Эми Мун
Венок для оборотня

Пролог

Девушка осторожно высунула голову из-за укрытия и внимательно оглядела открывшийся вид. Круглое, как блюдце, лесное озерцо исправно отражало чистое полуденное небо и растущие между скалами корабельные сосны. Цоканье белок и редкое «тра-та-та-та» дятла нарушали царившую вокруг тишину. Даже шаловливый утренний ветерок к обеду угомонился и теперь мирно дремал в раскидистых вечнозеленых кронах.

Иллин еще раз внимательно обвела взглядом каждую пядь берега и только потом скользнула между двух валунов, скрывающих между своих громоздких тел извилистую тропку.

Не спеша пробираясь вперед, она старалась ставить ногу так, чтобы ни один камешек не выдал случайным хрупаньем ее присутствия. Мало ли кто решит следить за ней. Девушка мысленно фыркнула и удобней перехватила узелок со сменным бельем. Кажется, она становится слишком подозрительной. Какой толк с нищей сироты? А другое… Иллин привычным движением сжала через ткань платья болтающийся на шее амулет. Другое без ее согласия не возьмут. Иначе – смерть.

Пробравшись к своему излюбленному местечку, она аккуратно положила сумку на удобный каменный выступ и принялась стаскивать с себя платье. Нос уловил запах кислого пива и мясной похлебки. "На вкус хороша, а плата – два гроша" произнес в голове нудный голос. Иллин досадливо сплюнула. Набившая оскомину фраза давно вызывала глухое раздражение. Помотав головой, она рывком стащила суконное платье и осторожно сложила его на каменном выступе рядом с сумкой. Ловко распутала короткую косу и провела пальцами по волосам, выуживая парочку невидимок. Когда обносишь постояльцев едой, прическа должна быть аккуратной. Разумеется, это правило не распространялось на Габи. На нее вообще не распространялись никакие запреты и приказы ворчливого Луи.

Прикрепив заколки к ленточке, Иллин пошарила в недрах сумки, вытаскивая на свет кусок травяного мыла, мочалу и флакон с питательным бальзамом. Темная бутылочка приятно холодила ладошку. Ну и пусть у нее нет роскошных золотых кудрей, как у Габи, или иссиня-черных тяжелых кос Шайны, подумаешь! Ее русый цвет тоже очень даже ничего, и волосы мягкие, как шелк. Особенно после этого чудесного бальзама. Дядюшка Тау никогда не скупился на оплату. Особенно для нее, самой усердной сборщицы трав и сырья.

Ступив в прозрачную воду, она зябко поежилась. Холодно! И в жару лесное озеро никогда не становилось достаточно теплым, а уж ближе к осени…

Набрав в грудь побольше воздуха Иллин решительно двинулась вперед, подымая ногами сотню жалящих, ледяных брызг. Зайдя в озеро почти до талии, она резко присела, удерживая над головой предметы гигиены. Вынырнув, шустро намылила мочалу и, клацая зубами от холода, обтерла тело, уделяя особое внимание шее, подмышкам и тому, что гораздо ниже. Дрожащими пальцами откупорила флакон и щедро плеснула себе на темечко густой, пряно медово жидкости. Как следует втерев бальзам в волосы, Иллин еще разок окунулась, смывая с себя грязь и мыльные подтеки. Отошла на чистое место и повторила процедуру. Вынырнув, она набрала в легкие воздуха для третьего раза, но вместо того чтобы окунуться, так и осталась стоять. С открытым ртом и вытаращенными от испуга глазами. Зябкая дрожь от холодной воды в одночасье превратилась в крупные, скручивающие каждую мышцу судороги неподдельного, животного страха. В каких-то двух десятках шагов от нее, на одном из валунов стояла смерть. Огромная, с густой, серебристо серой шерстью и полыхающими неестественно алыми глазами. Горло перехватило спазмом, лишая Иллин возможности издать хоть звук.

Волк слегка обнажил блестящие от слюны клыки и зарычал. Тихо, на грани слышимости, но этот вибрирующий звук прокатился вдоль позвоночника волной обжигающе ледяных мурашек. Острые когти чиркнули по камню. Иллин вздрогнула. Вот, только что он стоял на одном валуне, а теперь уже припал мохнатым брюхом к другому. Гораздо, гораздо ближе к ней. Кровавые глаза чудовища неотрывно следили за каждым ее движением.

Иллин попятилась. Рычание сделалось громче, а белоснежные клыки оскалились еще больше, предупреждая о бессмысленности ее попытки к бегству. Напрягая мощные лапы волк-переросток распластался на камне, готовый совершить еще один гигантский прыжок. Длинный язык предвкушающие облизнул черную пасть.

Именно это и стало для Иллин последней каплей. Короткий, полный ужаса, визг разорвал в клочья царившую вокруг тишину, ему вторило громогласное рычание взбешенного хищника. Она, что есть духу, рванула к выходу из этого проклятого места. Вода замедляла движения, Иллин поскальзывалась и падала, била ноги об подводные камни, но не замечая боли рвалась вперед. Ее побег был не долгим. Удар лапой точно посередине лопаток отправил ее прямиком на прибрежную гальку. Молниеносно перевернувшись на спину, она попятилась от наступающего на нее волка. Голова отказывалась верить глазам. Что она там думала – он огромный? О нет! Он был чудовищно, невозможно, невероятно огромным! Таких волков просто не могло существовать! Иллин отползала до тех пор, пока не уперлась спиной в камень. Зверь неторопливо приближался, полный уверенности, что ей никуда не деться. Собственно, так оно и было. Влажный, черный нос замер в какой-нибудь паре дюймов от ее лица. Так близко, что Иллин могла разглядеть каждую серебристую шерстинку на хищной морде. Чудовище с шумом втянуло воздух. Багровые глаза подернулись дымкой искреннего восторга. Волосы на затылке встали дыбом. Совершенно точно, что есть ее будут с величайшим наслаждением.

Волк так же шумно выдохнул, обдавая ее лицо горячим воздухом. В каком-то странном отупении она отметила, что его дыхание совершенно не воняло. Как и сам монстр.

Утробно заворчав, волк ткнулся носом ей в шею. Иллин стиснула кулачки и зажмурилась. Одно движение мощных челюстей, и ее хребет сломается как сухая палка. Но зверь не спешил, будто намеренно доводя до полного исступления. Дышал в шею, чертил носом мокрые дорожки, изредка царапая тонкую кожу клыком и утробно ворчал, вздрагивая своим огромным туловищем и то и дело переступая лапами.

Иллин не могла сказать точно, сколько чудовище вот так вот вынюхивало ее. Секунды растянулись в часы, а минуты сложились в бесконечность. Она не шевелилась и, кажется, даже не дышала. Тихое, издевательски ласковое фырчанье заставило вжаться в камни еще сильнее. А волк вдруг опустил голову ниже. Теперь его нос настойчиво исследовал амулет. Ее защиту, которая была совершенно бесполезна против дикого зверя. Частое дыхание скользнуло еще ниже, и Иллин охнула. Он лизнул! Лизнул ее грудь! Она чувствовала горячий, шершавый язык прямо над левым соском!

– Ур-р-р! – басовито застонал монстр и лизнул снова. И еще. Слюна капала ей на живот, а Иллин не могла оторвать взгляда от длинного, темно-розового языка, мелькающего то тут, то там.

Происходящее напоминало какой-то извращенный, нереальный кошмар. Громадный волк методично и весьма тщательно облизывал ее грудь. Довольно урчал и жмурил свои невозможные глаза.

Шершавый язык царапнул по соску. Ну это уже не лезло ни в какие ворота! Она и сама не поняла, как уперлась ладонями в широкий лоб, пытаясь оттолкнуть обнаглевшее животное.

– Ур-р-р, – с обидой проворчал монстр, неохотно отводя голову. Вместо этого мохнатая тварь взяла да и ткнула свой вездесущий нос прямиком в крепко стиснутые бедра.

Иллин задохнулась от возмущения и ощущения неправильности происходящего. Волк попросту домогался ее! Пытался просунуть морду ближе к лону, с явным намереньем полизать там.

– Фу! Пошел прочь! Пошел же!

– Ур-р-р-р! – блаженно подвывала охамевшая зверюга, упорно протискиваясь все глубже и глубже, – Ур-р-р-р!

Сдвинуть с места его башку было так же трудно, как спихнуть в воду один из многочисленных валунов. Пальцы безрезультатно драли густой подшерсток, а волк продолжал нагло тыкаться мордой туда, куда хотел.

– Я сказала – фу-у-у!!!

– Гр-р-р!!!

Иллин обмякла. Вот и допрыгалась. В мгновение ока ужасная пасть оказалась в паре дюймов от ее лица. Следующее, что она почувствовала – острые клыки вспоровшие кожу между шеей и левым плечом. А потом наступила тьма.

Глава 1

В сознание ее заставил прийти пронизывающий до костей холод. Иллин пошевелила руками, затем ногами, а потом и вовсе заставила себя сесть. Правда тут же со стоном ухватилась за раскалывающуюся от боли голову. Которая, странным образом, все еще находилась на плечах.

Запоздалая паника вынудила рывком схватиться за место укуса. Пальцы скользнули по абсолютно гладкой коже. Иллин тупо разглядывала чистую, без единого намека на кровь, ладонь. Но он же кусал! Она точно помнила ощущение длинных клыков в ее теле. Или нет?

Иллин еще раз потерла область предполагаемой раны. Ничего! Вот совсем ничего. Вывернув голову и скосив глаза, она безуспешно попыталась рассмотреть хоть что-нибудь. Даже потеков крови не было. Ворот платья был девственно чистым. Иллин так и подскочила.

