.

Павел объяснил:

– Все данные души и тела человека записан в биочип, который отправляется в Хранилище. А как приходит время – нажимаешь кнопки; процесс восстановления души пошел… Один, второй переселенец. И далее – по списку. Всего их – полтора миллиона.

– Полтора миллиона, – подтвердил командир. – Насколько помню, в биочипах сосредоточена вся информация о каждом переселенце.

– Так точно, – согласился Павел. – В биочипах сосредоточена вся информация о каждом переселенце.

– Скажи, как обстоят дела с Сергеем? – без всякого перехода командир переключился на текущие дела.

– Да всё нормально, – ответил Павел.

– Встречи, разговоры… Какие выводы ты получил?

– Следить за навигатором, чтобы не развернул корабль к Земле, – вспомнил Павел.

– Ну, и… Открылась тайна авантюры? – спросил командир.

– Мне кажется – он человек серьёзный, – ответил Павел.

Командир строго произнёс:

– Если Сергей вернёт корабль к Земле, то это катастрофа. Удар по всем переселенцам. А их в Хранилище – полтора миллиона человек.

– То будет тихий ужас! – воскликнул Павел.

– Полтора миллиона душ. Всё это наши родственники, друзья.

– Вместо того, чтобы следить за навигатором, ты тратишь время в поисках красивых дам, – упрекнул командир.

– Мне уже сорок лет. Пора остепениться, найти кроткую, разумную жену, – оправдывался Павел.

– А еще – хозяйственную домоседку, – хмыкнул командир. – А кстати, сколько лет твоей избраннице?

– Лет тридцать, – ответил Павел.

– Тебе – сорок, ей – тридцать. Разрыв на целых десять лет. Почти другое поколение. Другие интересы. Гармонии вам точно не найти.

– Там, где любовь, гармония сама приходит, – откликнулся Павел. – А что касается возраста… Вам пятьдесят лет и навигатору Сергею также пятьдесят. И тоже всё нормально.

– Вначале нужно связь восстановить на корабле, избавиться от газопылевого облака, с Сергеем разобраться. Тогда вам будет загс и брачные венцы, – заметил командир.

– Меня лихорадит от всех этих событий, – отреагировал Павел. – Этот, якобы, засланный казачок – наш навигатор Сергей, пылевое облако… Не было облака. И вдруг появилось. Отсутствие связи…

– Кстати, Павел – наставлял командир корабля, – Наш полёт состоялся только потому, что множеству проблемных обстоятельств, которые возникали при сооружении нашего космолёта, противостояли мужественные люди. Они победили и поэтому мы летим… И мы не позволим перечеркнуть упорство тысяч рабочих, инженеров, конструкторов, ученых…

– Согласен, товарищ командир – откликнулся Павел.

Командир задумчиво походил по пункту управления Хранилища, а потом продолжил:

– Кто-то из великих государственных деятелей России сказал, что любовь к своей Родине это одно из главных достоинств цивилизованного человека. Понятно, что эта любовь выражается в конкретных делах. В нашем случае, горой стоять за наш корабль, переселенцев. Продолжай наблюдение за навигатором. Регулярно докладывай обо всём. Детали, мелочи – всё важно для меня. Я очень рассчитываю на тебя.

– Я полностью на вашей стороне, – кивнул Павел.

– А как дела у вас с Антоном? Что с киборгами? Как старт ракетки против нашего врага? – сурово спросил командир.

– Какие киборги?! Какой тут старт, товарищ командир? Задача новая для нас. Пока начали изучать техническую литературу. И еще не факт, что у нас получится.

– Глаза боятся, а руки делают, – коротко ответил командир.

– В Хранилище есть опытные специалисты по запуску ракет, – уточнил Павел. – Предлагаю восстановить этих людей, и запуск ракетки будет решен в короткие сроки. А еще нужны опытные специалисты по киборгам.

– Подождём недели две, – сказал командир.

– Я бы не стал ждать, – возразил Павел.

– Нужные специалисты выпускаются из Хранилища только в крайнем случае, – сказал командир.

– Можем опоздать, товарищ командир, – воскликнул Павел. – К тому же требуется различная аппаратура, приспособления, ключи… Где всё это найти?

– Закусим удила и с шашками – «ура»? Ты это предлагаешь? – спросил командир. – А что касается ключей, приспособлений… На складе коменданта с Антоном поищи.

– Задачка сложная. Нужно вызывать специалистов из Хранилища, – упорствовал Павел.

– Пока вдвоем дерзайте! Должны мы победить, – с пафосом воскликнул командир и покинул помещение Хранилища.

К поручению командира нужно отнестись серьёзно, – размышлял Павел, всё еще находясь под впечатлением информации, полученной от командира. – Не будет же бывший разведчик совершенно беспочвенно, безо всяких оснований подозревать навигатора Сергея, всерьёз реагировать на потерю связи на корабле. А что касается киборгов и запуска ракетки…

Мало-помалу как-то совсем незаметно для себя, Павел вновь вернулся к мыслям о незнакомке. И эти мысли неожиданно привели его в новое русло. Внезапно у него возникло острое желание во что бы то ни стало увидеть незнакомку на экране Хранилища. И Павел сообразил, как можно это сделать. Для этого нужно найти в картотеке Хранилища таинственную незнакомку.

– Лишь бы только она была в Хранилище, – вдохновлял себя Павел.

В небольшой кладовой Хранилища Павел отыскал фоторобот, нарисовал на нём облик незнакомки, которую видел во сне. Ввел этот портрет в поисковик Хранилища. Добавил возраст незнакомки: тридцать лет плюс-минус два года. Также ввёл биометрические данные: рост и полноту… Через минут десять на экране высветились ровно пятьдесят женщин.

Из полсотни вариантов подходили только десять самых похожих, самых вероятных претенденток. Тут дело пошло еще быстрее. И вот перед его взволнованным взором была именно она: его единственная и неповторимая! Звали её как в волшебных русских сказках – Василиса.

– Это – она! она! – вскричал он точно также как совсем недавно во сне.

Он смотрел и смотрел на неё. И ему вдруг почудилось, что она поманила его пальчиком. Он машинально вскочил, почти кинулся к экрану и с трудом опомнился. На экране она была в далёкой- придалёкой земной жизни. Он же был у себя на космолете в привычной среде Хранилища. Чем дольше он смотрел на Василису, тем больше его влекло к ней, тем больше ему хотелось оказаться рядом с ней.

И Павла почему-то не смущал факт частого присутствия рядом с Василисой статного мужчины. Василиса нежно называла его: Мишаня, Миша, и уважительно официально – Михаил. Павел решил не придавать большого значения явной привязанности Василисы к Михаилу.

– Когда это было?.. Было, да сплыло, – рассуждал Павел. – Больше пятидесяти лет прошло. Всё, что угодно могло произойти за это время. А потом, кто сказал, что этот Михаил летит на корабле? Кто сказал, что этот Михаил покоится сейчас в биочипе? Вероятнее всего, все эти годы он спокойно жил-поживал на Земле. Женился. Обзавёлся семьёй, детишками, внуками. Состарился и отправился на вечный покой к своим предкам…

И еще Павел видел Василису на даче в окружении цветов, обычных кочанов капусты и красных помидор в открытом грунте и в теплице. Крепкий мужчина в годах, как выяснилось, отец Василисы обрабатывал землю механическим рыхлителем. Сама Василиса иногда брала в руки тяпку, что-то там подкапывала, полола.

Вдруг он услышал чей-то голос как бы ниоткуда:

– Тебя не возмущает только любоваться Василисой? Ну, что за наслаждение смотреть, как ходит, говорит, смеётся дива?! Огромный мазохизм!.. И это будет продолжаться, пока не завершится вахта экипажа. Затем уйдёшь в небытие на долгие десятки лет. А Василису встретишь только на Планете. Но с кем она окажется тогда?.. Сейчас сокровище само плывёт к тебе навстречу…

Павла совсем не смутило, что слышит голос ниоткуда. Он даже обрадовался этому голосу. Он был вполне согласен с анонимом, с этим звуковым наваждением. На какое-то время Павел представил себе, что будет происходить в недрах Восстановителя, если переслать в него биочип Василисы. В биопринтингах мгновенно запустятся необходимые процессы восстановления. Начнут образовываться частицы и структуры человеческого организма, чтобы соединяясь между собой, и наполняясь жизнью, в итоге приобрести облик соответствующего индивида.

И опять непонятно откуда-то приятный голос принялся соблазнять Павла:

– Взирать на Василису и больше – ничего?.. Столько нежности и обаяния! Волшебная, притягательная женщина. Раскинь мозги, Павел. В твоих руках ключ от решения проблемы. Страдать из-за нелепых правил и инструкций… Зачем терпеть и ждать, когда всё можно решить прямо сейчас!?..Ждать бесконечно долго Василису – это преступление…

Павел уже не мог противостоять наваждению, его разум как бы раздвоился. Возможно, этому состоянию Павла способствовали некие электромагнитные волны, парализующие волю человека. А, возможно, это было нечто иное. Ибо на корабле потом происходили ещё более необъяснимые события… С Павлом творилось что-то невероятное. Он уже совершенно не осознавал свои действия. В каком-то гипнотическом полусне он безошибочно принялся нажимать нужные кнопки пульта управления Хранилища, время от времени корректировал некоторые команды компьютерной «мышкой»…

…Кажется, произошло то, что и должно было произойти. Павел всё-таки отправил биочип Василисы в Восстановитель…

Прошло некоторое время и зелёный индикатор на дисплее стал завершать свой бег, подсказывая Павлу, что восстановление человека движется к финалу. Тихое мурлыканье зуммера принялось дублировать предупреждение о завершении восстановления. С минуты на минуту Василиса должна возникнуть в кабине Восстановителя молодой, красивой, тридцатилетней женщиной. В электронных биочипах суть человеческого организма остаётся точно такой же, как во время записи в Консерватор. Организм не подвергался старению, как это происходит в естественной жизни человека.

Павел бросился в Восстановитель, совершенно не представляя, как встретит Василису. Что будет говорить? Насколько совпадёт увиденное на экране с явью?.. Сердце трепетно билось и, казалось, вот-вот выскочит из груди…

Глава 2

– Скоро, очень скоро мы увидим рай земной.

Скоро, очень скоро мы обнимемся с планетой.

Небесные обители, земля обетованная

Мы радуемся встрече покорителей планет. —

Напевал нескладные стихи песни с такой же нескладной мелодией сухопарый человек лет шестидесяти пяти. Это комендант космолёта пытался сочинить гимн переселенцев. Впрочем, его нисколько не заботило: получится это у него или нет. Он не был песенником или композитором. Просто сейчас вот таким образом комендант развлекал себя в аскетической обстановке своего складского хозяйства… В его облике было что-то гоголевское: близко посаженные глаза, вытянутый нос. Словно он был далёким потомком знаменитого русского писателя.

Каждому герою этого повествования пришлось хлебнуть свою долю лиха. Но события, которые случились с этим оригиналом, сам бы он, как говорят в таких случаях, не пожелал бы и врагу. Ему довелось испить, если можно так выразиться, горькую чашу с избытком, хлебнуть лиха сполна.

А ведь в своей прежней земной жизни комендант как бы парил над проблемами и обстоятельствами. По крайней мере, так считал сам комендант. А раз считал, значит, так оно и было. И только к шестидесяти годам он сдал свои победоносные позиции. Сдал не по своей воле… В это космическое путешествие он и отправился для того, чтобы вновь взлететь. Взлететь над прошлым, взлететь над обстоятельствами. Взять из прошлого лучшее и похоронить всё неудачное и тёмное.

