# В плену Титаника

Надья Аворохаз

Все знают трагичную историю Титаника. Самый большой, быстрый и непотопляемый лайнер – затонул,…столкнувшись с айсбергом. Как можно было его не заметить, как слабый, большой, но тающий айсберг смог пробить двойное дно непотопляемого судна? Почему помощь так долго не приходила?

Я была там, я думала, что умру и я в каком-то смысле умерла. Если вы готовы выслушать подлинную историю Титаника и, что было с ним потом, то просто читайте дальше, а уж верить мне или нет, решайте сами.

## Глава 1.

Среда. 10 апреля 1912 года я собралась в своё первое в жизни путешествие на лайнере. Пробираясь сквозь суетливую толпу, непрерывно болтающую, взобралась на палубу, в руке у меня был небольшой чемоданчик с холстами и красками, который я не смогла доверить персоналу. Мне повезло, я успела практически в последние секунды. Уже прозвучал гудок, оповещающий, что через десять минут начинается отплытие, я облегчённо вздохнула.

11:55 .Иду по палубе и с замиранием сердца смотрю на людей внизу, они кажутся муравьями, мир за пределами Титаника становиться чужим, он прощается со мной. Ах, если бы я тогда знала, что всё именно так и происходит. Я ступила в новый мир, «мир Титаника».

Вокруг царит суматоха, люди распределяются по классам и спускаются в свои отсеки. Я буду плыть первым классом. Всё потому что мой отец происходит из старинного рода Блэквудов и естественно он невероятно богат. Он богат, красив и хорошо воспитан, вот только в любви ему не везёт. Моя мать умерла при родах и с тех пор отец не может влюбиться, он даже шутит, что это его проклятье. Ему кажется неправильным влюбиться во второй раз, ведь любовь даётся нам только единожды.

Не знаю, мне кажется, что любовь ни одна, она может проявляться по-разному: любовь матери к ребёнку, ребёнка к матери, брата к сестре, бабушки к внукам. Она разная, как и все мы и её много. Но всё же я с ним согласна, любовь между мужчиной и женщиной может быть только единожды в жизни. Всё что бывает до неё или после уже не истинная любовь.

В моём маленьком путешествии меня сопровождает Марта Марьям моя служанка. В её обязанности входит помощь в одевании, забота о моей причёске и многое другое, что я в состоянии сделать сама и в большинстве случаев так и происходит. Марта хороший человек, мне с ней комфортно. У неё длинные волосы цвета воронового крыла, миниатюрная фигура и медового цвета глаза. Если сравнивать нас, то Марта привлекательнее.

Наша каюта оказалась роскошной, как и всё на этом лайнере, огромные кровати с навесом, столик из красного дерева, светильник с позолотой, мягкие стулья, диванчик, великолепный шкафчик, так же из красного дерева. В нашем номере преобладает красный цвет, я его люблю, но здесь мне он не нравиться, словно всё покрыто кровью. Конечно, обстановка выглядит весьма недурно, но вот мне это всё кажется немного пафосным. Почему мы, пассажиры первого класса, нежимся в роскоши, а люди третьего класса терпят унижения? Это неправильно.

По моему телу пробежали мурашки, я поставила свою сумку на пол и присела на кровать, провела рукой по покрывалу, пальцы зарылись в приятном мягком бархате. Я закрыла глаза, наслаждаясь мягкостью ткани, но мою идиллию прервал стук в дверь. Марта поспешила открыть дверь. У входа стоит высокий статный мужчина в форме экипажа, его светлые кудрявые волосы так и норовят сбежать из причёски и упасть на лоб, они слегка влажные, наверное, так мужчина пытается их удержать, вот только это приносит скудные результаты, один локон уже почти достиг своей цели.

Мужчина поприветствовал Марту лёгким поклоном головы и вручил ей наши чемоданы. Теперь я могу переодеться. Погода сегодня немногим теплее, чем всегда и мне в своём наряде уже не комфортно, поэтому я поспешила его сменить. Я выбрала простое платье нежно розового цвета с отложным белым воротничком, посередине которого прикрепила круглую голубую брошь, обрамлённую серебряными ответвлениями в виде ветвей и листьев. Да, возможно она не подходит к моему наряду, но меня это не беспокоит. Эта брошь принадлежала моей матери, и я к любому своему наряду прикрепляю её, мне кажется, что так она всегда рядом со мной.

Я не видела своей матери, но это не мешает мне любить её. В детстве очень часто я воображала, что в один прекрасный день она откроет двери нашего дома и войдёт, широко улыбаясь, и скажет, что, по всей видимости, ей удалась шутка. Она просто пошутила, что умерла. Это моя любимая игра, я так её и назвала «Я пошутила, что умерла». Играть в неё можно и одной, количество участников не имеет значения. Нужно просто верить, что умершие люди рядом, что ты их видишь, можешь прикоснуться к ним и поговорить. Знаете, папа всегда ругал меня, когда я играла в неё, он говорил, что так можно сойти с ума, но мне кажется, что и он сам играет в неё каждый вечер. Я слышала, как он разговаривает с мамой, запершись вечерами в своей комнате. Рассказывает ей, как я быстро расту, какие проказы совершаю и как сильно напоминаю ему её.

Ну всё, не будем больше о грустном, а то я уже начинаю плакать.

Быстрым движением руки смахнула со щеки, слезу, чтобы подруга этого не заметила, натянула улыбку и предложила прогуляться по палубе. Лайнер уже отплыл достаточно далеко, и теперь наш большой город постепенно скрывается из виду, становясь всё меньше в размерах. Прощай моя старая жизнь, я иду на встречу новой, совершенно неизведанной. Палуба полупустая, кроме нас с Мартой пассажиров практически нет, один персонал снуёт из угла в угол. Пассажиры всё ещё обустраиваются в своих каютах. Уверенна, примерно через полчаса множество дам выйдет, облачившись в свои самые лучшие наряды. Это что-то вроде забавы для светских женщин, игра у кого наряд красивее и богаче. Никогда в неё не играла, да и эта перспектива быть разодетой, как царица павлинов меня совершенно не привлекает.

Примерно через пять дней я уже буду в Нью-Йорке, там для меня куплен дом и подготовлено место в Колумбийском университете, я буду изучать искусство. Отец был против моего выбора, но спустя множество долгих уговоров всё же уступил мне. Я считаю свою настойчивость хорошим качеством, хоть иногда от неё и бывают неприятности. А ещё я упряма, иногда вспыльчива и чересчур мечтательна. Могу часами проводить за фантазиями, мечтать о драконах, рыцарях спасающих прекрасных принцесс, о единорогах, феях и эльфах. Их миры для меня более реальны, чем тот, в котором я живу.

Наш мир огромен и неизведан, и это кажется мне чем-то недосягаемым, я хочу досконально изучить его. Мне интересно в нём всё, начиная от песчинки в пустыне Сахара и заканчивая льдами в Антарктике.

Спустя несколько часов, людей на палубе заметно прибавилось и мне стало неуютно, не могу наслаждаться лёгким бризом, ласкающим меня и плеском волн о борт, когда вокруг снуют прохожие зеваки. Если присмотреться, то сразу становиться заметно, с каким усердием дамы демонстрируют свои платья, украшения из золота, жемчуга и драгоценных камней, а ещё они очень старательно пытаются привлечь внимание к своим шляпам. Скажу вам честно это ни к чему, шляпы настолько неординарные, словно из другой вселенной, перегруженные перьями и объёмными цветами, лентами. Огромные и маленькие, все они ужасны, на мой взгляд, а у одной дамы на голове вообще некое подобие лебедя. И куда она смотрела, надевая это?

Нет уж, смотреть на всё это позёрство выше моих сил. Вы только взгляните, как вот эти две дамы медленно, словно в замедленной съемке прогуливаются из одного конца палубы в другой. У них высоко и горделиво подняты головы, удивительно, как они ещё замечают куда ступают, немудрено вот так вот столкнуться с кем-то или споткнуться о скамью.

Я попросила Марту сходить со мной к носу корабля и посидеть вон на той скамье видневшейся в дали, так мы немного будем вдали от этой суеты, ведь многие столпились в самом центре. Мы поспешили к скамье с замысловатыми перилами по бокам, узор на них извивается точно виноградная лоза. Небо сегодня полностью голубое, ни единого облачка, солнце яркое, его лучи приятно греют, не только тело, но и мою душу. Сейчас тепло смешавшееся с приятным бризом и нисколько не досаждает мне, я могу дышать полной грудью. Если бы можно было это запечатлеть на холсте, но даже все краски мира и техники рисования не смогут передать эту теплоту пронизывающую тебя насквозь. Поверьте, я знаю, о чём говорю, однажды я уже пыталась это сделать, и результат оказался не таким, каким бы мне хотелось.

Спустя пару часов проведённых в «тишине», мне стало одиноко, даже не смотря на то, что я с Мартой, в сердце зародилась тоска по отцу. «Нужно привыкать к самостоятельной жизни», напомнила я себе. «Не будет же отец всю жизнь носиться с тобой, как с маленькой девочкой. Так что выкинь все глупости из головы немедленно». Легче подумать, чем сделать, но я надеюсь, что время поможет мне справиться. Говорят, оно даже умеет лечить.

К дамам присоединились их мужья и джентльмены, большинство, выглядит чопорно. Идеальные костюмы, из самых дорогих тканей сшитые на заказ в лучших ателье страны, у некоторых на носах висят круглые очки в золотой оправе, поблескивающей на солнце, другие же «светят» своими дорогими часами, по всей видимости, тоже золотыми. Мне не нравиться вся эта напускная любезность, с которой они общаются друг с другом сейчас, ведь потом, когда вечерами остаются наедине со своими мужьями или близкими подругами за чашкой чая, поливают грязью тех, с кем ещё днём мило беседовали и чей хвалили наряд.

По всей видимости, мне придётся терпеть это всё, ещё как минимум пять дней. Хоть лайнер и огромен, но и на нём нельзя скрыться от всего, что тебя окружает в привычной жизни, даже весь мир на это неспособен. Я вытерплю, в конце концов, пять дней не такой и большой срок, если сравнивать его с годами или десятилетиями.

Вечером в семь часов мы прибыли в Шербур (Франция), на борт сели пассажиры и загрузили почту. Город мерцает огнями, в апреле всё ещё рано темнеет, но сегодня мне показалось, что тьма наступает быстрей. Меня переполняет восторг, хоть и мимолётно, но я побывала во Франции, в стране моей мечты. У французов невероятно красивый язык, он волшебно мелодичен, а каждое слово, словно признание в любви. После университета, обязательно вернусь сюда. Возможно, даже куплю небольшой домик с беседкой увитой виноградной лозой в какой-нибудь маленькой деревне, буду рисовать свои картины и продавать на выставках в больших городах и возможно, этот дом будет не только моим, но и моего будущего мужа, детей.

Мы с Мартой так и не смогли вернуться в свою каюту, океан очаровал нас, а теперь завораживает Франция. Мы стоим на палубе, той самой, что и днём, я держусь за перила. Мимо меня прошёл мужчина в чёрном костюме с небольшим чемоданом в руках, позади него идёт парень с чемоданом побольше, в свете фонарных огней Титаника его лицо кажется смуглым, а глаза, словно два огонька мерцают на ветру. Мужчина склонил голову, поравнявшись со мной, его лицо озарилось теплой улыбкой.

– Bonjour[1]. – Сказал он, продолжая улыбаться. – Vous êtes belle, madame.[2]

– Merci.[3] – Немного смутившись, ответила я.

Мужчина прошёл дальше, парень, следовавший за ним, всего на мгновение остановился, поравнявшись со мной, коротко кивнул и ушёл следом за своим знакомым. Мне почему-то захотелось, что бы он ещё хоть на долю секунды, постоял рядом. «Какие глупости Жаклин. А ну-ка быстро выкинь их из своей бестолковой головы» оборвала я себя мысленно.

Марта не смогла не заметить краски залившей моё лицо. Конечно, она догадалась, что мне понравился этот парень, но она не стала ничего говорить или подначивать. Марта очень хороший друг. Я никогда не предавала значения её положению в обществе, для меня она такая же девушка, хоть и на пять лет старше меня.

Ужинать я не стала, аппетита совершенно нет, наверное, так сказывается смена привычной обстановки. Достав из чемодана коробку с художественными принадлежностями, я принялась рисовать. Моя рука выводит линии, прорисовывает детали, наносит тени. Я не заметила, как на холсте оказалось лицо того парня с палубы, в тусклом свете огней. Мне удалось передать блеск и яркость глаз-огоньков, так завороживших меня. Уже спустя полчаса я не могла вспомнить, ни во что был одет тот парень, ни какого цвета у него волосы и какая фигура. В голове поселился туман сомнений и догадок о внешности, оставшейся для меня слабым проблеском воспоминаний.

Ложась спать, я всё так же бредила этим парнем. Со мной никогда в жизни такого не было, ни одно лицо, ни один образ до сих пор не селился в моей голове, вытесняя все прочие мысли. Не уж-то это любовь? Но так ведь не бывает. Мы виделись впервые, и наша встреча продлилась не более двух минут, я даже не смогла разглядеть его.

Так и заснула, убеждая себя в невозможности любви с первого призрачного взгляда.

Ночь пролетела незаметно, мягкий матрац унес меня далеко за пределы реальности. Когда проснулась, то приняв ванную и приведя себя в порядок, отправилась в сопровождении Марты на завтрак, ко мне вернулся аппетит, и я с удовольствием съела всё, что нам подали. В округе слышаться оживленные голоса, беседующие со своими знакомыми за столиками. Некоторые мужчины слишком увлеклись алкоголем и заметно повеселели. В общем, жизнь на Титанике идёт своим чередом.

Вернувшись в свою каюту и взяв свой чемоданчик с принадлежностями для рисования, я присела на скамью, находившуюся на одной из палуб. Моя спутница не возражала, ей нравиться смотреть, как я рисую, она говорит, что это напоминает ей, о том, что в мире есть чудеса. Но на самом деле я считаю, так уж и хорошо это делаю, но многие говорят, что у меня есть талант, другие же утверждают, что это божий дар.

Наблюдая за пассажирами, медленно разгуливающими из стороны в сторону, делаю наброски. Это очень интересно, карандаш и бумага видят людей по-другому, не так как мы, они смотрят в самую глубь человеческого сердца и его души, подмечают незаметные на первый взгляд черты лица и особенности характера. Например, этот мужчина с сединой в волосах и длинной бородой, сидящий в десяти шагах от меня и спокойно курящий трубку, кажется абсолютно обычным, и на первый взгляд в нем нет ничего примечательного. Но у меня он вышел грустным и озабоченным чем-то горестным, его печальный взгляд устремлён куда-то вдаль и видит свои картинки сложенные из воспоминаний, которые нам не доступны. А вот эта женщина в чёрном бархатном платье, с маленькой белой сумочкой и таким же зонтиком, кажется надменной и высокомерной, на самом деле она одинока и страдает от этого, прячется за безразличием и жёстокостью.

– Здравствуйте. – Произнёс кто-то рядом с сильным акцентом.

Я привстала, повернула голову налево и увидела мужчину, того самого, который сел на лайнер вчера вечером во Франции. Узнать его помогла та самая улыбка, подаренная мне при первой встрече.