– Да что же это творится, – прошептала она, лихорадочно ощупывая суконную ткань. Но та и не думала исчезать, своим присутствием безоговорочно подтверждая – да, она в платье. Монстр не только укусил ее не оставив следов, но еще и заботливо переодел. Видимо, чтобы она не сильно мерзла, лежа на голых камнях.

Иллин пришлось приложить немало усилий, прежде чем она смогла сделать хоть шаг на подгибающихся ногах. Вещи нашлись там же, где она их оставила, а полупустой флакон с бальзамом плавал недалеко от берега. Приподняв юбку, она пошлепала за оброненным пузырьком. Мыло и мочалка потерялись при неудачной попытке бегства. Искать она их не стала. Единственным желанием сейчас было поскорее добраться до своей комнатенки и с головой укутаться в теплое шерстяное одеяло. Предварительно выпросив у поварихи самую большую кружку крепкого эля. Только вот Луи вряд ли одобрит ее тихую пьянку.

Иллин машинально взглянула на небо. Луи… До вечера оставалось чуть больше нескольких часов. Если она опоздает на работу хоть на пару секунд, старый сквалыга проест ей всю плешь своими воплями. И тогда не видать ей и медного грошика от чаевых. А если нет денег – нет новых сапог к зиме. А не будет сапог – опять сипеть ей простуженным голосом, отпугивая приличных постояльцев. Мысли о насущном несколько привели в чувство. Колени уже не так дрожали, а пальцы даже смогли со второго раза завязать узел на горловине сумки.

Не оглядываясь, девушка поспешила прочь от страшного места. Теперь она сюда и за кошель золотых не подойдет. Жаль, конечно. Это озеро было ее секретом. Придется искать себе новое местечко для уединения. Или не искать вовсе. Гадкое чувство страха затаилось под сердцем, и сейчас лес не казался ей добрым другом и кормильцем, каким она привыкла считать его многие годы.

Вздрагивая от каждого шороха и постоянно оглядываясь, она быстро шагала вперед, спеша поскорее укрыться за толстыми стенами постоялого двора. Уж туда-то чудище не рискнет сунуться. Наверное.

Выбравшись на знакомую тропинку, девушка позволила себе перевести дыхание. А уж когда на встречу ей попалась Матильд-прачка из усадьбы господина Ульшера, Иллин почти успокоилась.

Вежливо поклонившись, она сошла с дороги, пропуская фигуристую женщину вперед. Презрительно поджав губы, Матильда проплыла мимо. Вихляющую походку не могла испортить даже полная до краев корзина грязного господского исподнего. За ней, как цыплята за наседкой семенили две ее дочери. Пришлось вытерпеть еще два презрительных взгляда. Иллин осталась к ним равнодушна. Во-первых – за пяток лет хочешь не хочешь, а привыкнешь к иным вздорным особам, во-вторых – пусть горожане хоть повесятся на своих длинных языках, а ей стыдится нечего, ну а в третьих – не смотря на детей, мужа у Матильды не было. Хитрец Ульшер не спешил променять холостую жизнь на свадебную клятву, тем более с обыкновенной прачкой. Так что, как говорится, у самих рыльце в пушку.

Дождавшись, пока процессия соизволит миновать, Иллин выбралась на утоптанную тропинку и побежала в противоположную сторону. Постоялый двор с бесхитростным названием "У Луи" находился как раз на опушке, совсем рядом с пересечением двух торговых трактов. Один из них тянулся от столицы и к западному побережью, захватывая в свою петлю два крупных портовых города, а второй терялся в глухих чащах Гринголдского леса и выходил к границе негостеприимного Айсвинда, родины северных ветров и снежных бурь. И если первый тракт пользовался у купцов немалой популярностью, то второй держался на честном слове. Айсвиндцы гостей не любили и привечали неохотно. И, пожалуй, единственное, что толкало торговцев совершить опасное путешествие сквозь вековые дебри – это жадность. Мех айсвиндского ширшола ценился на вес золота. А водилась пушистая зверюшка только в горах Айсвинда и приживаться где-нибудь еще совершенно не желала.

Поравнявшись с навесом для лошадей, Иллин по привычке сосчитала количество отдыхающих в тени животных. Две верховые и один тяжеловоз. И все новые. Ну что ж, пока не слишком много. Это давало надежду, что за время ее отсутствия не случилось внезапного аврала. Выходной у служанок, конечно, был, но не тогда, когда в обеденном зале и яблоку негде упасть.

У черного входа Грэй и Лаки, два рослых меннийских волкодава, лениво точили зубы об выгрызенные до блеска кости. Собаки были огромные, да, но тому чудищу у озера они и в подметки не годились. Сердце неприятно трепыхнулось. Загоняя панику обратно, Иллин глубоко вздохнула и направилась к двери. Но стоило ей сделать пару шагов, как задний дворик огласил громкий скулеж. Здоровые псины попятились в сторону, испуганно взвизгивая и пригибая голову. Иллин в замешательстве смотрела на перепуганных животных.

– Мальчики, что с вами?!

Приблизиться ей не удалось. Поджав хвосты, мальчики рванули в разные стороны. Звякнули цепи, и собак отбросило обратно. Подскочив на дрожащие лапы, несчастные забились в самый дальний от нее угол и жалобно завыли.

– Что тут происходит? Лин, ты что ли? Ой, что это с ними?

Иллин перевела взгляд на Грету, их бессменную повариху. Женщина удивленно смотрела на поскуливающих псов, медленно вытирая о передник совершенно сухие руки.

– Я не знаю, – рассеяно отозвалась Иллин, – они вдруг ни с того, ни с сего… так вот…

Красное лицо Греты помрачнело. Губы сложились в тонкую линию, а глаза настороженно зыркнули по сторонам.

– Может, учуяли кого. Надо сказать Луи. Беги, хозяин сейчас за стойкой.

А то она не знает. Да он почти жил там. Не мешкая, Иллин проскользнула мимо кухарки. В душной кухне на плите булькал целый чан знаменитой мясной похлебки. Той самой, с хорошим вкусом и за два гроша. Зная, из чего ее приказывает готовить прижимистый Луи, Иллин не дала бы за всю бадью и одного.

Наступая на горло собственным хотениям, пришлось свернуть не к лестнице наверх, а в коридор, идущий к главному залу.

Глава 2

Народа там и правда оказалось немного, всего пару столиков, около которых крутились Шайна и Габриэль. Обе делали вид, что работают. На деле же две извечные соперницы опять устроили соревнование, кто быстрее уведет клиента наверх. Шайна выбрала щуплого юношу, краснеющего от каждого движения длинных ресниц кокетки, а Габи решила не размениваться по мелочам и нацелилась на купца. С толстым пузом и не менее толстым кошельком. Подперев могучим кулаком бородатую щеку, за всем этим лениво наблюдал сам хозяин. Иллин быстро подошла к стойке и присела в отработанном до ювелирной точности поклоне.

– Благословенных дней Вам, – осторожно поздоровалась она. – Господин Луи, Грета просила Вас подойти на задний двор.

– Зачем? – буркнул он, не отрывая взгляда от разыгравшегося представления. А как же! Вот-вот и чувство похоти победит стыдливость. Юноша был почти на крючке. Еще минутка, и ждет голубков комнатка на верхних этажах, а потом беднягу обдерут как липку. За вкусный обед и десерт к нему.

– С собаками не ладно.

Хозяин все-таки соизволил посмотреть на нее. «Вот видишь, как надо деньги зарабатывать» – темно-карие глаза смотрели на нее с упреком. Иллин как обычно сделала вид, что ничего не поняла. Чтобы ее лапали трясущиеся от похоти ручонки таких вот юношей? Или пускали по кругу желающие на всем сэкономить торгаши? Да у нее вызывала тошноту даже просто мысль о том, что придется ложиться в постель с абсолютно незнакомым мужчиной! Нет-нет, осуждать способ заработка девушек Иллин не бралась, но для себя хотела иного.

– Я могу идти? – вежливо осведомилась она.

– Можешь, – великодушно обронил Луи, но тут же, будто невзначай, добавил. – Только сначала загляни в стойла, проверь лошадей.

Иллин мысленно застонала. Старый гад все-таки не упустил случая опять щелкнуть ее по носу. Должно быть, заметил, как нетерпеливо она посматривает в сторону выхода. Но ее положение подневольное и к спорам не располагало. Да и три лошадки-то всего. Может и работы там будет немного.

Покинув душный зал, она поспешила к навесам.

– Лин! Линка! Погоди!

Сердце сделало кульбит и прыгнуло под горло. Все страхи и тревожащие голову мысли вдруг сделались абсолютно не важными, а работа на конюшнях из обязанности превратилась вдруг в приятное времяпрепровождение.

– Благословенных дней тебе, Йозеф.

Парень лукаво улыбнулся. Румянец ее щек мог не заметить только слепой.

– На конюшни собралась? Пойдем вместе!

По-хозяйски приобняв ее за талию, Йозеф зашагал рядом. У нее зашумело в ушах. Тепло его ладони чувствовалось даже сквозь плотную ткань платья.

– Луи отправил, да? Ух, старый пень! Не мог подождать, пока Старший приедет.

