# В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

Мария Лунёва

В общем, дело было так. Одним явно не прекрасным днем малочисленное население станции «Ойкон-13» не вышло на связь. Погибли? Ну, допустим! «Но как же кот?» – спросите вы. «Да, – отвечу я вам, – с ним получилось некрасиво». И как же теперь быть? Не бросать же пушистую животинку на мертвой станции. Конечно, нет! И вот мы летим спасать Мумрика. «Благое дело», – похвалите вы. Но, черная дыра нам на голову, кто же теперь спасет нас?!

© М. Лунёва, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

## Пролог, в котором вся Солнечная система скорбит о возможной кончине кота Мумрика! О, вы не знаете, кто такой Мумрик? Тогда мы идем к вам!

– Добрый день, в студии ЕМН Элджо Капрински и Эдвард Гаремски.

– Новость дня: станция «Ойкон-13» уже десятые сутки не выходит на связь. Власти обеспокоены пропажей ста четырех граждан Солнечной системы. Среди них ряд замечательных ученых, инженеров и просто людей – первопроходцев нашей Галактики. Но главное, ничего не известно о судьбе кота по кличке Мумрик.

– А мы напомним тем, кто не следил за его судьбой…

– Прости, Эдвард, ты думаешь, на восьми планетах нашей системы найдется хоть один такой человек?

– Это вряд ли, Элджо. Так вот, всеобщий любимец Мумрик – это не просто домашний котенок, а настоящий первопроходец.

– Да, и это крайне важно для нашей цивилизации. Мумрик – первый кот, покинувший пределы Солнечной системы с особой миссией: представлять на необжитых планетах животный мир Земли.

– Его готовили к полету два года. Всей системой мы следили за его буднями. Этот пушистый котик стал виртуальным питомцем миллиардов. Подумайте только… И вот он пропал.

– Напрашивается вопрос: кто ответит за столь важного члена нашего общества? Мегаорганизация «Зеленые» уже готовит судебные иски к генеральному директору компании Льюису Илистрону. Зоозащитники выходят на митинги протеста. Все хотят знать, что случилось с Мумриком!


– Это просто какой-то дурдом! – Отец, мрачный как туча, махнул рукой, и огромное новостное голоокно свернулось. – Ты ведь понимаешь, Лидия, что судебные иски должны идти на твое имя. Это ты виновна в смерти этого треклятого кошака.

Что? Не ожидая таких слов, я впала в легкий ступор. Что значит – я виновата? В чем? Моргнув, нашла в себе силы принять как факт, что где-то на окраине обжитой нами Вселенной, возможно, погибли люди. Они улетали туда семьями. Сжав виски, я уставилась на отца.

– Что ты как полудурошная? Это твой проект. На всех бумагах твое имя. А иски мне? Сколько раз я тебе говорил – прикрывай зад юридически.

– Там люди, – выдавила я.

– Да класть всей системе на этих ученых. – Отец с психа скинул со стола листы информационной бумаги. – Сдохли бы сами, никто и не заметил бы. Сотней больше, сотней меньше. Наша проблема – этот мешок с блохами.

– Но нельзя так. – Нет, кота мне, конечно, тоже было жаль, не меньше, чем людей. Живое существо все же. Но моя-то вина в чем? Я всего лишь инженер. Да, главный, но… – Там, видимо, сбой…

Мне достался жгучий, полный презрения взгляд. Поправив черный галстук, отец откинулся на спинку кресла. Я напряглась, смекнув, что сейчас мне придется ой как несладко. Вытерев вмиг вспотевшие ладони о грубую ткань темно-синих штанов, уставилась в окно в ожидании бури.

Зря я вообще рот раскрыла. Молчание – золото.

Отец продолжал взглядом прожигать во мне дыры. Он делал так каждый раз, как я осмеливалась вякнуть хоть словечко ему наперекор. Это было его излюбленной пыткой. Раздавить меня морально. Раскатать по полу мое самолюбие. Указать мне на место, там, под плинтусом, рядом с тараканами.

А я? Да что мне оставалось?

Я с пустым выражением лица разглядывала хмурое осеннее небо. Тучи. Проплывающую между небоскребами пиццерию. И даже как-то внезапно есть захотелось. Я пыталась отключиться от этого разговора.

Но отец разве позволит?

– Лидия, это у тебя сбой, – наконец процедил он. – Причем генетический. На всю твою бестолковую голову. И вообще, я не давал тебе слова. Ты ведущий инженер-проектировщик. Станция «Ойкон-13» твое детище. Нанимай корабль и вали вслед за этим блохастым. Без кошака, живого или мертвого, не смей возвращаться.

Сглотнув, я испуганно уставилась на единственного родителя.

Что значит – вали? Куда валить? Я же на улицах города никогда не бывала.

Наверное, страх отразился на моем лице, потому как довольный отец оскалился в улыбке:

– Никчемная. Ты – брак. Но это будет тебе уроком. Ты подставила и меня, и корпорацию. И теперь будешь отвечать перед общественностью. Ты, Лидия, а не я.

– Я… Но, отец, нужно организовать спасательную экспедицию, они могут быть еще живы. Это же люди.

Глава корпорации «Илистрон» рассмеялся, громко, издевательски, как умел только он.

Меня передернуло от подсознательного страха.

Да, я боялась его. Он и был тем монстром, которого я опасалась встретить в детстве в своей гардеробной. Именно его кабинет старательно обходила десятой дорогой. И даже не вспоминала про дни рождения и праздники, лишь бы не оказаться за одним обеденным столом с родным отцом.

– Что я должен организовать? А ну, повтори! Это финансовые потери. Мне свидетели не нужны. Достань мне этого кота и разберись со станцией на месте. Ты где-то совершила ошибку. Так теперь исправь. Это приказ!

– Но как мне…

– А не знаю как, – резко оборвал он мои лепетания. – Нравится всю жизнь паразиткой жить? За моей спиной таиться? Давай, ты же считаешь себя гением. Генетический отброс. Тебя же даже партнерам показать стыдно. Сделай хоть что-нибудь. Мне плевать как, но ты доберешься до Ойкона и найдешь труп этого кота. А иначе я буду зол, Лидия. Пошла вон!

Я подскочила с места. Тут и дураку понятно, что разговор окончен. На нервах, трясущимися руками я задвинула стул и спешно пошла к выходу.

Отец же уткнулся в переливающийся голубым трехмерный монитор. На нем кривыми графиками отражалась ситуация на бирже акций.

Меня передернуло. Ненавидела новости экономики. Я вообще терпеть не могла все, что связано с его бизнесом.

Чувство горечи и ужасной несправедливости наполнило душу. Это я паразитка? Я? Да я одна проектировала десятки станций. И все они исправно работают и приносят доход. Я ночами сидела над чертежами, а после на них появлялись имена неизвестных мне инженеров. И каждый раз я оставалась в тени. Отец задвигал меня. Не позволял голову поднять.

Ни друзей, ни коллег.

Школа – дистанционное обучение.

Высшая архитектурная академия – дистанционное обучение.

Порой мне казалось, что мои комнаты – это тюрьма, только непонятно, за что меня туда посадили. И главное, какой срок дали. Скорее всего, пожизненный.

Тяжело вздохнув, покосилась на отца. Он занимался своими делами, напрочь забыв о моем существовании.

А что делать мне? Лететь на Ойкон? Как? Где взять корабль? Людей? От десятков вопросов мгновенно разболелась голова. Нужно написать план, разбить все по пунктам. Надо систематизировать эту проблему…

Взявшись за ручку двери, едва успела отскочить. Она с такой скоростью отъехала в сторону, что сквозняком снесло со стола пару листов бумаги.

– Папа! Это кошмар! У них закончились маки! Как? Как я пойду под венец без маков?!

Да, моя сестра была в ударе. Оттолкнув меня плечом, она ворвалась в папочкин кабинет как к себе в комнату.

Ни здравствуйте, ни можно войти.

Обведя взглядом пространство, она кокетливо поправила лямочки яркого цветастого комбинезона и направилась к огромному, парившему у стены монитору.

– Папа! Ты что, меня не слышал?! Эти мерзавцы мечтают испортить мне торжество. Они не желают предоставить мне те цветы, что я хочу. А я хочу именно красные! Папа!

Ну конечно, маки – это тебе не сто четыре человеческие жизни.

Поджав губы, я продолжала стоять на пороге кабинета. Зачем? Сама не понимала.

– Доченька, успокойся. – Отец поднялся и поспешил к Мамлизе. – Будут у тебя маки.

Да, с ней он был другим. Только когда этот жестокий и циничный мужчина оказывался рядом со своей старшей дочерью, я видела в нем отца. Правда, не своего. И даже мысль была: может, я не родная? Но нет, нашего сходства сложно было не заметить. Те же густые черные локоны, высокие скулы, слегка вздернутый нос. Только глаза разные.

Ну как разные: один у меня от него – карий, а другой от мамы – синий. Вот такое генетическое уродство. Впрочем, не единственное.

На столе отца запиликал планшет. Спешно сбросив звонок, он попытался приобнять любимую дочь и успокоить:

– Все будет у моей красавицы. И платье, какое хочешь, и банкет, и жених, и цветы. Все, что пожелаешь.

– Нет, папочка, – она картинно всплакнула, – я уже звонила главному этой цветочной богадельни. Видите ли, цветам не сезон. Ты только представь, какая глупая отговорка. Что значит, они не растут в это время?! Так посадили бы. Ну скажи, как я пойду под венец?

– Ногами! – не удержалась я, за что получила полный злобы взгляд отца.

– Ой, сестрица, и ты здесь. – Мамлиза, как всегда, хищно оскалилась. Да, она тоже была похожа на папеньку: но если я внешне, то она внутренне. – А я тебя и не заметила. Что, опять со своими схемами носишься? Удивительно видеть тебя не в твоей вечной мрачной конуре. Слышала новую шутку нашей прислуги? Они называют тебя ночным упырем. Ха-ха. Упыриха Илистрон.

Отец издевку оценил и усмехнулся. А мне стало обидно до слез.

– А где же твои схемки? Как ты – и без них? – продолжала травить меня сестра.

– Чертежи, – исправила ее, игнорируя немое предупреждение папочки.

– Ой, – отмахнулась она, – как будто это не одно и то же. Надеюсь, ты хотя бы заказала платье к грандиозному банкету в честь меня?

– Э-э-э, прости, милая, – отец виновато взглянул на эту паршивую курицу, – не получится. Лидия не будет присутствовать на твоей свадьбе. Она улетает в систему Цефея.

