Наталья Шевцова
Замуж не напасть, но как бы замужем не пропасть

Глава 1

К сожалению, прежде чем отправится на ужин с друзьями и любимой, Микаэлю предстояла ещё одна остановка. Милдред он предложил посидеть в машине, чему она была только рада. А вот своего новоявленного кризис-менеджера Микаэль попросил подняться вместе с ним в офис на 52-й этаж Сторм-плаза.

– Люк, ты установил, как именно София умерла? – обратился он с вопросом к другу, едва они оказались в лифте.

– У нее на теле огромная гематома, сейчас сам увидишь. Я просканировал её, – голос блондина вдруг зазвучал безжизненно и очень устало. – И выяснил, что у Софии нет ни одной целой косточки в теле, словно бы она упала, как минимум со стометровой высоты. Мик, её тело буквально разорвано изнутри…

– То есть, она пострадала в той же мере, как если бы выпала из окна собственной приемной… – задумчиво проговорил Микаэль. – Кстати, не забудь вызвать полицию, как только мы войдём в офис. Заявим, что мы её только что обнаружили. А что камеры? Чем-нибудь помогли?

– Не особо, – покачал головой Люк. – София не покидала офис, она спала Мик…

– Софи-ия… Спала на работе… – задумчиво-мрачно повторил Сторм.

– Ты серьезно?! – вспылил блондин. – Тебя серьёзно заботит то, что она якобы спала на работе?! – возмущенно добавил он.

– Разумеется, меня заботит не это! – огрызнулся Сторм. – Меня заботит то, что если она уснула на работе, то это значит, что её кто-то усыпил! И этим кем-то точно не мог быть Ваас!

– Я тоже сразу же об этом подумал, – кивнул адвокат. – И поэтому магически обследовал чашку, из которой перед тем как уснуть она пила кофе. И обнаружил, что ее усыпили, подмешав то ли в сахар, то ли в кофе морфин.

– Дьявол, Ваас чем дальше, тем больше меня пугает! Слишком он быстро освоился в мире смертных! Учитывая, что кофе София готовит себе всегда сама и сахар у нас кусковой, то морфин вероятней всего подсыпали в контейнер кофеварки. Это значит, что камеры необходимо просматривать чуть ли не с самого утра.

– Ты прав, – кивнул Люк. – Но думаю, что решение этой загадки мы вполне можем оставить полицейскому департаменту Нового Орлеана, куда я сейчас сообщу о том, что мы с тобой только что обнаружили твою помощницу мёртвой. Я, кстати, наложил на тело Софии иллюзию передозировки составом из морфина и хлорпромазина¹… Так у полиции возникнет меньше вопросов… к тебе, Мик, я имею в виду.

– Спасибо, – вампир с искренней благодарностью посмотрел на друга.

– Да уж, весело тут у вас! – присвистнул Бельфегор.

– Не вижу ничего веселого! – весьма жестко осадил демона Сторм. – Ваас определенно в бешенстве… Мы не позволили ему добраться до Милдред, и поэтому он забрал жизнь другого близкого мне и Люку человека! София была не просто сотрудником, она была другом…

– Нет, здесь не только это… – не согласился Бельфегор. – Друга Ваас убрал как бонус, однако, прежде всего, твоя помощница ему была нужна как источник информации. Насколько я это понимаю, из тех до кого он мог дотянуться в этом мире, никто не знал о твоих делах, да и о тебе самом больше, чем она, – кивнул он на мёртвую девушку. – Короче, Мик, он занялся тобой, твоим окружением и твоими делами вплотную!

– Странная позиция для демона, взявшего на себя контрактную работенку, не находишь, Бельф?

– Ничуть, – в очередной раз не согласился демон. – У него самая, что ни на есть правильная позиция, с точки зрения демонов, разумеется. Из-за того, что ты мешаешь ему выполнить заказ, страдает его репутация. А мы, демоны, к своей репутации относимся очень трепетно, – иронично объяснил он. – Ну, а если серьезно, Мик, то просто вспомни, чем питается Ваас – страхом и ужасом. А теперь подумай, что ты и Люк, два древних и весьма могущественных вампира, в данный момент чувствуете? Правильно… страх за тех, кто вам дорог. И вину! Ты ведь сейчас чувствуешь себя очень виноватым, так ведь, Сторм? И ты, Люк? Ну вот и молодцы-ыыы! – саркастично протянул он. – Продолжайте, уважаемые, в том же духе и Ваас и от вас в кратчайшие сроки даже мокрого места не оставит!

– Но я действительно виноват! – негодующе возразил Сторм. – София мертва из-за меня! Из-за того, что я её не уберёг! Какой там не уберёг! Я даже не подумал о ней. Мне было плевать на неё!

– Во-во! Конкретно, вот этого я и боялся! – закивал головой демон, указывая на Сторма. – Люк, ты к нему ближе, дай ему в пятак, только хорошо дай, так чтобы почувствовал!

– Я просто начисто забыл о ней! Я думал только о том, как защитить Милдред. А на Софию мне было плевать! – между тем продолжал посыпать голову пеплом Сторм.

– Та пошел ты! – отмахнулся от демона Люк. – Тебе не понять! Не ты потерял друга! Оставь Мика в покое!

– Ну, что за древние идиоты?! Ни в чём не шарят! – с досадой проворчал Бельфегор и, продемонстрировав молниеносную реакцию, со всей дури просвинговал² правой рукой в поглощенного чувством вины вампира.

И именно в этот момент, точнее буквально за секунду до столь же чувственной, сколь и неотвратимой встречи кулака демона и челюсти вампира, дверь приёмной открылась, и на пороге появились сотрудники Новоорлеанского департамента полиции. Однако на пороге оставаться им предстояло недолго…

– Бельф, ты офигел!? – взвыл Сторм, пораженный не столько резкой болью, хотя врезал демон так, что мало ему не показалось, сколько неожиданностью атаки. – Да, я тебя! – прорычал обалдевший от полученного ни с того ни с сего удара в челюсть вампир и, дабы ответить взаимностью, замахнулся правой рукой, которую ему тут же попытался завести за спину один из тех слуг закона и порядка, которые не дожидаясь приглашения бросились разнимать настроившихся на серьёзную драку мужчин.

Стряхнув с руки полицейского и увидев, что сотрудники полиции уже скрутили Бельфегора, которому хватило ума не сопротивляться, Сторм мгновенно остыл.

– Офицеры, офицеры, разрешите вам напомнить, что вы находитесь на территории частной собственности, и до тех пор, пока вам не поступит жалоба, всё что здесь происходит – это наши личные проблемы! – как истинный адвокат, тут же поспешил встать на защиту гражданских прав и свобод своих клиентов Люк Рейн. – Мартин был влюблен в Софию и теперь считает, что Мик должен был её лучше охранять. По этой причине Марти очень расстроился и слегка погорячился. Мик, я ведь правильно понимаю, что ты не собираешься выдвигать обвинения против Марти за то, что он слегка дал тебе… гммм… по личику? – с абсолютно невозмутимой миной официальным тоном, в котором не было ни намёка на издевку или ухмылку, поинтересовался блондин. Вслед за чем столь же невозмутимо и официально добавил. – Ну и в частности за то, что ты пропустил этот удар?!

– Нет, не собираюсь! – хмуро кивнул «пострадавший». – Тем более, что удар у Марти как у девчонки! – мстительно добавила недавняя жертва почти нокаута, с вызовом смотря на покрасневшего от негодования демона.

– В следующий раз, учту! И врежу уже не как девчонка! – сузив глаза, обиженно прошипел демон. – Вот только не жалуйся потом, если ты так и не сумеешь очнуться!

– Марти, прекрати! – сменив нарочито невозмутимый тон на по-настоящему серьезный, рыкнул Люк. – Господа офицеры, это он так шутит! Я вам гарантирую, что все здесь будут живы и здоровы. В смысле, все – это эти двое, ну и я ещё. И вы, конечно, – поспешил он заверить с недоумением и подозрением пялящихся на него полицейских. – Что же касается Софии, то она уже, к сожалению, не будет. Но все остальные здесь будут живы! Это я вам обещаю! Я, кстати. Люк Рейн. Адвокат, вот этих двоих, – кивнул он на Сторма и Бельфегора и протянул руку полицейскому, одетому в штатское, которая так и осталась висеть в воздухе… Однако не потому что полицейский в штатском оказался невоспитанным грубияном, а потому что та самая уборщица, о которой друзьям накануне рассказывал Бельфегор, выбрала именно этот момент, чтобы вломиться в приемную и, держась за сердце, простонать:

– Помоги-иите! Помоги-иите! Я, кажется, умира-ааю!

Хозяин кабинета тут же бросился к аптечке, попутно доставая из кармана мобильной, чтобы позвонить «911», судмедэксперт к «умирающей» женщине. А вот полицейские, все как один, вопросительно покосились на адвоката.

– Хорошо, хорошо, беру свои слова обратно, – пожав плечами и разведя в стороны руки, кивнул блондин. И тут же подумав, что его могли неправильно понять, добавил. – Но не все! Разумеется, слова о том, что эти двое, я и вы все будем живы, я назад не беру. А вот, что касается всех остальных, то я…

Люк хотел сказать «не ручаюсь», однако увидев, что пожилая женщина внимательно его слушает, передумал. Вместо этого, он участливо заверил женщину, что и с ней тоже всё будет хорошо, поинтересовавшись при этом, как она себя чувствует.

Польщенная вниманием пожилая женщина, попыталась было сразу же ответить, что она уже чувствует себя гораздо лучше. Вот только к тому моменту Сторм подал ей уже стакан воды с разведенной в ней валерианой, а она успела сделать первый глоток, вода из которого из-за того, что она отвлеклась попала не в то горло и женщина поперхнулась.

Как только его сотрудница поперхнулась и начала задыхаться, Микаэль тут же стал хлопать её по спине, однако поперхнувшейся не становилось от этого легче. Она продолжала задыхаться и надрывно кашлять и скоро уже была красной как рак.

Коронер вернувшийся было к покойной, снова поспешил на помощь, что вызвало у несчастной женщины приступ ещё более сильного кашля и одышки.

– Черт! Такими темпами она не доживёт, пока приедет скорая, – обеспокоился Сторм. – Нам придётся звать Милдред, может она чем-то поможет? – он снова достал из кармана телефон, на сей раз, чтобы позвонить своей временной жене.

– Милдред – доктор. Доктор Райт. Она врач-кардиолог, – объяснил озадаченным и несколько растерявшимся полицейским Бельфегор. – Она сейчас внизу в машине! Ну потому что мы на ужин все вместе ехали! Она, кстати, жена вот этого, – добавил он, кивая на Сторма, решив на всякий случай объяснить, почему доктор-кардиолог и вдруг оказалась с ними в машине. Вслед за чем не удержался и ещё раз добавил: – По крайней мере, пока ещё жена! Она развестись с ним хочет, – доверительно сообщил он всем, кто был готов слушать.

– Мартин! Заткнись! – не выдержал Микаэль, который уже успел позвонить Милдред и попросить ее срочно подняться на 52-й этаж.

– Слишком много информации?! Понял. Ну, извини… – без толики раскаяния в голосе «покаялся» демон. – А эти… – напомнил демон, указывая на свои руки, всё ещё закованные в наручники, – с меня кто-нибудь снимет? Или мне придется самому об этом позаботиться?

– Мартин! – сурово прикрикнул на демона Люк.

– Мистер Рейн, под вашу ответственность, – с нажимом сообщил один из детективов, снимая с буяна, при котором не обнаружилось никаких документов, удостоверяющих личность, наручники.

– Буду вам очень признателен, детектив?..

– Эспинозо.

– Разумеется, детектив Эспинозо, под мою полную ответственность, – кивнул Люк. – Уверяю вас, Мартин – такой же гражданин нашей страны, как я и вы, а не нелегал какой-нибудь.

Глава 2

Громко хряпнув, распахнулась дверь и в офис, словно поток свежего ветра стремительно ворвалась поразительно красивая молодая женщина. Все мужчины как один проводили её восторженным взглядом, ни один из которых она, казалось, даже не заметила.

– Кто? – окинула она быстрым взглядом всех присутствующих в комнате. – А-а-а! – кивнула она, увидев страдающую от кашля и одышки больную, которая, несмотря на своё состояние, тем не менее, весьма яростно отбивалась от коронера, пытавшегося оказать ей медицинскую помощь.

– Скорую уже вызвали? – поинтересовалась доктор Райт тоном, от которого всем в комнате, кто сам лично не побеспокоился вызвать скорую, стало стыдно.

– Сразу же вызвали, – с восхищением наблюдая, как уверенно, четко и эффективно действует его временная жена в ситуации, в которой он ничего не смог сделать, отчитался семисотлетний, могущественный вампир, непроизвольно вытянувшись по струнке, как и все остальные в комнате.

– Сразу же? Это когда? – нетерпеливо-повелительно уточнила доктор Райт. – Больная приняла, что-нибудь ещё, кроме валерианы? – она, поморщившись, понюхала стакан. – Аспирин? Нитроглицерин? Кто-нибудь немедленно откройте окно!

Окно, причём не одно, а все три, имеющиеся в офисе – тут же открыли.

– Шесть минут назад! – посмотрев на смартфон, отрапортовал вампир, с трудом удержавшись от того, чтобы ещё и честь не отдать или хотя бы не извиниться за то, что он сам сразу не сообразил, что нужно ещё и точное время сообщить.

– Только валериана, да и то всего глоток, – отрапортовал коронер.

– Ну хорошо, – кивнула доктор.

И все, кто был в комнате, как один, непроизвольно выдохнули.

– Прости София, – грустно прокомментировал Бельфегор. – Но нам пока не до тебя…

– Вы ошибаетесь, мистер Мартин…? – детектив Эспинозо ожидающе посмотрел на него.