Йозеф был сыном их работника, умельца на все руки Йозефа-старшего. Сын так и величал своего батюшку – Старший. Оба они жили недалеко, на самой окраине города. Старший был вдовцом, так и не женившимся повторно. Как жена померла, так и стал на Луи батрачить, лет пятнадцать, не меньше. Йозеф же буквально вырос тут, под бдительным взором Греты. Красивый, улыбчивый шалопай был всеобщим любимцем. Даже Луи ему покровительствовал. Юноша так обходительно принимал лошадей и помогал с поклажей и грузами, что только бессердечные не оставляли ему чаевых. Хотя и не обязаны были.

Оглянувшись по сторонам, Йозеф толкнул ее за каменную кладку навесов. Иллин и охнуть не успела, как ее прижало сильное тело парня.

– Линка-Иллинка, – на распев протянул он, – приходи вечерком сюда. На звездочки полюбуемся…

От взгляда потемневших серых глаз ей стало жарко.

– Я сегодня работаю, – кое-как выдавила она. Сердце ее надрывалось от желания плюнуть на все и прибежать вечером. На звезды любоваться, ага. А рассудок упрямился – стоит дать слабину, конец ее мечтам о тихой семейной жизни.

– Ну а завтра?

– И завтра…

Юноша нервно взъерошил иссиня-черные волосы и отошел. На его лице она успела заметить досаду.

– Через шесть дней ярмарка, – отрывисто бросил он, – сходим…

Его речь прервало громогласное:

– Эй, малы! Где ты, демонов выкормыш?!

Йозеф поморщился. Старший вернулся. Не оборачиваясь, юноша вышел из укрытия. Помедлив, она выглянула следом. Во дворе седой крепенький мужичек распрягал Медка, такого же крепкого тяжеловоза.

– Опять девок по углам тискаешь, а Лин, это ты, благословенных дней.

– Благословенных и Вам, господин Йозеф, – улыбнулась она.

– Ты Линку не обидь, – пригрозил Старший сыну, – она девка честная.

Еще один плюс выйти замуж именно за Йозефа. Замечательный тесть. Тем временем мужчина сунул в руки заметно скисшего отпрыска плетеную корзинку с чем-то тяжелым.

– Позвольте помочь…

Но стоило ей шагнуть ближе, как Медок, до этого размеренно клевавший носом, взвился на дыбы и громко заржал.

– Тп-р-ру! Стой! Стой, демонов выкормыш! Куда! Ах ты!

Иллин шарахнулась в сторону. Сначала собаки, теперь лошадь, да что в конце концов происходит?! Шум привлек посетителей и во дворе начался хаос. Люди толпились у окна, выбегали на крыльцо, выкрикивали сотню бесполезных советов, шумом и резкими голосами еще больше пугая лошадь. Пользуясь возникшей сумятицей, Иллин поспешила скрыться. Хватит с нее! Пусть Луи хоть всю плату зажмет, ей нужна тишина и теплый плед!

Она пробралась в опустевший зал и направилась к лестнице. По пути ей попался только довольный купец, которого обхаживала Габриэль. Почтительно опустив голову, Иллин шмыгнула мимо. Ее комнатка располагалась на третьем этаже в самом конце коридора. Из всей прислуги тут постоянно проживала она, Габи, Луи и Густав, один из вышибал. Остальные работники приходили из города.

Дверь тихо скрипнула, пропуская ее внутрь. Покрепче заперев засов, Иллин, не раздеваясь, рухнула на кровать. Собственное жесткое ложе сейчас было мягче императорской кровати, а тесное пространство каморки дарило желанное чувство защищенности. Тут было все родное, все ее. Вот уже более пяти лет Иллин жила в этой тесной, бревенчатой келье. Стул, кровать и три толстых гвоздя для одежды. Лишь поначалу ей было трудно. Тяжелая работа, косые взгляды хозяина и обслуги, сальные намеки постояльцев. Но время шло, и она помаленьку приспособилась. Обтерлась. И лишь тоска по убитым родителям до сих пор грызла сердце. О, как ей их не хватало… Нежной улыбки матери и теплого взгляда отца.

Глаза защипало, но Иллин не позволила себе плакать. Она будет сильной! И счастливой! Ради них и себя. Вот только скопит денег, чтобы не стыдно в глаза Йозефу смотреть, не слышать обидного "бесприданница".

Нащупав любимый плед (мама сама вязала) она завернулась в него по самую макушку. Со двора еще доносились редкие восклицания, но в двери никто не ломился, а значит можно успокоиться и отдохнуть перед трудовым вечером. О случившемся с ней сегодня Иллин решила благоразумно промолчать. Чудовище не тронуло ее, а остальное… Оставалось надеяться, что это лишь совпадение, и животные действительно что-то учуяли. Все равно других объяснений у Иллин не было.

Глава 3

Не смотря на потрясения сегодняшнего дня, она заснула на удивление быстро. Разбудил ее стук в дверь и небрежное «Хватит дрыхнуть». Подхватившись, она соскочила с кровати. В узкое окошко проникали последние лучи заходящего солнца. Ох, а ведь и вправду хватит. Иллин мысленно поблагодарила Габи за неравнодушие.

Поплескав в лицо прохладной водой из кувшина, переодев измятое платье и поправив прическу, Иллин поспешила вниз. По громкому гулу было понятно – зал полон более чем наполовину. Луи как всегда был за стойкой умудряясь делать сразу несколько дел. Беседовал с двумя купцами, разливал по кружкам эль и зорко следил за обстановкой в зале. Увидев ее, указал глазами на кружки и кивнул в сторону дальнего столика. От которого исходило больше всего шума. Четыре наемника громко спорили о чем то своем.

Иллин резво включилась в работу. Быстро подошла к прилавку, выставила на поднос заказ и понесла к пьянствующим мужчинам.

– О, а вот и цыпочка пожаловала! – радостно оскалился один из них, с выразительным, гордым носом.

Девушка безразлично мазнула взглядом по широкоплечей, затянутой в кожаную броню фигуре. В ответ наемник похабно причмокнул губами и подмигнул. С двух с его подбодрили дружескими тычками товарищи. Иллин про себя их окрестила «Бритый» и «Красавчик». Лицо у мужчины и впрямь было хоть куда, смазливое. Даже слишком. Такой типаж особенно любила Шайна. Последний, четвертый, никак не отреагировал на шуточки товарищей. Дорогая броня и цепкий взгляд серо-зеленых, совсем как у нее, глаз ясно свидетельствовал о главенстве мужчины в этом маленьком отряде.

– Благословенных дней Вам, господа, – поприветствовала она посетителей, – чего желаете отведать?

– Тебя, – не унимался «Нос». Вежливая улыбка на ее лице даже не дрогнула. Сколько раз она слышала подобные ответы? Не счесть.

– Что тут предлагают? – вступил в разговор главарь. Иллин принялась перечислять. И про мясную похлебку не забыла. Посовещавшись, наемники сделали свои заказы.

– Через пятнадцать минут будет готово, – присела в поклоне Иллин и поспешила в сторону кухни. Фривольный шлепок по бедру от «Носа» остался проигнорирован.

Мимо пробежала Лорочка, одна из служанок. Ее остроскулая мордашка выглядела помятой сильнее обычного.

– Свали в сторону, целка долбанная, – рыкнула фурия, обдавая ее лицо перегаром. Лорочка давно и регулярно заглядывала бутылочное горлышко. Захмелев, она становилась ласковой и весьма слезливой. По ее жалостливым историям можно было сочинять первоклассные драмы, зрители рыдали бы взахлеб. Ну а Луи натравливал пьянчужку на простаков. И те платили несчастной жертве вина и собственных фантазий двойную цену за ночь. Еще и на чай оставляли.

Иллин посторонилась. Ругаться с не опохмелившейся Лорочкой? Нет, она не самоубийца. И на «долбанную целку» обижаться не стала. Почти все рабочие девушки ее слегка недолюбливали. Что поделать, в таких заведениях дружба была редкостью. А она к тому же умудрилась избежать участи одноразовой грелки. Луи тоже не питал к ее особе нежных чувств, но он-то хоть по морде за нее чуть не схлопотал.

Пальцы трепетно приласкали спрятанный под глухим воротом амулет. Да, ее защита. Безумно дорогой подарок на третий день рождения – амулет Богини Ютаи, покровительницы юных дев и чистоты брачной клятвы. Серебряная цепочка с кулоном в форме прозрачно розовой слезы. Еле видные очертаниями цветка внутри искрились, стоило лучу запутаться в их гранях. Родители были невероятно горды и счастливы. Ютаи одаривала своим благословением далеко не каждую, выбирая владелицу более чем тщательно. Как только жрица своими собственными руками одела на шейку еще ничего не понимающей Иллин амулет, цепочка подтянулась. Теперь ни один человек кроме хозяйки, не мог его снять. И ни один человек не мог против воли принудить Иллин к близости. До тех пор пока она была невинна.

Луи не знал о ее подарке. А Иллин не знала, что кроме ужина, обеда или завтрака, постояльцы могли заказать себе десерт. В виде готовой на все служанки. Еще и радовалась, дура, что смогла быстро найти работу. А ведь в их городке с этим не просто. В первый же день ее отправили наверх, в комнату проезжего рубаки. Не чувствуя подвоха Иллин и пошла. А через минуту громкий девичий визг заставил посетителей побросать ложки. Ему вторила грубая брань. Полуголый воин скатился с лестницы и, схватив Луи за грудки, долго тряс, восклицая, что тут губят постояльцев, подсовывая «бракованный товар» Еле-еле, льстивым словом и звонкой монетой удалось замять дело.

Ох, как орал тогда Луи на нее. Как ругался. Таких выражений Иллин больше никогда и не слышала. На ее робкие оправдания, что она действительно не знала, что на самом деле значит «подавальщица и обслуга в комнаты», Луи отвечал новой порцией брани, еще изощрённее предыдущей. Даже прибил слегка на последок. Чтобы предупреждала впредь.

