Исламский халифат
Научная фантастика
Valera Bober

ИСЛАМСКИЙ ХАЛИФАТ

© Valera Bober, 2022

ISBN 978-5-0059-3203-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Умм-Ма’шар открыл глаза и сразу подумал, что снова утро, впереди бесконечный день, и наверняка будет так же тягостно, как вчера. Он с трудом разогнул затекшую спину и просто так еще полежал в тепле под грубым покрывалом, растягивая удовольствие. Нет надо, приказал он себе, и просунув руку, потрогал стекло. Опять промерзло насквозь. Он поцарапал ногтями иней, потом все таки встал, противно хрустнув по чем-то ногами, протер изморозь на иллюминаторе, и до боли в глазах всмотрелся в пугающую черную пустоту. Иллюминатор был маленький, с толстым стеклом в старом медном ободе, и сквозь него, как сквозь бинокль с радужными, расплывшимися краями, пустота казалась бездонным, чужим пространством с редкими звездами. Всю ее половину закрывал широкий край планеты, затянутый в тоненький ободок желтоватой атмосферы. Они стояли так близко, что из-за зрительного искажения поверхность казалась выпуклой, и напоминала перевернутую чашку, на которой светились ржавые и зеленые плеши.

– Вот, блин! – С каким-то равнодушием пробормотал Умм-Ма’шар, с удивлением отмечая, что планета действительно напоминает сгоревший блин, который выбросили еще с прошлогодней масленицы. Блин засох, потрескался, и его поело плесенью. Да еще и какие-то мурашки завелись. Умм-Ма’шар подышал на руки, прикрыл ладонями глаза и прижался к стеклу. Хорошо, хоть не черви, вздохнул он.

Баржа стояла на ночной стороне. Север планеты находился еще в тени, по всей плоскости которого сверкали молнии, будто планету безостановочно расстреливали из пулемета, а с юга, первые лучи солнца уже косо резали тяжелый туман в низинах и веером отбрасывали длинные тени до самого горизонта. Умм-Ма’шар живо представил себе, как они летят вниз и падают в самую гущу малярийного болота с булькающей грязью. Туда, где горячие камни, где пугающие скользкие берега с ядовитыми колючками. Он брезгливо поежился и поднял глаза. На полюсе белела снежная шапка, над которой мерцало зеленое сияние, а над ним, один за другим выплывали, блестящие от солнца, спутники. Планета постепенно входила в день, и в посветлевшем небе над далекими пустынями показались транспортные караваны. Сверху они напоминали провисшие гирлянды из сосисок, что собирались над парящей таможней, собранной из разноцветных ящиков и контейнеров. Сбоку этого хлама торчала длинная башня мечети с золотыми куполами.

– Что, наторговали? – Криво усмехнулся Умм-Ма’шар, упираясь лбом в стекло. Вчера прошел слух, что на время молитвы разгрузку в грузовых терминалах начнут приостанавливать. Не ко времени все начинается, ой не ко времени. Хотя, если бы знать, когда оно, ко времени?

Засиял борт баржи. Из-за него показалось холодное, похожее на теннисный шарик, солнце. Сторона баржи, обращенная к планете, цвела грязно-оранжевым мхом и шевелилась как живая. Над ней кружила мошкара.

Подросло за ночь. – Удивился Умм-Ма’шар, и от неожиданности резко дернулся.

Из-за края иллюминатора, медленно разворачиваясь, выплыла консервная банка. Банку, видно, выбросили недавно, но она успела обрасти целой тучей вечно голодных биосанизаторных мух, пожирающих что угодно. Умм-Ма’шар нервно выдохнул. Сдавали нервы. Глаза тоже были ни к черту, да и голова раскалывается.

– Откуда тушенка? – С трудом воспринял он собственную мысль. Ну и пусть, не до этого. Он вяло махнул рукой.

Глубоко в отсеках, по полу тяжело ударили молотом. Баржа загудела как пустая бочка. С каждым ударом страшный звук бежал вибрацией по перегородкам от отсека к отсеку, звеня на полках стаканами, и Умм-Ма’шар с ужасом замирал, живо представляя себе, как разламывается эта старая цистерна, и он выпадает в бездонную и мерзлую черноту. Стук, так же внезапно прекратился, как и начался, и сразу послышалось, как под дверью тихо скребутся. Кто-то подглядывал.

– Карантин у них.. – Умм-Ма’шар беззлобно сплюнул. С момента пробуждения его не покидала смутная тревога, и теперь он понял, что совершенно не помнит вчерашнего дня. Может это действительно какая-то болезнь, из-за которой их держат в этом отстойнике уже четвертый месяц?

– Это не мы больные, это вы больные. Это же очевидно. – Сказал он, и все не мог понять с какого конца нужно начинать думать, а думать было мучительно. Мысли путались, зато обострилось обоняние. Умм-Ма’шар сильно потер глаза и потянул носом. Даже сквозь дверь из коридора тянуло тухлым.