Он пересел к большому зеркалу, которое висело у него на складе. Пригладив рукой седеющую шевелюру, комендант стал корчить перед зеркалом разные гримасы, надувать щеки, делать зверское лицо, улыбаться и опять напевать нечто собственное:

– Фигаро не здесь, Фигаро в дозоре;

Фигаро ушел в разнос на карнавал.

Фигаро не там, Фигаро на море;

Фигаро, наверно, в стельку пьян…

– И этому Фигаро уже шестьдесят пять лет, – озвучивал свои мысли комендант. – И этот Фигаро на неуютном космолёте зачем-то мчит в таинственную Тьму-Таракань.

Как и остальные члены экипажа, он уже давно привык выражать свои мысли вслух.

– Товарищ комендант, разрешите сообщить о своем присутствии? – громко проговорил начальник связи Антон, войдя в помещение склада.

– Проходи, проходи, товарищ начальник связи Антон Антонович Антонов… – певуче произнёс хозяин помещения и, чуть кружа, пронёсся к аккуратному столику с ноутбуком и амбарным журналом. – Как жизнь течет в берлоге юного связиста?

– Да всё по- старому. Как у монаха в келье.

– Для поддержания духа, я гимн тут сочинил про нас переселенцев.

Хозяин кабинета с энтузиазмом повторил гимн собственного сочинения. А потом спросил:

– Как наша связь там поживает? Что космос шепчет по утрам?

– На космолёте связь пропала, – трагическим тоном сообщил Антон.

– Ну, если б связь с Землёй наладить, – заметил комендант.

– Мне киборги нужны, – вежливо ответил Антон.

– А киборги зачем младому человеку? – улыбаясь, спросил комендант.

– В курьеров превратить. – ответил инженер по связи.

– Да, Бог с ней с этой связью! Есть поважней дела.

– Каждый отвечает за свой участок, – возразил Антон.

Хозяин склада поинтересовался:

– А, кстати, друг, Антон: с чего вдруг ты подался к звёздам? Всё тот же апокалипсис погнал тебя с Земли?

– Апокалипсис тут ни при чём, – ответил Антон. – Меня всегда тянуло в космос. Другая жизнь. События высокого разряда.

– Ну да, – согласно кивнул хозяин склада, – когда-то предки наши мчали за запахом тайги в Сибирь.

– Другие тут масштабы, горизонты, – объяснял Антон.

– А для меня Земля – так просто рай! – с патетикой воскликнул комендант. – Клондайк возможностей, желаний. Калейдоскопы разных встреч. Там фейерверк страстей, побед.

– Для вашего возраста это уже не актуально.

Хозяин склада бурно возразил:

– Что значит, наш Антон не человек искусства… Банкеты, встречи, споры и знакомства. Эксперимент, экстрим… Вот где кипение настоящей жизни.

– Сейчас мы среди звёзд горячих. Другая тут среда, – отозвался начальник связи.

– А я вот с детства полюбил кривляться. Наверно от родителей пошло. Вся юность за кулисами прошла. Я был там за красивого котёнка. Как вырос, превратился в льва.

– Вообще-то я – по делу. Мне киборги нужны, – потребовал Антон.

– Антон, тебя я прежде анекдотом развлеку. Серьёзно к жизни относиться – слишком несерьёзно… Играть, порхать и веселиться – вот главный наш девиз. Тем более на скучном космолете… А анекдот у нас такой… У дамы легкого поведения спрашивают: у вас был роман с Александром Македонским?..

– А еще – с Ивановым и Петровым, – откликнулся Антон.

– А зря не хочешь слышать, – воскликнул комендант. – Смеюсь я до сих пор, как вспомню… Мне куража на космолёте не хватает. Не то, что на Земле. Тогда я был среди богемы и сам богемой был. Я звёзды зажигал на сцене… Да что там говорить?!Всё брошено. И всё пришлось оставить… Богемный человек железки сторожит. Их анекдот не оживит. Они не рассмеются от азарта, не схватятся за свой живот…

– Вас как волной качает. То вы – в мажоре наверху, а то минор вам в спину дышит, – сделал вывод Антон.

– Да, были времена шальные… Всё в шоколаде было.

– Жить в шоколаде хорошо, – согласился Антон.

– Сюда бы половинку счастья!.. – воскликнул бывший представитель богемы. – Всю жизнь быть с публикой. А тут я – в заточение… Все от него бежали! Меня же апокалипсис манил. Я – человек азарта! Люблю я грандиозность бурь, разгул стихий. По краю пропасти промчаться.

– Так вы б погибли там! Сгорели! – воскликнул Антон.

– Я из другого сада. Достойно встретить пламя ада, – бесстрашно упивался рифмой комендант. – Но курицу зарезать не смогу.

– Слова из пьесы явно, – сказал Антон.

– Признаюсь, плагиатом иногда грешу, – подтвердил бывший комедиант. – Цитатой классика люблю я речь украсить. По краю пропасти промчаться и вознестись вновь на Олимп.

– Лучи взбесившейся звезды подпортили подкорку мозга, – констатировал Антон.

– А я – особый! Это точно, – согласился комендант.

– Тогда зачем бежали вы с Земли? – спрашивал Антон.

– Так низменно, так прозаично, – откровенничал бывалый человек искусства. – Противно даже вспоминать… Но расскажу, Антон… Не просто диабет. А сахарный, паршивый диабет. Коварный диабетище… Казалось бы – обычные слова. Набор из разных букв: д, и, а…А вместе страшно и зловеще оказалось… Как приговор растянутый на годы… Сахара в моей крови было больше, чем в патоке с глюкозой вместе взятых.

– Сочувствую я вам, – с состраданием произнёс Антон.

– Я зажигал на сцене звезды. А сам же в это время гас. В начале – лёгкая усталость, избыток веса. Затем проблемы с головой. Теряешь память и внимание, – перечислял комендант.

– Теперь понятна ваша страсть к апокалипсическим картинам, – сказал Антон.

– И этот диабет, как приговор на жуткие страданья, – жаловался комендант. – Организм перестал вырабатывать инсулин и потому токсины и шлаки оставались в теле… А дальше падает мой слух. И я толстею. Как боров задевал я косяки дверей.

– А вы питались плоской пищей? – спросил Антон.

– А это что за дурь? – поинтересовался комендант.

– Блины и шоколад, листы капусты… – перечислял Антон. —А в результате тоже будешь плоским. Живот, как шарик, улетит.

– Дурная шутка… – сердито откликнулся комендант. – Еще я стал потеть. А быть на сцене мокрым… Одежда липла к телу. К тому ж от пота запашок стоял.

– Какие муки претерпеть пришлось, – сочувствовал Антон.

– Такое унижение развалиной быть, – продолжил печальную сагу любитель битв и сцен. – Идешь и думаешь: а если рухнешь наземь? Помогут? Подойдут?.. Или сочтут за пьянь? А, как известно, их брезгливо обходят стороной.

– Не сладко быть больным, – соболезновал Антон.

– От этого сбежишь хоть к черту на кулички, – согласился комендант.

– От вашего рассказа жуть берёт, – сострадал Антон.

Комендант благодарно кивнул и сказал:

– Я с ужасом взирал на тех, кто по несчастью был товарищ.

– Сплошной букет шипов, – соболезновал Антон. – Я кожей ощущаю вашу скорбь.

Комендант печально продолжал:

– Быть рыхлым, как квашня, как тесто в сковородке. А дальше – кризисы в карьере. Софиты погашают свет. Аплодисменты тихо вянут. Звонков по телефону нет. Отказы за отказом.

– Печально оказаться за бортом, – оценивал Антон страданья коменданта.

– И вот я слышу о полёте, – продолжил комендант. – О том, что Консерватор записывает в биочип только здоровые клетки организма. Это как редактировать текст черновика. Всё лишнее и брак летят в корзину. И остаётся только суть: красивая, без всякого сучка. А Консерватор точно так работал. Полезное всё в чип. А вредное он отсекал на мусор. Как раз идея для меня… Я кое-как прорвался. Завхозом согласился стать, чтобы зачислили в переселенцы. К тому же помогли мои заслуги в театральной сфере… Словом, жуткий сахарный диабет пригнал угасшего комедианта на этот мощный космолёт.

– История с красивым завершением, – согласился Антон.

– Быть мертвым и восстать из мёртвых! – патетически звучал голос бывшего жреца сцены.

– Мы все прошли довольно сложный путь. Восстановитель нас извлёк из тьмы забвенья, – соглашался Антон.

– В них нас и не было-то настоящих, – говорил комендант. – Фантомы, электроны, кварки застряли там в загадочных структурах биочипа… Теперь я чист от всяческой заразы, я ожил и расцвёл. Опять могуч, как Зевс!

– Я рад за вас, – поддержал Антон. – А знаете, порой приходят беды и похуже вашей. Вот моя мама, например. И гигиена и порядок в доме. Но пострадала от любимого кота.

– Неужто поцарапала зверушка?! – удивился хозяин склада.

– В какое-то время мама вдруг стала постоянно уставать, – делился Антон. – После работы лежала на диване колодой. Одолевали депрессия и апатия.

– Так это признаки того же диабета.

– А вот и – нет! А ещё её суставы перестали сгибаться. В спину будто вставили осиновый кол. И только после обращения к врачу-паразитологу выяснилось, что в тело мамы поселились черви лямблии. И вся эта ядовитая гадость появилась от любимого кота.

– Так вылечилась мама? – спросил комендант.

– Целая история, – ответил Антон.

– Вот тебе и дружба с животными! – воскликнул комендант.

– Навигатор Сергей сказал как-то, что, если будешь с Богом, то будешь крепче дуба, – сказал Антон.

– Я тоже иногда люблю приврать, – ухмыльнулся комендант.

– Не верите вы зря, – возразил Антон.

Комендант пренебрежительно отреагировал:

– Сергей такой смешной. И командир считает также.

– Сергей как-то читал псалом из Библии, – сказал Антон. – Суть двух стихов псалма такая: с небес взирает Господь и видит всех сынов человеческих. Бог вникает в наши дела. Господь не хочет, чтобы мы болели.

– Витать в фантазиях полезно, – скептически отреагировал комендант. – Особенно, когда ты молод. Кстати, наш командир тоже не одобряет богобоязненность навигатора.

– А еще Сергей высказал довольно интересную мысль, – невозмутимо продолжил Антон. – Есть апокалипсис глобальный, который поднимает Землю на дыбы. А есть апокалипсис индивидуальный, который повергает человека наземь. Индивидуальный апокалипсис, помноженный на мировое зло, влечёт апокалипсис глобальный. И это – возмездие за грехи всех обитателей планеты!

– Ты слушай больше чудака… – высокомерно возразил хозяин склада. – У космолёта – бешеная скорость. Любой апокалипсис не сможет нас догнать. К тому же в безбрежном космосе мы, как иголка в стоге сена. Попробуй – отыщи!.. И вообще, Антон, держись подальше от причуд навигатора. Будь моя воля, закатал бы этого Сергея в Хранилище. Надежно будет спрятан там Сергей.

Антон с нетерпением возвращался к текущим делам:

– Я к вам пришел по делу. Где киборги мои?

– Потом-потом!.. – отнекивался бывший жрец искусства. – С тобой театр организуем. Ты будешь первым в труппе… Сейчас проверим твои силы. А вдруг – ты гений сцены. Тогда тебе не увильнуть. Придётся сдаться Мельпомене!

– Ну, Мельпомена подождёт! Где киборги мои? – отбивался Антон.

– А кстати, дорогуша, вот в чём отличие русских актёров от зарубежных. – с улыбкой спрашивал бывший служитель сцены.

– Где киборги мои? – требовал Антон.