– Как ее не будет?! Но, папа, я думала сделать ее подружкой невесты. На ее фоне я буду особенно выгодно смотреться. Ты не можешь лишить меня такой потехи.

Недослушав, я зло прикусила нижнюю губу и поспешила удалиться. Теперь мне резко захотелось лететь за этим котом.

Как же я обожаю свою семейку! Прямо всеми фибрами души.

## Глава 1, в которой моей спокойной и пустой жизни приходит конец. Причем сообщает мне об этом личный психотерапевт

Два дня спустя. Земля. Побережье Охотского моря. Камчатка-сити. Центральный район. 350-этажное здание компании «Илистрон». 349-й этаж, личные апартаменты семьи Илистрон. Правое крыло, да-да, все тех же Илистронов… (Ой, короче, мой кабинет.)


Сидя за широким темным рабочим столом, заваленным информационными ватманами, обычной бумагой, пластиковыми угольными карандашами, голографическими ручками и прочей канцелярией, я в который раз всматривалась в бледные линии чертежа станции «Ойкон-13», парящие в трехмерном окне у самого моего носа.

Значит, где-то здесь таится ошибка! Сто четыре человека и один пушистый кот на моей совести из-за некоего недочета, который я в упор не вижу.

Злость затмевала разум.

Закрыв глаза, в очередной раз воссоздала в малейших деталях схему строений и коммуникаций в голове. Я видела каждую мелочь: изгиб, поворот… Сеть разбегающейся в разные стороны проводки. Канализация. Водоснабжение. Система подачи воздуха. Кислородные баки. И ничего. Идеальное строение.

«Ойкон-13» была совершенством инженерной мысли. Нет, погрешности быть просто не могло. Я никогда не ошибалась! Никогда!

В силу своих проклятых мутаций, я просто не способна на это. Но между тем станция молчит, и о судьбе ее первых жителей ничего не известно.

Первых… Хм… А рабочие, что строили станцию? Постойте-ка! А этой информации у меня не было.

Активировав вход в архивные базы данных компании, аккуратно взломала код доступа к ним. Да, полномочий там шастать у меня не было, но не моя вина, что пароль отщелкивается на раз-два…

«Доступ разрешен», – высветилось на моем экране.

В общем, если дверь открыта, то можно и войти в гости. Что у нас тут по «Ойкону»?

На первый взгляд, все было чисто. Семь вахтовых смен.

Первые пять – ни одного нарекания. Ни одного случая производственных травм, смертей. Работа выполнена в полном объеме.

Шестая вахта… Рабочие пробурили скважины в глубь планеты и установили отопительные станции, кислородные баки с водорослями, фильтр.

Я замерла, увидев одну из строк отчета: «Обнаружено плотное скопление неясной этиологии на глубине двадцать метров от поверхности станции».

Что? Что за скопление? Чего? Что это вообще такое? Но самое странное, что дальше отчет будто стерт. А это предложение вроде как не заметили.

Это озадачило.

Седьмая вахта вернулась в срок. Отписки о завершении наземных работ они предоставили. За период, проведенный рабочими на станции, зарегистрировано три несчастных случая. Хм… Все три эпизода на глубине в отопительных подстанциях.

И опять что-то неясное. Ни причин травм, ни степени их тяжести, ни медицинских отчетов. Ничего! Что там у них приключилось? Одновременно они там пострадали или поодиночке? Летальные исходы или нет?

Чудесато.

Я полезла дальше. Вскрыла отчеты, присланные с «Ойкона» за последние полгода. Все нормально. Все протекало в штатном режиме. Проводилась повторная геологическая разведка. Обнаружили запасы ценных металлов, минералов…

Весьма богатая планета. Но это я и так знала, иначе не тратила бы наша корпорация столько сил на ее заселение.

Осмий, скандий, рений, платина, иридий… Да, эта планета была напичкана редчайшими металлами. И все же…

Откинувшись на спинку кресла, обхватила руками голову. Мигрень била по вискам. Мучительная боль опоясывала черепную коробку и отдавала в затылок. Отдохнуть бы. Но увы. Даже сейчас мой мозг лихорадочно работал и не желал сдаваться.

– Да хватит! – взмолилась я.

Схема в моей голове медленно растаяла, проясняя зрение. Моргнув несколько раз, прослезилась. Перед глазами, раздражая, бегали черные мушки.

Боль усиливалась.

Открыв ящик стола, нащупала рукой баночку с пилюлями. Обезболивающее. Только в нем мое спасение.

На экране, вмонтированном в стол, сработал сигнал внешнего вызова. Поморщившись, я мельком взглянула на аватару нарушителя моего спокойствия и вывела видеозвонок на вертикальный трехмерный экран. Все равно это надолго.

Мелькнули кривые полоски соединения, изображение пару раз моргнуло и зафиксировалось.

Передо мной, развалившись в стареньком бордовом велюровом кресле, восседал молодой чернокожий мужчина дотошной наружности. Нет, внешности он был привлекательной, атлетически сложен, имел короткую модную стрижку, но наружность все же была дотошной.

Мой личный психотерапевт приветливо улыбнулся и расстегнул манжеты кипенно-белой рубашки.

Хлопнув ладонью по зеленой сенсорной кнопке громкости, я снова откинулась на спинку своего черного кресла.

– Давайте уже, – махнула рукой вместо здравствуйте и вам не хворать, – слушаю.

– Лидия, вы преотвратительно выглядите! Мешки под глазами, серая кожа, кровеносные сосуды в склерах лопнули, – рассыпался в комплиментах мой нежданный собеседник. – Просто загляденье. Словно передо мной оживший покойник двухдневной свежести.

– Спасибо, доктор Дигри, вы милы, впрочем, как всегда, – кивнула я, соглашаясь со всеми его словами.

Ну разве что чувствовала я себя как трехдневный трупочок-с, но сути дела это не меняло.

– Наверное, вы догадываетесь, по какому вопросу я связываюсь с вами. – Доктор поиграл бровями.

Хм… я недоуменно поморщилась и даже пожала плечами.

– Ну, хоть какое-нибудь предположение?

– Слушайте, док, в больницу я не лягу. В своей голове ковыряться вам не дам. Или есть еще что-то?

– О, Лидия, вы столь наивны, что я каждый раз этому поражаюсь. Ваш мозг я уже давно изучил вдоль и поперек. Для меня там не осталось загадок. С закрытыми глазами вашу ДНК нарисую на бумаге простым маркером. А вот насчет больницы – это вы зря. Но об этом я вам еще пять лет назад сказал, повторяться не буду.

Я тяжело вздохнула: значит, Маркус Дигри придумал что-то новенькое. Предчувствуя новые проблемы, поставила локти на стол и уперлась в ладони подбородком.

– Давай, док, жги, – дала ему отмашку и приготовилась внимать голосу его разума.

Мозгоправ все-таки, а с ними не шутят. Папочка мне еще в подростковом возрасте психотерапевта прописал, но просчитался. Маркус Дигри оказался тем единственным, с кем я могла поговорить, посмеяться и даже немного пожаловаться. Временами мне казалось, что он мое окно во внешний мир.

Но порой док чудил…

– Милая моя, а что это у вас в руке? М-м-м? Ага, я вижу, вы плотно подсели на пилюли. Они вредны! Выкиньте! Там столько побочных эффектов…

От его рыка баночка выпала из моей ладони. От удара о поверхность стола крышка открылась.

– Не слушайте его, мои маленькие. – Я по одной собрала в баночку рассыпавшиеся таблетки. – Этот большой дядя не хотел вас обижать.

Док захохотал и вытер проступившие слезы:

– Лидия, вы неисправимы. Я не знаю никого, кто так бодро и с юмором загонял бы себя в кремационную камеру.

Его слова напомнили мне об «Ойконе». Вновь впав в уныние, шумно выдохнула и покосилась в голоокно.

– Да, доктор Дигри, вот если коротко о смерти, то спешу сообщить вам, что я улетаю в систему Цефея. Сколько меня не будет, даже предположить не могу, так что…

– Да-да, – важно закивал он, – собственно, поэтому я и звоню. Не поверите, я купил билет на этот же корабль!

– Что? – У меня дернулся глаз. – Какой корабль, док, да я сама не знаю, как туда доберусь! Жаль, пешком нельзя и такси не подвезет. Так что увы, но билеты на Ойкон не продаются. И вообще, вы что удумали?

За моей спиной раздался грохот.

«Двадцать ноль-ноль, – подсказал мозг, – экспресс Венера – Земля, вечерний рейс».

Обернувшись, я успела поймать взглядом последние, сверкающие розовой неоновой подсветкой вагоны.

– Лидия, повернитесь ко мне. – Моргнув, я перевела взгляд на голоокно. – Вы знаете, у меня есть уши в вашей компании, и слушок, что сегодня принесла птичка в клювике, мне не понравился от слова «совсем». Я правильно понимаю, вас обвиняют в ситуации с «Ойконом-13» и требуют немедленно принять меры?

– Это знаем лишь отец и я, откуда там птичке взяться? Доктор Дигри, что за слух?

– Нет, ваш папенька, чтобы ему от кишечных колик загнуться, уже взял ваше отправление в свои руки. И я не думаю, что вам подойдет тот способ, которым он собрался перекинуть вас на эту, по-видимому, мертвую станцию. Поэтому у меня несколько иной план.

– Да какая разница как…

– Большая, Лидия, но это вы предоставьте мне, а сейчас просто расскажите, что стряслось.

– Я не понимаю, что могло случиться на «Ойконе-13». – Поджав губы, я медленно моргнула. Зрение меня подводило, перед глазами все начинало двоиться. – Я весь вечер сижу и всматриваюсь в чертежи… Разбираю каждую подстанцию, каждую систему на составляющие. Нет ошибок в конструкции. Их просто нет, док, ни одной. Все идеально, все выверено. Но они безмолвствуют. Система связи в норме, а от них ни звука. Только гудение главного котла отопления. И все!

– А с чего, мой гениальный друг, вы взяли, что причина молчания экспедиции – ошибка в вашей конструкции? Что заставило вас прийти к такой нелепой мысли?

Я замерла и, склонив голову к плечу, уставилась на дока. В его карих добрых глазах я видела смех.

А ведь действительно, что, если причина исчезновения сигнала со станции вовсе не там, где я ищу?!

– Лидия, мир несколько сложнее, чем вам видится. Там могло случиться все, что угодно. И возможно, сигнала нет…

– Потому что его никто не посылает? Они мертвы, все так говорят.