– Стоун…

– Так вот, Мартин Стоун, все, кто Софии нужен в полном её распоряжении! – Мистер Рейн, кто обнаружил труп?

– Мы втроём, Я, Мик и Мартин. И сразу же позвонили в полицию, – не моргнув глазом, солгал Люк и затем рассказал детективу всё, что, как он полагал, тому стоит знать.

– Не похоже, чтобы тело передвигали?.. – детектив скорее заметил это сам для себя, чем поинтересовался. – Хммм… Такое ощущение, что она уснула и умерла во сне… – продолжал он размышлять вслух. – Гммм… странно… Мистер Сторм, а для вашего секретаря это нормальное явление спать на рабочем месте?

– Разумеется, нет, – глухо и холодно ответил Микаэль.

– Дерен, тебя там всё равно боятся, иди лучше займись тем, за что департамент полиции тебе деньги платит! – обратился Эспинозо к коронеру.

– Хавьер, но доктору Райт может понадобиться моя помощь! – возразил очарованный доктором мужчина.

– Всё в порядке. Я справлюсь, – заверила галантного коронера Милдред, которая уже успела помочь пациентке восстановить дыхание и теперь занималась прослушиванием её грудной клетки.

Вынув оливы своего стетоскопа из ушей, доктор Райт одобрительно прокомментировала действия своего временного мужа.

– Мистер Сторм, вы совершенно правильно сделали, что сразу же вызвали скорую, этой больной нужна срочная операция на сердце! И я подумала, что раз уж я тут и она тут, то…

– Не может быть и речи! – резко оборвал её Сторм.

– Но вы даже не дослушали меня?! – возмутилась Милдред.

Полицейские, которые уже успели погуглить хозяина офиса, ни разу не скрывая удивления и любопытства, посмотрели на молодоженов, чья свадьба, как утверждал интернет, считалась событием этого года.

– Сказал же, что ЕГО жена развода с НИМ хочет… – демон, самодовольно улыбаясь, указал на Микаэля. – А вы, что все думали, что я шучу? Да-да! И красавцев-миллиардеров тоже бросают! И они богатые и красивые тоже плачут!

Бросив на друга взгляд, клятвенно пообещавший тому скорую и обязательно кровавую расправу, богатый и красивый демонстративно-нежно улыбнулся желающей развестись с ним жене, чем внёс дополнительное смятение в и так уже порядком смятенные умы зрителей трагикомедии «Богатые и красивые тоже плачут».

– Мисссс-кхе-кхе-лдред, – оказавшись под перекрестным огнём горящих алчным любопытством взоров, сначала поперхнулся официальным обращением к жене, а затем сконфуженно закашлял Микаэль.

По большому счёту, конечно, ему было плевать, кто и что думает о его отношениях с женой. Но с другой стороны, решил он, зачем же давать лишний повод для сплетен?

– Я ведь тебе уже всё объяснил, и ты согласилась, что я прав, – спокойным и даже мягким голосом продолжил он.

– Но я уже приблизительно понимаю, что именно не так с её сердцем! И поэтому я бы хотела быть на её операции, чтобы консультировать, – возразила Милдред. – Просто консультировать!

– Нет! Категорически нет. И почему нет, не обсуждается! – на сей раз в голосе мужчины отчетливо прозвучала сталь.

– Не обсуждается? – оторопело переспросила Милдред. – Как не обсуждается?! Но это же самодурство! Я вас просто не понимаю! Я никогда не думала, что вы настолько деспот! И тиран! Я ведь всего лишь хотела…

– Милдред, мой ответ не изменится, – тяжело вздохнув, усталым тоном заверил деспот слеш тиран слеш самодур. – Мартин, организуй доставку пациентки в холл, чтобы не терять зря время. По моим подсчётам, скорая уже через семь-десять минут будет на парковке у центрального входа.

Отдав это распоряжение, богатый и красивый, но несчастный повернулся к детективу Эспинозо и сообщил, что если у того, есть к нему вопросы, то он полностью в его распоряжении. Разумеется, у детектива нашлось пара-тройка неотложных вопросов, чтобы задать их работодателю безвременно погибшей девушки. Кроме того, несмотря на позднее время, чисто из мужской солидарности, детектив решил оказать услугу «несчастному миллиардеру» и задал ещё несколько вопросов, дабы предоставить тому возможность передохнуть от пышущей негодованием стервы-жены. Которая, по его экспертному мнению, относилась к тем эгоцентричным и самовлюбленным натурам, которые считают, что только они всё лучше других знают и лучше всех делают. Консультировать она хотела бы! Мысленно фыркнул детектив Эспинозо, который терпеть не мог тех, кто лез к нему с советами по поводу того, как ему нужно делать его работу. А тут операция на сердце! Он даже вздрогнул, представив себе хирурга, доведенного до белого каления советами этой заносчивой фифочки.

Милдред знала, что без разрешения Сторма её и на пушечный выстрел не подпустят к операционной, поэтому ей ничего другого, кроме как подчиниться, не оставалось. Однако она позаботилась о том, чтобы весь её вид выражал крайнюю степень протеста, связанного с вопиющим попранием, как она считала, её личной самостоятельности и профессионального достоинства.

«Да, что он себе позволяет?! – негодовала доктор Райт. – Самодур! И как я раньше этого не замечала?! Вот, если бы знала раньше, какой он тиран и деспот, то ни за что бы замуж не пошла! Стоп! – встрепенулась она. – Что это я такое несу? Замуж я за него и так не пошла… Хотя, вообще-то, как бы и пошла… Но не потому что хотела за НЕГО замуж, а потому что так получилось. Нет, но ладно бы я предложила сама провести операцию, но я же хотела просто консультировать! Если бы я вернулась в госпиталь, мне не пришлось бы врать Брэду, – с досадой и горечью думала она, перескакивая с мысли на мысль. – А я ведь терпеть ненавижу врать Брэду! Господи! Как же я ненавижу врать Брэду! Нет, но как он может, запрещать мне даже консультировать?! – в очередной раз сменили направление её мысли. – Сначала сказал, что мне нельзя оперировать! А теперь мне, оказывается, и консультировать нельзя! Да это бред! Бред и самодурство! Вот если бы я до сих пор не хотела с ним развода, то теперь точно бы захотела! И поэтому прямо сейчас пойду и скажу, что хочет меня защитить – пусть защищает, но развод пусть обеспечит мне уже завтра утром! Точнее, уже сегодня. И плевать я хотела…

Однако на что она там хотела плевать, Милдред так и не успела додумать, потому что в её помощи нуждался Бельфегор, который всё никак не мог уговорить сотрудницу отдела клининга Теодору Смит ВРЕМЕННО, Бельфегор особо выделил это слово, причём несколько раз, прилечь на носилки, которые любезно предоставил коронер.

Умирающая же, несмотря на то, что активно умирала – категорически не соглашалась прилечь на, как она их называла, носилки-«трупоноски».

Бельфегор мог бы воспользоваться убеждением, но сразу несколько полицейских с большим интересом следили за ходом этих «переговоров».

«Кроме того, – взыграла в демоне гордость, – гений я или кто? Я буду не я, если не уговорю обычную смертную, пусть и упрямую до идиотизма, лечь на носилки без помощи магии!» – решил он и попытался убедить больную, что конкретно эти носилки ЗАПАСНЫЕ и покойников они, если и носили, то так давно, что уже даже и не помнят об этом.

Однако аргумент «запасные» произвело на больную тот же эффект, что и аргумент «временные». То есть, никакого.

На раздраконенную самодурством временного мужа Милдред самодурство пациентки действовало как красная тряпка на быка. Одного самодура она бы ещё выдержала, но двоих и, причём, подряд – она что святая, что ли? Нет, не святая. И посему после того, как она с тем же успехом, что и Бельфегор привела несколько своих довольно весомых, на её взгляд, доводов, она не сдержалась и высказалась.

– Жизнь ваша, так что решать, нужна она вам или нет, конечно же, вам! Вы, разумеется, можете подождать ещё пятнадцать или двадцать минут носилки, которые принесут с собой санитары скорой помощи, и отправиться на них прямиком… в ПОСЛЕДНИЙ ПУТЬ! – с удовольствием отводя душу, раздраженно гаркнула она. – Или вы можете сейчас ВРЕМЕННО прилечь на ЗАПАСНЫЕ носилки коронера, выиграть при этом те самые пятнадцать или двадцать минут и таки доехать до госпиталя и попасть на операционный стол ЕЩЁ ЖИВОЙ!

Милдред и ранее говорила неразумно суеверной больной, что пятнадцать или двадцать минут, которые выиграют для неё временные носилки-«трупоноски», очень важны для её жизни, поэтому никак не ожидала, что упрямая больная вдруг после её крика души возьмёт и согласится. Причём, согласится сразу на всё и оптом. Больная прямо так и сказала: «Хорошо. Делайте со мной, что хотите! Несите куда хотите и на чём хотите!»

– Док, я рад, что я в вас не ошибся! – отдал ей должное Бельфегор и тут же подозвал одного из офицера, чтобы тот помог ему сначала положить больную на носилки, а потом и отнести её вниз.

– Доктор, а вы? – испуганно позвала больная, умоляюще смотря на Милдред.

– Не волнуйтесь, я иду с вами, – заверила пожилую женщину девушка и последовала следом за носилками.

– Нет, никуда ты не идёшь! – тут же возразил временный муж, непонятно как оказавшийся прямо у неё на пути.

– Нет, иду! – парировала Милдред, обходя его по дуге.

– Ну что ж, хорошо. Иди, – сквозь зубы процедил раздраженный упрямством девушки вампир, следуя за ней по пятам. – Но в скорой в госпиталь ты не поедешь! Я об этом позабочусь!

– Хорошо, – кивнула она, упорно продолжая идти.

– И в операционную тебя тоже не пустят! – продолжал угрожать Сторм.

– Ну и ладно, – пожала она плечами и продолжила идти.

– Мисс Райт, но вы же ведете себя глупо! Очень глупо! – практически простонал вампир.

– Это вы ведете себя глупо, – возразила Милдред. – А я всего лишь хочу вернуться в лимузин к Кэлвину, потому что здесь мне больше нечего делать.

– Что? – оторопело переспросил мужчина, несмотря на то, что смысл сказанного до него дошёл сразу. – И всё? Но почему же вы сразу не сказали?

– Потому что вы не спросили! – насмешливо бросила ему Милдред и скрылась за дверьми закрывающегося лифта.

– Чёрт! – выругался древний вампир, почёсывая затылок. – Я, кажется, действительно повёл себя глупо. Причём опять и снова! И опять и снова отнюдь не без помощи мисс Райт. Быстро же она освоилась с ролью жены, доводящей мужа до белого каления! Не-эээт, так не годится! – потряс он головой. – Срочно нужен развод!

Мысль о скором разводе отозвалась в его душе привычной грустью, однако и успокоила тоже. Ещё несколько дней и его жизнь вернется в свою привычную колею, пообещал он себе и открыл дверь своей приёмной.

Детектив Эспинозо как раз закончил интервьюировать Люка и решил, что пришло время узнать, что ему может сообщить судмедэксперт.

– Дерен, что скажешь?

– Предварительно… Могу сказать, что усыпили. Судя по вкусу кофе, морфином…

– Док?! – глаза Эспинозо стали по пять копеек. – Вы, что пробовали на вкус то, что осталось в чашке?!

– Детектив расслабьтесь, не скомпрометировал я ваши улики, просто обмочил абсолютно стерильный тупфер³ в кофе… ну и да… Потом попробовал то, что впиталось в ватку на вкус.

– А если бы в чашке оказался яд?!

– Хавьер, но по покойнице же видно, что она умерла во сне! Значит, это не мог быть ни сильнодействующий, ни быстродействующий яд. К тому же доза, которую я таким образом принял, получилась совершенно ничтожной. Кстати, если бы я был убийцей, то я бы морфин не выбрал… – авторитетно заметил судмедэксперт, сменив тему на более важную, по его мнению. – Да, у него нет запаха, но зато имеется легко узнаваемый терпкий привкус. Короче говоря, даже при том, что жертва пила очень крепкий и отвратительно сладкий кофе, и к тому же ещё и с молоком! – он скривился так, словно прямо в эту минуты съел, что-то особенно мерзкое, демонстрируя своё отношение к сладкому кофе с молоком. – Она всё равно не могла не почувствовать странного привкуса… Хотя…

– Что хотя? – нетерпеливо уточнил детектив.

– Она просто могла не знать, какой на вкус морфин. И так как вкус у него не то, чтобы неприятный, а скорее специфический, она могла предположить, что кофе с какой-то добавкой.

– Эй, вы! – окликнул Эспинозо штатных криминалистов, которые занимались тем, что снимали отпечатки пальцев со всех доступных прикосновению человеческих рук поверхностей. – Не забудьте забрать с собой в лабораторию для исследований кофеварку и воду…

– И паки с молоком! И мусор проверьте! Нет ли там использованных паков, – подсказал судмедэксперт. – Зуб даю за то, что морфин подсыпали именно в молоко, причем в приличном количестве. И ещё, учтите также, что морфин медленно растворяется в воде, – добавил он менторским тоном. – Я это к тому, что камеры слежения необходимо просматривать, начиная со вчерашнего утра…

– Учтем, док, – пообещал Эспинозо. – Офицер Поултер, вы слышали? Паки с молоком! И мусор!

Глава 3

Несмотря на то, что в Гарден Дистрикт, одном из самых респектабельных районов Нового Орлеана, было полным полно роскошных особняков весьма внушительных размеров, двухэтажный особняк Микаэля Сторма в готическом стиле, тем не менее, сразу приковывал к себе взгляд.

Дело было не в размерах особняка или его богато украшенном фасаде с резными деталями, не в многоцветных витражных стрельчатых окнах и не в многочисленности остроконечных, стремящихся в небеса башен и колон, а в ауре значимости, важности и тайны, которые окружали жилище одного из самых могущественных вампиров в истории Сумеречного мира.

