# Приговор у черного камня

Асыл Осмоналы

15 минут чтения мистического рассказа оставят след на долгие годы, перевернут представление о собственном измерении судьбы, совести и кармического следа.Рассказ в жанре мистики начинается через призму видений девочки подростка, живущей в наше время. Но видения затягивают девочку в воронку неведомых событий из прошлого. В одном из таких видений она видит Воина.Воин, живший с четкими критериями определенными общины, рода. Но случайное жестокое убийство, которое он совершает, полностью меняет представление воина о добре и жестокости, о внутренней совести и общинного правосудия. Приговор, который он выносит себе оказывается роковым и куда более жестоким, чем вынесли бы ему люди.Девочка способная видеть не только внешние события, но и внутреннее состояние людей, видит кармический след в их судьбах.

## Жестокость и жалость

Старое кресло, которое каждое лето выносили во двор, было занято: в нем поджав ноги сидела тринадцатилетняя девочка. Она с таким увлечением читала книгу, что совершенно не замечала, как угасает день и буквы теряют четкость на сереющих страницах.

Вдруг в вечерней тишине девочка услышала, шорох и слабое тявканье щенят. Она забежала в дом и схватив кусочек хлеба выскочила на улицу. Прямо у ворот прижимаясь друг к другу и дрожа всем телом скулили щенята с влажными, темными глазами.

–Ой какие маленькие, откуда вы взялись? – девочка, наклонившись протянула им кусочек хлеба. Голодные собачки набросились на еду, при этом одна из них больно укусила ее за палец.

–Ах ты неблагодарная, кусаешься? – вскричала девочка, хватая щенка. Ее глаза сверкнули от злобы, по пальцам пробежал ток, в этот момент ей захотелось выдавить из глазниц слезящиеся бусинки щенячьих глаз. Испугавшись своей жестокости, она с брезгливостью и ужасом отбросила собачку.

Девочка перевела дыхание и побежала прочь, в сторону гор. Она бежала так быстро, что сильно заколотилось сердце. Добежав да большого серого камня, она села на траву. И тут в ее ушах засвистели странные звуки, а потом перед глазами возникло видение: ярким днем с холма сбегал мальчик лет девяти или десяти и резкими ударами палки сбивал цветы эремеруса. Мальчик воображал себя сильным воином, от ударов которого слетают не цветы, а головы врагов на поле боя.

Девочка протерла лицо руками, отгоняя от себя наваждение и сделала глубокий вдох. Она чувствовала приближение того состояние, когда теряла сознание и впадала в состояние транса. И тогда перед ее глазами проходила жизнь других людей, других миров. Эти видения эмоционально выматывали девочку, пугали ее, надолго выбивая из колеи привычной жизни.

«Я хочу быть как все, мне не нужен такой дар», – шептала она про себя. Но через время ее шепот совсем стих, веки стали тяжелыми: девочку затянуло в воронку другого мира. В своем сне она увидела завораживающее движение звезд по Млечному пути, высокие горы и одинокую юрту на вершине холма. В этой юрте был воин -он поселился в горах, чтобы первым увидеть врагов, первым дать сигнал об опасности и первым встать на защиту своего рода.

## Воин

Мужчина-воин крепко спал, как вдруг услышал шорох за юртой. Странно, но воин мог спать при криках толпы, но просыпался от подозрительного шороха. Мужчина встал во весь свой исполинский рост и вышел наружу. В темной ночи он увидел двух беглых рабов. Увидев исполинского воина, рабы застыли на месте. Их взгляд, переполненный страхом, ужасом вызвал жалость, и воин позвал в юрту ночных беглецов. Утомленные, истощенные рабы жадно набросились на еду, которую подал хозяин. Время от времени, рабы сжимаясь от страха, настороженно поглядывали на воина, как бы пытаясь понять, чего ими ждать в доме незнакомца.

Воин снял с жерди шкуру медведя и молча ее бросил к ногам беглецов давая знать, что те могут остаться до утра. Немногословный, сильный воин улегся на свое место отвернувшись от непрошенных гостей.

Рабы озирались по сторонам: юрта хозяина была просторной, добротной. Над головой воина висела шкура барса и стальной меч, в углу -камча и четки с драгоценными камнями: гладкие, овальные камни из яшмы, рубина, опала, топаза, аметиста, сердолика были нанизаны с изумительной красотой и гармонией. И только один камень в самом центре отличался от всех остальных: желтый, как осколок луны, этот камень излучал мягкий свет и магнитом притягивал взгляд.

«За эти четки мы получим целое состояние», – прошептал один из рабов. «Он убьет нас», – ответил другой, не в силах отвести взгляд от могучих плеч воина.

Первый раб достал складной ножик, легким щелчком раскрыл узкое пропитанное ядом лезвие – достаточно было просто поцарапать человека до крови, чтобы тот умер от сильного яда на лезвии ножа. Этим ножом любила играть дочь их прежнего хозяина. Бессердечная девочка подносила нож к горлу раба и щекотала его ядовитым лезвием, и при этом ее серые глаза оставались совершенно бесстрастными. Рабы хорошо знали каждый изгиб ножа- синюю рукоятку с выгравированной золотой змеей, тонкое лезвие кончик которого напоминал змеиный зуб. Этот нож был сделан специально для девочки с волчьими глазами-нож был изящен, красив и смертельно опасен. В сложенном виде лезвие пропитывалось ядом, а стоило нажать на изображение змеиной головы, как нож мгновенно и бесшумно раскрывался.

## Девочка – волк

Сероглазую девочку ненавидели не только рабы, но даже пять ее сводных братьев. Они возненавидели ее после того, как их отец после удачной охоты воскликнул: «Пять моих сыновей не стоят моей единственной дочери. Эх, почему она не родилась мальчиком?».

Чувство ревности, ненависти и унижения сыновей усиливалось от мысли, что мать девочки была презираемой наложницей.

Отец девочки – беспощадный и жестокий вождь безмерно гордился своей дочерью, ее решительным характером, умом, быстротой и жесткостью. Он внутренне ликовал, замечая с каким холодным презрением девочка относится к собственной матери. Мужчина считал это заслуженным возмездием за то, что наложница всегда отвергала и отталкивала его.