Сергей Палагин
Ноосферное мышление. 2-я часть. Эволюция. Культура. Экспансия

Саратовским сподвижникам синергетики и нелинейной динамики

Трубецкову Дмитрию Ивановичу[1] и

Лёвину Юрию Ивановичу[2]

посвящается

Рецензенты:

Аршинов Владимир Иванович, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник ИФ РАН РФ, специалист в области философии науки и эпистемологии;

Баксанский Олег Евгеньевич, доктор философских наук, профессор, ведущий научный сотрудник ИФ РАН РФ;

Тепер Галина Анатольевна, кандидат философских наук, доцент, заместитель директора библиотеки Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского.

Автор выражает огромную благодарность и низкий поклон своей матери Палагиной Наталии Сергеевне за поддержку и бесценную организационную помощь в работе.

Автор благодарит Гамаюнова Михаила Николаевича и Палагину Галину Алексеевну за помощь в работе.

© С.В. Палагин, 2023

© Издательство «Родина», 2023

От издательства

Чего попытался автор добиться своей книгой?

Разобраться и доказать сначала себе, а потом и соотечественникам, сможет ли Человечество выжить при условии усвоения им ноосферного мышления. И что интересно, ответ вырисовывается такой: скорее всего, сможет, но вот успеет ли?

Тебе, Читатель, известна поговорка: «умный сумеет выкрутиться из трудной ситуации, а мудрый в неё просто не попадёт». Так давай, с оглядкой на эту поговорку с позиции Стороннего Наблюдателя посмотрим на сегодняшнюю ситуацию с Человечеством. Оно сейчас влезло «по уши» в глобальное потепление, а разговоры о декарбонизации экономики и оптимизации энергопотребления среди военных, политических и экономических баталий до сих пор не самые актуальные. При сложившемся вооружённом противостоянии только неадекватный политик отважится на провоцирование Третьей мировой, и очень хочется думать, что дальше локальных конфликтов дело не пойдёт. Но вот как быть с демографической, экономической и техногенной экспансией? Если пускать в дело ракеты с ядерными боеголовками мы ещё как-то опасаемся, то вот в сдерживании и оптимизации всего остального у нас что-то не очень получается.

Материя в своём движении не только самоорганизуется – она ещё несёт в себе энергию.

Поэтому мы, как её часть, выживаем с одной стороны культурой, а с другой – силой.

Нашу силу, или нашу энергию, которую мы своей техносферной экспансией вовлекли в биосферный круговорот, мы можем посчитать и прикинуть, но вот долго ли ещё будем ею перегревать себя? Пока не сваримся в парниковой катастрофе? А как оценить культуру, с которой мы это делаем? Если мы с нею добиваемся успеха, то значит, мы достаточно культурны. А если нет? Можно ли считать культурной цивилизацию, которая гонится за всё новыми источниками энергии, не понимая, что жизнь – это проточно-диссипативное явление? Думать о добыче энергии нельзя без заботы о том, куда и как нам её после использования «сбрасывать». В природе нет истоков без стоков. Да, уже сильно прижимает, и человечество догадывается, что что-то не так. Но догадываться мало, надо обладать достаточной культурой и технологиями, чтобы суметь поставить ситуацию под контроль. А когда эта «ситуация» и есть само Человечество? Сможет ли оно поставить под контроль само себя?

В своих книгах автор показывает: мы – уровнево самоорганизующаяся материя, и потому познаём её, и себя как часть её, так же уровнево самоорганизованным мышлением. Судьба любого субъекта от человека до всей цивилизации – в его культуре. И не просто в культуре – а в культуре когнитивной. И не просто в когнитивной – а в её рефлексивной составляющей. И не просто в рефлексивной составляющей – сегодня в ноосферной рефлексивной составляющей. Ибо в настоящее время, благодаря последней, культура и становится наконец-то культурой в своём самом высоком и благородном смысле.

Двухтомник «Ноосферное мышление» написан для того, чтобы Человечество обладало научной ноосферной рефлексией и с нею осознавало себя настолько культурным, насколько это возможно. Но не для самоутешения, а для того, чтобы самоорганизовать свой интеллект для понимания происходящего, а там и в очередной раз ответить на вопрос: что делать?

Как старается доказать автор, ответ на этот вопрос мы найдём, когда благодаря ноосферному мышлению раскроем, какие и как до настоящего момента Человечество уже прошло транскультурные переходы, по-новому исследуем и поймём их природу, а далее сделаем вывод, как нам культурно пройти назревший на сегодня ещё один транскультурный переход: ноосферный.

Читатель! Если на этом научном заделе и интеллектуальном примере хочешь лучше осознать собственный культурный уровень и перепровериться в рефлексии, если свою постановку вопроса «что делать?» хочешь сравнить с постановкой автора, – то это книга для тебя.

…Кто-то заметит: а не слишком ли много автор на себя берёт? Отвечу: да берёт много. Столько, сколько считает необходимым. Столько, сколько требует «структура исторического момента». Но вот вынесет ли он взятую на себя ношу, рассудят потомки…

Если среди глобального потепления выживут, конечно.

Главный редактор издательства «Алгоритм»

А. И. Колиакиди

Замысел книги – 13 ноября 2021 г. Начало работы над ней – 15 ноября 2021 г.

Предисловие 1
Ключевой вопрос

Настоящий учёный не тот, кто умеет давать ответы, а тот, кто умеет правильно ставить вопросы.

Научная истина

Мы не любим напрягаться нашим мозгом. Он так устроен, что постоянно старается экономить силы и ресурсы. То, что можно опустить и помыслить «по умолчанию», мозг опускает и отправляет в подсознание, чтобы потом сработать «на автопилоте». И тогда мы вместо сложного вопроса задаём простой. Если это «прокатывает», то прокатывает. Ответ получен и мы бежим дальше.

А если не прокатывает, и ответ нас не устраивает?

Так ведь человек – система с обратными связями! Тогда он задаёт следующий вопрос: «А что не прокатило?» – и получает дополнительный ответ. Если прокатило, то и хорошо. А если опять что – то не так? Ты, Читатель, понимаешь, что если тебе что-то будет оставаться неясным, ты продолжишь расспросы до тех пор, пока не добьётся полной определённости.

Вот только что значит для тебя эта «полная определённость»? Ведь ты субъект и ничто субъективное тебе не чуждо!

Если ты, Читатель, более-менее адекватен и видишь, что вокруг тебя не то что «происходит», а именно «твориться», ты давно уже должен был задаться вопросом: «Выживет ли Человечество?» Ты сам – часть Человечества и прекрасно понимаешь, что какое будущее ждёт всех, такое ждёт и тебя. Я полагаю, что тебе твоя собственная судьба, да и судьба твоих детей как-то небезразлична.

Если ты сам уже задал себе этот вопрос, если сам пытаешься на него найти ответ или ищешь ответ у кого-то на стороне, то должен тебя огорчить: этот вопрос некорректен своей одномерностью и правильного ответа ты на него не найдёшь и не получишь.

Почему? Да просто потому, чтобы на него исчерпывающе ответить, надо не только отслеживать угрожающие климатические изменения, надо понимать, что такое «Человечество» и как одно связано с другим.

А ты это понимаешь? А рядом с тобой это кто-то понимает? А даже не рядом, а хоть где-то кто-то понимает?

Вот то-то и оно!

….

Начну с простого. Предположим, тебе предстоит толкнуть камень с горки и ответить на вопрос: «Как далеко он укатится?»

Если ты что-то помнишь из школьного курса по физике, то соберешь необходимую информацию: какова высота горки, каков её наклон, какова её поверхность, какова форма камня, с какой точностью надо ответить и даже, если не всё забыл, то учтёшь и силу притяжения Земли – 9.8 м/сек². Если по условиям ответ может быть не строгим, то оценку судьбы означенного камня можно дать «на глазок» – «далеко/близко» или что-то в этом роде. Ты, Читатель, как человек так устроен, что даже просто взглянув на ситуацию, тут же рефлекторно собираешь всю необходимую информацию и мозг в подсознании её анализирует. Даже навскидку ты можешь довольно точно сказать, куда он укатится. Ты при этом воспользовался такой способностью своего мозга, как прогнозирование событий. При этом в глубине сказанного есть существенный подтекст: если ты понимаешь суть этих событий.

…Когда мы сознаём своё непонимание и у нас есть возможность поэкспериментировать, то мы добиваемся своего через добычу опыта. Мы можем взять означенный камень, покатать его несколько раз с означенной горки, собрать статистику, обобщить… И получить желаемый ответ.

А что делать, если у нас нет возможности поставить эксперимент?

Если ситуация по своей сути неповторима и ответ надо дать сразу?

Ведь нельзя же Человечество несколько раз катнуть с его экологической горки, чтобы выяснить, выживет оно или не выживет?

Ответ на вопрос о судьбе Человечества (и себя, разумеется, в том числе) мы найдём только в одном случае: если обратимся к фундаментальным наукам. Которые мы создали для того, чтобы всё фундаментально понимать и при необходимости правильно и исчерпывающе отвечать.

Когда мы в своих попытках предвидеть развитие событий начнём собирать информацию, то довольно быстро сообразим, что Человечество и камень очень даже отличаются. И что для ответа о судьбе Человечества надо собрать несколько больше информации, чем о судьбе камня.

Да что информация?

Для начала надо дать себе отчёт, в каких науках мы будем работать.

Ну, судьбы камней мы рассматриваем в такой науке, как физика.

А судьбы человеческих цивилизаций? В такой науке, как социология.

А дальше?

Камни? Да что камни! Когда волнует судьба Человечества, какое нам дело до каких-то камней!

Не нужна нам сейчас физика, подавай нам социологию!

… Будьте любезны!

Вот она на блюдечке с голубой каёмочкой!

И что?

Я знаю, Читатель, что ты не дока в социологии, но если немного вникнешь в неё, то увидишь, что в современной социологии нужного тебе по однозначности ответа на вопрос «Выживет ли Человечество?» – ты не найдешь.

Почему?

Потому что современная социология продолжает оставаться в основном объяснительным знанием, причём таким, в котором его современные служители только-только начинают осознавать тот факт, что Человечество есть самоорганизующееся явление в самоорганизующемся мире. И, следовательно, современные социологи только-только обучаются мыслить самоорганизационными моделями, чтобы понимать самоорганизующиеся системы разной природы.

Я полагаю, Читатель, что ты знаешь слово «самоорганизация». И ты скорее чувствуешь, чем ясно понимаешь, что ты – самоорганизующаяся биологическая система. В развитии нашего мышления мы всё больше учимся обращаться с разными самоорганизующимися системами, но усваиваем это умение пока больше на подсознательном уровне, хотя уже умеем в большинстве случаев не теряться, когда сталкиваемся с той или иной самоорганизованностью мира, Жизни и человека. Ведь умение человека быть самостоятельным – это та же его самоорганизованность, только по-другому означенная.

Человечество – не камень, запущенный с горки. У Человечества есть собственная воля. Спрашивать о судьбе Человечества, опуская вопрос о проявлении им своей воли – некорректно. Ибо если задаваться этим вопросом в исходной формулировке, то однозначного ответа для неё нет. Если Человечество ради выживания проявит единую волю, – один ответ. Если не проявит, погрязнув во внутренних распрях, то другой ответ. Но если мы всё же стремимся к однозначности, то тогда вопрос должны сформулировать так: «Что должно сделать Человечество, чтобы выжить?»

Не буду утомлять тебя, Читатель, долгими «подъездами» к правильным формулировкам и скажу сразу: и этот вопрос принципиально не полон.

Когда перед субъектом судьба ставит задачу что-то сделать, то всегда, если она мудра и всё понимает, то задаётся вопросом в обязательно сопутствующем измерении: а сможет ли он это сделать? Если нет, то каким должен быть субъект, какими способностями обладать, чтобы это сделать? Без учёта этого изменения заданный нами вопрос по-прежнему неоднозначен.

Сформулируем вопрос теперь так: «Что должно сделать Человечество и каким для этого должно быть (или стать), чтобы выжить?»

Это существенно полнее. С такой формулировкой мы охватываем необходимые для адекватного ответа стороны явления.

Но зададимся ещё одним вопросом: «А все ли необходимые для адекватного ответа стороны мы охватили?»

Вопросы «что должно сделать?» и «каким для этого надо быть?» – это вопросы из будущего.

Из того будущего, которое, в опоре на Логику Бытия, нам предстоит спрогнозировать и воплотить в реальность.

А если мы собираемся его воплощать, то тут встаёт во всю свою значимость ключевой вопрос технологического характера «Как?»

Пойдём от обратного.

Что должно сделать человечество?

Перестроить свою жизненную экспансию так, чтобы не разрушать биосферу, а спасать её.

Частный вопрос: «Что должно сделать Человечество?» предполагает сначала общий вопрос: «А что вообще делает Человечество?»

Да, что оно вообще делает?

Да просто живёт! Плодится и воспроизводится. Где голодает, а где с жиру бесится. Где дружит, а где воюет. И в любом случае потребляет для этого планетарные ресурсы: сельскохозяйственные, промышленные, энергетические. Всё просто.

В своих предыдущих книгах я, автор, показал, что Жизнь – это планетарно-космическая химическая реакция с положительными обратными связями по проходящему через неё потоку энергии. В соответствие с природой своих обратных связей она – экспансивное явление. И так как Человечество – часть Жизни, её IV уровень организации, то оно и живёт тем, что раскручивает свою жизненную экспансию.

Ещё я показал, что в зависимости от того, насколько у Человечества развито сознание, то оно раскручивает свою экспансию

– неосознаваемо (если сознание ещё совсем тёмное, языческое или религиозное);

– осознаваемо (если в нём уже теплится наука, и учёные предоставляют политикам, военным и бизнесменам свои обоснованные выкладки, но те не очень к ним прислушиваются, а как раскручивали свою ролевую экспансию, так и продолжают раскручивать);

– осознанно (когда в нём политики, военные и бизнесмены научились мыслить научно, и свои геополитические амбиции осознанно и расчётливо соизмеряют с планетарными условиями. Когда понимают, что любой процесс может быть постоянным только в своих постоянных условиях. И если условия разрушить, то и сам процесс прекратится).

…Так вот сегодня в нашем распоряжении должна быть такая наука, чтобы с ней учёные, как представители интеллектуальной элиты Человечества, понимали, какую культуру мышления и как должно усвоить всё Человечество, чтобы свою неосознаваемую экспансию перестроить в осознанную и с нею на планете сманеврировать так, чтобы избежать парниковой катастрофы и выжить.

Ещё, Читатель, эта книга написана для того, чтобы я, ты (и все мы) осознали своё место в Большой Игре под названием «Жизнь». Пока мы не обзаведёмся научными мозгами, да не просто научными, а ноосферными, мы должны сознавать, что в этой Игре мы почти никто. Статисты, молекулы из «народной массы», потребители общества массового потребления, на котором делают свою прибыль, а те, кого империалисты призвали «под ружжо», то те – пушечное мясо. Короче, Читатель, если не своими, то хотя бы моими мозгами ты должен сознавать, что ты – дурак. И будешь таким, пока не усвоишь научное мышление с осознанной рефлексией. За «дурака» ты можешь на меня обижаться, можешь не обижаться, можешь на эмоциональном взбрыке отбросить эту книгу, но от этого дураком ты быть не перестанешь. И судьбу свою не изменишь.

Потому что свою судьбу мы делаем прежде всего своей культурой мышления.

И если у тебя культура мышления, как и у всего Человечества, на данный момент незрелая, то и свою судьбу ты не сделаешь такой, какой хочется. А если и чего-то добьешься, то временно.

Ты можешь продолжать держать на меня обиду, Читатель, но я тебе должен сказать вот что: таким дураком, как ты сейчас, я был почти полвека назад. И тогда я очень – очень захотел им не быть. Постоянно держа нос в интересных и нужных книжках, прочитал однажды слова Михаила Васильевича Ломоносова: «Не токмо у стола знатных господ или у каких земных владетелей дураком быть не хочу, но иже у самого господа Бога, который дал мне смысл, пока разве отымет».

Я понимаю, дорогой ты мой, что не у всех нас одинаковые таланты, да ещё таланты в такой редкой интеллектуальной сфере, как рефлексия. Мне повезло. Кроме этого таланта судьба дала мне ещё один: быть настырным и неуспокоенным до тех пор, пока не добьёшься желаемого.

Вот я добился. Добился того, что научно осознал себя «НЕ-дураком». И соответственно участвую в Большой Игре под названием «Жизнь» уже не как дурак.

Согласись, это дорогого стоит.

Созвать свою умственную зрелость можно двумя способами: научно и доказательно, как я, а можно и путём сравнения с окружающими. Они вроде не дураки, живут рационально, значит и я вроде не дурак… Но давай посмотрим на то, что происходит в планетарном масштабе: если Человечество со своей неосознаваемой экспансией катится к самоуничтожению, то значит оно в целом – не просто дурачьё, а дурачьё набитое, и если ты против такой экспансии ничего не возражаешь, если ты против такой экспансии не восстаёшь, а тем более в ней участвуешь, значит, ты такой же набитый дур ак. Продолжающий проявлять тупой стадный рефлекс: «куда все, туда и я!». Да ещё оправдываешь этот рефлекс формулой: «Большинство ошибаться не может!»

Может, ещё как может!

По историческим меркам не так давно большинство ничтоже сумняшеся считало, что Земля плоская и что Солнце вращается вокруг неё. Если бы ты жил лет эдак 400 назад, то так же считал, и в этом не сомневался?