– Зачем нам торопиться?!.. – вопрошал профессионал сцены. – Представь себе: вот встретились друзья. Один – любитель бокса. Второй: ну, очень тонкая натура; ну, копия меня. Музеи, выставки, картины… И, разумеется, – театр. Попробуй их изобразить в коротком диалоге. И вот ещё нюанс. Один из них гордец. Любитель красоваться, себя возвысить над другим. Для этого готов унизить друга.

– Вы извините, комендант, – восстал Антон. – Театром мы займёмся позже… А мне придётся командиру доложить о вашем саботаже. Проголосую только – «да» за наказанье вам!

– Такие строгости, Антон… Ищу соратника себе… Ты не получишь киборгов своих, – категорично заявил комендант.

– Это почему?! – возмутился Антон.

– Какой пассаж?! Обиделись мы очень, – иронизировал комендант.

– Лучи из космоса настигли вас, – делал вывод Антон.

– Смотрю, капризный ты, Антон. Привык на блюдечке и – сразу. Родители наверняка – известные тузы. Дворцы и яхты, всё к твоим услугам. Когда всё есть, то тяжко человеку жить.

– Это почему? – спросил Антон.

– Так не к чему стремиться, – снисходительно объяснял комендант. – Всё с неба сыпется, чтоб юность развратить. Стал мусором, а в золото рядился… Вот и забросила тебя родня в корабль наш на поруки. Чтоб с глаз долой. Балбеса в человека превратить. Антон с жаром принялся развеивать превратное отношение хозяина склада к своей личности:

– Мои родители самые обычные люди, – сказал Антон. – Предприниматели средней руки. А я – почти отличник. И в школе, в институте. И службу на корабль добился без звонка друзей.

– Передо мной – сверхзвёздная звезда. Слова беру назад, тебя в – свои друзья! – весело объявил комендант.

– А киборги когда в придачу? – спросил Антон.

– Пусть поживут пока в тени, – откликнулся комендант. – На складе птички дроны есть, изящные малютки… Размером с коробок для спичек. Заменишь в них чип памяти. И вот тебе – порхающий посол… Ну, как идея, юный победитель? – снисходительно вопрошал комендант.

– Не ожидал от вас… Отличная идея! – обрадовался Антон.

– Ты думал, просто так я тут сижу, – пыжился комендант. – Номенклатура разного товара. Паспортные характеристики. Описание технических возможностей разных приборов и устройств… Я многое освоил тут.

– Вы – молодец, товарищ комендант, – похвалил Антон.

– Дроны напоминают мне далёкое детство, – принялся вспоминать комендант. – В детской сказке «Муха-цокотуха» есть такие строчки: «…Бабочки красавицы кушайте варенье. Или вам не нравится наше угощение?..» Так умилительно и так трогательно. Мне бы играть Артемона в сказке про Буратино. А я играл эту самую бабочку с крыльями, что стало началом моей артистической карьеры. После спектакля нам дали настоящее клубничное варенье. Это был мой первый гонорар. Никогда потом я не ел такого вкусного гонорара.

– Вот из таких мелочей состоит счастливое детство, – поддержал Антон.

– Наши дроны вместо клубничного варенья вкушают энергию мини аккумуляторов… -самозабвенно информировал хранитель склада. – Такая красота появится на корабле. Оттуда слышен нежный стрекот, сюда понёсся звук полей.

– А вы – романтик, товарищ комендант! – уважительно произнёс Антон.

– А ты как думал?! Артист всегда живёт во мне. Поэтому… Поэтому и киборгов с собою прихвати.

– То не давали, а теперь – возьми?! – опешил Антон.

– Для благородной цели, – с самодовольной миной ответил комендант. – Не нужно делать смелых гренадеров. Актёров лучше сотвори. Введи в программы суть артиста. Создай мне труппу из таких ребят. Ещё никто не делал это. Я первым буду… Ты поколдуй над ними хорошо. Сенсацией весь мир мы огорошим! А на афише мы напишем так: Антон Антонович Антонов создатель киборгов для сцен.

– Должно быть это интересно, – поддержал Антон.

– Такие перспективы перед нами!..Прорыв и революция в искусстве! – почти пел комендант, восторгаясь своей идеей.

– Интересный у вас характер, товарищ комендант, – отметил Антон. – Почти чичиковский, авантюрный, как бы списанный из «Мёртвых душ» Гоголя.

– Чичиков очень положительный герой, – с апломбом согласился комендант. – Человек всех времен и народов. Гениальный предтеча основателей финансовых пирамид, начиная с МММ, Властелины и прочих… Вот и во мне каким-то чудным образом присутствуют качества человека очень неординарного, самоуверенного, экспансивного, незашоренного общепринятыми стандартами. И потому верх у меня берёт сумбур, безалаберность, непредсказуемость. Жизнь на грани фола, на грани зла и добра… Что перевесит в данный момент… Поэтому, не обижайся и прости, дружок… Кстати, Антон, ты заметил, как только что самые банальные события мы виртуозно превратили в театральный шедевр?.. Думали получить один результат. А соорудили сразу три. Очаровательных дронов почтальонов, будущих киборгов артистов, развлекли себя мини-спектаклем с шутками-прибаутками. Отлично время провели. Как говорится, не профукали напрасно время. И даже подружились.

Комендант весело запел:

– Мы едем, едем, едем в далекие края,

Счастливые соседи, веселые друзья.

Тра-та-та, тра-та-та, мы везём с собой кота,

Чижика с собакой, кошку забияку.

Обезьяну с попугаем, вот кампания какая…

Глава 3

Из Восстановителя Павел привёл Василису в комнату отдыха, где была небольшая оранжерея с множеством живых цветов.

– Добро пожаловать на наш корабль! Присаживайся, Василиса, осваивайся. Меня зовут Павел. Мы находимся в космолёте. Я – инженер по обслуживанию Консерватора, Хранилища и Восстановителя, – сообщил Павел.

– Как будто вчера заснула. С трудом прихожу в себя, – сказала Василиса.

– Сейчас мы покинули Восстановитель и находимся в комнате отдыха нашего космолёта, – объяснял Павел. – Всего на нашем космолёте в биочипах находится полтора миллиона переселенцев. Биочипы, в свою очередь, спрятаны в Хранилище.

– В голове тяжесть, тёмные круги перед глазами, – жаловалась девушка.

– Это пройдёт… Первый период адаптации занимает минут тридцать, от силы – два часа.

– Это, наверно, как после наркоза, – почти лепетала девушка. – По крайней мере, теперь я смогу узнать, что ощущают мои пациенты после операции. И это не десятки минут, а несколько мучительных часов, а то и дней.

– Ты у нас – врач психолог, – уточнил Павел.

– А еще – начинающий врач нейрохирург, – подтвердила Василиса.

– Заглядывать в глубины мозга… Разве можно совмещать психологию и трепанацию черепа? – спросил Павел.

– Я уже многое достигла. Два направления увеличивают возможность лечить больных более эффективно.

– Это замечательно, – похвалил Павел.

– Вторая профессия нейрохирурга помогла мне победить в конкурсе на место среди переселенцев.

– Помню, – подтвердил Павел. – При отборе кандидатов на роль переселенцев предпочтение отдавалось людям, имеющим две-три профессии, чтобы на Планете не было дефицита квалифицированных кадров.

– Так вы сказали, что вас Павел звать? – спросила Василиса.

– Ну да. Меня зовут Павел.

– Откуда вы и кто? – интересовалась девушка.

– Так я же сообщал, что мы находимся на космолете. Я инженер по эксплуатации Консерватора, Хранилища и Восстановителя. А это – комната отдыха.

– Вспомнила. Вы это говорили… Перед полётом я проходила инструктаж. И я знаю, из чего состоит космолёт, и кто его обслуживает. Всего пять человек и все мужчины.

– Всё правильно, – поддержал Павел.

– Как замечательно! Туман из головы понемногу рассеивается. – Василиса оглядела себя. – Ну да, вот в этом платье я входила в Консерватор.

– Вы, Василиса, точный оригинал себя. И даже платье на вас – ваше, – подтвердил Павел.

– Насколько я понимаю, полёт наш закончен и скоро мы совершим посадку на Планету, – уточняла девушка.

– До завершения полёта очень далеко, – сказал Павел.

– Насколько далеко?!.. Неделя? Месяц? – удивилась Василиса.

– Лет пятьдесят лететь еще, – ответил Павел.

– Пятьдесят лет?!.. Тогда зачем меня восстановили?! – возмущённо вскочила Василиса с дивана и принялась нервно ходить по комнате отдыха. – Я не являюсь членом экипажа!

– Случайно получилась, – сказал Павел. – По регламенту мне нужно было опробовать автоматику Хранилища. Случился непредвиденный сбой и вот ты здесь, живее тех, что в биочипах.

– Ни че себе – сюрприз! Меня совсем не ждали!

– Всё будет хорошо, – успокаивал Павел.

– Сейчас же возврати в Хранилище меня!

– Нужен некоторый период адаптации. И только потом можно возвращаться в Хранилище, – сказал Павел.

– Чужой вокзал и я без чемодана. Ни гардероба, ни чулок! – возмущалась Василиса. – А женское бельё? Косметика и прочие наряды?

– Надеюсь, что-то есть на корабле, – ответил Павел.

– А крем и прочие предметы гигиены? – наступала девушка.

– Да вы и так прекрасны, Василиса.

– Так… значит – ничего не получу. Ни платья, ни расчёски…

Павел стал успокаивать новоявленную пассажирку.

– Нас пятеро мужчин на корабле, чтоб не было соблазнов. Чтоб встал, умылся, иногда побрился. Чтоб всё по минимуму шло… Во всем спартанский образ жизни.

– А мне это зачем?!.. Назад в Хранилище хочу.

– Не нужно торопиться. Немного отдохните, – утешал Павел.

– И что прикажете тут делать? – с раздражением вопрошала девушка.

– Событий и у нас хватает, – ответил Павел.

– У вас события?.. Какие, если не секрет? – пыхтела Василиса

– Вот, например, недавно космолёт накрыла вспышка гамма-излучения от ближайшей звезды. Произошел выброс вещества из мощного протуберанца.

– И что дальше? – равнодушно спросила Василиса.

– Как что?! Как что?! – безразличие женщины несколько смутило Павла. – Да с этого момента всё кувырком пошло у нас! Звёздный ветер буквально выжег магнитное поле вокруг космолёта. Как врач, ты должна понимать, что это означает. Жизнь всего живого на Земле была защищена сильным магнитным полем от мощных солнечных вспышек. Эти магнитные поля на снимках выглядели как огромные уши доброго чебурашки.

– Конечно, занимательно про уши чебурашки. Но может быть, поговорим про овощ и клубнику, – предложила девушка.

– А это зачем?! – удивился Павел.

– Первым делом на Планете я клумбы разведу, – сообщила девушка. – На Земле у нас с отцом было всего двадцать соток. А на Планете будет полное раздолье.

– Я уже представляю, как это будет бесподобно, – пытался восхититься Павел.

– Многие не знают элементарных правил. Порой неграмотные цветоводы берут для рассады почву со своего же участка.

– Да-да, Василиса! – вяло поддержал Павел. – Это же грубейшая ошибка брать почву со своего участка!

– Из-за этого неокрепшие ростки заражаются болезнями и вредителями, – продолжила Василиса.

– И в итоге растения гибнут! – через силу согласился Павел.

Павел уже сообразил, что девушка не полностью вышла из анабиоза. И потому её мысли витают то здесь на корабле, то в обстановке прошлой жизни.

– Почву нужно обеззараживать с помощью прогрева и обработки раствором марганцево-кислого калия, – продолжала девушка.

Далее Павел уже только согласно кивал. Флора и фауна всегда были вне сферы его интересов.