– Здравствуйте. – Поприветствовала я его, слегка улыбнувшись.

– Здравствуйте мисс. – Он поклонился Марте.

Девушка тоже склонилась, произнося приветственные слова.

Мой взгляд жадно рыщет за спиной незнакомца, ища парня, который был с ним вчера, но его нет поблизости. В груди что-то кольнуло и сжалось, разочарование разрастается со скоростью света, заполняя собой всё моё тело.

– Меня зовут Жан. Позволю себе заметить, что вы сегодня так же прекрасны, как и вчера. – Продолжил незнакомец всё с тем же акцентом.

– Жаклин. – Я протянула ему свою ладонь, он поцеловал её поднесся к губам, то же проделал с моей спутницей, когда она назвала своё имя, тем самым заставив её смутиться, так как ни кто из нас не ожидал, что мало знакомый человек, по всей видимости, не бедный, будет общаться со служанкой на равных. Мне определённо начинает нравиться этот мужчина.

– Достойные имена, для прекрасных дам.

– О, не стоит. Вы нас смущаете сэр.

Бедная девушка так покраснела, что это смог бы заметить даже слепой. Она с трудом поддерживала разговор дальше.

Жан остался с нами до полудня, он оказался приятным человеком. Ему тридцать пять лет, но выглядит гораздо моложе. У него длинные, до плеч, каштановые волосы слегка вьющиеся, голубые глаза и крючковатый нос, ростом он едва выше меня, широкоплеч и статен. Не знаю, что такой человек смог найти во мне. Я не красавица и у меня даже не миловидная внешность, мои пальцы слишком тонкие, а плечи шире, чем положено быть для девушки, светлые, практически бесцветные волосы, лишённые объёма, не волнистые, а напротив тонкие и прямые, хоть и длинной до пояса. Мои глаза грязно серого оттенка, губы слишком пухлые, не такие, как описываются в романах: «чувственные и алые, как лепестки розы», нет, они бледно розовые, а нос прямой. Моя внешность гаснет по сравнению с внешностью Марты.

Папа всегда говорил, что я похожа на маму, я видела её фотографии и хоть многие черты у нас схожи, она красавица, а я же напротив, кажусь безобразной. Но не для отца, считающего меня самой красивой на свете. Для родителей их дети всегда кажутся гораздо лучше, чем они есть на самом деле.

Мимо нас с Мартой проходят две дамы, громко беседуя, лайнер секунду назад прибыл в Квинстаун, мы прекращаем свой разговор о живописи и невольно вслушиваемся в диалог дам.

– Я сама только что видела, как тот мужчина, член команды, побежал к спуску. Его остановили и спросили, что с ним. Он стал говорить, что-то несвязное, будто Титаник обречён на гибель, что скоро все мы погибнем. – С преувеличенным энтузиазмом сообщила дама в алом платье, своей спутнице в изумрудном наряде.

– Ах…Но этого же не может быть. Титаник не потопляем. Наверное, тот мужчина сошёл с ума.

– Возможно. Многие именно так и думают…

Дамы прошествовали дальше и вскоре оказались на расстоянии, где мы уже не смогли их услышать. Эта новость меня взволновала. Все уверенны в прочности Титаника, но я не думаю, что один из матросов мог сойти с ума всего за ночь или за сутки. Что же он знает такое, что не знают пассажиры?

Я пробежала к началу палубы и, перегнувшись через поручни, посмотрел в низ. Всё так же, как и вчера, пассажиры всходят на борт, матросы грузят коробки с почтой, большие и маленькие. Мой взгляд метнулся в сторону бегущего парня одетого в матросскую форму, он остановился, развернулся, бросил взгляд на Титаник, пошатнулся и быстро зашагал прочь. Это тот самый член команды, покинувший лайнер, я узнала его по форме, которую носит вся команда.

Мне стало не по себе, подул ветер, показавшийся ледяным. Нет. Ветер тёплый, он не может быть таким холодным, словно прилетел из Арктики. Это всё моё разыгравшиеся воображение. Вот же я фантазёрка. Наверняка у этого матроса, что-то случилось в семье и он не смог продолжить плавание, предпочёл вернуться.

– Как думаешь, Марта такое может быть? – Спросила я, повернувшись лицом к девушке, в её глазах страх, которого я не видела ещё никогда.

– Я надеюсь, что это просто сильно преувеличенные сплетни. – Ответила девушка, но голос выдал её истинные чувства, нечеловеческий страх и панику.

Отогнав все плохие мысли, я взяла девушку за руку и потащила осмотреть лайнер. Он ведь так огромен и мне хочется увидеть всё, что смогу за оставшиеся время путешествия. Титаник отправился дальше только спустя полтора часа, когда стрелки на моих наручных часах показали ровно два.

## Глава 2.

Пятница. 12 апреля. 10:00. Титаник плывёт через океан, наш ближайший порт находиться в Нью-Йорке. Время сокращается и скоро, я прибуду в США, в страну, где начнётся моя новая жизнь. Какая она будет, знает только Бог.

Мне неуютно в моей каюте и поэтому я всё свободное время провожу на палубе в носу корабля в сопровождении своей подруги. Я нарисовала 36 зарисовок окружающих меня людей, кроме Жана мне никто не знаком. В моей мини коллекции не хватает одного человека, того, чьё имя я даже не знаю, но мне безгранично интересно это узнать.

Я устало вздохнула, руки бессильно упали вниз, пальцы не смогли удержать карандаш и он выпал, покатившись по палубе вниз. Мой взор перестал следить за потерянным предметом и устремился к небу, сегодня оно такое же голубое, как и всегда, но сейчас раскрашено белыми неровными и размазанными мазками. Вблизи послышался детский крик.

– Дельфины! Смотри папа, дельфины.

Мы с Мартой переглянулись и, не сговариваясь, посмотрели вперёд. Маленькая девочка стоит ногами на поручнях, отец крепко держит её за талию, она указывает пальчиком вдаль. Все пассажиры, как по приказу подошли поближе, я не была исключением. Примерно десять дельфинов плывут о борт Титаника, выпрыгивают из воды. Они прекрасны.

– Дельфины не часто решают, вот так сопровождать судно. Говорят это хорошая примета, путь окажется легким и безопасным. – Мелодичный и чарующий голос прозвучал совсем близко

Я завертела головой в его поисках. Долго искать мне не пришлось. Рядом со мной стоит парень, он выше меня на голову, его длинные волосы, собранные на затылке в хвост цвета молочного шоколада, а его глаза, их невозможно забыть, они словно два огонька. И я их не забыла. Это тот самый парень, что был с Жаном.

Мне, наверное, нужно, что-то ответить, но я неуверенна, что он обращался ко мне, да и мой голос кто-то похитил. Поэтому переведя взгляд на уплывающих дельфинов, я так и осталась стоять и смотреть им в след. Дельфины исчезли, пассажиры вновь принялись расхаживать по палубе, попивая вино, я же восковой статуей стою на прежнем месте.

Моё тело бьёт мелкая дрожь, мне холодно и я вспотела. Да, так бывает, когда ты растерянна и сбита столку и самое ужасное, ты не знаешь чем именно, ведь ничего не обычного не случилось. Просто парень, просто стоял рядом, просто что-то сказал. Отчего же тогда мне стало так неуютно?

–Тебе нужно было ответить ему. – С укором сообщила мне Марта.

– Ты о ком? – Попыталась притвориться, что не понимаю о чём речь.

Девушка посмотрела на меня таким взглядом, который я раньше за ней не наблюдала. Она так умело, без слов, может объяснить мне мою глупость. Её глаза буквально кричали «Жаклин! Очнись! Неужели ты думаешь, что я настолько глупа? Поговори с ним.».

– Я не могу. – Я виновато склонила голову.

– Можешь. – Уверенно заявила Марта. – Он же тебе нравиться.

– Очень, и меня это пугает. – Призналась я.

– Не бойся своих чувств. Они самое искренне, что в нас есть. – Марта улыбнулась с такой заботой, что мне сразу захотелось обнять её и поблагодарить, но наш разговор прервал подошедший Жан.

– О, Жаклин! Вы что-то бледны. – Сообщил он с привычно сильным акцентом.

– Мне нехорошо. – Ответила я.

– Позвольте сопроводить вас в вашу каюту? – Он взял меня под руку и медленно отвёл от края борта.

– Благодарю, но ненужно, там мне будет только хуже. Я хочу побыть здесь.

Мы долгое время провели втроём, разгуливая по палубе и беседуя на равных. Марта пересилила себя и постаралась, как бы невзначай узнать, где сейчас его друг, почему он сейчас не с ним. Я с благодарностью посмотрела на подругу, ведь я с самого начала нашей беседы задавалась этим вопросом, вот только произнести его никак не могла. Оказалось его друга зовут Марк и сейчас он занят, чем именно мужчина предпочёл не уточнять.

Вскоре солнце постепенно стало сползать с центра неба, падая на горизонт. Наша прогулка неожиданно затянулась. Но вот Жан, увидев время на своих часах, подпрыгнул и без объяснений покинул нас. Какое-то время мы с Мартой всё ещё оставались на палубе, пока усталость не пересилила и не принялась клонить нас в сон, тогда-то мы и решили вернуться в свою каюту.

Она унесла меня в страну грёз, мне было хорошо там до тех пор, пока не нахлынул приступ паники. Я распахиваю глаза и пытаюсь успокоиться. С каждой минутой в каюте становиться всё жарче, кислород в этой коробчёнке заканчивается. Расстегнув пуговицы на вороте сорочки, потёрла шею и глубоко вздохнула. В этот момент я поняла, что оставаться в помещении больше не могу, спотыкаясь, помчалась на палубу, почувствовав острую необходимость в свежем воздухе. Когда я проносилась мимо пассажиров, которые просто игнорировали ночь и сон, они кидались в разные стороны и неодобрительно качали головой, некоторые же говорили, что приличной даме не подобает так себя вести, но мне всё равно, я задыхаюсь. Мне нужен воздух.

Солнце скрылось за горизонтом, уступив своё место луне и звёздам. Перегнувшись через борт, я стала жадно хватать воздух ртом, появился приступ рвоты, живот завязался узлом, а все органы болезненно сжались. Я закашлялась, прикрыв рукой рот, оступилась, а моё тело накренилось вперёд, но последний момент я успела ухватиться одной рукой за перила. Повиснув за бортом и держась сколькими руками за холодное железо, я успела пересмотреть всю свою жизнь.

Тяжело. Пальцы соскальзывают, я понимаю, что нужно позвать на помощь, но не могу. Всё происходит, как в моих кошмарах, когда нужно звать на помощь, а я не могу произнести и слова, не могу издать и слабого писка, давшего понять, что я в опасности. Все кошмары рано или поздно воплощаются в реальность, и в этом я убедилась на своём опыте чуть позже.

Я вновь и вновь открываю рот, вновь и вновь из него вырывается только хрип, мои руки дрожат, пытаюсь подтянуться и опереться о борт ногой, но не могу. Неужели я вот так и умру, упаду в океан с самого не потопляемого лайнера?

Моей руки касается, что-то тёплое и крепко сжав ее, тянет вверх. Спустя мгновение я сижу на полу и тяжело дышу, мой взгляд блуждает по палубе. Надеюсь найти своего спасителя, если это конечно не был мой ангел-хранитель, спустившийся с небес.

– Вы в порядке? – Я вздрагиваю от этого мелодичного голоса и теперь, услышав его, могу понять, где находиться человек, которому он принадлежит.

Парень стоит надо мной, но уже в следующее мгновение он опускается на одно колено, протягивает ладонь и касается ей моей щеки.

– Как вы мисс? Вы замёрзли. Вам срочно нужно в каюту.

– Нет! – Пищу я. Не знаю почему, но возможность вновь оказаться в замкнутом пространстве пугает меня до ужаса. Возможно, у меня развилась клаустрофобия.

– Хорошо. Не волнуйтесь. – Парень помог мне подняться, усадил на ближайшую скамью, снял свой жакет и накинул мне на плечи.

– Благодарю вас. – Немного прейдя в себя, произношу я. – Не знаю, что было бы со мной, если бы вы вовремя не оказались рядом. Ох, что я говорю, конечно, знаю. Я была бы уже мертва. Лежала на дне океана, после жутких и бессмысленных попыток спастись.

– Не думайте об этом мисс. Мрачные мысли только тяготят, а вам сейчас нужен отдых. – Он нащупал пульс на моём запястье, его ладони горячие и немного шершавые.

– Как вас зовут? – Мне казалось, что я не произнесла этих слов вслух, но услышав ответ, убедилась в обратном.

– Марк. Марк Уазентург. – Парень слегка улыбнулся, его глаза-огоньки вспыхнули ярче.

– Спасибо Марк.

Убедившись, что я в порядке он поднялся со скамьи, пожал мне руку и ушёл. Меня его поведение выбило из колеи, я долго не могла собрать свои разбежавшиеся по разным уголкам вселенной мысли. Так и сидела минуту за минутой, час за часом. Весь Титаник укутан шумом, играет музыка, звучат весёлые разговоры и смех. Кто-то неподалёку играет в азартные игры, устроившись на скамье совсем недавно. Жизнь кипит. Моё сердце рвётся вперёд, оно жаждет встречи с солнечными глазами, вот только тело продолжает противиться и напрочь отказывается совершать какие-либо движения навстречу Марку.

Вернулась я в каюту практически под утро, мне стало лучше, в тело вернулись силы, я списала своё плохое самочувствие на смену обстановки и тяжесть относительно долгого путешествия. Половину следующего дня я эгоистично проспала, а когда проснулась, то в голове сразу мелькнула мысль, что мне нужно вернуть жакет Марку. На самом же деле, мне кажется, что это всего лишь предлог, просто хочется увидеть его. Это так глупо. Моя первая влюблённость, в восемнадцать лет вспыхнула в путешествии из маленького тлеющего уголька. Я ничего не знаю о своём предмете воздыхания, мы виделись всего три раза, его зовут Марк и у него невероятно красивые глаза, в которых я вижу свой мир….

Ну вот, мои мысли пустились в воздушно ванильные фантазии, которые не могут быть подкреплены фактами. Иногда я сама поражаюсь, насколько ещё юна и безрассудна. Я всё ещё та маленькая девочка, верящая в сказки со счастливым концом, который, увы, не всегда бывает в реальном мире.


Жизнь на Титанике идёт своим чередом, который мне кажется уже обыденным и иногда повторяющимся. Всё также дамы бродят по палубе, красуются в своих нарядах, обсуждают своих знакомых, а мужчины ведут занудные беседы о деньгах, выпивке и дамах, запершись в одной из кают. Мне хочется поскорее добраться до Нью-Йорка и одновременно с тем, хочется, чтобы это путешествие не заканчивалось, и я смогла поближе узнать Марка, ведь там за пределами Титаника наши пути навечно разойдутся, и нет ни одной гарантии, что мы ещё увидимся.

Нет, как только Титаник прибудет в своё место назначения, наши с Марком пути разойдутся, так и не успев стать одной единой дорогой. Мы просто пересеклись, так выпала карта, сошлись созвездия. Если хотите, назовите судьбой. Для меня же это просто миг, простая случайность, один короткий вздох.