– Да, – кивнул док.

– Я продумала все возможные ситуации: пожар, холод, поломка той или иной системы жизнеобеспечения…

– Всегда есть человеческий фактор, и его вы формулами не просчитаете.

Подняв баночку с лекарством, я покрутила ее в руках. Повисло молчание. За окном медленно проплыл торговый онлайн-супермаркет, на его баннерах ярко высвечивалась реклама товаров на каждый день.

– Вы нашли корабль, Лидия?

– Нет…

– Дайте угадаю: не понимаете, как его нанимать и где вообще обитают вольные корабли?

– На Марсе и на орбите Нептуна. – Я оторвала взгляд от красочных картинок.

Огромный дирижабль медленно приземлялся на стоянку нашего здания на двухсотом этаже.

– Лидия…

– Да, Маркус, я знаю, где есть корабли, но их нанимают при личной беседе. – Поморщившись, обхватила виски пальцами. Боль не утихала.

– Слишком много мыслей. – Голос моего собеседника стал тише.

– Двое суток не спала, – простонала я, – закрываю глаза и вижу эту проклятую схему «Ойкона». Не отпускает. Эти линии… они везде.

– Вас не отпускает совесть. Просто поймите, что тут нет вашей вины, и все сразу исчезнет.

– Целая экспедиция, док. И полная неясность. Они должны были вернуться десять дней назад. Корабль вылетел, но всего один. Один из десяти – и тот пропал. Сигнал исчез. Он не покинул систему Цефея. От людей ни звука. Еще и кот!

– О да, – Маркус хмуро усмехнулся, – в СМИ поднялась настоящая шумиха.

– Вам не кажется странным, что за одно животное переживают больше, чем за сотню человек?! – Открыв крышку, я все же приняла лекарство, несмотря на недовольный взгляд личного психотерапевта.

Потянувшись, мужчина взял со своего стола кружку с дымящимся ароматным напитком.

– Меня удивляет, Лидия, что вас это удивляет. Котики давно правят этой системой. А у нас пропал лучший из пушистого рода.

Я лишь тяжело вздохнула.

– Да, жизнь сложна, – продолжил док. – Это вам не чертеж планетной станции. Но как бы там ни было, я приеду к вам завтра, и мы отправимся на Нептун искать подходящий корабль. Вместе! Раз появился такой шанс вырвать вас из этого мерзкого окружения, то чего тут думать!

У меня возникли смутные подозрения:

– Вас заставил отец?

– О нет, – рассмеялся он, – боюсь, от него нам стоит ждать чего-то иного. Вы моя любимая пациентка, куда я без вас?

– Док, вы с ума сошли?

– Лидия, сколько лет мы знакомы?

– У вас еще не было практики, и, помнится, вы подрабатывали у нас фельдшером…

– Да, вечность. – Он потер щетину. – Вы для меня уже как родная, считай, что сестра. Столько лет бесед, ночных посиделок перед экраном…

– Да, – я улыбнулась, – нам осталось только перейти на «ты» и распить по молочному коктейлю.


Отключив трехмерный голоэкран на столе, я опустила спинку кресла и откинулась на нее. Перед глазами все так же расползались сетью линии коммуникаций проклятой станции.

Выходит, завтра мне предстоит лететь нанимать корабль.

Я не представляла, как это вообще осуществить. Никогда не покидала здания «Илистрон Корпорейшн». Парковки, зеленые аллеи и терраса трехсотого этажа не в счет. Все мое существование ограничивали эти стены. Собственные апартаменты в три комнаты. Кабинет здесь же. Ресторан двумя этажами ниже. Личный лифт, ведущий туда, и столик у окна, за которым я завтракала еще ребенком.

Все остальное – онлайн-магазины с доставкой через консьержа.

Иногда мне приходилось посещать кабинет отца и нудные, чрезмерно людные совещания, после которых я восстанавливалась не один день.

Круг общения тоже столь узок, что я могла пересчитать по пальцам всех, кого знала по имени.

И доктор Маркус Дигри был номером один.

Меня пробило ознобом. Нептун. Почему не Марс? Это ведь ближайшая от родной Земли планета.

Ну чего лететь к черту на рога на край системы?

Поморщилась. Ответ я знала, так что можно уж себе не врать. Потому что только там среди вольных найдется команда, что за хорошие деньги полетит куда скажут, не задавая вопросов.

Но в этом и заключался весь ужас. Я, чистокровная натуральная землянка, в глаза не видела тот генно-модифицированный сброд, напичканный киберимплантатами, что обитает там. Несколько лет назад на Нептуне вспыхнуло восстание, переросшее в гражданскую войну. Кто победил, кто проиграл – до сих пор неясно. Конфликт просто сошел на нет. Тысячи смертей, столько же покалеченных жизней. Повстанцы до сих пор наводили ужас на жителей благополучных планет.

Пираты, нелегалы, контрабандисты… И док хочет, чтобы я летела к ним!

У меня поджилки затряслись от страха. Они же даже не совсем люди.

Сжав виски пальцами, закрыла глаза. Я откровенно боялась не натуралов с их жестянками, торчащими вместо рук и ног.

В моем представлении жители Нептуна и его спутников – монстры, не знающие жалости и не имеющие никаких моральных принципов.

В памяти тенью шевельнулся образ огромного мужчины с металлическими вставками на лице, нависающего сверху.

Женский крик, кровь на двери лифта парковки…

Я моргнула, и видение схлынуло. Было ли оно воспоминанием, или это игры моего больного разума?

На этот вопрос ответа у меня, увы, не было.

Снова грохот. Обернувшись, я проследила, как с верхнего стыковочного шлюза в сторону морского порта мчится межпланетный экспресс.

Полночь. Рейс Марс – Луна – Земля.

Я зевнула, а сон все не шел. Измученное тело требовало отдыха. Руки и ноги крутило, подкатывала тошнота.

А сна ни в одном глазу. Какая же это мука.

Несколько лет я пыталась бороться с собственными мутациями, но истина была такова – моему мозгу не требовался отдых. Он не желал спать, и это было неправильно. Блуждая по ночам по темным коридорам, я вслушивалась в то, что происходило за дверями комнат. Там, лежа в удобных кроватях, спал персонал «Илистрон Корпорейшн». Они, в отличие от меня, могли видеть сны.

Такая роскошь. Я снова зевнула. Мой взгляд упал на играющую в голубой неоновой подсветке фотографию.

Мама. Единственный человек в этом мире, к которому я испытывала любовь.

С навечно застывшего изображения мне улыбалась женщина средних лет. В ее теплых, таких живых глазах было столько ласки. Я все еще помнила тепло ее рук.

Наверное, это и была та соломинка, что до сих пор держала меня на плаву, не давая скатиться в омут безумия.

Когда-то меня любили. У меня была мама.

Тишина стала просто невыносимой. Поднявшись с кресла, я прошла в ванную и включила воду. Вращаясь по часовой стрелке, она исчезала где-то в трубах огромного небоскреба. Глаза слипались. Организм желал покоя. Набрав в ладони прозрачную жидкость, плеснула на лицо. Один раз, второй…

Капли медленно стекали по моей коже.

Выпрямившись, боковым зрением заметила движение. Что-то темное, страшное. Отшатнувшись, врезалась в тонкую стальную перегородку душевой и замерла.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять – это всего лишь мое изображение в зеркале.

Да, я не узнала себя. Прав был док. Испуганная, растрепанная, короткие волосы до плеч торчат в разные стороны. Глаза красные. Губы бледные. Действительно, в таком прикиде только на кремацию везут. Моргнув, я протянула руку и выключила воду.

На моем запястье запищал браслет, отображающий параметры состояния здоровья.

– Лидия, с вами все хорошо? – Голос виртуальной помощницы заполнил пространство кабинета.

– Да, Ти-си, – ответила негромко, все так же глядя на свое отражение в зеркале. – Я в ванной комнате.

– Хотите принять душ? Я зарегистрировала резкий скачок адреналина в вашей крови.

– Я испугалась.

– Чего? – Казалось, она удивлена, хотя искусственному интеллекту эмоции несвойственны.

– Отражение. – Мне стало стыдно за себя и свои страхи. – Здесь зеркало.

Повисло молчание. Как ни странно, но мне вдруг захотелось поговорить:

– Ти-си, что происходит в мире?

– Ну нет. Сейчас новости будут вам во вред. Лучше примите душ, это поможет расслабиться. Вам нужен сон. Я рекомендую два кубика снотворного.

– У меня зависимость, – покачав головой, я зевнула, – и я должна засыпать сама.

– Я включу воду нужной температуры. – За моей спиной в душевой кабинке прямо из потолка хлынул поток. – Раздевайтесь.

Спорить не стала. Скинув с себя фиолетовую рубашку и черные брюки, потянулась к застежке бюстика…

Поверх темной грубой ткани легло белоснежное нижнее белье.

Открыв дверь, я вошла внутрь. Волосы мгновенно намокли. По спине, животу, рукам заскользили теплые струи воды.

Раскачиваясь, я наслаждалась душем.

– Лидия, – подала голос Ти-си.

– Да.

– Вам пришло сообщение от отца.

Уперевшись руками о плитку на стене, замерла. Устала. От всего и всех.

В голове звучала фраза дока Дигри: «Раз появился такой шанс вырвать вас из этого мерзкого окружения, то чего тут думать!»

Она зацепила меня.

Шанс вырваться! А куда? Ответа у меня не было. Жить по-другому, не в этих комнатах, без вечных издевок Мамлизы, без отца.

Никогда больше не видеть его, не слышать его укоров и обвинений. Дышать разным с ним воздухом.

– Ти-си, заблокируй номер Льюиса Илистрона.

– Вы уверены?

Я колебалась.

– Лидия…

– Да, выводи на экран количество пропущенных от него звонков, и все.

– Мне кажется, это прекрасное решение.

– Ти-си?

– Что? Я электронный помощник, наделенный интеллектом, я не могу не замечать, в какую депрессию вы впадаете…

– Достаточно, я тебя поняла… Выключи воду.

Выйдя из душа, я достала из ящичка чистое белье и красную стираную рубашку. Оделась и вернулась в кабинет.


Замерев в кресле, я наблюдала, как на огромном табло цифры, сменяя друг друга, отсчитывали часы до рассвета.

Три ночи… четыре… пять…

Нажав на клавишу, развернулась к окну и, слабо улыбнувшись, вгляделась в смог, окутывающий небоскребы.

