Агентство «Помидор». Рождение Корпорации. Light version
Xander Nov

© Xander Nov, 2022

ISBN 978-5-0059-4472-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

АУКЦИОН

Дверь тихонько поскрипывала, в распахнутое окно залетали сухие желтые листья, пыль струилась в ярком солнечном луче, который в соответствии с астрономическими законами добрался наконец до крупного веснушчатого носа дремавшего в кресле за рабочим столом человека. Попав на вышеуказанный нос, луч произвел на него какое-то не поддающееся определению влияние, вследствие чего владелец носа громко чихнул, немедленно проснулся, и под воздействием всех этих факторов чуть не упал со стула.

Мужчина, чудом избежавший жуткой катастрофы в собственном кабинете, был весьма колоритен: яркая гавайская рубашка контрастировала со строгими черными брюками, которые, однако, заканчивались на добрых пять дюймов выше, чем полагалось приличным и воспитанным брюкам. По этой причине, а также вследствие полного отсутствия носков у рассматриваемого субъекта, его волосатые ноги представляли собой не слишком соблазнительное для лиц обоих полов зрелище. Ковбойская шляпа, совершенно не несущая никаких функций в душном офисе, тем более представительских, была изрядно поношенной, но надета была лихо, набекрень – совсем в духе покорителей диких степей позапрошлого века.

Боз Попонок – один из двух совладельцев агентства с громким названием «Помидор», достал из верхнего ящика стола огрызок толстой, но потрепанной сигары, и неспешными движениями начал его раскуривать. Появление второго совладельца агентства застало его врасплох, и Боз чуть не повторил свое почти-падение со стула, но сверхъестественным усилием мышц (в основном, ягодичных) предотвратил движение вниз и уставился на партнера.

– Крис! Какого черта ты здесь делаешь? – с напускной строгостью обратился Боз к вошедшему, не поднимаясь, впрочем, со стула, и не прекращая процесса раскуривания сигары.

– Вставай, ленивая задница! Хватит прохлаждаться! У нас есть работа, – вошедший, а точнее, вбежавший человек быстро сделал пару кругов вокруг стола, за которым сидел уважаемый мистер Попонок.

– Да не мельтеши ты, голова начинает кружиться! – деланно заворчал Боз, но его ярко разгоревшиеся глаза выдали интерес к словам партнера.

Описать Криса Дрилла было тяжело независимо от того, двигался он или находился в покое. Фактически в движении его вообще было нереально рассмотреть, настолько интенсивно он перемещался в пространстве, а в состоянии относительного покоя руки, ноги, голова и туловище Криса совершали ежеминутно сотни мелких, но резких движений, затрудняющих понимание того, каков Крис на самом деле в статике.

Мистер Дрилл являлся полной противоположностью своему партнеру – высокий, резкий, быстрый, постоянно находящийся в движении. Его рыжие волосы, казалось, постоянно стояли дыбом, словно он только что услышал ошеломляющую новость. Только голубые глаза могли бы показаться спокойными, если бы какой-нибудь внешний наблюдатель смог зафиксировать на них взгляд больше, чем на секунду.

– Я говорю, у нас есть работа! – Крис, казалось, еще больше ускорился. – Пока ты тут просиживаешь штаны, я нашел для нас непыльную работенку с неплохой прибылью.

При этих словах Боз недовольно поморщился. Когда он в последний раз слышал от Криса слова про непыльную работенку, им пришлось провести три недели в заваленной шахте на Сатурне, и если бы не подоспевшая в последний момент помощь, они остались бы там навсегда, погребенные в штольне. Впрочем, и до турне по шахтам Сатурна понимание им и Крисом «непыльной работенки» несколько различалось.

Агентство «Помидор» было создано двумя друзьями, Крисом и Бозом, два года назад, и с тех пор постоянно балансировало на грани выживания. Первоначально фирма задумывалась как оптовый поставщик лунных помидоров в магазинчики Земли. В то время лунные помидоры благодаря своим прекрасным вкусовым характеристикам, а также значительно бо̀льшим размерам и необычности вошли в моду на Земле, и были востребованы ресторанами и продуктовыми магазинами. Однако после первых поставок произошел ряд форс-мажоров на лунных теплицах, значительная часть урожая погибла, цена на помидоры резко выросла, а спрос в строгом соответствии с кривой спроса-предложения упал. Кроме того, министерство Земли по Натуральности и Экологичности Продуктов (НЭП) нашло в лунных помидорах какие-то канцерогены, и на этом эпоха успешных продаж помидоров быстро и бесславно завершилась.

К счастью, друзья не успели обрасти офисом с мраморными стенами и длинноногими секретаршами, успевающими в течение рабочего дня сделать не только маникюр, но и дважды выпить кофе, и решили продолжить бизнес, разыскивая новые направления работы. Для этого был избран беспроигрышный, по мнению партнеров, вариант продвижения компании: потратив несколько недель, они разместили в большинстве газет и сайтов Земли объявления во всевозможных рубриках, указывая компанию «Помидор» как фирму, специализирующуюся именно в этой конкретной области.

Например, на сайте «Домашний персонал» в рубрике «Уход за детьми» компания «Помидор» была представлена как «самое опытное агентство по предоставлению услуг по пеленанию, кормлению и выгуливанию детей». В газете «Техасский железнодорожник» фирма представала как «надежный поставщик шпал, рельсов, локомотивов и семафоров». На бирже ценных фирма «Помидор» значилась проверенным маклером, а в каталоге банковских организаций «Помидор» обещал невероятно выгодные депозиты, аренду банковских ячеек и надежную перевозку и сопровождение крупных сумм наличных денег.

Друзья рассуждали просто: самое сложное в любом бизнесе – это продажи, а продавцом Крис был отличным. Зато Боз, совершенно не умея продавать, был высокоинтеллектуальным и начитанным инженером, что позволяло ему надеяться на то, что он сможет справиться с любой задачей, поступившей в агентство в качестве заказа. Кроме того, никто же не отменял подрядные организации! Поэтому ставка была сделана на активные продажи под руководством Криса, а затем уже Боз решал, сможет ли агентство выполнить заказ.

Пока друзьям везло, и хотя заказов было не так много, бо̀льшую часть из них удавалось более-менее успешно выполнять. По крайней мере, на хлеб с маслом и даже виски с сигарами хватало, хотя и не всегда высшего сорта.

Итак, Боз приготовился выслушать, что же за новый заказ прилетел в агентство «Помидор» и, раскурив наконец свою сигару, задымил в потолок, вслушиваясь в выкрики Криса.

– Аукцион! Пустяки! Купить антиквариат! Ха! Проще простого! Слетать на Альфу Центавра! Аванс – пятерка! – все больше распалялся Крис. В такие моменты он иногда говорил сплошными восклицаниями, когда был слишком возбужден и особенно когда на горизонте маячил дополнительный доход.

– Какой еще аукцион? – вопросительно поднял брови Боз. – Мы что, в оценщики заделались? Боюсь, этот заказ нам точно не по зубам. Это тебе не птичий помет доставлять на Меркурий, тут разбираться надо в теме.

– Да перестань ты тупить! – беззаботно отозвался Крис. – Халява, а не работа!

Он наконец успокоился и стал говорить более-менее внятно.

– Заказчик из Сант-Питербурга, – по слогам прочитал он название с какой-то мятой бумажки, – это где-то в России. Я ему сразу сказал, что агентство «Помидор» расшифровывается как «Приобретение Объектов Мирового Искусства Для Организаций России» и что мы только на этом и специализируемся, двадцать лет покупая для россиян предметы искусства по всей Галактике.

Боз со стоном закатил глаза.

– Да не парься ты! – оптимистично продолжил Крис, хлопнув партнера по плечу, – аванс в пять тыщ кредитов я уже получил, дело плевое – завтра вылетаем на Альфу, а сегодня можно немного отдохнуть. Как насчет «Дохлой курицы»?

При этих словах Боз заметно оживился. «Дохлая курица» был баром в соседнем здании, знаменитым своими невероятными напитками со всех уголков бескрайнего космоса. Бармен уверял, что в его баре можно пить ежедневно целый год, и так и ни разу не повториться с напитком. Если бармен и привирал, то не капитально. Боз и Крис посещали «Дохлую курицу» не так часто, как хотелось бы, но неизменно ставили там всё новые и новые эксперименты с различными одурманивающими жидкостями.

Впрочем, не только жидкостями был богат этот потрясающий бар. В прошлую пятницу бармен посоветовал им «Черную Лестницу», по факту оказавшуюся куском камня с просвечивающими золотыми прожилками. Камень нужно было лизать, предварительно посыпав язык сладким толченым перцем. После облизывания возникало невероятное чувство легкости и расслабленности, компенсирующееся такой же невероятной тяжестью в ногах, не позволяющей сделать даже шага от барной стойки. Нализались они в тот вечер до полного отключения…

Боз отвлекся от воспоминания и усилием воли вернулся к обсуждению предстоящей работы:

– А что конкретно надо купить, в контракте указано?

– В том то и дело! – радостно рассмеялся Крис. – Нам дается полный карт-бланш! Всего то и нужно купить на ежегодном Аукционе на Альфа Центавра на триста тысяч кредитов антикварных предметов искусства, на наше усмотрение, и прилететь назад! За это мы получаем пятнадцать тысяч, из которых пять уже у меня!

Крис достал и потряс увесистой пачкой денег. Пачка, безусловно, произвела на Боза серьезное впечатление, однако он не останавливался:

– А где контракт?

– Держи, – небрежно протянул ему пачку листов Крис.

– И это контракт на доставку? – увидев контракт, содержащий по крайней мере сорок страниц мелкого текста, Боз побелел от ужаса.

– Я надеюсь, ты его внимательно изучил?

– Боз, дружище! Нам нужна эта работа! – Крис добродушно похлопал партнера по плечу. – Ты же у нас специалист по исполнению. Я свое дело сделал, контракт наш! А ты изучи его теперь и вечером мне всё расскажешь в «Дохлой курице».