– Очень интересно! Я обязательно воспользуюсь вашими советами, – выдавил Павел из себя.

– Вот видите, как замечательно беседа наша протекла, – заметила Василиса. – Я дальше не намерена терпеть.

– Вам только кажется, что стало хорошо. Для полного восстановления организма требуется определённое время.

– Большой привет и до свиданья! Идёмте в Консерватор, – требовала новоиспечённая пассажирка.

– А что заставило тебя покинуть Землю? – совершил отвлекающий манёвр Павел. – Всё тот же апокалипсис зловещий?

– Случайно я узнала, что Михаил мой записался в колонисты на Планету. И я примчалась на корабль, чтоб встретить Михаила на Планете. Вот этот Михаил мой апокалипсис и есть…

– Так коротко и так печально. Почти, как у меня. Была одна невеста, а затем – другая. В итоге не сложился брак.

– Бывает в этой жизни и похуже, – подтвердила Василиса.

– Вся жизнь моя – сплошная чехарда. Случайные встречи, разлуки, горечь расставаний, – сокрушался Павел.

– Как грустно: Миша – мой апокалипсис. А ведь могло быть всё наоборот, – делилась девушка.

– С тобой мы, как сестра и брат в несчастье. Я тоже был не раз отвергнут, – сказал Павел.

– Бывают не такие совпадения, – согласилась девушка.

– Давай забудем всех их прежних, – предложил Павел. – Отбросим как ненужный хлам. Начнём всё с белого листа. Я предлагаю свою дружбу.

– Какой вы странный, Павел? Такая прыть!.. Как можно предлагать такое сразу? – протестующе воскликнула Василиса. – К тому же мне пора шагать в твой Консерватор.

– Тебя не любят, меня тоже не любят, – сказал Павел.

– Так официально предлагать дружить!? – возмущалась девушка.

– Два года вахты в космолёте. Что думаешь, то сразу говоришь, – примирительно говорил Павел.

– Уж слишком шустрый, Павел, вы, – усмехнулась девушка.

– Среди членов экипажа есть больной, – сообщил Павел.

– Больной?!.. Да пусть себе болеет! – равнодушно пожала плечами девушка.

– Ну, ты же – врач. Психолог и ещё – нейрохирург.

– Насколько помню, при записи человека в биочип, все болезни, все больные клетки организма отсекаются и не записываются, – сказала Василиса.

– Всё правильно. Болезни все бегут на свалку… – подтвердил Павел.

– Тогда откуда тут больной? – спросила Василиса. – К тому же я специалист узкого профиля.

– Зато – самого главного! – хвалил Павел. – Мне нужна твоя помощь как психолога. Такое ощущение, что в голове завелись тараканы.

– Попробуй дихлофос. Я видела, как тараканов травят дихлофосом. Эффект почти мгновенный.

– Я правду говорю, – убеждал инженер Хранилища.

– Не фантазируй, Павел! Ведь взрослый человек.

– Наш корабль попал в жесткое гамма-излучение от вспышки на звезде. И это излучение повредило что-то в моей голове, – пожаловался Павел.

– Снаружи?.. изнутри? – иронизировала Василиса.

– То была главная причина, отчего я не справился с управлением пульта, когда проводил профилактику рабочих систем Хранилища. Поэтому ты появилась на корабле.

– Сочиняешь, Павел. Точно сочиняешь. Меня не провести. Не забывай, что я психолог… Я в пику расскажу про Михаила.

– Зачем нам Михаил? – сердился Павел.

– А ты расскажешь о своей принцессе, – наседала девушка.

– Что толку вспоминать о прошлых неудачах?.. – возражал Павел.

– Михаил – интересный человек, – делилась Василиса. – И даже очень уникальный.

– Мы все разные. При всём желании, ни я, никто другой не сможет стать тем Михаилом, – сказал Павел.

– Михаил – будущий капитан экономики Планеты, – гнула свою линию Василиса. – Его лозунг: «Там, где я – мне хорошо. Там, где я – всем вокруг должно быть хорошо. Я успешен всегда и во всём. Вокруг меня все успешны всегда и во всём». И он упорно претворял свой лозунг в жизнь. К вершинам бытия стремился он подняться.

– Не быть червём дрожащим. Если уж трястись, то не над коркой хлеба, – не совсем удачно вставил свою лепту Павел.

– У Михаила два высших образования: биржевая и банковская экономика, а также география экзопланет, – увлечённо рассказывала поклонница Михаила. – По духу он: романтик, бизнесмен, путешественник. Основал несколько собственных компаний. А всё это значит, что он сможет успешно заниматься экономикой Планеты. А еще он человек доброй души и широкой натуры.

– Если ему было так хорошо на Земле, что дёрнуло его умчаться на Планету? – удивлялся Павел.

– Желание помочь переселенцам, – с восторгом отвечала Василиса.

– Михаил хочет реализовать амбициозный проект на далёкой Планете. Его присутствие – уже богатство для тебя. В его присутствии становишься гораздо лучшим.

– Похвальное качество хорошо служить людям, – одобрил Павел.

– Скажи, Павел, где находится список экипажей?

– Зачем это тебе? – удивился Павел.

– Мой Михаил должен быть в этом списке, – ответила девушка. – Я запишусь в его команду, и мы будем рядом.

– Командир заведует тем списком, – сообщил Павел.

– Достань тот список! – потребовала Василиса.

– Отвёрткой вскрыть сейф командира!? – возмутился Павел.

– Хоть вилкой, хоть отвёрткой. Ведь ты мужчина, – усмехнулась Василиса.

– Я так далёк от сейфов и замков, – отмахивался Павел.

– Коль с головой твоей проблемы, попробуем мы вылечить тебя. Но прежде ты покажешь на экране Мишу, – требовала Василиса.

– Твой Миша не в моём кармане. Хранится в биочипе далеко. Его нам не достать, – отбивался Павел.

– Меня же ты достал, – настаивала Василиса.

– За несанкционированный просмотр биочипов я уже получил строгий выговор от командира, – объяснял Павел.

– Второй получишь – не беда! За борт не выбросят за это!

Перепалка начала утомлять Павла. Инициатива была не в его руках. Если бы он точно планировал выпустить Василису из Хранилища, то заранее бы подготовился, придумал темы для беседы, которые могли бы привлечь женщину, заинтересовать.

– Итак, покажешь Мишу – начнём лечить тебя, – повторила Василиса. – А иначе – прощайте, симулянт несчастный.

– А собственно, чего я прицепился к ней?.. – размышлял Павел. – Я ей – одно, она в ответ – другое. Ей про Фому, она мне про Ерёму… Девица в Михаила влюблена… Зачем мешать?.. Ведь есть другие дамы. В Хранилище их пруд пруди.

– Алё, алё!.. Заснул наш финист ясный. Покажешь Мишу – вылечу тебя, – напомнила о себе Василиса.

– Не будем торопиться, – почти соглашался Павел.

– Я позже осмотрю тебя. А для начала нужно освоиться на корабле. Одежду подыскать, колготки, туфли.

А собственно, с чего бы вдруг в восторг пришла девица? – задавал себе вопрос Павел. – Чего я умник ждал? Чтоб сразу бросилась в объятья и с жаром обняла?.. И сладкие слова в мой адрес: – «Очаровал меня ты, Павел. Всю жизнь искала и ждала. И вот, о счастье, я нашла!»

В конце концов, нужно учесть то, что женщина много лет провела в биочипе. Это повлияло на её психику. А ещё – сильное гамма-излучение… По мере полного восстановления и адаптации, она вновь станет такой, какой была на экране Хранилища.

И нечего сдаваться… Ничто не вечно под Луной. Как поётся в известной оперетте, «сердце красавицы склонно к измене и перемене, как ветер мая». Сегодня сердце Василисы рвётся к Михаилу. А завтра упорхнет ко мне. Не отступать, а продолжать действовать. Василиса стоит того. Нужно обязательно найти ключ к её сердцу. Что же касается Михаила… Есть он, и – нет его. Человек не предложил Василисе вместе полететь к Планете, а это значит что?.. Она ему по барабану.

Глава 4

Павел и Антон находились в мастерской космолёта.

На специальном стенде мастерской Павел готовил к запуску два космических зонда. Один из них предполагалось запустить для разведки пространства перед космолётом. А другой, чтобы произвести аннигиляцию газопылевого облака и небольшие астероиды. Сегодня и завтра Павлу предстояло установить несколько гамма-кварковых стержней и закольцевать их с основными двигателями зондов. Как только комендант подберёт у себя на складе вакуумную камеру нужного типа, зонд разведчик и зонд для рассеивания газопылевого облака можно будет запускать в космос.

– Эти женские заскоки, – вполголоса говорил Павел, невольно перебирая в памяти подробности своего общения с Василисой. В его голове до сих пор звучали малоприятные панегирики в адрес Михаила. – Соперничать с человеком, который неизвестно где. Ну не абсурд ли?.. Или, напротив, происходит мобилизация внутренних ресурсов…

Павлу еще не доводилось иметь дело с женщиной, сердце которой было занято другим мужчиной. Он лихорадочно вспоминал истории литературных героев, которые находились в похожей ситуации. Что предпринимали они, чтобы достигнуть успеха?.. Чаще всего осада длилось долго, и порой, успешно. Значит, и ему придётся запастись терпением и упорством…

Что касается инженера Антона, то еще вчера он компоновал портативный блок из нескольких свето-позиционных структур. А уже сегодня припаивал последние пьезокристаллические планки в электронную начинку киборга. Работа по превращению киборга в воина десантника близилась к своему завершению. Антон настолько увлёкся новым для себя занятием, что почти не давал себе время для отдыха. Стимулирующий кровообращение халат помогал ему трудиться с полной отдачей.

Время от времени инженеры позволяли себе отвлечься от достаточно сложной, напряженной работы. Павел – от зонда. Антон – от электронной начинки киборга.

– Как встреча с Василисой? На высоте прошла? – поинтересовался Антон.

– Сумбурно в основном, – ответил Павел.

– Фанфары, марш победный прозвучал в груди? – уточнил Антон.

– Шампанское пока что рано пить, – отвечал Павел.

– А сколько лет той Василисе? – спросил Антон.

– Тридцать, – ответил Павел.

– Моя ровесница, – сказал Антон. – Наш командир и навигатор Сергей на двадцать лет постарше нас.

– Да, им по пятьдесят, – согласился Павел.

– И как она, единственная и неповторимая?.. Ты встретил то, что ожидал? – спросил Антон.

– Обманчивы порой часы знакомства.

– Кротка, любезна, справедлива? – уточнял Антон.

– Пока восторгов мало, – ответил Павел. – Но главное, что встреча состоялась.

– Чтобы не разочаровываться, прежде не нужно очаровываться, – подсказал Антон.

– О Михаиле грёзы Василисы, – сообщал Павел.

– Не позавидуешь тебе, – сочувствовал Антон.

– И не поймешь: помеха Михаил, или игрушка. Почти что супермен и телом, и в финансах.

– Орешек твёрдый зубы поломать, – согласился Антон.

Павел перевёл разговор на текущую ситуацию на корабле:– Антон, я знаю: любишь ты решать задачки высшего порядка.

– Я слушаю тебя, – откликнулся Антон.

– Как ты уже знаешь, есть версия о вражеской ракете. Она преследует наш корабль, чтобы догнать и уничтожить… Что стал бы делать ты в таком раскладе? – спросил Павел.

Антон подумал и сказал:

– Я не стратег, военных академий не кончал… Прежде всего нужно выяснить технические характеристики вражеской ракеты, её боевые возможности…

– А вот ещё, Антон, задача. Узнать: то правда про второй корабль? Или рабочая гипотеза?

