Самвел Лазарев
Алора

Алора.

Часть 1

Осенью Дэнстора особенно мрачна.

Оливковые тучи наглухо затянули небо и не отступали уже полмесяца. Накрапывал дождь. Храм Великого Иосифа высился над городской площадью: искажённый блаженным маревом, он навевал благоговейный ужас на горожан.

Рив отворил дубовую дверь и зашёл в невысокую пристройку храма, вслед за ним в комнату ворвался промозглый ветерок. Помещение с бордовыми стенами пропитывал едкий дым от сырых поленьев. В центре комнаты Отец Савопло утопал в огромном кресле: его ступни без обуви покоились на мохнатой шкуре волка, растопыренные пальцы ног шевелились и тянулись в сторону камина.

– Кого там нелёгкая принесла, – Савопло оторвал взгляд от картины, написанной маслом: женщины с овальным лицом и золотыми локонами. – Рив, тебе не кажется, что столь потрёпанный внешний вид скорее подходит разбойнику с большой дороги, чем начальнику моей охраны?

Савопло нахмурил густые брови, явив миру огромную вертикальную складку на переносице. Рив учтиво поклонился и прошипел:

– Виноват, Ваше Святейшество, немного запачкался.

Он скинул с головы промокший капюшон. Полы плаща были покрыты слоем грязи и провисли от набранной влаги. Капля крови, разбавленная дождевой водой, стекла с носа охотничьего сапога на паркет. Чтобы отереть лицо и бороду от грязи и дождя Рив достал белоснежный платок, который всегда держал в идеальном состоянии, но даже он оказался мятым.

– Ладно, что там у тебя? Выкладывай!

– Слухи о происшествии разлетаются со скоростью воробьиной стаи, Ваше Святейшество. Народ помешался на магии. Теперь каждый второй заявляет, что якобы может призвать молнию или говорить с животными.

Савопло отставил на столик серебряную чашу с вином, Рив продолжил:

– Мои люди схватили пятерых, самых ретивых. Я поспешил разобраться в ситуации лично.

– Лично? Не много ли ты на себя берёшь? Вроде бы пока я здесь всем заправляю.

Рив молчал. Савопло всё же платил золотом, а денег вечно не хватало, в отличие от своенравия, которого Риву с рождения досталось с избытком. Приходилось корчить из себя верного пса, чтобы не рисковать золотоносной жилой.

– Ладно, надеюсь, ты хорошо их допросил, жёг железом, выдирал ногти, топил? – Савопло причмокивал, с удовольствием смакуя каждое слово.

– Я достал из них всё, что знали. Эдуард вспомнил даже, что жрал на завтрак в день Святой Вероны.

– Эдуард?

– Один из пойманных. Бродячий цирк сеял смуту в надежде подзаработать на любопытстве публики.

Савопло кивнул собственным мыслям.

– Значит, фокусники виновны перед Церковью только в своей глупости?

– Глупцов надо наказывать наравне с остальными, Ваше Святейшество. Меньше глупцов – меньше проблем.

– Знаю, знаю. Еретики и невежды много на себя берут. Только ангелам Господь дарует магическую силу. Кощунство ставить себя в один ряд с тринадцатью, что несли свет в мир, когда его накрыла непроглядная тьма.

Савопло не верил, что смертные могут обладать магией, но Рив точно знал, что она существует. Прочувствовал на своей шкуре, когда встретил одного… мага. Пальцы в перчатке по привычке коснулись уродливого шрама от ожога, который покрывал левую часть лица от уха до подбородка.

Забавно, что отметина, оставленная колдуном, его же и погубила. Шрам реагировал на магию и нещадно чесался, когда она была рядом. С помощью этой жуткой отметины Рив нашёл подонка и отомстил, но семью это не вернуло. Цель умерла, оставив после себя неугасающую ненависть к колдунам и их подражателям. Для них он желал лишь одного приговора – смерти.

– Что мне теперь делать с этим бесполезным мусором? Казематы забиты до отказа, а я чувствую, что нам понадобится много места в ближайшее время.

