Юрий Япрынцев
Машина совести

ФУРГОН С СЮРПРИЗОМ

Раздался протяжный гудок. Двое мужчин обернулись и увидели, как из темноты, разрезая одиноким лучом сизый туман, выезжает одноглазый великан «Урал». Мужчины пропустили тяжёлый грузовик и с каким-то сожалением посмотрели ему в след.

– Хорошо ему в кабине, тепло, – с нескрываемой завистью проговорил Влад и зябко дёрнул плечами. – Вот холодно!

– Лучше, чем нам, – согласился дядя Гриша и хрипло засмеялся. Хотел махнуть водиле рукой, но подумал, кто остановится возле двух бродяг, да ещё в ночном лесу. Только псих.

«Урал» вновь утонул в тумане. Лишь красные задние огни какое-то время ещё продолжали светить, пока тоже не растворились в сизом молоке.

Дядя Гриша был старшим из мужчин. Высокий брюнет лет пятидесяти, с пышной кудрявой шевелюрой и с густой острой бородой. Он был в лёгкой оранжевой куртке, из-под которой выглядывала чёрная рубашка. Брюки удобные, из плотной ткани, но лёгкие. На ногах серые поношенные кроссовки. За плечо мужчины перекинут скрученный брезентовый материал, который в случае надобности должен исполнять роль спального мешка.

Второй – Влад, значительно моложе, лет тридцати. Высокий коренастый блондин в светлых джинсах и белой футболке, облегающей его накачанное тело. Поверх футболки надета весенняя зелёная куртка. В отличие от своего приятеля, молодой мужчина был обут в сверхлёгкие спортивные кроссовки с высоким голенищем: «Двинемся-то через Зону! И важно быть готовым к плохим условиям».

– Когда рассвет? – спросил Влад.

– Через час. – Дядя Гриша посветил тусклым фонариком себе под ноги. – Идём. Не так холодно, когда двигаемся.

Путники вернулись на просёлочную дорогу.

Через четверть часа они погрузились в полную тьму.

– Аккумулятор сел? – спросил Влад.

– Да. Вчера всё утро заряжал, а толку! – раздался возмущённый голос дяди Гриши.

Влад достал из кармана смартфон и включил фонарик.

– Так лучше, – сказал он.

Через час действительно начало светать. Мужчины, наконец, покинули лес, и вышли к двухполосной автодороге, за которой расположился небольшой город. Внимание привлекла стеклянная автобусная остановка, которая одиноко стояла на обочине. Дядя Гриша прошёл к ней и грузно опустился на скамейку. Прищурив глаза, он осмотрелся. Мачты уличного освещения поливали дороги бледным оранжевым светом. В трёхэтажных домах, что напротив выстроились в ряд, в редких окнах уже горел свет. Скрипнула дверь, и на открытый балкон второго этажа вышел мужчина в пижаме. Закурил, подмигивая красным огоньком. В другой руке у него была белая кружка.

«Наверное, кофе», – подумал дядя Гриша.

Город просыпался. Горизонт над крышами позолотел от лучей восходящего солнца. Дядя Гриша взглянул на циферблат ручных часов. 05:10.

– Всю ночь на ногах. – Он похлопал ладонями по коленям. – Есть еще порох в пороховнице.

– Ты, дядя Гриша, сталь! – одобрительно сказал Влад. Присел рядом, вытянул свои ноги и с иронией пожаловался. – Мои же ноги дымят!

– Как быть дальше? Пешком долго, надо что-то решать.

– Дождёмся автобус и поедем в Припять.

– Чартерным рейсом, – дядя Гриша скривил губы в ухмылке. – Нам проще в туристическую компанию обратиться.

– Найдём и запишемся.

– Влад, ты-то не вызовешь подозрений. А вот я буду, как таракан на белой тарелке, – посмеялся дядя Гриша и посмотрел на свою потрёпанную обувь. – Как с бича снял. Нет, провальное дельце! Сверкнём ещё документами и баста, вычислят.

– В любом случае вычислят. Менты будут носом рыть всю область.