В арсенале жизненной мудрости есть такое правило: «Не мешай дуракам делать глупости». Это хорошее правило, но на глобальном уровне оно не работает. Когда дураки своим большинством катят планету в пропасть климатической катастрофы, то как-то не хочется погибнуть вместе с ними, а хочется им помешать.

Человечество – это эволюционирующая единица, и поэтому оно всегда состояло из глупых и умных, дураков и мудрецов, интеллектуалов и «простых людей». Это надо осознавать и принимать как данность. Но мало осознавать, надо знать своё место в этой палитре. Сегодня она обретает новое измерение. В глубинах человеческих интеллектов уже начался переход к ноосфере, и в Человечестве обозначилось новое интеллектуальное множество – ноосферяне (люди с ноосферной культурой мышления). Они взяли на себя ответственность противостоять доноосам (доноосферным людям, ещё не усвоившим ноосферное мышление).

Сегодня наступило время выбирать тебе свою судьбу как никогда.

Я свою судьбу выбрал, а ты?

Если не начнёшь напрягать мозги и усваивать ноосферное мышление, то так и останешься в составе самоуничтожающегося дурачья, погибнешь вместе с ним, а вместе со всеми и мы, ноосферяне, тоже погибнем, так как нас без сподвижников будет очень мало и мы не повлияем на ход Истории.

Если начнёшь, да ещё вовлечёшь в это дело своих близких, друзей, коллег, будешь им примером, то, глядишь, и выживем. Выживем мы, и выживут наши дети.

И это будет ответом на ключевой вопрос «как?»

Мало ответить, что должно сделать Человечество, чтобы выжить.

Мало ответить, каким должно быть Человечество, чтобы выжить.

Надо ещё ответить, как должно Человечество стать таким, чтобы выжить.

Ответы на все эти вопросы возможны только в том случае, если есть понимание того, что такое «Человечество».

Вот для того, чтобы и я, и ты, и всё Человечество» научно и доказательно, в рамках ноосферной культуры мышления понимало, что же оно такое, и чтобы каждый читатель научно осознавал себя частью своего так трудно умнеющего Человечества, чтобы у нас у всех была единая научная Картина мира, и написана эта книга.

…Возникнув как результат эволюции, сегодня человек ставит перед собой такой вопрос: какую ему нужно иметь культуру, чтобы не уничтожить себя своей же экспансией?

Предисловие 2
О преемственности

Эта книга – продолжение личной ноосферной и научной интеллектуальной самоорганизации автора. Чтобы ты, Читатель, усваивал содержание и смысл этой книги без лишних вопросов, подготовься к ней и познакомься как минимум с двумя предыдущими монографиями автора:

1. Борющийся Ноосферянин и человечество. Воюющее и самоуничтожающееся. К сценариям ноосферного транскультурного перехода. – М.: «Родина», 2020.

2. Ноосферное мышление. Или что такое «нофукома» в интеллекте ноосферянина. Методическое пособие (самоучитель) по ноосферной самоорганизации интеллекта. – М.: «Родина», 2021.

Но если предложенный минимализм в этом в подходе пришёлся тебе не по душе, то вот другие книги автора, в которых он излагает, объясняет и доказывает свою научную позицию:

1. Полилогические раскопки. – Саратов, ИКД "Пароход", 2000. – 486 с.

2. Когнитологическая самоорганизация – это серьезно / Или почему Будда, Христос и Магомет самые известные исторические личности. – Саратов, Изд-во СГУ, 2005. – 164 с.

3. А ты знаешь свое мышление и на что ты с ним способен? – Саратов, ООО Издательство «Научная книга», 2005. – 322 с. с илл.

4. Когнитолог среди самоорганизаторов, организаторов и диссипаторов. – Саратов, ООО Издательство «Научная книга», 2006. – 186 с. с илл.

5. Моя/наша идеология. – Саратов, ООО Издательство «Научная книга», 2007. 602 с. с илл.

6. Об идеологии без идеологии. Когнитологический экспресс-анализ самоорганизационно-когнитивных и идеологических возможностей российских политических партий (саратовская выборка). – Саратов, ООО Издательство «Научная книга», 2009 г. – 427 с. с илл.

7. Алгоритм оптимальной (ноосферной) политической активности. – Саратов, ООО Издательство «Научная книга», 2011. – 800 с. с илл.

8. Социальная роль: ноосферный Когнитотехнолог. Или к вопросу о субъектности в конце эпохи осознаваемой рефлексии. – Саратов, ООО Изд-во «Научная книга», 2013 г. – 860 с. с илл.

9. Когнитологический коучинг: осознанность постнеклассики. Сценарии транскультурного перехода. – Саратов, ООО Изд-во «Научная книга», 2016 г. – 624 с.

В этих книгах есть своя идейная преемственность, и её желательно соблюсти.

Если ты, мой Читатель, ещё не знаком с ноосферными идеями, начало которым положил наш соотечественник, великий мыслитель Владимир Иванович Вернадский, то самое время начать ими проникаться: транскультурный переход к ноосфере уже идёт. И не просто идёт – он мчится. Эти книги – тому свидетельство. Очень возможно, что ты не знал об этом, потому что транскультурный переход начали неизвестные тебе люди. Теперь пришло время узнать. Это ещё одно доказательство того, что переход набирает обороты, и ряды ноосферных пассионариев растут. В Санкт-Петербурге уже давно работает Ноосферная общественная академия, и её коллектив с каждым днём расширяется. Слово «ноосферянин» уже не первое десятилетие «гуляет» по нашему информационному и культурному пространству, самим фактом своего существования перестраивая общественное сознание и подготавливая его к грядущим переменам.

Но если эти перемены начались без тебя, мой Читатель, то, как и чем они закончатся, – зависит в том числе уже и от тебя. Прогресс человечества – это своеобразный поезд, мчащийся без остановок из прошлого в будущее. И если ты в этом поезде не машинист, но хочешь в будущее попасть, тебе надо на него успеть вскочить. К этому образному сравнению в который раз привожу замечательные слова Рэма Баранцева, доктора философских наук и профессора СПбГУ: «Безучастно в ноосфере не окажешься!» В противном случае ты останешься в прошлом, и это будет грустно. Жизнь – она ведь не просто для субъектов, она для активных субъектов. И ещё раз: не просто для активных субъектов, а для интеллектуально активных. Хочешь выжить – шевели не только ногами и руками, а в первую очередь мозгами.

Предисловие 3
О четвёртой научной парадигме

Книга «Ноосферное мышление. 2-я часть» – это Картина мира, которую Человечество от лица своих ноосферных пассионариев начинает выстраивать в своей когнитивной культуре, когда последнюю поднимает до ноосферного уровня зрелости и заявляет о разработке 4-й научной парадигмы. Если условно считать, что изложенное в 1-й части «Ноосферного мышления» – это инструмент, то изложенное здесь, во 2-й части, – это предмет этого инструмента. Но это именно условно, ибо мышление – это самоорганизующееся явление Природы, которое в себе свою предметность и инструментальность часто и по мере необходимости меняет местами.

Автор находит открытое им ноосферное мышление настолько разработанным, что весь дальнейший научный материал с позиций этого мышления уже не вмещается в рамки 3-й (постнеклассической) научной парадигмы и потому заявляет о разработке новой, или следующей парадигмы – 4-й. А это значит, что пришло время чётко обозначить те нормы, параметры и критерии, которые характеризуют 4-ю парадигму и к ней относятся.

4-ю научную парадигму автор предложил называть осознанной постнеклассикой.

Вот 10 самых главных характеристик мышления в 4-й научной парадигме:

1. В 4-й научной парадигме человек открывает для себя и в последующем полагает аксиомой онтологическую формулу «материя существует, движется и самоорганизуется». Если факт существования материи как самоорганизующейся субстанции был открыт и зафиксирован в 3-й научной парадигме, то в 4-й раскрыта единая самоорганизация материи от её простейших форм в твёрдых физических средах до сложнейших форм в ноосферной когнитивной культуре. При этом раскрыты все транссамоорганизационные переходы, которыми живая материя эволюционирует от своего зарождения до образования ноосферной человеческой цивилизации.

2. В 4-й научной парадигме понимание единой самоорганизации материи от её простейших форм до сложнейших оборачивается созданием единого фундаментально-научного знания, свободного от каких-либо междисциплинарных проблем. В 3-й научной парадигме научное сообщество только готовится к этому, нарабатывает первые самоорганизационные когнитивные модели, но прорыв к целостному, как ещё философы говорят, холистическому научному мировоззрению, мы осуществляем только при ноосферном транскультурном переходе, или в третьей транспарадигмальной революции. После того, как открываем для себя такое явление в реальности, как «транссамоорганизационный переход», а в науке – такое явление, как «трансдисциплинарный переход».

3. В 4-й научной парадигме человек метасистемно понимает, что такое «Жизнь» как планетарно-космическое явление, имеющее своё начало и свой конец. Будучи частью Жизни, Человек с ноосферным мышлением сознаёт, что в зависимости от его культуры и активности Жизнь может иметь несколько разных вариантов продолжения или окончания своего существования.

4. При ноосферном транскультурном переходе научное сообщество сознаёт когнитивными рудиментами и упраздняет такие логико-поведенческие когнитивные культуры, как религия, мистика и философия. Соответственно ни религии, ни мистики, ни философии (а так же соответствующих им интроспективных и социальных ролей) в 4-й научной парадигме нет.

5. В 4-й научной парадигме научное сообщество открывает для себя закон гомологичного развития Жизни по уровням организации и соответственно осознаёт государство эволюционирующей и самоэволюционирующей особью IV уровня организации.

6. В 4-й научной парадигме человек не просто сознаёт себя, но научно и доказательно благодаря осознанной рефлексии сознаёт себя ноосферянином, то есть активным субъектом, живущим научно и гиперциклично самоорганизованным Ноосферным Разумом и научно самоорганизованным интеллектом. В последнем открыт и осознан гиперцикл нофуком.

7. В 4-й научной парадигме люди живут ноосферным гуманитарным знанием, которое по своему характеру соответствует естественнонаучному и является его частью.

8. В 4-й научной парадигме ноосферяне живут осознанной экспансией, которая включает в себя культуру ответственного сотрудничества и уважительного соперничества.

9. В 4-й научной парадигме люди осознают себя активными личностями и выстраивают свою социальную самоорганизованность на основе научного осознания происходящего, а не на основе политических идеологий. Политические идеологии (в их гиперцикличных формах) осознаны доноосферными явлениями, относящимися к эпохе когнитивной культуры с осознаваемой рефлексией.

10. В 4-й научной парадигме научное сообщество осознаёт весь конкретный планетарный энергетический расклад с разовой диссипацией на минеральных углеводородных ресурсах и проточной солнечной диссипацией, а также реальность угрозы климатической парниковой катастрофы. В соответствие с этим выстраивает количественные параметры своей осознанной экспансии.

Предисловие 4
Некоторые методологические соображения

Любой концепт Жизни есть концепт экспансии.

Развитие Жизни есть её переходы ко всё более изощрённым формам экспансии.

Современная эпоха есть переход Жизни к такой форме экспансии, как ноосферная.

Чем в первую очередь отличается мышление Ноосферянина от мышления доноосферного Синергетика (или учёного, работающего с нелинейной динамикой)?

Синергетик мыслит моделями самоорганизации на системном уровне, а Ноосферянин мыслит моделями самоорганизации на метасистемном уровне. Это значит, он мыслит не только моделями самоорганизации, но и транссамоорганизации. А ещё транскультурными и трансдисциплинарными. Ноосферянин охватывает своим мышлением весь диапазон самоорганизации материи от простейших форм в твёрдых физических средах до высших когнитивных форм в ноосфере.

Первая часть «Ноосферного мышления» содержит в себе только своеобразный эскиз, «карандашный набросок», первый работающий образец ноосферного мышления. Который здесь, во второй части будет сначала проверен на прочность, логичность и работоспособность, а потом приложен в дело. Книга «Ноосферное мышление» по своей природе прежде всего рефлексивна: в ней автор попытался сначала ответить на запрос эпохи: как нам сегодня следует мыслить? А потом начать жить ноосферным мышлением.

Человек по своей природе концептуально мыслящее существо. А с началом науки ещё и фундаментально-концептуально мыслящее. Всё живое выживает только тогда, когда следует своей природе, и это справедливо и для человека. Жизнь живёт своей экспансией – и человек живёт своей экспансией. Экспансией в мышлении, экспансией в науке, экспансией в своей культуре, экспансией в своём поведении…

Уже сравнительно давно мы знаем, что со словом «экспансия» всегда стоят рядом слова «пределы экспансии». Если в этом мире и бывает что-то бесконечное, то это никак не экспансия. Экспансия всегда конечна. Но это общее, онтологическое положение. Если на него ориентироваться, то тогда сразу задаваться следующими вопросами: в каких условиях и какая?

Когда поднимаешься до ноосферной рефлексии, то понимаешь: мышление – это тоже экспансия Жизни, только особая: это экспансия на опережение. Жизнь создала мозг мыслящего субъекта как самое экспансивное явление Природы. Или как самое экспансивное явление во Вселенной. Хотя что мозг? Это инструмент, он всего лишь обслуживает установку на максимальную самореализацию, которая «зашита» как фундаментальная в нашем поведении. В мышлении мы всего лишь конкретизируем нашу установку на владение Миром и его окрестностями. Нормальный человек всегда чего-то хочет. И не просто хочет, а хочет побольше. Если не хочет – значит болен или ненормальный. А чего человек хочет? Ты это сам прекрасно знаешь, Читатель, ибо ты человек и ничто человеческое тебе не чуждо.

Как-то в Интернете, лет пять назад, я нашёл такую зарисовку: «Сначала нам было просто хорошо. Потом очень хорошо. Потом очень-очень хорошо. А в итоге так хорошо, что потом долго-долго было плохо».

Да, мы не любим, когда нам плохо. Если мы не направляем и не регулируем свою жизнь сами, то нас «регулируют» обстоятельства. Если мы не ограничиваем себя сами, то нас ограничивает кто-то другой. Или что-то другое. Когда немного поживёшь и наберёшься мудрости, то в формуле «тот, кто во многом себе отказывает, может многое себе позволить» видишь свой глубокий смысл.

Культура начинается с запретов. Юрий Михайлович Лотман

Можешь считать, Читатель, что эта книга есть попытка автора на фундаментально-научном уровне дать ответ ещё и на такой вопрос: «В чём (и как) должно отказать себе человечество (или какую иметь культуру с какими запретами), чтобы позволить себе то, чего оно хочет: для начала элементарно выжить?»

Предисловие 5
О возможностях автора

Репутация математика основывается на числе плохих доказательств, которые он придумал.

А.С.Безикович

Знаешь, Читатель, совершать транскультурный переход – это ещё то занятие.

С одной стороны ты конечно пассионарий, первопроходец, первооткрыватель… И по идее можешь рассчитывать не только на удовлетворение своей научной любознательности, но и на возможную признательность и благодарность потомков.

С другой стороны, ты со своими научными притязаниями оказываешься живущим на две культуры – устаревшую, уходящую, и новую, создаваемую и разрабатываемую тобой. Устаревшей культурой тяготишься, а в новой пытаешься и начинаешь жить так, как не жил ещё никто. Вырабатываешь новые алгоритмы, паттерны, идеи, понятия, перекраиваешь своё подсознание, а оно так просто не уступает. Лепишь, можно сказать, ваяешь что-то новенькое, ловишь кайф от пронизывающего тебя вдохновения, а оглянулся – в каком-то месте старые замашки так и попёрли… Возвращаешься и начинаешь переделывать и доделывать… И хорошо ещё, если где-то старые привычки вовремя углядел и исправил, а если нет? Они остались, и их обнаружат твои читатели и потомки. Обнаружат и скажут: «Ну вот, старый чёрт, старался-старался, и напортачил!..»

Транскультурный переход – это такое предприятие, в котором новую культуру надо не только открыть и обосновать, но и освоить, чтобы выявить, насколько ты с ней жизнеспособен. А это значит в транскультурном переходе перекроить и перешить заново чуть ли не всего себя. При этом переформатирование большей части мозга – так это как само собой разумеется. Перепрограммирование компьютера с его операционной системой на фоне этого предприятия – детские игрушки!

Ещё работая над своей первой книгой, «Полилогическими раскопками», я, автор, нашёл высказывание Абрама Самойловича Безиковича, математика с мировым именем, которое вынес в эпиграф. Этим он выразил свою мысль о том, что работы первооткрывателей неуклюжи.

Вспомни, читатель, первый автомобиль Даймлера и Бенца с дизельным двигателем. Насколько он был неказист и неуклюж с современной точки зрения! Хотя в него, как в продукт своей эпохи, конструкторы вложили свой дизайн и даже изящество. Но что делать: идея вчерашней конной повозки в нём по инерции ещё продолжалась. Первый автомобиль – тоже явление транскультурного перехода. Но это «всего лишь» автомобиль. Гениальное изобретение. А тут транскультурный переход в науке! Стараешься-стараешься, а личные слабости, недостатки, пробелы в не лучшим образом усвоенном образовании и воспитании так и лезут огрехами во все стороны…

А что делать? Что есть, тем и пользуешься! Какой у тебя есть творческий потенциал, какие работоспособность, настырность и неуспокоенность, здоровье и терпение, с тем и пытаешься выжить!