В ночное время небесный город был особенно ярок. Неоновые вывески, подсветки окон жилых этажей. Блики от прожекторов парящих торговых дирижаблей. Мерцающие автотрассы и взлетные полосы межпланетного метро.

Глядя в окно, я видела жизнь. Она пролетала мимо и легким предрассветным туманом дышала на стекло, оставляя капельки влаги.

На горизонте медленно разгоралась оранжевая полоса, становясь шире и ярче.

Рассвет.

Первые солнечные лучи ползли по крышам и стенам домов, пробуждая городских жителей.

Вот и наступило завтра.

Сомкнув глаза, я наконец забылась тревожным прерывистым сном.


Навязчивый звук врезался в мое сознание. Сон развеялся вмиг. Открыв глаза, моргнула. Уже день или все еще утро? Сколько часов я проспала? Два-три. Потянувшись, ощутила боль во всем теле.

Звук повторился. Словно что-то с грохотом уронили на пол. Хм… Шум явно исходил из-за двери. Чудно.

Сев ровнее, я судорожно соображала, что так странно может там трещать, проедая мозг.

Автомойщик перевернулся или еще чего?

Удар. Еще один. Ну если робот и навернулся, то теперь он бился головой о стену.

Возня. Хм, это уже вызывало любопытство. Грохот нарастал. Дрогнула дверь.

Почесав подбородок, я, еще не придя в себя, пыталась понять происходящее и разгадать, что же там кидают в стены. А может, по полу пинают? Снова удар о дверь. Нет, все же в стены: видимо, поднимают и со всей дури припечатывают. Значит, не робот-мойщик глюкнулся. Любопытно.

– Лидия Илистрон! – завопил некто очень знакомым голосом в коридоре. – Если вы сейчас же не откроете дверь и не поздороваетесь со своим психотерапевтом, то меня выкинет из здания служба безопасности. Они уже запросили подкрепление, и по мою душу спешат еще четыре бугая.

– Док, это вы там, что ли? – Я моргнула и наконец поняла, кто ломится в дверь кабинета.

Ну вот, а я-то думала…

По помещению проплыл странный мелодичный звук. Недоуменно осмотревшись, обратила внимание на кнопочку вызова сбоку от двери. Она пульсировала и мигала красным огоньком.

– Ух ты, док! – прокричала я. – Вы представляете, оказывается, у меня есть звонок?!

– Лидия! Откройте дверь, это я жму в ваш чертов звонок. Головой это делаю между прочим.

– А почему? – поинтересовалась я у стены.

– Да потому, что мне руки скрутили! Поторопились бы вы, бугаи уже на этаже. Я же пробрался к вам без пропуска!

В дверь снова ударили чем-то тяжелым. Пинает ее, наверное, ногами. Доктор Дигри вообще скромностью никогда не отличался, поэтому он и ломился сейчас внутрь с упорством бизона.

В коридоре послышалась возня. Черт, да его там калечат, что ли? Вскочив, я подлетела к двери и распахнула ее.

На меня тут же уставились трое. Два охранника и уложенный ими на пол мой психотерапевт.

– А подкрепление где? – поинтересовалась я, высматривая тех самых «бугаев», спешащих на помощь доблестным охранникам.

– Мисс Илистрон, – затараторил охранник, – этот чернокожий мужчина проник на ваш этаж незаконно…

– Мулат, – поправила я его.

– Что, простите? – У молодого черноволосого мужчины дернулся глаз.

– Доктор Маркус Дигри – мулат.

Улыбнувшись, взглянула на своего гостя. Вид у него был крайне недовольный. В карих глазах проглядывал немой укор.

Нет, а чего он хотел? Как он вообще добрался до предпоследнего этажа небоскреба без пропуска?

– Я же сказал, что приду за вами с утра, – проворчал он, будто поняв, о чем я думаю.

– Простите, уснула. – Я развела руками, словно извиняясь.

– О-о-о, – просиял он, – сами уснули! Но постойте, выходит, я не дал вам выспаться.

– Да ничего, сейчас досплю. – Глядя на него снизу вверх, я все ждала, как же он выпутается.

Это был тот редкий случай, когда в интересном положении оказывалась не я, а мой мозгоправ.

Охранники в черной форме с нашивками на груди, слушая наш странный диалог, так и стояли, согнувшись пополам. Похоже, и они не знали, что им делать со своим пленником, развалившимся у их ног. Хлопая глазами, они ждали моего приказа, а я в кои-то веки веселилась.

– Лидия? А может, полетим на Нептун? – предложил док.

Я поморщилась. Ну вот зачем он напомнил? Вздохнув, сложила руки на груди и призадумалась.

– А вижу, утренних новостей вы еще не видели, – сделал свои выводы Маркус.

Охранники отвели взгляд. Та-ак! Я по их лицам поняла, что грозит мне очередная гадкая подстава.

Зло поджав губы, обернулась и громко скомандовала:

– Ти-си, включи первый новостной канал!

– А может, не надо? – пропищала моя помощница. – Зачем портить себе настроение? Сегодня замечательное утро, хорошая погода…

– Включай! Это приказ!

Искусственный интеллект печально вздохнул и умолк.

Над столом медленно развернулось трехмерное голоокно. Пошла рябь, нечеткая картинка…

– Ти-си, – прорычала я, теряя терпение.

Изображение выровнялось.

Светловолосая репортерша активно жестикулировала, указывая на довольно знакомую парковочную площадку.

– Ти-си, звук.

Пауза…

«…Сегодня после короткой пресс-конференции господин Льюис Илистрон объявил, что посылает на «Ойкон-13» экспертную комиссию в составе спасательной экспедиции. Пока неизвестно, что это будет за судно и из какого космопорта оно стартует. Но как заявили специалисты корпорации, есть вероятность, что на станции вышла из строя система связи. Конечно, это вызывает все новые вопросы. Если дело в простой поломке, то почему так долго ждали с решением этой проблемы? Но еще большее удивление вызвала следующая новость – комиссию возглавит младшая дочь главы холдинга Лидия Илистрон. Напомним, что об этом отпрыске миллиардера известно очень мало. Она практически никогда не появляется на публике, ведет замкнутый образ жизни…»

– Ти-си, выключить звук.

В комнате стало тихо.

Обернувшись на дока, тяжело выдохнула и уперлась ладонью о косяк:

– Отец что-то задумал.

– Я тоже пришел к таким невеселым выводам. – Дигри затряс головой и стукнулся подбородком о пол.

– Ну а вам-то оно зачем, Маркус?

– Вы моя диссертация, Лидия. – В его голосе зазвенела нотка возмущения. – Я просто обязан увидеть, как вы будете вести себя в новых для вас условиях.

– Ага, то есть вам нужно, чтобы я подопытной мышкой бегала по кораблю вольных и вопила как резаная, не понимая, как себя с ними вести?

– Это в идеале. – Он просиял.

Охранники, кажется, вообще окаменели.

– Отпустите его, – выдохнула я и, покачав головой, вернулась в кабинет.

Что же, мышкой быть несложно. Даже забавно порой.

Все не подвешенной на ниточки тряпичной куклой трепыхаться в руках отца.

## Глава 2, в которой я попытаюсь впервые в жизни собрать чемодан. Думаете, это легко? Как бы не так!

– Лидия, собирайте вещи. – Док ходил за мной из комнаты в комнату, не отставая ни на шаг.

– Не мешайте. – Ткнув в него указательным пальцем, я сделала умное лицо. – Я пытаюсь собраться с мыслями.

– Нет, вы не поняли: не с мыслями собираться нужно, а с вещами, – не унимался он.

– Ой, все… – Я упала в кресло, стоящее посреди гостиной. Да что им всем от меня нужно? Знаю я все!

В дверь постучали.

– Вы не против, если я открою?

От вежливости этого гостя меня уже мутило.

– Боже, Маркус, хватит мне выкать. У меня от вашей медицинской этики мигрень, – взвыла я.

– Да ладно, Лидия, это настраивает на рабочий лад.

– Я вас сейчас обрадую, док, но мы собрались лететь к черту на рога, в самую задницу Вселенной, на поиски одного пушистого кота дымчатого окраса. А там и без нас невесть куда делась сотня человек. Так что хватит меня раздражать!

Стук повторился.

– Да входите уже! – рявкнули мы в два голоса.

И тишина…

– Э-э-э. … – Я приподняла бровь. – Док, открой и придуши гостя фонендоскопом!

– Не выйдет, Лидия, – разочарованно выдохнул он.

– Почему?

– Я забыл его в машине на парковке.

Сокрушенно цокнув, я укоризненно покачала головой:

– Вот как с вами куда-то лететь?! Ладно, что у вас с собой есть?

Ответить док не успел, в дверь опять забарабанили.

– Лучше я открою. – Дигри поспешил в небольшой коридор.

Пискнул сигнал электронного замка, и послышались негромкие голоса.

Тяжело вздохнув, я уткнулась взглядом в небольшой шкафчик. Кажется, чемодан вот уже несколько лет покоился с миром именно там.

Был у меня период в жизни, когда отец за семейным ужином объявил, что все поедут на море. Я неделю планировала поездку, даже прикупила себе тогда большой чемодан. Ну кто же знал, что я ко «всем» не отношусь. Естественно, Мамлиза укатила на теплое побережье, а я осталась в этих четырех стенах. С новеньким нераспакованным чемоданом…

И вот пришло время!

– Так, где чемодан, – пробормотала себе под нос.

Поднявшись, отправилась к шкафу… Хм. Нажав на сенсорную панель, заглянула внутрь:

– А вот и ты!

Достав широкую кожаную ленту, попыталась вспомнить, как разложить этот универсальный чемодан.

Покрутив, нашла небольшую схему-инструкцию.

Перед глазами тут же поползли видимые лишь мне одной сверкающие серебром нити.

Схема чемодана, его характеристики: объем, высота, ширина.

Нажав в центре плоской ленты, подкинула ее вверх, как было показано на рисунке.

– А видите, госпожа Илистрон уже пакует вещи, – раздалось за моей спиной.

Я моргнула, и линии растаяли. Передо мной стоял бесформенный баул болотного цвета. Хм… я покосилась на упаковку… Явное несоответствие с заявленным рисунком.

– Да-да, – промямлил кто-то неизвестный, – я вот тоже уже с рюкзаком.

Обернувшись, обнаружила дока в сопровождении незнакомого мне щупленького очкарика. Робкий, я бы даже сказала, затюканный шатен старательно выдавливал из себя улыбку.