И все-таки он ее не выгнал. Пожалел или верно прикинул, что иметь под боком обычную обслугу довольно выгодно. Иллин и занятых девочек могла всегда подменить, и номерах после дегустации «десертов» убрать. Особенно последнее. Остальные девушки уборку предпочитали спихивать друг на друга, а с ее появлением и вовсе в сторону тряпок глядеть перестали. Она старалась изо всех сил, но злопамятный мужчина так и не простил ей этого промаха и время от времени досаждал вспышками беспричинного недовольства.

Иллин подошла к раздаче.

– Четыре похлебки, две мясных нарезки и четыре рагу с овощами. В три тарелки соуса побольше.

Грета кивнула помощнице. Пока девчушка собирала заказ, в кухню влетела запыхавшаяся Габи.

– Три похлебки, тарелку хлеба и сыра к нему! Да поскорее! Линка, ты подождешь, хотя… Демоны с тобой! Сегодня я добрая.

Иллин впервые за весь вечер по-настоящему улыбнулась. Габриэль не была ей подругой, как, впрочем, и другие служанки, но только к ней Иллин питала нечто вроде теплой привязанности. Габи была жемчужиной этого постоялого двора. Удивительное создание с внешностью златокудрого ангела и душой прожжённой шлюхи. Шлюхи не по необходимости, а по призванию. Но, не смотря на свой распутный нрав, девушка обладала неординарным характером. В склоках не участвовала и подставить других не стремилась. Габи знала себе цену и знала, что ее знают другие.

– Оставила Шайну с носом?

Габи презрительно фыркнула.

– Эту старуху? Пф-ф-ф! Клиент кстати ничего попался, щедрый. Правда из-за своего пуза вряд ли видел, кто ему сосет. После таких хочется нормального мужского тела. Думаю, приберу твоих красавчиков. Подменишь, если что.

Иллин пожала плечами. Не в первой. Подхватив загруженный поднос, девушка отправилась в зал. Вечер набирал обороты.

Глава 4

Глаза слипались, но Иллин упрямо приводила в порядок перепачканные столы. Потемневшая древесина и отсутствие скатертей способствовала быстрой работе и облегченным вздохам – не надо слишком усердствовать, все равно пятен не видно.

Девушка нагнулась и подняла с пола опрокинутую миску. Мясная похлебка темной жижей растеклась по полу и уже успела присохнуть. Знакомо. К ночи хмельные постояльцы мало чем отличались от свиней. Луи за прилавком весело позвякивал монетами. Иллин оказалась права в своих предположениях – ужин выдался жаркий, а все служанки были востребованы. Только не для обноски едой и алкоголем. В итоге Иллин разрывалась, таская подносы за всех, пока девочек, одну за одной, уводили из общего зала. Возвращались служанки раскрасневшимися, а мужчины довольными. Габи, как и предупреждала, обратила свой похотливый взор на четверку наемников. Мужчины были более чем рады. Особенно Нос. Златокудрого ангелочка сначала облапали, не стесняясь по локоть запихивать руки в фривольное декольте, а потом и вовсе увели наверх. Синие глаза Габриель светились от предвкушения жаркой ночки.

– Отнеси поднос в пятый номер, – подал голос Луи, сгребая пересчитанные монеты в кошель. Иллин подавила стон. Нет, смущения она не испытывала – отвыкла, но наблюдать полуголую, а еще хуже того, сношающуюся парочку на ночь глядя не хотелось. Не из-за ханжества. Воображение живо переделывало подобные сценки под них с Йозефом. Противится уговором "глянуть, хоть одним глазком, на звездочки" и так было непросто, а уж после подобных демонстраций…

– Как прикажете, – вздохнула она и, подхватив поднос, отправилась на второй этаж.

Из пятого номера, доносились характерные стоны. Вот же… И ведь попала на самое представление! Хотя чего ожидать? Эта комната была самой роскошной и дорогой. Камин, широкая кровать, кресла, ворсистый ковер и даже магические светильники, чтобы состоятельных гостей не тревожил запах жженого лампового масла.

Бедром толкнув дверь она зашла внутрь. Как всегда, старалась смотреть исключительно на носки собственных стоптанных башмаков, но взгляд сам уперся в развернувшуюся перед носом картину. Такую обыденную и такую непривычную одновременно. До сих пор внутри все скручивалось от ядреной смеси брезгливости, удивления и любопытства.

Девушка лежала животом на столе. С задранным платьем и спущенным до пояса корсажем. Запустив пятерню в растрепанные золотые кудри, один из наемников, Бритый, резко и быстро насаживал ее головку на себя. Пухлые губки ритмично скользили по всей длине мужского достоинства, а горло раздувалось на каждый безжалостный толчок. По раскрасневшимся щечкам девушки текли слезы, а слюни перепачкали весь подбородок.

Второй пристроился сзади. Крепкие бедра Носа таранили откляченный круглый задок так сильно, что стол ерзал без остановки. Мокрые шлепки перемежались со скрипом бедной мебели, тяжелым дыханием мужчин и хрипами полузадушенной служанки.

Со стороны могло показаться, что девушку жестоко насилуют. Если бы не затуманенный, полный безграничного обожания взгляд, которым Габриель смотрела на трахающего ее в рот мужчину.

– Давай, сука, работай! – Нос с размаху залепил ладонью по раскрасневшимся ягодицам. Габи закатила глаза и утробно застонала, содрогаясь всем телом.

– Шлюшка любит пожестче, – засмеялся полуголый Красавчик, вовсю наслаждаясь зрелищем, – ого, а вот и новенькая, – заметил он вошедшую Иллин.

Она удостоилась мимолетных взглядов, но развлекаться мужчины не бросили. Габи же вообще пребывала где угодно, но не в этой комнате.

– Новенькая моя! Эта уже раздолбана, с яйцами уходит, – небрежно бросил Нос и еще один шлепок оставил на многострадальной заднице Габи красный след.

– Хер себе потолще отрасти, – хохотнул Красавчик, и перевёл взгляд на застывшую Иллин, – иди сюда, милашка, дядя Рик тебя не обидит. Если хорошо попросишь.

И мужчина достал из штанов отвердевшую плоть. В ответ она молча сгрузила поднос на один из десертных столиков и достала из-за пазухи кулон. Демонстрация была эффективней. Словам разогретые мужчины все равно не поверят. Полуобнаженный главарь, который до этого вальяжно восседал в кресле и потягивал вино, встал и направился к ней. Она не зажмурилась и не бросилась к двери, так как сделала бы это лет пять назад. Вместо этого Иллин спокойно стояла, ожидая пока мужчина как следует разглядит амулет. Взгляд скользил по мускулистому торсу, отмечая невероятное количества шрамов. Серьезно же ему досталось, раз целители не смогли убрать остатки ранений. Она посмотрела еще ниже, и в груди шевельнулось уважение. Мужчина был в спокойном состоянии. Или держал себя в руках, или по праву первенства успел расслабиться. Скорее последнее.

– Амулет Ютаи. Дорогое удовольствие для такой клоаки.

Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть мужчине в лицо.

– Честь дороже, – тихо отозвалась она.

В серо-зеленых глазах зажегся огонек неподдельного интереса.

– Принципы. Как неожиданно встретить их в подобном месте. Освободи свою прекрасную шейку от этой вещицы и наутро сможешь купить неплохой домик в вашем захолустье.

Низкий, обволакивающий голос наемника сулил все удовольствия разом. Иллин приподняла бровь. Он что, держит ее за дуру?

– Если господа так богаты, то зачем выбрали этот постоялый двор?

Мужчина усмехнулся, но взгляд его остался по-прежнему холодным.

– Из-за мясной похлебки, крошка.

Иллин покачала головой. Нет, снимать она ничего не собирается.

– Господа желают что-нибудь еще?

Интерес к ее персоне погас, как по щелчку.

– Уберись тут, – равнодушно обронил мужчина и пошел обратно допивать свое вино. Прислушивающийся к их разговору Красавчик разочарованно вздохнул, но тут же переключил внимание на продолжающееся на столе представление. Пока она собирала бутылки, Бритый наконец-таки закончил. Потрепав по щечке испачканную семенем мордашку Габи, он кивнул Красавчику.

– Давай, шлюшка, открывай ротик, – промурлыкал тот, – Жан, хорош пыхтеть. Трахни ее в задницу и успокойся.

– Тебя забыл спросить, – рыкнул Жан-Нос, но последующий томный стон Габи подсказал ей, что наемник воспользовался советом. На позвякивающую бутылками Иллин больше никто не обращал внимания. Спокойно прибравшись, она покинула номер. Нужно было поскорее закончить в зале.

Глава 5

Утро для нее началось с измятых простыней и колотившегося о ребра сердца. Лежа в кровати, Иллин невидящим взглядом таращилась в потолок и никак не могла отдышаться. Белье между ног было мокрым насквозь. Она повернулась на бок и тихонько заскулила, стискивая бедра. Этот сон… Настоящий, оживший кошмар! Она точно помнила, как продиралась сквозь густой лес. В одной сорочке! Ночью! Падала, стирая ладони в кровь, вскакивала на избитые в корнями ноги и снова бежала. А за ней кто-то гнался. Иллин слышала чужое дыхание, чувствовала как с каждым шагом, расстояние между ними становится все меньше. В конце концов она споткнулась и рухнула на колени, а сверху ее придавило тяжелое тело. А потом, потом…

Иллин застонала от возбуждения, кусая угол подушки. Потом чьи-то сильные руки рывком содрали с нее сорочку, схватили за бедра и дернули вверх. Она была в ужасе. И не меньше возбуждена. Охотно прогнув спину под горячей ладонью, она закричала от наслаждения, когда твердая мужская плоть до упора вонзилась в ее текущее лоно.