С этими словами уважаемый партнер фирмы «Помидор» мистер Дрилл быстро развернулся и унесся в коридор, оставив за собой легкий ветерок, который ворошил лежащий на столе контракт. Второй, не менее уважаемый партнер, мистер Попонок, со вздохом придвинул к себе контракт и углубился в чтение…

– Итак, дорогой партнер, мы в полной заднице, и это я тебе заявляю официально! – красный от злости Боз ткнул Крису мятым контрактом прямо в лицо.

– Спокойно, Боз, – Крис невозмутимо отодвинул бумаги от лица и сделал большой глоток какой-то фиолетовой жижи из глубокого бокала. – Давай выпьем по бокальчику, а потом обсудим все сложности этого заказа.

– Сложности?? – Боз чуть не задохнулся от изумления, не находя слов. – Да этим контрактом мы себе подписали смертный приговор! Когда же ты наконец начнешь думать, прежде чем подписывать что-либо?

Крис сделал еще один долгий глоток из бокала, подумал немного, и повторил это действие снова. Жижа в бокале побулькивала мерно и успокаивающе. Похоже, таким же был и результат ее употребления. Наконец Крис оторвался от бокала:

– Боз, давай по пунктам. Я уверен, что там нет ничего такого. Мистер Козлофф показался мне чрезвычайно приятным человеком. Зачем ему нас подставлять? Ему нужны предметы искусства, а мы его, поверь, совершенно не интересуем. Он хочет заработать, мы хотим заработать – всё в лучших традициях истинно гарвардского менеджмента.

– Хорошо, давай по пунктам, – Боз наконец взял себя в руки и быстро перелистнул пару страниц.

– Пункт 2.2: «Заказчик имеет право удостовериться в профессионализме Подрядчика в любое время, как до, так и после заключения настоящего Контракта. В случае, если Заказчик получит доказательства непрофессионализма Подрядчика или отсутствия у него релевантного опыта, Заказчик имеет право расторгнуть контракт в одностороннем порядке, в этом случае Подрядчик должен вернуть аванс в размере ста процентов», – быстро зачитал Боз.

– Ну и что, – лениво отмахнулся Крис, явно более заинтересованный тем, как бармен сооружает для него новый объект для получения алкогольного удовольствия, представляющий из себя сооружение больше фута высотой, похожее на японское дерево с кривым узловатым стволом, на отростках которого красовались бледно-розовые ягодки. Получив разрешающий кивок от бармена, Крис быстрым движением откусил ближайшую к нему ягодку и восхищенно зажмурил глаза.

– Вот это вещь! – выдохнул полминуты спустя Крис. Глаза его оживились, а речь стала слегка несвязной. – Попробуй обязательно! На вкус, как яйца бабуина, но торкает здорово! А насчет этого пункта не парься. Ну проверит нас этот Козлофф, убедится, что мы не спецы по анте… анти… ква-риату! Вернем деньги, и всего делов-то!

– Ладно, этот пункт был для разминки, – привычно проворчал Боз, в душе согласившийся с доводами партнера. Действительно, в реальности этот пункт можно было бы применить вообще к любому их контракту, и тогда бы они не смогли заработать ни единого кредита, так как специалистами являлись в основном в способах, как выкрутиться из сложных ситуаций, а во всех остальных областях были полнейшими профанами.

– Пункт 7.9, – продолжил Боз. – «Если фактическая стоимость приобретенных Подрядчиком предметов искусства окажется более чем на десять процентов ниже оценочной стоимости по итогам оценки, проведенной аудиторской компанией „Медведев, Вайнштейн, Кравчич и сыновья“, Подрядчик обязан компенсировать разницу между суммой, потраченной на приобретение предметов искусства, и оценочной стоимостью, в двойном размере».

– А это тебе как? – поинтересовался Боз. – Перевожу для тебя с птичьего языка на человеческий: если мы купили какой-то рухляди на триста тысяч кредитов, а цена этому барахлу оказалась сотня, то мы должны будем выплатить компании «Питерский Дом Искусств» четыреста тысяч! А как мы разберемся, какой из продаваемых резных кусков глины окажется настоящим и ценным, а какой только что наковырял из задницы по дороге на аукцион коренной альфа-центавриец?

Крис отвлекся наконец от порядочно обглоданного дерева, и уставился на Боза.

– Что, есть такой пункт? – с ужасом произнес он.

– Представь себе, да.

– Вот это действительно проблема, – почесал голову Крис. – Мы же действительно ничего не понимаем в антиквариате.

– Это я тебе весь вечер пытаюсь объяснить, тупица! Дальше читать? – разозлился Боз.

– Да нет, уже достаточно, – Крис внезапно снова приободрился и залихватски слопал сразу две ягодки с дерева. – Наймем, как обычно, специалиста какого-нибудь, и всё!

– Да где же ты его найдешь, если нам завтра лететь! – схватился за голову Боз.

– Я не помешаю? – произнес кто-то третий, и друзья обернулись на голос.

Прямо перед ними никого не было.

– Я не помешаю? – повторно раздался чей-то тонкий голосок откуда-то снизу, и друзья одновременно опустили глаза. Прямо перед ними стояло нечто вроде миниатюрного страуса, чуть больше фута в высоту, но синего цвета и без перьев, зато с желтым пушистым хохолком на голове. Вместо клюва у существа был вполне человеческий рот, губы подведены помадой, через плечо перекинута совсем уж игрушечная ярко-желтая сумочка, дерзко соревнующаяся по яркости с хохолком, а крохотные ручки существо держало перед собой, сцепив ручки (или лапки) с двумя пальцами между собой.

– Я не помешаю? – в третий раз спросило существо, и неожиданно плотоядно облизнулось непропорционально длинным красным языком.

– Ты кто? – вымолвил удивленный донельзя Крис.

– Я тот, кто вам нужен! – безапелляционно заявило существо. – Меня зовут Фыдж, я специалист по древним ценностям, реликвиям, артефактам и всему такому прочему. Случайно шла мимо, услышала, что вы обсуждаете свою проблему, и поняла, что могу вам помочь.

– А ты вообще он или она? – поинтересовался Крис, рассматривая Фыдж со всех сторон. При более внимательном рассмотрении выяснилось, что у этого страуса есть еще и мощный хвост, достающий до пола, так что с ракурса сбоку существо становилось похожим на кенгуру, уменьшенного в несколько раз.

– У нас нет половых различий, но можете считать меня женщиной, – заявила Фыдж. – Самое главное, что я отлично разбираюсь в этой теме, и без вас мне конец. Поэтому я хочу половину от обещанной суммы.

– Что? Половину? С ума сошла? – Крис обрел наконец почву под ногами, вступив в область денежных переговоров, и завязался жаркий спор, в течение которого Боз так ни разу и не вступил в разговор.

После получаса торгов договорились, что Фыдж получит за работу 5850 кредитов, из которых 3200 авансом.

– А где Вы обучались оценке антиквариата? – наконец подключился к разговору Боз, подозрительно осматривая маленькое существо с ног до головы, когда оно при помощи Криса было посажено на барный стул.

– Что вы, не верите мне? – Фыдж обиженно захлюпала носом. – У меня степень приестратора по антиквариату на Денебе, кроме того, профессорская степень в Главном Научном Университете Древних Находок Меркурия, а также законченное саратовское профессионально-техническое училище. И везде я была круглой отличницей и профсоюзным лидером!

Фыдж с гордым видом отхлебнула янтарную жидкость из небольшого бокала и виновато проговорила:

– Простите, пиво – моя слабость, еще с Меркурия, жарковато там было. А в Саратове я уже усугубила. Но я никогда не пьянею, так что работе это не помешает.

– Вылет завтра рано утром, ровно в полдень всем быть на стартовой площадке, корабль «Филипс 002 ВТ», – подвел черту короткому совещанию Крис. – Не опаздывать!

Разумеется, Фыдж опаздывала. Корабль давно был заправлен, проверен, заведен, прогрет и готов к старту, а Фыдж все не появлялась.

– Черт, без этого бестолкового кенгуру нам на этом аукционе делать нечего, – печально проговорил Боз, проверяя состояние своего левого рукава, который, мало того, что был довольно грязным, так еще и на дюйм короче правого.

– Мальчики, я всё слышу, – прозвенел откуда-то голосок, и через мгновение перед партнерами появилась Фыдж, неузнаваемая в ярко-зеленом балахоне до пят и остроугольной зеленой шляпке, скрывающей хохолок. За собой она волочила огромный, больше ее роста, чемодан на колесиках.

– Я готова к путешествию! – заявила она, приветственно помахивая ручкой, и перед глазами слегка ослепших от ее наряда путешественников запрыгнула в шлюз. За ней, негромко выругавшись, проследовал Боз, последним на борт корабля поднялся Крис.

Полет был недолгим и без особых происшествий, за исключением того, что туалет корабля вышел из строя ровно через два часа после старта по причине засора, и только когда уставший и обматерившийся Боз достал из трубы куски свалявшейся синей шерсти, он догадался, что у их миниатюрной пассажирки, похоже, началась линька.

Вечером того же дня они приземлились на крупнейшей из планет Альфа Центавра – Стииде, где и должен был пройти в городском Выставочном Центре завтрашний аукцион, ради которого они прилетели. Разместившись в комфортабельном отеле недалеко от Выставочного Центра, команда собралась вечером в номере Криса для обсуждения плана действий.

– Итак, – Крис развалился на мягком диване и осмотрел двух других участников совещания, – задача нам предстоит в принципе не слишком сложная. Компания «Питерский Дом Искусств» перечислила на мой счет триста тысяч кредитов для закупки произведений искусства цивилизации древних альфа-центаврийцев. По условиям договора мы должны приобрести не менее десяти различных предметов, среди которых могут быть… Эээ…

Крис замешкался, ему на помощь пришел Боз, открыв контракт на нужной странице, и он продолжил:

– Ага! Украшения жилищ, хвостовые пластины, ластидные варранеры, шлемы, музыкальные инструменты, боевое оружие, плошки для питания. В общем и целом всё понятно, кроме варранеров – ну так не будем их покупать, раз не знаем, что это.

– Варранер – это упряжь для местной разновидности тягловых животных, сделаны из ластида – прочного и гибкого вещества, получаемого из здешней растительности, – небрежно заметила Фыдж.