– О, мисс Лидия, ваш отец так много мне рассказывал о вас, – сглотнув, отчеканил он, кажется, заученную фразу. Я скептически приподняла бровь. – Я Ан Друз, – мужчина уже натурально заикался, – мне выпала великая честь сопровождать вас на Ойкон. Это так волнительно…

– А-а-а, смертничек от отца, – сделала я свои выводы. – Прислали шпионить за мной.

– По всему выходит, что так, – кивнул док. – А господин Друз у нас кто?

– По образованию инженер. – Молодой мужчина выглядел донельзя сконфуженным.

Хм… Дурак или карьерист? Скорее первое.

– Что вам обещали за выполнение этой работы? – Я подозрительно прищурилась.

– Мне? Да это честь… – Он истерически засмеялся, сам себе не веря.

– Друз, я задала вопрос…

Он обреченно выдохнул и взглянул на меня такими милыми карими глазками, что я сжалилась.

– Пообещали перевести из курьеров в отдел на должность младшего помощника инженера коммуникаций.

– Дешево купили. – Пожав плечами, я поставила ровно разложившийся чемодан и нахмурилась.

«Вот же венеряшки-барахольщики!» – мысленно выругалась я. На заявленные в инструкции параметры эта авоська явно недотягивала.

Кругом обман. Ну что за планета! Ничего нельзя у них покупать. Все уже сломанное приходит.

Я вопросительно взглянула на дока.

– Насколько я знаю, гардероб у тебя, Лидия, не то чтобы большой. Твои три тряпки туда вполне войдут.

– Наконец-то вожделенное «ты», – пробубнила я себе под нос и, схватив чемодан за ручку, направилась в гардеробную.

М-да, несколько пар плотных штанов и семь рубашек разного цвета.

– Все куда хуже, – съехидничал доктор Дигри. – Предлагаю перед полетом прокатиться. Знаете куда? Ну, Друз, давай угадывай.

– Э-э-э… – Инженер впал в ступор.

– В крематорий мы, само собой, заедем, – проворчала я, – поминальные дощечки закажем.

– Мое предложение было веселее – я по магазинам собирался.

Я скептически взглянула на своего психотерапевта, надо же, какой оптимист. Стоит счастливый, улыбается, меня раздражает почем зря.

Фыркнув, сгребла свое шмотье и вышла в комнату. Скинув все в чемодан, вернулась за ботинками. Так, еще что?

Мужчины мялись на пороге спальни. И если док явно веселился за мой счет, то этот Друз выглядел придурковато.

Меня окончательно подкосила жалость. Было в его взгляде что-то такое – смягчающее. Вот бывает, смотришь на человека и хочется ему в руку конфетку сунуть. А в случае с Друзом – пирожок с мясом. Уж больно дохленьким он казался.

– Лидия, это еще не все. – Дигри стрельнул взглядом на мой чемодан.

– Я знаю, вернитесь в гостиную.

– А может…

– Вон, – грозно рявкнула я и выгнала эту мужскую делегацию из своей спальни.

Обхватив виски пальцами, попыталась сосредоточиться. Что там еще берут в поездки? Да чего все сложно-то так!

– Ти-си, список вещей для путешествия?

– Вы летите на курорт?! – Вопрос виртуального помощника цепочкой букв повис под потолком, отзываясь эхом.

– Отключи версию для слабослышащих, – скомандовала я, – и нет. Не на курорт, скорее наоборот – в черную дыру Вселенной.

В ответ Ти-си развернула огромный рекламный баннер марсианского бюро ритуальных услуг.

«Мы похороним вас с шиком», – прочитала я красочный слоган. Потерев подбородок, призадумалась.

– Ти-си, оставь им от меня заявку. Но пока выведи список вещей в командировку.

– Зубная щетка, расческа и смена белья.

– И все? – Уж слишком простым перечень оказался.

– Остальное вам предоставит отель.

Я покосилась на колонку, в которой обитала моя виртуальная помощница. Похоже, до нее не доходило, в какую передрягу мы влипли.

– Здорово, конечно, Ти-си. Только на Ойконе отеля нет. Там лишь ледяные скалы и холод такой, что глаза стекленеют…

Секундная пауза, и в воздухе развернулся каталог шуб.

– А это мне зачем? – не поняла я.

– Мы согреем ваши тушки… – начала было Ти-си читать рекламный буклет.

– Нет… нет… нет, – остановила я ее. – Мне нужен перечень вещей, понимаешь. Вот рубашки, вот брюки, обувь. Что еще?

– Зубная щетка, расческа и смена белья, – повторила помощница.

– Хм, белье. Точно… – Я спешно вернулась в гардеробную.


Глядя на свой чемодан, задумчиво почесала подбородок. Перед глазами списком пронеслось все, что я в него впихнула: штаны, рубашки, пара ботинок, носки, нижнее белье и… Как бы все. Маловато что-то. Я осмотрелась.

– Ти-си, я все учла?

– Нет, – подозрительно обиженно сообщила моя виртуальная помощнца.

– Хм, и что же я забыла? Что-то из одежды? Да, у меня же была легкая куртка, а где она? Помнишь, я ее купила, потому как хотела выходить гулять в аллею на двухсотом этаже.

Ну да, заказывала и, помню, даже распаковывала. А куда дела?

– Вы меня забыли! – визжащим электронным голосом заявила дамочка. – Вот вы уедете, а я останусь одна в пустых комнатах! И не с кем даже поговорить. Совет дать, новости рассказать. Погоду. Это вы безэмоциональная болванка, а я живой интеллект! Мне нужны чувства, переживания, динамика…

Что? Вырастила виртуальную гарпию на свою голову!

Скривившись, я подошла к столу и, вырвав круглую, святящуюся неоновым розовым светом колонку из ячейки, закинула ее в чемодан вместе с зарядкой.

Ты глянь на нее! Я болванка, а она клубок эмоций.

– Я все видела! – раздалось из портативного планшета на моем бедре. – Вы сделали это без особого уважения.

– Знаешь, Ти-си, – я вновь упала в кресло, – могу тебя и вовсе в окно выкинуть. И заметь, никаких эмоций при этом.

– Вы этого никогда не сделаете, Лидия.

Хм, да у меня тут еще один мозгоправ нарисовался.

– Чего это такие выводы? – Я приподняла бровь.

– Где-то там, в глубине вашей холодной души, вы меня любите.

Подумав несколько секунд, покачала головой.

– Но вы же меня столько лет терпите! – И снова этот бабский электронный визг.

Что так истерить-то?!

– Просто, Ти-си, ты знаешь адрес лучших шашлычных Земли и мониторишь появление новых пиццерий с доставкой на дом. Ну и не забываешь заказывать обеды и ужины.

– Вам бы только сытно пожрать, – недовольно засопела дамочка и притихла.

Усмехнувшись, я откинулась на спинку кресла и уже серьезней взглянула на свой чемодан. Я что-то упускала.

Там, в подсознании, мелькала очень важная мысль, но я никак не могла к ней пробиться.

Закрыв глаза, вспомнила события двух недель. Не вышла на связь команда с Ойкона, мгновенно вспыхнул межпланетный скандал, в центре которого кот и наша корпорация. Угрозы судебными исками отцу. Приказ лететь на станцию и разбираться со всем. Это уже мне.

Цепочка выстраивалась логично, но все равно было здесь что-то не так.

– Лидия, вы все еще чахнете над своим скарбом? – Появившийся в проходе док настроения мне не поднял. – Экспресс на Нептун отходит через два часа.

– Зачем на Нептун? Все же я не понимаю, чем вам не нравятся корабли с Марса?

Меня, словно нитями паутины, спеленал страх. Все это казалось таким нереальным, хотя вроде и понимаю, что сейчас я возьму свой чемодан и выйду из этого здания туда, во внешний мир. Но веры в то, что у меня хоть что-нибудь получится, не было. Да, наверное, поэтому я была столь цинична и груба – прятала собственных монстров за этой ширмой.

– Ну, друг мой, Марс мне категорически не нравится тем, что половина кораблей, что швартуются там, принадлежат корпорациям. Хотите, чтобы в прессу сразу просочилось, с кем и куда вы полетели?

– Разве это тайна? – Я развела руками.

– На Марсе огромные транспортные суда, рядом с вами ежеминутно будет находиться сотня человек. Замкнутое пространство, никаких обедов в каюте.

Док нагонял на меня страх, манипулировал. Пытался сыграть на моих фобиях, хотя раньше за ним такого не наблюдалось. Это интриговало.

– Маркус, говоря начистоту, я прекрасно понимаю, когда мне желают запудрить мозги.

– Хорошо, Лидия, я знаю вас сколько?

– Много, доктор Дигри, так что давайте без всего этого.

Он засмеялся, легко и будто даже счастливо:

– Ты не переживешь, если по твоей вине погибнут люди. А вдруг там, на Ойконе, находится нечто, что губит суда? Ты рискнешь экипажем в сотню человек?

Цокнув, я встала и, застегнув на чемодане основную магнитную молнию, в последний момент засунула в боковой карман фоторамку с изображением мамы.

– Сентиментальности, – усмехнулся док, заметя эту мелочь. – Сегодня я узнал о тебе что-то новое. Ты так и не отпустила ее.

– Я не бесчувственная болванка, если ты об этом, Маркус.

– Разве я хоть раз тебя так назвал?

Приподняв бровь, я одарила его скептическим взглядом и вышла в коридор.

А вот и Друз! Как-то я совсем забыла о нем. Он, мило улыбаясь, жался к двери. От волнения у него даже очки запотели:

– Мисс Илистрон, отец забронировал вам судно…

Меня пробрал смех. Вот, значит, как.

– Говори все как есть. – Отвернувшись от бедолаги, я направилась к лифту.

– Господин Илистрон снарядил огромный корабль, триста человек экипажа. Это будет грандиозная спасательная операция. Меня отправили к вам в личные помощники.

– Шпионить? – уточнила я не без доли ехидства.

– Ну, если по существу, то да. – Он покраснел, но отнекиваться не стал.

Это прибавило к нему уважения. Что ж, не знаю, как он влип в эту историю, но Ан Друз брехлом и подлизой не был.

Выходит, док пронюхал и про большой корабль. Хм… Сначала отец выставляет мне ультиматум – вали на Ойкон как хочешь. Ждет два дня и начинает активно собирать спасательную экспедицию, промариновав как следует меня. Скорее всего, этот гад думает, что я дошла до точки отчаяния и соглашусь на все. Хитро, папочка, в твоем репертуаре. Гнобить людей он всегда умел мастерски.