– Утром пришло донесение, – Савопло достал из-за пазухи уже распечатанный конверт, а из него письмо. – Синод озвучил волю Господа: выжечь дотла всех еретиков и церковных отступников. А кто мы такие, чтобы ослушаться воли Всевышнего? Распорядись, чтобы готовили костры, начнём с пойманных: публично, на рассвете – пускай народ видит, к чему приводит еретичество.

Савопло взял со стола мешочек и взвесил в руке, добавил ещё монет и бросил его Риву:

– Сегодня день платы за работу, насколько я помню.

Рив позволил себе улыбку, лишь когда вышел за дверь. «Уничтожать всё, что провоняло магией, и получать за это деньги. Кажется, жизнь удалась, почему бы не отпраздновать? Закинуться ханкой, посетить бордель – звучит как подходящий план на вечер. Возможно, даже стоит расщедриться и переплатить за Ториель, Джессика уже порядком надоела. Или попробовать обеих сразу?»

Пока он размышлял, в храме Великого Иосифа началась служба. Из-за стен церкви зазвучал детский хор, перебиваемый лишь звоном огромного колокола. Чистые ангельские голоса молились за упокой пятерых заблудших душ, сами того не понимая.

***

– Совсем святоша с ума сошёл… Ополоумел!

Чак перестал вилять хвостом и суетливо закружился вокруг своей хозяйки.

Алора украдкой выглядывала из-за угла, наблюдая за тем, как плотники заканчивали мастерить эшафот, вбивая в доски последние гвозди. Купцов и скоморохов разогнали ещё с вечера и теперь на главной площади Дэнсторы, окружённой домами с черепичными кровлями и аккуратными фасадами, остались лишь ровные булыжники, лужи и пять конструкций для сожжения на костре еретиков. Приготовления начались до рассвета, а сейчас, когда солнце едва поднялось над горизонтом, всё уже было готово. Рядом с местом казни установили шатёр Отца Савопло. Белоснежные стены палатки, украшенные драпированной портьерой, тихонько колыхались и похлопывали, хотя не было ни намёка на ветерок.

Круглые очки девочки съехали на аккуратный заострённый носик.

Быть испепелённым заживо на подобной штуковине врагу не пожелаешь. Сначала обуглятся стопы, потом огонь поглотит икры, взбежит вверх по бёдрам… будет терзать тело, пока не захлебнёшься в собственном крике на потеху толпе. А палач – просто виртуоз своего дела, так мастерски готовит костры, что приговорённые до последнего момента находятся в сознании. Чертовски паршивая смерть. Подобное никак не вязалось с призывами церкви возлюбить ближнего своего.

И вот уже горожане стекаются из улочек и переулков, торопясь занять самые лучшие места. Одни вели с собой детей, другие несли тухлую еду.

Забавно. Люди испытывают подсознательное облегчение, видя, что кому-то хуже, чем им сейчас. Но окажись они по ту сторону – сетовали бы на несправедливость и молили о шансе всё исправить.

Алора понимала это, так как разбиралась в психологии. Отец – лучший учёный Дэнсторы – наделил её знаниями по многим наукам.

Люди, похожие на головорезов, прошли к пропитанным смолой столбам. Один из них, с уродливым ожогом на пол-лица не скрывал ухмылку. Отвратительный тип – меньше всего на свете Алора хотела бы перейти ему дорогу. Следом плелись узники. Самые праведные горожане закидывали несчастных тухлыми яйцами и помидорами. Кто-то в толпе зевак прославлял Господа Бога, другие осыпали смертников бранью, не забыв бросить им вслед пару-тройку проклятий.

На помосте в багровом колпаке и с факелом в руке появился палач. За ним по лестнице опустив голову и сложив руки на груди в молитвенном жесте поднялся священник, готовый отпустить грехи и принять покаяние вероотступников. Привязанные к столбам плакали и причитали о своей невиновности, молили о пощаде.