Для Мыслителя каждая новая идея сначала трудна своим правильным пониманием, потом трудна своим эффективным и доступным выражением, а в-третьих, трудна своим донесением до других людей.

А когда же и как среди этих трудностей жить?

Есть такая мудрость, выраженная ливийским писателем, поэтом, философом, просветителем Арни Рейхани: «Тот, кто живёт, чтобы писать, пишет, но не живёт. А тот, кто пишет, что бы жить, живёт, но не пишет».

Так что же лучше? Как совместить писание и житие? Да ещё в транскультурном переходе?

Возможно, для кого-то писать и жить – это одно и то же?

Моя книга, конечно, неуклюжая, но на некоторые новые идеи в ней я всё-таки рассчитываю…

К этому хочу только добавить, что концептуальность книги я постарался выстроить так, чтобы она была выше её конкретности в наше быстроменяющееся время. Если конкретная информация, приведённая в книге, устаревает чуть ли не моментально, то концептуальность (тем более ноосферная) – как научная должна быть вечной и не устаревать вообще!

1. Транссамоорганизационные, эволюционные и исторические начала

Отыщи всему начало, и ты многое поймёшь.

Козьма Прутков

1.1. Вопросы периодизации истории и не только истории

Когда первые учёные-археологи пытались заглянуть вглубь тысячелетий и собирали для этого информацию, они, естественно, опирались на то, что можно было опираться: на материальные артефакты прошлого. Ты прекрасно помнишь, Читатель, что классические историки для периодизации своего предмета в качестве основного критерия использовали орудия труда:

– каменный век (от возникновения человека до III тыс. до н. э.),

– бронзовый век (с конца IV до начала 1 тыс. до н. э.),

– железный век (с 1 тыс. до н. э.).

Поскольку эта периодизация вполне объективная, с ней спорить было трудно. Однако довольно быстро выяснилось, что одними орудиями труда размечать историческое время не получается. Требовалось найти ещё что-то.

Я думаю, Читатель, что тебе знакома такая периодизация истории, которая предварена так называемым «доисторической» эпохой. Границей между «доисторией» и историей в XIX веке было «назначено» появление письменности. Почему? Письменность вслед за орудиями труда – как бы не самый «материализованный» духовный признак человеческой культуры и, осмелюсь сказать, его можно признать самым «культурным» признаком культуры. С письменностью древний социум делает свою культуру особенно обобщённой, единой и зафиксированной как бы вне времени и пространства. Не просто так мы сегодня признаком минимально культурной личности (в современных цивилизационных понятиях) считаем её умение читать и писать.

Вспомним Сенеку, говорившего: «Гоняемся мы за роскошью, всё, что нужно, у нас под ногами». Последуем его мудрости и возьмём то, что нам нужно, у нас «из-под ног» – из Википедии:

Уже в 1980-е годы большинство ученых признали невозможность сопоставления археологической и этнографической периодизаций. В связи с этим дальнейшие разработки этнографической периодизации прекратились. В 1990-е годы на историческом факультете МГУ (…) сложилась трехчастная схема подачи материала. За её основу принята периодизация А.». Першица, включающая в себя период «раннепервобытной общины», период «родовой общины ранних земледельцев» и период «соседско-большесемейной общины». При всей условности названных терминов эта дидактическая система имела два несомненных преимущества. Во-первых, она дает возможность разделить эпоху первобытности на три самостоятельных периода, каждый из которых имеет особенности в развитии культуры, социальных структур, норм морали и права. Во-вторых, в противоположность археологическим материалам эта трехчастная схема легко сопоставима с этнографическими материалами. Схожие схемы изложения, без привязки к первобытности, можно найти в трудах западных социальных антропологов, например, у Маршала Салинса.

Однако, несмотря на все усилия антропологов и историков, приходится признавать, что все современные системы периодизации Истории по-своему несовершенны. Существует немало примеров, когда народы Дальнего Востока в XVI–XVII вв., использовали каменные орудия палеолитической или мезолитической формы, хотя жили при этом родовым обществом с развитыми формами религии, а так же общественных и семейных отношений. В настоящее время принято считать, что общечеловеческая периодизация первобытного строя заканчивается на мезолите, когда культурное развитие резко ускорилось и протекало у разных народов разными темпами. При этом культуры, существовавшие одновременно, могут находиться на разных ступенях развития, в связи с чем, например, неолитические культуры могут соседствовать с халколитическими или с культурами бронзового века»

Признаваемое сегодня несовершенство существующих систем периодизации истории есть прямое следствие незрелости нашего доноосферного научного мышления. История рождения и развития человечества – сложнейший эволюционный, самоорганизационный и культурный процесс, играющий в разных климатических и географических условиях своими разнообразными проявлениями. Сегодня мы всё яснее и определённее понимаем, что прогресс человечества обусловлен не успехами экономики, не надуманной диалектикой производительных сил и производственных отношений, а достижениями культуры, и прежде всего когнитивной, а за нею технологической. В периодизации истории технологическими укладами есть своя «железная» логика.

Но нам мало «железной» логики, нам нужна логика безупречная. Поиск этой логики нас приводит к тому, все успехи, которым обязан человек, имеют свои корни в когнитивной культуре как базовой. Ибо именно благодаря ей рождающийся человек (через все свои переходные формы – архантроп, палеоантроп и пр.) добивается своих социальных и техносферных успехов. И под этим углом зрения отмеченное выше изобретение письменности является одним из важнейших достижений в культуре.

А что мы имеем сегодня в культуре и, в частности, в научной культуре, кроме изобретённой письменности?

Мы имеем разрабатываемую 4-ю научную парадигму.

Постнеклассическую научную рациональность.

В ней мы наработали уже столько знаний и так их упорядочили, что пришли к тому, что в новой, 4-й научной парадигме понятия «доисторическое развитие» и «историческое развитие» наступило время упразднить. В новой парадигме мы теперь смотрим на мир иначе. Такой областью знания, как «История» мы по сути охватили весь доступный нам временной промежуток: от возникновения Вселенной 13,5 миллиардов лет назад до современности. История – это бытописание эволюции самоорганизующейся материи с её структурными накоплениями. История была в доноосферной культуре создана как описательная область знания специальной направленности – собрать, систематизировать и задокументировать всю информацию о человечестве и его прошлом. Прошло время, и в эпоху когнитивной культуры с активной рефлексией человек начал обобщать исторические знания до философской и научной концептуальности. Ему было мало просто знать Историю, ему надо было понимать человечество как природное явление. Поэтому рядом с Историей появилось сначала философское обществоведение, а потом и социология как наука. История при этом осталась своеобразной «справочной» дисциплиной, к которой надлежало обращаться и обществоведам, и социологам. В Истории как в описательной области знания не было понимания социальных процессов и явлений. Другое дело, до поры в рамках Истории можно было выдвигать какие-то обществоведческие объяснения и социологические концепции, но они по своему характеру не вписывались в классический исторический контент и требовали своей дисциплинарной определённости.

Кроме того, чем ближе к современности, тем яснее исследователи и учёные понимали, что в Истории как в описательной дисциплине нельзя провести какую-то границу в прошлом, и что назначать какие-то события «историческими», а какие-то «доисторическими» просто глупо. Описательное познание – это только начальное познание. Это надо осознавать и с этим познанием не претендовать на большее, чем оно может дать. Какую-то разметку прошлого, чтобы ориентироваться в нём, надо производить не по событиям самим по себе, а по сути произошедших событий. Сутью же произошедших событий мы занимаемся в науках с их концепциями и теориями, а не в Истории с её артефактами и описаниями. Поэтому в 4-й научной парадигме История – это ВСЁ прошлое, а ВСЁ прошлое – это История, но размечают её не историки, а учёные: астрофизики, биологи, зоологи, социологи, культурологи…

Здесь давай будем точными до последнего, Читатель.

В 4-й парадигме Историю по-новому размечает не коллектив перечисленных учёных, а Ноосферянин с ноосферным Разумом. В котором существует гиперцикл фундаментально-научного отражения мира из всех основных учёных-фундаментальщиков. Ноосферный Разум – это единый научный Разум, охватывающий все самоорганизационные формы существования и движения материи. И не просто так, а в единой транссамоорганизационной преемственности.

Ноосферный Разум Историю самоорганизующейся материи во Вселенной размечает самыми существенными событиями, которые в ней происходили и происходят: транссамоорганизационными переходами.

Сразу заметим: в уровнево устроенной и уровнево организующейся материи транссамоорганизационные переходы бывают разной масштабности и разной значимости. Те 13, которые я, как автор выделил в первой части «Ноосферного мышления», я нашёл как главные, и такое выделение вынес на твой суд, Читатель. Этими переходами материя развивалась более 4 – х миллиардов лет от физикохимической самоорганизованности до когнитологической и ноосферной. Скорее всего, это количество в будущем наши преемники скорректируют. Но это не важно, важно как нам во всех транссамоорганизационных переходах ориентироваться.

В 4-й парадигме мало выучить слова «транссамоорганизационный переход». Надо понимать, какие они бывают и отражать их в научных трансдисциплинарных переходах.

Если ты, Читатель, уже проработал 1-ю часть «Ноосферного мышления», то не только уже знаешь, что такое «транссамоорганизационный переход», но и надеюсь, уже не теряешься в нём при его трансдисциплинарном освещении.

Если ты, Читатель, ещё не проработал 1-ю часть «Ноосферного мышления», то возвращайся к ней. Без этого читать далее тебе эту книгу почти бесполезно. Серьёзные знания, они такие, требуют своей преемственности.

Обозначив такой «транссамоорганизационный» расклад многострадальной Истории, я, автор, настаиваю на том, что в 4-й парадигме нам пришло время размечать Историю прежде всего транссамоорганизационными переходами! И я уже начал размечать её таким образом в 1-й части «Ноосферного мышления»

Теперь я перехожу к социологической тематике. Почему? Я уже объяснился в предисловии.

Нам сегодня уже настолько много известно, как зарождалась и эволюционировала Жизнь, что мы выработали на неё новый, ноосферный угол зрения: гиперциклически-гипопостемный. Под таким углом зрения мы находим, что биологическая эволюция (после своего зарождения) шла попеременно: то в виде гиперциклов, то в виде гипопостем – до IV уровня организации, до самоэволюционирующих государств. Когда возможности к развитию гиперциклами на очередном уровне исчерпывались, Жизнь переходила к эволюции гипопостемами; когда исчерпывались возможности к развитию гипопостемы – опять переходила к гиперциклам.

Чтобы ты, Читатель, в этой теме сориентировался, ознакомься с главой 5.4. «Гиперциклы и гипопостемы» в моём «Когнитологическом коучинге». И так же с тем, что такое «уровни организации Жизни» в её законе гомологичного развития по уровням организации в других моих книгах. Что делать, в одной книге обо всём не напишешь, а знать это надо.

Проработав эти темы, ты, Читатель, должен понять, что существующие социальные формы Жизни – это формы её развития к IV уровню организации. Вся история человечества – это есть эволюционное восхождение к зрелой социальной организованности, которая возникает только после ноосферного транскультурного перехода. Необходимость понимания всех совершённых Жизнью транссамоорганизационных переходов – условие понимания последнего, уже начавшегося.

В 4-й научной парадигме Социолог – это Биолог, специализировавшийся на изучении и познании развития Жизни на IV уровне её организации.

Поняв, что такое «IV уровень организации Жизни» ты, Читатель, принципиально поноосферному сориентируешься в происходящем. В тебе начнёт просыпаться настоящий Социолог!

Рисунок 1.1.1.: Биологическая эволюция по уровням организации с переходом от гиперциклов к гипопостемам:

Благодаря такому гиперциклически-гипопостемному углу зрения, мы видим и понимаем всю структурную судьбу земной Жизни единым процессом. С этим мы обладаем научным предвидением и судьбы Жизни в целом, и своей собственной судьбы, так как мы – её часть.

Соблюдая требование метасистемности в познании, представим развитие Жизни по уровням организации следующим образом:

Рисунок 1.1.2. Исторические пропорции доноосферной и ноосферной социологии

Обрати внимание, Читатель: в доноосферной социологии доноосферный Социолог охватывает исторический период всего примерно 50–40 тысяч лет. То есть со времени возникновения [зрелого] Homo Sapiens^ по настоящее время.[3] Тем, что происходило за этими границами, доноосферный Социолог не занимается. В доноосферной науке это – епархия доноосферного Антрополога. А о том, что впереди, за предвосхищаемым переходом к ноосфере, доноосферные Социологи догадываются более чем смутно. Что же касается ноосферных Социологов, то они охватывают весь период становления IV уровня организации Жизни. Начиная с той эволюционной ступени, когда развитие пошло от высших приматов ещё дальше вверх, до ноосферного транскультурного перехода и далее, ЗА переход, на самом IV уровне организации Жизни. То есть отслеживают как самое начальное созревание социумов (захватывая антропологию), так и дальнейшее их зрелое развитие после ноосферного транскультурного перехода.

Для ноосферного социолога транскультурный переход к социальным формам – это переход в несколько миллионов лет, начиная с плейстоцена. Именно за этот эволюционный период (дополненный «пусковым» культурогенезом») произошло становление важнейших способностей наших далёких предков: отвлечённого лингвистически выражающегося мышления с узнаваемой рефлексией. Именно эти когнитивные способности позволяют нам характеризовать нашего главного героя как «человек современного типа», неоантропа. Но прежде чем он стал таким, должны были пройти миллионы лет, и эти миллионы ноосферные учёные не оставляют «без должного дисциплинарного присмотра». Раз в эти годы шло становление «человека современного типа», то они тоже входят в сферу компетенции Социолога. Теперь уже ноосферного Социолога. Так в чём здесь суть транссамоорганизационного (а в науке трансдисциплинарного) перехода?

В эволюционном выходе Жизни на более высокий уровень своей организации – IV.

Психическая (в т. ч. когнитивная + информационная) самоорганизованность – это самоорганизованность особи III уровня организации Жизни, а социальная самоорганизованность – это самоорганизованность особи IV уровня организации Жизни.

IV уровень – самый сложный и самый высший. Он созревает со своими фазовыми или транссамоорганизационными переходами в развитии культуры и науки, созревает со своими когнитивными рудиментами (мистикой, религией и философией)… Все эти переходы – переходы к качественно новым формам биологической самоорганизованности. Пусть социальной, культурной, техносферной, научной, но всё же биологической.

С новых научных позиций мы должны называть такие высшие формы биологической самоорганизованности до IV уровня организации не социальными, с созревающе-социальными. То, во что сегодня объединились люди, – это не «просто» социумы, не «просто» государства, это созревающие социумы и созревающие государства с гиперцикличными структурами. И внутри них созревающие граждане находятся ещё не в созревших, а пока ещё в созревающих общественных отношениях. Или МЫ находимся в созревающих обществах и государствах.

Следуя закону гомологичного развития Жизни по уровням организации, можно утверждать, что на IV уровень Жизнь выходит тогда, когда государство состоится зрелой особью, то есть гипопостемой, программно и полностью контролирующей своё воспроизводство. И так как общество, образующее государство, – это эволюционирующая единица, то полностью программно оно контролирует своё воспроизводство с того момента, когда на основе научного осознания себя д елает себя и своё государство самоэволюционирующим.

Так как создание ноосферного самоэволюционирующего государства у нас ещё впереди, то очевидно, что мы сегодня живём в таком завершающемся периоде эволюционного развития Жизни, который находим шестым главным транссамоорганизационным переходом, и который при сложившейся классификации фундаментальных наук описываем в шестом трансдисциплинарном переходе.

Шестой транссамоорганизационный переход, как и все предыдущие, – огромная самостоятельная эпоха в эволюции Жизни. В каждой из них своё восхождение на новые ступени биологической самоорганизованности, а здесь мы выделяем те, которые имеют к нам самое непосредственное отношение. Предыдущие пять транссамоорганизационных переходов автор раскрыл в 1-й части «Ноосферного мышления» в самом существенном, чтобы мы могли ориентироваться в шестом.

Учитывая сказанное, полагаю, что разумно периодизировать эпоху, охватываемую [ноосферной] социологией, следующим образом:

– от зарождения первых гоминид, от «выхода» Жизни из III уровня организации и начала её развития к IV уровню до возникновения у людей способности общаться лингвистически выражающимся мышлением (языка) – это период, в который происходил «пусковой» культурогенез и который можно назвать периодом существования протокультуры;

– от возникновения людей с лингвистически выражающимся мышление до ноосферного транскультурного перехода – это доноосферная эпоха развития человечества, которой соответствует доноосферная культура и «текущий» доноосферный культурогенез;

– от ноосферного транскультурного (+ транссамоорганизационного + транспарадигмального) перехода и далее в будущее – это ноосферная эпоха существования человечества, которой соответствует ноосферная культура и «текущий» ноосферный культурогенез.

Таким образом, мы, соблюдая разметку Истории главными транссамоорганизационными и трансдисциплинарными переходами, захватываем в ноосферную социологию эпоху протокультуры или «пускового» культурогенеза и тем соблюдаем метасистемность и диалогичность в познании как социологии, так и культуры…

1.2. Зарождение Жизни – первый транссамоорганизационный переход. Что такое «самоорганизующаяся система» с точки зрения Онтолога

Настоящая, зрелая, ноосферная социология (или теперь просто «социология») начинается не там, где приступают к описанию социальных явлений, событий или процессов.

Социология начинается там, где начинается Жизнь.

Соответственно там, где начинается биология.

Так что прежде чем ты, Читатель, займёшь позицию Социолога, тебе придётся очень даже профессионально освоиться в позиции Биолога.