– Поэтому план с туризмом плох. Найдём транспорт самостоятельно. – Дядя Гриша облизал пересохшие губы. – Как же хочется пить.

Через полчаса фонари погасли, солнечные лучи достигли остановки и стали приятно греть путников. В конце улицы показался синий автобус.

– Скоро откроются магазины. Купим еду, воду и двинемся дальше. – Дядя Гриша поднялся. Длительный перерыв восстановил силы, и он был готов снова идти.

Голубой фургон с оранжевой кошачьей мордашкой на борту издали привлёк внимание Влада. Яркий автомобиль стоял в уютном дворике у одноэтажного здания с горящей вывеской над крыльцом. «Клык и Хвост» – гласила она. Как по заказу, дверь фургона была открыта, что подтолкнуло Влада воспользоваться случаем.

– Дядя Гриша, подожди у пешеходного перехода, – Влад кивком головы указал в сторону жёлтой зебры на дороге. – Я полью угол дома и догоню.

– Нашёл место! – возмутился дядя Гриша и ускорил шаг.

Влад свернул с дороги. Двор был окружён двумя трёхэтажками и низким зданием ветлечебницы. В этот ранний час он был пуст. Единственная живая душа – крупный белый пёс, который спал в центре круглой цветочной клумбы. Услышав шаги, пёс лениво приподнял голову и посмотрел. Человек. И, кажется, безобидный. Пёс снова вернулся в мир снов. Из окон ветлечебницы «Клык и Хвост» лил холодный неоновый свет. Влад подошёл к машине и осторожно заглянул в салон. Крошечный, всего на два места. За сиденьями тонкая решётка, за которой размещался объёмный багажник. Влад бегло заглянул в него и различил в темноте какие-то коробки, мешки, клетки и другой хлам. Внезапно, на пассажирском сиденье, он увидел ключи. Такое может приключиться только в кино! Не желая спугнуть удачу, он поспешно сел за руль, схватил ключи и вставил их в замок зажигания. В тихое утро двигатель зарычал как реактивный двигатель. Дверь лечебницы распахнулась, и на улицу выскочил мужчина в белом халате и бросился к машине. Влад утопил педаль в пол, и фургон с рёвом сорвался с места. Пёс вскочил и с лаем побежал за машиной. Когда та скрылась за поворотом, пёс вернулся назад, умилительно гордясь собой – «Какой я смелый!»

Перед разметкой пешеходного перехода завизжали тормоза.

Открыв настежь пассажирскую дверь, Влад закричал:

– Залетай!

Дядя Гриша не стал медлить и принял приглашение.

– Совсем сдурел?! – с негодованием воскликнул он.

– Так до Зоны быстрее доберемся! Ты только подумай, нас от миллионеров отделяет всего день.

– Газуй быстрее! – дядя Гриша обернулся и увидел, как на дорогу выскочил мужчина, яростно размахивая руками.

Фургон с головой кошки на борту быстро исчез за поворотом.

***

За городом дядя Гриша пересел за руль. Здешние места ему были прекрасно знакомы, и он спокойно лавировал по сельским, забытым дорогам, где десятилетиями не ступала нога честного сотрудника ДПС. Дядя Гриша понимал, что броский автомобиль будет вызывать у инспекторов интерес, если они продолжат следовать по главной трассе. Остановят и всё, пиши «пропало». Поэтому петляющий маршрут, выбранный им, сейчас что-то вроде спасательного круга и гарант того, что они без проблем доберутся до границ Чернобыльской Зоны отчуждения. Лишь Влад порой непроизвольно хватался за ремень безопасности, который «на всякий случай» перетянул через себя в целях самосохранения. И было отчего. Автомобиль то резко свернёт вправо и покатит по грунтовке, поросшей травой, то напрямик через ручей перескочит, а то и вовсе махнёт на другой берег по шаткому мостику. Мужчина в такие минуты приговаривал: «Одно из двух – либо погибнем, либо заблудимся». Но ничего подобного не произошло. Спустя несколько часов фургон благополучно остановился в лесном массиве.