Кивнув самой себе, я выстроила в голове совсем иную логическую цепочку.

Поравнявшись со мной, Маркус выжидательно прищурился. Что ж, не буду его разочаровывать.

– Отец понимает, что живых на станции нет, но пытается играть в спасителя. Что может быть более искренним, чем отправить спасать пропавшие души родное чадо?

– Мне нравится, как работает твой мозг. – Обогнав меня, док вызвал лифт. – Никогда больше не говори, что он сломанный, и не называй себя мутантом. Это не уродство, Лидия, это дар. Дар, который вызывает лишь восхищение. И легкую зависть.

– А вы попробуйте с этим даром не поспать недельку, зависть сразу исчезнет. А господин Льюис Илистрон решил за мой счет причислиться к лику святых. Подлая гнида, он отправляет младшую дочь в неизвестность, тем самым показывая, что уверен – ничего страшного там, на Ойконе, не произошло.

– А если вы не вернетесь? – испуганно прошептал Друз, обреченно плетущийся за нашими спинами.

– Он будет жертвой, – высказала я то, что и так было понятно всем.

У Друза глаза увеличились вдвое.

– Вам лететь с нами необязательно, – успокоила я этого несчастного.

– У меня приказ сопровождать вас везде. – Почесав лоб, он поджал губы.

– Сочувствую. Тогда накиньте куртку, на станциях Нептуна ветрено.

Услышав меня, он так искренне улыбнулся. Ну что за человек, нужно будет покормить его хорошенько. Такой худой.

– А может, все же поступим так, как приказал господин Илистрон? – пробубнил он. – На Нептуне пираты и головорезы.

Дождавшись, пока лифт откроет двери, я вошла внутрь. Чемодан парил рядом, пристегнутый к моему запястью тонкой, но прочной цепочкой.

– Госпожа Илистрон, Лидия, вы… Вы подумайте, ну не может родной отец быть таким подлым. Может, вам просто так показалось?

– Зря ты это сказал, – хохотнул док.

Никого не дожидаясь, я нажала на сенсорной панели клавишу «Вниз».

Двери закрылись прямо перед носом мужчин. Им полезно, нечего в моем присутствии всяких гадов обеливать. Мой отец – редкостная тварь, и сомневаться в этом не стоит. Для него существует только его любимая старшая доченька, рожденная от какой-то там модельки. Эта дамочка является раз в год, сцеживает с отца хорошую сумму денег и исчезает в небытие.

А моя мама… Хм… Все, что я помнила, – это постоянные крики отца.

Я не понимала, почему родители ругаются. Чем они недовольны? Стоя за дверями их спальни, я силилась детским умом постичь проблемы взрослых.

Не выходило.

А однажды мама просто исчезла. Все, что сохранила моя память о том вечере, – то, что отец нашел меня на парковке, а еще навязчивый скрип протеза незнакомца. Кто бы там еще в тот момент ни находился – он был модифицированным.

Уже будучи взрослой, я подняла новости тех лет. Ничего конкретного: лишь пара заметок в маленьких газетах о том, что вторую жену Льюиса Илистрона забили насмерть на парковке Илистрон-хауса. Во всем обвинили темнокожего мужчину, убитого в ту ночь там же.

Еще пара строк о преступнике – уроженец Нептуна и, скорее всего, повстанец. Или просто сумасшедший. Или контрабандист.

Правды я так и не узнала. Что случилось с моей мамой, так и осталось неразгаданной тайной. Мой уникальный ум оказался бесполезен. И это отравляло мне жизнь.

На небольшом табло над дверями шел размеренный отсчет цифр: 341, 340, 339… 289, 288, 287…

Оставшись одна, я закрыла глаза и уперлась затылком в холодную металлическую панель лифта.

Огромное судно… Несколько сотен членов экипажа… Спасательная операция… Оскалившись, сжала кулаки…

Отец, сам того не осознавая, дал мне в руки ту нить, о которой я мечтала столько лет. Осталось лишь дернуть за нее как следует, и я наконец смогу забыться крепким сном.

…268, 267, 266… Цифры ускорялись, приближая меня к парковке. Это место, дальше которого если я когда и заходила, то в далеком детстве. Может быть, когда была жива мама. Хотя, возможно, она, как и отец, стеснялась моей странности и не показывала меня людям.

В это верить я не желала.

…236, 235, 234…

Злость не отпускала, наоборот, словно разрасталась в моей душе. А вместе с ней и страх. Я вдруг поняла, что не знаю, как покинуть это здание. Возможно, в этом случае мне придет на помощь док, у него был личный автокар.

Интересно, как высоко он может взлететь? Душно ли в нем, или работает климат-система? И вообще, каково это – сидеть в этой тесной пластиковой, переливающейся в лучах солнца коробке и вальсировать в бесконечном потоке таких же воздушных транспортных средств между небоскребами, разрывающими облака?

Отец всегда говорил, что чем человек могущественнее, тем ближе к солнцу. Наверное, поэтому он занимал триста пятидесятый этаж, чтобы никто не смел быть выше.

Что же, папа, хочешь играть в Бога – будет тебе спасательная миссия!

…203, 202, 201…

На экране высветилась ярко: 200.

Двери разъехались. Выйдя в холл, я буквально налетела на сестрицу. В ярком цветном сарафане она выглядела как пестрая бабочка. На плече модная сумка, на ногах золотистые босоножки. Я представляла, какой у нее гардероб, наверное размером с комнату. Тряхнув длинной гривой светлых волос, она презрительно поморщилась и встала так, чтобы я не смогла пройти мимо.

– Что тебе, Мамлиза? – устало выдохнула я.

– Это немыслимо! – взвизгнула она похлеще Ти-си. – Ты опять все испортила, Лидия.

– И чем же на сей раз? – Я приподняла бровь.

– Там куча репортеришек, – она указала на двери, ведущие на парковку, – и знаешь, их волнует не какое у меня будет свадебное платье, а этот плешивый кот, которого ты обязана спасти. Почему новость дня ты, а не я? Никто из них даже голову в мою сторону не повернул – все высматривают убогую страшилку Лидию. Ну почему ты не сдохла вместе со своей мамочкой?

– А почему ты не укатила вместе со своей?

– Не смей трогать мою мать! Она занятой человек. Показы, премьеры!

– Да откупается папаша от нее. Развелся и отправил куда подальше, чтобы глаза не мозолила.

– Не смей рот открывать, недоделанная. Я не понимаю, почему их интересует такое никчемное существо, как ты!

– Потому что, блаженная ты овца, – рявкнула я. – И вообще, привыкай быть в тени. Твой будущий муженек не даст затмевать себя. Кто там этот мажорчик? Моделька пустоголовая!

– Что? – У нее от возмущения аж глаза из орбит полезли.

– Тебе повторить? – с ехидцей поинтересовалась я.

– Ты ненормальная! Ты… ты… – Она, давясь воздухом, тыкала в меня пальцем. – Отец должен был избавиться от тебя, как только выяснилось, что ты генетический мутант. Твои мозги неправильные. Они сломанные, а ты ущербная. И мамаша твоя была такая же. Ты ноги папе целовать обязана!

Ха-ха, надо же, как, оказывается, легко вывести из себя эту идиотку. Представить только, и это моя родная сестра. Насмешка Вселенной какая-то. И чем я ей так ненавистна? Хотя такие, как она, ненавидят без причины, просто потому, что душа с гнильцой.

– Я что должна?! – Скривив губы, я задрала подбородок вверх. – Ноги целовать? Прости, Мамлиза, но я привыкла быть лучшей, а тут я тебе не конкурент. Лучше тебя это все равно не сделаю. Ты же мастер подлизываться. А насчет мутанта соглашусь. Но тут такое дело, у меня хоть справка есть, а ты просто от природы идиотка. Полная и беспросветная дура без шанса на улучшение.

Обойдя ее, направилась к четырехметровым дверям, ведущим на парковку Илистрон-хауса.

Я не выходила туда, наверное, уже год. И никто даже не подозревал, какое смятение сжимало когтями мое сердце в этот момент.


Сотни вспышек, гул голосов, как в пчелином улье, и солнце, ослепляющее глаза.

Все это поджидало меня на улице. Мамлиза не соврала. К сожалению, по мою душу прибыли господа из инфопрессы.

Сделав глубокий вдох, пошатнулась, но со спины меня поддержал подоспевший док.

– Этого я не ожидал, – пробурчал он, приобняв меня за плечи. – Но стоило догадаться, что стервятники налетят в поисках крупиц информации. Каждому нужна сенсация. Держитесь, Лидия, вы должны пройти через это. У вас хватит духу. Я в вас верю.

– Нормально, – прохрипела я. – Но сколько же их здесь? Что, со всех новостных каналов?

– Да, приличная толпа. – В голосе Друза я расслышала явную неуверенность. – А обойти их никак не получится? Может, какой черный ход или там лаз имеется?

Он буквально озвучил мои мысли. Кажется, наш инженер к славе не рвался и выставлять свою персону на обозрение публики не торопился.

– Да я бы сейчас хоть в вентиляцию, хоть в коллектор залезла. Но нет. Только через господ журналистов. Док, ты что, припарковаться в другом месте не мог?

– Нет, конечно. – Он легкомысленно пожал плечами. – Я же без пропуска пробирался. Но как вариант – укол. Я могу сделать его незаметно. Пара секунд – и вы будете спокойны, как айсберг.

Гордость требовала сохранить лицо, а трусость взмолилась об успокоительном.

– Справлюсь. – Глубоко вдохнув, я отключила эмоции и сделала шаг вперед.

Толпа приближалась.


Они накинулись как пираньи! Все разом.

Десятки вопросов со всех сторон. Я не успевала их анализировать. Мгновенно разболелась голова, а перед глазами зарябило. Еще никогда рядом со мной не было так много людей.

Незнакомцев, шумных, агрессивных, наглых…

Они что-то кричали, скопом, толкаясь. Мне стало жутко. Но…

Я должна это сделать, потому как за моей спиной, в здании, подпирающем облака, остался настоящий монстр, и, если я не справлюсь здесь, значит, мне придется вернуться к нему.

Страх исчез. Сейчас я видела не толпу, а простое препятствие, с которым нужно разобраться, и желательно как можно быстрее. Пока до отца не дошло, что я собираюсь его низвергнуть.

Подняв руку, призвала всех к тишине. Как ни странно, они умолкли. Зацепившись в толпе за лицо мужчины-азиата в очках с толстыми стеклами, я указала на него.