Не давая передышки, незнакомец задвигался. Быстро и яростно, совсем как те наемники, что брали Габриель. И стонала она так же громко, бесстыже подмахивая бердами и умоляя не останавливаться. А потом он кончил. Горячее семя выплеснулось прямо в нее, и громкий вой огласил спящие окрестности. Вот тут она и проснулась, заходясь от беззвучного крика ужаса и испепеляющего наслаждения. Потому что узнала этот вой. Чудовище, волк переросток, монстр… это был его голос.

Иллин поднялась и на ватных ногах проковыляла к кувшину. Холодная вода помогла отогнать кошмар. Ей нужно срочно замуж. Просто бегом, потому что если снится такое, то дело явно принимает серьезный оборот. Нет, помереть старой девой ей не улыбалось. Ох, только бы Йозеф сдался раньше, чем она!

Сладкие спазмы никак не желали утихать. Ее тело все еще хранило восхитительные, до мурашек, воспоминания о твердой, горячей плоти внутри. Его жадных движений и поцелуев укусов. Как никогда сильно хотелось засунуть руку между ног и погладить себя. Пусть это будут пальцы, но терпеть голодную пустоту внутри выше ее сил!

Иллин зажмурилась и помотала головой. Боги, о чем она думает?! Амулет Ютаи не только берег ее от чужой похоти, но и требовал от своей хозяйки стальной выдержки. Если она добровольно и без чужого навета даст волю рукам – защита пропадет.

Собравшись с силами, Иллин потянулась за платьем. Во всем виноват этот ненормальный сон. Как следует встряхнувшись, она на скорую руку привела себя в порядок и застелила постель. В доме было тихо. Иногда из-за дверей доносился храп или скрип кровати под тяжелым телом. Но больше ничто не выдавало присутствие за дверями людей. А вот в кухне ее поджидал неожиданный сюрприз.

Добрая Грета решила ей помочь и не оставила за собой посуды. Но кроме того за столом, безвольно растянувшись почти по всей его поверхности как-то боком полулежала Габриель. Услышав ее шаги девушка оторвала голову от столешницы. Кое-как приколотый чепчик болтался на одной заколке, а взлохмаченные золотые кудряшки торчали дыбом.

– Ли-и-инка-а-а, – прохрипела измятая красавица, – пи-и-ить…

И девушка рухнула обратно. Порванное платье совсем сползло, обнажая круглые плечики. Пить так пить. Иллин заварила ромашки с мятой, добавила туда добрую ложку меда и чуть-чуть специй. Процедила полученное варево в чашку и водрузила перед изнемогающей Габриэль. Та жадно уцепилась за посудину и сделала пару торопливых глотков.

– М-м-м, – блаженно застонала Габи и опять сунула носик в чашку, – еще!

Она сделала еще. Пока девушка приходила в себя, Иллин присела напротив.

– Тяжко? – участливо спросила она.

– Хорошо, дурочка! – промычала Габи. – Меня так не трахали лет с четырнадцати. Я тогда еще на вольных хлебах была. Ну, ты знаешь.

Иллин знала. Семь лет назад юная, но уже опытная шлюшка жила в столице. Однажды ее схватила стража. Трое крепких парней. Смеясь и очень подробно жестикулируя, Габи в подробностях рассказывала краснеющей Иллин, как всю ночь они развлекались в подсобке городской тюрьмы. И как утром она, едва собрав ноги в кучу, выкрала ключи, вместе с их кошельками и сбежала. И вот знаменитых стражников, таки заткнули за пояс наемники.

– Джек, их главарь, просто зверь, – мечтательно продолжила Габи. – А член у него – пальцами не обхватить, такая дубинка! Жаль, что как надо он меня отымел лишь разок, в начале. Потом только в рот.

Иллин сочувствующе кивнула, делая себе заметку что кружку после Габи надо вымыть получше. Девушка тем временем совсем взбодрилась и теперь внимательно смотрела на Иллин, согревая недопитую чашку в ладонях.

– Вот что, крошка. За вкусный чаек, так и быть, бесплатный совет. Долго я наблюдала за вашей возней и вот что скажу – Йозеф тебе не пара. Мне, конечно, все равно, но его интересует исключительно твоя целочка. Сечешь?

Иллин задохнулась от возмущения. Такого поворота она не ждала.

– Тебе какое дело?!

– Не пыжся. Повторюсь – мне все равно. Да вот только он пока тебя окучивает, не забывает потрахивать старушку Шайну…

Щеки так и обожгло. Это было подло! С присущей ей убийственной правдивостью Габи ударила по самому больному месту. Ухмыльнувшись, девушка оставила чашку и подсела к ней. В фальшивом сочувствии обняла за плечи.

– Сердцу не прикажешь, да крошка? – проворковала она. – Ты еще слишком наивна и думаешь, что стоит вам обменяться клятвами, как он тут же исправится. Нет, детка! Йозеф тот еще кобель, а в тебе только и богатства, что никому не нужная невинность. Он трахнет тебя на сеновале и выкинет. Мальчику нужна женщина, детка, а ты – недоразумение, которое не умеет за собой следить. Посмотри-ка, ты даже не додумалась замазать на теле синяки…

– К-какие синяки? – тупо переспросила Иллин.

– Вот эти, – холеный пальчик ткнул ее между шеей и левым плечом, – хм, странные. Похожи на отпечатки зубов. С псиной покувыркалась от недотраха?

Иллин чуть не свалилась с лавки. Вскочив на ноги, она потуже затянула ворот и отбежала в другой конец кухни.

– Мои дела с Йозефом тебя не касаются, – пробормотала она.

– Меня они будут касаться, когда я стану владелицей этого гадюшника и, наконец, сделаю из него приличное заведение, – улыбка на ангельском личике была поистине дьявольской. – Из тебя ничего так уборщица, и, возможно, я исключительно от чистого сердца оставлю за тобой местечко, но… – тут Габриель сделала эффектную паузу, – …но лучше убирайся-ка ты в город и найди нормального мужика. Затащи его под венец и нарожай кучу сопливых детишек. Спокойного дня, крошка.

И Габи исчезла из кухни, оставив Иллин вариться в собственных мыслях.

Она дотащилась до лавки и плюхнулась обратно. Отвратительный вечер, отвратительная ночь и утро тоже отвратительное! Укус… Значит, он был? Иллин потрогала шею, но ничего не ощутила. Сумасшествие какое-то. От клыков остаются раны, а не синяки! Она еще раз провела ладонью по коже и отметила про себя, что надо будет посмотреть самой. Габи не иначе как долбилась головой о спинку кровать. Долго и сильно. При воспоминании о ее словах на счет Йозефа, Иллин скрипнула зубами. Эта вертихвостка, у которой в голове одни члены, права! Демоны ее раздери… Душу снедала обида. Ну, куда ей тягаться с Шайной? Чернокудрым, зеленоглазым искушений во плоти? Она еще и специально одевалась проще, чтобы не провоцировать лишнего внимания. Но разве Йозеф не говорил, что чистота ему милее доступности?

Ну уж нет! Иллин упрямо треснула кулаком по столешнице. Может она и не носит одежд, в которых тело больше открыто, чем скрыто, но побороться она-таки за свое счастье сумеет. Йозеф будет ее! Так, что там Габи говорила на счет нежной и гладкой, как шелк, кожи? Ах, и духи, точно, должны быть духи! Еще блеск на губы, краска для глаз… Уж сегодня вечером она себя покажет! Йозеф захлебнется ревностью!

Глава 6

Полная решимости, Иллин опрометью бросилась в свою коморку. Под кровать, за старым сундучком с памятными вещами, всеми, что удалось спасти, она сделала свой тайник. Пришлось, после того, как у нее несколько раз пропадали кровно заработанные денежки! В который раз мысленно пожелав вору обрезать себе пальцы, Иллин с трудом отодвинула сундук в сторону, нащупала нужную дощечку и осторожно надавила. Потом подцепила за край и потянула на себя. Послышалось легкое «крак» и в полу образовалась небольшая щель. В руку ткнулся краешек тканевого кошеля. Прямо под кроватью она и отсчитала несколько серебряных монет. Ничего, не убудет. Как говорится, ради такого дела… Покрепче зажав в ладошке прохладные кругляши, она поднялась на ноги и, отряхнувшись, бросилась вниз. Дядюшка Тау уже не спит, она знала. Ох, только бы не было очереди…

Во дворе, не смотря на ранний час, уже собрались люди. Четверо наемников седлали лошадей. Опустив голову, она прибавила шагу.

– Эй… девушка!

Пришлось остановиться. Иллин постаралась предать лицу невозмутимое выражение. В ее сторону опять шел главарь. Джек, вспомнила она. Мужчина остановился от нее на почтительном расстоянии. Близко, но не слишком. Это было приятно.

– Куда-то направляешься?

Иллин посмотрела на мужчину и нехотя произнесла.

– Да, господин.

– В город?

Ох, вот не могла она выйти пораньше! Габи еле живая, а эти бодры, словно вчера спали сном праведных, а не вино хлестали, да служанку со всех сторон охаживали.

– Да, господин, – еще тише откликнулась она.

– Подвезти?

– Нет!

Ее испуганный голос развеселил Джека. Вот только глаза – замерзли они у него что ли?