– Павел, я – всего лишь офицер запаса по радиоэлектронной разведке. Вселенские масштабы не по моим зубам.

– Так вот включи свою разведку, – призвал Павел.

– Ну, если б про футбол меня спросил. А тут задачка для фантастов, – ответил Антон.

– Дался тебе футбол, – сказал Павел.

– А тут всё на виду, – живо откликнулся Антон. – Ворота слева, справа. Футбольный мяч, как центр всего. Куда как интересней всяких небылиц про козни гуманоидов коварных.

– Хоккей и шайба тоже впечатляют, – сказал Павел.

– А за какую футбольную команду ты болел? – спросил Антон.

– Я не фанат. Но матчи фаворитов иногда смотрел, – равнодушно произнёс Павел.

Антон увлечённо вспоминал:

– Азартный вид спорта. В России проходил чемпионат мира по футболу. Наши футболисты тогда не подкачали.

– Вся Россия тогда ликовала, – согласился Павел.

– Подъём патриотизма был невероятный! – докладывал Антон. – Это был грандиозный праздник нашей нации.

– Гоняться за мячом и видеть в этом радость?! – неожиданно подключился к разговору людей киборг, голосом очень похожим на голос Павла.

– А что в этом плохого? Спортсмены ждут наград, признания, – Антон не заметил, что отвечал киборгу.

– Не футбол, а хоккей – игра настоящих мужчин, – продолжил киборг. – И мой кумир хоккея – нападающий Александр Овечкин.

– У футболистов тоже много знаменитых звёзд, – ответил Антон.

– Потешил ты меня, Антон, – подключился к беседе Антона с киборгом Павел.

– Так не с тобою, Павел, я упорно спорил?! – удивлённо проговорил Антон. – Так оплошать… А киборг молодец!

– Идём, поплаваем и мышцы разомнём, не то совсем мозги свихнутся, – предложил Павел.

– Наверняка случился перегрев мозгов, – согласился Антон, и инженеры двинули в соседнее помещение.

Друзья сбросили на статуи пластмассовых девушек свои спецовки и почти одновременно нырнули в бассейн с бодрящим эликсиром. Искромётно бросая свои крупные, здоровые тела, они несколько раз пересекли небольшой бассейн. А потом удобно уселись на пластмассовый бортик, наблюдая, как совсем рядом в голубоватой воде плескалось отражение скульптурной группы девушек.

Рядом с бассейном их ждал комендант.

– Молодцы, мужики! Физическая форма – класс, накачанные мышцы, – похвалил комендант телосложение инженеров.

– Что подтверждает то, что человек творение Бога, а не потомок обезьяны, как утверждали дарвинисты, – заметил Антон.

– А вы, товарищ комендант, согласен с этим? – спросил Павел.

– Не футбол, а хоккей – игра настоящих киборгов. И мой кумир хоккея – нападающий Александр Овечкин, – вдруг опять включился киборг.

– А почему Овечкин? – поинтересовался Антон.

– На мировых чемпионатах он забил в ворота противника семьсот шайб, – ответил киборг.

– Результат феноменальный, – согласился Антон.

Мужчины переглянулись между собой, а потом воззрились на киборга, не зная, что ещё можно услышать от него.

– Только киборги совершенны… – ярко сверкнули глаза киборга.

– Он ощущает себя личностью, – заметил Антон.

– Если меня пропустить через четырехмерную камеру, цены мне не будет, – мелодичным мужским голосом уже не похожим на голос Павла произнёс киборг.

– Не будет, не будет, – передразнил Антон.

– Похоже, брак случился, – заметил Павел.

Антон высказал предположение:

– Наверняка, шутник монтажник запустил в программу киборга вирус с информацией о своем кумире хоккеисте.

– Так удали, Антон, этот вирус. Зачем нашему киборгу синдром. Овечкина? – подсказывал Павел.

– На роль воина десантника в любом случае подойдёт, – молвил Антон.

– Эврика!..Артист в нём точно совершился! – подключился молчавший до этого момента комендант. – Я забираю его! А для десанта подберёте других киборгов.

– Нужно согласие командира, – заметил Антон.

– Не забывайте, что я заместитель командира, второе лицо на космолёте. Поэтому мои приказы также подлежат исполнению, – властно произнёс комендант.

– Как будем величать вашего артиста-хоккеиста, товарищ заместитель командира, – спросил Антон.

– Зовите меня – Петя, – отозвался киборг.

– Петя, так – Петя, – радостно согласился комендант. – Еще мне парочку таких красавцев сотвори, Антон. – Эти куклы должны произвести неслыханный фурор на Планете.

– Я не кукла. Я – киборг Петя, – сообщил киборг Петя.

– На Буратино явно не похож, – согласился Антон.

– Феноменально! – восхищался комендант. – Просто фантастично! Я уже влюблён в Петю! Я беру, беру Петю, господа!

Антон отключил аккумуляторы киборга. Инженеры водрузили его на тележку, которую подхватил комендант.

– Дел по хозяйству выше крыши, – комендант прощально махнул рукой и исчез из мастерской вместе с киборгом Петей.

Павел возвратился к началу разговора.

– Нельзя легкомысленно отмахиваться от серьёзных вопросов!.. Необходимо выяснить, насколько максимальна реальность существования враждебной ракеты.

– Тут и думать нечего… Запускаем радио-фантомы, которые сымитируют копии нашего космолёта, – предлагал Антон. – И пусть бравые ребята противника, если он есть, до посинения долбят эти пустышки.

– Отличные цели! Как на полигоне, – согласился Павел.

Антон с апломбом продолжил свою речь:

– Далее включаем радио-рассеиватель, в котором наш корабль исчезнет, как туманность Андромеды. Добавляем киборгов ближнего боя. Отправляем в сторону противника боевую ракету, которая преподнесёт сюрпризы в виде цифровых эквивалентов ложных бомб. Среди такой защиты мы вообще забудем про агрессию противника, и будем спать спокойно детским сном.

– И как в кино, наблюдать, как наша техника будет крушить врага… – поддержал Павел. – Но, к сожалению, радиокопии космолёта отпадают.

– А это почему? – спросил Антон.

– То был бы лучший вариант. Но его можно применить одноразово, когда ты точно знаешь координаты противника.

– Нужно выпустить спецов из Хранилища и не морочить себе голову, – сказал Антон. – Они и с киборгами разберутся, и ракету быстро подготовят к атаке.

Павел сказал:

– Я предлагал это командиру. Но он пока что возражает.

– Жаль. Очень жаль, – восклицал Антон.

– Ты без дела, Антон. Я без дела. Глядишь, освоим новые профессии, – подбадривал Павел.

– Победа в любом случае будет за нами! – провозгласил Антон.

– Павел, я доверял тебе, надеялся на тебя. Я думал, что впредь всё обойдётся без абсурда… – гневно отчитывал Павла командир, неожиданно появившийся в мастерской. – А ты без графика, без разрешения выпустил человека из Хранилища… Понравилась женщина… Так жди посадки на Планету…

– Так подвести меня и всю команду. Придётся нам расстаться. Без всякого сожаления расстаться…

– Товарищ командир, сейчас я объясню, как всё случилось, – пробовал защищаться Павел.

– Я думал, навигатор – слабое звено… Я думал, навигатор нам помеха… Да-а, ветку сразу отруби, как только гниль явилась, – сурово говорил командир.

– Неумышленный поступок, – извинялся Павел. – То было наваждение. Я вдруг сомнамбулой стал. Всё было как в бреду.

– То присказка была, вываливай нам сказку, – сердился командир.

– Сказалось воздействие мощного гамма-излучения, – оправдывался Павел. – Затмение напало. Василиса как психолог, может подтвердить этот факт.

Командир принялся отчитывать виновного:

– На сумасшедшего совсем вы не похожи, Павел. Ни – до, ни – после этого поступка. К тому же, как известно, вход на космолёт был строго запрещен для всяких недоумков.

– До сих пор в голове треск и шум. А через мозг иногда будто бы электрические разряды скачут.

– У тебя очень ответственный участок работы, – говорил командир. – Хранилище, Восстановитель. Ты не сможешь теперь справляться со своими обязанностями.

– Нам лететь ещё три года. За это время всё пройдет, – упрашивал Павел.

– Ты проштрафился и очень серьёзно. Так что прощай! До встречи на Планете! – огласил командир.

– Ведь Василиса не мешает никому, – объяснял Павел. – Живёт себе как мышка в норке. Вот даже вы узнали о её присутствии случайно.

– Я с Василисой разберусь отдельно, – отмахивался командир. – И Павел мне тут не указ… Вот что значит быть слабохарактерным. Куда ветер подул, туда и понесло. Не успели мы выковать из тебя бойца.

– Не успели, – согласился Павел.

Командир сказал:

– Проблемы, ситуации и обстоятельства приходят в нашу жизнь только для того, чтобы противостоять им, изменить их в свою пользу… Ты хоть начал провозглашать истины, которые я предлагал тебе повторять каждый день?

– Что конкретно? – растерянно спросил Павел.

– Психологические упражнения, которые помогут успешно сопротивляться внешнему давлению, – подсказывал командир.

– Я понемногу начал, – сообщил Павел.

– А ну-ка, повтори те аксиомы! Насколько правильно усвоил наставления, – сказал командир.

– Я не пасую перед обстоятельствами, – принялся перечислять Павел. – Я не отступаю перед трудностями и препятствиями. Я – воин. Я – победитель…

– А еще! – потребовал командир.

– Я отвергаю всякое поражение в своей жизни. Я активен. Я активен. Я активен всегда и во всём, – перечислял Павел.

– Хорошо, Павел, – похвалил командир. – Продолжай делать упражнения самовнушения. И помни, как только человек перестаёт учиться и постигать новую информацию, то с этого момента он начинает погружаться в старческий маразм.

– Приму это к сведению, товарищ командир, – согласился Павел.

– В Хранилище нас ждёт специалист по управлению Консерватором и Восстановителем, – сказал командир. – Он числится в составе следующего экипажа. Так что готовь себе замену.

– А если я не подчинюсь вам, командир… – поинтересовался Павел. – Какое будет наказанье? Ведь, если нет кнута, то слово не имеет силы. Командир ответил: – Бунтарь живёт в режиме постной пищи две недели. А если вдруг не помогло, упрямца оставляем без обеда ещё на две недели. Наш комендант и проследит за этим.

– А, если не сработает диета? – спросил Павел

– Включается второе наказанье. Оно куда похуже. Согласно записям журнала, всего лишь двое дотянули до конца.

– Наверно есть и третья кара для упрямца? – спросил Павел.

– Нашелся тут один герой, – ответил командир.

– И что он натворил? – спросил Павел.

– Корабль хотел он развернуть обратно в сторону Земли, – сообщил командир.

– Откуда тот Иуда появился? – спросил Павел.

Командир скупо сообщил:

– Сей факт был зафиксирован в журнале корабля. Тот навигатор жаловался, что его тоска заела; что ностальгия мучит по родной Земле… Наверно, это тоже было. Хотя возможно, наши конкуренты заслали казачка. Тот агент-диверсант мог выполнять интересы консорциума с Земли, что также начал строить космолёт.

– И что за наказанье получил злодей? – спросил Павел.

– Предателя заслали в карцер за глухой решёткой. Там нары, киборги охраны, – ответил командир.

– Так, может быть, начнём с диеты? – просил Павел. – В Хранилище успею отдохнуть,.

– Вопрос решён, – ответил командир. – Незаменимых нет. Преемника готовьте. Нас ждут непростые времена. И люди нам понадобятся надежные, крепкие. А что можно ожидать от человека, который несерьёзно относится к своим должностным обязанностям? Вновь подведёт в ответственный момент!.. А твоему преемнику я поручу выпустить из Хранилища необходимых специалистов по киборгам, по запуску ракеты, по грамотному анализу меняющейся ситуации.