Мне удалось уговорить свою спутницу пойти со мной на поиски Марка, так же мне пришлось рассказать о происшествии и выслушать долгую триаду о моей глупости и беспечности.

Крепко сжав в руках жакет, направилась вдоль борта, осматривая всех пассажиров. Так мы обошли все имеющиеся палубы на лайнере, даже те, что предназначены для пассажиров второго и третьего класса. Но своего нового знакомого не нашли, он словно был миражом, тем самым, что мерещатся заблудившимся путникам в пустыне. Он – оазис, я – умирающая от жары и жажды наёмница.

Странно, но и Жана я сегодня тоже ни разу не видела. Может Марк вместе со своим другом сидит в одной из кают и ведёт долгие разговоры о своих владениях, забыв об утерянном жакете. Да и на что я ему, ведь в округе так много красавиц, а я…просто призрак девушки, тень.

Мы вернулись на свою палубу, ту на которой проводим всё своё время. У шлюпок я заметила Марка, он стоит с какой-то дамой, у неё золотистые волосы, розовые щёки и алые губы, одежда отражает её статус и подчёркивает хорошую фигуру. Моё сердце рухнуло вниз, так и не успев подняться до небес и, кажется, что удар должен быть еле ощутимым, но он такой же если бы меня столкнули с Титаника в ледяной океан. Лучше мне как можно незаметней скрыться из виду.

Нет…Он меня заметил, вот именно сейчас поднял глаза и посмотрел на меня улыбнувшись вчерашней улыбкой. Теперь мне не скрыться незаметно. Я иду вперёд, оставив Марту позади. Протягиваю жакет. Говорю слова благодарности и как можно скорее ухожу. Вот и вся моя первая любовь, она закончилась так и не успев начаться.

## Глава 3.

Воскресенье. 14 апреля. Раннее утро. Титаник плывёт по синему океану, рассекая его воды, пейзаж в дали горизонта уже давно не менялся, его однообразность начинает сводить с ума. Из-за случившегося я не хочу выходить из своей каюты и у меня, нет никакого желания: есть, говорить и даже двигаться. Никогда бы не подумала, что случайное знакомство может так всколыхнуть.

Уже под вечер в дверь моей каюты раздаётся стук. Я, вздохнув, преодолеваю своё нежелание и медленно встав, плетусь к ней. Открываю…Моё сердце, делает кувырок.

– Здравствуйте мисс. – Приветливо начинает Марк. – Вчера произошло маленькое недоразумение, как мне показалось, и я хотел бы его разъяснить. Могу я вас пригласить на прогулку по палубе?

«Нет» кричит мой разум, но губы уже шепчут «да». Я лишь успела бросить быстрый взгляд на Марту, которая кивнула головой и вот мы идём рядом друг с другом по прогулочной палубе, легкий бриз ласкает кожу, солнечные лучи отбрасывают блики от украшений дам и мужчин. Мы присаживаемся на скамью, наступает долгое молчание. Я жду. Вскоре Марк говорит:

– Вы вчера очень быстро ушли, тогда, когда вернули мне мой жакет. Почему? Я заметил, что вас, что-то обеспокоило. – Он склонил голову на бок и выжидательно посмотрел на меня.

– Видите ли, я ещё не отошла от случившегося происшествия. Не каждый день приходиться быть на волосок от смерти. – Я нервно усмехнулась.

– Простите. Я должен был сразу догадаться, просто…мне показалось, что дело не в этом…

– О, уверяю вас только в этом. – Резко перебила я его, мне не хочется, что бы разговор коснулся чувств.

– Позвольте тогда, я проверю ваш пульс и самолично удостоверюсь, что вам сейчас лучше. Вам ведь лучше? – Марк протянул свою руку, едва его пальцы коснулись моей кожи, меня обдало жаром.

– Нет, ненужно. – Я отдёрнула свою ладонь резче, чем следовало бы.

– Не бойтесь. Я врач.

– Правда?

– Да. У Жана бывают приступы астмы, поэтому я всегда сопровождаю его в длительных путешествиях. – Марк выпрямился и прислонился спиной к скамье.

– Значит, вы просто сопровождаете своего пациента?

– Не совсем. Жан мой друг, хоть у нас и разница в возрасте составляет десять лет.

– Выходит вам двадцать пять.

– Вас это удивляет? – Марк заглянул мне в глаза, желая найти там честный ответ.

– Немного. Я, почему-то решила, что вам не больше двадцати. – Я постаралась придать своему голосу обыденность, но меня действительно удивил этот маленький факт. Внешне мужчина совершенно не выглядит на свой возраст. В его чертах лица всё ещё присутствует юность.

– Я хорошо сохранился. – Парень рассмеялся. Его смех подхватил ветер и пронёс по всей палубе, наполняя моё сердце теплом. Это так глупо радоваться, смеху малознакомого человека, но я действительно счастлива, что слышу его.

– О, вот вы где мисс Жаклин. Вижу вас, похитил мой приятель. – К нам подошёл Жан, его тёмные волосы сегодня завязаны в низкий хвост, а одет он в безупречно отглаженный бежевый костюм.

– Ну что вы Жан. Меня никто не похищал. – Я постаралась беззаботно рассмеяться.

– Я на это надеюсь. – Мужчина бросил короткий взгляд на своего друга и продолжил. – Капитан пригласил меня в свою каюту на ужин, и я подумал, что вы не откажете составить мне компанию.

– Благодарю, но думаю, что это будет не очень уместно.

– Не беспокойтесь. Смит знает о моём намерении. – Отмахнулся он.

– А вы пойдёте? – Спросила я, повернувшись к Марку. Мне не хочется прощаться с ним так быстро.

– Не думаю… – Начал, было, Жан, но Марк уже дал своё согласие.

Каюта капитана, Эдварда Джона Смита, оказалась, невероятно большой и такой же роскошной, как и у пассажиров первого класса. Что естественно. Моё внимание сразу привлёк большой ящик, стоящий в углу каюты, он похож на гроб, но этого просто не может быть. Гроб на Титанике? Безумие, вымысел.

– Мне кажется, мы увеличили скорость? – Поинтересовался Марк.

– Да, я отдал приказ, хочу показать, на что способен этот гигант. – Ответил капитан, самодовольно улыбаясь.

На мужчине безупречно белый костюм с золотыми пуговицами, котелок под цвет, волосы полностью во власти седины, так же как и длинная борода. Мне он кажется, немного сумасшедшим и это внушает тревогу. Может мне просто, кажется? Я же не отошла от случившегося, а в таком состоянии, только что не привидеться.

– Простите сэр. – Обратилась я к Смиту. – Что за ящик стоит у вас вон там, в углу?

Капитан повернулся лицом в ту сторону, куда я указала. С полминуты он стоял молча, словно в оцепенении.

– Это мумия. – Монотонно ответил он.

– Мумия? – Ахнула я.

Этого не может быть. Кому в голову пришла эта сумасшедшая идея, везти мумию на лайнере? Я не суеверная, но многие знают, что трогать мумий нельзя, так же как и разорять их гробницы. Мёртвые должны оставаться в своих могилах, не к чему их тревожить.

– Да моя дорогая. – Подхватил Жан, его глаза загорелись странным огнём. – Это уникальная мумия. Множество веков никто и не подозревал о её существовании, были легенды, ходили слухи, но ничего подтверждающего её существование не было обнаружено долгие годы. А однажды, нам с Марком повезло. Мы наткнулись на верный след и как собаки-ищейки взяли его и пошли по нему. Это останки египетской прорицательницы времён фараона Аменхотепа IV.

– А вам не кажется это неправильным? – Поинтересовалась я. У меня дрожь идёт по телу, когда я вижу этот взгляд. Он восхищён, зачарован находкой.

– Нет, напротив. Мне кажется это великим прорывом, мы сможем изучить её досконально, сделать выводы. Мы сможем заглянуть в прошлое. – Всё так же с восхищением продолжил Жан.

Я посмотрела на Марка, он всё это время сидел молча, его взгляд устремлен на гроб, брови сдвинуты, челюсть медленно ходит из стороны в сторону и не похоже, что он, также заворожен этой находкой, как и его друг. Всё это время мистер Смит, не проронил ни слова, его взгляд блуждает по каюте и кажется отстранённым, словно он сейчас находиться не с нами, а совершенно в другом мире.

– Хотите взглянуть поближе? – Предложил Жан.

По моей спине пробежал холодок, ноги вопреки протестам разума понесли моё тело вперёд. И вот я уже стою и смотрю на гроб. Это обычный деревянный ящик потрёпанный временем. Жан приподнял крышку, и я увидела мумию, точно такую же, как на фотографиях в газетах и книгах, скелет обмотанный тканью. В изголовье мумии лежит амулет с изображением Осириса, как мне сказал Жан.

– Что значит надпись на амулете? – Поинтересовалась я, пристально всматриваясь в письмена на незнакомом мне языке.

– Восстань из забытья и одним взглядом победи всех, кто встанет на твоем пути. – Ответил неожиданно подошедший Марк.

Мне вновь стало дурно. Это уже слишком. Одно дело знать о проклятьях и совсем другое услышать одно из них.

– Так значит, за этим вы едите в Нью-Йорк? Вы везёте мумию! – Мой голос сорвался под конец. – Это неправильно!

Я выбежала из капитанской каюты, меня поглотила тьма за пределами Титаника. Пассажиры уходят с палубы, некоторые вернуться в свои каюты, другие же будут развлекаться обществом друг друга. Луна показалась намного ярче и больше, а звёзды ближе. В висках стучит пульс, перед глазами стоит образ мумии. Я бросила на неё два беглых взгляда, но её силуэт чётко отпечатался у меня в памяти, во всех подробностях, которые я не могла заметить всего за пару секунд.

– Жаклин постойте, прошу вас. – Обернувшись, я увидела приближавшегося Жана.

– Я не понимаю, что вас так огорчило? – Подойдя ближе, спросил он, на лице искреннее удивление.

– Как вы можете этого не понимать? Вы потревожили гробницу, вы везёте мумию на пассажирском лайнере с ничего неподозревающими людьми. Я уверенна, если бы они знали о своём соседстве, то большинство бы отказалось от поездки и вернуло билеты. Но вы умолчали. – Я всплеснула руками.

– Я прошу прощения, но я не могу ничего исправить.

– И вы открыли этот ящик, тем самым навлекая на себя беду. – Пропустив его последние слова, продолжила я.

– Прошу вас Жаклин, не будьте суеверной. Это всего лишь сказки. Миф. – С мольбой произнёс Жан.

Я прислонилась к стене и тяжело вздохнула. Возможно, я и правда, слишком суеверна. Но я не могу переменить своё мнение в мгновение ока и по повелению. Температура воздуха резко понизилась, мне стало прохладно. Пальцы онемели. Где-то вдали раздался колокольный звон. Я посмотрела на Жана, он удивлён также как и я.

– Что это значит? – Спросила я.

Прозвучало ещё два удара.

– Этого не может быть. – Прошептал Жан.

– Чего не может быть?

– Прямо по курсу находится какой-то объект. – Его акцент усилился, и я с трудом разобрала, что он сказал.

– Мы же обойдём его? – С тревогой спросила я.

– Конечно.– Уже уверенно ответил мужчина. – Титаник самый лучший лайнер.

Удар. Всё судно сотряслось, меня откинуло в сторону. Я упала и рассекла колено. Жан ухватился за дверную ручку и смог избежать падения. Что-то не так. Мы во что-то врезались, но этого же не может быть, объект находиться далеко…Или он уже был рядом? Его поздно заметили.

Я поднялась, и мы с Жаном быстрым шагом пошли вдоль палубы, внимательно всматриваясь в низ. Темно, ничего не видно.

– Сэр, мисс. Прошу вас пройти в столовую. – Сказал матрос проходящий мимо.

– Что случилось? – Спросила я, подбежав к нему.

– Всё хорошо. Не волнуйтесь. Просто делайте, как я вам сказал. – Таков был его спокойный ответ.

– Пойдём. – Жан подтолкнул меня к выходу.

В столовой собрались пассажиры, они медленно расхаживают, пьют предложенное им шампанское и интересуются друг у друга, почему их здесь собрали. Никто не знает ответа на этот вопрос. Вскоре появился один из членов команды, а следом за ним другие, у каждого в руках белые спасательные жилеты. Это плохой знак. Значит, мы тонем.

– Дамы и господа прошу вас соблюдать спокойствие и надеть спасательные жилеты. Никакой опасности нет, это обычная мера предосторожности.

– Жан мы тонем. – Сказала я, повернувшись лицом к мужчине.

– Нет. Вы же слышали, что всё в порядке. – Ответил он спокойно.

– Мы тонем! – Громко и уверенно заявила я.

Надев жилет, я побежала в нижние отсеки. Титаник спокоен, но я чувствую, что это всего лишь иллюзия. В нижнем отсеке суматоха, слышно множество голосов, на различных языках. Подойдя ближе, я увидела железные решетки, удерживающие пассажиров, на полу вода. Мы пробили дно.

– Выпустите их! – Закричала я.

– Нет мисс. Идите наверх, там готовы спасательные шлюпки. – Ответил мужчина в форме команды.

– Вы предлагаете мне спасаться, в тот момент, когда эти бедные люди будут гибнуть здесь?

– У нас много шлюпок никто не погибнет.

Я побежала на верхние уровни, крича, что мы тонем. Многие посчитали меня сумасшедшей. Они все, как один твердят, что Титаник не потопляем. Первые шлюпки спустились на воду, полупустые. У меня в голове мелькает множество мыслей, но я смогла найти главную. «Мне нужно найти Марту».

– Сперва женщины и дети. – Донёсся до меня голос.

Кто-то протолкнул меня вперёд и попытался усадить в шлюпку, но я вырвалась. Я не могу спасаться, когда у других нет такого шанса, когда моя подруга всё ещё здесь и ничего не подозревает. Но что мне делать? Как можно помочь? И где капитан, почему он молчит, что мы идём ко дну? Люди должны знать правду, они должны чувствовать, что их капитан держит всё под контролем.

В воздух взлетела первая сигнальная ракета, разлетевшись искрами.

Капитана я нашла в его каюте, когда пробегала мимо. Он стоит на коленях около ящика с мумией, дверь в каюту открыта настежь. Я потрясла Смита за плечо. Первую минуту он меня не замечал, а когда повернул голову, я увидела остекленевший взгляд, напугавший меня до ужаса. Закричав, я как можно скорее покинула его каюту. На выходе столкнулась с Марком.

– Мы тонем. – Задыхаясь, прошептала я.

– Знаю. – Тихо ответил он.

– Капитан…Смит…Он… – Заикаясь, забормотала я, но так и не смогла сказать ничего вразумительного.

Марк скрылся за дверью капитанской каюты. Он быстро вернулся, схватил меня за руку и потащил прочь. Вскоре мы нашли Жана, спокойно разгуливающего по проходу. Марк что-то быстро стал объяснять другу, и современен его спокойствие сменилось на ужас. Он наконец-то понял, что происходит в действительности.

– Нужно срочно убираться с лайнера. – Сказал Марк. Он по-прежнему крепко сжимает мою ладонь.