К слову, на Милдред особняк произвел настолько сильное впечатление, что ей, убежденной атеистке, захотелось перекреститься, прежде чем переступить его порог. Поймав себя на этой мысли, девушка вспомнила, что благоговейный ужас, подобный этому, она уже однажды испытала… Очень давно, ещё в раннем детстве в тот день, когда бабушка Аннабел в первый и последний раз брала её с собой в католический собор.

«Это не храм! И тебе больше не четыре… – мысленно фыркнула она, отругав себя за излишнюю чувствительность. – Поэтому не переживай, Милли, в этом доме тебя не атакуют с расспросами странные крылатые существа. А если и атакуют, то, и что же? Я уже поверила в демонов и вампиров, поэтому что мне стоит, поверить ещё и в ангелов?!» – усмехнулась она своим мыслям и смело перешагнула порог.

– Вау! – выдохнула она, не сумев удержать восклицание восторга.

Внутреннее убранство дома оказалось ещё более потрясающим, чем внешнее его величие. Скажи ей сейчас Сторм, что она только что переступила порог не особняка, а временного континуума и, как результат, перенеслась на несколько веков назад – она бы ему поверила безусловно и абсолютно. Если бы, правда, при этом он не держал в руках свой смартфон и не рассказывал какому-то агенту Харперу, куда ему отправиться в такую безбожную рань с его вопросами.

Милдред не раз замечала, что мерцание свечей создает особенную атмосферу волшебства, умиротворения и покоя. Однако будучи дамой практичной, она не могла не отметить также и тот факт, что атмосфера, которую создают сотни мерцающих свечей, ярко освещающих комнаты старинного особняка, не только волшебная и умиротворяющая, но и пожароопасно-настораживающая.

Но хозяин-барин, поэтому свои соображения касательно вопиющей небезопасности данного элемента интерьера, она решила оставить при себе.

– Милдред, – извиняющимся тоном обратился к ней хозяин дома, как только они все вмести прошли в гостиную, – я хотел бы кое-что обсудить с Люком и Марти. Это займёт минут десять – пятнадцать, не больше!

– Я понимаю, – кивнула девушка, которая была даже рада остаться на несколько минут наедине сама с собой, дабы обуздать своё разгулявшееся в связи с нахлынувшими на неё воспоминаниями детства воображение. – Не переживайте, я найду чем заняться.

– Может вы хотели бы, пока осмотреть мою библиотеку? – предложил чувствующий себя ужасно неловко вампир.

– С удовольствием, – с энтузиазмом ухватилась за его предложение Милдред. Она не сомневалась, что библиотека такого уникального персонажа как Микаэль Сторм более чем достойна того, чтобы её увидеть.– Обожаю осматривать чужие библиотеки! – пошутила она.

– Тогда, я перепоручаю вас моей экономке, – кивнул вампир, и тут же перепоручил. – Рут! – обратился он к экономке, которая, как поняла Милдред по его взгляду, стояла у неё за спиной. – Проводи мою гостью в библиотеку!

– Провожу, чего ж не проводить, – прошелестело в ответ.

Милдред обернулась, чтобы поприветствовать свою провожатую и представиться, и остолбенела…

– Так я и знала! – пробормотала она ошарашено, увидев лупоглазое, остроухое крылатое существо.

Девушка пришла в такое замешательство, что неосознанно сделала три шага назад. Она бы сделала и больше, если бы на пути пятящейся её не оказалось препятствие в виде хозяина дома, который инстинктивно обнял её за талию и так и застыл, не зная, что ему делать дальше.

Оказавшись в объятиях Микаэля Сторма, Милдред испугалась ещё больше. Испугалась, потому, что стоять вот так, прижавшись к сильному телу этого странного и непостижимого мужчины, оказалось неожиданно слишком приятно.

Вот только это было не только потрясающе приятно, но и совершенно неправильно. И ещё очень и очень опасно. Опасно потому что каждый раз, когда она касалась своего временно-случайного мужа, на неё обжигающе-раскаленной лавой обрушивались воспоминания об их совместно проведенной ночи. Ночи, о реальности которой она изо всех сил пыталась забыть.

Поэтому она не смела, не имела права позволить себе наслаждаться близостью своего случайно-временного мужа.

Резко дернувшись всем телом и, зарядив при этом обнимающему её вампиру локтем под дых, Милдред решительно высвободилась из сводящих с ума объятий. Выдохнула, распрямила плечи и отважно пошла навстречу крылатому существу, которое взирало на неё с откровенным осуждением.

– Ох! – выдохнул позади неё мужчина.

– Как нибудь переживёшь, малыш! – насмешливо изрекла крылатая экономка, переведя взгляд на «малыша». – Смертная?! – не только неодобрительно, а даже слегка враждебно поинтересовалась она.

– Она моя гостья! – многозначительно парировал хозяин дома. – Поэтому прошу любить и жаловать! Милдред, это Рут, она фейри, хранительница очага. Рут, это Милдред, моя гостья, как я уже сказал.

– У-уугу-уу! – взирая друг на друга исподлобья с откровенным недоверием и подозрением, в унисон «поприветствовали» друг друга Рут и Милдред.

– В общем, вы тогда-ааа…м тут сами, а я пошёл! – пробурчал себе под нос хозяин дома и был таков.

Не стесненные ложной скромностью Люк и Бельфегор чувствовали себя в кабинете своего друга более чем уютно. Подвинув свои кресла поближе к камину, они наслаждались неспешной беседой и шотландским виски.

– Люк, предупреди судью о том, что завтра, точнее уже сегодня, я и моя жж… точнее Милдред будем у него в девять утра, – решительно объявил Сторм прямо с порога.

– Сделаю, – кивнул адвокат.

– Странно, что ты все-таки решил развестись… – задумчиво заметил Бельфегор.

– Ничего странного, – не согласился адвокат. – Таковы законы сосуществования нашего и её миров. И наш Мик этим законам не просто подчиняется, а является гарантом их незыблемости.

– Но после развода с ним, – Бельфегор вскочил ноги и ткнул Сторма пальцем в грудь, – доктор окажется в ещё большей опасности! Что совершенно неприемлемо! – он попытался ткнуть ещё раз, но не успел, вампир схватил «тыкальщика» за кисть и завёл его руку за спину. – Я ка-те-го-ри-че-ски против! – то ли простонал, то ли проскрипел сквозь зубы демон, пытаясь вывернуться из захвата.

– Пока Милдред мне не доверяет, она в любом случае в опасности! – огрызнулся Сторм. – А она мне не доверяет!

Поняв, что из захвата вампира ему не вывернуться, демон дематериализовался. И затем материализовался снова, но уже сидя в кресле. – Развестись с женой, чтобы обрести её доверие! – иронично хмыкнул он, потирая побывавшую в захвате кисть. – Оригинальный способ! Совершенно идиотский, но оригинальный!

– Да идиотский, – кивнул Сторм. – Но кто знает? Может идиотской аж настолько, что сработает? Кроме того, если я не разведусь до послезавтра, я должен буду передать скипетр управляющего кланами вампиров Ричарду.

– Ричард, это брат Джил, что ли? – уточнил Бельфегор, в задумчивости прикрыв один глаз. Впрочем, уже в следующую секунду, как только он увидел синхронный кивок Сторма и Люка, оба его глаза широко открылись и округлились. – Но он же безмозглый кретин! Вы шутите, наверное?

– Если бы, – тяжело вздохнул хозяин дома.

– Но как это стало возможно? Ваши Старейшины что, совсем из ума выжили?! – совершенно искренне предположил демон.

– Бельф, не сыпь соль на раны, – вздохнул Сторм. – В свое время это был достаточно разумный политический компромисс. Короче, Ричард мой вице-глава, – сообщив это, вампир снова вздохнул. – И это значит, что пока не изберут нового главу кланов – скипетр будет его по праву!

– Ладно, хочешь развестись, разводись, – патетично махнув рукой, разрешил демон. – Но-ооо, – поднял он вверх указательный палец, – потом не говори мне, что я тебя не предупреждал! Я предупреждал! И предупреждаю!

– А ещё ты обещал, что поможешь мне решить проблему с демоном страха, – напомнил другу Сторм. – Ну и что? Ну и где? Где твоя помощь? – ехидно поинтересовался он. – И кстати, что это была за идиотская выходка с попыткой нокаутировать меня?! – возмутился вампир, вспомнив об инциденте. – Короче, ещё раз выкинешь что-либо подобное, и я тебя тоже выкину… назад в Преисподнюю!

– Ты что так и не понял, почему я это сделал? – искренне удивился демон.

– Потому что у тебя руки чесались ещё с того случая в конце второй мировой?! – саркастически уточнил древний вампир.

– Должен признать, – широко расплылся в широкой, самодовольной улыбке демон, – что двинуть тебя по твоему такому благородному и человеколюбивому личику, у меня и в самом деле давно чесались руки. И не стану скрывать, это было очень приятно! – Бельфегор мечтательно закатил глаза к потолку. – Однако двинул я тебя всё же не поэтому. Ты что, так до сих по и не понял, что Ваас почти подцепил тебя на крючок?

– Меня на крючок?! Ваас?! Держи карман шире! Демон, ты говори, да не заговаривайся! – отмахнулся Микаэль. – Ну захлестнуло меня на секунду чувство вины из-за гибели Софии…

– Если бы только чувство вины, друг мой дорогой, но тупой! – усмехнулся демон. – Тебя захлестнул самый настоящий страх! Ты испугался, что Ваас сможет настолько же легко как добрался до Софии, добраться и до доктора! Просто вспомни, Мик, вспомни хорошенько, что ты чувствовал!

– Дьявол! Ты прав! – нехотя признал Микаэль.

– Я всегда прав! – самодовольно хмыкнул демон. – Что же касается твоего первого вопроса, о моём обещании помочь тебе избавиться от Вааса… – задумчиво изрёк мгновенно посерьёзневший Бельфегор. – Есть у меня одна идейка. Вот только она вряд ли тебе понравится, поэтому я, пожалуй…

– Бельф, ты нарочно издеваешься надо мной? Потому что видишь, что я в полном отчаянии? С какого перепуга тебя вдруг стало заботить, что мне понравится, а что нет?! – не выдержав, вспылил Микаэль. Витиеватость и неторопливость, с которой демон выдавал информацию, его уже так достали, что у него даже левое веко задергалось. – Не с того ли перепуга, что у тебя на самом деле нет никакой идеи?!

– Мать моя демоница! Какой ты нервный! – насмешливо-ехидно прокомментировал вспышку друга демон. – Хочешь услышать мою идею, так и скажи.

Вампир заскрежетал зубами.

– Хорошо, хорошо! Во-первых, я предлагаю отрезать Вааса от мира Тьмы…

– То есть, от теней, – понимающе кивнул хозяин дома. – Потеряв связь с которыми он потеряет способность насылать на смертных кошмарные сновидения удаленно. Это ведь так?

– Именно так, – подтвердил Бельфегор. – Потеряв тени, Ваасу придется каждый раз лично являться к смертным, чтобы наслать кошмарный сон. Так как это у него сейчас происходит с Милдред.

– Это отнюдь не решение нашей проблемы, но всё же намного лучше, чем ничего! – одобрительно заметил Микаэль. – В том случае, правда, если знать, как отрезать Вааса от теней? – вампир вопросительно посмотрел на демона.

– Я знаю, как это сделать, – кивнул Бельфегор. – На всего несколько часов, правда, максимум с рассвета и до заката… – словно бы продолжая над чем-то размышлять, нахмурившись, добавил он. И голос его при этом звучал как-то совсем без энтузиазма.

– Звучит вроде бы обнадёживающе… – в свою очередь озадаченно нахмурился Сторм. Глаза его сузились в щёлочки, а между бровями залегла глубокая борозда. – Но твоё выражение лица и тон… – озабоченно хмыкнул он, – говорят мне, что я напрасно обольщаюсь, – страдальчески добавил он. – Ну что за манера недоговаривать? – вдруг разозлился вампир. – Неужели сложно сразу сказать, в чём подвох?!

– Нет, не сложно, – покачал головой демон, подняв указательный палец к полотку, – но контрпродуктивно! А вот теперь, когда я тебя заинтриговал…

– Я тебя сейчас покусаю, Бельф, – не выдержав менторского тона демона, прорычал вампир.

– И я! – поддержал друга Люк.

– Хорошо, хорошо! – поднял перед собой руки Бельфегор. – Подвох в том, что даже если мы заключим Вааса в человеческое тело, то нейтрализовать его будет очень непросто! И заметьте, я не сказал «уничтожить», я сказал «нейтрализовать». И сказал я это потому, что Вааса невозможно уничтожить, его можно только заставить отступить!

– Значит, я заставлю его отступить! – уверено заявил Сторм.

– Нет, не заставишь, – покачал головой Бельфегор. – Ты определенно и точно не сможешь его заставить, – убежденно добавил он.

– Ты сомневаешься во мне? В том, в ком, как в себе, уверены Старейшины Сумеречного мира? – с недоумением, рожденным излишней самоуверенностью, поинтересовался обладатель Скипетра правителя кланов.

– Я не сомневаюсь, Мик, – спокойно парировал демон. – Я точно знаю, что ты не сможешь заставить Вааса отступить. Столетия под гнетом вины, тонны ответственности за миллиарды жизней, в тебе слишком много… неравнодушия, что ли? И эта твоя излишняя сердобольность делает тебя слишком уязвимым! – Бельфегор вынес другу этот приговор с непоколебимой уверенностью.

– Иначе говоря, плохая новость в том, что ни в мире Смертных, ни в Сумеречном мире нет никого, кто смог бы противостоять Ваасу? – одновременно хмуро и настороженно поинтересовался Люк.

– Почему же, – усмехнулся демон. – Есть один человек… Правда, это лишь теория… Моя теория… – произнеся это, он замолчал.