Глашатай с обличительным документом, поднял руку, призывая к тишине, и огласил приговор:

– Божественной волей, Отец Савопло, имеющий специальное разрешение Преподобного, обвиняет вас в ереси и приговаривает к смерти через сожжение. Но его Святейшество милостив и позволяет вам явить миру чудо и спасти себя.

Толпа замерла в ожидании, но ничего не произошло. Воцарилась мёртвая тишина, лишь чей-то карапуз раскричался и никак не хотел успокаиваться.

Ложь пропитала воздух насквозь. Самообман парил над площадью. Одни считали себя гласом господа на земле, вторые же верили в магические силы.

Алора знала точно: главное – наука, именно она движет человечество вперёд. Взять хотя бы канализацию: без неё все маги и церковь утонули бы в конском навозе и человеческих испражнениях. Никакое золото и обращения к высшим силам не смогли бы тогда предотвратить эпидемию дизентерии в городе.

Она с печалью посмотрела на приговорённых. Сквозь ссадины и кровоподтёки на лицах, Алора с трудом узнала бродячих актёров, на прошлой неделе приехавших в Дэнстору из соседней провинции. Ещё вчера труппа дала впечатляющее представление. Искры и разноцветные огни, появляющиеся из воздуха и пропадающие непонятно куда предметы – и всё это благодаря отработанным трюкам и ловкости рук, но точно не магии. От их фокусов, пестроты и веселья у неё захватывало дух, хотя она и знала, что это обман или результат применения хитрых механизмов. Жаль, что их сожгут.

Чак ткнулся прохладным мокрым носом в ногу.

– Не расстраивайся, милый, может, даже к лучшему, что ты не способен видеть этот мир.

За стенами шатра медленно забили барабаны. Толпа заревела. Отец Савопло, сидевший внутри палатки, небрежно махнул рукой, подав сигнал палачу. Тот поднёс факел к охапкам хвороста и соломы.

Досматривать девочка не стала – отвернулась и пошла домой, держа собаку за ошейник, с трудом протискиваясь сквозь беснующийся народ.

За спиной слышались вопли грешников (было бы неплохо вставить) и одобрительный гул толпы, но она, не оборачиваясь, шла по мокрым улицам к дому. Впервые за долгое время тучи посветлели и показалось солнце. Алору успокаивала мысль: пускай и дальше одни фанатики ловят других, а то ещё немного – и со скуки взялись бы за учёных.

Часть 2

Вот уже несколько дней Алора чувствовала себя странно. Кости как будто распухли и растягивались в разные стороны. Спина чесалась изнутри, голову сдавливали невидимые тиски, низ живота тянуло. Она поделилась с матерью, но та, улыбаясь, успокоила её. Сказала, что, когда приходит пора, с каждой девочкой случается нечто подобное. Необычные чувства, всё же, пугали и тревожили.

По дороге домой посреди частокола из тополей она встретила Мизери с компанией. Едва Алора отвлеклась от грустных мыслей, странные, болезненные ощущения пропали вовсе.

– Вот досада, Чак. Только этого нам не хватало. Если встретил Мизери – будь готов к приключениям на свою задницу. Запомни: эта дьяволица всегда захватит парочку с собой. Неприятности так и следуют за ней по пятам.

Пёс повернул слепую морду в сторону хозяйки, радостно тявкнул и ринулся обнюхивать гостей.

– Алора, тебя-то мы и ищем! – Мизери сияла, словно кусочек янтаря, рыжая и солнечная, голос её звенел, как колокольчик на шее у козы. – Мы тут задумали один очень интересный эксперимент.

Ян – застенчивый мальчишка, сын судьи – тащил увесистый мешок на плече. Флора – дочь казначея в коричневом сарафане – мурлыкала себе под нос песенку и шлёпала по лужам за их спинами.

– Ну да. Как бы я усердно ни пряталась – вы всегда меня находите, – Алора натянуто улыбнулась. – Зачем я вам на этот раз?

– Куда же мы без тебя, – отмахнулась Мизери. – Мою голову посетила очередная гениальная идея, и она затмит собой все прочие!