Заглушив двигатель, дядя Гриша вышел из салона машины и осмотрелся. Местность располагала к себе. Вокруг ни души. Нет ни привычного городского шума, ни рёва автомобилей на автостраде – только природа, которой дяде Грише не хватало для душевного равновесия. Вот соловей вылетел с запретной территории, сел на ветку липы и запел. Переливающая трель коснулась самой души, и на секунду дядя Гриша забыл, где находится и для чего он здесь. Просто стоял и слушал сольный концерт сказочного леса.

Влад отстегнул ремень и с искренним наслаждением вступил на твёрдую землю. Впервые он так радовался остановке.

– Жив, – рассмеялся Влад и обратил внимание на старшего приятеля. – Отдыхаешь?

– Вроде того, – засмущался дядя Гриша. Он на какое–то время забыл и про Влада. Будто был здесь один на один с этим лесом, способным оголять души людей. Раскроет душу под пение птиц, и начинает очищать от грязи, которая щедро налипла от городской суеты. Любовь к лесу у дяди Гриши с детства. Можно сказать, рос в нём. Старший брат Степан научил его слышать, чувствовать лес. Степан неоднократно водил маленького Гришку за ягодами, вместе собирали грибы. И отец любитель уходить в лес. На выходные, бывало, возьмёт ружьё и вместе с сыновьями идёт охотиться на зайцев. Мальчишки, вместо охотничьих собак, сами с радостью бегали и приносили отцу подбитую добычу. Только теперь ничего этого нет. И лес стал другим. Среди деревьев протянулся колючий забор, не имеющий ни конца, ни края. Забор, как в фантастических историях, отделил один мир от другого. Хотя смотришь, лес тот же – густой, заросший и даже живой. Вон, пригибая лапой веточку, выглядывает заяц. Осторожно так осмотрелся, поводил смешно своей мохнатой головой, подёргал ушами. Посчитав, что вокруг безопасно, косой выскочил на едва приметную тропу и убежал по своим делам. Ему повезло, ведь выше, на ветке, маскируясь под кору дерева, спала крупная сова. Совсем рядом, между молодой берёзой и забором расположился муравейник внушительных размеров. Холмик в полметра высотой был буквально усеян муравьями. Одни насекомые порожняком сновали туда-сюда, другие целой компанией перетаскивали на себе то сухого червячка, то сломанную веточку. На первый взгляд обыкновенные муравьи – но нет, они теперь особые, Чернобыльские.

За забором всё по-особенному. И житель там новый, невидимый – радиация.

– Зона? – подошёл Влад.

– Она самая. – Указательным пальцем дядя Гриша осторожно ударил по проволоке, словно по гитарной струне.

– Под электричеством?

– Куда там, – отмахнулся дядя Гриша. – Надо чем–то перекусить колючку.

– В багажнике поищу. – Влад подошёл к фургону и открыл задние дверцы. – Дядя Гриша, подойди сюда! – громко воскликнул он.

В машине, среди коробок и другого груза, стояли две клетки. Синяя и жёлтая. На синюю клетку приколота табличка «Чихуахуа Дракула», и правда – там оказался пленник, чёрный миниатюрный пёс, стоящий на тонких дрожащих лапах. Прищурив большие глаза, он с подозрением уставился на незнакомых ему людей, периодически подмигивая то одним глазом, то другим. На ошейник прикреплён странный кожаный мешочек, в котором, судя по выпуклым бокам, что–то лежало. У золотистого шпица, который сидел в жёлтой клетке, также висел мешочек. Судя по второй табличке, пушистую собачку звали Туся. Выпучив и без того большие глаза, она испуганно вжалась в угол клетки.

– Что за безбилетники! – ахнул дядя Гриша. Живая находка расстроила мужчину. Осталось всего два шага до Зоны, а тут такая шляпа! Что теперь делать с собачками? Оставить их здесь, в машине? Так умрут от перегрева, от жажды, от голода. Да от чего угодно! В любом случае умрут. – Не к месту вы здесь.

Влад залез в багажник и подал клетки приятелю. Дядя Гриша схватил за ручки и поставил обе клетки под тень пушистого куста, присел на корточки и стал разглядывать маленьких пассажиров. Забавные. В ответ они тоже глазеют, изучают человека. Собачкам было непонятно, кто эти люди, и где их доктор по имени Ветеринар?