– Я не могу бросить Марту. Мне нужно найти её! – Закричала я.

Мы побежали в мою каюту. Моя дорогая Марта спала безмятежным сном и не о чём не подозревала. Я потрясла её за плечи и едва глаза девушки приоткрылись, закричала:

– Мы тонем! Нужно бежать к шлюпкам!

Девушка ещё не смогла понять сказанного, как я, схватив её за руку, потащила на палубу, за нами следом бежали Марк с Жаном. Марта судорожно оглядывалась по сторонам, постепенно понимая, что происходит, её тело стала бить дрожь. Я скинула свой спасательный жилет и надела на подругу, вопреки её протестам. В шлюпке осталось ещё пару мест, я протолкнула подругу вперёд и усадила.

– Я не могу спастись без вас. – Запротестовала она, её глаза расширены и в них не поддельный страх настолько сильный, что часть его передалась и мне.

– Всё будет хорошо. – Заверила я её.

– Нет. Ваш батюшка не простит мне этого, я должна быть с вами.

– Я сяду в следующую шлюпку. Обещаю, я не погибну сегодня здесь. Вскоре мы встретимся. – Взяв девушку за руки, пообещала я.

Шлюпку стали опускать, Марта не сводит с меня глаз полных страха. Вскоре она скрылась из поля зрения, и я отчаянно помолилась Богу, что бы он сохранил жизнь моей подруге.

Началась паника. Все поняли, что это конец и стали спасаться. В 01:40 выпущена последняя сигнальная ракета, шлюпки стали загружать полностью. Допущены пассажиры третьего класса. Жан с Марком несколько раз пытались посадить меня в шлюпку, но я категорически отказалась покидать их.

– Ты не понимаешь! – Закричал Марк, после моего очередного отказа. – Мы идём ко дну. Дальше смерть.

А я и правда, ничего не понимаю. В голове сумбур. Инстинкт самосохранения отключен. Освещение замерцало, грозя совсем погаснуть. Марк подхватил меня на руки и, пробравшись через толпу, посадил в шлюпку. Я не успела сообразить, что происходит, как нас стали опускать. Женщины успокаивают детей, но у самих страх на лицах и слёзы в глазах.

Я посмотрела вверх и увидела удаляющиеся лица моих новых друзей. Сердце защемило. Шлюпку тряхнуло, и один её край накренился, на меня повалилось множество дам. Я не смогла удержать их вес и упала. В последний момент мне чудом удалось ухватиться за борт одного из ярусов парохода. Кто-то помог мне взобраться. Я не успела поблагодарить его, он уже убежал дальше по проходу.

Погасло электричество, погрузив лайнер в темноту. Раздаётся сильный треск, Титаник ломается на две части. Я кочусь вниз. Пытаюсь ухватиться за всё, что попадается под руки. Меня хватает сильная рука. Лицо Марка бледное, но он крепко держит меня. Пытаемся подняться выше, раздаётся ещё один оглушающий треск. Титаник раскололся на три части. Мы не удерживаемся и падаем.

Сильный удар о холодную воду. Покалывание во всём теле, отсутствие горячей руки сжимающей мою. Темнота. Меня воронкой затянуло, и я тяжёлым камнем пошла ко дну, теряя сознание и чувствуя только сильную боль. А дальше забвение и пустота.

## Глава 4.

Я открываю глаза, но ничего не могу разглядеть, всё тело онемело, словно оно больше не моё. Пытаюсь вспомнить, что произошло, но не могу. Очертания окружающей обстановки расплываются. Концентрирую зрение, вскоре всё становится чётче. Я нахожусь в чей-то каюте, она не моя – это я знаю точно. Другая мебель, обстановка и стиль.

Всё кажется обычным, но если присмотреться, то можно увидеть, что вся поверхность покрыта толстым слоем ила, мебель разбросана, а большая её часть сломана. Что-то не так. Титаник не может так выглядеть. Я встаю с кровати, от моего движения поднимается слой грязи, он медленно начинает кружить. И тут я с ужасом замечаю воду, которая заполняет собой всё пространство. Быстро провожу рукой из стороны в сторону, движение сопровождают пузыри. Из горла вырывается вскрик. Быстро закрываю лицо ладонями и задерживаю дыхание.

Но в этом нет необходимости. Я могу дышать под водой и это совершенно не нормально. В голове появляются картинки: крушение Титаника, горячая рука, держащая мою и падение. Я упала в ледяной океан и должна была умереть, но я жива. Или мне только кажется? Нет. Я жива, я ощущаю своё тело, могу почувствовать боль, ущипнув себя. Что же произошло, почему я не умерла?

Вопросы, в голове роятся только вопросы и ни одного ответа. Нужно выбираться отсюда. Как можно скорее. Толкаю дверь, она не поддаётся, предпринимаю ещё одну попытку в этот раз, навалившись всем телом, с трудом, но мне удаётся открыть её. Не успеваю я шагнуть, как на меня налетает какое-то существо. По очертаниям оно похоже на человека, но его кожа серая, а местами её и совсем нет, половину лица составляют только оголённые кости, одежда разодрана в клочья, подбородок и зубы в крови. Существо вцепилось своей костлявой рукой мне в шею и повалило на пол. Я закричала. Мне ещё никогда не приходилось видеть таких ужасных существ.

Моё тело извивается, пытается спихнуть груз придавивший его. Ударяю существо в челюсть первым попавшимся под руку предметом и со всей силы толкаю, оно сползает с меня и пока приходит в себя, я кидаюсь бежать. Мне удаётся пробежать, только несколько метров, что-то хватает мои волосы и тянет назад. Я хватаюсь за них и тяну на себя, затем поняв, что это бесполезно, разворачиваюсь и пытаюсь отбиться ногами, но существо не обращает на мои удары никакого внимания. Они не причиняют ему вреда. Голова уже болит, приличный кусок волос остался в другой руке чудовища, и они прилипли к его костям. Вблизи, что-то блестит, мне потребовалась секунда, чтобы понять, что это нож. Я хватаю его и, не задумываясь, отсекаю большую часть своих волос. Чудовище катится назад, использую выигранное время, и крепко стиснув в руке нож, бегу вперёд по проходу.

Что всё это значит? Может я всё же умерла и попала в ад? Нет! Всё до ужаса выглядит реальным.

Я бегу, постоянно оглядываясь назад, боюсь увидеть, что это существо гонится за мной. Никого. Возможно, мне удалось с ним справиться. Пробежав крутой поворот, я врезаюсь в кого-то. Из горла вырывается крик. Заношу нож, готовая убить монстра, но он зависает в воздухе, кто-то перехватил мою руку.

– Жаклин? – Этот голос, я его знаю.

Поднимаю голову и мои глаза встречаются с его. Значит, он тоже не спасся. За спиной Марка стоит небольшая компания. Я беглым взглядом окидываю их, но моё сознание не в силах запомнить хоть кого-то, единственный человек с которого я не хочу и не могу отвести взгляд – Марк.

– Что это? – Выдыхаю я.

Меня заключают в крепкие объятия. Мы не были с ним близки, и такое проявление чувств меня немного смутило, но и в тоже время обрадовало.

– Жан! – Закричал парень.

Из-за поворота быстрым шагом вышел Жан, но увидев меня, он замер на месте и с полминуты рассеянно переводил взгляд с меня на друга. Вскоре, убедившись, что я реальна, подбегает и крепко обнимает.

– Мы думали, что ты уже не очнешься. – Прошептал он.

– Что всё это означает? Где мы? – Наконец-то задала я мучившие меня вопросы.

– Мы на затонувшем Титанике. – Ответил Марк, опустив взгляд.

– Как такое возможно? Я дышу! Под водой.

– Мы все можем дышать под водой…

– Эй, ребята! – Окликнула парней девушка с рыжими волосами, стоявшая позади Жана. – Думаю, что здесь неподходящее место для объяснений. Мы на её территории.

– На чьей? – Спросила я.

– Нет времени. Нужно убираться отсюда. – Сказал Жан, вертя головой во все стороны.

Марк взял меня за руку и потянул вперёд. Я не стала сопротивляться и задавать вопросы. По лицам собравшихся я поняла, что они все напуганы. Мы бежали очень быстро, то спускаясь, то поднимаясь, минуя препятствия в виде разломанной мебели или огромных дыр в полах. У меня в голове так и не укладывается, как всё произошедшее может быть реальным. Всё это очень похоже на кошмарный сон, только вот я с каждой секундой убеждаюсь в его ненормальной реальности.

Когда мы выбрались на верхнюю палубу, я сразу заметила впереди, метрах в шестистах, носовую часть Титаника, отломавшуюся при крушении. Компания из десяти человек, держась за руки и не сбавляя темпа, несётся прямо туда. Я уже собралась закричать, когда все как один подпрыгнули и сорвались в низ, но вскоре мы оказались на оторванной части лайнера. А ещё, что удивительно, кроме того, что за секунду нам удалось преодолеть шестьсот метров то, что эта часть выглядит точно так же, как и в тот последний момент, когда я была на ней.

Нет ржавчины, разрушений, если не считать самого места разлома, и никаких мимо проплывающих рыб. Марк, не отпуская моей руки, повёл меня на нижний уровень, в каюту, где стоит множество кроватей и ящики с оружием. Только сейчас я заметила, что у всех десяти человек за поясом висит пистолет и нож. Марк усадил меня на одну из кроватей, парни сели напротив, а остальные остались на палубе.

– Теперь вы можете мне всё объяснить? – Спросила я, посмотрев сперва на Жана, затем на Марка.

– Мы и сами много не знаем. – Начал Жан. Глубоко вздохнув, он продолжил. – После крушения я очнулся и увидел обломки, мне стало страшно. Со временем я понял, что нахожусь под водой и могу дышать, мне больше не требуется кислород. Ещё я обнаружил множество бездыханных тел, но вскоре некоторые из них очнулись. Кто-то раньше, кто-то позже.

Мы собрались кучкой и попытались всё осмыслить. Прошлись по Титанику и наткнулись на гроб с мумией, той самой, что мы везли в Нью-Йорк. Она лежала неподвижно и совершенно невредима…но затем…Она встала. Вот так просто взяла и встала, словно живая. Я испугался и кинулся бежать. Мне повезло. Все до кого она успела докоснуться, стали чем-то вроде зомби из страшных историй. Как только она отдала приказ, все обращённые, как один кинулись в мою сторону. Мне ничего не оставалась, кроме как спасаться бегством. Тогда я и обнаружил это место, куда ни мумия, ни её слуги не могут прийти. Не знаю почему. Но факт есть факт.

У меня закружилась голова от услышанного. Мумия стала живой. Это невозможно, но я, же сейчас нахожусь под водой на затонувшем лайнере и это тоже невозможно, однако всё именно так.

– Что же нам теперь делать? – Спросила я.

– Мы не знаем. – Приподнявшись, ответил Марк. – Мы уже очень давно пытаемся выбраться, но нам это не удаётся. Титаник окружён каким-то барьером, не пускающим нас за его пределы. Всё, что нам остаётся это сражаться и попытаться убить мумию.

– Но она, же и так мертва. Как её можно убить?

– У нас есть догадка. – Жан упёрся руками в колени и продолжил, переведя дыхание. – В гробу вместе с мумией был амулет, на котором написано «Восстань из забытья и одним взглядом победи всех, кто встанет на твоем пути». Так вот мы думаем, что если уничтожить его, то мумия исчезнет. Ведь это он даёт ей её силу.

– А что если эта теория окажется неверной?

– У нас нет другого выхода. Это всё, что мы смогли придумать. – Марк присел рядом со мной.

– Как же нам найти этот амулет, среди стольких обломков?

– Мы обследовали уже большую часть Титаника. Нам осталось немного. Жаклин, мы должны его найти. – Жан заглянул мне в глаза. Он ищёт в них поддержку.

– Я помогу. – Ответила я. Да и что мне ещё остаётся делать?

– Это слишком опасно. – Запротестовал Марк.

– Опасно находиться под водой в плену Титаника. – С Жаром возразил его друг.

– Парни, что это за существа с ободранной кожей? – Я решила отвлечь их от спора и заодно найти ответ, хоть на один свой вопрос.

– Пассажиры, которых коснулась прорицательница. – Ответил Жан.

Я ахнула. Значит все эти люди, которых она коснулась, превращаются в её подобие. Это ужасно. Нужно, как можно скорее найти амулет с изображением Осириса-Бога возрождений и царя загробного мира.

– Жан! – В каюту вошла рыжеволосая девушка. – Нам нужно обсудить следующую вылазку, так как эта прервалась…неожиданно. – Она с призрением посмотрела на меня своими зелёными глазами. Её когда-то красное длинное платье теперь оборванно выше колена, а волосы завязаны верёвкой и заплетены в косу.

– Да Элизабет. Скажи остальным пусть войдут.

Элизабет кинула на меня ещё один презрительный взгляд и скрылась за дверью.

– Так значит ты у них главный?

– Я очнулся одним из первых и уже давно здесь.

– Сколько? – Впервые мне стало интересно, сколько мы здесь уже.

– Я не знаю. – Ответил Жан, покачав головой и опустив взгляд.

В каюту вошли остальные члены команды и сели на кровати. Все хранили молчание, пока Жан не заговорил. Он изложил новый план проникновения на Титаник, высказал предположения, где может находиться амулет. Я же подумала, что его уже может и не быть на лайнере. Во время крушения он мог выпасть за борт и быть отнёсённым течением на многие мили. Это всё равно, что искать иглу в стоге сена. Но я промолчала. Этот амулет наша последняя надежа.

– Я хочу представить вам нашего нового члена команды. Жаклин. – Жан указал на меня ладонью.

В мою сторону одновременно повернулось восемь голов. Воцарилось неловкое молчание. Первым его нарушил парень не старше меня, возможно и на год младше, на вид ему лет семнадцать. Он протянул мне руки и сказал, что его зовут Захария. У него светлые волосы и медовые глаза. Следом за ним представились и остальные. Рафаэль – мужчина сорока лет, невысокого роста с тёмными волосами и глазами. Измунд – темнокожий парень, с угольно чёрными волосами и глазами, лет тридцати. Аннабет – невысокая блондинка с голубыми глазами, примерно моего возраста. Нинель – пожилая женщина с виду, но я видела, как быстро она бегает и ловко прыгает, так что если бы я не видела её, то никогда бы не догадалась о её возрасте. Лиза – восемнадцатилетняя девушка с каштановыми волосами и серыми глазами. Харука – девушка лет двадцати пяти, японка, чёрные волосы и карие глаза.

И Элизабет.

Она лишь коротко кивнула стоя в углу и скрестив руки на груди. По всей видимости, я ей не нравлюсь. Только ли из-за сорванной миссии? Кажется, здесь есть, что-то ещё. Я заметила, что мы все понимаем, друг друга, хоть некоторые и говорили раньше при жизни на других языках, а ещё наша речь изменилась. Она стала отчасти чужой, словно в нас произошло столько перемен и мы сейчас уже не мы

Всё время пока шло собрание, Марк молча сидел рядом со мной. Иногда я замечала его обжигающий взгляд на своей коже. Я провела рукой по растрёпанным волосам и вспомнила, о том, как совсем недавно отрезала их. Мне пришлось распрощаться с единственным своим плюсом во внешности. Уверенна, что выгляжу сейчас, как мальчишка. Это так глупо, думать о своей внешности, когда ты и не мертва и не жива. Когда ты застряла на глубине 3750 метров на затонувшем лайнере, который все называли непотопляемым.