– Мисс Илистрон, вы и правда готовите судно А класса «Холмикрон» к спасательной операции на Ойконе? – выпалил он.

Подняв ладонь вверх, показала, что вопрос услышан:

– Нет!

Первое же слово спровоцировало гул в толпе. Дождавшись тишины, продолжила.

– Сначала я лично слетаю на «Ойкон-13» и выясню, что же случилось на станции. Получу подтверждение, что там безопасно. И только после этого корпорация «Илистрон» направит в тот сектор большой корабль. Если, конечно, в этом возникнет необходимость.

– А власти? Они должны отреагировать? – тут же выкрикнул из первого ряда пузатый седовласый мужчина.

Я подняла указательный палец. Наступила тишина.

– «Ойкон-13» – собственность корпорации «Илистрон». Власть не имеет к ней никакого отношения. Каждый, кто отправлялся туда, подписал соответствующие бумаги, что осознает, на какой риск он идет.

Один из репортеров резко вскинул руку. Я кивнула.

– А вы? Вы осознаете риски?

– Да, – затараторила блондинка справа. – Почему летите лично вы, а не отправляете проверяющих от компании? Вам что-то известно? Вы ведь раньше не покидали Илистрон-хаус. Почему сейчас мы видим вас здесь? Вы сознательно рискуете жизнью. Общественность желает знать: почему? Ответьте, мисс Илистрон.

Эта особа меня чуток взбесила. Да какое общественности дело, почему я выползла из своей норы?!

– Где эксперты? Кто летит с вами? Не одна же вы туда собрались.

О, спасение пришло слева. Кто бы это ни проорал, он дал мне соломинку, за которую я тут же уцепилась мертвой хваткой утопающего.

– Почему же не отправляю? Знакомьтесь, господин Ан Друз – проверяющий. Я же лечу как главный инженер. «Ойкон-13» – мое детище, а потому вся ответственность на мне. Если, конечно, имела место ошибка в чертежах при строительстве. Но, повторяю, мы не знаем, что произошло на станции. Возможно… Я делаю на этом акцент. Возможно, все живы и здоровы и просто не могут послать сигнал. Ойкон – планета малоизученная. Это тринадцатая попытка ее заселения. И она должна была быть удачной. Предыдущие экспедиции возвращались без потерь.

– А как вы полетите?

– Какого класса будет судно?

– Это не разглашается, – выпалила я с толикой нетерпения, глядя на окружающую меня толпу.

Словно почувствовав, что я собралась делать ноги, затараторили репортеры. Какое судно? Да черт его знает. Но так же не ответишь. Я покосилась на дока и на позеленевшего Друза, который непонятно с чего вдруг стал проверяющим огромной корпорации, резко так сделав карьеру. Буквально за одно мое предложение.

Подумать только, а ведь сегодня он проснулся простым курьером.

– Мисс Илистрон, расскажите о предстоящем перелете. Вы уже снарядили корабль?

«Ага, аж два раза», – усмехнулась я про себя.

– Информация не разглашается.

Отец выдернет из зада все волоски, когда это увидит. Я своими выкрутасами сейчас практически связала его по рукам и ногам. Ему придется подтвердить каждое мое слово. Или признать, что дочь прокатилась по нему катком, выйдя из-под контроля.

– А как же Мумрик? Что известно о коте?

И снова этот ропот. Моргнув, я быстро нашла взглядом выкрикнувшего вопрос репортера.

– О его судьбе также ничего не известно. – Я придала голосу трагизма, хотя мне и правда было жаль этот пушистый хвост. Можно подумать, он хотел лететь на ледяную планету, имея минимальный запас кошачьего корма и наполнителя для лотка. Сомнительное какое-то счастье для усатого.

– Но хоть что-нибудь о Мумрике. Важна малейшая информация.

Я тяжело вздохнула:

– Корпорацию «Илистрон» его судьба волнует точно так же, как и судьбы наших людей. Каждая семья получит компенсацию в размере годовой зарплаты погибшего. Это лично на контроле моего отца. Кроме того, в земные приюты для животных будут переведены суммы на содержание питомцев на три года.

Все зааплодировали.

О небеса, что я несу? Да и ладно. Главное, чтобы мои слова запомнили, а лучше записали.

У папули денег много, раскошелится. Он хотел быть героем – что ж, предоставлю ему эту возможность.

– И все же на каком судне вы летите? – настаивал мужчина из первого ряда.

Какой упертый толстячок. Да понятия не имею, на чем я там лечу. Я даже не знаю, как с этой парковки выберусь.

– Это не разглашается, – выдавив из себя улыбку, повторила я.

– А господин Друз, что он будет проверять?

Я покосилась на ставшего белым как полотно инженера.

На трясущихся ногах он подошел ко мне ближе. Потный, глаза шальные…

– Я выполню задачу по мониторингу состояния биосферы. Госпожа Лидия Илистрон – техническую часть. Доктор Дигри проверит воздух станции…

Я еле подавила внутренний смех.

«Задачу по мониторингу состояния биосферы». Чего?

Похоже, не одна я тут несла откровенную ересь. А молодец Ан! Трясется, пот на висках блестит, а держится. Хороший мужик, надо брать в компанию.

– Вы предполагаете, что на станции эпидемия? – перебил моего новоявленного личного помощника репортер.

– Все возможно. Нам ведь ничего не известно, – пришел на помощь док. Задрав подбородок, он состряпал умное лицо.

– Маркус, вы психиатр, – шепотом напомнила я.

– А Друз – инженер и по совместительству хреновый карьерист, – парировал мой мозгоправ, – но это не мешает ему изображать здесь эколога.

– Это я от стресса, – шепнул деревянным от волнения голосом Ан.

– Одна я здесь знаю, о чем говорю!

– Ну, раз ты такая всезнающая, Лидия, то не подскажешь, как нам добраться до моей машины? Она на той стороне парковки. – Маркус кивком указал нужное направление.

Ого-го. Ряд припаркованных автокаров едва виднелся вдалеке. Вот это мы влипли.

– Док, я сейчас сдохну от количества свежего воздуха, и вообще я не уверена, что могу ходить.

– Друз? – Маркус повернулся к нашему «экологу».

– А я сейчас описаюсь от волнения.

– Ты глянь, Лидия, – засмеялся док, – наш человек!

Изобразив на лице улыбку, я взглянула на репортеров.

Они силились понять, о чем мы тут шепотом переговариваемся.

– Итак, господа, – я снова взяла ситуацию в свои мокрые от пота руки, – подведу итог своей короткой пресс-конференции. Спасательная операция на Ойкон отправится только после наших первых отчетов. Корпорация «Илистрон» не может себе позволить рисковать людьми.

– А как же кот? Вы передадите его тело обществу?

Приподняв бровь, я пыталась сообразить, что тут только что ляпнули.

– Конечно, корпорация «Илистрон» возьмет на себя все обязательства по дальнейшей судьбе кота. Если его больше с нами нет, то организует доставку праха усопшего и похороны, за которыми сможет наблюдать каждый скорбящий…

Мама дорогая, что мелет мой язык!

Какой прах… Бедный пушистик, его выдернули из комфортного приюта с трехразовым питанием, большим двором для прогулок и высококвалифицированным ветеринаром и отправили в какой-то космический ад. А теперь еще и тушку его предоставьте.

Изверги!

– Раз вопросов больше нет, – буквально прорычала я, – то нам нужно спешить. Мы еще окончательно не уладили вопросы, связанные с вылетом.

– Но когда вы отправитесь к Ойкону?

– На чем вы летите, с какой командой?

– Что еще вам известно о судьбе Мумрика?

– Есть ли шансы на его возвращение?

Вопросы сыпались со всех сторон. Док буквально как на буксире тащил меня через толпу.

Я же, задыхаясь, не могла сообразить, в какую сторону шагать.

Быстро смекнув, что со мной что-то не так, Друз схватил меня под локоть и попер вперед быстрее дока.

Открылась дверь, и я наконец оказалась на переднем сиденье небольшого «жука» дока. Не церемонясь, Ан перелез через меня на заднее пассажирское сиденье, а Маркус проскользнул на водительское.

В окна стучали. Вопросы, крики… Десятки, если не сотня лиц, и всем что-то еще от меня надо.

– Набрать высоту, – скомандовал доктор Дигри, и «жук» воспарил над парковкой.

– Кажется, ушли, – выдохнула я с облегчением, наблюдая, как отдаляется гудящая толпа.

– Да, ты держалась молодцом. Удивила.

Я просияла в улыбке и тут же натолкнулась на несчастный взгляд папочкиного шпиона.

– В какую передрягу я с вами вляпался, мисс Илистрон? И что с вами такое? Почему вы странная такая?

– Я? – Пожав плечами, глянула на дока. – Как вам объяснить, Ан? Я такая странная, потому что чокнутая.

– Что? – Бедняга схватился за сердце.

– А вы не знали, Ан? – Захохотав, док вклинился в общий поток автокаров. – И она не в себе, и я не в себе. Я вам даже больше скажу как психотерапевт: так вот, и у вас, Друз, не все дома.

Засмеявшись, я поправила густую темную челку. Цепочка на руке. Хм… Чемодан остался при мне, а я и забыла о нем.

Ну ладно, наговорила на венерианцев, а они нормальные вещи делают.

## Глава 3, в которой я рвану к черту на рога на межпланетном метро. Путешествовали на таком? Нет? И не стоит начинать…

Тем же вечером. Орбитальный вокзал Земли. Материк Австралия, Южное побережье. Седьмая платформа. Рядом с автоматом по продаже кофе. А справа еще и сладости…


Сделав осторожный глоток, я нетерпеливо подула на пластиковый стаканчик. По поверхности ароматного темного напитка пошла рябь.

От запаха сносило крышу. М-м-м!

– Мисс Илистрон, вы так смотрите на этот кофе, словно это напиток богов. Что там может быть вкусного за такую цену? Это даже вредно.

Я поморщилась и фыркнула в сторону своего новоявленного личного помощника. Ха, правда, помощи от него пока никакой, один бубнеж. Надо было с доком за билетами навязаться, кто же знал, что Друз такой нудно-вредный.

– Что ты понимаешь? Да будет тебе известно, что самая вкусная еда во все времена была именно вредной.

– Я бы это пить не рискнул. – Друз все так же кривился, глядя на автомат.

– И не пей. Мне больше достанется. – Я сделала еще один глоток. – Горький. Что бы ты понимал в жизни, Ан.

Откусив кусочек от купленного в соседнем автомате пирожка, и вовсе просияла.