В своих предыдущих книгах я уже рассмотрел, как зарождается Жизнь на Земле около 4 миллиардов лет назад, поэтому за подробностями понимания этого космического события – туда.

Здесь сразу приведу её определение:

Жизнь – это резонансно возбуждаемая и поддерживаемая солнечным излучением планетарная многоуровневая гиперцикличная химическая реакция, которая, вследствие свойств макромолекул сохранять и дублировать свое строение, при взаимодействии с внешней средой образует положительные обратные связи по обусловившему её энергопотоку. Взаимодействие с внешней средой включает в себя влияние на реакцию общих условий её протекания (в геосфере и гидросфере) и мутагенеза, инициированного солнечным излучением.

Ещё раз акцентирую твоё внимание, Читатель, на том, что Жизнь есть самоорганизующееся явление в самоорганизующемся мире. Причём самоорганизация Жизни «запускается» и развивается на двух уровнях: уровне эволюционирующей единицы и уровне её особей. На уровне эволюционирующей единицы работает такой механизм, как хорошо тебе известная из школьного курса по биологии так называемая «дарвиновская триада» – наследственность, изменчивость и естественный отбор. На уровне особей работает такое свойство материальных тел, как пропускать через себя энергию (в нашем случае солнечную, диссипировать её, то есть рассеивать в окружающее пространство) и при этом выстраивать наиболее выгодное для этого структурное состояние.

Самоорганизующаяся система – это система с обратными связями по идущему через неё разовому или постоянному потоку энергии, которая в результате действия своих обратных связей меняет свои свойства так, что её проточная диссипация либо уменьшается и прекращается, либо увеличивается до предела саморазрушения, либо стабилизируется.

Так как зарождение Жизни в Солнечной системе (и вообще в просторах Вселенной) для нас важнейшее событие, то оно есть первый транссамоорганизационный переход. Самоорганизующийся физико-химический («косный» по В.И.Вернадскому) мир «родил» в себе биологическую форму самоорганизации. Материя от одной формы самоорганизованности эволюционировала в другую, условно более высокую и сложную.

Самоорганизационная особенность Жизни в том, что на планете Земля возникло сочетание двух цикличных процессов самоорганизации на разных структурных уровнях: химическом, на уровне молекулярных реакций, и глобальном, на уровне всей гидросферы. Именно цикличных, как постоянно «подстёгиваемых» потоком энергетической диссипации, созданном солнечным излучением.

Так как Жизнь зародилась благодаря наложению друг на друга двух процессов с положительными обратными связями (дарвиновской и воспроизводственной), то Жизнь изначально – экспансивное явление и ей присуще такое свойство, которое В.И.Вернадским было названо «давление жизни». О нём подробнее мы поговорим ниже.

Во время зарождения и первоначального развития Жизни в виде молекулярной эволюционирующей единицы естественный отбор выбрал наиболее удачный генетический код для эффективной редубликации. Как мы знаем, он состоит из 4 аминокислотных остатков (аденин, тимин, цитозин и гуанин) и 20 аминокислот. Другими словами, это молекулы ДНК (дезоксирибонуклеиновой кислоты). После этого вся дальнейшая эволюция Жизни начала строиться на этом генетическом коде, и он стал, как мы знаем, единым и универсальным для всего живого на Земле.

1.3. I программная организованность – генетическая и II программная организованность – физиологическая

Жизнь зародилась на молекулярном уровне, а далее в виде макромолекулярных гиперциклов эволюционировала до одноклеточных форм – микроорганизмов, бактерий. Одноклеточные особи – это особи II уровня организации Жизни, гипопостемы. Или гиперцикличные программно организованные пространственно отграниченные системы.

Гиперцикл – это многоуровневая диссипативно-проточная цикличная структура, в которой циклы разной масштабности соподчиняются между собой так, что это придаёт системе в целом новые широкие и гибкие свойства к адаптации и самоорганизации. Можно сказать, что гиперцикл – это сложившаяся в эволюции иерархия функциональных циклов, которой живёт любая биологическая особь. Гиперцикл – основа структурного строения Жизни.

Гипопостема – гиперцикличная программно организованная пространственно отграниченная биологическая система. Это биологические одноклеточные (бактерии) – особи II уровня организации, многоклеточные организмы – особи III уровня организации и государства – особи IV уровня организации Жизни.

Если редублицирующиеся макромолекулы (РНК) сами для себя «программно» организованы (в соответствие со своими свойствами), то размножением и ростом одноклеточных управляет содержащаяся в них генетическая программа. Поэтому одноклеточные есть программно организованные биологические системы. И в них макромолекулы ДНК, макромолекулы, определяющие наследственность, – это макромолекулы генетической, или I программной организованности.

Программная организованность (ПО) – высочайшая пейсмекерная организованность, при которой задействованные управляющие прямые и обратные связи в гиперцикле достигают такой численности и комплексности, что гиперцикл пространственно отгораживается и его воспроизводство оказывается полностью под контролем сильного пейсмекера. С этого момента пейсмекер выступает как программа, управляющая всеми внутренними структурными перестройками в образовавшейся из гиперцикла гипопостеме. Программа прекращает действие дарвиновского отбора внутри образовавшейся гипопостемы и «вытесняет» его во внешние условия.

С образованием гипопостем эволюция Жизни идёт далее как эволюция программно воспроизводящихся самоорганизующихся систем. Любая биологическая особь – это программно воспроизводящаяся самоорганизующаяся система. Подверженная, естественно, дарвиновскому отбору.

И тут очень важный момент: говоря о появлении второй программной организованности, мы должны понимать, что она включает в себя первую. Что это значит? Что во время второго транссамоорганизационного перехода генетическая программная организованность расширилась так, что стала включать в себя как бы две подпрограммы:

– первая подпрограмма – это редубликация ДНК самих себя, их структурное воспроизводство и

– вторая подпрограмма – это управление ДНК созданием всех физиологических процессов в клетке (но не их последующим функционированием!). Создав вокруг себя физиологию клетки, ДНК создают вокруг себя своеобразную зону биохимического комфорта с гомеостазом, так, чтобы их процессу редубликации почти ничего не мешало. То есть I программная организованность клетки несёт в себе программу организации II программной организованности – физиологической. Генетическая программа не управляет физиологией – она её создаёт. Создаёт с гомеостазом, то есть биохимически самоорганизующейся. Это происходит после деления клетки и её роста до взрослого состояния. Когда клетка вырастает и созревает для следующего деления, её физиологическая самоорганизованность обретает самостоятельность, то есть функциональную независимость от генетической самоорганизованности. Генетическая программная организованность клетки (наследственность) становится способной как бы «делегировать» содержащуюся в себе в потенциале самоорганизованность на структурный уровень выше – в биохимию физиологической самоорганизованности (в гомеостаз). Можно сказать так: после того, как генетическая программная организованность «запустила» клеточную физиологию вокруг себя, она себя в клетке сохраняет как в своей специальной активной «зоне комфорта» до следующего цикла деления и размножения.

Сделав своим предметом биохимию физиологической самоорганизованности ты, читатель, обрёл научный статус Физиолога. А тот учёный, который как бы остался изучать генетическую программную организованность, занял специальность Генетика.

С этого момента, говоря о II программной организованности, мы должны уточнять, какую её форму имеем в виду: потенциальную или актуализированную. Потенциальная «записана» в генетическом коде и предаётся при делении и размножении. Это хорошо знакомая нам «наследственность. Актуализированная работает «в натуре» и воплощает собою жизнедеятельность (физиологическую самоорганизованность) одноклеточных.

Благодаря II программной организованности микроорганизм активно сохраняется и выживает как цельная и пространственно обособленная биохимическая система. Что здесь значит слово «активно»? Это значит, что особь уже способна привлекать по ситуации для своего гомеостаза содержащиеся в себе и «законсервированные» энергетические ресурсы. Не будем забывать, что любая живая особь – это система, содержащая в себе накапливаемую после рождения и взросления энергию. Каждое живое существо – это как бы аккумулятор биохимической энергии. И чем сложнее особь и чем выше она стоит на эволюционной лестнице, тем хитрее и гибче она этой энергией для своих потребностей распоряжается. А значит, проявляет активность.

Когда Жизнь в своей эволюции поднялась на II уровень организации и в её экосистеме появились простейшие биохимически активные одноклеточные – прокариоты, произошёл второй транссамоорганизационный переход.

Теперь, когда вместе с автором ты, Читатель, как бы умозрительно наблюдаешь все эти эволюционные процессы и события «со стороны», ты вместе с ним после второго транссамоорганизационного перехода вышел не только на позиции Генетика и Физиолога, ты вышел на позицию Микробиолога.

Прошли миллионы лет эволюции и оказалось, что на усложняемой генетической программной организованности могут быть выстроены не только сложные одноклеточные микроорганизмы (те же эукариоты), но и многоклеточные организмы. Сначала как колонии равноправных одноклеточных, а далее как организмы с клеточной специализацией. Прошли ещё миллионы лет, и Жизнь в самой себе разделилась на два, можно сказать, основных лагеря – растений и животных. На фотолитотрофов и хемоорганотрофов. Первые стали выращивать свою биомассу на аккумулируемой солнечной энергии, а вторые начали питаться первыми. Физиология первых выстроилась на таком веществе, как хлорофилл, а в физиологии вторых появился такой орган, как желудок, и стали они – животными. Образовалась первая трофическая пирамида.

Методологическое отступление.

О вычленении и классификации транссамоорганизационных переходов.

Очевидно, что в эволюции Жизни все транссамоорганизационные переходы разные и их можно «рассортировать» по значимости, масштабности, всеобъемлемости… Появление многоклеточных по своей сути тоже транссамоорганизационный переход, как и деление особей по своей физиологии на два лагеря – растений и животных. Разумеется, эти два транссамоорганизационных перехода можно включить «в общий ряд» и присвоить им, так сказать, «самостоятельные порядковые номера». Насколько это разумно и удобно, я, автор, считаю, что это решат мои последователи. А на данный момент третьим транссамоорганизационный переходом я вижу переход от активной биохимии к активной биофизике. То есть такой переход, после которого особь оказывается уже не стихийно дрейфующим, а активно перемещающимся в пространстве своей экологической ниши физическим телом.

1.4. Эволюция и самоэволюция Жизни

На втором уровне организации Жизни генетическая программа особей становится настолько сложной и богатой возможностями, что через физиологию клетки создаёт сама себе благоприятные условия самокопирования (деления). Далее на этом механизме генетического и физиологического воспроизводства возникает явление самоэволюции. Другими словами, достигнув определённого уровня своего развития, Жизнь оказывается способной не только эволюционировать, но и самоэволюционировать.

Мы знаем, что Жизнь эволюционирует «дарвиновской триадой»: наследственностью, изменчивостью (мутагенезом) и естественным отбором. До появления сложной физиологической программной организованности генетическая программа относительно проста и не может влиять на своё воспроизводство. Но когда она усложняется и создаёт себе условия для своего контролируемого воспроизводства, то через эти условия создаёт и соответствующие механизмы самовлияния. Генетическая программа становится такой, что благодаря влиянию самой на себя оказывается способна повышать эффективность выживания выстраиваемых на себе клеток (бактерий). Это явление влияния генетической программы самой на себя при процессе её редубликации микробиологи и биологи знают как явления кроссинговера.

Кроссинговер (от англ. «crossing over»– пересечение) – обмен участками гомологичных хромосом во время конъюгации в профазе первого деления мейоза, которое происходит, например, при образовании гамет или спор. Кроссинговер бывает мейотический и митотический.

Почему Жизнь оказалась заинтересована в появлении механизма кроссинговера и сделала его своеобразной нормой воспроизводства своих особей? Потому что через этот механизм Жизнь как бы «внутренними силами и возможностями» своих особей повысила эффективность мутагенеза и тем самым вероятность появления удачных мутантов для лучшего выживания вида. Если до кроссинго-вера мутагенез был результатом влияния только внешних или стихийных внутренних факторов (например, случайных ошибок копирования), то с появлением кроссинговера естественный мутагенез был дополнен искусственным. Генетическая программа стала настолько сложной, что оказалась способной сначала контролировать своё воспроизводство в клетке, а там, где контроль, там и один шаг до управления. И генетическая программа (также в процессе естественного отбора) стала такой, что проявила свойство создавать дополнительную управляемую хаотичность при своей редубликации. Это свойство – редублицироваться с кроссинговером – есть свойство редублицироваться с обменом участками хромосом (цепочек ДНК). Кроссинговер стал внутренним механизмом генерации дополнительного мутагенеза, а значит и механизмом создания дополнительного биологического разнообразия вида для естественного отбора.

С созданием механизма кроссинговера мы можем говорить о том, что Жизнь впервые показала себя как процесс, протекающий не только эволюционированием, но и самоэволюционированием. То есть благодаря внутренним самоорганизационным механизмам, которые дополняют и интенсифицируют естественные механизмы мутагенеза и наследственности. На уровне генетич еской программы Жизнь, разумеется, не может «знать», в каком «направлении» ей лучше эволюционировать. Да на первых шагах самоэволюционирования это и не нужно. Достаточно внутренними возможностями вмешаться в дарвиновскую триаду так, чтобы естественному отбору для его «работы» был предоставлен более богатый материал, а далее он сам решит, кого из претендентов на победу в борьбе за существование оставить, а кого элиминировать.

Самоэволюция (самоэволюционирование) – это явление, при котором на процесс естественной эволюции, обесцвечиваемый «дарвиновской триадой», накладывается процесс искусственной эволюции, создаваемой свойством программной организованности особи влиять на себя, на своё состояние и свою трансляцию в цикличности воспроизводства по поколениям. Эффект первичного самоэволюционирования достигается во внутреннем управляемом физиологическом процессе, создаваемым и контролируемым программной организованностью клетки.

Справка из Википедии:

Впервые кроссинговер был описан в 1911 году американским генетиком Томасом Хантом Морганом и его студентом и сотрудником Альфредом Стертевантом у плодовой мушки Drosophila melanogaster. В 1913 году Стертевант начал составление генетических карт на основании частот кроссинговера. В 1933 году Морган стал лауреатом Нобелевской премии по физиологии и медицине «За открытия, связанные с ролью хромосом в наследственности»!

1.5. III программная организованность – нейрофизиологическая

Детали физиологической организованности ты, Читатель, посмотри в первоисточниках по биологии, а здесь мы переходим к третьему транссамоорганизационному переходу: усложнение физиологической организованности животных в эволюции привело к тому, что в ней появилась нейрофизиологическая организованность. Простейшие животные обзавелись так же простейшей нервной системой. А к ней управляемыми локомоторными органами, позволяющими животному как физическому телу активно перемещаться в своей экологической нише. Первоначально – в гидросфере.

Когда многоклеточная особь организуется благодаря генетической программе как биохимическая система – это одно. Но когда особь оперативно организуется в своей экологической нише как активное физическое тело – это уже другое. И это происходит благодаря выстроенной на I и II программной организованности III программной организованности – нейрофизиологической. Соблюдая принцип самоорганизационной иерархии, мы отмечаем, что III программную организованность обеспечивает II, а далее изначально – I.

Нервная система животного – это орган, несущий в себе нейрофизиологическую самоорганизованность и реализующий её в процессе жизнедеятельности животного.

Методологическое отступление.

Сделав такой шаг в эволюционном изучении нашего предмета, мы в своей позиции Физиолога существенно специализировались и вышли на Нейрофизиолога. Привыкай к этой дисциплинарной трансформации, Читатель! Мы с тобой, познавая эволюцию Жизни, познаём её не просто как усложняющийся в своём развитии предмет, но как предмет, усложняющийся с принципиальными структурными усложнениями. Несколько непривычно звучит, но ты ведь находишься в смысловом пространстве уже ноосферной науки, а в ней есть много такого, чего нет в доноосферной. В ноосферной науке при познании Жизни по мере её эволюционирования мы мыслим транссамоорганизационными переходами. После преодоления каждого Жизнь создаёт принципиально новые формы биологической самоорганизованности. Они настолько разные, что по законам организации научного знания мы к каждой форме биологической самоорганизованности создаём свою научную дисциплину и к ней соответствующего специалиста. Поэтому, становясь понемногу в своём мышлении Ноосферянином, привыкай за отслеживанием эволюционных достижений Жизни переходить за ними на позиции соответствующих учёных-специалистов: начал с Биолога, а там продолжил Генетиком, Физиологом, Микробиологом, Нейрофизиологом…

Первые многоклеточные особи по своей физической структуре – это гелеобразные или желеобразные тела. Но, тем не менее, это физические тела, сохраняющие своё единство, размеры и свойства. Они химически открыты, так как питаются и выделяют продукты переработки, но всё же это физические тела. Или физические системы. Потянешь за одну часть – потянешь всю систему! Но чисто физическое тело едино физической самоорганизованностью (например, у него кристаллическая решётка), а многоклеточная особь как физическое тело едино биологической самоорганизованностью, можно сказать биомолекулярной. Ещё движение в сторону физической организованности проявилось в том, что многоклеточные особи стали включать в своё воспроизводство процессы и явления, имеющие характер не химических реакций. Например, обзавелись терморецепторами, аудиорецепторами и барорецепторами.