– Бельф, я тебя таки покусаю! – прорычал Сторм. – Выкладывай, что у тебя на уме или я за себя не отвечаю!

– Он имеет в виду твою жж… то есть, Милдред Райт, – ответил вместо демона Люк Рейн. – Я ведь прав, Бельф?

– Люк, не неси чепухи! – пренебрежительно отмахнулся Микаэль от друга. – Она всего лишь человек!

– Да, она всего лишь человек, – подтвердил Бельфегор. – Но при этом, человек с огромной силой воли, с почти непоколебимым самоконтролем и железной логикой. И теперь, когда она знает о существовании сумеречного мира и о способностях Вааса… В общем, если выбирать из вас двоих, то я поставил бы на доктора!

– Бельф, но ты только что сам сказал, что это всего лишь теория. Причём твоя теория! – скорее даже не возмутился, а ужаснулся мужчина. – Нет, – покачал он головой. – Я не позволю ею так рисковать!

– Мик, каждый день, который Ваас проводит в мире Смертных, он становится не только более сильным, но и более изобретательным. Ты ему, как я уже упомянул выше, не чета, – тяжело вздохнув, изрёк демон своим всё тем же так раздражающим Сторма дидактически-наставническим тоном. – В общем, я это к тому, что если Милдред не заставит его отступить, то он все равно рано или поздно с ней покончит. Причём скорее рано, чем поздно…

Заметив, как надулись вены на шее могущественного вампира, Люк Рейн сразу понял, если не мешаться, то здесь сейчас будет… Нет, не просто драка, а кровавая разборка.

– Давайте сделаем так, – торопливо внёс он предложение. – Вначале ужин, а затем уже на сытый желудок вернёмся к вопросу с тенями, Ваасом и вообще всем остальным.

– Твою мать, ужин! – вспомнил Сторм и посмотрел на часы. – Йопрст! Я совсем забыл про ужин! И про время! И про Милдред, которая ждёт в библиотеке. Чёрт! Люк, передай Рут, чтобы накрывала на стол, а я, – вампир скорчил страдальческую рожицу, – пошёл опять и снова – извиняться перед своей временной женой!

Глава 4

Библиотека Сторма не обманула ожиданий Милдред и поэтому она так увлеклась, что совсем потеряла счёт времени. Однако когда её босс слеш временный муж ознаменовал своё появление извинениями, она сразу же посмотрела на часы.

– Надо же не прошло и… почти сорок минут! – усмехнулась девушка.

– Сам не знаю, как так получилось, – развёл руками Сторм, старательно изображая всем своим видом, что он искренне сожалеет. У него был не очень богатый опыт общения со смертными женщинами, но он почему-то был свято уверен в том, что смертные женщины обожают, когда мужчина чувствует себя перед ними виноватым.

– Да расслабьтесь вы! – отмахнулась Милдред. – Я так увлеклась, что совершенно не заметила, как пролетело время. Вы мне лучше скажите, а вы случайно не венгр по национальности? – кивнула она на книгу в старинном переплёте, которую держала в руках.

Микаэль сразу узнал книгу. Это был один из тех фолиантов, написанных на старо-венгерском языке, которые он хранил в своей библиотеке ещё с тех пор как был смертным.

– Неужели меня выдал акцент? – мужчина с озорной улыбкой посмотрел на девушку.

– Нет, – покачала головой Милдред и губы её при этом тронула лёгкая улыбка. – У вас безупречное американское произношение. И вы прекрасно это знаете. Я просто предположила… Так как в вашей библиотеке довольно много книг на старо-венгерском, – она многозначительно посмотрела на книгу в своих руках, – и очень много на венгерском и при этом вы не филолог…

– Нет, я не филолог, – мягко улыбаясь, покачал головой Микаэль. – Нно как вы догадались, что это старо-венгерский? – удивленно поинтересовался он, в свою очередь посмотрев на книгу, которую его собеседница держала в руках.

– Легко! Просто я немного знаю венгерский, – ответила девушка так, словно это было само собой разумеющимся.

– Знаете венгерский? – ещё больше удивился хозяин библиотеки. Ответ Милдред одновременно и поразил его и обрадовал и даже обнадежил. Впрочем, он тут же мысленно отдернул себя, объяснив себе, что и радоваться, и тем более обнадеживаться по такому незначительному пустяку – очень и очень глупо. – Но откуда?

– Моя бабушка по папиной линии была венгеркой, представляете какое совпадение? – хмыкнула Милдред.

– Действительно совпадение! – улыбнулся вампир, чувствуя, как его вновь охватывают радость и надежда. Хотя ни чему он радовался, ни на что надеялся, он по-прежнему не мог себе объяснить. – Ану… скажите-ка мне что-нибудь по-венгерски! – не смог он устоять перед соблазном, услышать родную венгерскую речь из уст Милдред.

– Нет, нет! Ни за что! – принялась открещиваться доктор Райт. – У меня настолько ужасное произношение, что услышав его, вы будете даже не смеяться, а рыдать навзрыд!

– Уверяю вас, что даже не улыбнусь и тем более не заплачу! Потому что мы мужчины не плачем!

– Вы нагло врёте! – рассмеялась девушка. – Потому что вы уже улыбаетесь! А ваши глаза… Ваши глаза они вообще нагло смеются надо мной!

– Мисс Райт, отдаю вам должное, вы умеете заставить умолять! – вампир опустился перед девушкой на одно колено и, вознеся руки верх, как перед божеством, высокопарно и с придыханием произнес: – О! Прекраснейшая из прекраснейших, несравненная из несравненных! Молю вас, молвите слово, одно лишь слово… на венгерском!

В ответ девушка залилась смехом, и тон мужчине потребовала:

– Клянитесь, милорд, своей жизнью клянитесь, что не будете смеяться, а тем более плакать!

– Клянусь, о прекраснейшая! – Микаэль прижал руки к сердцу.

– Nagyon jó ízlésed van⁴… (У вас очень хороший вкус) – несколько коряво произнесла она.

– Ez azért van, mert szeretlek⁵ (Это потому, что я влюбился в вас)? – парировал вампир на чистейшем венгерском, хитро улыбаясь и сверкая при этом всеми своими тридцати двумя безупречными зубами.

– Нет, не поэтому… – Милдред так смутилась, что её даже в жар бросило. Она тут же мысленно поклялась себе, что во избежание недопониманий смысла произносимых ею фраз, теперь и отныне будет изъясняться исключительно на родном языке. – Я имела в виду интерьер вашего дома, он великолепен.

– Неужели?! – продолжая улыбаться во все тридцать два зуба, деланно усомнился хозяин дома, в глазах которого прыгали чертики. – Неужели это и всё что вы имели в виду?

– Милорд, вы смеетесь надо мной?! – уводя разговор от опасной темы, шутя, обвинила она, капризно надув при этом губки. – А ведь вы только что поклялись мне, что не будете!

– Каюсь, миледи! Ибо грешен, я! – понурив голову, патетически воскликнул Микаэль. Однако вслед за этим он внезапно посерьёзнел и, поднимаясь с колен, добавил. – Прошу прощения. Не удержался. Извините, если смутил.

– Так я права-а-а-а-а-а? – в очередной раз сменила тему, дабы случайно не заплыть в опасные воды, Милдред.

Микаэль недоуменно посмотрел на девушку.

– Вы всегда правы, разумеется, – усмехнулся он. – Но если несложно, напомните мне, в чём вы правы на этот раз?

– Я думаю, что вы очень древний вампир! Такой же древний, как и эта книга, – пояснила она, перейдя при этом, по непонятной ей причине, на доверительный шепот. – Я права?

– Ах это, – усмехнулся Сторм. – Да, вы правы. Мне 686 лет, – наклонившись, доверительным шёпотом сообщил он ей на ушко.

Испугавшись, опять и снова, излишней телесной близости своего временного мужа, Милдред отстранилась. Что было не так-то просто сделать незаметно, учитывая то, что она сидела в кресле, а временный муж в буквальном смысле нависал над ней.

К счастью, муж ей попался из понятливых, да и поза в виде вопросительного знака – была не самой его любимой. Поэтому иронично хмыкнув, Микаэль занял соседнее кресло и продолжил свой рассказ уже нормальным тоном:

– Из них двадцать два года я прожил как Стефан Анжуйский, младший сын короля Венгрии и Хорватии Карла I Роберта и его третьей жены Елизаветы Польской, а последующие 664 года как вампир.

– Значит, принц… хм-м… – Милдред закусила нижнюю губу, обдумывая информацию, но при этом лицо ее выражало явный скепсис.

– Если бы просто принц, – усмехнулся он. – Но ещё и штатгальтер Трансильвании, Славонии, Далмации и Хорватии, – помимо его воли в голосе Микаэля прозвучала горечь.

– В двадцать два года?! – в голосе девушки прозвучало не только удивление, но и откровенное сочувствие.

– Угу! – мрачно подтвердил мужчина. Однако уже в следующее мгновение он неожиданно развеселился. – Вы, мисс Райт, таки совершенно уникальны!

– Почему? – искренне заинтересовалась Милдред, помимо своей воли кокетливо захлопав ресницами. Она понимала, что это вполне мог быть вовсе и не комплемент, и всё же его слова ей польстили.

– Вам оказалось тяжелей поверить в то что я принц, чем в то, что уже в двадцать два года я являлся штатгальтером и Трансильвании и Славонии и Далмации и Хорватии! Хотя, на самом деле, уж поверьте мне на слово, далеко не каждый принц, тем более самый младший из пяти, удостаивается подобного доверия от короля и его советников!

– Ах это, – улыбнулась Милдред. – Должна признать, что это была не уникальность, а невежество. Я просто стала жертвой стереотипов современного восприятия: у нас ведь сейчас принцев раз-два и обчёлся, а городских мэров хоть пруд пруди. Поэтому представить вас мэром пусть и сразу нескольких городов – мне было легче, чем поверить в то, что вы принц крови. В общем, теперь вы знаете, что я полный профан в истории, – развела она руками.

– А я полный профан в кардиологии, – великодушно поделился своей «тайной» Микаэль. – Да и знание истории – это вовсе не моя заслуга. Я просто прожил её. В общем, я прощаю вас и передумал лишать вас ужина, – подмигнул он девушке.

– Вы-вы-вы собирались лишить меня ужина? Но за что-оо? – шутливо возмутилась Милдред.

– За то, что вы посмели усомниться в моём благородном происхождении! У меня же чуть ли не на лбу написано: «прекрасный принц!», а профиль… – «прекрасный принц» повернул голову и продемонстрировал свой профиль. – Мой профиль, он же так и просится на оборотную сторону золотых монет! – под аккомпанемент заливистого смеха своей собеседницы на балаганный манер напыщенно продекламировал мужчина. – Но потом я хорошо подумал и понял, что лишив вас ужина, я гораздо больше накажу себя, чем вас…

– Вас замучает ваше благородство? – игриво предположила девушка, закусив нижнюю губу.

– Ещё хуже, – с загадочной улыбкой ответил ей мужчина.

– Ещё хуже? Но что может быть ещё хуже?

Гипнотизирующий взгляд древнего вампира вдруг встретился со взглядом девушки. Его лицо при этом стало совершенно серьёзным, даже торжественным.

– Лишив вас ужина, я лишил бы себя удовольствия поужинать с вами, – объяснил он.

Если бы ещё минуту назад кто-нибудь сказал Милдред, что такая незамысловатая, ни к чему не обязывающая и достаточно безобидная фраза, как эта, только что услышанная ею, выбьет почву из под её ног и затопит её по самые уши горячей волной смущения и удовольствия, она бы ни за что не поверила. И всё же… Вот она сидит и начисто забыла, что можно и нужно дышать. А что же касается того, чтобы суметь произнести в ответ что-нибудь остроумное или хотя бы членораздельное…

– Кхе-кхе, кхе-кхе… – откашлялся возникший на пороге библиотеки Люк. – Извините, что нарушаю ваш тет-а-тет, но ужин уже минут пятнадцать-двадцать как подан и мы ждем только вас.

Милдред мысленно поблагодарила Люка.

Спасена.

Она не знала от чего именно Люк её спас. И никогда не хотела бы узнать. По крайней мере, так она сама себе не переставала твердить. Снова и снова.

Отметив за ужином с каким аппетитом Микаэль и Люк поглощают овощи гриль и рис, запивая их клюквенно-гранатовым соком, Милдред не удержалась от изумленного восклицания.

– Вы пьёте кровь и при этом вегетарианцы?

– А почему бы и нет? Так как слухи о нашей безвременной кончине несколько преувеличены, – усмехнулся семисотлетний вампир. – То нет ничего удивительного, что нам, как и всем остальным для нормальной жизнедеятельности организма, тоже нужны витамины. Ну, и кроме того, мы не так, чтобы совсем уж и вегетарианцы, мы употребляем еще и некоторые морепродукты – креветки и мидии, например…

– Но при этом никаких молочных продуктов или яиц. У нас на них аллергия, – поддержал друга Люк.

– У нас да, а вот куарры могут и яйца есть и молоко пить, – продолжал рассказывать Микаэль. – Куарры вообще единственные из нас, кто может обходиться без человеческой крови.

– Угу, – поддакнул жующий Люк. – Им её заменяет кровь животных.

– А в летучую мышь кто-то из вас может превращаться? – продолжала узнавать об особенностях вида «вампиры» любящая всё знать Милдред.

– Ни один из подвидов вампиров не может превращаться в летучую мышь или сову или туман или что там ещё напридумывали о нас смертные, а вот он и ему подобные, – Сторм кивнул на Бельфегора. – Очень даже да…

– Ух ты! – у обычно сдержанной доктора Райт от восторга даже глаза загорелись. – А показать можете?

– Да, Бельф, а показать можешь? – ехидно посмеиваясь, поддакнул Сторм. Вампир прекрасно знал, что высшие демоны терпеть не могут перевоплощаться для удовлетворения праздного любопытства кого бы то ни было, тем более, смертных. Однако он также знал и то, что Милдред Бельфегор не сможет отказать.