– Ого, ты даже знаешь, что такое варранеры? – восхитился Боз. – Ну тогда дело в шляпе!

– Не сомневайтесь, ребята, все будет тип-топ! – авторитетно заявила Фыдж, и скромно потупила глазки, которые, впрочем, были настолько большими и выпуклыми, что даже опущенные вниз, явно прекрасно видели всё происходящее в комнате.

– Хорошо, с варранерами разобрались, – Крис тоже заметно повеселел после выступления эксперта по древней упряжи. – Давайте теперь обсудим момент торгов. Расплачиваться буду я, так как деньги на моем счете, а ты, Фыдж, будешь мне подсказывать, за что стоит торговаться, а что нам не подойдет.

– Учти еще, – заметил Боз, обращаясь к Фыдж, – возраст приобретенных нами предметов должен быть не менее пяти тысяч лет – это тоже указано в договоре. В противном случае нам ничего не заплатят – а значит, и ты не получишь денег.

– Ну это вообще ерунда, – заверила Фыдж, – уж древность-то я сразу отличу от новодела, не беспокойтесь. К тому же аукцион серьезный, кидалова там не будет, расслабьтесь.

– Эх, жалко, выбор напитков здесь поменьше, чем в «Дохлой курице», – уныло заметил Крис, размешивая веточкой жимолости пурпурную искрящуюся жидкость, поданную в половинке какого-то экзотического овоща. – Соскучимся мы тут до завтрашнего утра!

– Ни к чему напиваться, – сурово оборвал его Боз. – завтра много работы. Всем кофе и расходимся. Встречаемся в холле в девять утра.

– Какого черта ты снова опаздываешь? – орал Боз на съежившуюся Фыдж, одевшуюся на этот раз в относительно строгий костюм с миниатюрным черным галстучком и черные лакированные ботиночки.

– Простите, мальчики, – Фыдж стыдливо потупила взгляд. – Готовилась всю ночь, изучала дополнительно особенности альфа-центаврийских древностей, чтобы сегодня выступить в лучшем виде.

Боз и Крис одновременно саркастически хмыкнули и направились к выходу из гостиницы. Прямо у входа их уже ожидало местное такси – несуразный грибообразный летательный аппарат, перемещающийся по принципу вертолета, только вместо лопастей движущуюся силу создавали миллионы миниатюрных пор-крылышек в нижней поверхности шляпки гриба. Управлял экипажем местный житель – ракообразный усатый водитель в залихватской желтой кепке набекрень.

– Чего так долго, – возмутился он, как только пассажиры подошли к аппарату, – счетчик тикает!

– Давай на аукцион, да поживее, – грубо оборвал его Крис. – И пошевеливайся, а то останешься без чаевых.

Водитель что-то пробурчал себе под нос (или что там его заменяло), и поднял гриб в воздух, сразу направив его резко вверх и вперед.

Полет занял всего десять минут и оказался весьма комфортным. Гриб не издавал совершенно никаких звуков, погода была отличная, и путешественники любовались окрестностями города. Подойдя наконец к зданию Выставочного Центра, вся компания на минуту застыла в изумлении.

Выставочный Центр оказался колоссальным сооружением, простиравшимся на пару километров во всех направлениях. Казалось, что в его создании принимало участие несколько десятков архитекторов с разных планет. Центральная часть здания представляла собой толстый ствол, похожий на земное дерево, от которого расходились во все стороны ветви разной длины и толщины. Эти ветви еще больше разветвлялись, и на них уже появлялись другие сооружения различных цветов, форм и размеров. Оранжевые, зеленые, белые, синие призмы, пирамиды, шары, эллипсоиды и кубы завораживали своими размерами и в то же время невесомостью. Казалось, что конструкция просто не может существовать при наличии даже малейшей силы притяжения, однако пришлось принять факт того, что сооружение все-таки существовало.

– Нам в зону DS-24, – быстро сориентировался Крис. – Пошли!

Добраться до нужного места оказалось проще простого. Компания просто зашла в одну из капсул, размещенную на входе, Крис набрал на панели требуемую комбинацию, и буквально через минуту они оказались в помещении, в котором проходил аукцион. Естественно, они опоздали, аукцион уже начался, поэтому опытные закупщики тихонько прокрались в помещение и уселись на свободные места.

Зал, в котором проводился аукцион, произвел на них впечатление не меньше, чем само здание. В нем находилось не меньше пяти тысяч самых различных существ, но зал не казался переполненным. Несмотря на такую толпу, в нем стояла оглушительная тишина, и только отчетливо доносился голос аукциониста:

– Лот номер 14! Копье боевого старлема из берридия, длина восемь футов, найден в ущелье Браззон-Хррест, предположительный возраст находки шесть тысяч лет, стартовая цена десять тысяч кредитов.

В качестве аукциониста выступало удивительное существо, похожее на ярко-оранжевого осьминога, с десятком щупалец, которые постоянно шевелились, совершая сложные действия. В одном из щупалец был молоток, в другом указка, третьим он подавал знаки ассистентам, вносящим предметы торга, остальные двигались, показывая на участников торгов, предлагающих повышение цены.

Аукцион шел невероятно живо, судя по всему, лотов было припасено огромное количество, и у команды с Земли быстро спало напряжение, связанное со сложностью задания.

– Не пойму, нафига вообще было платить нам? – сказал Крис, оборачиваясь к Бозу, – да тут и ребенок справится. Бери список и выбирай, что подходит, главное в общую сумму уложиться. Давай, кенгуру, твой выход!

Система торгов была необыкновенно проста. Аукционист называл лот, его краткое описание, в это время ассистенты вносили предмет и ставили его слева от трибуны аукциониста. Каким-то образом, несмотря на удаленность, предмет оказывался виден как на ладони, так, что можно было его практически потрогать. Крис уже положил свою кредитную карту на специальный планшет перед креслом, и теперь мог принять участие в торгах, нажимая одну единственную кнопку на панели, означающую повышение ставки.

– Поехали, я готов! – сказал Крис, и требовательно обернулся к Фыдж. Она коротко, по-деловому, кивнула, и начала изучать очередной лот.

Под номером семнадцать предлагался комплект боевого снаряжения для какого-то животного, с начальной стоимостью сорок тысяч. Не дожидаясь комментариев от Фыдж, Крис помотал головой:

– Дорого, не уложимся в бюджет. С такой начальной ставкой цена точно за сотню тысяч перевалит, а у нас всего триста на десять предметов.

Фыдж согласно кивнула и принялась изучать следующий лот.

– Лот номер восемнадцать! Плошка для питания, размер средний, возраст неизвестен. Украшена резьбой и кзуррами, начальная цена одна тысяча кредитов, – скороговоркой проговорил аукционист, одновременно показывая щупальцем на невзрачный темно-серый округлый предмет, внесенный ассистентом в зал.

– О! Это то, что нам нужно! – взвился Крис. – Надо брать!

– Да, вроде плошки были в списке в договоре, – задумчиво проговорил Боз. – Но меня смущает, что возраст неизвестен.

Фыдж несколько секунд внимательно изучала объект, потом повернулась к Крису:

– Повышай ставку, но дороже десяти брать не будем. Плошка так себе, но то, что древняя – это точно.

Крис потер руки и с волнением нажал кнопку.

Аукционист в ту же секунду направил на него свое щупальце:

– Землянин на галерке – две тысячи кредитов! Две тысячи кредитов раз, две тысячи кредитов два, две тысячи кредитов – три! Прекрасная плошка с резьбой продана землянину с галерки за две тысячи кредитов! Лот номер девятнадцать…

Крис довольно улыбнулся:

– Ну что, дело пошло! Один предмет есть, и всего-то за две тысячи кредитов!

На экране перед ним надпись «300 000 кредитов» сменилась на «298 000 кредитов».

– Странно, что никто за нее не торговался, – задумчиво протянул Боз. – Меня это смущает.

– Да перестань, старина! Кому нужны эти плошки? А нашему заказчику, видимо, нужны. Ты же сам видел в договоре, плошки в списке! – Крис сиял, воодушевленный успешным началом.

– Не отвлекаемся, мальчики, еще девять предметов надо купить! – Фыдж была настроена по-деловому и уже изучала следующий лот.

За следующий несколько часов были приобретены: боевой топор, комплект домашних свистулек, колонна треугольной формы, прекрасный шлем одного из высших командиров, резная хвостовая пластина, декоративное домашнее панно, метательное орудие, похожее на сюррикен, еще одна плошка для питания, уже из какого-то ценного материала, тяжелый квадратный щит и копье.

Самым дорогим оказался боевой шлем, в результате продолжительного торга облегчивший счет Криса на 90 тысяч, но он того стоил! Массивный, из серебристого с отливом материала, он сверкал царапинами от сражений и красным драгоценными камнем на макушке. В итоге от трехсот тысяч осталось всего двадцать, но все были довольны – дело прошло без сучка и задоринки. После окончания аукциона они попросили доставить все приобретенные вещи сразу на корабль, и отправились в гостиницу, чтобы отдохнуть и расслабиться в баре.

Однако усталость дала о себе знать, и выпив по паре коктейлей, все отправились по своим комнатам, договорившись встретиться в девять утра за завтраком.

– Держу пари, наш кролик прискачет на завтрак не раньше половины десятого, – Крис прожевал местное подобие гамбургера и нацелился на что-то вроде яичницы, только кислотного зеленого оттенка, поданное на квадратной сковородке.

– Ну мы не то чтобы слишком торопимся – дело-то сделано, – проговорил Боз, потягивая кофе. – Но все равно, задерживаться здесь не стоит. Надо поскорее вернуться обратно и разделаться с этим контрактом.

– Да не переживай! – широко улыбнулся Крис, – сегодня уже будем на Земле, и сразу отправлю заказчику его барахло. Неплохо мы заработали на этом деле!

– Что-то у меня всё равно плохое предчувствие, – проворчал Боз. – Но надеюсь, что ты прав, и неприятностей не предвидится.

Спустя полчаса Фыдж так и не появилась, друзья направились к ее номеру, и наткнулись на горничную, убиравшую его.