– Дозвольте попрощаться с членами команды, – попросил Павел.

– Поплакаться в жилетку помогает, – сердито молвил командир. – Да, не затягивай процесс… Разброд, разброд в команде… Вся дисциплина дыбом… Запомни, Павел… Выдающийся правитель России последнего времени как-то сказал: «Лучше быть повешенным за верность своему народу и стране, чем получить награду за предательство».

Глава 5

После долгих поисков, Павел обнаружил Василису в комнате отдыха.

– Привет, Василиса! – поздоровался Павел с девушкой.

– Привет, Павел, – не повернув голову в сторону Павла, бросила Василиса, продолжая смотреть какую-то передачу на телеэкране.

– Зашел вот попрощаться.

– Как это мило. И куда дорога? – спросила девушка.

– В Хранилище, в анамнез, – ответил инженер.

– Я рада за тебя, – равнодушно произнесла Василиса. – На корабле такая скука. Всего-то пару дней прошло. А будто вечность пролетела.

– Командир даже не выслушал меня. Он не поверил, что разум мой окутал мрак. Он даже мысль не допустил, что я случайно выпустил тебя. За это приказал восстановить преемника вместо себя, а мне отправиться в любимый Консерватор.

– Вот, если б Михаила вызволить из плена, тогда б я понимала смысл: зачем мне дальше быть на корабле. Мы окунулись бы в просторы новой жизни, – Василиса почти не слушала Павла.

– В каком-то полусне я принялся давать команды пульту управления, чтобы перевести твой биочип в Восстановитель.

– Выходит, Павел, за меня ты поплатился.

– Я нарушил инструкцию. И за это наказан.

– Ну, разве это наказанье?.. Ведь на Планету все мы прилетим.

– Хотелось доработать до конца, – ответил Павел.

– Когда намечена экзекуция? – поинтересовалась Василиса.

– Буквально через два часа начнётся.

– Процесс, наверно, интересный, – сказала Василиса.

– Что до меня – страшнее гильотины.

– Вначале сменщик твой появится на свет. Затем тебя отправят в биочип Хранилища, – уточняла Василиса.

– Всё так и будет, – печально сказал Павел.

– Трагедия на рубль, а слёз на миллион, – усмехнулась Василиса. – Сходи к навигатору Сергею.

– К Сергею?! А зачем?

– Я слышала: Сергей ваш близок к Богу. Пусть просит Бога за тебя.

– Как я забыл?!.. Сергей ведь может вознести молитву к Богу, чтоб заступился за меня.

– Теперь ты у меня в долгу. Я за подсказки премии беру.

– Де-принтер торт тебе сготовит вкусный, – сказал Павел.

– Сам ешь! А мне покажешь Михаила на экране.

– Вот если командир меня на корабле оставит, – неуверенно обещал Павел.

– А вдруг поступком этим сердце мне взорвёшь.

– Да полно, Василиса, сочинять.

– Увижу Мишу, и – остыну. Ведь всякое случается порой.

– Я рад бы, если б стало так, – воодушевился Павел.

– Ну, так дерзайте, Павел! Как рыцарь добивайтесь дамы… К Сергею обязательно сходи.

– Выручай, Сергей! – Павел в панике почти ворвался в навигационную рубку.

– Что случилось? – спросил Сергей

– Командир отправляет меня в Хранилище!

– В Хранилище авария случилась?.. Взорвался блок?

– Наказан командиром я за то, что Василису вызволил без спроса.

– Пусть барышня живёт на корабле. Всем места вроде бы хватает. Украсит наше общество она… – сказал навигатор.

– Хотел я возражать приказу командира. Ан, нет. Не подчинился ты приказу – бегом на эшафот! – обречённо сказал Павел.

– С этим у нас строго, – сообщил навигатор. – А как иначе? Смирять нахала нужно для острастки сразу! Не то зараза расцветёт. Для этого два киборга припасены на складе. Суровые детины. У них не забалуешь. Не купишь их ни лаской, ни рублём.

– Восстановил я девушку случайно. Вот командир наш рвёт и мечет.

– Не нарушай инструкции и будет всё в порядке.

– Сергей, придумай что-нибудь, чтобы не лезть в дурацкий биочип.

– Придумать?.. Что?! – спросил навигатор.

– Чтоб Бог вступился за меня, – воскликнул Павел.

– Попробовать, конечно, можно… – пожал плечами навигатор. – А, собственно, зачем?.. Через три года все мы возвратимся в биочипы. И также дружно все восстанем, когда произведём посадку на Планете.

– Всё дело в Василисе, – воскликнул Павел. – Влюбился я в неё. Хотелось бы не покидать её.

– Хорошее желанье, – согласился навигатор.

– Всю жизнь мне не везло, – пожаловался Павел. – Семейные отношения всегда заканчивались крахом.

– Видать, весомые причины были, – откликнулся Сергей.

– Вначале было всё прекрасно, а дальше – вниз, под косогор. Вот уже сорок лет. А я всё без семьи, – сокрушался Павел.

– Истории, как под копирку, – сказал навигатор. – Каждый требует, чтобы другой менялся. А сам, конечно, – идеал… Не пиши сценарий для супруга. Пиши для себя. Что будешь делать для блага домочадцев? Что сделать, чтоб жена была счастливой?

– А с Василисой появился шанс, – проговорил Павел.

– Ну, если брак от Бога, всё будет хорошо, – уверенно сказал навигатор.

– Так можно Бога попросить, чтобы вступился за меня и растопил Он сердце командира?

– Не гарантирую успех, – с сомнением ответил навигатор.

– Хотя б появится надежда, – сказал Павел.

– Надежда превращается в реальность, когда фундамент у надежды есть, – уточнил навигатор.

– Помню, бабушка моя рычала на дедушку, – поведал Павел. – Потом, сколько помню, родители жили, как кошка с собакой. Хотя в общепринятом понимании оба были уважаемыми людьми. Папа работал начальником отдела в проектно-исследовательском институте. Мама занимала должность бухгалтера в администрации города…

– Всё негативное, что повторяется и повторяется из одного поколения в другое, является проклятием, – отметил навигатор. – Для соседей люди стараются выглядеть благопристойно. А между собой… Если на семейную жизнь есть проклятие, то хоть десять раз женись. Успеха всё равно не будет.

– И что теперь? Конец надеждам?! – вопрошал Павел.

– У Бога не бывает тупиков, – ответил навигатор. – Бог убирает всякие барьеры… Если ты обратишься к Нему, то Его сила разрушит проклятие, которое нависло над твоей семейной жизнью.

– Неужели такое возможно? – Павел с надеждой глянул на Василису, которая минуты две назад, как появилась в навигаторской.

– Когда там, на Земле, мы молились за освобождение от проклятий, то семьи воссоединялись, мужчина и женщина становились настоящими мужем и женой. Они превращались в идеальные пары. Два влюблённых голубка, – вспоминал Сергей.

– Всё это сказки! – бросила реплику Василиса.

– Для кого-то – сказки. А для всех, кому помогло, реальность.

– У вас, Сергей, – наборы колдовского зелья?.. Цветы, лягушки, черепа? – иронически спрашивала Василиса.

– Я не колдун, не маг, не экстрасенс. Это они используют всякую чертовщину, – отвечал навигатор. – Читайте Новый завет. Там человек всегда и везде обращается только к Богу. А Богу не нужны наборы шарлатанских бус.

– Не знала, – живо отреагировала Василиса.

– Только Божья сила способна изгонять и разрушать всё сатанинское в человеке.

– Очень любопытно. Я не верю в это. Но продолжайте, товарищ навигатор, – сказала Василиса.

– В Своё первое пришествие на Землю, Иисус успешно изгонял из людей духов и бесов. И повелел делать это ученикам, которые уверовали в Него, – объяснял навигатор.

– От чего ещё может освободить Бог? – поинтересовался Павел.

– Об этом очень хорошо говорит псалом 90 и многие другие места Библии, – с готовностью объяснял Сергей. – Если ты будешь жить под кровом Всевышнего, то… А ты сам прочитай, что написано в 90 псалме… Там ясно перечисляются все прелести Божьей защиты, которые гарантирует Бог, от чего спасает Бог и что с тобою не случится, если ты живешь под кровом Всевышнего… С другими случится, а с тобой – нет. Если я живу под кровом Всевышнего, то я защищен от всякого апокалипсиса, от любого апокалипсиса, от всех апокалипсисов вместе взятых… Во многих местах Библии эта мысль проходит красной нитью. В Евангелии Сам Иисус Христос очень много и подробно говорил о том, как войти под кров Всевышнего, как жить под защитой Самого Бога.

– Что нужно сделать, чтобы войти под кров Всевышнего? – спросил Павел.

– Прежде всего примириться с Богом, – ответил навигатор. – Покаяться в своих грехах, отречься от неправедных поступков, Затем принять Иисуса Христа в сердце, как своего Господа и Спасителя.

– А как это сделать? – спросил Павел.

– Я подскажу слова молитвы. И, если ты согласен – повторяй.

– Говорите, Сергей. Я хочу быть со всемогущим Богом.

– Повторяй так, чтобы слова твои шли из самого сердца, – наставлял Сергей.

– Постараюсь, – ответил Павел.

– Дорогой Господь Иисус Христос, – стал подсказывать навигатор и Павел повторял. – Я признаю, что Ты есть Бог Вселенной и Бог Земли. Прости и помилуй меня за все мои злые поступки и мою неправедную жизнь в прошлом. В эту минуту я прощаю каждого человека, который принёс мне зло. Будь моим Господом и Спасителем. Войди в мое сердце. Избавь меня от всех проклятий и даруй мне вечную жизнь. Я отказываюсь от всего, что мешает Духу Святому действовать в моей жизни. А также, мой Бог и мой Господь Иисус Христос, крести меня Духом Святым… Я верою принимаю спасение, верою принимаю прощение за все грехи, верою принимаю крещение Духом Святым…

– Спасибо за помощь, Сергей, – поблагодарил Павел.

– А лично вам, Сергей, чем помог Бог? – спросила Василиса.

Навигатор коротко ответил:

– Уже в первый год моего пребывания с Богом безо всяких лекарств Он исцелил меня от всех хронических болезней.

– Вот как?! И от каких же!? – уточняла Василиса.

– Аритмия сердца, сильнейший радикулит, частые депрессии, беспричинные страхи, – сбивчиво перечислял навигатор Сергей. – Лекарства были для меня, что мертвому припарка. Из-за остеохондроза я стал почти инвалидом. В моменты обострений позвоночник превращался в ледяной кол. Ни встать, ни сесть. Единственным утешением были тогда такие мысли: «отчалю я с земли в небытие, и дело в шляпе. Конец мытарствам и мучениям. Ничто не болит, ничто не мучит. И к тому же: ничего не знаю, ничего не вижу, ничего никому не скажу…» Ах – нет!.. Ничего подобного!.. Теперь-то я точно знаю, что пошел бы тогда в ад, потому что жил без Бога… И только молитвы, и Божье Слово помогли мне вновь стать здоровым человеком. С тех пор в регистратуре ближайшей поликлинике на меня не было никаких историй болезни.

– Невероятно! Всё, как в сказках! – воскликнула Василиса.

– Так точно, Василиса. Молитвы освободили меня и от депрессий, и от страха, – подтвердил навигатор.

– Неужели все исцеляются по молитвам?

– Многие. Но не всегда, – ответил навигатор.