## Глава 5.

Оказалось, что нам не нужен сон и еда, и это, на мой взгляд, ещё одно доказательство, что мы неживые. Как нестранно здесь идут часы и только так, мы понимаем, сколько проходит времени с определённого момента и это помогает нам сохранять некоторые ориентиры и связь с жизнью.

Жан сказал, что через семь часов они планируют отправиться в ту часть лайнера, где властвует провидица Аменхотепа. Меня он наотрез отказался брать с собой, на все мои доводы у него находились более весомые. В итоге мне помог Марк, его аргумент оказался весомее, чем все Жана вместе взятые. Парень выдал мне оружие: небольшой пистолет и нож, который я сжимала всё время, с самого моего пробуждения.

Проникнуть на другую часть Титаника нетрудно, главное, чтобы тебя не заметили, но как оказалось это практически невозможно. Как только мы ступили на палубу, на нас сразу напали эти странные существа, что когда-то были людьми. Раздались звуки выстрелов, несколько существ упало и больше не пошевелилось, но с каждым мгновением их становиться всё больше. Погибает один – приходят трое.

Ситуация невыгодная, нас намного меньше. Моего плеча коснулось, что-то острое, это оказалась костлявая рука. Она прочертила четыре полосы, из них вверх поднялась кровь и растворилась в воде. Я онемела и застыла на месте не в силах пошевелиться, меня окутал ужас.

– Вонзи ему нож! – Закричал Марк, его оттеснили в сторону и он не может мне помочь.

Я заношу нож и только царапаю существо, этого времени мне хватает на то чтобы отступить на несколько шагов. Монстр посмотрел на свою рану в груди, она не глубокая, но должна быть осязаемой. Он (по всей видимости, это мужчина) оскалил свои зубы, с подбородка упал кусок кожи. Моё сердце бешено заметалось в груди.

– Убей его! – Вновь закричал Марк.

– Я не могу! – Ответила я, продолжая смотреть, как существо движется в мою сторону, его плечи ссутулены, голова откинута на бок.

– Или ты его, или он тебя. Теперь это наш закон!

– Он же живой! Он такой же, как мы!

Монстр уже вплотную приблизился ко мне, загнав меня в ловушку.

– Нет! ОН уже не такой, как МЫ! – Марк отрезал одному из существ руку и тот с ужасным воплем кинулся бежать.

Я не знаю, как я решилась, но мой нож оказался в груди монстра, войдя в его тело по рукоять. Мои руки забрызгала кровь, вода вокруг окрасилась в красный, рисуя кровавые водяные облака. Я убила его. Я убийца. Закричав, я опустилась на пол. Из глаз потекли горячие слёзы. Я убийца. Убийца…Убийца.

– Нужно уходить. – Сказал мягкий голос, и горячая рука подняла меня. Моё тело дрожит. – Нас ждали! – Обратился Марк к Жану.

– Да. Что-то изменилось, они узнали, когда и где мы появимся. Это несомненно ловушка.– Ответил Жан, его взгляд стал озадаченным.

– Так мы уходим или нет? – Рявкнула Элизабет.

– Да!

Вся команда поспешно побрела к перелому. Я заметила, что многие ранены. Нинель сильно хромает, а у Харуки по щеке струится кровь, у Лизы сильный кровоподтек на щеке. Весь путь меня поддерживал Марк, его ладонь стала для меня путеводной нитью Ариадны.

– Прости. – Прошептала я Марку.

– Ты не виновата. Убивать трудно, но как бы это ужасно не звучала, к этому быстро привыкаешь. – Ответил он, крепко сжав мою ладонь.

– Я никогда к этому не привыкну.

– Не зарекайся.

Когда команда оказалась в своей каюте, то воцарился настоящий хаос, все заговорили громко и одновременно. Каждый строит предположения и выдвигает свои теории, относительно того, как чудовища смогли узнать о наших планах. Громче всех оказалась Элизабет, у неё властный и командный голос.

Время от времени она кидает в мою сторону презрительные взгляды. Мне хочется спросить у неё, что они значат и почему она невзлюбила меня с первой секунды моего пребывания в их компании, ведь ни она ни я друг друга не знаем, и более того никогда не виделись

– Может, они и не знали, что мы собираемся прийти к ним? – Размышляю я вслух.

В один миг воцарилась тишина, все десять человек повернулись в мою сторону.

– Что ты имеешь в виду? – Скривив рот, спросила Элизабет.

– Я говорю, что они могли и не знать о нашем плане…

– О НАШЕМ плене, не ТВОЁМ. – Перебила она меня.

– Элизабет! – Предостерегающе окликнул её Жан.

– Она не член нашей команды! – Вскричала девушка.

Нинель погладила её по плечу, но от этого девушка только сильней разозлилась, смахнула руку женщины, и гневно посмотрев на меня, стала медленно приближаться.

– Ты не член нашей команды. Ты не имеешь права строить свои теории. Может именно ты и есть шпион. Обменяла, своё тело взамен на сведения о нас.

– Нет! – Вскричала я, встав с кровати. – Я не шпион!

– Откуда нам знать?

– Прекратите! – Жан сильно стукнул кулаком по столу и тот жалобно заскрипел. – Хватит, если мы все будим собачиться, то через пару дней поубиваем друг друга.

– Да какой во всём этом толк. Если вы ещё не заметили, мы и так мертвы. Мертвее некуда. – Элизабет сорвалась с места, хлопнула дверью и ушла.

– Прости, она вспыльчива. – Прошептал Марк, стоящий рядом.

– Я схожу. Узнаю как она. – Предложил Захария, точнее сказал это как факт и скрылся за дверью.

Марк уже залечил раны у каждого члена у команды, когда Элизабет появилась, спустя шесть часов. Она больше не метала взглядом молнии в мою сторону, но смотрела всё так же с презрением. Не знаю, как но, похоже, Захарии удалось её успокоить. Я решила, что не могу находиться с ней в одном помещении, поэтому вышла на палубу, точнее на её обломок.

Здесь всегда полумрак, ни один, даже самый сильный солнечный луч не может пробиться сквозь эту толщу воды. Я уже скучаю по солнцу, по тому, как его лучи греют твою кожу, а тёплый ветер треплет волосы, но больше всего я скучаю по отцу. Сколько я тут уже? Наверное, он решил, что меня нет больше в живых, а если это так, то, что с ним теперь, смог ли он пережить это и не сломаться? Каждая потеря ранит, так же больно, как и первая.

А ещё я ни на минуту не могу выбросить из головы свою подругу Марту. Мне не даёт покоя неизвестность. Я не знаю, что стало с ней, смогла она спастись или нет.

Мимо меня проплыли рыбы, следом за ними акула. Я испугалась и отшатнулась в сторону. Если меня могут убить морские зомби мумии, то почему же тогда с таким же успехом не съесть акуле, поэтому я попятилась назад, медленно, пристально следя за каждым движением этой громадины.

– Она тебя не тронет.

Услышав этот знакомый голос, я не испугалась и даже не удивилась, мне кажется, я знала о его приближении и не по шагам. Я почувствовала это на уровне молекул.

– Почему? – Не поворачиваясь, спросила я.

– Для них нас не существует, они даже могут спокойно проплыть через нас.

– Как это? – Этот факт меня удивил.

– Смотри.

Марк подпрыгнул так высоко, что в один прыжок оказался на высокой скале, гордо возвышающейся над останками Титаника, встав на пути акулы, но она его не заметила и проплыла сквозь него. Сперва, мне показалось, что она проглотила Марка, но затем, когда это огромное существо отплыло на пять метров, то я увидела парня, там же, где он и стоял. Он спустился также быстро, как и взобрался на гору.

– Видишь?

– А ты почувствовал что-нибудь?

– Нет. Совершенно ничего, как будто меня лишили чувств. – С грустью ответил Марк.

– Может это и к лучшему. Наверное, неприятно, когда сквозь тебя проплывает тонна. – Попыталась пошутить я, но шутка вышла совершенно глупой и не смешной. Похоже, у меня сдают нервы. Я даже думаю теперь иначе.

Парень слегка улыбнулся. Я спросила его о размерах территории, за которую нас не пускает барьер, ведь насколько я помню, мне говорили, что мы не можем ходить за пределы Титаника, но я сейчас своими глазами видела, как это сделал Марк. Парень объяснил, что на нашей территории барьер шире, чем на другой той, что теперь принадлежит мумии.

Мы ещё какое-то время постояли и посмотрели вдаль, каждый хранил молчание. Наши мысли были совершенно в других местах. Когда мы вернулись, Жан как-то странно посмотрел на нас, но ничего не сказал. Он стоит, склонившись над картой Титаника. Не знаю, где он взял её, но она очень сильно, наверное, помогает им ориентироваться на этом гиганте. Когда я подошла поближе, то заметила, что некоторые комнаты и помещения помечены красными крестами.

– Это отмечены места, где вы уже искали амулет? – Предположила я.

Жан коротко кивнул. Похоже, он не настроен на разговоры. Я заметила, что мужчина сильно изменился, раньше ему не нужны были поводы, чтобы поговорить со мной, но не сейчас. В который раз подмечаю, как сильно изменилось наше существование.

– Он у нас мозг. – Сказал подошедший Измунд. – И знаешь очень хороший, благодаря ему мы все ещё живы. Он множество раз вытаскивал нас с того света. Того, что должен находиться под землёй, а мы по всей видимости попали в третий, который и не то и всё.

– Как думаешь? Мы сможем вернуться? – Спросила я его.

– Наверное. Некоторым это удалось.

– Правда? – Я сильно удивилась, если кому-то удалось выбраться отсюда, то почему остальные до сих пор здесь.

– Да. Но это получилось случайно, мы до сих пор не знаем, как это работает. Просто человек попадает в некую воронку, его кожа приобретает естественный цвет полный жизни и ему становиться трудно дышать, а за тем он поднимается вверх и минует барьер. – Измунд поднял мечтательный взгляд и посмотрел на потолок, но я готова поклясться, что он видит, как поднимается на поверхность, как солнце становиться всё ближе и ближе, голубое небо нависает над его головой, вдыхает воздух полной грудью.

Дышать это так естественно, что мы об этом никогда не задумываемся, пока нас не лишают этой возможности. А ещё сон, плотность, гравитация и жизнь. Всё это может исчезнуть в один миг, погрузив тебя в кокон неспособностей.

– На самом деле всё немного иначе. – Начал Марк. – Мы не знаем, что действительно происходит, ведь всё, что описал Измунд, начинается после того, как человека или зомби убили. Так что возможно человек просто так умирает и не возвращается к жизни на поверхности.

Теперь понятно, почему на самом деле, никто по собственной воле не торопиться обретать мнимую свободу.

Время полетело стремительно, это я знаю только по бегущей стрелке на часах но, сколько именно дней я здесь сосчитать не удаётся, я постоянно сбиваюсь. Время на Титанике идёт совершенно по-другому. Неудивительно, что никто так и не смог его сосчитать. Интересно, какой сейчас год, всё ещё 1912? Может время в том мире, что лежит на поверхности остановилось. Или же наоборот побежало с бешеной скоростью, оставив нас здесь в забытье?

– Мы больше не можем отсиживаться тут! – Вскричала Элизабет, обращаясь к Жану, склонившемуся над картой.

– Что ты предлагаешь? – Не отрывая взгляда, спросил он.

– Действовать.

Все оторвались от своих пустячных дел: игры в карты, безделья, разговоров и фантазий, и посмотрели на Элизабет.

– Ты хочешь, чтобы мы ещё раз пошли на лайнер? – Посмотрев на девушку, спросил Жан.

– Да! – Уверенно ответила та.

– Мы не можем рисковать. – Жан вновь перевёл свой взгляд на карту.

– За то мы будем знать, что ещё на одну комнату ближе, к своей цели.

– Кто-то может погибнуть. Ты можешь умереть.

– Это лучше, чем жить так. – Впервые я увидела боль в её глазах, вместо привычной ненависти.

– Я думаю, она права. Нам нужно ещё раз попытаться. – Поддержала я Элизабет. Она сделала вид, что ничего не слышала.

Вот так мы и решили сделать ещё одну попытку. Возможно, в этот раз мы сможем пробраться хоть куда-то, ведь теперь знаем, что нас может поджидать там. Я не знаю, правда ли то, что кто-то из нас может быть связан с провидицей и сообщает ей все наши планы. Мне кажется это не возможным, ведь я не видела ещё ни разу, чтобы кто-то покидал наш осколок Титаника и отправлялся в логово врага. Но знать, что-то наверняка не возможно.

– Жан. – Окликнула я мужчину, когда он стоял на палубе и смотрел на Титаник.

– Да?

– Мы ведь сможем?

– Что? – Он посмотрел на меня и в его глазах отчётливо видна грусть.

– Вернуться домой.

– Да. Если от нашего дома ещё что-то осталось.

– Почему ты так решил? – Меня сильно озаботил его голос, когда он это говорил. Он словно точно знает, что наших домов больше нет и наших прежних жизней тоже.

– Потому что я здесь уже больше ста лет.

## Глава 6.

Настало время ещё одной попытки пробраться на другую часть лайнера. В этот раз мы учли многие неожиданности, которые могут подстерегать нас там. Команда шагает как можно тише, я поражаюсь, как нам удаётся ходить под водой, преодолевать с лёгкостью её сопротивление, но думаю, что современен я привыкну ко всему этому.

Жан идёт впереди, он внимателен и сосредоточен, я же нахожусь в рассеянности. Мне так и не удалось избавиться от мысли, что он здесь уже сто лет. Как он может быть так долго на дне океана и совершенно не измениться. Если в моём случае предположить, что я находилась в неком подобии летаргического сна и таким образом, совершенно фантастическим, сохранила свой прежний вид, то, как же это всё удалось Жану? Как он смог прожить сто лет? Как ему удалось сосчитать это время, ведь все остальные не смогли сделать это? Время здесь становиться таким же жидким, как и вода, поглотившая наши жизни.

Мы вошли в спортивный зал. Все имеющиеся здесь тренажёры покрылись густым слоем ила и проржавели, как и всё на Титанике. С потолка свисают длинные водоросли, они как паутина заполонили самые укромные уголки.

– Давайте разделимся. Каждая пара просмотрит отдельную часть зала, но помните действовать нужно как можно тише. – Сказал Жан, пробежавшись взглядом по своей команде.

Он разделил нас по парам. Мне достался Измунд. Отправившись в отведённую нам часть комнаты, принялись, как и было велено, бесшумно разбирать завалы в поисках амулета. Спустя некоторое время, мои руки были полностью покрыты толстым слоем ила, который вода не в силах смыть с моей кожи. Через некоторое время поиск заканчивается, вся территория, отведённая нам с Измундом, просмотрена и ничего ценного не найдено. У меня в голове проскочила мысль, что амулета нет на Титанике или, что ещё хуже он у провидицы.