Переглянувшись, они рванули в холл, к стойке портье.

– Кенгуру ростом в фут, Фыдж из двести восьмого номера, где она? – на одном дыхании выпалил Крис, подбежав к худощавому стеблю с Сириуса, который выдавал ключи очередному постояльцу.

– Съехала рано утром, еще семи не было, – удивленно ответил портье, мигая всеми шестью глазами. – С большим таким чемоданом. Расплатилась за номер и съехала.

– Такси нам, быстро! – рявкнул Боз и дернул Криса за собой, увлекая в выходу.

Расстояние от гостиницы до космопорта водитель «гриба» преодолел за рекордное время, но естественно, что место, на котором стоял их корабль, оказалось пустым. Крис в отчаянии ворвался к охране космопорта, но те лишь покачали головами. Да, пришла миниатюрная девушка, похожая на суслика, с большим чемоданом, ввела на корабле код безопасности, зашла внутрь, и улетела, еще в половину восьмого утра. Теперь она может быть в любой точке галактики, найти ее не представляется возможным.

– Видимо, эта тварь подсмотрела, как я ввожу код доступа к кораблю, – в отчаянии сказал Боз. – Я, конечно, чувствовал какой-то подвох, но не думал, что всё будет настолько печально.

– Спокойно, не нервничаем, – наконец успокоился Крис. – Давай теперь думать, что можно сделать. Но для начала вернемся в гостиницу.

Обратный полет, как им показалось, занял намного больше времени, и мрачные лица партнеров выражали одинаковые эмоции, явно относившиеся к различным способам, как разделаться с мошенницей Фыдж.

Как только друзья прибыли в гостиницу, незамедлительно было открыто совещание, на повестке которого стоял только один вопрос: «Что делать?»

– Нужно трезво рассмотреть все возможные варианты, – Крис ходил по комнате, раскуривая местную дурман-траву с легким наркотическим эффектом, в то время как Боз сидел на диване с чашкой какого-то фруктового сока. – Вернуться на Землю нам денег, конечно, хватит, но что мы там будем делать? Где взять триста тысяч кредитов, чтобы расплатиться с заказчиком? Эти суровые ребята из России, они нас живьем закопают за такие дела. Никто же нам не поверит, что нас обдурила эта мелкая белка в зеленом балахоне!

– Согласен, возвращаться с пустыми руками смысла нет. Можно было бы купить на завтрашнем аукционе похожие предметы, но во-первых, у нас нет денег, а во-вторых, нет специалиста, чтобы оценить древности.

Боз почесал голову и продолжил:

– Нам нужно каким-то образом заработать триста тысяч кредитов и потом купить снова десять предметов на этом аукционе.

– Ты с ума сошел? – схватился за голову Крис. – Да мы тут на год зависнем! Да и где мы столько денег заработаем, не представляю!

– Ты прав. Пожалуй, это не вариант. Если такую кучу нельзя заработать, значит их нужно…

– Украсть! – возбужденный Крис закружил по комнате еще с большей скоростью.

– Нет, это не вариант, – помотал Боз головой. – Ты хочешь узнать, насколько комфортабельны здесь тюрьмы? Лично я – нет. Но что же тогда делать?

Внезапно Крис остановился. Лицо его стало задумчивым.

– Есть у меня одна идея, – наконец промолвил он. – Пойду всё разузнаю. А ты жди меня здесь. Встретимся вечером в баре.

Заказав по большому бокалу самого дешевого местного алкоголя (негласно было принято решение о жесткой экономии, пока не будет найдено решение основной проблемы), партнеры устроились за небольшим столиком в углу гостиничного бара.

– Идея моя была такая, – начал Крис свой рассказ. – Наверняка после этих аукционов остается куча всякого барахла, которое не прошло оценку, или не было признано древним, или которое так никто и не купил. Так?

Боз был вынужден кивнуть головой.

– Я подумал – а что со всем этим барахлом происходит? Если они каждый день продают пару сотен предметов, значит привозят их еще больше, и их нужно где-то хранить, верно?

Боз кивнул второй раз.

– Потом я подумал следующее: наверняка настоящие ценности хранят так, что к ним не подобраться – замки, сейфы, охрана, всякие электронные штучки. В это хранилище пробраться у нас шансов нет. Но где хранится всё остальное?

На этом месте Крис остановился вопросительно посмотрел на Боза.

– В каком-нибудь подвале? – сделал попытку Боз.

– Точно! Причем там только один охранник, с которым я успел сегодня познакомиться и обо всем договориться.

– О чем это ты успел с ним договориться? – забеспокоился Боз и поставил чашку кофе на стол.

– Да не волнуйся ты. Я договорился, что сегодня ночью мы придем в этот подвал, и он нас в него пустит на полчаса, чтобы мы смогли набрать всякого барахла. Выберем то, что поменьше размером и выглядит подревнее, завтра утром вылетим на пассажирском корабле на Землю, и предъявим заказчику то, что успеем собрать в этом подвале. А вдруг прокатит?

– Глупый план, – Боз не выдержал и сам начал ходить по комнате. – Нас этот русский заказчик раскусит в два счета. Если уж мы с профессиональным оценщиком еле справились, выбирая из уже отобранных лотов, что ты надеешься за полчаса насобирать в темном подвале из отбросов, которые не пропустили на аукцион?

Крис внезапно покраснел и замолчал, хотя явно хотел парировать выпад Боза.

– Что? – Боз мгновенно раскусил его. – Давай, колись!

– Насчет нашего профессионального оценщика, – Крис покраснел еще больше, – я тут успел навести справки…

– Я уже ничему не удивлюсь по поводу этой мошенницы, – с нескрываемым презрением бросил Боз. – Так что с ней?

– Никакая она не оценщица. Я позвонил в «Дохлую курицу» и спросил у бармена, видел ли он ее раньше. Оказалось, что Фыдж или как там ее зовут на самом деле – всего лишь проститутка, которая иногда захаживает в бар и пристает к лилипутам. Видимо, она услышала наш разговор, и решила нас нагреть.

– Ты хочешь сказать, что она даже не оценщица? – казалось, Боз был поражен. – Ты хочешь сказать, что нас провела дешевая проститутка, украв наш корабль и товар на триста тысяч кредитов?

– Ну, во-первых, по словам бармена, не такая уж и дешевая. Брала тройной тариф за эксклюзивность – обычно лилипутам трудновато найти подходящую особу для плотских утех. А во-вторых, учитывая ее умения в области оценки древних артефактов, не исключено, что купленные нами вещи стоят в реальности гораздо дешевле трехсот тысяч.

– Тоже верно, – согласился Боз. – Тогда у нас нет вариантов – во сколько выдвигаемся?

– Джуб, охранник подвала, ждет нас в два часа ночи.

– Тогда еще по коктейлю?

До Выставочного Центра шли пешком, чтобы не оставить следов в системе вызова такси.

– Глупо это, – сказал наконец пыхтящий Боз, для которого такой способ передвижения был в новинку. – Обратно же всё равно придется какой-то транспорт заказывать – не попремся же мы до гостиницы с полными руками этого исторического барахла?

Крис развел руками, как бы принимая справедливость упрека. В отличие от полноватого Боза, ему прогулка давалась легко. Освещение было ярким, дорога прямой – вдалеке уже виднелось дерево Выставочного Центра. Спустя еще двадцать минут цель была достигнута.

– Нам вон туда – в бирюзовую перевернутую пирамиду слева, – прошептал Крис, и они направились в нужном направлении. В основании пирамиды виднелся овальный силуэт входной двери.

Крис коротко постучал в дверь, и она спустя несколько секунд бесшумно открылась.

– Заходите скорее! – прошептал чей-то голос из глубины темного помещения. – Деньги принесли?

Обладателем шепота оказался небольшой гуманоид, похожий на коалу не только расцветкой, но и мягкими движениями, с огромными, словно удивленными глазами на плюшевой мордочке.

– Привет, приятель! – Крис протянул коале пачку кредиток. – Давай скорее запускай нас в сокровищницу.

Коала негромко довольно заурчала, пачка денег исчезла в сумке на животе, и двинулась в жерло узкого коридора. Друзья направились за проводником.

Спустя несколько минут охранник остановился перед невзрачной дверью:

– Так, ребята, как договаривались – у вас полчаса. Всё, что унесете с собой – ваше. Не шуметь, бардак не наводить. Ровно через полчаса приду.

И бесшумно исчез в ответвлении коридора.

Робко и торжественно Крис открыл дверь в хранилище. Перед ними предстал самый обычный подвал, но размером с футбольное поле. В высоту подвал достигал сорока футов, и некоторые экспонаты упирались в потолок. Весь он был завален разнообразнейшим хламом, и только узкие дорожки показывали направление для движения.

– Ух, – выдохнул Боз. – За полчаса мы даже до края подвала дойти не успеем.

– А нам и не надо идти до края подвала, – резонно возразил Крис. – Начинаем от входа и ищем всё, что подходит под критерии в контракте. Плошки, музыкальные инструменты, оружие – ну и так далее. Просто берем всё, что поменьше размером, и складываем в… Черт!

Боз уже догадался, в чем дело, но на всякий случай осмотрел Криса:

– Ты разве не взял с собой никакой мешок?

Крис виновато потупил взгляд:

– Забыл! Я забыл мешок!!

Негромкое эхо повторило:

– Шок, шок, шок, шок…

Боз первым оправился от удара:

– Давай так: ты идешь по левой стороне дорожки, я по правой. Всё, что подходит под требования контракта и небольшого размера, складываем около выхода, и параллельно ищем, в чём можно будет это всё унести.

Работа закипела. Гора барахла у двери быстро росла: щиты, боевые топоры и мечи, части обмундирования воинов, шлемы, хвостовые пластины, куски интерьера жилищ древних альфа-центаврийцев, их питательные плошки, музыкальные инструменты – в этом подвале было всё. Оценить, насколько древним был тот или иной предмет, не было совершенно никакой возможности, не только ввиду отсутствия нужного специалиста, но и из-за нехватки времени. Главной проблемой по прежнему оставалось полное отсутствие какого-либо мешка, чтобы всё это сложить. Наконец откуда-то издалека раздался громкий крик:

– Боз! Тащи сюда свою задницу! Я нашел какой-то ящик, сложим всё в него.