И поэтому очень удивился, когда задетый за живое демон вдруг зарычал мало того, что разбуженным, но ещё и раненым медведем-шатуном.

– Я вам, что цирковая собачка, что ли? Чтобы алей оп! И я сразу в нужную вам позу стал!

– И-и-и-и-извините! – сдавленно пискнула Милдред, искренне испуганная реакцией добродушного весельчака и балагура Мартина слеш Бельфегора.

– Можно, я сначала доем, а потом уже поступлю в полное ваше развлечение, то есть, распложение? – примирительно поинтересовался демон, поняв, что несколько перегнул палку.

– К-к-к-конечно… – закивала девушка головой, словно китайский болванчик. – К-к-конечно-конечно!

– А меня наоборот хлебом не корми, позволь что-нибудь такое продемонстрировать на зрителя! – сообщил Люк, поднимая в воздух бутылку вина.

– Ну-ка, дорогуша, налей-ка нам вина! – обратился он к бутылке и бутылка начала самостоятельно наливать красную жидкость в бокалы.

– Позер! – презрительно прокомментировал Бельфегор. – Милдред, а вы уверены, что хотите этой терпкой кислятины? – поинтересовался он, намекая на вкус Каберне-совиньон, – может полусладкого или вообще белого?

– Я бы не отказалась от полусухого Шардоне, – поддержала примирительный жест демона Милдред.

– Алей оп! – хлопнул в ладоши демон, и в бокале Милдред вместо красной жидкости в ту же секунду оказалась прозрачная. – Пробуйте, не бойтесь! – поощрил Бельфегор свою протеже. – Поверьте мне на слово, это лучшее из Шардоне, которое вы когда-либо пробовали!

– Ну, и кто теперь позер?! – усмехнулся Люк.

– Ай-йа-йай! Зависть Люк, очень нехорошее качество! – покачал головой демон.

– О-о-о-ой было бы чему завидовать! – не сдавался оппонент.

– Ещё скажи, что можешь повторить? – задавался демон.

– Превратить каберне в шардоне, конечно, нет, не смогу, – покачал головой Рейн. – Но тому, у кого подвал ломится от разнообразия вин – это и не нужно! – добавил он, и на столе в ту же секунду возникла бутылка бургундского Шардоне пятилетней выдержки. – Закупается напрямую в Бургундии с виноградников Кот-де-Бон! – гордо сообщил Люк.

– Мик, ну согласись, что вот это только что был высший пилотаж позёрства! – прибег к помощи рефери демон.

– Просто наш мальчик любит свои вина, – разводя руками в стороны и добродушно посмеиваясь, «рассудил» Микаэль.

– Мик, ты уходишь от ответа! Уходит ведь, Милли?!

– Уходит, – кивнула девушка.

– Ладно, Бельф, соглашусь с тобой, только что Люк определенно продемонстрировал высший пилотаж позёрства!

– Да, ну вас! – махнул на них рукой Люк. – Милли, хоть вы, порадуйте меня, скажите, что хотите ещё вина!

– Ещё вина! – весело рассмеялась девушка.

Глава 5

Милдред и сама не поняла, как так получилось, но в какой-то момент общее течение беседы вдруг разделилось на два отдельных потока. Сторм и Бельфегор говорили о чём-то своём, а её развлекал так называемыми «забавными историями из жизни вампиров» Люк Рейн.

– Открываю я, значит, дверь и никого не вижу, но чувствую, что определенно и точно за дверью кто-то есть и этот кто-то не из мира смертных. Я ведь вам уже говорил, Милдред, от существ сумрачного, а тем более мракостороннего мира идет совершенно другая энергетика, более наэлектризованная что ли?..

– Угу, – кивнула девушка, которая и в этот момент и почти всю беседу не сводила глаз с хозяина дома и его собеседника. Она была уверена, что они говорят о ней, причём не просто говорят, а спорят! Однако сколько не прислушивалась, не могла разобрать ни слова.

Заметив, что собеседница слушает его вполуха, Люк беззлобно прокомментировал:

– Что-то мне подсказывает, что я вас уже утомил своими рассказами?..

– Нет, что вы, Люк! – всполошилась Милдред. – Вы очень интересный рассказчик! – из вежливости возразила она. Однако виноватая улыбка и смущенный вид сдали её с головой.

– Так одно другому совершенно не мешает! Поэтому я и ваш комплимент принимаю, причём с благодарностью! Но и остаюсь при своём мнении! – с насмешливой галантностью парировал Люк.

– Ч-ч-чт-т-то не мешает? – растерянно переспросила девушка, мысли которой по-прежнему витали вокруг предмета спора Микаэля и Мартина.

– То, что, если предмет беседы кого-то совершенно не интересует, то это ещё не значит, что виноват рассказчик! – широко улыбнулся и подмигнул блондин.

– Просто я почему-то уверена, что они из-за меня ссорятся, – кивнув в сторону Сторма и Бельфегора, честно призналась Милдред. – И я бы очень хотела знать, почему они ссорятся из-за меня, – обеспокоенно добавила она и тяжело вздохнула.

– Странно, что вы вообще видите, как они спорят… – задумчиво проговорил Люк. – На них иллюзия праздной и весьма расслабленной светской беседы. Хмммм… Ах, ну да! – хлопнул он себя по лбу ладною. – Иллюзии – это же тоже внушение! Внушение, которому вы не поддаётесь! Хммм… – усмехнулся он. – Надо будет напомнить Мику об этом.

Между тем в другом конце комнаты демон пытался убедить вампира принять его план в работу.

– Мик, чтобы у нас все получилось, Вааса должна отвлечь именно Милдред! – настаивал он.

– Бельф, но ты же видел, что он сделал с Софией! А в Софии он даже на тысячную долю не был так заинтересован как в Милли!

– Мик, я клянусь, что с Милдред ничего не случится, мы позаботимся об этом! Ты позаботишься об этом! Услышь ты меня, наконец! Пойми, чтобы запечатать проход – нам с Люком необходимо время, много времени, и только Милдред сможет отвлечь Вааса настолько, чтобы ему больше ни до кого и ни до чего не было дела! Настолько, что даже, если он и почувствует что-то, то просто-напросто не захочет отвлекаться от столь вожделенной и долгожданной добычи!

– Бельф, нет! – перешёл на рык вампир. – Я категорически против! Я уверен, что в следующий раз, когда он за ней явится, он подготовится и будет во все оружии! И поэтому мы не можем использовать её как наживку! Слишком велик риск!

– Хорошо попробую объяснить по-другому, – хмыкнул демон. – Мик, ты ведь не станешь отрицать, что с психологией и образом мышления демонов я знаком лучше тебя?

– Нет, не стану, – мрачно усмехнулся вампир.

– Так вот, – тяжело вздохнул Бельфегор, – мой опыт и моё интимное, так сказать, знание демонической психологии говорят мне, что, если мы не подпустим Вааса к Милдред этой ночью, то он, я гарантирую это тебе, поквитается с ней и с нами, убив кого-то из её родных или близких! А дальше произойдет вот что: потеряв кого-то одного из любимых ею людей, Милдред начнёт бояться за жизнь остальных своих родных и близких и это сделает её уязвимой! Такой же, если не ещё более, уязвимой, как и ты! Ты слышишь меня, Мик?! Она начнёт испытывать страх! Не навеянный, а настоящий страх! Как результат, она уже не сможет противостоять Ваасу! Ну, и как? Ты готов к этому? Думаешь, она простит тебя за то, что пытаясь уберечь её, ты позволил прикончить кого-то из дорогих ей людей? Не подкидывай ему идеи, Мик! Ибо будь он умней, он обязательно бы начал именно с её родителей и жениха…

– Если с родителями Милдред, что-нибудь случится… Этого я и сам себе никогда не прощу, – тяжело вздохнул вампир. – Милли боготворит родителей, – мрачно согласился он. – Ты прав, если она по вине Вааса, по моей вине, потеряет отца или мать… – он сокрушенно покачал головой, оставив фразу незаконченной.

– Му-гу-у-у! – кивнул демон. – Хотя, на мой взгляд, тебе гораздо больше не повезёт, если Ваас прикончит её обожаемого жениха! Ибо, какие бы сильные чувства к тебе уже не зародились в душе доктора, они скончаются вслед за женихом. Мертвые смертные обладают потрясающей способностью становится все более идеальными с каждой секундой в глазах живых смертных, которые чувствуют перед ними хоть какую-то толику вины. Особенно, если и при жизни эти смертные, которые теперь мертвые, тоже были достаточно идеальными и по этой причине любимыми.

– Я и мисс Райт завтра разводимся! Поэтому эта твоя последняя душещипательная тирада-наставление была совершенно излишней! – раздраженно прокомментировал вампир.

– Да, кто же спорит? – хмыкнул демон и театрально развёл руками. – Я? – показал он на себя руками. – Я не спорю. Я вообще считаю, что развод – это дело благословенное!

– Благословен брачный союз, а не развод, – мрачно поправил Микаэль.

– Ага, значит получается, что развод – проклятое дело?.. – хмыкнул демон.

– Нет, не проклятое, просто необходимое! – раздраженно констатировал семисотлетний вампир и глава кланов.

– Я обольщаюсь или мы всё же пришли к соглашению по поводу того, что мой план – это наш единственный реальный шанс нейтрализовать Вааса? – сменил демон тему, тем самым напомнив другу о необходимости принять, наконец, решение.

– Хорошо, будь по-твоему, – вынужденно согласился вампир. – Но Бельф, – Микаэль покачал головой, – если с Милли что-то случится… я за себя не отвечаю, – его лишенный каких-либо эмоций тихий и спокойный голос, тем не менее, прозвучал многообещающе зловеще.

Настолько зловеще, что никогда и ничего не боявшийся демон-лентяй вздрогнул всем телом.

– Ты поговоришь с Милдред или я? – судорожно сглотнув, поинтересовался он.

– Идея твоя, поэтому тебе её и озвучивать, – мрачно изрёк вампир. Тяжело вздохнул и добавил. – Кроме того, хотя мне и непонятно почему, мне кажется, что она тебе больше доверяет… – сухость, холодность и язвительность его тона явственно подтверждали, что осознание этого факта его отнюдь не радует, а мягко говоря, бесит.

– Возможно, потому что это не я с ней переспал, пока она не ведала что творила, – ухмыльнулся демон.

– Я отбивался от неё как мог! – взревел задетый за живое древний вампир.

– Мик, извини, но вот… как мог – это было явным преувеличением, – одновременно скептически и насмешливо фыркнул демон. – Ну, честное демоническое, Ми-ииик, ну хоть убей, а я не понимаю, как лишенная магии и сверхъестественной силы смертная смогла бы принудить самого могущественного из когда-либо живущих вампиров к интиму, если бы он сопротивлялся изо всех сил?.. Ой, извини, ты ведь сказал: «как мог, а не изо всех доступных тебе сил» – ухмыльнулся демон. – Всё-всё! – выставил он перед собой руки. – Всё понял! Вопросов больше нет!

– Бельф, что ты хочешь от меня услышать? – Сторм устало потёр виски. Затем глубокую морщину на переносице. – Что она мне очень нравится, и я не хочу с ней разводиться? Да, она очень мне нравится. И я не хочу с ней разводиться. Но кроме моих желаний, есть ещё и её желания. И мои обязательства. И разделяющая наши с ней миры – пропасть. Поэтому даже если бы Милдред не требовала от меня немедленного развода, чтобы успеть в эти выходные выйти замуж за своего Брэда, наши отношения всё равно бы были обречены. Она ведь врач, Бельф. Врач – кардиолог!

– Ага… – хмыкнул Бельфегор. – Кажется, я понял твою стратегию… Ты дашь разводишься с ней, чтобы заставить её страдать… – неожиданно для вампира выдал демон.

– Ты что белены объелся? Что за пургу ты несёшь? – Микаэль недоуменно уставился на друга.

– Хе-хе, что думаешь, если я демон, то совсем не смыслю в психологии смертных? – фыркнул Бельфегор, абсолютно довольный собой.

На это замечание друга Сторм лишь ещё больше округлил глаза.

– Смертные, они ведь мечтатели! Их хлебом не корми, дай помечтать о недостижимом! И сейчас нашему доку недостижимым кажется её идеальный Брэд. Поэтому дадим ей развод, отпустим к Брэду, и пусть страдает… Но теперь уже по недостижимому тебе! Таков твой план, Мик?! – радостно просветил демон о своих предположениях.

Как ни тяжело было на душе у семисотлетнего влюбленного вампира, однако совершенно абсурдное заявление демона настолько его развеселило, что он безудержно и заливисто расхохотался. До слёз. До печеночных и желудочных колик.

– Ты, Бельф, у нас – романтик-манипулятор, подвид сводница, а не демон! – отсмеявшись поставил он другу «диагноз». – Но я должен тебя разочаровать, никаких коварных планов, основанных на знании психологии смертных я не строю.

– То есть, ты её просто отпускаешь… насовсем? – недоверчиво уточнил Бельфегор.

– Да. Просто отпускаю, – кивнул Сторм.

– Но я не понимаю? – недоумевал демон. – Мик ты же нравишься ей! Как мужчина, я это вижу и чувствую…

– В том, что я ей нравлюсь, моей заслуги нет! Я всем нравлюсь! Меня все и всегда находят неотразимым! – без тени самодовольства на лице или в интонациях голоса парировал вампир. Сделав описательный жест руками, он указал на свою достойную бронзы Леохара⁶ фигуру и лицо редкой, совершенно симметричной красоты. При этом его сводящие женщин с ума чувственные губы скривились в ироничной усмешке, идеальной формы брови причудливо выгнулись, а ясные и яркие, как небо в июльский полдень, глаза заволокло горечью. Микаэль взъерошил свои черные и густые, как непроглядная тьма, волосы и хмыкнул. – С момента моего рождения… Я нравлюсь всем. Более того, я даже понравился своему отцу, который совершенно не хотел моего появления на свет. Мама рассказывала, что когда он увидел меня в первый раз, то упал передо мной на колени – и вознес благодарность всем святым и Господу и попросил прощения за то, что думал, что пятый сын – ему не нужен. И все. С этой минуты, я стал абсолютным его любимчиком. Лучшие учителя, лучшие условия, лучшие перспективы – и всё это пятому сыну.