– Здесь ничего нет, Жан. – Сказала Элизабет, пнув ногой ящик с гирями.

– Тише. – Зашипел Жан. По его лицу видно, что он сейчас с удовольствием бы накричал на девушку, но должен соблюдать тишину.

– Ты, что хочешь нас выдать? – Спросил Марк, который был в паре с Элизабет.

– Нет. Но это не имеет никакого значения, они уже здесь.

Все повернулись к выходу, там действительно стоит небольшая кучка зомби (буду их так называть, потому что они на них очень сильно похожи). В костлявых руках у них огромные клинки, точно такие же я видела на картинках в книгах о пиратах, которые любила читать в детстве. Я с огромным огорчением поняла, что наши ножи не смогут противостоять клинкам, а ружья, как объяснил вчера Жан, стараемся использовать только в крайних случаях, ведь запас патронов ограничен.

– Не так много, как я ожидал. – Сказал стоящий рядом Измунд, он уже вытащил из-за пояса свой нож.

– Ну, что ребята зададим им хорошую трёпку? – Радостно спросил Захария, перепрыгивая с ноги на ногу.

Я в серьёз забеспокоилась о его самочувствии. Как он собирается сражаться с кучкой монстров вооружённых клинками, когда у него пара пуль в пистолете и маленький нож в руке? Не успела я додумать свою мысль, как парни кинулись на зомби, те с опозданием, но всё же приняли бой. Они уклонялись от ударов противников, как в замедленной съемке, но в ловкости и точности нанесения своих им нет равных, словно их каждый день тренируют.

Девушки не остались в стороне и тоже кинулись в бой, на помощь парням. Зомби оказалось не так уж и много, как мне показалось сперва, всего шесть. Пять отбиваются от десятерых. Я стою на прежнем месте, меня вновь окутал страх и ужас. Не хочу больше никого убивать. Меня так поглотили собственные переживания, что я не заметила, как один из зомби отделился от своих и теперь идёт на меня.

– От-та-дай. – Прорычал он.

Я не поняла, что он говорит. Существо продолжает идти на меня, повторяя это слово. Вскоре я поняла, что оно говорит. «Отдай», но что я должна отдать, у меня ничего нет, кроме моей жизни. Вряд ли он будет просить меня отдать ей, он просто возьмёт её без разрешения, как делал до этого.

Мои руки сами достали нож, пока мозг находится в ступоре. Я направила свое небольшое оружие на зомби. «Уйди». Без остановки повторяю я и пячусь назад, как в прошлый раз. История повторяется, у меня случилось дежавю. Вытягиваю нож вперёд, готовая защищаться. Но тут зомби падает, точнее верхняя часть его, нижняя, же остаётся стоять ещё секунду. Кровь брызжет во все стороны, запачкав мне лицо и Марка, который разрубил клинком, монстра.

Мой мозг прокручивает в памяти эту сцену, прорисовывая все подробности, которые я не могла запомнить, но запомнила. Все до единой, теперь я даже уверенна, что слышала звук рвущейся кожи и хруст разрубленных костей. Видела, как будто под микроскопом, этот срез плоти, густую почти тёмную кровь, которая сначала медленно, затем быстрей потекла и в конце разлетелась столпом брызг. Я даже услышала последний стук сердца, и как мне показалось вздох облегчения.

– Жаклин? Ты в порядке? – Спросил Марк.

Странный вопрос, если учесть, что у тебя на глазах только что разрубили человека, хоть уже и ставшего зомби. Но я ответила:

– Да. Я в порядке.

– Думаю, нам пора уходить, ведь могут появиться и другие, раз уж эти знали, где нас искать. – Сказала Харука, вытирая руки о подол платья.

Мы покинули лайнер, так же бесшумно, как и пришли. На пути нам ни кто не попался, но у меня было ощущение, что кто-то смотрит тебе в спину взглядом полным ненависти и дышит в затылок. Неприятное чувство, учитывая все мистические обстоятельства происходящие сейчас. Ты невольно начинаешь верить своему разыгравшемуся воображению и принимать всё за чистую правду.

– Вы до сих пор думаете, что никто из врагов не следит за нами и не может находиться среди нас? – Вскричала Элизабет, когда мы вернулись на свою часть лайнера.

– Чего ты добиваешься? – Закричал Жан. Я впервые вижу его таким злым и в тоже время совершенно выбившимся из сил.

– Хочу, что бы ты наконец-то раскрыл глаза и сопоставил все факты. Понять, кто предатель не так уж и трудно!

– Ты имеешь в виду меня? – Спросила я, сразу сообразив, о ком она говорит.

– Да! – Уверенно ответила девушка, пристально посмотрев на меня.

– Хватит Элизабет. – Вмешался Рафаэль. – Это бред. Мы уже обсуждали всё. Никто из нас не может быть шпионом.

– Ты так уверен? А ведь всё это началось с её появления. – Не отступила Элизабет.

– Что началось? То, что на нас нападают слуги провидицы? Но если ты не заметила, они нападали на нас и раньше. Нет ни каких оснований подозревать кого-то из своих. – Измунд скрестил руки на груди.

– Я вижу, вы все слепы. Но я буду следить за ней. Я не спущу с тебя своего взора. – Прошипела девушка, подойдя ко мне вплотную.

– Следи, сколько хочешь. – Твердо заявила я.

– Надеюсь, мы к этой теме больше не вернёмся. – Сказал Жан, всё ещё злясь.

– Как пожелаете, Капитан. – Элизабет отдала честь и вышла из каюты.

– Рафаэль. Захария. Сходите на разведку. – Приказал Жан. – Измунд и Нинель – Займитесь своими разработками, они нам в скором времени пригодятся, Лиза и Захария – поищите оружие, может нам всё же повезёт.

Я не знаю, какие это разработки и спрашивать не стала. Меня и так считают шпионом. Все занялись своими делами. Нас в каюте осталось только трое. Марк с Жаном склонились над картой и что-то шёпотом обсуждают. Я же сижу на своей кровати, подтянув колени к подбородку, и раскачиваюсь из стороны в сторону.

В последнее время столько всего произошло. По моим подсчётам, должно было пройти три дня с моего пробуждения, но недавно я заметила, что Жан написал в своём блокноте «Жаклин. Три года». Как ему удаётся считать это жидкое время, я до сих пор не знаю

Три года.

Три года.

Три года.

Как мантру шепчу я. Надеюсь, что время повернётся назад, и я не окажусь на Титанике. Не поеду в Нью-Йорк, а останусь с отцом, как он и просил меня. Но оно не поворачивается вспять, а только плотней окутывает меня.

– Жаклин, подойди. – Позвал меня Жан.

Я подошла, остановилась у столика и молча, стала ждать, что он скажет, но Жан не торопился. Марк не посмотрел в мою сторону, когда я бросила взгляд в его сторону и у меня, так глупо и по девчачьи защемило сердце. Я, всё ещё испытываю к нему чувства. Даже находясь в состоянии, когда ты и не живая и не мёртвая, я могу любить его.

– Я хочу узнать всё о том времени, когда ты очнулась и, что происходило с тобой, пока ты не встретила нас. – Наконец-то сказал Жан.

– Не понимаю, зачем тебе это нужно. Рассказывать, в общем, и нечего…

– И всё же я прошу тебя рассказать. – Настоял он.

Я рассказала, всё до мельчайших подробностей, которые смогла вспомнить. Когда закончила свой рассказ, то заметила, что мужчина не удовлетворён услышанным, он жаждал узнать, что-то другое. Спросить, что не позволил Марк. Когда я уже открыла было рот, он еле заметно покачал головой, и я тут же умолкла.

Все вернулись ровно в восемь часов дня. Настала очередь следующей группы идти на разведку. Я вызвалась добровольцем, так как не хочу больше сидеть в каюте, лучше буду бродить по палубе и наблюдать за происходящим вокруг. В этом и заключается задача патруля, смотреть и подмечать всё необычное, вдруг удастся выяснить, что-то новое или зомби смогут пробраться сквозь защищающий нас барьер. Следом за мной на разведку вызвался Марк. Жан крепко стиснул зубы, но всё же согласился поставить меня и Марка сегодня в патруль. Я уже давно заметила, что былые когда-то неразлучные друзья теперь ведут себя осторожно и настороженно в присутствии друг друга, между ними словно пробежала чёрная кошка.

– Что Жан хочет выяснить, узнав о том, как я пробудилась? – Спросила я напарника, когда мы сидели на одной из скамей и смотрели на оторванную часть лайнера.

Если забыть, что мы подводой, то можно поддаться иллюзии, что ничего не изменилось, мы, словно продолжаем плыть в Нью-Йорк.

– Он хочет, понять, почему мы просыпаемся, почему не все одновременно. Видишь ли, Жан считает, что у каждого пробуждения есть своё время, и он хочет понять для чего ты пробудилась именно сейчас, когда он был готов сдаться. – Марк накрыл мою ладонь своей, по моему телу пробежался электрический разряд.

Я глубоко вдохнула и задала свой второй вопрос:

– Вы не пытались подавать сигналы SOS?

– Пытаемся, каждые шесть дней по нашему времени, но еще, ни разу, никто не ответил. – В его глазах промелькнула грусть.

– Может сигнал не доходит?

– Не знаю, но люди спускают сюда время от времени странные подводные машины, они забирают разные вещи и уплывают. Жан боится, что амулет мог оказаться, в чём-то, чего у нас теперь нет.

– Если мы обыщем весь лайнер и ничего не найдём, что нам делать дальше? – Я постаралась, что бы мой голос звучал спокойно, однако в нём отчётливо слышались нотки паники.

– Не знаю. Я уже потерял надежду на возвращение.

Неожиданно, он потянул меня за руку вперед, и я наклонилась к нему, поддавшись его силе. Всё внутри меня перевернулось. Возможно, именно сейчас он меня поцелует. Это будет мой первый поцелуй.

– Я не хочу всё своё существование жалеть, о том чего не сделал и не сказал. – Марк протянул ладонь и двумя пальцами коснулся моего подбородка.

Моё сердце затрепетало в груди в предвкушении долгожданного поцелуя. Однако ему не суждено было произойти. Сзади появился Жан, его щёки стали красными, ноздри раздуваются и от него расплываются странные чёрные сгустки. Они быстро исчезли, возможно, мне просто показалось.

– Мне нужно поговорить с тобой…Марк. – Жан, как-то странно произнёс имя своего друга.

Марк, быстро собравшись, осторожно отодвинул меня, встав, выпрямился во весь рост и пошёл следом за другом. Я же осталась сидеть и грезить о возможном поцелуе.

## Глава 7.

Патрулировать мне пришлось одной, Марк так и не вернулся. Не представляю, о чём они разговаривают так долго. Когда меня сменили, я вернулась в каюту. Марк и Жан сидят на своих кроватях, лица у них в ссадинах, а костяшки пальцев ярко розовые. У меня закралась мысль, что они могли подраться и подозреваю, что причиной этого могу быть я.

– Смотри. – Ко мне широко улыбаясь, подсела Аннабет, когда я только присела на свою кровать. – Я нашла это недавно. – Она протянула мне брошь.

Я узнала в ней свою, ту, что когда-то принадлежала моей матери, на глаза навернулись слёзы.

– Думаю, она твоя.

– Откуда ты…

– Я видела тебя на палубе. Ты всегда прикалывала её к платью, даже если она там совершенно не смотрится. – Девушка взяла мою ладонь и вложила в неё брошь.

– Спасибо. Я уже думала, что потеряла её навсегда. – Я не могу отвести взгляд от своего сокровища. Мне не вериться в это маленькое чудо.

– Всё к нам рано или поздно возвращается, нужно только заметить это.

– Спасибо. – Ещё раз поблагодарила я Аннабет.

– Не стоит. А знаешь, когда вернёмся обратно, я планирую подать в суд на Титаник. Это же надо было додуматься, поселить рядом мумию. Нет, обычную можно, но не такую же, которая брызжет ядом и прикосновением превращает в зомби – это уж слишком. Не уж то нельзя было найти милую мумию, спокойно лежащую в своём гробике. – Девушка наигранно вздохнула и закатила глаза.

Я не удержалась и рассмеялась, Аннабет присоединилась ко мне. А у этой особы хорошее чувство юмора, думаю, мы сможет подружиться. К сожалению этого же я не могу сказать об Элизабет.

– Тебе нужно будет подать в суд на меня. Это я вёз эту мумию. – Сказал подошедший Жан. Его лицо угрюмо и озлобленно.

Мы притихли. Аннабет попыталась объяснить, что она просто пошутила, но Жан не стал её слушать, он просто ушёл. Похоже, это становиться традицией и эта каюта, слишком мала, для такого количества людей. Разным личностям всегда трудно находиться в одном помещении, но они могут стерпеть, если это день, два или неделя, но если ты находишься в обществе слишком долго, например как Жан сто лет и от тебя постоянно ждут решений, ждут, что ты всех спасёшь, это может вывести из себя даже самого тихого и спокойного человека.

Я решила, пойти и поговорить с ним. Когда проходила мимо Марка, он проводил меня взглядом, но не промолвил и слова. Странно. Жана я нашла на капитанском мостике, вид у него очень усталый и изнеможенный. Я подумала, что ему нужно немного поспать, но быстро вспомнила, что мы лишены этой привилегии.

– Жан. – Окликнула я его, дав понять, что он не один. – Ты как?

– Это очень трудно. Искать столько лет и без результатов. Знать, что на тебя рассчитывают, тебе верят, но ты не приводишь к цели. – Он устало потёр лоб.

– Ты не виноват в этом. Я уверенна, что ребята понимают всё и не винят тебя. Это же просто глупо. Один человек не может решить проблемы всего мира, он просто раздавит его. – Я положила руку на плечё парня и ободряюще погладила.

– Спасибо Жаклин, но я всё равно чувствую на себе груз ответственности.

– По-другому и быть не может. Остальные тоже его чувствуют. На каждом из нас лежит ответственность за чужие жизни, ведь один наш неправильный шаг, одно необдуманное действие может погубить всё. – Я развернулась и стала напротив Жана, уверенно глядя ему в глаза.

Парень тяжело вздохнул. Мимо проплыла стая рыб, затем я увидела странный предмет, состоящий из железа. Он проплыл вдоль Титаника и заплыл внутрь.

– Что это было?

– Ты о чём? – Жан повернулся, проследив за моим взглядом, но не смог ничего увидеть, так как объект уже полностью скрылся.

– Что-то большое и металлическое заплыло внутрь лайнера.

– О нет. Это снова люди с суши. Они опять будут рыскать, обыскивая каждый уголок Титаника. Чёрт, они же могут найти амулет Осириса. – Лицо парня посуровело, желваки заходили ходуном.

– Я не верю, что амулет всё ещё на Титанике. – Пробормотала я, скорее всего, для себя.

– Где, же он, по-твоему? – Немного раздражённо спросил парень.

– Не знаю. – Уверенно ответила я и, развернувшись, собралась уходить, но Жан взял меня за руку и остановил.

– Прости, я не хотел грубить тебе. – Мягко проговорил он.

– Ладно, забудь. – Отмахнулась я.