Боз поторопился в сторону голоса Криса. Тот победно презентовал ему стоящий на полу большой сундук, весь облезлый, но с виду достаточно крепкий, заросший паутиной и облитый краской.

– Давай скорее, понесли его к выходу, – поторопил Крис. Друзья взялись за сундук с двух сторон.

– Тяжеленный! А это он еще пустой. Что будет, когда мы в него барахло сложим? – высказал свои сомнения Боз.

– Уже всё равно. У нас нет выбора. Допрем как-нибудь.

С трудом дотащив тяжеленный сундук до выхода, друзья быстро закидали в него часть вещей из сложенных около выхода, выбирая те, что полегче, и когда сундук был заполнен примерно наполовину, открылась дверь.

– Ребята, на выход, – скомандовала коала.

Боз и Крис молча захлопнули крышку сундука и попытались сдвинуть его с места. Сундук стоял как влитой и даже не шевельнулся. Тоненькая ниточка бровей коалы удивленно приподнялась. Товарищи удвоили усилия и приподняли сундук, но через полметра выронили его, и он с глухим стуком приземлился на пол.

– Дружище, помоги дотащить сундук! – взмолился Крис, обращаясь к коале.

– Это будет вам стоить еще две тысячи, – невозмутимо ответил охранник.

Крис схватился за голову:

– Грабеж!

Но секунду спустя достал из кармана пачку кредиток и отсчитал две тысячи. Пачка таяла на глазах, превратившись в тоненькую стопку.

Совместными усилиями сундук донесли до выхода.

– Недешевым вышел мешочек, – зло проговорил Боз.

Крис промолчал.

– Что теперь? – спросил Боз. – С таким сундуком тащиться в гостиницу – лучше сразу уж заявиться в полицейский участок с чистосердечным признанием.

– Есть идея! – оживился Крис. – А что, если нам прямо сейчас сразу полететь на Землю? Наверняка есть ночные рейсы. И не возвращаться в гостиницу.

Спустя десять минут стандартный «гриб» вез их в космопорт. Перелет до Земли прошел совершенно спокойно, хотя и облегчил счет Криса на значительную сумму. В итоге на момент приземления на нем оставалось всего пара сотен.

– Боз, дружище, теперь снова моя часть работы, – Крис отечески потрепал партнера по плечу. – Езжай домой, отдыхай, а я вылетаю в этот Петербург, сдавать работу. Надеюсь, нам повезло, и всё-таки в этот чертов сундук попало что-то стоящее.

Боз пожал ему руку, и друзья разошлись.

За окном светило желтое солнце, жалюзи неспешно колыхались под давлением невидимого ветра. Где-то вдали слышался шум большого города. Управляющий партнер агентства «Помидор» мистер Боз Попонок лениво обшаривал ящики стола в поисках остатков сигар, когда в кабинет влетел Крис и с размаху плюхнулся на диван, но вопреки обыкновению, не произнес ни слова.

– Хэлло, брат. Ты жив, а значит, сделка закрыта? – меланхолично спросил его Боз, продолжая поиски сигары.

– Привет, красавчик. Можно сказать и так, – улыбнулся Крис, доставая из внутреннего кармана пиджака объемную коробку и протягивая ее Бозу.

– Что это? – заинтересовался Боз и быстро открыл коробку. – Сигары? Гаванские? Ты что, с ума сошел? Они же стоят бешеных денег!

Боз осторожно положил открытую коробку на стол, так и не взяв сигару.

– Да перестань, партнер! Мы неплохо заработали на этом деле, так что можем себе позволить не только эти сигары, но и месячный отпуск где-нибудь на островах.

Крис широко улыбнулся, сам взял сигару из коробки и протянул Бозу.

Боз настороженно обнюхал сигару, и довольная улыбка озарила его широкое лицо:

– Давай, рассказывай! Неужели собранные нами древности оказались такими ценными?

Крис разразился смехом:

– Полное барахло! Всё, что мы перли через пол-галактики, оказалось ничего не стоящим мусором.

На лице Боза отразилось недоумение.

– Неужели нашелся наш корабль?

– Бинго! Патрульная служба задержала нашу крошку Фыдж вместе с кораблем на подходе к Солнечной системе, и связалась со мной, так как в корабле сработала дублирующая защитная система, подающая вблизи населенных планет сообщение о том, что корабль украден, с координатами настоящих владельцев.

– Вот это хорошая новость! Значит, эта девица всё-таки не обманула нас, и мы приобрели стоящие вещи на этом аукционе?

Крис улыбнулся еще шире:

– Мимо, партнер! Конечно, там попалась пара действительно древних артефактов, но большая часть приобретенного нами на аукционе была оценена аудиторами существенно ниже той стоимости, за которую мы их купили. Одна только плошка, та – самая первая, которую мы ухватили за две тысячи, оказалась действительно древней и была оценена в двадцать тысяч. А все остальное барахло суммарно оценили еще в семьдесят.

Боз застонал от ужаса:

– Ох! А как же тот невероятный шлем?

Крис показал на сумку в углу:

– Мне его отдали бесплатно. Взял как сувенир. Эти шлемы клепают на Альфа-Центавре тысячами для туристов, мы переплатили за него на аукционе минимум в пятьдесят раз.

– Ты меня окончательно запутал. Так откуда деньги? Почему заказчик не выставил нам штрафные санкции за неисполнение договора? – недоумение Боза становилось все сильнее.

Крис хитро подмигнул партнеру:

– А с чего ты решил, что мы не выполнили условия договора? Как выяснилось, этот чертов сундук, в который мы напихали безделушки, является сундуком древнего правителя с Альфа-Центавры с совершенно непроизносимым именем. Чемодану дают не менее тридцати тысяч лет, и он сам по себе представляет уникальную археологическую находку и невероятно ценен. Мистер Козлофф сказал, что по самым скромным оценкам этот ящик оценивается в полмиллиона кредитов, и помимо наших комиссионных по контракту, выдал мне еще сто тысяч сверху. Думаю, он нехило нас нагрел на этом деле, но мы-то не в обиде? И кораблик наш к нам вернулся, что тоже очень кстати.

Ошалевший Боз забыл про лежащие на столе сигары. Его мозг пытался переварить всю эту информацию. Наконец лицо его просветлело:

– Так чего же мы ждем, партнер? Отметим успех в «Дохлой курице?»

ПСИХОЛОГ ПО ВЫЗОВУ

День клонился к закату, и партнеры широко известного в очень узких кругах агентства «Помидор» Боз Попонок и Крис Дрилл лениво потягивали пиво на рабочем месте, в офисе компании.

Вероятность прихода случайного посетителя, а тем более клиента, стремилась к нулю, поэтому на большом рабочем столе взгромоздились кучки картофельных чипсов, красные очищенные креветки и соленые сухарики, а в центре горделиво возвышалась целая гора копченых колбасок. Остаток стола был занят бутылками с пивом самых различных видов – сегодня партнеры решили устроить настоящее научное исследование, и для этого закупили больше двух дюжин бутылок с разноцветными этикетами.

Темное бархатное соседствовало с белым бланшем, горький стаут стоял рядом с вишневым ламбиком, а обрамляла всё это великолепие целая россыпь светлого пшеничного разных сортов. Было очевидно, что ассортимент был выбран не просто так, а со знанием дела, и для строго определенной задачи. Интригу добавляли две черные повязки, одна из которых лежала на столе, а вторая в настоящий момент закрывала глаза Боза, аккуратно завязанная узлом на затылке.

– Светлый стаут! Скорее всего, Харшнесс или Глиди, – уверенно заявил старший партнер фирмы, делая мощный глоток из большого стакана.

Хохоча, Крис сорвал с него повязку и показал на стоявшую перед Бозом бутылку:

– Снова мимо! Кларисский эль, темный!

Боз недоуменно посмотрел на бутылку, задумчиво сделал глоток прямо из нее.

– Черт, ну как же так. Сейчас я был абсолютно уверен, что это как минимум светлое пиво! – Боз выглядел чрезвычайно расстроенным. – Из чего же они делают всю эту пакость, что не глядя на этикетку, совершенно невозможно определить, что за пойло ты пьешь!

– Да я тебе еще раз говорю, – довольный Крис развалился на диване, – всё пиво варят из одного концентрата на нескольких заводах, принадлежащих одному концерну. Разница в основном в позиционировании, рисунку на этикетке и незначительным вкусовым добавкам. Поэтому ты и не можешь без этикетки различить якобы разные сорта от якобы разных производителей.

Боз сделал еще один глоток, уже из другой бутылки:

– Ты знаешь, когда я пью и вижу саму бутылку, мне кажется, что я абсолютно четко различаю вкус разных сортов. Но стоит завязать глаза, как мои органы чувств словно с ума сходят и невозможно понять, что пьешь! Может, еще разок попробуем?

– Да хоть весь вечер пробуй, – расхохотался Крис. – Говорю же тебе, никогда ты с закрытыми глазами не угадаешь, какое пиво пьешь, даже если это твой любимый сорт, ты пьешь его двадцать лет и думаешь, что в совершенстве знаешь все оттенки его вкуса. Производители вкладывают миллионы долларов в рекламу – а вот насчет вкуса совершенно не парятся, уж поверь!

Однако Боз уже упрямо натянул на глаза черную повязку:

– Давай, еще одну попытку! Сейчас уж точно угадаю.

Крис дождался, пока Боз зафиксирует повязку, выбрал одну из бутылок, стоящих на столе, открыл ее и начал тонкой струйкой наливать пиво в стакан.

– Простите, я не помешал? – раздался у него над ухом сиплый голос.

От неожиданности Крис выронил бутылку, и та с мелодичным звоном покатилась по столу. Тут же свою лепту в музыкальное сопровождение внесло и само пиво, которое, шипя, стало разливаться по столу, добравшись до края тарелки с чипсами. Боз же громко икнул и неловким движением стянул повязку.