– Очень впечатляет! – радовался Павел. – А ты знаешь, Сергей, ведь я почувствовал, как нечто произошло со мной. В меня словно бы вошёл огромный шар света, наполненный миром и покоем. В меня вошло что-то яркое, доброе, нарядное, праздничное.

– Замечательно, – обрадовался навигатор. – Это отреагировал твой дух. А ещё это подтверждает, что Бог услышал и принял твою молитву.

– А еще я почувствовал, как из моей груди вышел какой-то ком, и стало легко, легко, – сказал Павел..

– То вышел демонический дух, – сообщил навигатор.

– А дальше что делать? – спросил Павел.

– Читать и перечитывать Евангелие, наполняться им, и исполнять всё, что там написано.

– Там, наверняка, много лишнего, – сказал Павел.

– На своей работе мы обязаны выполнять все инструкции, – подсказывал навигатор. – Так и тут.

– Чтобы верить в Бога, наверно не обязательно читать весь Новый Завет? – спросила Василиса.

– Чтобы стать физиком, человек изучает учебники по физике… То же самое по любой специальности. Божье Слово раскрывает нам не только сущность Бога. Кем является человек? Что должен делать человек, чтобы быть с Богом? И обязательно быть членом церкви.

– И где можно найти это самое Евангелие? – спрашивал Павел.

– Везде, – ответил Сергей. – На Земле Евангелие продавали в церквах, в магазинах христианской литературы. Полный текст Евангелия был в интернете. У нас на корабле синодальный перевод Евангелия и Нового Завета на русском языке записан в библиотеке бортового компьютера.

– Не слишком много для начала? – спросил Павел.

– Чем больше информации о Боге, тем быстрей приблизишься к Нему. Вот прилетим мы на Планету, обязательно начни посещать собрания христиан, – наставлял навигатор.

– Раз в месяц или чаще? – спросил Павел.

– Хотя бы раз в неделю. А в церкви объяснят: как, что, когда.

– Благодарю, Сергей. Попробую запомнить.

– В Библии сказано: «Нехорошо жить человеку одному.» – вернулся навигатор к началу разговора о семейных проблемах Павла. – Нехорошо жить без семьи, без жены, без детей. Человеку действительно нехорошо и неуютно жить одному. Он чувствуют себя неустроенным, неприкаянным, неполноценным. И всё потому, что Бог сотворил женщину для мужчины, а мужчину для женщины… Теперь, когда ты принял Бога в сердце, можно разрушить проклятие на безбрачие. И тогда твоя проблема с одиночеством решится раз и навсегда.

– Всё это – филькина грамота… – комментировала Василиса. – А светлые шары в груди… Смешно про это слышать.

– А ты попробуй принять Бога. Увидишь результат, – предложил Павел.

– Чтоб стать посмешищем всесветным? – усмехнулась Василиса. – Что скажут коллеги, когда увидят меня у порога церкви? Психолог в святошу перековался?!..

– Не в том истина, кем ты считаешь себя, кем считают тебя другие, – подсказывал навигатор. – А кем являешься на самом деле? Кем видит тебя Творец Вселенной. Об этом нужно помнить. Народ посудачит и забудут. В конце жизни мы дадим отчёт Богу, а не людям. Благословения в своей земной жизни мы также получаем только от Бога.

– Сергей. Ты обещал молиться Богу, чтобы командир не отправил меня в Хранилище, – напомнил Павел.

– Сам, Павел, проси. Богу не нужны посредники и адвокаты. Он лично принимает просьбы и молитвы человека.

– Ты это серьёзно, Сергей? – уточнил Павел.

– Разумеется… Как Бог решит, то так оно и будет, – ответил Сергей.

– Вот-вот, посмотрим, слышит ли нас Бог? – иронизировала Василиса. – Растопит Бог рассудок командира? Отменит ли драконовский приказ?

– А ты бы как хотела, Василиса? – Павел с надеждой глянул на девушку.

– А мне до лампочки, до синих облаков! – безразлично пожала плечами Василиса.

Глава 6

Когда в Хранилище появилась Василиса, там уже находились Павел, Антон и комендант. Они готовились приступить к восстановлению нового члена экипажа.

– Прошу любить и жаловать. Я Василиса – психолог, а также нейрохирург, – отрекомендовалась молодая женщина.

– А мне не нужно представляться, – расправив плечи, принялся вещать комендант. – Настолько я известная персона, что неудобно каждый раз твердить, что перед вами такой-то и такой-то знаменитый режиссёр. И не просто режиссёр, а ещё – прима актёр известного столичного театра.

– Не припомню, где и когда я могла вас видеть, – пожала плечами Василиса.

– Прощаю, снисхожу, – с апломбом вещал комендант. – Понятно, отчего не узнаёте. На сцене в гриме я. И там я – чаще царь, и минимум – министр… И восседаю там на троне.

– Никита Михалков? А впрочем, нет! Вы не похожи на него!

– Я близок был к нему.

– Тогда вы – Фёдор… Фёдор… – гадала Василиса.

– Мы с ним – друзья по киноцеху… – снисходительно сообщил царь и министр одновременно. – Не мудрено, Василиса. Пролежать в чипе 50 лет. Забудешь тут и не такое. Когда я вышел из Хранилища, со мной вообще комедия случилась. Вначале не мог понять, зачем и почему я нахожусь на космолёте. Потом считал себя то Фокусовым, а в другой раз – Веселовским. Только спустя время дошло, что я – и то, и другое. Просто у меня – двойная фамилия – Фокусов-Веселовский. Мои предки были очень жизнерадостными людьми, за что и получили эту праздничную фамилию.

– Рада нашему знакомству, – откликнулась Василиса.

– К тому же мы с тобою – тезки. Ты – Василиса, я – Василий.

– Викторина по разгадыванию званий и фамилий удалась, – ревниво заметил Павел.

– Василий, а – по отчеству? – спросила психолог.

– Обращайся ко мне на – «ты».

– Мне только – тридцать. Вам – за шестьдесят.

– Теперь отсчёт в другую сторону пошел. В итоге с каждым днём я молодею.

– Оригинал наш комендант, – сообщил Павел.

– Большой оригинал, – подтвердил комендант. – Чтобы не умереть на корабле от скуки, держись меня поближе, Василиса.

– А это почему? – спросила девушка.

– Мой мозг свободен от решения технических задач. И потому, как творческая личность, могу развлечь шарадой, чудной историей, замечательной байкой.

– Благожелательная атмосфера, хорошее настроение, уместные шутки умножают эффективность работы любого коллектива, – согласилась девушка.

– Молодец, Василиса! Достойный комментарий настоящего психолога! – похвалил бывший режиссёр.

– Внимание, товарищи! Включаю систему восстановления, – объявил Павел. – Сейчас в Хранилище и Восстановителе начнут происходить ответственные процессы. – Командир послал меня проконтролировать процесс восстановления нового члена экипажа, – важно сообщил комендант. – Так что, Павел, занимайся своим делом и не обращай внимания, если я вдруг начну развлекать наш коллектив умной беседой.

В помещение Хранилища повисла глубокая тишина. Минут десять комендант молча ходил по помещению Хранилища. Его рассеянный взгляд бродил по потолку, по стенам, как бы изучая всё вокруг. Он что-то потрогал, что-то даже понюхал, что-то подержал в руках. Взгляд коменданта замирал, потом вновь возвращался к прежним объектам и отдельным фрагментам помещения. Но это становилось утомительным, неинтересным, скучным. Такого состояния его кипучая натура не могла принять, а, тем более, долго терпеть. И его привычно унесло в далёкие дали неуёмной фантазии, которые временами подкреплялись реалиями жизни, и, в свою очередь, превращались в новые миражи и несусветные прожекты.

– С автографами у нас проблемы, – заговорил Фокусов-Веселовский, обращаясь к Василисе. – Ни открыток с моим изображением, ни буклета, на котором можно было бы расписаться. Так что заранее извиняюсь, что не обрадую автографом. И с цветами у нас проблемы. Разве что в оранжерее нюхать.

– На Планете наверстаем, – ответила девушка.

– Василиса, вы так внимательны к тому, что делает наш Павел… Ну, разве это интересно? – спросил комендант.

– Я выполняю поручение командира. Любой нюанс, любая деталь поможет избежать ошибки. Мне очень важно знать состояние Павла, чтобы в критический момент помочь ему. Гиппокамп и гипофиз его мозга сейчас особенно…

– Отбросьте свой жаргон научный. Симпозиум врачей нам ни к чему, – нетерпеливо остановил Василису комендант. – Какая разница, что там, в мозгах умельца? Я лучше анекдотцем ваши уши угощу.

– Не будем реквиемы петь? Расстаться мы должны с улыбкой, – согласился Павел.

– Недавно мне сюжетец подвернулся. Довольно занимательный. А суть буквально в пару фраз, – докладывал бывший режиссёр. – Но, если хорошенько развернуться, то получается размах, круговорот, движенье, взрыв эмоций.

– Процесс восстановления человека в Хранилище пошёл, – глядя на монитор, радостно сообщил молчавший до сих пор Антон.

– Пошёл. Пошёл успешно – подтвердил Павел. – Все системы работают в штатном режиме.

– Да что-то медленно всё происходит, – заметил через какое-то время комендант. – По чайной ложке. Павел стал объяснять:

– Когда прибудем на Планету, запустим конвейер. Тогда энергия двигателей будет перенаправлена в системы Восстановителя. Материал для восстановления клеток человеческих органов будет поступать из атмосферы Планеты. Вот тогда Восстановитель и примется штамповать переселенцев десятками. Сейчас же – выборочно, штучно.

– И, правда, куда торопиться? – согласился комендант. – Делаем что-то – летим. Ничего не делаем – тоже летим.

– Не отвлекайся слишком, Павел. Помни, что ты ещё не отошёл от воздействия гамма-лучей, – подсказывала Василиса.

– Итак, сюжетец – объеденье, – включился комендант в наступившей тишине. – Поставлю на Планете фильм шикарный.

– О чём он будет? – спросил Антон.

– Кораблик как-то плыл по морю-океану. Попал в сильнейший шторм, – с упоением рассказывал комендант. – Кораблик утонул, ударившись о скалы. Матросы бросились на остров рядом. Наутро – штиль и солнышко в придачу, а в метрах пятистах зелёный островок. Бинокли показали, что суша обитаема. Порхали там фигуры стройных амазонок. Мужчины тут же забурлили, загалдели…

– Товарищ комендант, давайте позже развлечёмся, – предложил Павел. – Вот завершим процесс восстановления.

– У нас тут – мир и благодать, включая сад Семирамиды, – весело откликнулся комендант. – И, тем не менее, так хочется сбежать, хотя прошло всего два года. А если запретить свободу слова, то можно волком взвыть… Так что потерпи немного, уважаемый инженер Павел. А нет – так рапорт командиру сочини, чтобы списал тебя на крупный астероид.

– Как психолог, я поддержу товарища коменданта, – заметила Василиса. – Время от времени нужна информационная пауза-разрядка.

– Только творческие фантазии позволяют мне бежать от серой действительности космолёта и улетать на крыльях воображения в сказочные миры, – подтвердил комендант.

– Так что там с амазонками стряслось? – поинтересовался Антон.

– Итак, команда корабля разделилась на три группы, – с удовольствием включился комендант. – Самая молодая и активная часть матросов сразу же устремилась вплавь на остров амазонок. Мужчины более солидного возраста принялись строить из обломков корабля что-то вроде небольших паромов. Ну, а старичьё решило здраво: красотки сами посетят их чудный пляж…

– К чему спешить? – почему-то согласился Антон.