Жан пригладил мои волосы и погладил меня по щеке, эти прикосновения заставили, что-то встрепенуться во мне. Какое-то невиданное чувство пробудилось внутри меня и это не любовь, но и ненависть. Парень смотрит мне в глаза и в них сверкает блеск, словно кто-то рассыпал на них блёстки.

Неожиданно всё содрогнулось, поднялся столб песка, затуманивая всё в округе и мешающий, что-либо разглядеть. В мыслях ожили воспоминания, моего последнего вечера и ночи на Титанике, тогда так же всё содрогнулось, я тоже была рядом с Жаном, а затем последовало крушение. Мои руки затряслись, сердце бешено забилось, язык присох к нёбу.

– Что это? – Спросил Жан, обеспокоенно оглядываясь по сторонам.

Я лишь покачала головой. Парень стал звать своих друзей. Вскоре мы услышали их голоса, произошёл ещё один толчок, устоять не удалось и мы с Жаном упали на пол и проскользили вперёд несколько метров. Ребята, продолжают кричать, Жан что-то им ответил, помогая мне подняться, моё колено содрано и саднит, в висках пульс отбивает барабанную дробь.

– Жаклин! – Кто-то прокричал моё имя. Вскоре я поняла, что это Марк.

– Мы здесь! – Закричала я в ответ вертя головой по сторонам. – Мы на капитанском мостике.

Надеюсь меня слышно, ведь поднялся невероятный гул, всё завибрировало и затрещало. Яркая вспышка света, поглотила нас, закружив в водовороте из шипящей воды. Мне стало страшно, но и в тоже время, проскользнула мысль, что сейчас мы вернёмся домой, или всё это окажется просто дурным сном.

Очутились мы всей командой в одном месте, в том, где никто не хотел бы оказаться. На территории прорицательницы Аменхотепа. Нам повезло, что нас не встретила армия зомби.

– Жаклин, ты в порядке? – Одновременно спросили Марк с Жаном.

– Да, а вы?

Переглянувшись, они кивнули.

– А вы ребята, все здесь, целы? – Спросила я у своих друзей (надеюсь, мы и правда друзья).

– Да. Только вот какого чёрта мы оказались здесь и что это за чертовщина была. – Отозвалась Элизабет, она откинула назад косу, и осмотрела коридор, в котором мы оказались.

– Дорогая прошу, не упоминай чёрта. Мне становиться не по себе. – Обратилась к девушке Нинель.

– Извини, но мы сейчас в его владениях. Бог о нас забыл.

– Вообще-то, моря и океаны принадлежат Посейдону. – Поправил Захария.

– Мы что сейчас будем вспоминать греческих Богов или всё же попытаемся вернуться на свою часть лайнера, в безопасность? – Спросил Измунд.

Все согласились и стали цепочкой пробираться к выходу. Первым шёл Жан, следом Измунд, за ним все остальные. Я шла предпоследней, замыкал нашу группу Марк, а впереди него шли Лиза и Харука. Пыль практически улеглась, но малюски, которых стряхнуло с их мест, так и остались лежать на полу. Воцарилась гробовая тишина, все прислушиваются к малейшему грохоту.

Нас закинуло в самый дальний конец лайнера, и выбирались мы из него очень долго. К счастью, нам не попался ни один из монстров. Наконец-то добравшись до раскола, мы попытались вернуться на свою часть лайнера, но не смогли. Только мы разбежались и прыгнули, как тут же наткнулись на невидимую стену, которая откинула нас назад.

– Что же нам теперь делать, долго мы не протянем рядом с этими существами? Да мумия нас прихлопнет как мух. – Голос Аннабет задрожал от волнения и страха.

– Мы должны попытаться, как можно скорее найти амулет. – Ответил Жан.

– Да, у нас нет ни какой гарантии, что он нам поможет, и уж тем более мы, не знаем, здесь ли он. – Пробасил Рафаэль. – Это всего лишь твои предположения Жан.

– Они у меня хоть есть. – С жаром ответил парень.

– Стоп! Не хватает, что бы вы сейчас поубивали друг друга, нас и так мало. Лучше давайте хорошо всё обдумаем, без лишних эмоций. – Мне, наверное, показалось, что это сказала Элизабет, но так оно и есть, вспыльчивая Элизабет сейчас призывает всех сохранить спокойствие и придумать план.

– Вы останетесь здесь! – Раздался мужской хриплый голос у нас за спинами.

Повернувшись, я увидела Эдварда Джона Смита – капитана Титаника. Он выглядит нормальным, точнее как мы, нет свисающей кожи и кости не торчат наружу, но вот его взгляд… Он устремлен прямо на меня, вот только словно он ничего не видит, будто у него вместо глазных яблок два стеклянных шарика.

– Смит! Вы очнулись! – Обрадовался Жан.

– Вы не уйдёте. – Монотонно сказал капитан.

– Что? Я не понимаю вас…

– Жан, мне кажется с ним, что-то не так. – Сказал Марк, пристально вглядываясь в Смита.

– Она хочет, чтобы вы остались. Она становиться сильней. Ей нужен её амулет. – Так же монотонно проговорил мужчина.

– Он зачарован! – Ахнула Нинель.

Думаю, она права, если судить по его словам, их произношению и отсутствующему взгляду. Все попятились назад, достав свои ножи, но Смит не собирался нападать на нас, он развернулся и пошёл прочь. Похоже, он был послан, что бы просветить нас, сказать, что мы теперь в плену мумии, так же как и он.

Мы нашли просторную каюту и как смогли, заперли все входы. У нас мало времени, нужно срочно обдумать наши дальнейшие действия. Жан попросил всех посмотреть, какое у нас есть оружие. Все имели при себе свои ножи, но вот пистолетов оказалось всего три: у Захарии, Нинель и Рафаэля. Мало, но всё же уже кое-что, во всяком случае, лучше, чем, если бы мы попали сюда совершенно безоружными.

– Может нам удастся найти здесь ещё хоть какое-то оружие? – Предположила Аннабет.

– Возможно. Ведь мы большую часть лайнера не осматривали, а в некоторых частях и совершенно не были. – Сказал Рафаэль.

– Сейчас, мы находимся ближе к носовой части лайнера. В отсеке для груза, мы должны найти много полезного, но пробираться туда слишком долго и вероятнее всего нас там будут ждать. – Предположил Жан.

– Конечно, так и будет, но я считаю, что попробовать стоит. – Элизабет пожала плечами.

– У нас совершенно нет лекарств, все остались там, в нашем убежище. А без них, придётся так же туго, как и без оружия. Если кого-то ранят, а я не сомневаюсь, что скоро нас найдут и нам придётся сражаться, то есть вероятность заражения или смерти. Так что я тоже «за». – Высказал своё мнение Марк.

– Я тоже «за». – Сказал Захария.

– Думаю, стоит попробовать. – Лиза пожала плечами.

– Нам больше нечего терять. – Поддержала девушку Харука.

Все поддержали идею Элизабет. Каждый из нас понимает, что сидеть тут вечно мы не сможем, нам просто не позволят, а без оружия и лекарств, нам не выстоять в сражениях. Так, что было решено отправиться в грузовой отсек, когда Жан с ребятами придумают план, как туда пробраться наиболее незамеченными и так же незамеченными вернуться сюда, в наше временное убежище.

– Что Измунд и Нинель разрабатывали? – Спросила я Аннабет, сидевшую рядом со мной.

– Они пытались создать оружие, которое поможет нам в нашей войне. Оно должно было пробить барьер, или хотя бы уничтожить всех зомби, тогда нам было бы легче победить мумию. – Ответила девушка, подтянув колени к подбородку.

## Глава 8.

В назначенное время вся команда выдвинулась на поиски грузового отсека, в надежде найти там оружие, лекарства и ещё что-то из полезного. Но каждый из нас знает, что в тайне надеется найти амулет Осириса. Мы все хотим спастись, все хотим вернуться домой. Дом – это, то самое место, что мы не ценим, пока его у нас не отберут.

Ориентироваться во всех проходах и многочисленных комнатах Титаника оказалось намного труднее, чем я думала. Всё изменилось до неузнаваемости, мне трудно сориентироваться, особенно учитывая тот факт, что многие пассажиры лайнера, и я в их числе, никогда не были во всех помещениях. У нас просто на это не хватило времени. Большинство никогда не покидали пределов своей каюты, другие же всё время находились в своём отсеке. Мы были там, где нам указали наше место, разделив на богатых и бедных.

Проходя по коридорам забитыми разбросанными вещами пассажиров, разбитой мебелью и вазами. Я видела до сих пор спящих людей, которым ещё только предстоит проснуться в этой ужасной реальности. Почему все просыпаются в разное время и с такими громадными промежутками никто не знает. Это ещё одна тайна Титаника, которую мне хочется разгадать, так же, как и Жану. Мужчина отчаянно пытается постичь все тайны нашей огромной камеры.

– Налево. – Шёпотом сказал Жан и махнул рукой в левый коридор.

Мы оказались в столовой, когда-то такой прекрасной и если закрыть глаза и попросить своё воображение и память воскресить её былое великолепие, то можно увидеть: великолепные столы и стулья, дорогие и мягкие скатерти, отделку под золото на стенах, и почувствовать запах свежеиспечённых французских булочек. А вон там, на стойке должны стоять благоухающие цветы, разносящие свой аромат по всему помещению. Я закрываю глаза и почти вдыхаю их запах, заполняющий мои лёгкие…

– Я долго вас ждала. – Распахиваю глаза и вижу, что на одном из стульев сидит девушка-зомби, её голос, как скрежет по металлу разносится по залу. Один её вид заставляет моё тело покрыться гусиной кожей, а желудок завязаться тугим узлом.

– Кто ты? – Спросил Рафаэль.

Девушка рассмеялась и от её смеха задрожала огромная люстра под потолком, чудом оставшаяся на своём месте после крушения, но всё же опасно накренившаяся. Несколько ребят переглянулись и покачали головой. Мне захотелось зажать ладонями свои уши. Я не могу больше слушать этот жуткий смех, он сводит меня с ума и заставляет вспоминать все самые печальные и грустные моменты из жизни.

Вот я бегу к отцу, раскинувшему руки, мне всего пять лет, но в последний миг он разворачивается ко мне спиной и уходит. Меня толкают, и я падаю на колени, содрав их в кровь, я плачу, но никто не приходит, никто не помогает. А вот теперь моя мама говорит, что не любит меня и поэтому покинула этот мир, она утверждает, что я забрала у неё жизнь.

Нет. Стоп. Этого же не может быть. Всё это ложь. Моя мама умерла при родах и не могла появиться вдруг и наговорить мне гадостей, а отец никогда не поворачивался ко мне спиной. Мой отец – мой герой. Он всегда подаёт мне руку, вытирает мои слёзы и долго утешает.

Кто-то потряс меня легонько за плечо. Смахнув ужасную пелену с глаз, я вернулась в реальность. Девушка-зомби уже прекратила смеяться, теперь она с противной ухмылкой до ушей, точнее дыр, я только сейчас это заметила, у неё нет ушных раковин. Она создаёт впечатление очень древнего мумии, которая разваливается на ходу. У существа нет кожи на шее, а сама она вся замотана какой-то тряпкой, которую невозможно назвать одеждой.

– Ты мумия. – Выпалила я с ужасом. Не знаю откуда, но мне это стало настолько очевидно и логично, так же как то, что солнце взбирается на небосвод каждый день.

Все посмотрели на меня словно на сумасшедшую. Марк покачал головой и сказал что-то на подобии того, что этого просто не может быть, мумии ведь выглядит совершенно по-другому, он же видел её, как и я. Она была не живой, с высохшей до костей кожей. Но я уверенна, что это и есть она.

– Послушай, свою девочку. – Ухмыльнулась та. – Она оказалась догадливей всех вас.

Как только эти слова дошли до команды, все попятились назад, но дверь, через которую мы вошли, в мгновение ока с грохотом захлопнулась, подняв столб пыли.

– Вы не уйдёте отсюда, даже не надейтесь. Я становлюсь всё сильней и совсем скоро вновь буду живой. Я смогу отомстить всем своим обидчикам.

– Аменхотепа уже давно нет в живых. – Возразила Нинель, её голос даже не дрогнул.

– Ложь! – Вскричала мумия. – ОН ЖИВ! Он живее всех нас вместе взятых. Вы людишки настолько глупы, что верите в то, что смерть может остановить кровавую вражду. Я буду мстить всем. – Торжествующе завершила она.

– Зачем мы тебе? Ведь нас всех не было, когда тебя казнили? – Спросила я и посмотрела в глаза ей, переборов отвращение.

– Только с помощью вас я смогу полностью ожить. Мне нужны ваши жизни.

По моему телу пробежал холодок. Я не могу воспринять её слова, как ложь, сама ведь уже удостоверилась, что всё возможно в этом мире. Но это не значит, что я просто так отдам свою жизнь этой женщине одержимой жаждой мести. Я буду сражаться до конца. Я смогу убить её, если представиться такая возможность и знаете, моя рука не дрогнет. Она погубила столько жизней, только ради мести, которая не имеет к нам никакого отношения.

Мумия поднялась со стула, точнее её нижняя часть туловища, верхняя осталась на стуле. Меня передёрнуло от отвращения. Провидица только громче рассмеялась. Кто-то толкнул меня в бок и прошептал, что нужно убираться. Обернувшись на голос, я увидела склонившего голову Марка, он кивнул вперёд, где позади мумии находиться дверь.

– Я отвлеку её. – Прошептала Нинель, внимательно наблюдая, как древнее зло пытается соединить две половинки своего туловища.

– Нет! Это очень опасно. – Ответила, так же шёпотом Элизабет.

– Я уже всё решила! – Твёрдо заявила женщина.

– Я буду отвлекать её вместе с тобой, и возражения не принимаются. – Сказал Марк.

Тем временем мумия уже стала цельной и медленно движется к нам. Похоже она очень слаба в физическом плане, но её магия сильна, очень сильна. Мне нужно мгновение, всего миг, чтобы понять, что делать дальше, но его у меня нет…

– По моей команде все бегут в рассыпную к двери. – Прошептал Марк, его горячие губы коснулись моей щеки, так быстро, что я немного растерялась.

Не успела я собрать свои разбежавшиеся мысли, как уже была отдана команда «бежать». Жан схватил меня за руку и потянул к выходу. Обернувшись, я только увидела, как Марк швырнул в мумию стул, а Нинель, выхватив свой нож, кинулась на неё. Во мне зародилось беспокойство плавно перерастающие в панику. Как они смогут с ней справиться, если от одного её прикосновения могут превратиться в зомби? Я не смогу убить любимого человека, скорее всего, позволю ему вырвать моё бьющиеся сердце из груди и съесть, нежели причиню ему зло.

Тем временем Жан тянул меня по коридору, а прямо за нами бегут остальные. Не успели мы отбежать на приличное расстояние, как наткнулись на зомби, бродивших по проходу. Парень сильней стиснул мою руку, а другой выхватил свой нож и метнул его одному из врагов прямо в голову, которая под воздействием силы удара отделилась от туловища и покатилась по инерции дальше по проходу. К нашему счастью зомби оказалось не так много, и ребята справились с ними очень быстро. Мне не пришлось вновь убивать.