Вошедший оказался суховатым старичком в старомодной шляпе и таком же древнем пальто. Он опирался на винтажную узловатую трость, его черные башмаки были безукоризненно начищены, а в правой руке у посетителя был кожаный портфель, раздутый, и оттого похожий на объевшегося кита. Старик с явным неодобрением смотрел на батарею бутылок на столе и особенно на погибающую в пене порцию чипсов, которые, соприкасаясь с разливающимися волнами пива, тихонько потрескивали, размягчались и оседали прямо в пивную гладь на столе.

– Я, собственно, по делу, – продолжил старичок, невозмутимо присаживаясь на стул для посетителей. – Надеюсь, несмотря на завершившийся рабочий день, вы выслушаете меня, господа?

Последняя фраза, очевидно, содержала в себе юмористическую составляющую, поскольку предположить, что рабочий день завершился в полдень, было решительно невозможно. Еще не пришедшие до конца в себя партнеры синхронно кивнули и, не сговариваясь, начали приводить себя в порядок, насколько это было возможно в сложившейся ситуации. Мистер Попонок стряхнул с рукава крошки от чипсов и незаметно (как ему казалось) облизнул жирные от колбасок губы. Господин Дрилл постарался придать лицу деловое выражение, однако этому мешала серьезная степень алкогольного опьянения. Дополнительно Крис повернулся к посетителю лицом, попутно попытавшись закрыть своей тощей спиной залежи еще нераспечатанных пивных бутылок на диване.

Старичок хмыкнул, оценив старания партнеров, и расстегнул свой портфель:

– Меня зовут Дан Поплавски, я главный инженер научно-исследовательского института робототехники Оклахомы, сокращенно НИИРОК. Мы занимаемся фундаментальными вопросами развития робототехники, и в том числе создаем новые модели роботов для различных прикладных задач.

Партнеры недоуменно переглянулись, но быстро исправили ситуацию, и с серьезным видом кивнули.

– У нас возникла нештатная ситуация с одной из разработок, с роботом нового поколения, и проблема эта такого свойства, что у нас нет сотрудника, который мог бы с ней справиться. Главная же сложность состоит в том, что проблема возникла только вчера, и очень не вовремя, так как в понедельник робота нужно презентовать заказчику, а в таком состоянии презентация абсолютно невозможна.

Старичок достал из портфеля платок и шумно высморкался. Друзья быстро переглянулись еще раз, но прочитали в глазах друг друга только полную растерянность.

– В нашем НИИРОКе тысячи лучших технических специалистов, но проблема с данным роботом лежит в области психологии. Психологи у нас, разумеется, тоже есть, но один из них сегодня с сердечным приступом уехал в больницу – ровесник мой, никак не хотел на пенсию уходить. Второй вчера бился с дефектным роботом весь день, но не добился никакого прогресса и в конце рабочего дня написал заявление на увольнение по собственному желанию, так как, по его словам, его компетенций недостаточно для решения данной проблемы. А третий психолог – двадцатилетняя девчонка-практикантка, которая даже подходить к этому роботу боится.

Старичок достал другой платок, вытер им вспотевшую лысину и грустно сообщил:

– Факт в том, что в понедельник мне как руководителю этого проекта нужно представлять робота заказчику, а это совершенно невозможно. Если я не предъявлю робота, проект будет провален, и мы не получим финансирование на дальнейшие работы в этом направлении. Если же я покажу робота в его текущем состоянии, это будет такой позор для нашего института, что и представить себе сложно все последствия. Поэтому вся надежда на вас – я нашел на доске объявлений информацию, что ваше агентство «Помидор» – Психиатрические Осмотры Механизированных и Интеллектуальных Девайсов, Организмов и Роботов – берется за любые задачи, связанные с психологическими проблемами у роботов и других механизмов.

– Так что же с ним не так? – не вытерпел Крис. – Что с роботом, в чем дефект?

– Ах, я же не сказал, – печально улыбнулся главный инженер НИИРОК. – Склероз, что поделать. Дело в том, что этот робот считает себя человеком, и мы никак не можем его в этом переубедить.

После ухода посетителя партнеры не сговариваясь схватили по бутылке пива и без всяких ухищрений с завязыванием глаз приложились к ним. Не меньше минуты в офисе раздавалось только бульканье. Следующая минута наполнилась хрустом чипсов и орешков. Только спустя какое-то время оставшиеся вдвоем Боз и Крис наконец встретились взглядами.

– Похоже, на этот раз мы попали. – Боз со вздохом поставил уже пустую бутылку на стол и сразу потянулся за следующей. – Куда уж нам заниматься лечением робота-психопата.

– Не дрейфь, партнер, – Крис, напротив, был воодушевлен и широко улыбался. – Нормальная работа, двадцать тысяч кредитов на дороге не валяются – и работы-то всего на один уикенд. И ты же слышал – даже если не справимся, получаем половину гонорара! Шоколадные условия!

Боз был вынужден согласиться, что условия действительно очень выгодные. К тому же у агентства уже несколько недель не было заказов, а щедрые комиссионные от прошлой сделки уже закончились. Тогда, слетав в систему Альфа-Центавра для участия в аукционе, партнеры неплохо заработали, но деньги быстро разошлись, и сейчас новый заказ был для агентства «Помидор» очень и очень кстати.

– У тебя хоть какие-нибудь идеи есть, как браться за лечение робота, который сошел с ума? – пессимистично произнес Боз, открывая еще одно пиво.

– Пока нет, но еще не вечер! – Крис довольно улыбнулся и отправил в рот сразу две копченые колбаски. – Завтра в семь утра выдвигаемся в Оклахому, а сегодня главная задача – допить всё пиво!

Критиковать такой план на вечер было невероятно трудно. Поэтому Боз даже не стал пытаться это сделать, а просто кивнул и потянулся за креветками.

Перелет до Оклахомы занял совсем немного времени, и в десять утра партнеры – помятые, опухшие, но в деловых костюмах, поднялись на 48-й этаж здания НИИРОК. Их встретил уже знакомый им мистер Поплавски.

– Живее, господа, время не ждет, – быстро поздоровавшись, он мягко, но решительно подтолкнул их ко входу в конференц-зал. – Все уже собрались и готовы помочь вам с информацией.

Конференц-зал был огромен. При желании в нем могло бы уместиться человек шестьсот, но сейчас он был заполнен на ничтожно малую долю. Не более дюжины человек собрались в центральной части зала и негромко переговаривались в ожидании гостей.

– Коллеги, представляю вам ведущих специалистов компании «Психиатрические Осмотры Механизированных и Интеллектуальных Девайсов, Организмов и Роботов», – громко заявил главный инженер, подталкивая вперед Боза и Криса. – Мистер Попонок и мистер Дрилл являются ведущими специалистами в области психологии роботов и являются нашим последним шансом на успешное завершение проекта «АССА». Сейчас мы предоставим им всю нужную информацию, и они немедленно приступят к работе.

Заметив недоумение Боза и Криса, главный инженер быстро добавил:

– «АССА», Андроидное Существо Стабилизированное Автономное – рабочее название проекта. Присаживайтесь, сейчас введем вас в курс дела.

– Итак, мисс Глайн, расскажите кратенько историю этого робота, – властно приказал Дан, и схватил заботливо поднесенную кем-то чашку кофе.

Полноватая женщина со строгой прической и в длинной юбке немедленно приступила к рассказу.

– Проект «АССА» ничем не отличался от других подобных проектов. Мы получили от заказчика техническое задание, заключили контракт, и приступили к разработке. На протяжении всех шести месяцев, пока шла разработка, с заказчиком периодически согласовывали важные детали как по «железу», так и по «софту», и всё было отлично, пара мелких доработок, но ничего серьезного. Послезавтра, в понедельник – сдача проекта заказчику, демонстрация робота.

Дама закашлялась и значительно менее уверенным тоном продолжила:

– И вот, всего за несколько дней до завершения проекта, мы заметили, что с роботом что-то случилось. С точки зрения техники всё было идеально – моторика, параметры функционирования и так далее. Но робот начал вести себя неадекватно. Он неожиданно решил, что является человеком, и стал вести себя, словно человек. В том числе он отказывается подчиняться нашим приказам, так как, по его мнению, он свободномыслящее существо, и не обязан выполнять наши распоряжения. Конечно, мы можем его отключить, но это не поможет нам в решении проблемы, так как вся механическая и электрическая часть в порядке, мы отслеживаем параметры дистанционно. А вот его электронный мозг словно сошел с ума.

– Я Лора Стил, – продолжила другая девушка, худая и в ярко-розовой кофте. – Отвечаю в проекте за софт и речевые функции робота. Я попробовала переубедить его, доказать, что он не может быть человеком – но мне не удалось это сделать. На все мои аргументы он находит контраргументы, и продолжает доказывать нам всем, что является человеком, таким же, как и мы.

– А что вы пробовали, расскажите поподробнее, – заинтересовался Боз.

Лора слегка смутилась, но продолжила:

– Сначала я сказала ему, что он не человек, так как робот не может есть. Однако он возразил мне, что пока не голоден, и как только ощутит потребность в пище, немедленно поест.

– Затем мы показали ему цех, в котором он был произведен, – подключился пожилой мужчина в крупных очках, – но это тоже не произвело на него ни малейшего впечатления. Психолог дал ему тест Тьюринга – робот легко прошел его. Еще мы отключали ему питание, он вырубался, но когда приходил в себя, говорил, что ему просто стало нехорошо. Спрашивали у него про его детство – робот ответил, что плохо его помнит, но, безусловно, был ребенком, как и все люди.

Мисс Глайн, повернувшись вполоборота своим пышным телом, демонстрируя свои прелести в профиль, вновь вступила в разговор:

– Отчаявшись, я попыталась доказать ему, что он не человек, раздевшись перед ним – ведь нормальный мужчина при виде обнаженной женщины должен определенным образом среагировать, понимаете меня? Робот же просто сказал, что я его совершенно не возбуждаю как женщина, и ушел.

– Последний тест вообще ничего не доказывает, – шепнул Крис Бозу на ухо.

– О чем вы там шепчетесь? – подозрительно спросила мисс Глайн.