Многоклеточная особь – не простое физическое тело, оно с проточной диссипацией. А значит, может организовывать свою энергию не только на тепло, но и на внутренние и внешние динамические преобразования своей структуры. И преобразования циклические, позволяющие лучше выживать. Например, динамичнее плавать, хаотично двигая жгутиками. Хаотичные сокращения – уже активность, а значит область хаоса, в которой можно себя проявить внесением в неё какой-то организованной упорядоченности. То есть сделать сокращения телом не хаотичным, а цикличным и однонаправленным. А это значит, обрести способность траекторно плавать.

А теперь ещё шаг – сформировать способность траекторно плыть в нужном направлении. Для этого научится считывать такие физические параметры среды, чтобы среди них и вычислять это «нужное направление». Считывать и через нейрофизиологические обратные связи перекладывать на управление движением в нужном направлении.

Очевидно, что животное без нервной системы – это весьма сложная, но всё же биохимия. Напротив, животное с нервной системой – это уже субъектная индивидуальность, физиологическая активность которой дополнена информационной активностью. Третий транссамоорганизационный переход – это как вхождение животных в мир оперативной информации… Он открывается для тех, кто своей энергетикой оказывается способен питать нервные клетки, а те в свою очередь, работая как рецепторы, анализаторы и усилители, извлекают пользу из очень слабых воздействий как в самом организме, так и из приходящих из окружающей среды.

Многоклеточное животное с нервной системой (НС) – это уже поведенчески активная особь, которая (как физическое тело) благодаря своей нейрофизиологической организованности способна на оперативно-информационную и поведенческую самоорганизацию внутри своей экологической ниши и в целом внутри биосферы.

Здесь для Нейрофизиолога как Стороннего Наблюдателя появляется новый термин – поведенческий цикл ситуационной самоорганизации (ЦСС). Особь изначально живёт циклично, обладает физиологическими ЦСС, а теперь на базе этих ЦСС в эволюции открывает в себе способность для физических/поведенческих ЦСС. Ибо нейрофизиология обеспечивает две стороны таких ЦСС – самоорганизационную и локомоторно-диссипативную.

Происходит следующий транссамоорганизационный переход: внутри физиологической самоорганизованности Эволюция на генетической программной организованности создаёт нейрофизиологическо-поведенческую оперативную самоорганизованность.

(Здесь, в нейрофизиологии закладывается двухуровневая природа мышления.)

После того, как в эволюции возникает на III уровне организации самоорганизующийся субъект, он начинает нести в своей нервной системе управляемый хаос ситуационной адаптации. Субъект постоянно мониторит свою Картину мира и как только для него возникают сложности в штатном воспроизводстве, он их отражает в повышенной хаотичности своих нейрофизиологических моделей Картины мира. Чтобы «отбояриться» от проблем, нервная система имеющееся в себе отражение хаоса охватывает обратными связями своего интереса. И в этом уже управляемом хаосе вырабатывает конкретную модель активного поведения. То есть с мобилизацией внутренней энергии через локомоторные органы. Простейшее поведение – пространственная адаптация. Субъект плывёт либо к пище, либо отплывает от опасности. Либо по температурному или барическому градиенту среды.

Если сказать в кибернетических понятиях, то такая активность субъекта есть простейшая нейрофизиологическая обратная связь со своим лагом возбуждения, которая запускает нужную поведенческую реакцию.

Чтобы субъект реагировал на ситуацию однозначно с максимальной эффективностью, эволюция все подсобные процессы, обеспечивающие адекватность поведения, полностью автоматизирует и старается исключить из них какой-либо хаос. Говоря языком механики, исключить возможные люфты. ЦСС субъекта в соответствие с его интересом должны быть чёткими. В противном случае возможные промахи ведут к гибели.

Таким образом, высокая самоорганизованность субъекта в соответствии с его способностями означает, что все механизмы его воспроизводства находятся под его контролем. Либо они чётко автоматизированы, либо находятся в зоне управляемого хаоса.

Управляемый хаос. Если мы так говорим, то значит, в соответствие с кибернетической парадигмой подразумеваем субъекта, который этим хаосом управляет.

Управляемый хаос – это процесс перебора нервной системой возможных вариантов самоорганизации субъекта, в котором происходит выделение одного, самого оптимального, который НС и закладывает в поведенческую часть ЦСС.

Управляемый хаос Эволюция начинает у субъекта формировать тогда, когда его НС проявляет способность работать с вариантами управляющих обратных связей. (Если в обратных связях нет вариантов, то значит и нет хаоса, которым можно было бы управлять!)

Методологическое отступление

Если мы заводим разговор об управляемом хаосе, то должны раскрыть его суть, природу и механизм.

Управляемый хаос начинается с возникновения неоднозначности в обратносвязевых механизмах НС. И для субъекта желательно, чтобы эта неоднозначность, неопределённость, хаотичность отсутствовала. Избавиться от неё он может только одним способом: усложнить НС так, чтобы она охватывала эти обратносвязевые механизмы обратными связями более высокого порядка. То есть ставила первые под контроль и извлекала из этого пользу.

Работа простейшей НС субъекта устроена так:

– она постоянно отражает (в силу своих способностей) окружающий мир так, что несёт в себе Картину этого мира, частью которой является сам субъект;

– если в окружающем мире и в самом субъекте образуется хаос или какая-то неустойчивость, то их НС тут же отражает. Этим она начинает ЦСС;

– это отражение хаоса или неустойчивости является причиной, запускающей (пока только возможную!) поведенческую обратную связь: «надо что-то делать!»;

– если эта поведенческая ОС однозначная, то НС сразу на ней вырабатывает поведенческий алгоритм;

– если эта поведенческая ОС неоднозначная и в ней есть хаос, то НС охватывает её оценивающими ОС с точки зрения воспроизводства субъекта;

– этими ОС НС извлекает из хаоса оптимальное решение для поведенческой реакции субъекта и

– на основе этого решения разрабатывает поведенческий алгоритм;

– совершив нужную ему поведенческую реакцию, субъект избавляет себя от образовавшегося хаоса или сложившейся неустойчивости.

Например: проголодался – отправился на охоту – добыл пищу – поел – успокоился.

Ведь что такое управление? Это охват управляющей обратной связью.

Управляемый хаос – это созданный или поставленный под контроль уже существующий процесс, который охвачен управляющими обратными связями так, чтобы субъект в этом хаосе получил для себя нужные линии развития событий, а в итоге – нужный результат.

Особи в своей НС хаос не нужно создавать – он и так возникает из отражения развивающихся событий. Особи важно сделать этот хаос управляемым. То есть представить его как процесс, который и можно охватить обратными связями. Если процесса нет, то что охватывать и чем управлять?

Поэтому: НС отражает и моделирует развитие событий либо с вариантами, ибо отражение полипараметрально. В простейшей НС такое моделирование есть нейрофизиологическое отражение. И это отражение НС естественно оценивает только с точки зрения интереса своего субъекта. Внутренний хаос есть отражение внешнего хаоса. Но если внешний хаос развивается относительно медленно, то НС субъекта успевает на модель хаоса (длящуюся во времени) наложить свою ОС и выделить из этой модели желательный вариант реакции субъекта. Синергетика – это несколько усложнённая кибернетика.

Сначала нервная система обретает способность градиентной или немоделируемо-траекторной самоорганизации.

Мы можем считать, что Жизнь придала своим особям III уровня организации субъектную форму в лице первых животных с нервной системой примерно 600 миллионов лет назад. Первыми субъектами стали примитивные кишечнополостные: гидроидные полипы, актинии. Чуть позже эволюционную эстафету у них приняли уже не совсем примитивные кишечнополостные – медузы. Сегодня биологи насчитывают более 9 000 видов медуз. Надо думать, что миллионы лет назад количество видов медуз так же исчислялось тысячами – эволюция как экспансия любит разнообразие.

И тут мы сделаем небольшой онтологический шаг в сторону.

1.6. Активная самоорганизующаяся система с точки зрения Онтолога и Биолога. Определение субъекта

Что такое активная самоорганизующаяся система с точки зрения Биолога?

Это живая система, способная хаос своей жизнедеятельности делать управляемым и, таким образом, делать всю или почти всю свою жизнедеятельность тоже управляемой. Этого она добивается в опоре на такую свою внутреннюю упорядоченность, как программная организованность. Плавание многоклеточной особи в гидросфере изначально хаотично. Но если особь благодаря своим способностям плывёт в нужную ей сторону – это уже управляемый ею хаос. Из этого управляемого хаоса она извлекает свою пользу – перемещается в ту часть своей экологической ниши, которая для неё наиболее безопасна, комфортна и богата пищей.

Имея дело с самоорганизующимися системами, особенно с биологическими, мы должны (оглядываясь на недремлющего в нас Онтолога) профессионально различать в них упорядоченность и хаос. Сохраняемую особью в себе структурность и перестраиваемую в себе структурность. Высоко-самоорганизованные особи хаосом своей жизнедеятельности (в рамках способностей) управляют сами. Управляемый хаос – это «белый», творческий хаос. Именно управление хаосом своей жизнедеятельности (по своей генетической программе) и делает живую особь самоорганизующейся. Сначала в простейшей форме – самоуправляющейся. Такой простейшей пространственно самоуправляющейся особью является медуза, реагирующая на надвигающийся шторм и уплывающая подальше от берега.

Совершенство управляемого хаоса у самоорганизующейся системы определяет совершенство её внутренней упорядоченности. Говоря чуть иначе, насколько у особи сложная и богатая наследственность, настолько сложный и разнообразный хаос в своей жизнедеятельности она способна делать управляемым. Там, где особь использует хотя бы одну обратную связь для вмешательства в хаос – там она делает его управляемым. Пусть в минимальной форме управляемым, но уже в принципе управляемым. Там, где особь умудряется поставить под свой контроль все обратные связи, возможные при хаосе, – там особь делает его полностью управляемым.

Материя, как мы знаем, организуется из своих структурных глубин. Самоорганизационные процессы в глубинных структурных уровнях определяют организованность и самоорганизованность более высоких структурных уровней. Это свойство самоорганизующейся материи проявляется и в эволюции Жизни, в наращивании способностей к самоорганизации её особей. Чем выше стоит особь по своему развитию на эволюционной «лесенке», тем богаче её наследственность и тем более разнообразным управляемым хаосом она живёт.

Между упорядоченностью и хаосом в особях эволюция поддерживает свой баланс. Если в них слишком много упорядоченности и мало управляемого хаоса – то такие особи медленно и неэффективно самоорганизуются, в результате чего проигрывают своим конкурентам. Если наоборот, то такие особи теряют свою внутреннюю устойчивость, упускают контроль над хаосом своей жизнедеятельности и рассыпаются.

Почему после третьего транссамоорганизационного перехода животных с нервной системой можно (и нужно) считать субъектами (пусть простейшими, но всё же)?

Потому что у них есть все фундаментальные признаки субъектности:

– целенаправленность в поведении (установка на отработку своей воспроизводственной программы, своя жизненная экспансия),

– собственные энергоресурсы, которыми животное распоряжается по своему ситуационному усмотрению, чтобы быть поведенчески активной, а так же

– самоорганизованность нервной системой, собирающей оперативную информацию и вырабатывающей нужные по ситуации поведенческие программы.

Субъект – это животное, способное благодаря своей нервной системе активно пространственно самоорганизовываться в оперативно отражённой реальности своей экологической ниши.

Вариант:

Субъект – особь III уровня организации Жизни, нервная система которой обладает способностью генерировать в себе управляемый хаос ситуационной самоорганизации так, что в опоре на выработанную в этом хаосе модель поведения особь активно пространственно самоорганизуется за счёт внутренних энергетических ресурсов.

Приступив к изучению и познанию многоклеточных организмов, ты, Читатель, вышел на позицию такого специалиста, как Зоолог.

1.7. IV программная организованность – когнитивная. Идея. Идеократичность. Надгенетическая самоэволюция

Мозг – это самый благородный орган из всех существующих под небесами.

Роберт Бертон

Мозг – штука гибкая и коварная. Готовая на любые авантюры.

Том Маккарти

IV программная организованность – это прогностическая нейрофизиологическая (= когнитивная) организованность животного. Её орган – мозг. Потенциально она содержится в генах, при взрослении животного как бы разворачивается в своё «работающее» или актуализированное состояние, и уже в этом состоянии обеспечивает активное прогностическое поведение животного. После того, как по взрослении нервная система и мозг «заработали на полную мощность», генетическая наследственность в этом уже никакого участия не принимает! Мыслящий мозг становится тем органом, который эволюционно «назначен» на управление оперативно-информационным хаосом и выработки из него наилучшего прогностического поведенческого решения.

С появлением когнитивной организованности животного происходит четвертый транссамоорганизационный переход.

IV программная организованность или когнитивная организованность обеспечивает оперативно-информационную прогностическую поведенческую самоорганизованность животного.

Чтобы однозначно различать, о чём идёт разговор, мы должны понимать, что:

– когнитивная организованность – это нейрофизиологическая структура, способная осуществлять прогностическую оперативно-информационную самоорганизацию животного. Она воссоздаётся при взрослении особи по генетической программной организованности;

– когнитивная САМОорганизация – это функция, это нейрофизиологический процесс, заканчивающийся результатом прогностичной когнитивной организованности. На этом результате мозг и нервная система тут же выстраивают поведенческий алгоритм, поведенческую программу, с которой животное действует с опережением.

Когнитивная самоорганизация и соответствующая ей поведенческая самореализация субъекта происходят циклами, которые есть циклы ситуационной самоорганизации (ЦСС).

Усвоив эти хитрые понятия, ты, Читатель, становишься Когнитологом.

Пока только начинающим Когнитологом. Но уже Когнитологом. Когнитолог – это наш интроспективный теоретик, учёный-фундаментальщик, от лица которого мы задаёмся вопросом: «Зачем и как мыслит субъект?»

Методологическое отступление

Почему Жизнь или эволюция, двигаясь по уровням организации вверх и разворачиваясь в видовом разнообразии на этих уровнях вширь, воссоздаёт и создаёт именно самоорганизацию на этих уровнях и в лице особей стремится сделать её всё более эффективной? Потому что конкурируют и соперничают особи между собой, а так же сотрудничают между собой, наиболее эффективно тогда, когда проявляют именно самоорганизационные способности. Именно на эти способности особей и ориентируется естественный отбор, когда «сортирует»: кому выжить, а кому погибнуть. Поэтому выживают те мутанты, у которых наследственность потенциально несёт в себе как можно больше функциональной самоорганизованности. Проявляя после рождения и взросления свои лучшие самоорганизационные способности (в купе с энергетическими возможностями), такие особи и побеждают в конкуренции.

Ещё раз отметим, что эволюция есть дарвиновское (цикличное) совершенствование возникшей на молекулярном уровне (цикличной) химической самоорганизованности в условиях земной гидросферы. Свойство материи таково, что она самоорганизуется в любой точке пространства, в любой момент времени и на любом структурном уровне. Самоорганизация бывает разовой, когда исчерпывается внутренний энергопотенциал системы, а бывает и цикличной, в условиях проточной диссипации.

Мы знаем, что любая биологическая самоорганизация – это процесс с фильтруемым или управляемым хаосом. На уровне биологических видов это процесс естественного отбора, в котором на материале, поставляемом мутагенезом, совершенствуется генофонд вида, а на уровне поведенческой активности особей – это управление хаосом воспроизводства и самосохранения от неблагоприятных воздействий окружающей среды.

Какой хаос воспроизводственной активности начинает нести в себе мыслящая особь и как она делает его для себя управляемым? После того, как Жизнь в лице первых мыслящих животных совершает четвёртый транссамоорганизационный переход?

Главный управляемый хаос для мыслящего животного – это хаос выбора наилучшего поведенческого варианта. Какой механизм управляемого хаоса в этом случае формирует эволюция? Она создаёт мозг способный с одной стороны, рассматривать несколько вариантов поведенческой реакции, а с другой – способный оценивать каждый и выбирать из них наилучший (с точки зрения интереса животного). Эти разные, функционально различные когнитивные способности эволюция оформляет как фундаментальные подпрограммные организованности, которые для получения нужного результата в управляемом информационном хаосе дополняют друг друга. Первую подпрограммную организованность, которая генерирует возможные поведенческие варианты, можно назвать творческой. Вторая подпрограммная организованность, которая отбирает лучший поведенческий вариант, есть рефлексивная способность. Или, как ещё говорят, «критическое мышление». Благодаря сочетанию этих двух подпрограммных организованностей и возникает та когнитивная способность, которую мы называем «прогностическое мышление» или «когнитивная самоорганизация». С этой способностью впервые в эволюции обретает свою новую реальность формула И.А.Ильина мы «живём изнутри наружу». И закон «материя самоорганизуется из своих структурных глубин» обретает ещё одно своё конкретное воплощение – когнитивное.

Теперь обратим внимание на то, что многоклеточное животное – это гипопостема, и в нём реализован принцип гиперцикличной организации. Для обеспечения своего воспроизводства животному необходимо отрабатывать комплекс разных поведенческих программ, и этот комплекс естественный отбор формирует. Так как у рептилии 4 главные сферы воспроизводства (питание, размножение, самосохранение, конкуренция), то под них и создаётся программно-поведенческий гиперцикл «4 "С"»: съесть, спариться, спастись, схватиться (с соперником).

С рептильным мозгом животное мы можем считать своеобразным биологическим автоматом, биороботом, которое как запрограммировано своей наследственностью, так и воспроизводится. В нём нет свойственных нам эмоций, и оно не может «привыкнуть» к тому, кто живёт рядом с ним как к «своему» и соответственно «дружественно» к нему относиться. Рептилии – это животные-одиночки. Такие качества как «эмпатия», «симпатия», «антипатия» рептилиям недоступны, ибо в них нет нейрофизиологических механизмов, работающих на этих принципах. Внутри своего биоценоза они не объединяются в стаи или стада, а как бы «равномерно распределены» по всему его пространству. Да, они обладают когнитивной самоорганизацией, но эта самоорганизация простейшая, позволяющая выживать исключительно в одиночку.