Когда мы проходили мимо исчезающих трупов, Жан успел вытащить свой нож и, вытерев о брюки, засунуть обратно за пояс. Всю дорогу я оглядывалась назад, в надежде увидеть Марка и Нинель спешащих присоединиться к нам. Но они не появились, никогда мы бежали, никогда заперлись в какой-то каюте. Я забеспокоилась, что они нас теперь не найдут, но оказалось, что мы вернулись в своё временное убежище на Титанике.

Теперь мои мысли беспорядочно мечутся в голове, превращаясь в кашу. Мне страшно. Страшно, что больше не увижу Нинель, никогда не смогу заглянуть в солнечные глаза – огоньки Марка и найти в них надёжный приют. Они не могут погибнуть, просто не имеют на это права. Впервые за долгое время я разревелась на плече у Жана. Он успокаивающе гладит меня по голове, пространство разрывается от тишины наполнившей всё в округе. Все прислушиваются к малейшим звукам, мне чудятся шаги, я вскакиваю и смотрю в замочную скважину, но там снаружи никого.

– Они не вернуться. – Вынесла вердикт Элизабет после долгого мучительного ожидания.

– Ты ошибаешься! – Вспылила я, вскакивая на ноги.

– Я не меньше твоего хочу, чтобы они вернулись целыми и невредимыми. Но этого уже не будет. Смирись с этим. Мы все погибнем…кроме тебя! – Закричала девушка, проигнорировав призывы о тишине.

– Я…что?

– Да! Ты не ослышалась, если так и дальше пойдёт, то только ты останешься в живых.

– Хватит нести чушь. – Перебил её Жан.

– Ты думаешь это чушь?! А вот и нет! Кого ты кинулся спасать первым? ЕЁ! Забыв об остальных, ты стал спасать её! – Взвизгнула Элизабет.

Жан изменился в лице, ему словно дали пощечину. Все задумались над словами девушки и вынесли приговор, что она права, они обвинили Жана во всём произошедшем. Но они не понимают, что в том, что произошло, нет виновных, кроме провидицы. Это её больная жажда мести губит нас. Она уже свела с ума свою хозяйку, а теперь принялась и за нас.

– Вы не правы. – Встала на защиту друга я. – Он невиноват! Нас здесь на каждом шагу подстерегает опасность. Если вы ещё не заметили, то мы оказались в ловушке. Мы овцы в загоне льва. Винить во всем Жана глупо.

– Конечно, ты его защищаешь. Ведь он стал спасть тебя, а не…– Элизабет осеклась на полуслове. Я сразу поняла, что она хотела сказать, но промолчала.

Элизабет любит Жана. Я догадывалась об этом с самого начала, но всё же сомневалась, а теперь всё стало на свои места. Она видит, как ко мне относиться Жан, не заметить это может только слепой. Вот она и возненавидела меня, обвинила во всех грехах, лишь бы избавиться. Я знаю, что ей было бы легче, если бы я осталась отвлекать мумию вместо Нинель или Марка.

Но Элизабет не должна переживать, ведь я не люблю Жана, как парня. Он нравиться мне, как друг и просто человек, а вот любви, которую девушка испытывает к парню, у меня к нему нет. Но как мне это всё объяснить Элизабет?

– Элизабет. Я не…Тебе не о чём беспокоиться. Всё не так, как ты себе придумала. – Попыталась объяснить я ей.

– Это тебе так кажется, я же вижу правду. – Ответила она и ушла в дальний конец каюты.

Кто сказал, что ожидание тянется долго, ошибался. Оно летит быстро особенно, когда ждёшь не первый день. Как сообщил Жан, прошло уже пять дней, которые показались мне пятью часами. Ни Марк, ни Нинель так и не вернулись, все уже давно похоронили их, я же просто отказываюсь в это верить. Возможно, они просто заблудились и не могут найти обратную дорогу. На что мне ответили, что Марк, так же хорошо знает лайнер, как и Жан. Они вместе проводили часы, склонившись над картой. Тогда я предположила другую версию, что Марк ранен и не может добраться до нас. Но и её отвергли, сказав, что этого просто не может быть, без объяснений, просто, как факт.

Я выплакала, как мне казалось все слёзы, но они всё же, время от времени появляются в моих глазах. Мы все удивляемся, почему на нас до сих пор не напали. Все строят свои версии, но я их не слушаю. Иногда временами я забываю, как меня зовут и, долго не откликаюсь на своё имя, когда кто-то позовёт меня. Это легко – забыть, как тебя зовут, и кем ты являешься.

Как-то раз, когда мы предприняли попытку выбраться из каюты и осмотреть соседние, то я в одной из них нашла свои рисунки и с трудом вспомнила дни, проведённые здесь, когда ещё ветер мог ласкать мою кожу, и я могла вдыхать полной грудью океанский воздух, а солнечные лучи грели не только моё тело, но и душу. Всё кажется таким далёким и чужим, словно это было не со мной, а моя настоящая жизнь здесь, под толщей воды на проклятом Титанике.

Я замерла и принялась рассматривать свои рисунки. Пролистывая лист за листом, наткнулась на портрет Марка, сделанный мной после того, как я впервые увидела его. Лицо практически всё затемнено, в глаза бросается его выразительный взгляд и необычный цвет глаз. Проведя по портрету пальцами, я словно почувствовала подушечками пальцев тепло его кожи. Мне захотелось увидеться с ним, где бы он не находился и кем бы не был.

Увлекшись рассматриванием альбома, не заметила, что отбилась от своих друзей и иду куда-то вперёд. Остановившись, я не смогла понять, где нахожусь. Во мне стала нарастать паника, я вытащила свой нож и крепко стиснула его в ладони. Развернувшись, пошла назад, до первой развилки, остановившись, стала думать, вспоминать из какого коридора я могла попасть сюда.

Не успели мои мысли собраться, как мне зажали рот и втолкнули в тёмное помещение. Я стала извиваться, колотить существо, которое крепко держит меня. Мой нож угодил в него, и он ослабил хватку всего на мгновение, которого мне хватило, чтобы вывернуться и увидеть, до боли знакомое лицо.

– Марк. – Прошептала я и кинулась к нему на шею.

В этот момент меня поглотило счастье, от того что вижу любимое лицо, я забыла о том, что он меня втолкнул в это помещение, зажав рот ладонью и, что я воткнула в него нож, и он по всем законам жизни должен испытывать дикую боль, даже смертельную.

## Глава 9.

– Где ты был? Почему так долго не объявлялся? – Затараторила я.

Марк отцепил мои руки сомкнутые у него на шее и завёл их за мою спину. Только сейчас, когда первый восторг и счастье улеглись, я смогла сложить два и два. Солнечные глаза вспыхнули не добрым огнём, лицо исказилось в гримасе отвращения, словно от меня плохо пахло. Я стала вырываться, мою руку пронзила острая боль и, прекратив попытки освободиться, попыталась воззвать к его разуму.

– Марк! Что происходит?

– Ты нужна провидице. – Монотонно ответил он, доставая одной рукой нож из ключицы, который вошёл в плоть всего лишь на сантиметр.

– Но ты, же не должен подчиняться ей. Ты на нашей стороне. Ты такой же, как я! – Я с надеждой заглянула ему в глаза, там меня встретил только холод и отчуждённость.

– Я тебя не знаю. Мы никогда не встречались.

– Это ложь! – Вскричала я. Неужели ему стёрли память?

– Нет!

– А Нинель…Она тоже забыла обо всём? – Когда я произнесла её имя, парень вздрогнул и на мгновение его взгляд стал таким же, как прежде, тем самым в котором я готова была раствориться.

– Я не знаю, о ком ты говоришь. – Марк сильней заломил мне руки за спину, появилась ещё одна волна острой боли.

«Очнись. Очнись». Мысленно молила я его, когда он тащил меня по длинному коридору. Маленькие рыбки бросаются в рассыпную, когда мы приближаемся. Я ещё не верю в то, что сейчас происходит, не понимаю, куда он меня тащит и что будет со мной дальше. Разве этот парень, полный решимости и жестокости, может быть моим Марком? Нет, я отказываюсь в это верить.

Марк ослабил хватку, когда стал открывать двустворчатую дверь. Воспользовавшись этим мгновением, я вывернулась и став перед ним, взяла его лицо в ладони и пристально посмотрела в глаза. Не может быть, что в нём ничего не осталось от старого Марка. Это невозможно.

– Ты Марк. Тебе двадцать пять, ты врач, ты плыл со своим другом на Титанике, там мы впервые встретились. Ты добрый, ты вызвался отвлечь провидицу, чтобы спасти своих друзей. Ты не злой. – Я яростно затрясла головой.

Рука Марка скользнула, по мои волосам и я уже подумала, что смогла пробудить в нём воспоминания, но всё оказалось совсем наоборот. Он схватил меня за мои короткие локоны и сильно запрокинул голову назад.

– Не прикасайся ко мне! – Прошипел он, брызжа слюной.

– Марк. Прошу. – Еле слышно прохрипела я, моя шея захрустела, тогда и только тогда, он ослабил хватку и немного наклонил её вперёд, давая мне возможность нормально дышать.

Я никогда не поверю в то, что он навсегда забыл о своей прежней жизни. Буду пытаться вернуть его воспоминания назад, даже если он меня убьёт, я не брошу его. Толкнув меня в спину, Марк приоткрыл дверь, и я полетела вперёд, упав к ногам провидицы, восседавшей на своём «троне». Просторное помещение, в котором практически ничего нет, только гроб мумии, стоящий на столе, ещё один пустующий стол и несколько стульев и всё это забито в угол.

– Задание выполнено. – Сухо проговорил Марк.

– Молодец. Иди пока погуляй. – Её голос выражает полное удовлетворение, то ли собой, то ли её новой игрушкой.

Когда Марк скрылся за дверью, а я поднялась на ноги, провидица заговорила:

– Как тебе моё новое приобретение? Не скрою, с ним пришлось изрядно повозиться, но это того стоило. Он моё совершенное оружие.

– Что вы с ним сделали? – Согласна не очень умный вопрос, но он сорвался с моих губ так быстро, что я не успела остановить его.

– Всего лишь очистила память и вставила те воспоминания, которые мне нужны. – Её сухие и потресканные губы растянулись в довольной и широкой улыбке.

– Зачем он вам?

– Что за глупый вопрос? Я думала ты умней.

– Значит, вы ошиблись.

Мумия поднялась со своего «трона», в этот раз всё её тело подчинилось команде. Она подошла к своему гробу, достала из него какой-то свиток и швырнула его в другой угол комнаты, тот упал совершенно беззвучно и остался лежать на своём новом месте.

– Ты подумала, что я покажу тебе, что-то необычное и очень ценное для меня. Нет, то, что нужно мне находиться у тебя…

Она не успела договорить, как в комнату ворвался Эдвард Джон Смит, он промчался по всей комнате, и тяжело дыша, что-то стал говорить провидице. Её довольное лицо на глазах стало меняться, приобретая ожесточённые черты.

– Как вы это допустили? – Взревела провидица, отшвырнув бедного Смита, даже не прикоснувшись к нему.

Мужчина упал на пол, послышался хруст, наверное, он сломал пару ребёр. Из его рта полилась кровь, разбавив пол яркой краской.

– Идиоты! Глупцы! – Продолжила кричать мумия.

Дверь в помещение вновь распахнулась, мимо меня пролетело тело Марка, врезавшись в стену. Переведя взгляд на вход, я увидела ребят: Жана, Элизабет и Измунда. Все вооружены до зубов, наверное, им всё же удалось найти грузовой отсек, но вот, как они так быстро нашли меня?

– Жаклин! – Закричала Элизабет, кидая мне пистолет.

Я изловчилась и поймала его. Холодный метал обжег мою кожу и не приятным грузом разместился у меня в руках. Наставив пистолет на мумию, я попятилась к ребятам, мне ещё ни разу в жизни не доводилось стрелять и не хочется, что бы такая возможность представилась.

– Глупые людишки! – Зашипела провидица, нервно смеясь, её смех больше походит на кваканье лягушки, которая закашлялась.

– Жаклин зайди ко мне за спину. – Скомандовал Жан.

Тем временем Марк поднялся и стал рядом с провидицей, ожидая приказа, как марионетка, покорно ждущая, когда вновь подёргают за её ниточки и позволят двигаться, хоть и не так, как она того хотела и всё же она рада и такой возможности.

– Марк, разберись с нашими новыми гостями. Можешь убить всех, кроме Жаклин. – Отдан был приказ.

Марк тут же принялся выполнять его. Он кинулся в нашу сторону, огромный Измунд преградил ему путь и со своей не человеческой силой врезал парню в челюсть, его голова резко повернулась, но тут же вернулась на своё прежнее место. Измунд блокировал удар противника, тем временем Элизабет стала стрелять в подоспевших на подмогу зомби, они один за другим падали и исчезали. Похоже, их создательницу это не огорчает.

Я увидела, как Смит забился в угол и обхватил голову руками и, что-то зашептал. Тем временем Марк уже почти пробил оборону Измунда, когда Жан вонзил ему в ногу свой нож. Я вскрикнула, но парень не повёл и взглядом. Что же она с ним такое сделала, что он даже боли не чувствует? С ножом в ноге Марк двинулся на своего друга, Измунд обхватил его за плечи и прокричал Жану:

– Стреляй!

– НЕТ! Прошу! – Завопила я, нечеловеческим голосом.

– Стреляй! – Повторил Измунд. – Он больше не тот Марк, которого мы знали.

Не думая ни секунды, я встала, заслонив возлюбленного собой. Жан опустил наставленное оружие. Воспользовавшись ситуацией, Марк скинул с себя противника и притянул меня, используя в качестве живого щита. Я не жалею о том, что защитила его, даже если он это использует против меня.

– Какого чёрта. – Выругалась Элизабет и наставила свой пистолет на парня, точнее на меня. Она уже застрелила всех зомби и, наверное, израсходовала немало патронов и ни одну обойму.

– Отпусти её! – Приказал Жан, но парень не собирался подчиняться, кому-либо, кроме своего кукловода.

– Ты зря защитила меня, девочка. – Прошептал мне на ухо Марк.

– Как и ты всегда защищал меня. – Ответила я.

Он остановился и замер, словно отключившись. Заметив это, Элизабет выстрелила в парня, а Жан подбежал и, схватив меня за руку, потащил к выходу. Я издала не человеческий вопль, когда тело Марка упало на пол. Жан ещё быстрей потащил меня.

– Давай быстрей! – Гаркнула Элизабет. – Пока эта тварь исчезла.

Осмотревшись, я только сейчас заметила, что провидицы нет, она и правда исчезла. Только это сейчас ушло на второй план. Все мои мысли обращены к лежавшему на полу Марку.

Этот образ застрял у меня перед глазами и сейчас сидя на кровати и дрожа, я всё ещё вижу лужу крови разрастающеюся возле парня.

– Тебе пора научиться пользоваться оружием! Мы не будем тебя вечно спасать! – Прокричала Элизабет, стоя надо мной.

– Отстань от неё. – Сказал Жан, обрабатывая раны Измунда. Они нашли и лекарства.

# Примечания

1

Здравствуйте.

2

Вы прекрасны, мадам.

3

Благодарю.