– Ого. Очень интересно. Но ты, разумеется, ничего не расскажешь, пока я не соглашусь поучаствовать, да?

– Конечно. Либо ты часть команды, либо плаваешь за бортом в неведении – всегда так было.

Алора не сомневалась бы ни минуты и пошла бы прочь, но сегодня день был чертовски странный с самого утра. Да и, нужно признать, идеи у Мизери бывали интересными, хоть зачастую и глупыми. Дотошный ум Алоры ненавидел тайны и требовал открытий, Мизери прекрасно это знала, и каждый раз подстрекала свою подругу на участие в забавах.

– Хорошо, я в деле, только Чака отведу.

Чак, услышав свою кличку, навострил уши.

– Не переживай, нам как раз по пути. Мы ведь к тебе идём, – Флора подошла и приобняла Алору за плечо. – Дело серьёзное, ко мне нельзя, а у Мизери заметить могут, тогда нам всем не поздоровится.

Мизери подхватила:

– Кстати, твой отец ещё в отъезде? Ладно, можешь не отвечать: я знаю, что да.

– И думать забудь. Ко мне нельзя. Отец хоть и уехал, но мать дома.

– Не парься, Алора. Я всё устрою. Скажу… Скажу, что отец желает видеть её в церкви. Она не сможет отказать, а когда уйдёт, мы проведём ритуал.

***

Стоило матери Алоры покинуть двор, компания тут же подыскала укромное местечко и расположилась между двух кустов серебристо-серого лавандина, усевшись на гладких ступеньках небольшого фонтана. Приятно журчала вода, вытекая из головы развалившегося на постаменте каменного льва. В саду сильно пахло лавандой и можжевельником, а от Флоры тянуло ванилью, настолько, что о приближении дочери казначея всегда можно было догадаться даже с закрытыми глазами. Ян встряхнул мешок, и на лужайку посыпались свечи, спички, гусиные перья, вплетённые в пучки какой-то неизвестной Алоре травы, каменные руны, пара исписанных листов бумаги. Белёсый костяной тесак смотрелся чуждым на фоне всего этого барахла.

– Что это за чертовщина? Вы что удумали? Разве не знаете, что магия опасна? – Алора скрестила руки на груди. Если запамятовали, идите на площадь. Там как раз актёры приезжей труппы дают своё последнее представление на радость праведников. Это наверняка освежит вам память. Лично я не собираюсь участвовать в дурацком эксперименте. – Алора нахмурилась и, вздёрнув подбородок, отвернулась от компании.

– Да ладно тебе Ал, не трусь, – хохотнула Мизери.

– Не трусить? Я не боюсь ваших глупостей. Просто… Просто любой образованный человек знает, что магии нет и никогда не было. Я мыслю рационально! Ты вообще в курсе, что твой отец сегодня утром сжёг пятерых за подобные фокусы?! – Алора поправила сползшие с переносицы очки.

Флора беззаботно ковырялась в ногтях, периодически похмыкивая, Ян сидел молча, потупив взгляд в траву. Будто всему миру плевать на то, что она только что сказала.

– Папка не узнает, мы так, побалуемся и всё… – Мизери обезоруживающе улыбнулась. – В любом случае пути назад нет. Ты уже согласилась и теперь знаешь нашу тайну. Часть команды – часть корабля, помнишь?

– Как уж тут забудешь, – недовольно пробубнила Алора. – Ладно, выкладывай, в чём смысл ритуала?

– Ты же знаешь, что недавно произошёл магический всплеск? О нём сейчас на каждом углу шепчутся. Так вот, в книжке по магии, которая, кстати, очень пыльная и древняя и я умыкнула её из церковной библиотеки, написано, что раз в полвека земля трескается, и сила стихии вырывается из недр, чтобы найти новые сосуды: растения, животных, людей. Сгодится всё, в чём тлеет жизненная энергия, магия притягивается к ней, как магнитом… Так и появляются колдуны, между прочим, и странные животные и целительные растения. Ритуал поможет проявить силы, если они вдруг к нам попали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.