– Амулет Ютаи, маленькая трусишка, – напомнил он. – Не волнуйся, я не питаюсь юными служанками.

Ну да, а вот убить вполне способен.

– И зла причинить тебе не намерен, – прочел ее мысли наемник. – Ты вчера славно нас обслужила. За вежливое отношение не грех и добром ответить.

Иллин растерялась.

– Вы чаевые оставили, – прозвучало ужасно неловко и совсем по-детски. Наемник опять усмехнулся.

– Идем, – кивнул он. – Поедешь со мной, заодно и расскажешь, не требуется ли местной страже лишние мечи.

Взяв ее под руку, он подвел опешившую Иллин к седланному вороному коню. Другие наемники даже головы не повернули, словно она была пустым местом. Мужчины негромко обменивались впечатлениями об отдыхе. Весьма забористыми выражениями.

– Они простые ребята, – Джек не извинялся. Он просто констатировал очевидное. И она это понимала.

– Я достаточно тут проработала.

Мужчина понятливо кивнул и легко запрыгнул в седло. Перегнулся, ухватил ее за талию и посадил рядом.

– Выдвигаемся, – бросил он через плечо и шевельнул поводьями. Лошадь спокойно тронулась вперед. Девушка сосредоточенно смотрела между ушей лошади, и никак не могла понять, что же заставляет спину неметь от напряжения. И тут до нее дошло – животное не боялось! Иллин глубоко вздохнула, ух, прямо гора с плеч!

– Почему ты оказалась здесь? – раздался над ухом мягкий голос Джека. – Разве в городе больше нет работы?

– Чаевые и комната, – лаконично ответила Иллин.

– Тебе некуда идти?

На этот вопрос она промолчала. Некоторое время они ехали в тишине. Иллин вслушивалась в перестук лошадиных копыт и рассеянно поглядывала по сторонам. Спина то и дело касалась твердой груди сидящего позади мужчины, а взгляд натыкался на крепкие руки, небрежно удерживающие поводья.

– Ты не плохая девушка, – опять подал голос Джек. – Я мог бы тебе помочь устроиться. В столице.

Иллин насторожилась.

– Вы не можете знать какая я. Мы не общались.

Наемник тихо хмыкнул.

– Для того, чтобы узнать человека иногда достаточно просто внимательней посмотреть и чуть-чуть подумать.

Конь всхрапнул и тряхнул смоляной гривой, будто соглашаясь с хозяином.

– Если надумаешь переехать из этой дыры, найди в столице таверну "Крыло Дракона" и попроси о встрече с владельцем. Он водит дружбу с несколькими управляющими из состоятельных семейств Феорита и может замолвить за тебя словечко. Если спросит, кто прислал – скажи, что от Джека, по прозвищу Тень. Ищешь приличную работу. А вместе с работой и хороший муж не заставит себя ждать. В столице не хватает таких девушек, как ты.

На языке вертелось язвительное «деревенщин?», но Иллин молчала, и Джек тоже замолк. Дальше их дорога прошла в тишине. Только наемники за спиной все так же обсуждали Габриель и ее таланты.

– Можно остановить вон у той развилки? – попросила Иллин, когда они приблизились к городу. Помощь помощью, но появляться в компании четырех мужчин большого желания не было.

Наемник сделал знак рукой, приказывая остановиться. Ловко спрыгнув с застывшего вороного, опять перехватил ее за талию и поставил рядом с собой.

– Не забудь, малютка, таверна "Крыло Дракона". Приличной девушке всегда найдется хорошее и непыльное место при чьем-нибудь дворе.

Оседлав лошадь, наемник легко подбил сапогом лоснящийся бок животного и, не оглядываясь, двинулся вперед. Его небольшой отряд проследовал за своим главарем. Слов прощания она естественно не услышала. И только носатый Жан, замыкающий шествие, скользнул по ее замершей фигуре взглядом. На мгновение в глубине его колючих, как льдинки, голубых глаз зажегся хищный огонек. Но мужчина тут же отвернулся.

Пожав плечами, она повернула к городским воротам. Как только цокот лошадиных копыт стих, ее внимание тут же переключилось на предстоящие покупки.

Лекарственная лавочка дядюшки Тау жалась к самой крепостной стене. Приземистая и хлипкая, совсем как ее владелец, она тем не менее крепко упиралась в землю всеми четырьмя стенами и солидарно с хозяином плевать хотела на старость. Три шага от калитки до входной двери и в нос ударил тонко-острый аромат лекарственных трав и табака. Трубка на длинном мундштуке была на своем законном месте. В крепких, белоснежных зубах Тау.

– Благословенных дней Вам, почтенный, – глубокий поклон был преисполнен искреннего почтения. Иллин безмерно уважала мужчину, и втихомолку завидовала его ученику, смешливому мальчишке Юрти.

Тау сощурил узкие глаза, разглядывая ее фигуру. Кокетничал. Зрение у него было отменное.

– Уважаемая Иллин. Рад. Принесла что-нибудь?

Она замялась. Вдруг накатило смущение. Тау, конечно, не удивить просьбами продать бальзамы для тела, но от неловкости заплетался язык. Спотыкаясь через букву, она буквально выдавила из себя цель своего визита. Добрый Тау терпеливо выслушал ее сбивчивую речь. На желтоватом лице не дрогнул ни один мускул.

– Обожди, – бросил мужчина, прежде чем скрыться в кладовой. Пока дядюшка Тау звенел склянками, Иллин кое-как перевела дух и в который раз принялась осматривать стеллаж, заставленный банками и разными забавными вещицами. Мужчина рассказывал, что их привезла с собой госпожа Сэн, его мать. Почему именно в их городишке осела чистокровная уроженка королевства Восточных Островов Тау умолчал, зато поведал ей немало занимательных рассказов. У каждой вещицы была своя история. Широкий веер из тонкой рисовой бумаги, испещренный золотым узором цветов – традиционный дар на совершеннолетие. Кораблик со странным, ребристым парусом, заключенный в прозрачное стекло пузатой бутылки – трофей из столичного порта. Тряпичный мячик, вышитый алой и белой нитью – подарок возлюбленному, который так и не стал мужем. Каменная жаба с монеткой во рту, выточенный из гнутого корня вишни дракон… Иллин не заметила, как дядюшка Тау вновь очутился за прилавком. Как раз в это время она разглядывала бусы из темно зеленого камня. Четки, кажется так они назывались.

– Мать говорила, что прежде чем решится на важный шаг или дать чему-либо оценку, будь то вещь или человек, стоит пересчитать все бусины. И лучше не раз.

Иллин обернулась. Тау внимательно смотрел на нее, а в руках у него был сверток из плотной, темной бумаги.

– А если приходится решать быстро?

Мужчина улыбнулся ее вопросу.

– Ум должен быть чист всегда.

Легко сказать. У самого Тау вряд ли было много потрясений в жизни. Супруга и та мозг не выедала. Добрейшей души женщина. Тихая, как мышка.

– Вот, тут все, что ты просила, – мужчина ловко перевязал сверток бечевкой.

– Сколько? – поспешила уточнить она. Покупка выглядела большой.

– Хватит одной монеты.

Иллин осторожно положила серебро на прилавок и еще раз посмотрела на Тау. Мужчина набивал свежим табаком трубку, игнорируя ее удивленный взгляд.

– Спасибо, – пролепетала она, – Благословенных Вам дней.

Тау кивнул головой. Щелкнул кремень и мужчина окончательно потерял к ней интерес.

Следующая нужная ей лавочка находилась почти у центральной площади. Иллин торопливо шагала по кривым, мощеным улочкам не забывая поглядывать наверх. Схлопотать содержимое ночного горшка на голову совершенно не хотелось.

Магазинчик со всякими женскими штучками встретил ее шумом. Две посетительницы переговаривались с торговкой. Настолько оживленно, что появление Иллин осталось незамеченным.

– Зверь! Натуральный зверь! – томно выдыхала одна – Девчонки едва живы!

Иллин пригляделась внимательней. Рыжая прелестница, пестренькая, словно перепелиное яичко, наверняка имела ввиду девушек из гостиного двора мадам Клариссы. По сути – дорого борделя.

– А ему хоть бы что! И ведь сутки уже, представляете?! – возбужденно вторила другая. Золотые, как у Габи волосы, были точно так же подколоты чепчиком. Только платье на девушке было вычурней и дороже, – Ох, если все варвары такие, то впору открывать лавку с поясами верности…

– Совсем дура? Зато платит как! Да и хорош…

– Тебе и палка хороша, главное чтоб по толще.

– Ледышка!

– Ведро!

– Девочки, хватит-хватит! Поглядите лучше – новый товар. Шелк из самого королевства Восточных Островов!

Позабыв о намечающейся ссоре девушки склонили головки к разложенному на прилавке белью, а хозяйка подперла пухлой ладошкой щечку и беззвучно вздохнула. Взгляд у женщины был мечтательный.

Иллин поверить не могла услышанному. Варвар? Так часто называли айсвиндцев. И один из них тут?! Выходит, сплетни торговцев были правдивы. Императору удалось наладить переговоры с этой негостеприимной страной. И хорошо. Айсвинд был таинственным, а значит опасным соседом. В его землях люди пропадали бесследно, а попытки бряцанья оружием пресекались жестко и кроваво. С полей, а вернее лесов, брани не вернулся никто.