– Безбилетники, что с вами делать?

– Оставим, – раздалось из багажника. Влад пошумел в фургоне и показался с небольшим чёрным ящиком для инструментов. Открыл створки крышки, а в нём молоток, резиновая ручка отвертки и две дюжины насадок к ней, разные ключи, рулетка на три метра и плоскогубцы. Влад достал последний инструмент и победоносно потряс им в руке, – Кусачки подойдут?

– Более чем, – дядя Гриша поднялся на ноги, забрал плоскогубцы и сразу ушёл к забору. Проволока легко поддалась, и через несколько минут в заборе образовался лаз в заражённый мир. Через этот лаз запросто пройти в полный рост.

– Что ещё интересного есть? – спросил дядя Гриша, вернувшись к машине.

– Разве, что мешок, – Влад выставил перед приятелем серый пузатый рюкзак со знакомой кошачьей мордочкой на круглой эмблеме. Рюкзак был основательно набит провизией: три десятка банок консервов, полсотни пакетиков с жидким кошачьим кормом, а список замыкали две литровые пластиковые бутылки с минеральной водой.

– Дай сюда, – дядя Гриша выхватил одну бутылку, свинтил крышку и мелкими глотками стал пить из неё воду. Отпив треть жидкости, он протянул бутылку молодому приятелю. – Снова захотелось жить! Захватим рюкзак с собой.

– Я эту дрянь есть не стану, – Влад догадался к чему нужен рюкзак и брезгливо скривил рот, демонстрируя, что ему противно даже от самой мысли, что нужно будет употреблять подобную пищу. Взяв бутылку в руки, Влад отпил два глотка, и вернул обратно.

– Через лес с тощим желудком? Особенно через Чернобыль, где красивая ягодка может обернуться путёвкой на тот свет? – скептически сказал дядя Гриша, закручивая пробку. Потом положил бутылку в рюкзак, и, желая закрыть тему о пище, полез в багажник. – Давай, лучше всё проверим. Вдруг в каком-нибудь углу притаился хомяк.

В багажнике больше никого не обнаружили. Машину закрыли, а клетки с животными оставили на улице. Ключи от автомобиля подложили под клетку со шпицем. Влад вскрыл пару банок консервов, в глубокую миску налил воды, и всё это добро расставил перед клетками, после выпустил собак. «Безбилетники» поначалу не решались покинуть свои домики, но, испытывая голод, вышли. Унюхали аппетитный аромат и с завидной жадностью набросились на еду. Пока животные были заняты, мужчины воспользовались моментом и, прихватив рюкзак, скрылись за забором. Посчитали, что так будет лучше для собак. Автомобиль, вероятно, уже объявлен в розыск, и это всего лишь вопрос времени, когда его обнаружат. Вероятно, скоро. Значит, найдут и собак. Впрочем, дальнейшая судьба хвостатых беглецов особо не волновала. Они, не испытывая терзаний совести, быстро шли по лесу. Дядя Гриша шёл первым, уверено придерживаясь узкой тропы, которая змейкой петляла между деревьями. Влад поначалу восхищался, что его бородатый приятель так отлично ориентируется в местной среде, но потом стал подозревать – дядя Гриша не просто движется по "чуйке", а прекрасно знает маршрут. Выходит, он уже бывал здесь? И уж точно не один раз. Этот вопрос стоит обсудить во время привала. Тяжёлый рюкзак за плечами Влада говорил, что отдых ещё обязательно понадобится.

Оставив позади пару сотен метров, дядя Гриша внезапно остановился. Он развернулся и стал прислушиваться.

– Ты чего? – обеспокоился Влад, тормознув рядом. Теперь и до его ушей донеслось тявканье.

И вот, после недолгой возни, из–за куста выкатилась Туся, а за ней запыхавшийся Дракула.

– Безбилетники! – дядя Гриша с досадой сплюнул.

Туся с Дракулой подбежали к Владу и легли у его ног. В погоне за людьми собаки устали, и сейчас вывалили красные языки, пытаясь охладить тело. От земли тянуло прохладой, и они с радостью на ней растянулись.