– Тут столько вариантов разных судеб, встреч, улыбок, – продолжил Фокусов-Веселовский. – Тьму монологов для героев можно сочинить. Вплести жаргон и разный словечки молодёжи… Ценность настоящего художника как раз и состоит в том, чтобы уметь сочетать несочетаемое. Возьмём, например, поэму «Облако в штанах» Владимира Маяковского. Казалось бы, как можно совместить белое облако с неказистыми пролетарскими штанами. А поэт взял и выкатил метафору, одел облако в драные штаны…

– Налицо проявление настоящего таланта, – согласился Антон.

– А, кстати, Павел, лично ты в какой бы группе оказался? – спросил Фокусов-Веселовский.

– Я весь в работе, комендант. Сейчас не до химер, – отмахнулся Павел.

Время от времени Василиса бросала реплики в адрес Павла по поводу состояния его психики:

– Моторика движений, выражение глаз… Всё говорит об излишнем напряжении. Альфа ритм явно выше нормы процентов на двадцать пять. Вместо двенадцати герц будут наверно все пятнадцать, а то и больше.

– На складе есть медицинские приборы. Тонометры всякие, термометры… – откликнулся комендант.

– Приборы совершенно не нужны, – ответила девушка. —

Нужны медикаменты, которые гасили бы накал эмоций.

– Уж очень внимательно ты следишь за действиями Павла, – ревниво заметил комендант. – Заметки делаешь в тетрадь… Фиксируешь команды пульта управления.

– Командир потребует отчёт. Тогда представлю эти документы, – откликнулась Василиса.

– Как надоест вам черепа крушить, прошу ко мне на съёмки, Василиса… Чтобы проще в фильм включиться, сыграешь роль врача нейрохирурга. А кадры можно в клинике снимать. Во весь экран покажем твои руки, скальпель, сосредоточенное умное лицо; и вскрытый мозг очередного пациента, – предлагал комендант.

В Хранилище зашел навигатор Сергей.

– Решил узнать, как движется восстановление специалиста по Хранилищу? – произнес навигатор Сергей.

– Пока нормально, – ответил Павел.

– Моё присутствие не помешает? – спросил навигатор.

– Да вроде нет, – пожал плечами Павел.

– Как скоро новый член появится у нас? – спросил Сергей.

– Пожалуй, через час, – ответил Павел.

– Не очень долго. Подожду, – навигатор сел на свободное кресло.

Комендант стал рассказывать очередную байку:

– Принял как-то на работу мой учитель в свой театр актрису. А через год влюбился старый пень. Ему она годилась внучкой. Предложил ей он руку, кошелёк. «Она – особая, у нас – любовь до гроба. Меня никто так не любил…» – блаженно отвечал счастливец критике друзей… Женился мэтр на внучке быстро. Чтоб не сбежала, в загс сводил, оформил отношения чин по чину.

– История стара как мир, – отреагировала Василиса.

– Прелестница умело роль возлюбленной играла. Была практична и умна. Вертела мужем аккуратно, – продолжил Фокусов Веселовский. – Квартиры все переписал на аферистку. Потом контракт дедуля подмахнул. И глядь, уже чужой в своём театре. – И после этого она вдруг напрочь разлюбила деда. Подала на развод. Имущество у мужа отсудила, – предположила Василиса.

– Богатство деда превратилось в тыкву, а «мерседесы» – в стаю крыс… – подсказал навигатор.

– Всё так и было… – подтвердил Фокусов Веселовский. – Такие женщины бывают. С улыбкой делают коварные дела.

– Один ищет единственную и неповторимую фею. Другой – единственную и неповторимую планету. Ну, а кто-то ищет единственный и неповторимый денежный мешок, – сказал навигатор.

– Нам бы говорить о Планете, о будущем. А мы застряли в прошлом, – сказал Василиса.

– Как повзрослеешь, то поймёшь. Былое трепет вызывает, – откликнулся комендант.

– Былого не вернуть. Теперь нас ждет роскошная Планета, – откликнулся Антон.

– Молодости сложно понять человека, прожившего долгую, насыщенную жизнь. В моём возрасте уже отчетливо сознаешь, что никогда, абсолютно никогда уже не попадешь туда, где было хорошо, где прошла сладкая юность. К тому же теперь мы – навсегда отрезанный ломоть от Земли!

– Такое ощущение, что будь ваша воля, вы развернули бы корабль назад, – заметил навигатор.

– На Земле – всё знакомое, родное. А что чужбина нам предложит?..Пустыни знойные, сплошные джунгли, люди исполины, хищные динозавры.

– Нас ждёт Эдемский сад! – откликнулся Антон. – Адам и Ева встретят нас с цветами.

– Судя по времени, скоро должен объявиться новый хозяин Хранилища, – сообщил Павел.

– Интересно глянуть на твоего преемника, Павел, – оживилась Василиса.

– Час скуки точно обеспечен, – откровенно зевал Фокусов-Веселовский. – Сейчас начну я вслух храпеть.

– Могу я вас развлечь, – предложил Антон.

– Ну, если бомба тут взлетит, – снизошёл Фокусов-Веселовский.

– Та бомба будет из чудес. Ваш мозг взорвётся точно.

– Валяй, Антон, – ещё сильней зевал Фокусов-Веселовский. – Учись народ развлечь.

– Мой сказ про злого комара, – сообщил Антон.

– Неужто укусил паршивец? – чесал затылок комендант.

Антон обратился к аудитории:

– Вопрос такой к вам у меня: возможно ли вместить набор больших чудес, ну, в очень крохотное чудо?

– Большое чудо в малое вместить? Довольно интересно, – откликнулся навигатор.

– Я парадоксы уважаю, особенно, когда про чудеса, – рассеянно хлопал глазами комендант.

– Такое в психологии бывает, – откликнулась Василиса. – Мало дитя. А в нём напиханы такие штучки-дрючки.

Павел стал возмущаться:– Заткнуть мне что ли уши?.. Один нам басню лепит про матросов, другой – про злого комара. Меня собьёте с толку.

– Итак, мой сказ про комара, – повторил Антон.

– Антон, – не вытерпел комендант, – а я считал тебя умнее. Весь сон испортил мне.

– Молодо – зелено, – поддержал навигатор. – Им лишь бы воздух сотрясти.

– Итак, поговорим о крохе, – не сдавался Антон. – Итак, про сердце. Всего их три у комара.

– Комар имеет сердце?! – изумился комендант.

– Одно в груди. Другие два вращают крылья, – ответил Антон.

На лапках когти из сапфира, – пародировал комендант.

– Я дальше парадоксом угощу, – улыбался Антон.

– О, парадоксы я люблю! – откликнулся комендант.

– Святая правда! Я не лгу! – сообщил Антон. – Итак, три сердца. А глаза… Там глаз не десять и не двадцать; на целый взвод солдат. В итоге получилась сотня глаз.

– Откуда данные такие? – поинтересовался Павел.

– Учёные под мощным микроскопом смогли детали разглядеть, – ответил Антон.

– Ну, как не восхититься Богом!? Вот где величие Творца! – восхищался навигатор. – С такой былинкой ювелирно поработать.

– Вот видишь, друг Сергей, как всё несправедливо, – возмущался Фокусов-Веселовский. – Такой козявке – уважения тонну… А чем ещё, Антон, букашку наградили?

– А вот ещё большое чудо в малом. Локатор получила мошка, и тепловизор, чтобы видеть ночью, – отвечал Антон.

– Чемпионат технических чудес! – воскликнула Василиса. – Локатор в день рожденья отхватить. И вместо фонаря для ночи – точный тепловизор.

– Пылинке комару – все блага ко столу. А человеку – шиш, какие-то ошмётки! – возмущался комендант.

– Что за претензии? К кому? – уточнял навигатор.

– Ну, мог же оснастить наш Бог тебя, меня такими же благами, – продолжил возмущаться Фокусов-Веселовский.

– Надеюсь, Бог услышал вас, – откликнулся навигатор. – Учтёт все ваши замечания, когда начнёт творить сначала.

– Хоть комаром родись, – воскликнул комендант.

– Вас точно муха укусила, – прокомментировала Василиса.

А через минуту она изумлённо воскликнула:

– Смотрите! Смотрите! Какие-то картины на экране!

– Похоже, всё идёт по плану, – радовался Павел.

– Так интересно! – восклицал Антон.

– Это включилось сознание моего преемника, – возбуждённо сообщил Павел. – Сейчас увидим человека, который заменит меня.

– Так это же мой Михаил! – воскликнула Василиса. – Как здорово! Совсем не ожидала его встретить!

– Что еще за Михаил? – сердито глянул на Василису комендант.

– Жених мой!

– Жених?!.. Совсем несимпатичный индивид, – заметил комендант.

– Вы на себя смотрите! – возмутилась девушка.

– Мой прадед – слепок Аполлона! – парировал Фокусов-Веселовский.

Минуты через три Василиса разочарованно промолвила:

– Бог, мой!.. Я обозналась! Но этот человек так похож на Михаила! Почти две капли!

– А это я с друзьями на экскурсии на острове-посёлке Свияжск на Волге, – докладывал на экране без пяти минут новый член экипажа. – Сегодня – первое января, начало Нового года. Мы находимся в сказке! Какой народ вокруг!.. Старинные русские наряды, хороводы, песни. Красота необыкновенная! А архитектура!?..

– А вот мы обедаем, – продолжал сообщать в кадре о своих похождениях мужчина лет сорока с маленькой бородкой. – Какие разносолы на столах! Соленые огурчики, маринованные грибы. И – борщ в хлебе!.. Мякиш внутри вырезается, а корка вокруг остаётся.

– Разум человека пробуждается и выдает случайные фрагменты того, что происходило некогда в его жизни, – объяснял Павел.

– Кто пробовал борщ в хлебе? – спросила Василиса.

– А кто ел кашу из топора, что сварила солдату старушка? – хмурился комендант.

– На Планете в память о Свияжске я обязательно назову свой город Свияжском, – продолжал человек с экрана. – А борщ в хлебе сделаю коронным блюдом в своём доме.

– Молодец мужик! Правильно мыслит! – поддержал навигатор. – Очень патриотично!.. Обязательно нужно сохранить на Планете связь планет, времён, традиций, поколений.

– Да выключи, Павел, это издевательство над нами! – возмущался комендант. – Мы тут всякой ерундой кормимся, а они там шикуют!

– Какие нежные у нас желудки, – усмехнулась Василиса.

– Не переживайте, товарищ комендант! У них там мясо, мы жуём капусту. А вместе будут голубцы, – шутил навигатор.

– Очень остроумно, Сергей! Но желудок хочет праздника.

Экипаж с нескрываемым любопытством продолжал смотреть на картины неизвестного им доселе Свияжска. Небольшого посёлка-острова на русской реке Волге.

А через какое-то время изображение на экране погасло, и Павел заметил серьёзный сбой в процессе восстановления человека. Плавающий индикатор, который отражал непрерывность процесса воскрешения, остановился, не дойдя до конечной точки.

– Кажется, произошло ЧП! Восстановитель перестал работать!! – взволнованно воскликнул Павел.

– На пункта два верни назад, – предложил навигатор.

Павел стал нервно тыкать в клавиши предыдущих опций. Что-то пробовал предпринять компьютерной «мышкой». Но зелёный огонёк индикатора, показывающий движение процесса, не сдвинулся на йоту.

Павел принялся проверять работу отдельных блоков Восстановителя, вызывая на экран монитора их графические схемы. Затем дал команду вызвать на экран изображение капсулы, в которой должны был формироваться человек как единое целое.

Все в ужасе отпрянули от увиденной картины. В прозрачной двухметровой капсуле в питательном растворе лежали безжизненные фрагменты и части человеческого тела. Если даже для Василисы, как врача, это стало сильным потрясением, то каково было остальным членам экипажа?!