Сердце клюнуло любопытство – интересно, а как выглядит этот мужчина? Правда ли айсвиндцы угрюмы лицом, все лохматые и ходят в шкурах, как шепчутся пьяные купцы? Интересно было бы услышать о его внешности, а не только о мужской состоятельности. Но девушки уже были заняты выбором белья. Рыженькая свистящим шепотом наставительно выговаривала блондиночке, что вот этот алый комплект точно придется по сердцу некому Квентину. Та рассеяно кивала, но смотрела в сторону черных шелковых подвязок.

Продавщица же наконец сфокусировала свой взгляд на Иллин.

– Юная леди что-нибудь желает? – в ее голосе отчетливо слышались хриплые нотки.

Иллин приблизилась и оглядела выставленный товар. Взгляд никак не мог зацепится ни за что конкретное, да и в незнакомом помещении она чувствовала себя неуютно. Все такое блестящее и на вид очень даже солидное. Полки украшены резными вставками, из-за шторки примерочной блестит овальное зеркало. Всюду ленты и кружева, особенно на самой хозяйке.

– Краску для губ и глаз, пожалуйста. И духи… Да, еще духи!

Окинув ее фигуру цепким взглядом, женщина без колебаний развернулась и подошла к крайнему правому стеллажу. С верхней полки был извлечен звенящий стеклянными флаконами ящик.

– Духи, милочка, – ящик брякнулся перед ней, а прыткая продавщица нырнула под прилавок.

– Помада и тени, – буркнули снизу и рядом возник ящичек поменьше.

Раскрасневшаяся женщина вылезла из-под столешницы и, шумно вздыхая, поправила внушительное декольте.

– Выбирай, милочка. Все новенькое, привоз только-только был.

Ей захотелось зябко повести плечами. Три пары глаз смотрели на нее очень пристально, словно чего-то ожидая.

Выбрав наугад один из флакончиков, Иллин осторожно вытащила пробку и тут же засунула ее обратно. Нет, это она даже нюхать не будет. Слишком ядрено. Второй аромат был уже более терпимым, но чересчур сладким на ее вкус, третий отдавал во рту терпкой горечью, четвертый повторил судьбу первого. Под конец добровольной аромо-пытки у Иллин жутко раскалывалась голова. Она даже не сумела донюхать весь ящик. После какого-то по счету флакона все духи воняли совершенно одинаково.

– Выбрала что-нибудь?

Иллин потерла переносицу и осоловело посмотрела на продавщицу.

– Они пахнут слишком резко…

– Они и должны так пахнуть! – воскликнула рыжая так, словно Иллин произнесла нечто богохульное, – Ты же не весь флакон на себя выливать собралась, а каплю!

Торговка и блондинка энергично закивали, рьяно доказывая правоту этих слов. От их восклицаний голова разболелась еще сильнее. Иллин наугад выхватила флакончик и отставила его в сторону. С красками для губ и глаз было проще. Ушлая продавщица пыталась ей впихнуть еще и белила, но тут Иллин решительно отказалась. Нет, этого добра ей не надо. Потечет еще.

Цену, конечно, ей заломили будь здоров. Денег хватило едва-едва. Когда она передавала серебро довольной торговке, рыжая как-то странно фыркнула, но промолчала. Иллин поспешила удалиться. К головной боли добавилось стойкое ощущение, что ее надули. Все хорошее настроение испарилось, и она отчаянно жалела, что вообще не прошла мимо.

Прежний боевой пыл удалось вернуть лишь на подходе к постоялому двору. А когда чистящий лошадь Йозеф послал ей воздушный поцелуй, Иллин окончательно воспряла духом. Ах, какая у него улыбка… За одну ее она готова посоревноваться хоть с самой императрицей! Что есть духу девушка припустила наверх.

Глава 7

Успеть до вечера было нелегко. Добрую половину дня она потратила на выполнение своих прямых обязанностей. Уборка в пятом номере заняла особенно много времени. Оттирая винные пятна с ковра и обивки мебели, Иллин беззлобно костерила неопрятных наемников, которые оставили после себя такой кавардак. Впрочем, как и постояльцы до них.

Наконец отделавшись от въедливого Луи, она преступила к не менее трудной задаче. Использовать бальзамы Тау, имея для отмывки всего лишь один жестяной тазик да кувшин. Пришлось повозиться. Но результат… Ох, он стоил того! Глядя на идеально шелковистую кожу, лишенную всяких ненужных волосков, пятнышек и прыщиков, Иллин всерьез задумалась – а не обладает ли Тау целительской магией? Слишком уж поразительным был эффект. И только одно омрачало ее радость – чуть заметные отпечатки на шее. Габи не померещилось. Круглое зеркальце в простой роговой оправе послушно отобразило цепочку следов по форме напоминающей укус. Но дискомфорта они совершенно не доставляли. И ей оставалось надеяться, что рано или поздно отметины исчезнут, унося с собой воспоминания того страшного и необычного дня.

С красками дела обстояли еще хуже. Помада казалась слишком алой, а тени черными и жирными. Первый результат пришлось смыть. Иллин очень испугалась, увидев в зеркале что-то бледное с темными провалами глаз и окровавленным ртом.

Сражение с косметикой началось по новой. Остановилась она, когда глаза и губы уже щипало от постоянного трения. Разглядывая себя в зеркало, Иллин никак не могла решить, нравится ли ее конечный результат. Видеть себя накрашенной было непривычно. Настолько, что она даже усомнилась – стоит ли овчинка выделки. Но вспомнив обольстительную улыбку Йозефа, решительно вздернула подбородок. Однозначно стоит!

И все же, ступая за порог комнаты, Иллин никак не могла прекратить нервно сминать передник. Удивленные взгляды служанок и их едкие ухмылки уверенности не добавляли.

Как только она шагнула в зал, взгляд сразу же прикипел к прилавку. Йозеф о чем-то беседовал с Луи. Вид у последнего был самый благодушный. Словно почувствовав ее присутствие, юноша обернулся. Секундное замешательство на лице сменилось обворожительной улыбкой. Внизу живота сладко екнуло. Иллин нерешительно улыбнулась в ответ. Пробегающая мимо Шайна будто бы невзначай задела ее плечом.

– Слюни подбери, пугало размалеванное, – зашипела она и направилась прямиком к мужчинам. Изящная ладошка легонько коснулась крепкого плеча Йозефа, а Иллин показалось, будто ее ударили под дых. Сгорая от желания пообломать сопернице каждый палец, она решительно шагнула вперед.

– Благословенных Иллин. Ты сегодня выглядишь особенно хорошо.

Незамысловатый комплимент Йозефа подействовал на нее лучше, чем целительное прикосновение всех императорских магов вместе взятых. Плечи расправились сами. Отчаянно пытаясь не не расплыться в глупой улыбке, она сдержанно кивнула:

– Благодарю, Йозеф.

Парень шагнул ближе и, приобняв за талию, потянул в дальний конец зала. Ей ну очень хотелось оглянуться и показать язык Шайне. Пусть знает!

Отведя ее подальше от чужих глаз, Йозеф, в привычной ему манере, прижал ее к стенке, а сам навис сверху. Иллин подняла голову и дыхание пропало из груди.

– Ли-и-ин, – чувственные губы растянулись в порочной ухмылке, – какая ты хорошенькая.

Теплая ладонь накрыла ее щеку. Она чуть не замурчала. Такие прикосновения будили в ней самые развратные желания. Иллин нервно облизнулась. Глаза Йозефа потемнели.

– Я останусь сегодня здесь, – хрипло проговорил он, – и если не выйдешь из своей клетушки сама – вытащу силой!

Ноги сделались ватными, и она чуть не сползла по стенке. Угроза была такой… интригующей! Иллин как заворожённая смотрела на приближающееся к ней лицо. Ох, как же хотелось поцеловать эти чувственные губы! Прикоснутся к тонкому шраму на левой скуле. Нет, в этот раз она не станет отворачивать голову! Пусть все видят – Йозеф принадлежит ей! И любит он только ее. А иначе зачем бы продолжал так стойко добиваться расположения?

Легкое прикосновение губ к губам вызвало в ней целый шквал эмоций. Иллин таяла, упиваясь близостью любимого мужчины. Тело откликалось на его ласку горячим возбуждением, подхлестываемым нескромными фантазиями. Влажный язык прошелся по еще сомкнутым губам, призывая пустить его внутрь. Сердце зашлось в припадке.

– Эй, голубки, хорош лизаться! За работу, живо!

Габи! Ну кто ее просил?! Но Йозеф уже отстранился.

– Вечером, – напомнил он и, не оглядываясь, пошел на выход.

Сжимая кулаки до боли в пальцах, Иллин повернула голову в сторону облокотившейся на косяк Габриэль.

– В следующий раз перед тем как краситься или выбирать парфюм, попроси урока у знающих в этом толк, – игнорируя ее убийственный взгляд, промурлыкала Габи. – И перестань сопеть – на ежа похожа. На шлюховатого ежа, – неожиданно хохотнув, добавила Габи.

– Куда уж мне до тебя, – зашипела Иллин. Одарив ее сочувствующим взглядом, Габриэль неожиданно мягко улыбнулась.

– Влюбленные девочки. Такие милые и такие глупышки. Все как одна. А я ведь тебя предупреждала… Ну, ничего. Жизнь быстренько обдерет с тебя нежный пушок. А потом раздавит. Да так, что и костей не соберешь.

Подмигнув ей, Габи круто развернулась и направилась к стойке. Иллин оставалось прожигать ненавидящим взглядом ладненькую спинку. Слушать гадости от той, кого она считала лучше прочих было мерзко. Иллин сделала несколько глубоких вдохов и повернулась к столам. Работа не ждала. Луи было плевать на склоки между служанками. Вот-вот должен был случиться вечерний наплыв гостей, и прохлаждаться просто не было времени. С противоположного края зала послышалось басовитое:

– Э-э-э, хозяин!