Люди отнеслись к появлению животных с недовольством.

– Не брать же их с собой! – возмутился Влад.

– Свалились нам на голову, – нахмурился дядя Гриша. Он протянул руки к Тусе и поднял собаку с земли.

– Зачем?

– Оставим тут – сожрут волки. Дело такое. Они не виноваты, что оказались здесь. Нам придётся взять их с собой. В Зоне куча мест, где бродят сталкеры. Подкинем им, – придумал дядя Гриша.

Влад неохотно подхватил Дракулу и зашагал за приятелем.

ДОМ В ТУМАНЕ

Ближе к полудню небо затянулось тучами, и духота в воздухе сменилась прохладой. Изменение температуры подействовало на приятелей благотворно. Открылось второе дыхание, и стало легче переносить путешествие по Зоне. Уже несколько часов подряд они ни разу не останавливались. Лишь изредка отпускали собак на землю, чтобы дать рукам немного отдохнуть. Собаки в такие минуты смешно перебирали короткими лапками, серьёзно опасаясь отстать от людей. Позже их снова брали на руки и несли, что конечно, им больше нравилось. Со стороны могло сложиться ощущение, что приятели задумали перейти Чернобыльскую Зону за один день, не прерываясь на отдых. На самом деле, мужчины едва передвигали ноги, но дядя Гриша настаивал: «Надо идти». Лишь когда начался мелкий дождь, он остановился и сообщил:

– Рядом деревня. Не успеем промокнуть.

– Но я что–то не вижу, – с недоверием ответил Влад, и усталым взглядом прошёлся по деревьям. – Лес вообще бесконечный.

Не прошло и трёх минут, как они действительно вышли на широкую тропу, по обеим сторонам которой утонули в зелени деревенские дома. Остановились под ветками яблони. Когда во власть природы попадает то, что создал человек, всё приходит в упадок. Природа берёт своё. Как случилось и с этим населённым пунктом. Сложно поверить, что три десятилетия назад здесь, на месте этой тропы, пролегала центральная улица небольшой деревни. Сам асфальт, если он некогда и был тут, давно исчез под плотным слоем дёрна и зарос густой травой. Состояние домов было разным. Одни замаскировались, полностью поросли вьюном. Другие остались напоминанием, что ранее здесь была жизнь. Третьим повезло меньше. У одного дома крыша провалилась вовнутрь, у другого обрушилась стена, оголяя пустую комнату. Остальные дома в конце улицы растворялись в объятиях молочного тумана, который медленно поглощал всю деревню. Прямо у тропы, образовав сказочный вход в деревню, росли два дерева. Их ветки сплелись между собой, и этот веточный купол прекрасно защищал от дождя. Часть веток склонялись к земле от обилия зелёных яблок. В траве лежала обломленная тонкая ветка. Видимо, не выдержала урожая и, треснув, упала. Совсем недавно, так как яблоки на ней ещё свежие.

– Какой богатый сезон, – как-то с уважением проговорил Влад, бросая взгляд то в одну сторону, то в другую. Деревня его заинтересовала. Он не впервые в брошенном населённом пункте. Бывал и ранее в подобных местах. Пробудились воспоминания о поездке на юг. Вот их группа медленно идёт мимо стен пустых домов Акармары. И гид – девушка со странным именем Тали (настоящее её имя он забыл), рассказывает о былом величии шахтёрского городка. И сама искренне восхищается удивительным стилем западно–европейской архитектуры, в котором выполнены практически все постройки в городе. Тали провела по улицам, заводила в квартиры с почерневшими стенами. И все участники тура смогли глубоко проникнуться душой к умирающему городу. Да, Акармара вроде тоже заброшенный город, как эта деревня, но там всё было по-другому. В Абхазском варианте кругом снуют туристы, щёлкают на фотоаппарат каждый угол и каждого поросёнка, коих почему-то там немалое количество. Туристов привлекает и то, что среди чарующей и пугающей разрухи до сих пор живут люди…

«И по этой деревни пройдусь», – подумал Влад, а вслух спросил. – Во многих домах сохранено остекление. Как так вышло?