– Вы хоть представляете, из чего готовят уличную пищу?

Вот заладил. Чем дольше я оставалась с ним наедине, тем сильнее становилось мое желание потерять эту трынделку где-нибудь по дороге к Ойкону. Неужели у отца кого поавантюрнее не нашлось?

– Ты всегда такой докучливый и правильный? – Отпив еще немного, я залезла в меню автомата.

Так, что тут имеется? Что, только черный кофе, и все?! Никакого латте или капучино?

Тяжело вздохнув, покосилась на третий автомат готовых обедов.

– Мисс Илистрон, нет! Там и вовсе отрава, – снова занудил Ан. – Вы только подумайте, что в рот тянуть собрались.

Кхм, напугал. В этом деле главное, думаю, состав на упаковке не читать.

– Там сплошные синтетические заменители натуральных продуктов.

Ну вот зачем? Что ему стоит замолчать и не мешать мне дегустировать простую еду. Люди это покупают, не просто же так поставлено.

– Мисс Илистрон…

– Ой, довольно, – махнула я на него рукой. – Синтетика, и что? Я тебе сейчас умную вещь скажу, только ты не обижайся. Один раз живем, так что пробовать нужно все. А этот стритфуд просто вышечка. Вкусно же! Надо закупиться в дорогу.

Доев пирожок с непонятной зеленой начинкой, спешно выпила кофе и купила еще стаканчик. Пятый по счету.

Над головой пронесся состав орбитального метро Европа – Азия – Австралия.

Потоком воздуха от него всколыхнуло мой горячий напиток. Инстинктивно я отодвинула руку подальше, но он не разлился.

Безэмоциональный электронный голос сообщил о начале посадки на рейс Венера – Земля на пятой платформе.

Народ вокруг нас двигался, куда-то спешил, а дока все не было.

Достав карту, я атаковала автомат готовой пищи. Булочки, пирожки, беляши. В общем, что бы это ни было, а надо брать.

Чебуреки, неведомые мне ранее. Картошка жареная, бокс с пельменями, рыбные палочки… Кукуруза с говядиной! Хм…

– Вы что, его подчистую обнести собрались?

Поджав губы, я досчитала до трех и мило улыбнулась, мысленно задушив этого нытика его же собственным черным в зеленый горошек галстуком.

– Ан, вы ведь умный мужчина. Где ваше чувство самосохранения? Не мешайте мне радоваться жизни.

Засопел, чего-то там под нос проворчал:

– Делайте что хотите, только прихватите коктейль с ферментами, очень помогает от боли в животе и несварения.

– И прихвачу, – вредничала я.

И действительно нажала сенсорную кнопку под этим коктейлем. Ха. Какой выбор! С клубникой, ванилью, какао, дурманом… А?

– Друз…

– Только не с дурманом! Он воняет так, что весь вагон задохнется!

– Правда?

– Я вас умоляю, Лидия, поверьте!

Пожав плечами, купила напиток с клубникой и лимоном.

Так, что там дальше?

Перелистнув сенсорную панель на следующую страницу, вдумчиво вчиталась в названия под коробками.

Борщ, тики с уткой, фуке, плов, рис карри…

– Ан…

– После этого пирожка и кофе вам там уже можно все, – как-то обреченно выдал он.

– Слушай, такие названия интересные. А у нас в ресторане меню из двадцати позиций, и они никогда не меняются. Бульон из птицы, бульон из овощей. Мясной бульон. Бобы, тушенные с белокочанной капустой. В общем, все как ты любишь – полезное. Но вкус у всего одинаковый. Я порой специально заказывала разные бульоны и сравнивала. Словно из одного контейнера с белковой смесью разливали.

Мимо нас прошла группа огромных мужчин в черных куртках. Тихо о чем-то переговорив, они купили по стаканчику кофе и устремились к началу платформы. Там началась посадка. А вот дока с билетами все не видать.

– Мы так и опоздать можем. – Я задумчиво наблюдала, как люди неспешно забираются в вагоны.

– Можем поехать на следующем, только он третьего класса.

– Это как? – обернулась я к Друзу.

– А, это такой вагон, где ваш кофе – роскошь!

– Ой, язва ты! – Покачав головой, я ополовинила стаканчик.

А после, махнув на нудного отцовского шпиона рукой, продолжила изучать меню пищевого автомата.

Над нашими головами электронным голосом сообщили, что отправка экспресса Земля – Марс – Юпитер – Сатурн – Нептун задерживается на несколько минут. Это же наш?

– Мисс Илистрон, вы все купили? – Ко мне мгновенно подлетел Друз и схватил под локоть.

– Да, а…

Договорить не успела, он стремительно потащил меня к кассам. Ничего не соображая, я спешно передвигала ногами и вскоре заметила, что все выскакивают из вагонов и бегут вслед за нами.

– Что такое?

– Потом, – отмахнулся Ан.

– Лидия!

Повернув голову в сторону экспресса, я заметила, как по металлическому полу к нам несется Маркус.

– Теракт? – Услышав это слово от Друза, я мгновенно похолодела.

– Нашли в пятом вагоне оставленную сумку, – подтвердил его догадку Маркус. – Проверяют.

– Как это? – Схватившись за дока, я, не знаю зачем, вручила ему пакет с едой.

– Повстанцы, Лидия, они продолжают привлекать внимание к проблемам планет третьего мира вот таким вот варварским, я бы даже сказал, чудовищным способом.

– И как теперь лететь?

– Скоро все проверят, нужно просто подождать. А что это так вкусно пахнет?

– Мисс Илистрон нашла автоматы с кофе, выпечкой и готовыми обедами, – не моргнув, сдал меня Друз.

Ябеда!


На межпланетное метро мы попали вовремя. Что бы там ни было в сумке – это обезвредили.

Док купил нам билеты в купе первого класса. Найдя нужную цифру на двери, мы вошли внутрь и расселись по диванчикам. Волнение постепенно упало.

Вытащив из пакета тако, вскрыла упаковку и откусила краешек. М-м-м, вкусно. Мясо, бобы, помидоры, перец…

– А это что? – Я показала непонятную субстанцию в лепешке Друзу.

– Тушеный кактус.

– А, ну ладно. – Я снова принялась жевать.

Мужчины скучающе взглянули друг на друга. Друз постоянно чесал макушку, соображая, как он очутился в такой передряге. Док выглядел донельзя довольным. Кажется, он провернул некую авантюру, о которой я еще не догадалась.

А мне просто хотелось спать. Широко зевнув, взглянула на небольшой экран, расположенный над дверью купе.

До нашей станции шесть часов сорок одна минута. Прекрасно!

Спихнув свертки с едой на стол, отстегнула чемодан и завалилась спать, запихав ноги за спину Ана.

– Мисс Илистрон! – возмутился он.

– Что тебе, Друз?

– Это сидячий вагон.

– Ну и пусть сидит.

– Нет, вы не поняли… – Он фыркнул, как лошадь. – Да нет, все вы поняли… Здесь не спят!

– Запрети мне, смертный! – рыкнула я и вытолкнула его ногами с сиденья.

Грохнувшись на пол, он переполз на диван к доку.

– Да вы и правда не в себе. Нет, ну ходили слухи. Но ваша сестра – прелестная девушка!

Приоткрыв один глаз, я одарила молодого мужчину недоверчивым взглядом.

Что там сейчас промычал этот очкарик?!

– Что? – Он развел руками. – Она милая, приветливая… Я видел ее несколько раз в общем холле. Красавица!

– Док? Ты это слышал? – Я с подозрением взглянула на «шпиона» – Кажется, я нашла тебе нового клиента.

– Да, – кивнул Маркус с умным видом, – налицо серьезное расстройство личности. Подавленная воля. Угнетено мужское начало…

– Начало? – усомнилась я. – А может, угнетен конец?

– Нет-нет, Лидия, именно начало. Наш Друз и словом не обмолвился с этой особой, а возвел ее в ранг прелестной феи. Сразу видно, что с женщинами он дел не имел.

Наш новый знакомый странно прищурился. Взгляд его карих глаз показался каким-то… Хм… Будто не на меня глядит, а в линзы очков.

Но стоило ему заговорить, как я забыла об этой нелепице:

– Просто, Лидия, вам наверняка обидно, что ваша сестра – человек публичный. О ней много говорят. Ну, а о вас…

– Аккуратнее, Друз. – Я подняла указательный палец.

– Ан, вы понимаете, что дерзите дочери генерального директора корпорации и к тому же вашему прямому начальнику? Напомнить, кто руководит инженерным отделом?

Друз открыл и закрыл рот. Выпучил глаза и снова сделался белым.

– Ну вот, Лидия, как я и говорил, серьезные проблемы у парня. Вроде и раскрылся, даже попытался характер показать, но стоило разок на него шикнуть, как наш «эколог» снова забился под плинтус. Тяжелый случай. А он немногим старше вас.

– Док, разве ты не знал, все вокруг психи, просто некоторых еще не обследовали. Что, будем его лечить?

– Мы еще рассмотрим этот конкретный случай.

Друз вжал голову в плечи и уткнулся носом в панель голоокна.

А мне стало его чуточку жаль.

Да, Мамлиза была красивой. Она обладала той классической внешностью, которую принято считать стандартом. Я же, с темными, чуть вьющимися волосами до плеч, вытянутым лицом и разноцветными глазами, скорее претендовала на титул мисс Несуразица.

Обижало ли меня это?

Вот до того момента, пока Друз не раскрыл рот, даже не думала и не сравнивала себя с Мамлизой. А теперь? А теперь меня это задело.

– У нас разные матери, Друз. У нее модель, а у меня… – Признаться, я даже толком не знала, кем же была моя мать. – Моя…

– Дочь богатого семейства, гениальный инженер-проектировщик, красивая образованная женщина, – внезапно ответил за меня Маркус.

– Да, моя мать была гением!

Ан поджал губы и слегка покраснел. Видимо, ему стало стыдно. Или мне просто хотелось так думать.


Состав сбавлял скорость. За голоокном появился Марс. Диск красной планеты с трудом различался за плотным кольцом околопланетных станций и большегрузных межзвездников. Миновав Фобос, мы мягко вышли на орбиту и медленно вошли в верхние слои атмосферы.

Потерев подбородок, я зевнула и зыркнула на дока.

Маркус задумчиво покусывал нижнюю губу. Его взгляд, устремленный в никуда, немного нервировал.

Что же он проворачивает? В какую игру меня втравливает? Ему-то какая выгода от этого полета?