И следом за ним:

– Лин, обнеси!

Привычное начало. Иллин поспешила к ожидающим внимания посетителям. Пока она справилась с одними, подоспели другие, а за ними третьи.

Она ловко таскала полные подносы и не забывала улыбаться и сердечно благодарить за каждый оставленный ей грош. Вежливое слово, оно и кошке приятно. В окнах уже плескались сумерки, когда входная дверь с грохотом отлетела в сторону.

Все, включая и ее, уставились в сторону входа. Чуть согнув голову, чтобы не встретиться с верхним косяком дверного проема внутрь шагнул мужчина. В зале сразу стало тесно. Иллин беззвучно охнула и сделала пару торопливых шагов обратно к стойке. Чужак был не просто рослый – он был огромный!

На мощном теле красовался темный кожаный доспех. Крой странный, одно слово – не здешний. Без кольчужных вставок и железных пластин. Еще одним цепляющим взгляд отличием было отсутствие мечей. К ременной перевязи крепилось пара кинжалов и нож. Мускулистые ноги мужчины облегали плотные штаны, которые были заправлены в сапоги с густо-серой меховой опушкой по верху голенища. На плечах лежал подбитый таким же мехом длиннополый плащ.

– Ширшол, – благоговейно просипел Луи, – это же…

Иллин рассеяно моргнула. Да. Целое состояние заботливо укрывало широкие плечи. Мех, накидку из которого мог позволить себе не всякий аристократ. Догадка, мелькнувшая в голове, поразила до глубины души. Варвар! Ни разу в жизни она не видела ни одно айсвиндца, но могла поклясться, что именно он перегородил своими необъятными плечами выход. На память пришел разговор покупательниц в магазине косметики. Неужели тот же самый? Перепробовал всех девочек из дома мадам Клариссы и решил сюда заявиться? К щекам почему-то прихлынула кровь.

Тем временем варвар небрежным движением стряхнул с головы капюшон.

Настала очередь кусать губы женщинам. Он был не юн, но далеко не стар. Иллин плохо умела определять возраст на глаз, но сказала бы, что варвару за тридцать. Внешность айсвиндца нельзя было назвать милой. Остриженные жесткой щеткой волосы непонятного, пепельного оттенка, подчеркивали тяжелую челюсть и крупный, прямой нос. Тонкие губы были сжаты в упрямую линию, а над глубоко посаженными глазами нависали густые темные брови. Но весь его вид излучал такую силу… Дикую, необузданную. Ей одновременно хотелось отвернуть голову и продолжать разглядывать этого странного незнакомца. Варвар внимательно оглядел притихший зал. Мышцы на спине и плечах окаменели, когда цепкий взгляд темных глаз застыл на ее фигуре. Иллин бросило в жар. Хищно прищурившись, мужчина смотрел исключительно на нее, как будто вокруг не было больше ни одной живой души. Позорно уступив в молчаливом поединке, она отвернулась.

Как раз для того, чтобы заметить сразу двух служанок, направляющихся прямиком к варвару. Конечно Габриэль и… Лорочка? Иллин даже сделала несколько шагов вперед.

Первой до необычного гостя добралась сухопарая Лорочка. Иллин могла поклясться, что скрип зубов Габи был слышен даже на третьем этаже.

– Благословенных дней! – изящный поклон ненавязчиво продемонстрировал глубокое декольте. Которое мужчина и без того мог прекрасно видеть. Рост у варвара был невероятный.

– Господин желает отдохнуть? – Габи не собиралась сдаваться без боя.

Девушки обменялись яростными взглядами, напоминая двух течных сучек, сцепившихся из-за породистого кобеля. Не говоря ни слова, гость молча обошел застывших перед ним служанок и направился к самому дальнему столику. Небрежно швырнул дорожный мешок на пол, и, бросив на спинку стула бесценный плащ, вольготно расположился за столом, вытянув длинные ноги. Первой отмерла Габи и, стараясь соблюдать достоинство, поспешила к варвару. Поколебавшись, туда же направилась и Лорочка.

– Господин? – хором воскликнули они. Варвар буркнул что-то неразборчивое и служанки на перегонки понеслись к стойке.

– Луи, эля! – выдохнула на подбеге Габи.

– Я отнесу! – встряла Лорочка.

– На компостную яму себя отнеси, пьянь, – зарычала Габриэль, – этот мой.

Лора пошла красными пятнами.

– Что, наемнички сплоховали? Недотрахали? – зашипела она.

– А ну цыц, курицы, – шикнул на них Луи, – спугнете мне клиента, зашью вам рты. И не только. Габи – ты несешь эль, – девушка победно усмехнулась, – Лора – на тебе еда, – поникшая было служанка сверкнула голубыми глазками, – а там он сам выберет. А может и двух сразу. Усекли?

Девушки дружно кивнули. Габриэль смахнула невидимые соринки с белого передничка и подхватила кружку пенного эля. Лора рысью умчалась на кухню за хлебом. Ну а Иллин направилась к притихшим постояльцам, принимать заказы.

– Благословенных дней, – кивнула она двум городским завсегдатаем, – чего изволите?

Вопрос был формален. Она и так знала – мясная похлебка и рагу.

– Мясную похлебку и рагу, – хором подтвердили мужчины.

– А… – Иллин подавилась словом. Варвар! Он опять смотрел на нее! Его взгляд ощущался так явно, что кожа на спине изошла мурашками. – А… хм, пить. Да. Что изволите пить?

Двое переглянулись.

– Неси вино, – кивнул один, – да поживее!

И мужчина легко хлопнул ее по бедру. В ту же секунду за ее спиной что-то громко треснуло. Крики испуга и удивления разнеслись по залу. Резко обернувшись, Иллин чуть не вскрикнула сама. В кувалдообразном кулаке варвара вместо деревянной кружки виднелись одни щепы. Светлые капли эля звонко барабанили о дощатый пол и этот звук в возникшей тишине показался ей громче горной лавины. Но мужчина, кажется, ничего не замечал, продолжая сверлить ее мрачным взглядом из под нахмуренных бровей. Первой опомнилась Габи.

– Господин! Ох, простите великодушно! Я сейчас заменю!

Габи схватилась за новую кружку, а Иллин схватилась за поднос и на подкашивающихся ногах поспешила прочь из зала. И занесла же его нелегкая сюда! Оставался бы у девочек мадам Клариссы, не тревожил бы посетителей… и обслугу!

Иллин была так увлечена своими мыслями, что чуть не сбила Шайну.

– Поосторожней! – прикрикнула девушка и тут же добавила, – Варвар в зале? Или там? – кивнула наверх.

– В зале, а что?

Шайна поморщилась.

– Не охота спутываться, – скупо обронила она и поспешила прочь.

Ну да. Красавица предпочитала молоденьких, едва оперившихся юнцов. "Для них ты больше чем богиня" так любила повторять довольная собой Шайна, после того, как очередной парнишка под одобрительное хмыканье товарищей и с тоской в глазах покидал постоялый двор.

А вот варвар… Иллин зябко поежилась, вспоминая пронизывающий до костей взгляд. О, этот громила, судя по всему, предпочитает жесткие игры до утра. Как раз во вкусе Габи.

Стараясь избавиться от тягостных впечатлений о чужаке, Иллин с головой ушла в работу. Хвала Богам, незнакомец больше не привлекал к себе внимания. Тихо сидел в своем углу и потягивал эль. Его взгляд лишь изредка пробегал по залу, но мужчина больше не смотрел так пристально. Габи и Лорочка выпрыгивали из юбок, стараясь перещеголять друг друга, и каждый раз цапались, стоило им встретится у стойки.

– Какой мужчина, – вполголоса вздыхала Габи, посылая очередную улыбку невозмутимому айсвиндцу, – боюсь представить, что у него между ног.

– В твое дупло точно поместится, – Лорочка игриво захлопала ресничками, сумев поймать мимолетный взгляд в ее сторону.

– Всяко лучше, чем твоя веснушчатая рожа… Эй, куда это он?!

Мужчина действительно поднялся и направился к выходу.

– До ветра, должно быть, – неуверенно ответила Лорочка, тут же позабыв о склоке, – погляди, перчатки на столе оставил.

Обе облегченно вздохнули. Так повторялось еще несколько раз. Время от времени мужчина выходил. Иногда надолго, иногда возвращался почти сразу. Но каждый раз с порога тут же искал глазами ее. И Иллин уже почти было привыкла. И к его присутствию и к быстрым, острым, словно укол иглы, взглядам, как вдруг, в очередной раз вместо того, чтобы пойти во двор, варвар подхватил вещи и направился к стойке. Как раз в то время, когда она выставляла на поднос какой-то по счету заказ на выпивку.

Ноги приросли к полу. Она не могла сдвинуться с места, беспомощно наблюдая за неотвратимо надвигающимся на нее мужчиной. Под мягкими сапогами не скрипнула ни одна иссушенная временем половица. Варвар остановился близко, гораздо ближе, чем ей хотелось бы. Сунув дрожащие руки под передник, Иллин пристально разглядывала борозды на темной древесине столешницы. Боги всемогущие, какой же огромный! Она ему еле до груди достает! Надо бы посторонится, отодвинуться подальше от этой пышущей животной силой громадины, но ослабевшие коленки не оставили ей и пол шанса. Варвар лениво оперся о столешницу. Крупные, но по аристократически длинные пальцы сжимали вышитый рубленым орнаментом кошель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.