– Здесь не бывает людей, – коротко пояснил дядя Гриша.

– Совсем?

– Ну, иногда случайно сталкеры оказываются здесь. Такие ребята обычно не грабят. Переночуют в деревне и уходят дальше. Но это редкое явление. В основном тут глушь.

– Разве тут где-то можно спать? – у Влада были свои сомнения насчёт домов. Ему казалось, что они изнутри давно сгнили от сырости и покрылись плесенью.

– Очень надеюсь, – протянул дядя Гриша и вышел из-под арки. Дождь сразу атаковал его холодными каплями. – Не лето, а осень, чтоб её! – возмутился дядя Гриша и ускорил шаг.

Пройдя несколько шагов, он свернул за куст сирени и проскользнул в неприметную, настежь открытую калитку. Перед ним открылся небольшой сад, утонувший в тени деревьев. Трава под деревьями выросла по колено, и, чтобы пройти к деревянному дому, дядя Гриша ногами расчистил себе путь, приминая траву. Он поднялся на крыльцо, толкнул дверь и прошёл в дом. За ним проследовал Влад и оказался на просторной веранде. «Кухня» – понял Влад, увидев в конце веранды русскую печь с лежанкой. Через многочисленные окошки угловой рамы в помещение проникал дневной свет, и можно было всё рассмотреть. На окнах старый тюль, посеревший от времени. Нижняя его часть накрывала гору пыльной посуды на столе. Из–под стола выглядывала пара мужских резиновых сапог с высоким голенищем. Влад прикрыл входную дверь, и опустил собаку на пол. Дядя Гриша последовал этому примеру и потряс руки:

– Наконец–то! Чихуахуа, а весит центнер!

Долгий переход утомил собак, но это им не помешало удовлетворить своё любопытство. Они почувствовали множество незнакомых запахов и бросились всё обнюхивать. А мужчины прошли дальше. Следующая комната оказалась больше и темнее. В комнате стоял полумрак, но скудная обстановка придавала некий уют. Как в детстве, в бабушкином доме. На полу – вязаный коврик, в углу – старая кровать со смятой постелью, на железной спинке развешаны два женских плаща и мужская потёртая куртка. Рядом – тумбочка без дверцы, а сверху на ней – разбитый светильник и огарок свечи. В противоположном углу расположился советский телевизор с деревянным корпусом на ножках. На его пыльном кинескопе неизвестные вывели надпись: «Мы живы». Надпись была не свежей и успела покрыться своим тонким слоем пыли. У стены, между окон, стоял круглый стол и на его поверхности раскиданы конверты и пожелтевшие бумажные листы. При виде бумаг дядя Гриша недовольно сжал кулаки и молча скрылся в очередной комнате. Та еще более тёмная, маленькая с крохотным окошком. В одном краю самодельная деревянная двуспальная кровать, что занимала половину комнаты. Постельное бельё на ней также смято. В другом углу противоположной стороны вещевой низкий шкаф с закрытыми дверцами. На подоконнике глиняный горшочек с сухим цветком и открытая железная коробка.

Маленькая комната не заинтересовала Влада, что не сказать о письмах. Он взял со стола один конверт и устроился на ветхий табурет у окна. Погода испортилась, и по стёклам били крупные капли дождя. Экскурсию придётся отложить. Влад повертел в руке конверт. Чернила едва различимы, а почерк красивый, ровный. Сразу понимаешь – женский. Получатель: Егорова Анна Викторовна. И дата на печати – 27.10.1982 год. Влад извлёк из конверта исписанный лист и развернул его.

– «Дорогая Аннушка! Как ваши дела? Что там у Ивана? Починил свой проклятый трактор или выдали новый? Девочки как там? А ребята? Особенно хочу знать, как Гришка, хорошо учится? Он, сорванец, мечтал удрать в Киев и стать министром. А я его пугала, что участковый ваш, Виктор Михайлович, посадит его в тюрьму, если тот сбежит из дому…» – негромко зачитав вслух, Влад запнулся, призадумался. Если память ему не изменяет, то его старший приятель, как раз Егоров Григорий Иванович. – Дядя Гриша, как твоя фамилия?