Дальнейшее развитие когнитивных способностей – переход от врождённой Картины мира к Картине мира, приобретаемой в личном опыте. Другими словами, мыслящее животное на очередном эволюционном витке приобретает способность к условным рефлексам. Благодаря способности мозга самоорганизовываться условными рефлексами, в Жизнь входит такая реальность, как память и знания. Знающее животное на порядок способнее к ситуационным самореализациям.

Насколько этот «порядок» значителен, мы можем представить, когда вспомним из синергетической онтологии, что самоорганизация материи есть процесс со структурными накоплениями. И если эволюция может создать когнитивную с самоорганизацию со структурными накоплениями – она её создаёт. Первыми животными, которые в эволюции обзаводятся памятью – это рыбы.

Когнитивная программная организованность возникает в своём простейшем виде – без памяти, но потом эволюция её усложняет и делает с памятью. Чтобы эти две разновидности различать, можно было бы добавить к IV ПО плюс и получить «IV+». Но дальше это было бы неудобно – всё время писать рядом с «IV» плюс. Чтобы этого избежать, можно поступить так: при обозначении когнитивной организованности без памяти писать «минус», а при обозначении когнитивной организованности не писать ничего. Не обременять дальнейшее использование программных организованностей дополнительными индексами. Тогда когнитивная программная организованность без памяти будет как 3IV-» (четвёртая программная организованность «с минусом»), а когнитивная программная организованность с памятью будет просто «IV» без дополнительных индексов. С такой договорённостью внесём соответствующие уточнения в определения:

IV – («четвёртая с минусом») программная организованность – это когнитивная организованность без памяти. Она обеспечивает оперативно-информационную прогностическую поведенческую самоорганизованность животного только на безусловных рефлексах.

IV программная организованность – это когнитивная организованность с памятью. Она обеспечивает оперативно-информационную прогностическую поведенческую самоорганизованность животного с использованием как безусловных, так и условных рефлексов.

Сформировав когнитивную программную организованность с памятью, в дальнейшем эволюция не только пользуется исключительно ею, но и совершенствует её, формируя животных со всё более обширной и долговременной памятью.

При осознании нами такого эволюционного достижения мы в своём интеллекте учреждаем в компанию к Когнитологу учреждаем её двух новых и необходимых интроспективных теоретиков: Контентника и Контентолога. Эти два наших новых внутренних «Я» начинают отвечать на новые вопросы, которые обретают смысл с возникновением в эволюции такого феномена, как «память»: «что знает субъект?» или «о чём знает субъект?». Контентник – это учёный-прикладник, от его лица мы исследуем и познаём конкретных субъектов с их мнемоническими способностями и объёмами знаний, а Контентолог – это уже учёный-фундаментальщик. От его лица мы на фундаментальнонаучном уровне исследуем и познаём, какие знания, в каком состоянии и в каком объёме может нести мозг на той или иной ступени эволюционного, исторического и культурного развития.

Когда мы делаем следующий шаг в своём познании и вникаем в строение ЦСС более детально, то находим, что он в своей когнитивной фазе состоит из двух частей:

– первой – выработки руководящей идеи и

– второй – выработки поведенческой программы под эту идею.

Так как для мозга это разные самоорганизационные алгоритмы и способности, то первую часть принято называть идеократичностью.

Явлению идеократичности я уделил в своё время специальное внимание в 2007 г., при работе над «Моей/нашей идеологией». В ней, в главе 3.0. «Об идеократичности», было определено:

Идеократичность – это способность субъекта жить (самоорганизовываться, руководствоваться) идеями.

Заметим, что понятие «идеократичность» – по своей природе самоорганизационное понятие.

Так как понятия «идеократичность» нет без понятия «идея», то определимся и с ним:

Итак, идея

– в свете содержательной рефлексии есть предельно сжатый результат информационной самоорганизации субъекта, позволяющий ему в отраженной ситуации выбирать и/или целенаправленно поступать;

– в свете структурной рефлексии идея есть пентамодальностная фрактальная когнитивная конструкция, позволяющая субъекту выбирать и/или целенаправленно поступать.

Ты привыкаешь, Читатель, рефлексировать когнитивные процессы с позиций двух наших интроспективных теоретиков: Контентолога и Когнитолога?

Определившись так, мы тем самым в рамках новой когнитивной культуры предварительно уточнили для себя идею идеи. [4]

Идею, с которой дальше будем работать.

1.8. V и Va программные организованности – зоопсихическая и стадная. Первая предтеча человеческой культуры – зоокультура

Эволюционный «задел» своего IV уровня организации Жизнь воплотила в стайной и стадной жизни высших животных – млекопитающих и птиц.

Как Жизнь начала выходить на этот, ещё более высокий уровень организации?

Такой же технологией, как пользовалась и раньше, – дарвиновской триадой.

Первая программная организованность (генетическая) проявляла всё больше скрытых возможностей, и вскоре выяснилось, что она может нести в себе наследственную информацию

1) не только о животном с рептильным мозгом, но и о животном с принципиально более сложным мозгом – лимбическим. Если рептилия со своим мозгом выживает в основном на когнитивных безусловных рефлексах, то млекопитающее выживает уже в основном на условных рефлексах и памяти. (Безусловные рефлексы конечно же остались, но в более глубоких пластах нейрофизиологии). Благодаря своей памяти млекопитающее может нести в своём мозге принципиально более богатую, точную и самое главное, оперативно-свежую Картину мира. Лимбический мозг способен хранить в себе не только простейшую и статичную Картину мира для приложения безусловных рефлексов, но и Картину мира как динамичную во времени «киноплёнку». В которой он отслеживает долгосрочную упорядоченность реальности долговременной (рассчитанной на весь жизненный цикл) памятью, так и краткосрочную упорядоченность реальности оперативной памятью. Он помнит не только чисто когнитивную информацию, но и варианты эмоциональной организованности. У млекопитающих и птиц есть феномен импринтинга, какого нет у рептилий;

2) не только об организме с гомойотермной физиологией, но и об организме с пойкилотермной физиологией, которую организует и которой управляет сложная гормональная система, способная к мобилизации в моменты пиковых нагрузок. С пойкилотермной энергетикой и с живорождением млекопитающие освоили биоценозы в высоких широтах с холодным климатом;

3) не только для выстраивания чисто когнитивного и скупо-функционального взаимодействия с партнёром, но и для более богатого и тонкого – эмоционального. При таком взаимодействии партнёры чувствуют психическое состояние друг друга на «данный момент» и соответственно под него организуются. Это особенно важно в отношениях самки и детёныша; Появляется такой феномен в ЦНС, как «личная эмоциональная палитра» – ЛИЭМПА. Дискретный характер нейрофизиологической организованности дополняет волновая и амплитудная нейрофизиологическая организованность;

4) не только о животном, которое запрограммировано на спаривание с практически первым встретившимся половым партнёром, но и о животном, которое заинтересовано в выборе возможно лучшего и подходящего полового партнёра, а для этого совершать определённые брачные игры и соперничать самцов за хорошую самку;

5) не только об организме, который размножается кладкой яиц, но и о живородящем;

6) не только о животном, которое может в лучшем случае стеречь кладку своих яиц, но и о животном, которое способно выкармливать и выхаживать свой молодняк;

7) не только о животном, которое ведёт одиночный образ жизни, но и о животном, которое способно вести общественный образ жизни. Для этого мозг должен уметь распоряжаться для такого образа жизни как ситуационными, так и отложенными поведенческими программами. К этому нести в своей Картине мира сведения не только о своей экологической нише, но и о своей стае, о партнёрах в своей стае и о своём (статусном) месте в стае.

С более развитым мозгом воспроизводственная активность млекопитающего животного обрела сложную гиперциклическую форму. Фронтовой гиперцикл рептилии, как мы знаем, простейший и состоит всего из 4-х самых простых фронтов (съесть, сбежать, спариться, схватиться), но теперь, у млекопитающих, он принципиально сложнее и богаче:

– млекопитающие и птицы ухаживают за собой, чего практически не могут рептилии;

– млекопитающие и птицы перед оплодотворением ведут брачные игры;

– млекопитающие и птицы создают прообраз семьи для выращивания потомства;

– млекопитающие и птицы живут кооперативными формами (группами, стаями, стадами), в которых дружат, соперничают, ссорятся, поддерживают друг друга, предупреждают об опасностях;

– млекопитающие освоили жизнь на суше и птицы освоили полёты в атмосфере, а это существенно более сложные условия в биоценозах, чем жизнь рептилий в водоёмах или при водоёмах. Поэтому млекопитающие более строго знают свою территорию и ревностно охраняют её (как её собственники), многие млекопитающие и птицы уже способны на создание своей «техносферы»: роют норы, обустраивают берлоги, вьют гнёзда;

– млекопитающие и птицы способны играть;

– млекопитающие и птицы гибко и оперативно адаптируются под все условия своего существования, как внешние (в своих экосистемах), так и внутренние (стайные) и

– млекопитающие и птицы занимают обычно более высокое место в трофических пирамидах в своих биоценозах, чем рептилии.

Методологическое отступление

Переход к V программной организованности с памятью, которую может нести в себе лимбический (эмоциональный) мозг (а обеспечивает его жизнедеятельность и физиологию его организма I программная организованность), – это пятый транссамоорганизационный переход.

Ознакомившись с V программной организованностью и совершив соответственно пятый транссамоорганизационный переход, ты, Читатель, начал осваивать профессию Зоопсихолога. Или, как вариант, профессию Этолога. Как сказано в Википедии, этология есть полевая дисциплина зоологии, изучающая генетически обусловленное поведение (инстинкты) животных и его эволюционные аспекты. Термин ввёл в 1859 г. французский зоолог Изидор Жоффруа Сент-Илер. Этология тесно связана с зоологией, эволюционной биологией, физиологией, генетикой, сравнительной психологией, зоопсихологией, а также является неотъемлемой частью когнитивной этологии. Основоположник этологии, нобелевский лауреат Конрад Лоренц называл этологию «морфологией поведения животного». Этолог исследует собственно поведение животных, причем именно его видовые и эволюционные аспекты. Что для нас здесь особенно важно.

С V транссамоорганизационным переходом в нашей 4-й нофукоме появляется и начинает набираться профессиональной компетентности, такой интроспективный учёный фундаментальщик, как Психолог. Всё закономерно: есть особенный предмет для изучения – есть и соответствующий теоретик, над ним работающий. Так как будущий человеческий Психолог созревает вслед за своим предметом не сразу, то здесь он начинает своё бытие как Зоопсихолог.

Определимся:

V программная организованность или зоопсихическая (этологическая) обеспечивает когнитивную и эмоционально-волевую прогностическую поведенческую самоорганизованность животного, способного к стайной жизни.

Нам важно рассмотреть не только сам транссамоорганизационный переход, в котором появились животные с лимбическим мозгом, но и то, чего они достигли после своего появления, уже с развитием своего лимбического мозга. Именно с ростом его возможностей Жизнь достигла того уровня развития субъекта, при котором на его индивидуальной самоорганизованности она смогла начать создавать биологическую систему более высокого уровня организации – IV, но начать создавать в виде переходной формы – сначала простой кооперации элементарно взаимодействующих особей. Полная зрелость особи IV уровня организации ещё далеко впереди, но её эволюционное начало – здесь.

Важнейшим достижением эволюции в эту эпоху является развитие уже созданного механизма памяти. Сначала это небольшие комплексы условных рефлексов, но чем дальше идёт развитие мозга, тем всё больше и больше эволюция пользуется этим когнитивным механизмом. Однажды наступает такой момент, когда практически всю Картину мира, которой животное живёт в течение всей жизни, оно формирует у себя самообучением при взрослении. Наследственность задаёт только своеобразный смысловой «каркас» с памятью, а наполняет его конкретной информацией животное уже самостоятельно при взрослении, проявляя поисковую активность. Или, другими словами, исследуя окружающий мир. Здесь надо специально отметить, что для того, чтобы животное усвоило с молодости все необходимые и положенные ему по видовой особенности знания, эволюция делает его самообучающимся. Результативность самообучения животного в течение его жизни описывает сукцессия. Пока животное молодо, оно обучается быстро и легко. Но чем старше – тем труднее. В итоге мы имеем то, что дрессировщики выразили своей профессиональной формулой: «Старую собаку новым трюкам не научишь!» На той ступени эволюции, на которой выживание обеспечивает лимбический мозг, его способность к однократному обучению «с молодости и на всю жизнь» оказалась вполне достаточной. Условия выживания ещё не менялись столь динамично в течение одного поколения, чтобы была востребована способность к переучиванию. Она будет нужна позже, когда под более сложные условия выживания будет формироваться высшее животное с неокортексом.

Что касается программной организованности под индексам «Уа», то её начало в появлении групповой или стайной памяти. Вырастая в стае, молодняк усваивает знания, важные для его выживания в своей стае с её особенностями коммуникации и поведения. Эти особенности коммуникации и поведения имеют корни в общении самок и детёнышей. Благодаря памяти особям выгодно жить взаимной коммуникацией. В зависимости от своих биологических особенностей каждый стайный вид накапливает свой фонд коммуникативных сигналов и норм стайного поведения.

Рядом с понятие «память» находится понятие «опыт». Известно, что первый индивидуальный опыт появился до возникновения стайных форм жизни. Это говорит о том, что стайную программную организованность эволюция начала возводить на уже опытных «по жизни» животных. Животное, способное усвоить стайные нормы и жить ими – это обязательно животное, способное активно приобретать / нарабатывать опыт. Здесь действует закон, гласящий, что при пассивном поведении в какую-либо культуру «не впишешься». От животного требуется весьма высокая когнитивная активность и хорошая память, чтобы с малых лет усвоить поведенческие нормы стаи и после взросления стать в ней равноправным членом. И не просто равноправным, а во внутристайном соперничестве постараться занять наиболее высокое статусное место.

Механизм наработки опыта эволюция устраивает так, чтобы опытом становилось не первое воспринятое «приключение», а целый ряд аналогичных приключений. Отдельное «приключение» может быть случайным событием и в дальнейшем не повториться. Но когда в жизни животного набирается целый ряд аналогичных событий, то этот ряд отражает определённую закономерность. Запоминание нужного и важного опыта происходит путём подкрепления. Многократное повторение востребованного знания заставляет мозг его запомнить «раз и навсегда». Благодаря приобретённому опыту животное становится способным самоорганизовываться «на опереж ение», а это и необходимо для его лучшего выживания.

Первый опыт, который приобретают животные в эволюционном совершенствовании – это пассивный опыт. Молодое животное «просто живёт», переживает отведённые ему судьбой ситуации, а память просто запоминает. Чтобы ускорить усвоение жизненного опыта, эволюция делает молодняк поведенчески гиперактивным. Тогда молодое животное быстрее «перепробует всё на свете» и если не погибнет (засунув по наивности нос туда, куда очень нежелательно), то станет взрослым с хорошим жизненным опытом. Русская поговорка: «жизнь вымучит, но зато и выучит».

Чтобы оптимизировать когнитивную организованность и освобождать её от невостребованных знаний, эволюция ввела в генофонд механизм забывания. Те знания, которые перестали быть нужными и востребуемыми, мозг приспособился забывать. Ведь знания мозг не хранит в себе «просто так», он тратит на это энергию. Да и объём памяти не бесконечен. Зачем тратиться на то, что уже не нужно?

Но память памятью, а основа групповой программной организованности – общий генофонд стаи. Навыки простейшей коммуникации – это врождённые способности. Чтобы программная организованность более высокого порядка (групповая и мнемоническая) состоялась и «загенерировала» уже сама, для этого нужны генетические предпосылки. Животные начинают встречно самоорганизовываться не потому, что знают что-то общее, а потому, что у них единая наследственность и они с нею живут одинаковым образом жизни. Например, животные каждого вида создают свои звуковые палитры, и эти палитры усваивает молодняк. Кто мурлычет, кто щебечет, кто подвывает… Все свои услышанные с рождения звуки молодняк запоминает в своих Картинах мира и, набравшись опыта, уже знает, какие звуки «свои», а какие – «чужие». И каким поведенческим программам надо следовать при тех или иных звуках. Вырабатывается система опознавания «свой – чужой».

Механизм зарождения групповой программной организованности и последующего её развития – в индивидуальных достижениях талантливых стайных животных (или для начала потенциально стайных). Возникновение стайного образа жизни – это тоже транссамоорганизационный переход Жизни. Двое животных одного вида, способных не только ко встречной коммуникации самой по себе, но и способных извлекать из этого пользу, – уже простейшая стая.

Природа когнитивной программной организованности, выстроенной на памяти, такова, что она даёт нам повод говорить о некой её инерционности. Животное, гоминид, человек ничего не запоминает и не усваивает сразу, а так же и не забывает сразу. При обучении в мозге происходят существенные структурные перестройки, а для этого нужна соответствующая инициация и время. Чтобы субъект что-то запомнил, он должен сначала захотеть это запомнить. Или сознавать необходимость запоминания этого. Или его вынудили запомнить это. Инициация на запоминание нужных (или которые в будущем понадобятся как нужные) знаний исходит либо из эмоциональной организованности, либо из рассудочной. Одно дело «хочу», другое – «надо». И лучше всего когда «хочу и надо». Тогда субъект обучается максимально быстро.