– Мне тошно вас всех видеть и слышать. – Громко сказал он дверям и подставил черное от татуировок лицо под свет. Из бритого затылка торчала засаленная коса. Не от кого ему здесь прятаться. Он хлопнул ладонью об стену:

– Должен же быть какой-то выход из всего этого!

Стало тихо. Промерзлую каюту освещал слабый свет абажура под потолком, с остатками зеленой бахромы. На стенах, под содранной обшивкой, в сварных швах, мхом разрастался иней, который поначалу Умм-Ма’шар протирал каждое утро тряпкой, а потом забросил от полнейшего безразличия. Тряпка тоже куда-то подевалась. Теперь изморозью покрывался весь, затянутый трубами и проводами, потолок.

Внезапно стукнуло так, что сорвало вешалку с ватником. Вибрация прошла сквозь весь корпус. Что-то зазвенело. Потух и снова включился свет. В животе неприятно похолодело, и Умм-Ма’шар вскочил, будто срочно, сию же минуту нужно было что-то делать. Хватая воздух ртом, он почувствовал, как ему на грудь надавила холодная пустота. Мысли стали беспорядочно путаться в голове, мешая понимать причину собственного раздражения, а к горлу подкатила тошнота. Упали они уже или нет? Умм-Ма’шару сложно было думать обо всем сразу, и он решил, что если не думается, то и не надо. Он просунул окоченевшие руки в карманы комбинезона и опустился на топчан, который занимал половину каюты. В разбросанном тряпье спал рыжий кот.

– Шайтан. Как тебя только аллах терпит? – Сипло проворчал Умм-Ма’шар. У кота приоткрылся глаз. От жалости к самому себе, он хотел было взять кота за хвост и сделать ему больно, но сил хватило только на слова. Сидя под неудобным углом и ленясь даже опереться о стену, он замер, прислушиваясь к звукам. За бортом кто-то ходил по корпусу, царапая железными скобами. Внезапно в приемнике шумно загудели осветительные лампы, но так и не успев нагреться, дзынькнули, и потухли. На потолке, по углам шмыгнули фосфорные крысы, и в кромешной темноте остался только ярко красный червячок накала. В развешанной по стенам аппаратуре что-то клацнуло, и тут же в недрах баржи дико закричали. Наступила звенящая тишина.

– А-а, все равно. – Безразлично подумал Умм-Ма’шар и медленно завалился на бок. Сзади недовольно заурчал кот. Возле лица остановился светящийся таракан и пошевелил усами.

Умм-Ма’шар видел зеленую траву и голубое небо. Ранним утром отец вел его за руку в интернат по улице с белыми хатами и на их головы кропил слепой дождик. Они весело побежали к площади, где отец купил у бабы Нади ранние, сладкие как конфеты, огурцы. Баба Надя выдала им огромный нож, и отец, вытирая огурцы об штаны, разрезал их пополам, натер крупной солью и дал ему похрумтеть. Огурцы пахли ржавчиной.

В голове играла музыка, журча водой, которая стала постепенно переходить в водопад. В висках застучало. Изящная виолончель надрывалась, и никому не было дела, что струны на ней сейчас лопнут. Стянуло желудок, и Умм-Ма’шар скривился от предчувствия скорой боли. Ладони слиплись, сознание завалилось влево и стало выпадать из головы. Умм-Ма’шар дрожал от холода. Теперь уже не сознание, а демон раскачивался в голове, не попадая в такт с музыкой. Механизм громко щелкнул, включил животный страх, которому невозможно было сопротивляться, и заставил бежать, но и бежать нельзя было, потому что ноги стянуло железными оковами. В темный подвал стали заходить грозные инквизиторы. Умм-Ма’шар согнулся пополам, ожидая первые судороги. Вот она, аудитория, перед которой нужно держать экзамен. Сердце колотилось как вагонетка, пущенная под откос. Умм-Ма’шар понял цену отпущенного ему времени и стал судорожно искать внутри себя ручку тормоза. Нужно торопиться. Он бежал по бесконечным каютам, сбивая в кровь руки о двери, ища спасение, задыхался от волнения, зная, что еще минута, и тело его достигнет обрыва, из которого уже не будет возможности выбраться, и вдруг в зеркальной комнате увидел, уходящее в бесконечность, отражение собственного лица. Он прозрел, и увидел единое целое с одним возможным исходом. Если возвысится над ситуацией, если стать над ней богом, все кажется простым и понятным. Он увидел, как вода рвется в открытые шлюзы и они идут ко дну, но ведь время еще было. Еще была целая минута, и если правильно дышать, минуту можно растянуть в вечность. Он задержал дыхание и медленно выдохнул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.