– Егоров, – ответил дядя Гриша и появился на пороге с железной коробочкой в руках.

– Вот оно, что! – догадливо протянул Влад и укоризненно покачал указательным пальцем правой руки. – Понятно, почему ты рвался уходить в Беларусь через Зону. Ты, дядя Гриша, шёл домой…

– А ты хорош! – усмехнулся дядя Гриша и махнул рукой на комнату, откуда только, что вышел. – Не просто дом. Здесь я родился.

– Ты большая загадка. Тётка твоя, как в воду глядела. Живёшь в Киеве, как хотел. Вот только почему не попал в Министерство?

– Так, ты читай внимательно. Учился плохо. – Дядя Гриша подошёл ближе, положил на стол коробочку и выглянул в окно. – Ночь будет дождливой. До завтра перекантуемся здесь. Есть хочешь?

– Скоро живот прилипнет к позвоночнику, – прозвучал ворчливый ответ. – Давай уж, собачью похлёбку.

– Тебе принесу, а себе консервы.

– Стой. Какие?!

– В подвале, если не утащили, – отмахнулся дядя Гриша, и, уходя, попросил. – Покорми собак. Миска валяется где–то на крыльце.

Туся с Дракулой бродили и изучали все углы. Дракуле новый дом пришёлся по душе. Он даже представил себе, что где-то совсем рядом морской берег, а на берегу дом, в котором живут его хозяева. Несколько месяцев назад они оставили своего питомца в ветеринарной лечебнице и уехали на море. Дракула успел соскучиться по ним и надеялся, что они теперь совсем рядом. Осталось их найти. Туся, напротив, была возмущена, и дом ей показался неприятным. Ей хотелось к своей хозяйке. И врач по имени Ветеринар, по её мнению, как раз собирался её отвезти домой. Увы, колесо судьбы завертелось в другую сторону и теперь всё, не видать ей любимой хозяйки. И неизвестно, что вообще их ждёт. Вроде нужно держаться от этих людей подальше, но без помощи этих мужчин точно жди беды…

Влад неохотно поднялся со стула и вышел на веранду. В полу рядом со столом открыт люк. Внизу, подсвечивая себе фонариком на смартфоне, в подвале возился дядя Гриша. Влад не стал его беспокоить и вышел на крыльцо. Осмотрелся. Ах вот она – неглубокая алюминиевая миска выглядывает из-под лестницы. Он спустился по ступеням, поднял и ополоснул миску под водостоком, который неплохо справлялся со своей работой. Ливень был такой сильный, что трубу слегка трясло от большого напора воды. Влад отметил, что на улице заметно похолодало, и воздух наполнился запахом мокрой земли. Слышал, что у этого запаха существует определённый термин – называется петрикор. Его приятно вдыхать. Чувствуешь в нём свежесть, очищение. Благодать!

Ливень заставил туман отступить, и тот повержено рассеялся, так и не захватив целиком всё мёртвое поселение в свой молочный плен. За дорогой стоял зелёный дом с синими ставнями. Влад сразу представил себе, что когда-то раньше в деревне кипела жизнь, и, может, соседи из этого дома приходили к Егоровым, чтобы совместно провести праздники. Сидели, распевали песни под той яблоней, где до сих пор героически стоит скамейка. Правда, её уже сложно заметить за высокой травой. Или соседи шли, чтобы обсудить последние новости. Например, про взрыв на станции и про таинственные цветные пятна. Подобные пятна, говорили люди, не походили внешне на бензинные разводы, какие привычно видеть в лужах на автодорогах. Они другие. Опасные и светятся. После трагедии жители могли их обнаружить в своих огородах, на крышах или в ведре для колодца. Влад не знал, насколько это правда, хотя часто слышал подобное.

Дом со ставнями зашумел. Раздался страшный грохот, и стены соседнего дома затряслись. Труба дымохода провалилась в крышу, а одна ставня на окне сорвалась и упала в полынь.

Влад испуганно вздрогнул.

«Дом рушится?»