Очевидно, что у каждого механизма организации и самоорганизации своя скорость и своя инерционность. Обучение и забывание – это такие же процессы в физическом мире со своей инерционностью, только намного более сложные, чем брошенный и летящий по инерции камень.

За период развития лимбического мозга произошло постепенное уровнево-коэволюционное нарастание V и Va программных организованностей – индивидуальных и стайной. Индивидуальная V программная организованность есть единичная копия Va, стайной программной организованности. Соответственно Va, стайная программная организованность есть совокупность копий V, индивидуальных программных организованностей. Дарвиновская положительная обратная связь генерирует удачные индивидуальности, а через их постепенное накопление происходит нарастание возможностей и зоокультуры конкретного биологического вида.

Почему эту, следующую программную организованность, стайную, я, автор, обозначил как Va, но не как VI?

Потому что в стае животных и птиц индивидуальная культура по своему качеству практически не отличается от «обобщённой стайной». Можно сказать, что стайная зоокультура – это растиражированная индивидуальная. Отдельная особь при взрослении мало чего вносит «от себя» и её воспроизводственная программа на этот период жизни – воспринять стайный фонд поведенческих образцов «один-в-один», чтобы стать полноценным и полноправным членом стаи. Это уже позже, особо талантливые взрослые особи предлагают своим сородичам какие-то новые образцы поведения. Если эти образцы оказываются удачными – стая их усваивает и пополняет ими свой зоокультурный фонд.

Таким образом, с возникновением стайных и стадных форм Жизни возникает и новая биологическая система: совокупность одинаково программно организованных лимбических мозгов у членов стаи. В этой новой биологической системе складывается принципиально новая программноинформационная упорядоченность, которая делает стаю в своей экологической нише гораздо более конкурентной и жизнеспособной, чем просто биологический вид из разрозненно (нескооперированно) живущих особей. В поведении стаи зарождается субъектность более высокого уровня.

Стая намного более жизнеспособна, когда она живёт и держит свою экологическую нишу как самоорганизующаяся система с пейсмекером. Не будем забывать, что любая стая – это эволюционирующая единица со своим полидисперсным распределением. Поэтому, как только возникает какая-то простейшая кооперация, различие способностей особей тут же проявляется и возникают отношения «лидер-ведомый». Развитие этих отношений приводит к тому, что особи устанавливают между собой статусную иерархию, в которой определяется вожак. Каждое животное по своей природе экспансивно и склонно к самоутверждению себя в любых внутривидовых отношениях. Со статусной иерархией отношения в стае приобретают свою внутреннюю упорядоченность и, таким образом, индивидуальная экспансивность оказывается распространена уже не стихийно (типа соперничество всех со всеми), а уже упорядоченно «сверху в низ»: от самых сильных до самых слабых членов стаи. Такая самоорганизованность стаи позволяет снять проблему постоянных стычек за ресурсы в неопределённых ситуациях. Сильная особь ведёт себя по отношению к слабым как доминанта, а остальные ей подчиняются. Здесь начала известной социологической истины: под властью плохо, но без власти ещё хуже.

Как видишь, дорогой Читатель, в стайных и стадных формах кооперации млекопитающих и птиц обозначается первая предтеча человеческой культуры – зоокультура.

Va программная организованность или зоокультура – это общий фонд поведенческих образцов, как унаследованных генетически, так и наработанных опытом и ситуационной смекалкой. Эти образцы взрослые особи сохраняют в своей памяти и которыми поведенчески самореализуются в рамках своих способностей, а так же которые при смене поколений молодёжь усваивает путём подражания. [5]

Проработав 1-ю часть «Ноосферного мышления», ты, Читатель, должен знать, что мышление (когнитивная самоорганизация) субъекта – это двухуровневое явление. Мыслящий субъект самоорганизуется в себе, но проявляет результат мышления «во вне», в поведенческой самореализации. С такой подготовкой ты должен легко понять, зоокультура обозначается как трёхуровневое явление. Материя самоорганизуется из своих структурных глубин, поэтому начала стайной самоорганизации животных – в их когнитивной и эмоциональной самоорганизации. Далее они эту самоорганизацию проявляют в индивидуальном поведении, а когда это индивидуальное поведение согласовано, – это уже стайное поведение, происходящее на структурный уровень выше.

Жизнь усложняется, и возникает дифференциация особей не только по способности выживать в своей природной экологической нише, но и по способности быть членом стаи и выживать в стае. Скажем так: внутри естественного отбора появилась новая составляющая: стайный отбор. Он тоже естественен, поэтому и часть своего «классического» предшественника. Особи, не способные к совместному поведению в условиях стадной или стайной борьбы за существование, оказываются не интегрированными в общественную жизнь и просто не выживают.

Обрати на этот момент специальное внимание, Читатель: в дарвиновской положительной обратной связи в образовавшемся зоокультурном пространстве появилась новая составляющая, убыстряющая эволюционирование. В этой составляющей механизм дарвиновской триады остался «как концепция» прежним, но его слагаемые с этого момента стали другими. Функцию наследственности взяла на себя совокупность индивидуальных памятей животных, функцию изменчивости взяли на себя индивидуальный опыт и погрешности транслирования при коммуникации, а за естественным отбором осталась его прежняя функция: давать «зелёный свет» талантливым особям, проявившим себя с наиболее эффективной когнитивной и эмоциональной программной организованностью и самоорганизованностью. Прежний естественный отбор, «работающий» на генетическом мутагенезе (геногенезе), никуда не исчез. Он как делал своё дело, так и продолжал делать.

Но теперь, в новых условиях и с новыми возможностями особей к нему добавился (или на него наложился) такой («комплексный») естественный отбор, который у нас есть все основания по аналогии с геногенезом назвать «зоокультурогенезом»

С таким «наложением» двух механизмов дарвиновского отбора эволюция Жизни существенно убыстряется. Положительная обратная связь по I программной организованности уже работает в условиях положительной обратной связи по IV и V программным организованностям – когнитивной и зоопсихической (эмоционально-волевой). Эффект от наложения удачных (или неудачных) мутаций из каждой программной организованности даёт свой синергетический эффект.

Впереди у эволюции продолжала существовать необозримая зона развития, и все удачные варианты, которые «поставляли» для неё геногенез и зоокультурогенез, реализовывали свои преимущества и получали признание.

Жизнь шла на подъём…

1.9. Программные организованности и их биологические системы. Таблица. (1 часть)

Таблицу программных организованностей и их биологических систем (1 часть) смотри следующую страницу.

1.9. Таблица программных организованностей Жизни и их биологических систем (1 часть)

2. О протокультуре, о культурогенезе и двух определениях того, что такое «культура» – доноосферном и ноосферном

Понимать социум невозможно без понимания его культуры, а понимать культуру можно только в том случае, когда понимаешь её культурогенез. Как вообще, так и конкретный. Как «пусковой», так и «текущий».

2.1. VI и VII программные организованности. Протокультура и «пусковой» культурогенез. VI транссамоорганизационный = I транскультурный переход. Осознаваемая субъектность и менталитет. Переход от эволюции культурой к самоэволюции культурой

Как мы рассмотрели в предыдущей части, эволюционный «задел» своего IV уровня организации Жизнь воплотила в стайной и стадной жизни высших животных – млекопитающих и птиц. Ещё раз учтём, что этот «задел» стал реальностью благодаря целой иерархии программных организованностей – начиная с генетической и заканчивая когнитивной и зоопсихической.

На этом Жизнь не становилась и продолжила свою эволюцию теми же Зтехнологиями»

– «стратегической», то есть дарвиновской триадой на уровне биологических видов и биоценозов и

– «тактической», то есть самоорганизацией особей в их индивидуальной жизнедеятельности, а так же в видовых и межиндивидуальных сотрудничествах и соперничествах.

Генетическая программная организованность проявляла всё больше скрытых возможностей, и вскоре выяснилось, что она может нести в себе информацию не только о животном со сложным лимбическим мозгом, но и о животном с ещё более сложным мозгом – с неокортексом.

Методологическое отступление.

Вникая в написанное, привыкай, Читатель, мыслить иерархиями программных организованностей и самоорганизованностей. Это умение в тебе уже есть, надо только его сознательно доформировать. Когда дальше мы будем говорить о тех программных организованностях, которыми животные живут «на переднем крае» своей борьбы за жизнь, то в этом разговоре нам надо всегда помнить, на что эти программные организованности опираются. Когда дальше мы будем рассматривать культуру субъекта, то всегда надо помнить, с какими наследственными задатками и в каких условиях субъект при своём взрослении этой культурой овладел. Мыслящий субъект, которого эволюция постепенным развитием на III уровне организации подвела к началу IV, – это сложнейшее самоорганизующееся явление Природы, которое, чтобы понимать его с его дальнейшей судьбой, мы должны понимать именно в таком качестве.

Согласен, мой дорогой Читатель, что тебе непривычно оперировать таким понятием, как «программная организованность». Да ещё и при том, что этих программных организованностей мы уже рассмотрели целых шесть (I, II, III, IV, V и Vа). Но что делать, прежде чем мы правильно подойдём к стержневому для нас понятию «культура», мы должны выстроить и соблюсти метасистемность нашего познания. Тем более, что понятие «культура» исключительно сложное, глубокое и многогранное. Но иначе нельзя, ибо для понятия «культура» понятие «программная организованность» более фундаментальное. Кроме того, культура в целом, как сама программная организованность, опирается и растёт из целой иерархии программных организованностей. Чтобы эту иерархию понимать, надо соблюсти свою последовательность в познании.

С чего начала зарождаться и расти VI, индивидуальная программная организованность?

Как и полагается по дарвиновской триаде: предпосылки к ней начали «выдавать» удачные мутанты, которые лучше всех организовывались в своей стае. Эти предпосылки – в способностях индивидов не только быть лидерами в поведенческой самореализации, но и дополнять свою семистическую коммуникацию более сложной – отвлечённой протолингвистической (будущей лингвистической) с задатками узнаваемой рефлексией.

Биологическое отступление

Механизм естественного отбора таков, что он работает над субъектами любой сложности. Усложняется субъект – усложняется его борьба за выживание, а сам закон естественного отбора не меняется: способен – выживаешь, не способен – гибнешь. Эволюция, однажды начавшись, уже не останавливается. Создав животное с рептильным мозгом и индивидуальным поведением, она далее создала животное с лимбическим мозгом и стайным поведением, а после этого перешла к созданию животного с неокортексом и общественным поведением. И не только когда-то (несколько миллионов лет назад) перешла, но и продолжила до настоящего времени. Как наши предки были биологическими созданиями, выстроенными на генетической программной организованности, такими сегодня являемся и мы. И пока мы живём, естественный отбор неусыпно решает, кого с какой наследственностью оставить, а кого «упразднить».

Жизнь многоуровневое явление, и нам её постигать только многоуровневым мышлением. В данном случае, начав с уровня индивидуальной самоорганизованности, мы переходим к уровню групповой (стайной, стадной) самоорганизованности. На этом уровне – уже VII программная организованность, которая растёт из программной организованности Vа. И растёт так, что два этих уровня продолжают быть теснейшим образом взаимосвязанными. Если Vа программная организованность (стайная) – это тиражированная информационная и эмоциональная общность V (индивидуальных) организованностей, то при движении эволюции к человеческому обществу уровневые отношения между программными уровнями (VI и VII) становятся принципиально более сложными. Настолько, что условное сопоставление (V + Vа), которое было достаточным раньше, применять далее уже невозможно.

Почему? Рассмотрим по пунктам.

Первое. VII программная организованность начинает проявлять себя как надындивидуальное, протосоциальное явление более высокого уровня. Она есть формирующаяся протокультура. VII программная организованность – это не просто сумма VI организованностей: это синергетическое единство, в котором возникает новое качество. VII программная организованность – это жизненное качество сплочённого стада, родовой общины, будущего социума. Протокультура – это обозначившаяся уровневая совокупность VI программных организованностей в VII программной организованности. Её материальные носители – это мозги всех членов стада.

Употребив понятие «протокультура», сразу определимся:

Протокультура (протокультурная организованность) – это созревающая VII программная организованность Жизни, которой воспроизводится зарождающаяся особь IV уровня организации (будущий социум). Протокультуру образуют гоминиды совокупностью своих созревающих Vl (индивидуальных) программных организованностей, которые

– взрослые особи хранят в памяти своего мозга с формирующимся неокортексом,

– которыми когнитивно и протолингвистически самоорганизуются в созревающем отвлечённом мышлении (сознании) с формирующейся узнаваемой рефлексией и

– которыми поведенчески самореализуются в рамках своих физиологических способностей.

Преемственность протокультуры при смене поколений выстроена на усваивании молодёжью существующих норм при вырастании её в протокультурной среде своего стада (стаи).

При выработке этого определения не была поставлена задача раскрыть механизмы развития культуры: ибо суть протокультуры – это один концепт, а суть механизмов её становления и развития – это другие концепты. Им мы уделим внимание специально.

Современные социологи давно используют понятие «культурогенез»:

Культурогенез (от лат. cultura – "возделывание", "воспитание", "развитие", "почитание"; и греч. genesis – "возникновение") рассматривает, с одной стороны, возникновение культуры как таковой, с другой – один из видов социокультурной динамики, заключающийся в постоянном самообновлении культуры как путем трансформации уже существующих систем и форм, так и в процессе создания новых артефактов, не существовавших в культуре ранее.[6]

Для удобства дальнейшей работы условимся отмеченную здесь первую сторону культурогенеза, с которой рассматривают возникновение культуры как таковой, называть «пусковым» культурогенезом, а вторую, заключающуюся в постоянном развитии культуры, называть «текущим» культурогенезом.

Рассмотрим «пусковой» культурогенез, соответствующий протокультуре. Длительность эпохи протокультуры, в которой происходило становление культуры и которая отделяет высших приматов от древнего человека современного типа, оценивают в 7 -10 миллионов лет. За эти годы наши предки эволюционировали в виде гоминидов, наращивали неокортекс, их физиология совершенствовалась под потребности меняющегося образа жизни, а сами они осваивали лингвистически выражающееся отвлечённое мышление с узнаваемой рефлексией. Определимся:

«Пусковой» культурогенез – это эволюционный механизм формирования культуры в эпоху протокультуры. При «пусковом» культурогенезе происходит формирование

– генетической программной организованности, способной нести наследственную информацию о таком лимбическом мозге высшего животного, с которым оно способно к эффективной стайной жизни;

– генетической программной организованности, способной нести наследственную информацию о высшем животном с неокортексом – такой подсистемы мозга, которая способна нести в себе постоянно актуализированную область отвлечённого лингвистически выражающегося мышления с надрефлекторной рефлексией: сознание;

– генетической программной организованности, способной нести наследственную информацию о такой физиологии высшего животного, которая может обеспечить эффективную когнитивную самоорганизацию неокортекса;

– и накопление в когнитивной организованности членов общества культурного фонда знаний, умений, навыков, традиций и обычаев, которым начинает жить вырастающее из протокультуры общество с ранней доноосферной культурой;

– «текущего» культурогенеза – способности людей сознательно и активно развивать свою культуру. Можно сказать, культурно сохранять, защищать и развивать свою культуру.

Чем отличается «пусковой» культурогенез от протокультуры? «Пусковой» культурогенез – это как первая положительная производная протокультуры.

При «пусковом» культурогенезе появляется надындивидуальная VII программная организованность, которую как начали, так и продолжили неосознаваемо развивать своими личными достижениями самые одарённые и талантливые гоминиды.

Так как определение понятия ««пусковой» культурогенез» сформулировано с использованием понятий «VI и VII программные организованности», то уточним и их. В главе 1.1. было сказано, что

Программная организованность (ПО) – высочайшая пейсмекерная организованность, при которой задействованные управляющие прямые и обратные связи в гиперцикле достигают такой численности и комплексности, что гиперцикл пространственно отгораживается и его воспроизводство оказывается полностью под контролем сильного пейсмекера. С этого момента пейсмекер выступает как программа, управляющая всеми внутренними структурными перестройками в образовавшейся из гиперцикла гипопостеме. Своей ПО управляющая система прекращает действие дарвиновского отбора внутри образовавшейся гипопостемы и «вытесняет» его во внешние условия.

Отталкиваясь от этого определения, сформулируем так:

VI программная организованность (ПО) – это индивидуальная программная организованность людей с неокортексом. Эволюционно она формируется и развивается только в составе VII программной организованности – культуры, которая есть статистическая совокупность VI программных организованностей. VII программная организованность есть обязательная часть каждой VI программной организованности, что позволяет людям создавать общество с единым культурным фондом и осуществлять индивидуальное воспроизводство в ролевом сотрудничестве и соперничестве друг с другом в социальном ролевом гиперцикле или в социуме – созревающей или созревшей особи IV уровня организации.

Соответственно:

VII программная организованность (ПО) – культура – общая программная организованность особи IV уровня организации – созревающего социума в виде социально-ролевого гиперцикла или созревшего социума как самоэволюционирующего государства. Эволюционно VII ПО формируется и развивается только как статистическая совокупность VI ПО – сначала гоминидов, потом людей – членов социума. Благодаря культуре люди осуществляют согласованное индивидуальное воспроизводство в социально-ролевом сотрудничестве и соперничестве.