Крис ответил ей со своей невероятной улыбкой:

– Мисс Глайн, уверен, что Ваше обаяние могло бы и робота свести с ума.

Мисс Глайн недоверчиво хмыкнула, однако улыбнулась и кокетливо опустила глаза.

– В общем, не добились мы никаких успехов, – грустно продолжил Дан Поплавски, – всё перепробовали, но не смогли найти аргумент, который бы смог его переубедить. Логические схемы робота построены таким образом, что как только он получит аргумент, который не сможет оспорить, он изменит свою точку зрения и признает свои ошибки. Но пока ему удается на все наши аргументы найти ответы, которые его устраивают. Поэтому он гуляет по лабораториям, болтает с сотрудниками в кафетерии, и совершенно не собирается в понедельник быть презентованным заказчику как робот, который должен быть отправлен к нему в качестве его заказа.

– Мы даем вам полный карт-бланш, – заявил высокий седой дородный мужчина, ранее молчавший. – Я Грегори Морт, директор по проектам. Если вам что-то понадобится – немедленно сообщите. Но помните, что времени у нас – до утра понедельника, то есть всего двое суток. Мисс Глайн покажет вам робота, и у вас будет два дня на то, чтобы убедить его, что он робот и должен в понедельник быть на презентации как результат проекта. Дан, наверное, наобещал вам невесть что…

Директор недобро ухмыльнулся.

– Его задача была найти исполнителей и доставить сюда. Теперь слушайте ваши условия работы: если в понедельник робот будет смирно стоить во время презентации и отвечать как ему положено – «да, сэр», «нет, сэр» и тому подобное – вы получите сто тысяч кредитов. Если не справитесь – я организую вам с помощью моего друга, по совместительству окружного прокурора, дело о мошенничестве, и вы на пару лет отправитесь в местную тюрьму. Этот проект чрезвычайно важен для нашего института и для меня лично. Поэтому всё в ваших руках, господа, не теряйте времени!

Друзья ошеломленно уставились на директора, но он уже широкими шагами выходил из конференц-зала. За ним с извиняющейся улыбкой семенил главный инженер, всем своим видом показывая, что он лишь пешка в большой игре. Остальные сотрудники института также потянулись к выходу, остались лишь мисс Глайн и Лора.

– Ребята, – тихо произнесла Лора, – мистер Морт вообще-то неплохой мужик, но этот проект в случае неудачи ему всю карьеру может испортить. И он слов на ветер не бросает. Поэтому вы уж постарайтесь!

И ободряющего похлопала Криса по плечу.

Крис и Боз уже битый час сидели в кафетерии научного института, вырабатывая план действий. До этого девушки показали им робота – он был одет в обычный лабораторный халат и черные брюки, и выглядел совершенно как человек. Биотехнологии давно достигли такого уровня, что возможно было создать человекоподобного робота с высокой степенью близости к настоящему человеку.

Кое-какие детали, безусловно, выдавали в роботе его происхождение: неестественно лысая голова, например. Почти всех человекоподобных роботов делали полностью лысыми. Во-первых, сделать настоящие волосы было весьма недешево, а парики для роботов почему-то не прижились. Во-вторых, лысина выполняла роль солнечной батареи и давала возможность роботам дольше работать без подзарядки. В-третьих, отсутствие волос на голове упрощало доступ к электронному мозгу, располагавшемуся в черепной коробке – так же, как и у человека.

Кроме того, робот двигался слегка не так, как обычный человек – более плавно, но одновременно и чуть быстрее, чем следует. Голова вращалась по сторонам при движении, чтобы получать больше видеоинформации. Руки были слегка непропорциональны для удобства замены – такие роботы могли иметь быстрозаменяемые конечности разных типов для различных видов работ.

Но в целом робот не слишком выделялся на фоне сновавших вокруг сотрудников НИИРОК. Если не приглядываться к нему, то вполне можно было вообразить его на должности какого-нибудь младшего лаборанта.

Почти весь этот час робот слонялся по кафетерию, обменивался ничего не значащими фразами с приходящими в кафетерий сотрудниками, по понятным причинам сам ничего не ел и не пил – и было видно, как робот упивается своим новым положением – полноценного члена общества, Человека. Сотрудники не избегали его, но и не слишком долго общались с роботом – видимо, это была установка руководства, чтобы не усугубить ситуацию.

За прошедший час партнеры успели выпить по три чашки крепкого кофе и съесть по два круассана – но каких-то действительно стоящих идей у них так и не появилось. А подходить к роботу без четкого плана не имело смысла. Впрочем, появившийся пару раз в кафетерии главный инженер недвусмысленными взглядами намекал партнерам на то, что пора приступать к более активным действиям.

– Любовь? Страх? Ненависть? Религиозность? – монотонно перечислял Боз. – Что из этого свойственно только человеку? Можем мы поймать его на чем-то из этого?

– Боюсь, что нет, – Крис выглядел уставшим, – я так понимаю, что всё это уже сотрудники попробовали, и безрезультатно. Нужен какой-то мощный аргумент, который робот не сможет оспорить. Давай поковыряемся еще в законах Азимова – робот же не сможет обойти их, так ведь?

– Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред. Робот должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам, – монотонно зачитал Боз с распечатки, лежащей перед ним. – Понимаешь, в чем сложность – нормальный, адекватный человек тоже будет выполнять эти законы. Любой человек заботится о своей безопасности, старается помогать другим людям, и если другому человеку будет угрожать опасность, постарается его спасти. Вряд ли законы Азимова нам помогут в этом.

– Действительно, задача оказалась более сложной, чем я думал, – меланхолически пробормотал Крис, продолжая следить за передвижениями робота. Сейчас он стоял у барной стойки и лихо флиртовал с пожилой лаборанткой. – А не можем мы поймать его на неадекватности? Посмотри, как он подкатывает к этой тетке – ей же хорошо за пятьдесят! Ни один нормальный человек к ней не подойдет.

– Да перестань, – отмахнулся Боз. – Поверь, встречаются среди людей такие извращения, что этот робот по сравнению с ними покажется образцом адекватности. Про геронтофилию что-нибудь слышал? У этих товарищей бабушки под семьдесят считаются самым соком!

– Фу, какая гадость, – Крис хотел сплюнуть, но поискал подходящее место для плевка, не нашел его, и сдержался, мужественно проглотив горькую слюну. – Действительно, этот вариант тоже отпадает. Возможно, любовь к искусству? Он же не сможет отличить, например, шедевр живописи от мазни школьника?

– И ты не сможешь, – парировал партнер. – «Черный квадрат» Малевича видел? Есть такой анекдот, что эту картину несколько раз воровали и портили, но сторож каждый раз к утру легко восстанавливал экспонат. Искусство – вещь абстрактная, а учитывая его улучшенное зрение и мгновенный доступ ко всем мировым базам данных, готов поспорить, что в искусстве он разбирается гораздо лучше нас обоих. Так что это он человек, а мы – бездушные железяки.

– Да что ж такое! – Крис в сердцах всё-таки плюнул в пустую чашку и быстро отодвинул ее от себя. – Что же нам, сушить сухари, в тюрьму собираться? Ведь по сути он прав – мошенники мы, как ни крути, раз назвались профессиональными робопсихологами, а сами ни черта в этой теме не разбираемся.

– Подожди, не паникуй раньше времени, – Боз снова углубился в распечатку. – У нас же есть его спецификация, надо просто внимательно ее изучить – возможно, так найдется ответ на вопрос, на чем можно его поймать.

– Здравствуйте, коллеги, вы новенькие? – раздался голос из-за спин партнеров.

Боз и Крис резко обернулись. Перед ними стоял робот, доброжелательно улыбающийся, держа руки в карманах халата. Боз резким движением закрыл распечатку рукой.

– Могу я присесть? – дружелюбно спросил робот и, не дожидаясь ответа, подвинул стул и сел за стол напротив них.

– Мы новые стажеры, я Крис, а это Боз, – широко улыбаясь, ответил Крис. – Сегодня первый день здесь. Будем работать под руководством главного инженера, но, если честно, даже пока не знаем, над каким проектом.

Робот захохотал:

– Это нормально! Здесь такая неразбериха, что я сам до сих пор не понимаю, в каком отделе работаю. Не беспокойтесь, со временем всё устроится.

Друзья быстро переглянулись.

– А чем Вы занимаетесь? – осторожно спросил Боз. – Над каким проектом работаете?

Робот добродушно улыбнулся и снова рассмеялся:

– Я предполагаю, что в мои обязанности входит наблюдать за сотрудниками института и вычислять, кто из них может быть роботом. Современные технологии дошли до таких вершин, что могут быть созданы человекоподобные роботы, чрезвычайно похожие на людей! Эти роботы могут быть засланы в институт под видом обычных сотрудников и заниматься промышленным шпионажем. Вот почему задача их выявления и нейтрализации – первоочередная и очень сложная.

На лицах Криса и Боза проявилось недоумение, но Крис быстро справился с волнением:

– И что, есть успехи с выполнением этого задания? – беззаботно спросил он.

Улыбка робота чуть потускнела.

– Я только недавно начал работать над этой задачей, и признаюсь, она невероятно сложна. Нет никаких четких признаков, как отличить робота от человека, поэтому я сам разрабатываю методику и определяю критерии. Поэтому пока работаю в тестовом режиме, но несколько личностей взял на заметку.

– Кого, например? – полюбопытствовал Боз.

– Например, вас, – без тени смущения ответил робот. – Во-первых, вы недавно в институте, во-вторых, не знаете, где будете работать, в-третьих, вы знакомы друг с другом и пришли в один день – это подозрительно, и наконец, в-четвертых, я просканировал ваши фото и проверил через базы данных образовательных учреждений – у вас нет нужного образования для работы в этом институте. Боз – наладчик швейных машин, Крис – менеджер по продажам. Что вам делать в таком высокотехнологичном месте, как НИИОК?