– Бедный, несчастный всеми любимый мальчик… Как же тяжело тебе жилось! – саркастически заметил демон.

– Жилось мне легко, поэтому я и решил, что мне все дозволенно! И всё сойдёт с рук! И именно за это я сейчас и плачу, – не разделил сарказм друга семисотлетний вампир. – Всё заканчивай паясничать. Иди, лучше расскажи Милдред о своём плане.

Глава 6

Надрывно громкий и невыносимо пронзительный звук, разорвавший тишину ночи на миллиард трезвонящих осколков и лезвием прошедшийся по многострадальным нервам Милдред – определенно был мелодией её телефона.

Поэтому в том, что девушка мгновенно проснулась и резко соскочила с кровати – не было ничего удивительного. Удивительным было то, что довольно приятная мелодия, установленная на номер её родителей – настолько испугала и встревожила её. И то, что она всё никак не могла сообразить, с какой именно стороны исходит звук.

Милдред пыталась себя успокоить, что она, по-видимому, дезориентирована непродолжительным сном и ещё тем, что находится не у себя дома, но звук… Этот звук не давал ей покоя. Почему она не может найти свой мобильник, если настолько чётко… Слишком чётко слышит его мелодию.

Справа от неё вдруг скрипнула дверь и она инстинктивно обернулась. В дверях, протягивая ей трезвонящий аппарат, стоял Микаэль Сторм.

– Ваш телефон… вы очевидно забыли его в столовой, – сонным голосом сообщил он.

– Странно… – мысленно удивилась она. – Столовая чёрт знает где, а звенело так, словно аппарат засунули мне в ухо. В оба уха.

Однако вслух она озвучила лишь «спасибо». Взяв в руки аппарат, она нажала на кнопку вызова: – Да, мам…

На другом конце аппарата всхлипнули.

– Милли! Звонили из «Святого Антонио»! Твой папа! Он попал в аварию. Но мне просто сообщили, что его туда доставили… И ничего, – всхлип, – ничего не сказали о том, в каком он состоянии… Милли, – снова всхлип, – ты же всё ещё там, в «Святом Антонио»?

– Да, мам, – не зная, что сказать, солгала Милдред. – Как только я узнаю что-нибудь определенное, я тебе сразу же перезвоню!

Трясущимися руками девушка нажала на кнопку «сбросить вызов» и посмотрела на хозяина дома.

– Микаэль, мой папа… – дрожащим, сбивчивым голосом заговорила она. – Он попал в аварию… И сейчас он в «Святом Антонио»! А меня там нет! А я должна быть там! Немедленно должна быть там! – она сама не заметила как сорвалась на крик.

– Да, конечно, – безропотно согласился её временный муж. – Конечно-конечно! Мы выезжаем прямо сейчас!

Милдред облегченно выдохнула. – Спа… – начала было она благодарить отзывчивого и понимающего босса, который вдруг прервал её на полуслове.

– Милдред! С вашим отцом всё в порядке, это всего лишь сон! – решительно заявил он. Хотя нет, не он. Голос был его, но тот Микаэль, которого она видела перед собой, не говорил ничего, лишь удивленно смотрел на неё, не понимая, почему она идёт вслед за ним как собиралась.

– Опять какая-то чертовщина происходит! – недовольно подумала она и, отмахнувшись от голоса, утверждавшего, что с её отцом всё хорошо, как от жужжания надоедливой мухи, направилась к ожидавшему её Микаэлю.

– Милдред! – настойчиво позвал её невидимый Микаэль. – Милдред! – встревоженно-обеспокоенно звал он её. – Милдред! Послушайте меня! Вам не звонила мама. Это всего лишь сон!

* * *

Согласно разработанному накануне плану, укрытый пологом невидимости Сторм, оставался всю ночь рядом с Милдред, чтобы охранять её. Точнее следить за тем, чтобы в её сон не проник никто посторонний.

Микаэль и Бельфегор знали, что в этот раз Ваас будет действовать намного осторожней и поэтому наверняка явится укрытый пологом невидимости и неосязаемости. И, кроме того, в целом, предпримет все необходимые меры предосторожности, для того, чтобы остаться абсолютно незамеченным.

Так и вышло.

Микаэль не то, чтобы понял или ощутил, а скорее почувствовал сердцем, что ему необходимо вмешаться. Что ему крайне необходимо немедленно разбудить девушку. Однако цепкие когти навязанного ей сновидения цепко держали её в плену, не выпуская даже на миг. Так как дыхание и сердцебиение Милдред становились всё медленнее и медленнее с каждой секундой, он понял, что она пребывает не просто в глубоком сне, но в гипнотическом трансе.

Он принялся трясти девушку за плечи, звать по имени, но она оставалась безучастно недостижимой и пугающе холодной на ощупь даже для вампира.

Накануне вечером поддавшись уговорам перестраховщика-зануды Бельфегора, он попросил у Милдред позволения, в случае крайней необходимости, обменяться с ней небольшим количеством крови. При этом он был совершенно уверен, что никогда не воспользуется полученным от неё разрешением.

Теперь же Микаэль понимал, насколько его друг оказался прав. Только обменявшись кровью с Милдред, у него всё ещё был шанс достучаться до неё, а значит и спасти.

Сделав надрез на своем запястье, вампир заставил девушку проглотить несколько капель своей крови.

Испив его крови, Милдред должна была получить как ясность мышления и молниеносную реакцию, так и способность слышать, ощущать и видеть любую тварь или существо сумеречного или мракостороннего мира.

К сожалению, дар этот был сладкой конфеткой с ядовитой начинкой…

Насколько Сторм знал, кровь вампиров с первого же употребления вызывала у смертных сильнейшую зависимость, попыткам избавиться от которой сопутствовала жесточайшая ломка, по сравнению с которой синдром отмены при героиновой зависимости, казался лишь легким недомоганием.

Впрочем, крайняя мера потому и крайняя, что к ней прибегают только в том случае, если другие более приемлемые средства исчерпаны или неэффективны. К тому же, успокаивал он себя, если кто и способен без особого ущерба для своего здоровья справиться с зависимостью от вампирьей крови, то это доктор Райт.

«А значит единственное, что в данный момент должно тебя заботить, это то, чтобы она осталась жива, – мысленно наказал себе Сторм, прокусывая тонкую кожу запястья девушки и нарушая тем самым ещё один данный самому себе обет. – Иначе я не смогу ни видеть, ни слышать то, что и она, – оправдался он перед собой. – К тому же, это в первый и последний раз!»

* * *

Сбитая с толку Милдред в растерянности и недоумении посмотрела на стоявшего перед ней Микаэля. Тот ответил ей удивленным взглядом.

– Милдред, так вы идёте или нет? – озадаченно поинтересовался он. Голос его при этом звучал по-отечески заботливо. – Или вы передумали ехать в госпиталь? – мягко спросил мужчина, подтолкнув её тем самым к более решительным действиям.

Что-то было не так в поведении её временного мужа. Однако Милдред не могла понять что именно.

– Нет, разумеется, не передумала, – растерянно ответила она.

И в следующую секунду чуть не оглохла от раздраженного рыка в ухе.

– Милдред, вам не нужно никуда ехать! С вашим отцом всё в полном порядке! То, что вы видите – это лишь сон! Дурной сон!

– Нет, не передумала, просто мне нужно одеться, – между тем продолжала она объяснять Микаэлю из своего сна.

– Но вы одеты. Полностью одеты, – недоуменно заметил мужчина, окинув её с ног до головы выразительным взглядом.

– Одета? – удивилась она, поскольку совершенно точно помнила, что не одевалась. – Но я…

– Всё очень просто, – весело подсказал ей мужчина. – Вы одеты, хотя не одевались, потому что не раздевались, прежде чем лечь спать!

Внезапно Сторм понял, как он может послать Милдред знак.

Последовав примеру мужчины, девушка окинула себя глазами с ног до головы…

Да. Она была полностью одета. И даже более того, она была… ещё и обута!

ОНА спала ОБУТОЙ?! Будучи совершенно трезвой?!

Она, которая разулась, едва зашла в комнату, даже в свою свадебную ночь! В ту самую ночь, когда она себя не помнила и вообще понятия не имела, что творит.

Сомнений нет. Она определенно спит!

В ту же секунду девушка вспомнила всё, о чём она накануне договорилась со Стормом и Бельфегором.

– Хорошая попытка, но неудачная, Ваас! – язвительно прокомментировала она и ещё более язвительно поинтересовалась. – Теряешь класс, демон?!

– Какая умненькая де-эээвочка… Всё-таки догада-ааалась… – раздался у неё над ухом зловещий, похожий на змеиный, шипящий голос. – Но так даже интере-эээсней…

Декорации и атмосфера сна Милдред внезапно резко поменялись. Только что ей было тепло и уютно, а уже в следующее мгновение у неё зуб на зуб не попадал от холода. Она плотнее запахнула жакет, однако его ткань была слишком тонкой, чтобы защитить её от ледяного, промозглого ветра, который продувал, казалось, до самых костей.

Безлунное чёрное небо, на котором, словно дыры в решете зияли бесчисленные невероятно яркие звезды, становящиеся с каждой секундой всё ближе и ближе к ней и оттого всё ярче и ярче, вдруг оказалось не над её головой, а перед ней.

Ваас что, её в космос закинул?

Только и успела озадаченно подумать девушка, прежде чем под аккомпанемент рева двигателей и скрежета тормозов тишину разорвали сотни сигнальных сирен и она, застыв в шоке, поняла…

Что принимала за звёзды фары несущихся на неё с бешенной скоростью автомобилей. И что впереди неё – раскинулось не чёрное небо, а уходящее в ночь многополосное шоссе.

Всепоглощающий, всёпожирающий, леденящий душу ужас охватил всё её существо, искоренив, выморозив, испепелив в её голове все мысли до одной, кроме той, которая утверждала, что…

Она погибнет! Она сейчас погибнет! Погибнет точно так же, как когда-то под колесами автомобиля погибла её бабушка.

– Со-ооон! Это со-ооон! – донесся до неё, словно бы издалека голос её временного мужа. – Милдред, это сон! Помни, что это сон!

– Но мне страшно! Мне слишком страшно! – пролепетала она и взмолилась. – Помогите мне! Пожалуйста!

– Милли, но ты и сама неплохо справляешься! Просто помни, что это сон! Или, знаешь, что представь, что ты в очках.

– В очках? – недоуменно уточнила девушка. – Вы издеваетесь надо мной?

– Я говорю об особенных очках, Милдред, – невозмутимо продолжал Микаэль. – Очках, состоящих из двух поляризаторов, один из которых ориентирован вертикально, а другой горизонтально.

– Ах, в этих очках! Ну так бы сразу и сказали! – фыркнула она раздосадовано, поняв, наконец, о каких очках идёт речь, и тут же представила себе, что смотрит фильм в одном из кинотеатров, оборудованных технологией 4DX.

– Я просто не раз замечал, что ваш мозг охотнее верит в то, до чего сам додумался, чем в то, что его просят поверить, поэтому решил не рисковать и оказался прав! – самодовольно объявил вампир.

Разумеется, только представить себе, что она смотрит фильм, было недостаточно, Милдред нужно было ещё и абстрагироваться от мыслей о том страшном дне, когда погибла её бабушка. Однако что-что, а абстрагироваться и фокусироваться, вытесняя все остальные мысли за борт её сознания, доктор Райт умела всегда и везде… Даже посреди шоссе обдуваемая горючими облаками дыма и газа несущихся на неё с бешенной скоростью машин.

Машин, которые одна за другой с яростным ревом, кровь леденящим скрежетом и пронзительным визгом неслись мимо неё и сквозь неё.

Неслись и оставляли после себя лишь пыль.

Проведя на шоссе ещё минут десять, девушка скучающе окинула нескончаемую колону автомобилей, и, поёжившись, тоскливо подумала, что может от страха ей и не грозит умереть, но вот заработать простуду…

Милдред подозревала, что ей холодно потому, что Сторм отключил отопление в её комнате и открыл нараспашку окна. Таким образом, вампир пытался поддержать в демоне страха уверенность того, что она по-прежнему прибывает во власти иллюзии. Что было довольно находчиво, полагала она, однако уже только потому, что она оставалась жива, вряд ли могло обмануть Вааса надолго.

– Ты дрожишь, но я не ощущаю запаха страха! – ожидаемо прошипел вдруг над её ухом зловеще-взбешенный змеиный голос. – Хммм… Надо же, какая стойкая?! Что ж тем интересней! Нет, не просто интересней, это просто потрясающе! Особенно, если и твои родители и твой жених, Миллочка, тоже окажутся такими же стойкими, как и ты! Скажи, пожалуйста, скажи, что они такие же стойкие, как и ты! Хи-хи-хи! А твои подруги? Как их там?.. Ах да… Сьюзи, Анна и Кендра! Они тоже стойкие? Молчи-ииишь? – причмокнул он, потянув носом. – Вот… Вот теперь ты боишься! – удовлетворенно изрёк демон ужаса, учуяв её тревогу. – Настолько боишься, что мы могли бы даже продолжить веселье! Но ты мне нравишься. Твой запах страха он такой редкий, такой нежный и такой сладкий… Мммм-у-ммм- ух – причмокнув губами, облизнувшись демон. – Ты не представляешь, как долго я тебя ждал, сладкая моя… – блаженно проговорил он и снова потянул носом. – Ах какой букет у твоего страха! Какой пьянящий аромат! Именно пьянящий… Мммм да. Твой страх, моя милая, как хорошее вино! И как хорошее вино, он станет ещё изысканнее и тоньше на вкус, если настоится. И дабы дать твоему страху настояться я не только позволю тебе увидеть смерть кого-то одного, а может даже и двоих из самых дорогих тебе людей, но и даже дам тебе шанс попытаться его или их спасти!