Не придумав ничего другого, Влад с миской в руке перебежал дорогу и зашёл в соседний двор. В ноздри ударил приторный запах горькой полыни. По какой-то причине полынь здесь разрослась целой плантацией, и, чтобы добраться до окна, мужчина сминал её под подошвой обуви. Вот и упавшая ставня. Влад встал на неё и осторожно заглянул в дом. Через грязное потемневшее стекло виднелся лишь мрак. Будто заглянул в настоящее логово нечисти. В воздухе летают частицы сажи, на полу разбросаны кирпичи и осколки разбитого заварного чайника. Прямо напротив окна, в стене, зияла крупная брешь, как разинутая пасть самого монстра, хозяина логова. Он и изрыгнул весь этот мрак. Всё оказалось под чёрной вуалью его власти – рваные обои, что кусками свисали со стен, пол, потолок и большая фотография в рамке, висевшая над столом. С потолка тонкими струйками стекала грязная вода, образуя на полу ужасные лужи. Апокалипсис в заброшенной избушке.

Сверкнула молния, на секунду осветив всю улицу. Вскоре, ожидаемо пронеслась волна громового раската, и дождь усилился. К этим природным актёрам присоединился и ветер. Сильный, холодный, словно кто-то случайно выпустил из сундука осенний ветер, перепутав его с летним. Снова молния. На этот раз, разрезая тучи смертельными разрядами, появилась сама госпожа гроза.

Испугавшись пойти в расход природы, Влад бросился назад, к дому, который принял их на ночлег. Правда, путь к отступлению оказался нелёгким. Сильные ливневые струи летели, как стрелы войска Посейдона, склоняя ветви к земле. Влад уже подошел к калитке, когда налетевший ветер сбросил на него с дерева порцию ледяной воды.

– Ну, спасибо, – усмехнулся Влад, заскакивая на крыльцо. Оглядел себя со всех сторон и с обидой вздохнул. Любопытство иногда выходит боком, и теперь он мокрый, как кот в канаве.

На веранде Влад столкнулся с бородатым приятелем. Тот держал в руках несколько банок консервов. При виде Влада, дядя Гриша с удивлением присвистнул.

– Ты в бочке за домом искупался?

– Да, вот, миску помыл. – Влад повертел в руке чистую посуду.

– Судя по грохоту, сначала сходил, отбил с неё грязь о соседний дом?

– Там дымоход развалился. – Приятель рассказал о происшествии в доме с синими ставнями, и с тревогой спросил, – здесь так не произойдёт?

– В шкафу чистые шмотки в пакете. Конечно, не бренд, но сдохнуть от простуды не дадут. Я печку растоплю, заодно и проверим дымоход, – ответил дядя Гриша, отложив банки на кухонный стол. Он мягко опустил крышку люка подвала и вышел на крыльцо. – Ушёл за дровами в сарай.

Влад стянул с себя мокрую одежду и развесил на старой верёвке, которая была протянута над печкой. И голышом прошёл в маленькую комнату. Нужный пакет в шкафу сам бросился в глаза, лежал на верхней полке. Старые джинсы, футболка, лёгкий свитер – всё было кстати. Одевшись, Влад достал из рюкзака банку с собачьей едой, вскрыл и вывалил содержимое в блестящую миску. Туся с Дракулой, как саранча, набросились на еду. Животные успели проголодаться и теперь стремились это исправить. Влад взял с постели рваный мужской красно-белый свитер с ромбиками, пару раз крепко стряхнул с него пыль и расстелил на полу.

– Будете здесь спать, – сказал Влад и, пройдя к креслу, стал проверять его на прочность. Признал годным к использованию и пододвинул его ближе к окну, ладонью выбил с обивки пыль, и всем телом откинулся на спинку. Кресло потеряло былую мягкость, но всё равно оставалось удобным. Влад вытянул ноги и сложил руки на животе. Есть ему не хотелось, хотелось просто отдохнуть. Покой в доме, возня приятеля на кухне, запах горящих дров, монотонный шум дождя и грохот грома усыпили Влада, и вскоре в комнате зазвучал храповой оркестр.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.