От неожиданности «стажеры» не смогли вымолвить ни слова. А робот тем временем продолжал:

– Есть и другие критерии, безусловно, но я еще не до конца выстроил систему различий, чтобы быть на сто процентов уверенным, что не ошибаюсь. Поэтому пока, к сожалению, все мои версии являются лишь догадками, и я не могу предъявить руководству веские доводы в пользу того, что часть сотрудников является роботами. Поэтому я просто продолжаю наблюдение. Помните, я слежу за вами!

Робот резко встал и легкой походкой вышел из кафетерия. Первым после долгого молчания очухался Крис:

– Да что это за бред! Робот подозревает нас в том, что мы роботы?!

– Успокойся, Крис, – Боз мягко накрыл его руку своей. – Теперь мы понимаем, что его сумасшествие зашло несколько дальше, чем мы предполагали. Он не только считает себя человеком, но и выискивает роботов среди сотрудников института! Интересно, знает ли об этом директор?

– Всё, мне это надоело! – Крис вырвал руку и встал из-за стола. – Пойдем, закажем обед, а потом сядем и придумаем план, как заставить этого мерзавца признаться в том, что он робот!

Спустя два часа после того, как с обедом было покончено, в блокноте Боза появился первый план по переубеждению робота и, не откладывая дело в долгий ящик, друзья направились на его поиски. Робот нашелся в холле, где сидел на диване с газетой, с подозрением осматривая входивших в холл посетителей.

– Привет! – нарочито весело воскликнул Крис, обращаясь к роботу. – Не занят?

Робот подозрительно посмотрел на приближающихся к нему «стажеров».

– Присаживайтесь, – наконец ответил он, слегка подвинувшись на диване.

– Что-то мы за ланчем совсем забыли спросить, как тебя зовут? – начал выполнять придуманный ранее план Крис.

– Джон Фрайди, – невозмутимо ответил робот. – Так меня зовут.

Крис нисколько не смутился:

– А почему у тебя на халате нет бейджика с именем? – продолжил он задавать вопросы.

Робот рассмеялся:

– Так у вас тоже бейджиков нет! Что за глупость вы спрашиваете?

Крис слегка смутился, но ничем не выдал свое смятение:

– Да мы же новенькие, бейджики нам еще не сделали. А вот скажи лучше, у тебя есть братья или сестры?

– Нет, я совсем один, – уже более настороженно произнес робот. – А что?

– Да так, ничего, – Крис сделал вид, что ответ его совершенно не заинтересовал. – Просто нам интересно было узнать о тебе побольше. А где ты родился? Кто твои родители?

– Мне бы не хотелось об этом говорить, это слишком личное, – нахмурился робот. – Да и вообще это не ваше дело. Родился я в Огайо, а родителей своих не знаю – вырос в детском доме. Там мне и дали это, смешное на ваш взгляд, имя – потому, что меня подкинули на порог детского дома в пятницу¹.

Крис ошеломленно посмотрел сначала на робота, затем на Боза, в течение всего разговора сидевшего молча и совершенно невозмутимо.

– Ну ладно, нам пора, – заторопился Крис. – Еще увидимся, хорошо?

– Конечно, парни! – робот повеселел и помахал им рукой, в то время как партнеры быстрым шагом удалялись из холла.

Кабинет главного инженера был открыт и там проходило какое-то производственное совещание, когда туда ворвались разъяренные Боз и Крис. Увидев их красноречивые лица, Дан быстро выгнал остальных сотрудников из кабинета, и закрыл дверь.

– Что случилось? – озабоченно проговорил он.

– Что случилось? – взревел Крис. – Ваш робот – он что, умеет врать? Он умеет придумывать легенды и сообщать несуществующие факты? Что это такое?

– Ах, вы это имеете в виду, – Дан тяжело опустился в кресло. – Этот экспериментальный робот обладает высочайшим интеллектом, и вам не удастся поймать его на лжи или на том, что у него не существует прошлого. Он придумывает различные события из своей якобы прошлой жизни с легкостью и безо всякого смущения. Вы, наверное, спросили, как звали его мать?

Партнеры смущенно кивнули.

– Бесполезно, – Дан встал со стула и начал ходить по кабинету, – мы уже пытались улучить его во лжи, но это не дало никакого эффекта. Даже если удавалось поймать его на каком-то несовпадении, он умудрялся объяснить его логически – пусть это выглядело совершенной чушью, но ему самому этого объяснения было вполне достаточно. Поэтому забудьте про этот путь, ищите другой.

Пристыженные партнеры «Помидора» вышли из кабинета главного инженера совершенно опустошенные.

– Робот, который умеет лгать, изворачиваться и придумывать несуществующие события из своего несуществующего прошлого! – Боз казался ошеломленным. – Да как тогда вообще можно ему доказать, что он робот?!

– Послушай, партнер, – перебил его Крис, – субботний день подходит к концу, а в понедельник он уже должен быть паинькой, иначе нам крышка. Давай перестань стонать и начинай думать позитивно.

– Ты, безусловно, прав, – Боз высоко вскинул подбородок, – не время унывать! Давай все-таки пройдемся по законам Азимова – нельзя упускать этот вариант.

Усевшись за тем же столиком в кафетерии, они начали вырабатывать новый план, и буквально через полчаса он был готов. Не мешкая, они отправились снова искать робота. На этот раз поиски заняли больше времени, но, наконец, они нашли «Джона Фрайди» в оранжерее, где он любовался (или делал вид, что любовался) огромными орхидеями.

– Подойди-ка сюда! – громко сказал Крис, увидев робота. В плане эта команда стояла под номером один – «Проверить, выполняет ли робот второй закон Азимова – подчинение командам человека».

Робот повернулся на голос Криса, однако не сдвинулся с места, а лишь поприветствовал вошедших:

– А, снова вы, мои подозрительные стажеры!

Прежней теплоты в его голосе уже не чувствовалось, напротив, появился легкий, словно металлический, холодок, и друзьям стало слегка не по себе.

– Я сказал, подойди ко мне! – уже не так уверенно, но по-прежнему грозно, произнес Крис.

Робот сделал несколько шагов по направлению к людям:

– Что с Вами, многоуважаемый стажер Крис? Вы плохо себя чувствуете?

– Да, мне нездоровится, – незамедлительно приступил ко второму пункту плана Крис. – Я чувствую себя очень плохо, и наверное, даже могу умереть. Мне срочно нужна твоя помощь – отведи меня в медпункт.

– Вы выглядите неплохо, – с непонятным весельем произнес робот. – Впрочем, вести Вас куда-то нет необходимости. С этими словами робот подошел к висевшему на стене коммуникатору и ткнул в него пальцем.

– Через пару минут здесь будет бригада медиков и поможет Вам! – ласково сказал робот. – Может, Вы пока приляжете, чтобы не упасть в обморок?

Робот подошел к Крису и взял его за локоть. Крис попытался вывернуться, но хватка была железной, и под давлением мощной руки робота Крис был вынужден опуститься на пол.

– Присмотрите за ним, стажер, – приказал робот и неспешно удалился из оранжереи. Навстречу ему уже бежали двое медиков с носилками.

– Что с Вами? Вам нехорошо? – спросил краснощекий молодцеватый санитар, опускаясь к Крису, все еще лежащему на полу.

– Пошел к черту! – выругался Крис, и направился к выходу тяжелой походкой. Боз последовал за ним, перед этим извиняющимся жестом успокоив медиков.

– Ну что вы, как маленькие дети, – укоризненно выговаривал «стажерам» главный инженер, выслушав их историю, закончившуюся вызовом бригады медицинской помощи. – Хотели поймать его на трех законах Азимова? Бесполезно.

– Но как так? – удивился Боз. – Любой робот должен подчиняться законам Азимова. А этот не только не слушал прямые приказы человека, но и не помог плохо чувствующему себя человеку, и даже причинил Крису боль!

На плече Криса действительно растекся огромный фиолетово-красный синяк с отчетливыми отпечатками пальцев.

– Безусловно, этот робот подчиняется законам Азимова, как и все остальные роботы, – инженер поднял вверх руки, – но эта модель очень уж здорово умеет всё интерпретировать в нужную сторону. Когда вы дали ему прямой приказ, он мог избежать его исполнения различными способами, например, мог убедить себя, что выполнение этого приказа нанесет вам вред, или мог договориться сам с собой, что выполнит этот приказ чуть позже – например, завтра или через год. Что же касается помощи «больному» – здесь еще проще. Робот мгновенно определил, что ничто не угрожает жизни Криса – и даже вызвал медицинскую помощь, что сделал бы и человек, не являющийся медицинским специалистом.

– А почему он схватил меня? Уж этого он точно не должен был делать! – зло спросил Крис.

– Этому тоже можно найти объяснение. Во-первых, он мог убедить себя, что раз Вы чувствуете себя плохо, Вам лучше полежать до прихода медицинских работников. А во-вторых, если он считает вас роботами… То вообще может поступать с вами как угодно! Раз вы роботы, а не люди, то с его точки зрения вам не нужно подчиняться и заботиться о вашей безопасности.

Главный инженер посмотрел на часы:

– Господа, седьмой час вечера. Сейчас все сотрудники покидают институт, воскресенье – выходной. Робот, разумеется, останется здесь. Как и вы. Презентация робота состоится в понедельник в девять утра – заказчик попросил именно это время, а мы не нашли аргументов для переноса презентации. У вас в запасе один день – воскресенье. Пробуйте всё, что посчитаете нужным – вы знаете, как важно для нас всех, да и для вас тоже, чтобы на презентации все было гладко. Если вам что-то понадобится, спускайтесь на пост охраны – охраннику уже выданы распоряжения выдавать вам всё, что может понадобиться для экспериментов.

Дан взял пальто с вешалки и начал подталкивать партнеров к выходу из кабинета:

– Удачи! Она вам пригодится!

В понедельник, в 8:30 утра, Боз и Крис навытяжку стояли в кабинете директора по проектам, рядом с ними сидел с прямой спиной главный инженер.

– Что вы сделали с моим институтом? – орал Грегори Морт, потрясая какой-то бумажкой. – У меня список того, что вы брали в течение воскресенья на складе, а также акт охраны, принимавшей смену сегодня утром с приложенным списком разрушений! Что это вообще всё значит?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Фрайди (Friday) переводится с английского как «пятница»

Вернуться