– О нет! – дрожащим голосом выдохнула девушка, как только голос демона замолк и она получила наконец возможность обдумать только что услышанное. – Нет! – истерически выкрикнула она. – Тебе я нужна! Так и занимайся мной! Или ты боишься?! – решила она взять демона на слабо. – Да ты боишься! Боишься, что не справишься со мной!

На плечи ей, вдруг легло что-то пушистое и мягкое. И очень, очень тёплое.

– Милли, он уже ушёл, – услышала она вдруг сочувственный голос своего мужа, которому сопутствовал звук закрывающихся ставен.

– Как ушёл?! – в ужасе переспросила она. – О боже! Только не это! – голос её задрожал от с трудом сдерживаемых рыданий. – О боже! Что я наделала?! Что я наделала?!

– Милли, не паникуй, я с тобой, – вампир прижал голову девушку к своей груди. – Я обещаю тебе, что сделаю всё возможное, чтобы сегодня никто не умер…

– Но я не смогла задержать его даже на полчаса… – всхлипнула девушка. – И это значит, что у Вааса по-прежнему есть тени! Или?.. – она с надеждой посмотрела на мужчину.

– Нет, – покачал головой Микаэль.

– О боже! Мы просто не успеем их всех спасти! – зажав рот ладонями, в ужасе воскликнула Милдред и зарыдала навзрыд.

– Нет, если они будут спать, то не успеем! – согласился Микаэль. – Но… если при них будет кто-то, кто не позволит им спать… Мы спасём их, Милли, – убежденно проговорил он и нежно поцеловал её в лоб. – Мы спасём их!

С этими словами Сторм достал из кармана смартфон и набрал номер своего друга, который в данный момент вместе с Бельфегором, согласно их плана, находился на развалинах госпиталя «Фейс-энд-Хоуп».

Люку не нужно было объяснять, насколько важно было обеспечить бодрствование всех шестерых перечисленных Ваасом близких Милдред людей, он это и сам прекрасно понимал.

Микаэль открыл было рот, чтобы поблагодарить Люка, но тут в его разговор с другом вмешался Бельфегор.

– Нет, так не пойдёт! Если мы сейчас поднимем на ноги всех шестерых, Ваас сразу же смекнёт, в чем дело – это, во-первых. А во-вторых, мы навсегда потеряем шанс – отрезать его от теней. То есть, навсегда потеряем шанс спасти дока! Ты слышишь меня, Мик? Я сказал навсегда! Короче, как хочешь, Мик, но мы должны оставить Ваасу наживку! И ни какую-нибудь, а конкретно родителей Милдред!

– Что-ооо?! – не поверил своим ушам Сторм. – Да ты рехнулся! Не может быть и речи! Нет, нет и нет! Я никогда не пойду на подобное!

– Мик, подруги в плане эмоций слишком мелкая рыбёшка для демона ужаса, Ваас не покажет доку, как будет их убивать! Поэтому остаются либо родители либо жених! Жених, по отношению к которому док уже чувствует ужасную вину…

– Дьявол, ты прав! – мрачно признал Сторм. – Чтобы выстоять против Вааса я и Милдред должны выступать общим фронтом…

– Вот именно, – подтвердил Бельфегор.

Отключив связь, Микаэль тяжело вздохнул.

– Милдред, нам надо поговорить… – напряженно промолвил он, с трудом вытолкнув эти несколько слов из неожиданно пересохшего горла.

Глава 7

Милдред была уверена, что не уснёт. Однако измученный двумя предыдущими бессонными ночами организм всё же взял своё…

Она сразу же узнала салон принадлежавшего её отцу джипа чероки и наполнявшие его голоса. Мать и отец спорили. Всегда ненавидевшая сюрпризы Кэтрин выговаривала своему благоверному.

– Стивен, объясни мне, что за таинственность?! Куда мы едем на ночь глядя?! И почему это ты за рулём?! – Милдред явственно расслышала в голосе матери признаки зарождающейся истерики.

Посмотрев за окно, девушка сразу же узнала дорогу и антураж.

Демон ужаса точь-в-точь воссоздал обстоятельства самой страшной ночи в жизни её родителей. Ночи, когда в автомобильной катастрофе погиб её двухлетний брат. С тех пор, вот уже десять лет, Кэтрин Райт – ездит в автомобилях только тогда, когда сама находится за рулем.

– Кэти, это сюрприз! Который, уверяю тебя, ты оценишь, как только мы доберемся до места назначения, – загадочно улыбнулся наоборот обожавший сюрпризы Стивен Райт. – Эй, не трогай радио, это же моя любимая группа! – теперь его голос звучал возмущенно.

– А я их терпеть не могу! Ты же знаешь! – в свою очередь возмутилась Кэтрин. – И вообще, знаешь что?! Если уж я по твой вине тащусь на ночь глядя неизвестно куда, то имей совесть и позволь мне, по крайней мере, слушать что-нибудь человеческое! А не вот это звериное завывание! – преисполненная праведного негодования парировала она и, щёлкнув переключателем, сменила волну.

– Ничего звериного в музыке «Deep Purple⁷» нет… – раздраженно фыркнул отец Милдред. – А вот то, что ты слушаешь, – кивнул он на радио, – выдержать совершенно невозможно! Лучше уж новости! – тоном мученика изрёк он и наклонился, чтобы сменить волну.

– Стивен, следи за дорогой! – истерично потребовала мать Милдред, увидев, что её муж слишком долго возится с радио.

– Кэти, я всё вижу! – раздраженно парировал отец.

Внезапно сверкнула молния и почти в ту же секунду крупные капли дождя забарабанили по крыше машины и по лобовому стеклу, резко снижая и без того плохой, в связи с ночным временем и небольшим туманом, обзор.

– Стивен, прекрати возиться с радио! Включи дворники! – почти визгливо скомандовала мать.

– Папа, смотри на дорогу! – не выдержав, закричала Милдред, хотя и понимала, что даже если родители и услышат её, то лучше от этого никому не станет. Более того, вероятней всего, станет хуже.

– Что уже сдают нервишки? – ехидно поинтересовался Ваас. – Ранова-ааато, Миллолчка, Милллочка, ранова-ааато! Потом как, то ли еще будет!

– Стивен, может, вернемся?! Смотри, как погода портится… – между тем забеспокоилась мать Милдред.

– Кэти, нам здесь совсем рядом, ещё минут пятнадцать-двадцать…

Автомобиль внезапно занесло на повороте, однако Стивен Райт уверенным и опытным движением руки, не дал ей уйти в кювет.

– Сейчас за поворотом начнутся коттеджи, – пообещал он.

– За этим поворотом?! – ворчливо поинтересовалась Кэтрин, имея этим в виду, что вот он поворот, а никаких коттеджей и в помине нет.

– Значит, за следующим, – спокойно парировал Стивен Райт. – Зачем ты добавил скорость?! – сварливо заметила начавшая заметно нервничать мать.

– За следующим, это за этим?! – на сей раз голос матери прозвучал не просто язвительно, в нём начала ощущаться паника.

– Хмммм, странно… – удивился отец Милдред. – Ладно, ну подумаешь, чуть запамятовал, стоит ли поэтому поводу истерить, Кэти. Вот увидишь, за следующим поворотом обязательно появятся коттеджи, – однако голос его звучал совсем не так уверено, как он хотел это представить.

– Стивен, а зачем ты увеличил скорость? – шокировано вопросила мать Милдред.

В ответ ей прилетело раздраженно-возмущенное.

– Тебе показалось, Кэтрин!

– Нет, не показалось! – стояла на своём миссис Райт. Её расширившиеся от ужаса глаза, казалось, были загипнотизированы стрелкой спидометра, настолько неотрывно она за ней следила. – Более того, ты продолжаешь набирать скорость! – на сей раз голос женщины таки сорвался на крик.

Стивен Райт закатил глаза и бросил быстрый взгляд на спидометр.

– Что за?.. – не поверил он глазам своим. – Кэти, я не причем! Она сама!

– Что значит сама?! – недоуменно переспросила миссис Райт, встретившись глазами с мужем.

– Мама, не отвлекай папу! – потребовала Милдред, увидев, что отец отвлекся от дороги.

– Кто это сказал? Стивен, ты слышал это? – удивилась Кэтрин Райт, заозиравшись по сторона.

Мистер Райт вновь отвлекся от дороги, чтобы взглянуть на жену.

– Па-а-а-апа! Встре-ээээчная!!! – завопила в ужасе Милдред, видя, как по встречной полосе прямо на машину её родителей с огромной скоростью несется другой автомобиль.

Словно бы повинуясь её голосу, Стивен Райт посмотрел в окно и, увидев встречный автомобиль, попытался перестроиться. Однако у него ничего не вышло. Руль словно бы заклинило. В сердцах – он до упора вывернул руль. Тем не менее, машина продолжала идти тем же курсом, то есть навстречу неминуемому столкновению.

Время словно бы остановилось. Мир превратился в слепящий световой поток.

Один удар сердца. Второй…

И не выдержавшая напряжения Кэтрин Райт, закрыв лицо руками, закричала из-за охватившего её ужаса. Закричала надрывно. Отчаянно. Обреченно.

Милдред не выдержала и тоже закричала. Однако в отличие от матери, она кричала не от страха, а от собственной беспомощности.

– Маама! Не-ээт! Ты не должна верить! Маа-ама, это со-ооон! – во всю мощь своих лёгких завопила она, попытавшись прикоснуться к матери, несмотря на то, что это было невозможно.

– Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Мерзко, раскатисто и зловеще захохотал демон ужаса.

– Какой букет! – в его голосе звучало ничем не прикрытое блаженство.

Демон безусловно и откровенно наслаждался победой. Однако ещё больше он наслаждался предсмертным ужасом, который испытывали пассажиры-смертники, находящиеся в автомобиле и отчаянием их дочери, наблюдавшей за гибелью родителей.

– Милли?! – вдруг удивленным хором вопросили родители. Они настолько оба удивились, услышав голос дочери, что мгновенно забыли о страхе. Кэтрин даже оглянулась, так как по её мнению, голос исходил именно из-за её спины, чтобы посмотреть, не сидит ли дочь на заднем сидении. Стивену тоже очень хотелось оглянуться, но он был за рулем.

«Вполне достаточно того, что я заснул за рулем!» – самобичующе подумал он.

– Странно… – пробормотала Кэтрин.

– Ты тоже слышала её голос? Голос нашей Милли? – понимающе поинтересовался муж.

– Чётко и ясно, как сейчас слышу тебя. Даже ещё чётче и ясней, – улыбнулась миссис Райт. – Она так вопи-иила.

– О да-аа! – понимающе протянул отец Милдред.

– Но если бы она не завопила, я бы так и продолжала… – задумчиво проговорила Кэтрин. – Точнее, я понимаю, что Милли мне тоже приснилась, но это был такой чудовищный сон… – она покачала головой.

– Что? Что тебе приснилось, Кэти, – обеспокоенно вопросил Стивен Райт.

– Нет, – покачала головой жена. – Не хочу вспоминать! Я просто очень рада, что это был всего лишь сон!

– И я рад, моя хорошая! Очень рад! – улыбнулся он, так и не решившись признаться жене, что тоже заснул.

«Признаюсь, только если спросит прямо», – решил и постановил мистер Райт, дабы успокоить свою совесть.

В отличие от родителей Милдред по-прежнему трусило как в лихорадке. Она запаниковала. И чуть не погубила своих родителей.

– Милли, но ты всё-таки справилась! – словно бы прочитав её мысли, возразил ей Сторм. – Да, тебе нужно постараться лучше контролировать свой страх за жизнь родителей, потому что твой страх – это то, что делает Вааса сильнее. Но помни, ты всё-таки справилась! – вампир нежно обнял её и поцеловал в висок.

– Мне снова приснился тот сон, – призналась мужу Кэтрин.

– Я так и подумал, – кивнул Стивен.

– И в этом нет ничего удивительного! – недовольно хмыкнула миссис Райт. – Ночь, дождь, ветер, плохая дорога и дремучий лес! Что ещё мне могло присниться?! Кроме преследующего меня кошмара?! Стивен, ведь говорила же я тебе, что это ужасная идея?! Разве не говорила?!

– Говорила, говорила, – закивал мистер Райт. – Но, что уж теперь… – примирительно пробормотал он и предложил. – Если хочешь, то можем прямо сейчас развернуться и поехать назад.

– Ну уж, нет, спасибо! – фыркнула она. – Если мы уже почти приехали, то лучше, уж, давай вперед! Сти-и-и-и-и-и-ивен! – вдруг вновь завопила она. – Спидометр! Опять! Ты можешь сделать так, чтобы мы ехали помедленнее?

– Я не контролирую машину, Кэт, опять!

– Опя-а-а-ать?! Но откуда ты знаешь, что именно мне снилось?! Ты что спал за рулем?! Мы, что спим опя-ааать?!

– Кэти, я не зна-а-а-а-ю… – мужчина изо всех сил жал на тормоз, – что происходит!

Постаравшись взять себя в руки, чтобы голос её не звучал срывающимся и истерическим, Милдред наклонилась к самому уху матери.

– Да, мама, ты спишь! Ты спишь и видишь кошмар! Поэтому ты должна проснуться! И как только ты проснёшься кошмар закончится!

– Милли? – вновь услышав голос дочери, растерянно оглянулась Кэтрин.

– Да, мама, это я, твоя дочь Милдред. Пожалуйста, послушай меня, сделай так, как я тебя прошу: постарайся проснуться!

– Так, вот почему мы едем по этой ужасной дороге! И вот почему Стивен за рулём! Ну, конечно же это сон! И ты мне тоже снишься! Слава богу! – облегченно выдохнула женщина.

– Да, мама, это кошмарный сон! И поэтому тебе нужно срочно проснуться!

– Хммм… – нехорошо усмехнулась мать. – Если это со-ооон, то значит, я могу исполнить свою давнюю кровожадную мечту! Взять и выбросить твоего отца вместе с его радио на полном ходу из машины?!

– Мама, сейчас не до шуток! – возмущенно прикрикнула на мать Милдред.

– Да, какие уж тут шутки! С тех пор, как мы с ним из-за его радио, тогда, попали в ту аварию, которая унесла жизнь твоего брата…

– Мама, но ты же знаешь, что папа не был виноват в той аварии. Он отвлёкся лишь на секунду. Виноват был пьяный водитель, который вдруг решил, что ему надо не в ту сторону, в которую он едет, а в другую и поэтому он решил развернуться прямо посередине шоссе…

– Умом я это понимаю… Но именно он тогда был за рулем. И он отвлёкся!

Милдред поняла, что если мать подсознательно продолжает винить отца, то её не убедишь в обратном, поэтому она решила схитрить.

– Мама я обещаю тебе, что в следующий раз я позволю тебе самые экстремальные меры по отношению к папе. Но сейчас, я очень тебя прошу, мамочка, просто проснись! Просто проснись, мамочка!

– О черт! – женщина в ужасе уставилась на очередную идущую на таран их автомобиля машину.

– Ма-ааама, это только сон! – сорвавшись на крик, во всю мощь своих лёгких завопила Милдред. – Просто проснись! И сразу же разбуди папу!

Время снова замедлилось.

Один удар сердца.

– Ма-ааама, ты меня слышишь?!

Второй удар сердца.

– Ма-ааама, проснись?!

Третий удар сердца. Глаза Милдред заволокли слёзы. Свет фар машины-убийцы расплылся у неё перед глазами багряным пятном.

– Просыпайся, мамочка! Просыпайся, мамочка! Просыпайся, мамочка! – рыдая, надрывно повторяла и повторяла она.

И вдруг Кэтрин словно бы растворилась в воздухе. И Милдред буквально каждой клеточкой своего тела ощутила, что с плеч её свалилась тяжеленная, неподъемная гора.

– Фу-у-у-ух… – выдохнула девушка. – Я уже и не верила, что смогу её убедить.

Однако через мгновение Кэтрин снова появилась в машине. Правда, теперь женщина была совершенно обнаженной.

– Кэтрин! – обратился отец Милдред к фантому супруги. – А разве ты только что не была одета?

– Одета? Дорогой, но мы же наедине? Зачем мне быть одетой? – кокетливо улыбнулась и подмигнула мужчине его фантазия.

– Микаэль! – сконфуженно взмолилась Милдред, закрыв глаза. – Можно я проснусь? Эротические фантазии моего отца, это же похуже кошмаров будет. Тем более, что мама, вот-вот уже разбудит папу.

– Вообще-то это тебе решать, просыпаться или нет, а не мне, – усмехнулся Сторм.

Милдред ещё больше зарделась, неправильно поняв замечание мужчины.

– Эй, ты на что намека… – начала было возмущаться она, но слова замерли на её устах.

Визг и лязг тормозов, шипение и скрип резины об асфальт – лезвием прошлись по её барабанным перепонкам и калёным железом по нервам.

Милдред широко распахнула глаза.

Джип Чероки развернуло на дороге – раз, затем развернуло – второй раз. Что касается третьего раза, то он пришелся на столкновение с огромной и столь же громко стонущей, визжащий и скрипящей фурой.

– О, Го-о-о-о-о…., па-а-а-а-а-апа! Па-ааапочка!

– Это конец… – услышала она шепот отца. – Кэти… Милли… прощайте.

Джип Чероки долго, почти целую вечность, по крайней мере, именно так показалось Милдред, летел куда-то во тьму слякотно-пасмурной ночи. Затем столь же бесконечно перекатывался с боку на бок, словно бы автомобиль всё никак не мог решить, на каком же боку ему комфортней… упокоиться.

Глава 8

Потрясенная увиденным Милдред на несколько секунд в буквальном смысле оглохла, ослепла и онемела. Она не слышала ни мерзкого, самодовольного хохота Вааса, ни того, что ей твердил Микаэль Сторм.

– Милли, родная, да очнись же ты наконец! – не совладав с собой, Сторм настолько сильно затряс девушку за плечи, что её голова закачалась с такой амплитудой, словно была головой не человека, а резинового болванчика. На какое-то мгновение вампир даже испугался, что ненароком свернул девушке шею. Однако, к своему облегчению, в следующее же мгновение сообразил, что продолжает слышать не только её сердцебиение, но и ощущать её дыхание.

– Я его потеряла его. Я его потеряла его, – вдруг забормотала она. – Па-апа…

– Нет, Милдред, – тут же возразил Микаэль. – Ты не потеряла его! Ещё не потеряла! Твоего отца не было в той машине. Это только внушение! Внушение, которому он может податься или не поддаться! Зови отца! Зови, пока он тебе не ответит! Ещё ничего не кончено!

Милдред вновь закивала головой как болванчик. Однако на сей раз это были осознанные кивки.

– Па-апа! Па-апа! Это я Милли! Па-апа, проснись! Проснись, пожалуйста! – снова звала и звала девушка.

– Как трогательно, – в то время как девушка звала отца, насмешливо комментировал шипящий голос. – Как трогательно и как бесконечно бесполезно! Потому что уже всё-ооо! Уже всё-ооо ко-ончено, вампир! Ты опоздал! И всё же ты можешь собой горди-ииться! Тебе удалось это. Ты тоже заинтересовал меня, вампир!

– Милдред, не слушай его! Зови отца! – подбадривал девушку Микаэль. И она продолжала самозабвенно звать.

– Па-апа, па-апочка! Проснись! Умоляю тебя!

– Я же вам сказал, что уже по-ооздно! Слишком по-ооздно! – зловеще прошипел Ваас. – Теперь, надеюсь, вы начали воспринимать меня всерьез?!

– Ми-иии.?! О-ооох! – раздался вдруг очень слабый, похожий скорей на вздох или стон голос отца.

И в ту же секунду Милдред вновь оказалась внутри салона автомобиля. Внутри искореженного и сплющенного автомобиля, в котором тело её отца находилось всё равно, что в тисках. Запретив себе думать о том, что это значит с медицинской точки зрения, Милдред схватила руку отца. И только после того, как схватила и почувствовала, какая она холодная, поняла что сделала.

– Хммм… Ты и это можешь? – прошелестел над её ухом удивленный голос демона. – Эх какая жалость, что у меня появились более неотложные дела, а то бы поиграли ещё… Но я скоро вернусь!

– Тебе мало того, что ты этой ночью продул всухую? – саркастично поинтересовался Сторм.

– Э не-эээт, не всухую, – злорадно прошелестел демон ужаса и исчез.

Поняв, что Ваас ушёл и в ближайшее время не вернётся, вампир оставил сознание Милдред, оставив дочь «наедине» с отцом. Сам же он, обеспокоенный словами демона, немедленно позвонил Люку Рейну.

– Папочка, милый! Не сдавайся! Живи! А ещё лучше дыши! – между тем умоляющим голосом убеждала отца дочь. – Просто дыши! И верь, что ты жив!

– Милли, мне больно дышать…

– Это хорошо, что тебе больно, папочка, – со счастливой улыбкой заметила дочь, подразумевая, что только у мёртвых ничего не болит. – Это очень хорошо, – добавила она. И только тут сообразила, как это звучит. – Ой, что я говорю, конечно же, в этом нет ничего хорошего!

– Милли, я прожил хорошую жизнь…

– Что? – на мгновение оторопела Милдред. – О нет, папа, только не это! Не смей сдаваться! Папа, ты слышишь меня, не смей! Ты слышишь меня?

– Да, девочка моя, слышу, но я так устал. Я так хочу отдохнуть. Прости милая, но меня тут зовут…

– Но па-аааапа, нет! – сорвалась на крик девушка. – Па-ааапа! Па-ааапа! Па-ааапа! Отзовись, пожалуйста!

Однако секунды шли, а отец всё не отвечал.

– Па-апа! Па-апочка! – зарыдала измученная девушка. – Вернись, пожалуйста! Па-ааапа! – всхлипнула она. – Па-аапа, тебе туда нельзя…

– Куда нельзя? – вдруг вопросом на вопрос ответил отец.

Милдред настолько не ожидала вновь услышать голос отца, что в первую секунду решила, будто его голос ей просто примерещился. И всё же ответила.

– Туда, куда ты собрался…

– О, умница моя, как хорошо ты меня понимаешь! Я тоже туда, куда меня везут – совсем не хочу! Но твоя предательница-мать лично сдала меня… в руки работников скорой помощи. Черт! Вот и старость пришла! А с ней и старческий маразм! Мало того, что сны идиотские вижу, мало того, что галлюцинирую, так теперь меня ещё и в больницу упекут! А я ненавижу больницы!

– Так ненавидишь, что проводил в них все дни напролёт! – иронично заметила дочь.

– Это другое дело, дочь! И ты прекрасно это знаешь!

– Знаю, – улыбнулась Милдред. И так с улыбкой на устах и проснулась.

– С возвращением, – приветствовал девушку её временный муж.

– Микаэль, мой отец? – «приветствовала» она в ответ.

– Он в порядке, – кивнул вампир и замялся. – В относительном порядке…

– Что значит в относительном порядке? Тут же зацепилась за его слова девушка. У него ведь был инфаркт? Снова? Мне нужно немедленно к нему!

– Милли, тебе нельзя пока приближаться к родителям. Ваасу всё ещё нужна ты и только ты. И теперь, когда мы отрезали его от теней…

– Так значит, Бельфу и Люку всё-таки удалось, – с облегчением выдохнула Милдред. – Ну хоть одна хорошая новость.

– Да, – кивнул Сторм. – И подозреваю, что именно потому, что им удалось отрезать Вааса от теней, он и был вынужден в столь спешном порядке тебя покинуть! Он, очевидно, почувствовал, что кто-то пытается закрыть его личный потайной проход между мирами. К счастью, Бельф и Люк оказались проворнее.

– Мистер Сторм, вы так и не ответили на мой вопрос, – официальным холодным тоном напомнила Милдред. – Что с моим отцом?

– Да, ты права. У него был обширный инфаркт, – кивнул мужчина. – И его повезли прямиком в операционную…

– Я еду к нему! Пусть я не смогу присутствовать на его операции, но я хочу увидеть его ЭКГ, просмотреть его анализы! Просто поддержать маму, в конце концов! – оборвав мужчину на полуслове, объявила девушка и пулей метнулась к двери, причём метнулась в том, чём и была – в рубашке, выделенной ей хозяином дома для сна, и босиком.

Однако вампир, само собой разумеется, оказался проворней.

– Нет, не едешь! – заблокировав собственным телом выход из комнаты, категорическим тоном парировал Сторм. – Ты что не слышала, что я тебе только что сказал?

– Всё я прекрасно слышала! – огрызнулась Милдред. – А ещё я слышала, как ты мне обещал, что с моими родителями ничего не случится! Не просто пообещал, ты гарантировал мне это! Да и, кстати, – вдруг вспомнила она. – А что имел в виду Ваас, когда сказал, что он проиграл не всухую?

Мужчина отвёл глаза и тяжело вздохнул.

– Кто? – внезапно севшим голосом спросила Милдред.

– Кендра… – глухо выдавил из себя вампир. – Она не ночевала дома… И пока мои люди её отыскали у ее нового знакомого… Всё уже было кончено.

– Как? – уточнила она.

– Она утонула во сне…

– О Боже! – судорожно выдохнула девушка, неосознанно прикрыв ладошкой раскрывшийся в ужасе рот. Только-только высохшие от слёз глаза вновь заблестели от готовящейся пролиться влаги. – А новый знакомый? В смысле, парень, с которым была Кендра?

– Физически он в полном порядке. А вот морально… – вампир в очередной раз тяжело вздохнул. – Хорошо ещё, что мои ребята успели как раз вовремя для того, чтобы перед приездом полиции убрать все подозрительные несоответствия.

Увидев, что Милдред смотрит на него недоуменным взглядом, Сторм поспешил объяснить.

– Я о том, что парню нужно было подчистить память, а Кендру поместить в ванную. Ну и обставить всё так, будто жертва поскользнулась в ванной, ударилась головой, вследствие чего потеряла сознание и утонула. Что же касается химического состава воды в её легких, то мы и их тоже потом подкорректируем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Хлорпромазин усиливает миотический, седативный и анальгезирующий эффекты морфина.

Вернуться

2

Свинг – это удар распрямленной рукой, с замахом, рука “приземляется“ в голову противнику.

Вернуться

3

Тупфер – палочка, на оба конца которой надеты ватные тампоны.

Вернуться

4

Nagyon jó ízlésed van – в переводе с венгерского означает: «У вас очень хороший вкус».

Вернуться

5

Ez azért van, mert szeretlek – в переводе с венгерского означает: «Это потому что я влюбился в вас?»

Вернуться

6

Леохар – древнегреческий скульптор воявший из бронзы скульптуры древнегреческий богов, в частности Зевса, Аполлона, Ареса. Среди самых известных его работ, статуи Аполлон Бельведерский, Диана Версальская и Ганимед Ватиканский.

Вернуться

7

Deep Purple – британская рок-группа, образованная в феврале 1968 года и считающаяся одной из самых заметных и влиятельных в хард-роке 1970-х годов. Музыкальные критики считают Deep Purple одними из основателей хард-рока и высоко оценивают их вклад в его развитие.

Вернуться