В «пусковом» культурогенезе происходит неосознаваемая генерация новых культурных возможностей общества к своему развитию. Эпоха «пускового» культурогенеза – это транссамоорганизационный переход. На «входе» в него у биологической системы одни возможности к развитию и самоорганизации, а на «выходе» – уже другие, на порядок более сложные и высокие. Настолько, что мы можем говорить о рождении совершенно новой биологической системы – особи IV уровня организации, которая держится и развивается такой программной организованностью, которой раньше не было, – культурой.

Сформировавшаяся при «пусковом» культурогенезе VII программная организованность несёт в себе не только новую упорядоченность, но и новый хаос развития. Его создают своими возросшими индивидуальными способностями члены стаи – гоминиды. Уже не обезьяны, но ещё и не люди. Пространство этого хаоса гораздо шире, богаче и разнообразнее, чем хаос развития в стае или стаде у животных. Настолько, что в эпоху «пускового» культурогенеза, мы говорим о зарождении «текущего» культурогенеза. Он, возникнув вместе с культурой как её часть, будет частью культуры во всём её дальнейшем существовании. Культура по сравнению с зоокультурой принципиально более саморазвивающееся явление. Ибо в ней VI и VII программные организованности стали объектом для дарвиновской триады. Или объектом для дарвиновской положительной обратной связи.

Можно сказать, что «пусковой» культурогенез – это культурогенез, «запускающий» работу дарвиновской триады по рождающейся культуре. Или по VII программной организованности Жизни. «Запускает» работу через творческий хаос индивидуальных достижений людей в своих VI программных организованностях.

Рассматривая механизм «пускового» культурогенеза мы видим, что зарождение культуры во многом аналогично зарождению Жизни. Если Жизнь начинается с генетической информации, то протокультура начинается с переработанной и усвоенной оперативной информации – знаний. Если мутагенез двигает наследственность, то культуру двигают своими успехами талантливые члены стаи: они сначала в протокультуру, а потом в культуру привносят свои инновационные достижения. Культура есть явление, растущее инновациями когнитивной элиты. Её представители сначала стихийно и неосознанно, потом всё более целенаправленно и осознанно генерируют лучшие и новые культурные образцы, живут ими, а основная масса членов стада их не то чтобы «вынужденно» их перенимает, но по факту их существования к ним адаптируется. Мы знаем, что сильные (и умом, и телом) особи в стаде занимают более высокое статусное положение, и те сородичи, которые в этом ниже, вынуждены под них «прогибаться». Прогибаясь в поведенч еских ситуациях, такие сородичи прогибаются и при выстраивании взаимопонимания, то есть адапт ируются под те протокультурные новации, которыми начали жить лидеры. Поскольку с развитием индивидуальных когнитивных способностей гоминиды по своим возможностям всё более разнятся, то полидисперсная «кривая» их распределения в группе всё больше расширяется в стороны. Такое расширение есть особенность созревающей особи IV уровня организации.

Второе. В главе 1.6. было сказано, что зоокультура – это трёхуровневое явление. Но так как стая или стадо – это простейшая общественная гиперцикличность, это первая заявка Жизни на IV уровень организации, то и трёхуровневость зоокультуры тоже можно считать своеобразной заявкой на будущую трёхуровневость культуры. В зоокультуре нет ещё всей зрелости культуры, но в протокультуре она уже обозначается. Что и даёт нам основание говорить, что протокультура – трёхуровневое явление. В протокультуре созревает полноценная трёхуровневость культуры.

Самый глубокий уровень протокультуры (условно первый) – это когнитивная и психическая организация и самоорганизация гоминида. Материальный «представитель» этого уровня – мозг с неокортексом. С этого уровня он управляет поведенческой самореализацией гоминида, а это – второй уровень. С него гоминид организуется в отношения с окружающей природой и в свои стадные или созревающие общественные отношения. Свою организованность и самоорганизованность между собой в стаде или в будущем обществе гоминиды проявляют в поведении как зарождающаяся особь IV уровня организации в своей экологической нише. Это уже третий, самый высокий уровень. На нём стая выступает согласованно и целиком: либо как дружная команда охотников, загоняющая крупную дичь в ловушку, либо как сплочённый боевой отряд, ведущий военную экспансию на своих соседей или наоборот, отражающий их вооружённое напад ение.

Третье. Ранние гоминиды в своих стаях начинают осваивать отвлечённое мышление вместе с освоением протолингвистического мышления. В нём гоминиды выражают свою когнитивную самоорганизованность друг другу уже не отдельными сигналами и знаками, а их комбинациями (по модальностям универсального мыслительного кода), что позволяет когнитивно самоорганизовываться, отвлекаясь от текущей ситуации «здесь и сейчас». Без развития внутренней коммуникации протокультура стада или будущего социума бы просто не состоялась и не смогла развиваться.

Четвёртое. Продолжается эволюционная перестройка генетической программной организованности так, чтобы выстроенная на ней физиологическая организованность создавала

– голосовой аппарат, способный издавать сложные звуки;

– функционально более удобную моторику с прямохождением и более ловкими руками для технологических и технических операций;

– более мощную энергетику организма, способную обеспечивать энергией такой энергоёмкий орган, как мозг с неокортексом.

Пятое. Животные согласуют своё индивидуальное поведение в стае адхократично, то есть всегда «здесь и сейчас». Они синхронизируют своё поведение сигналами и знаками, которыми лишь стимулируют сородичей самостоятельно и оперативно «прочитать» текущую ситуацию, которую кто-то первый обозначил. Знак или сигнал в стае – это информация о том, что наступил момент такую-то поведенческую программу применить. Ещё Юрий Михайлович Лотман говорил: «Знак всегда читается "здесь и сейчас"». Чтобы особь применила поведенческую программу в таких условиях правильно, ей для этого достаточно рефлекторной рефлексии. Животные согласуют свои поведенческие программы, причём каждое по самостоятельно «прочитанной» ситуации «под свою ответственность». Это – ещё один пример работы принципа самоорганизации материи в каждой точке пространства и в каждый момент времени.

В отличие от животных в стае гоминидов с их эволюционным развитием самоорганизация материи происходит уже на более глубоких структурных уровнях: не на уровне применения поведенческих программ целиком, а на уровне предварительной проработки их деталей. Это позволяет сородичам отвлечённо и заранее создавать детально согласованные программы поведения, а не групповые импровизации при возникновении каких-либо событий, на которые надо сразу отреагировать. Заметим: животные в стае, если нет событий, провоцирующих их общее и согласованное поведение, живут каждое само по себе. Живут как бы в режиме ожидания и до тех пор, пока что-то случится и надо будет согласованно на это ответить. Животное ведут по жизни обстоятельства и инстинкты, которые циклично запускают те или иные поведенческие реакции и механизмы адаптации. Если животное в течение своей жизни отрабатывает, как полагается, свою программную организованность, оно выживает и даёт потомство. Поэтому мы и говорим, что животные – это биологические автоматы.

Сознавание мозгом какой-то жизненной потребности подталкивает эволюцию формировать его самоорганизующимся отвлечённо. Например, животное проголодалось, но сразу добыть пищу не может: надо отправиться на охоту. Именно отвлечённо сознаваемая потребность «командует» мозгу обдумать, что происходит «здесь и сейчас», и что надо сделать, чтобы эту потребность удовлетворить. Гоминид в формирующимся неокортексом способен не только моделировать в себе разнесённость во времени двух причинно-следственно связанных событий, но и начинает это выражать. Для собеседника и для самого себя над этим рассуждать. Комплексами знаков или зарождающимся протолингвистическим мышлением. Такой когнитивной активностью он отходит от биологического автоматизма. Ведь автоматы не рассуждают! Гоминиды потому и вырастают позже в думающих людей, что обретают способность самоорганизовываться отвлечённо, по своей внутренней инициативе.

Шестое. Прогностичное мышление наши предки постепенно формируют в сознании, то есть в такой области мышления, в которой мозг одно знание рассудочно соотносит с другим знанием. Таким образом он получает ИДЕЮ, которую не требуется применить «здесь и сейчас», а которую можно после осмысления и согласования с кем-то запомнить и применить чуть позже, когда это будет удобно, реально востребовано, а следовательно, и по-новому эффективно!

С неокортексом у гоминидов формируется сознание – такое внутреннее пространство постоянной когнитивной активности в мозге, в котором и с которым можно в любой момент установить связь с таким же сознанием соплеменника и начать с ним совместную отвлечённую когнитивную самоорганизацию в свете обоюдно предвосхищаемого события. Сознание есть способность гоминида (и будущего человека) отвлечённо сознавать своё «Я» как информационный центр когнитивной, эмоциональной и поведенческой активности. Животное, гоминид, человек – это самоорганизующаяся система с пейсмекером, только на каждой эволюционной ступени зрелость этого пей с-мекера разная. У животных «Я» рефлекторно и ситуационно, у человека «Я» – сознательно и внеситуационно, а у гоминида – промежуточное положение. Он – как субъект транссамоорганизационного перехода между этими обозначенными явлениями. Чтобы в отвлечённом мышлении правильно провести когнитивную самоорганизацию (а она делается прежде всего в своих целях), у животного должна быть так же отвлечённо сознаваемая самоорганизационная «система отсчёта», в которой оно – главная точка, относительно которой и «должен крутиться мир». Так вот в эпоху протокультуры «Я» гоминида из рефлекторной и ситуационной превращается в «Я» человека. С этим «Я» он сознаёт себя сознающим, сознаёт внеситуационно (то есть постоянно, пока бодрствует) и рефлексивно, так как начинает узнавать себя существом мыслящим. Эпоха протокультуры – это эпоха формирования осознаваемой субъектности.

Сознание формируется вместе со способностью мышления лингвистически выражаться. Без этого в стае не будет ни межличностной коммуникации, ни совместной когнитивной самоорганизации, ни последующего группового программно согласованного поведения. Эволюция формирует лингвистически выражающееся мышление как способность отвлечённо самоорганизовываться и для себя, и для других. Если в мышлении чего-то нет, это нельзя выразить. Но если один член стаи что-то придумал, он должен быть способен выразить это так, чтобы другие его поняли. И не просто выразить, а выразить в момент, когда другой член стаи способен его услышать. Последнее означает, что признаком культуры является способность не только сказать своему партнёру что-то важное, но и сказать тогда, когда он сможет это услышать и понять. Такой признак культуры возможен только при наличии весьма развитой условно-рефлекторной и простейшей рассудочной рефлексии, которой мозг начинает так же постоянно контролировать не только состояние своего сознания, но и состояние текущего общения.

Эпоха протокультуры – это эпоха созревания человеческой способности отвлечённо творчески мыслить в своём сознании, общаться при этом с единомышленниками, и ещё при этом узнаваемой рефлексией контролировать результаты своего мышления! (Первая и вторая важнейшие подпрограммы!)

Сознание – это способность субъектно мыслящего мозга с неокортексом отвлечённо и коллегиально, лингвистически и рефлексивно вырабатывать нужную оперативную программную организованность, а после этого хранить её в оперативной памяти до момента применения или, если такого момента не наступает, то забывать её и вырабатывать новую.

Для человека быть в сознании – это быть в состоянии постоянного активного контроля окружающей реальности «от себя», в которую входить контроль культурной реальности: возможного результативного общения с соплеменниками. Другими словами, быть активной самоорганизующейся когнитивной системой – субъектом: сознавать текущую ситуационную упорядоченность Картины мира и готовность создать в отвлечённом общении с кем-то нужный творческий хаос, то есть совершить нужную сознательную когнитивную ситуационную самоорганизацию.

У животных тоже есть сознание – но оно ситуационное, а не отвлечённое. Вы не можете попросить животное вообразить какую-то ситуацию и отвлечённо в ней самоорганизоваться. Вы можете создать животному знакомую ситуацию – и оно по вашему сигналу может самоорганизоваться в ней. Животное живёт ситуационной смекалкой, а человек живёт не только ситуационной смекалкой, но ещё и отвлечённой думалкой! При своей когнитивной самоорганизации животное тоже сознаёт себя субъектом, но сознаёт на ситуационно-рефлекторном уровне.

Седьмое. Вслед за формированием сознавания «Я», с формированием сознаваемой субъектности идёт формирование сознавания «МЫ». («ОНИ»). Согласовывая свою поведенческую самореализацию, гоминиды видят, что там, где они выступают «единым фронтом», там проявляют стаей субъектность более высокого уровня, это в когнитивной самоорганизации должно быть адекватно отражено и обозначено. Умение жить в стае означает умение мыслить категориями стаи. Или умение мыслить надличностными категориями. «Мы-они», Здоговорённость», «взаимовыручка», «помощь», «обязательства», опознавание «свой/чужой» и так далее – все эти понятия социализированности будущий человек нарабатывает в эпоху протокультуры, в эпоху «пускового» культурогенеза.

Восьмое. Моделируя протолингвистически выражающимся мышлением простейшие отвлечённые ситуации (первой важнейшей подпрограммной когнитивной организованностью), гоминиды выразили, таким образом, своеобразный «запрос» на развитие рефлексии (как второй важнейшей подпрограммной когнитивной организованности) от рефлекторной к узнаваемой. С узнаваемой рефлексией гоминид запоминает и «узнаёт» в отвлечённом мышлении обсуждаемые (но не всегда потом применяемы на практике) результаты как своей, так и общей когнитивной самоорганизованности. Живя протокультурой, гоминиды развивают способность в отвлечённом мышлении согласовывать свои общие намерения и их запоминать. И хранить в памяти до того момента, когда они по ситуации будут востребованы. Рефлексия – это способность мозга самоорганизовываться в самом себе и в результатах своей активности. Готовых к применению, применяемых или уже применённых. При этом каждый член группы знает то, что знает его сородич, что у него общие с сородичем знания, и это рефлексирует. Он запоминает результаты согласования намерений и по прошествии какого-то времени «от ситуации» как бы узнаёт их в своей памяти, «извлекает» их оттуда и применяет в назначенный момент при согласовании действий в разыгрываемом ЦСС. «Думалкой» человек приводит «соображалку» в состояние боевой готовности, а тем минимизирует время на её применение.

Мозг с неокортексом – это мозг, способный отвлечённо работать «в команде»! Люди с неокортексными мозгами способны к коллегиальному рефлексивному лингвистическому обсуждению проблем, задач и предложенных инициаторами проектов!

Девятое. С эволюционным формированием сознания начинает формироваться и подсознание. То есть такая область когнитивной организованности, в которую мозг «собирает» типовые поведенческие программы и знания, которыми можно пользоваться без инициации сознания. На этом мозг экономит свои силы. Зачем задумываться над тем, что в неменяющемся укладе жизни часто повторяется, что хорошо знакомо, не требует дополнительной поисковой активности и может быть своеобразным образом автоматизировано?

Человек – тоже биологический автомат, но на более глубоких уровнях своего устройства. Скажу так: человека, чтобы он мог быть Личностью с разумом и свободой воли, Природа (или Эволюция) создала его в его глубинных программных организованностях очень высокосовершенным автоматом. Или высокосовершенной многоуровневой самоорганизующейся системой.

Десятое. За эпоху протокультуры происходит формирование менталитета – как конкретной надситуационной интегративной культурной организованности и самоорганизованности субъекта (отдельного человека или социума). Ментальность формируют все факторы рождения, становления и прожитого существования субъекта. Менталитет – это стиль жизни субъекта, ему присущи типажность, стандартность и даже шаблонность.

Одиннадцатое. В протокультуре происходит «запуск» механизма «текущего» культурогенеза – способности людей специально что-то выдумывать и придумывать, изобретать то, чего раньше не было. И делать это не подсознательно, стихийно или случайно, а целенаправленно, сознательно, с высокой поисковой активностью.

Двенадцатое. Запуск механизма «текущего» культурогенеза – это запуск (скажу так: созревшей) самоэволюции Человечества. С выходом Человечества из первобытного состояния и входом его в доноосферную эпоху своего развития, оно, как созревающая самоорганизующаяся и самоорганизованная система, с этого транскультурного перехода растёт тремя факторами:

1. Эволюционирующим геногенезом (дарвиновским естественным и социальным отбором по наследственности/родовитости с естественным мутагенезом).

2. Эволюционирующим (надгенетическим) пассивным культурогенезом (дарвиновским естественным и социальным отбором людей по индивидуальной образованности и воспитанности или по имеющемуся у них усвоенному при взрослении культурному потенциалу).

3. Самоэволюционирующим (искусственным, созидательным) активным культурогенезом (проявлением творческих способностей людей к личностному саморазвитию и инновациям).

Итак, обобщим сказанное.

Способность мыслить лингвистически, отвлечённо и сознательно, да ещё с новой рефлексией оказалась не по силам лимбическому мозгу, поэтому эволюции ничего не оставалось делать, как для расширения когнитивных способностей создавать новую подсистему мозга, по своим более богатым возможностям пригодную для этого – неокортекс. Чтобы это обеспечить, эволюция расширяла и усложняла генетическую программную организованность, которая все высшие программные организованности увязывает между собой и передаёт от поколения к поколению.

Мозг с неокортексом – это мозг, способный к сознательному мышлению!

Мозг с неокортексом – это мозг, работающий в режиме отвлечённой когнитивной самоорганизации. А так же выражающий свою когнитивную самоорганизованность лингвистически и при необходимости управляющий ею «по ситуации» не только узнаваемой рефлексией, но по мере своего развития и более развитыми рефлексиями.

Эпоха созревания у гоминидов будущего человеческого неокортекса есть эпоха созревания культуры в виде протокультуры. Гоминиды живут мышлением, которое способно выражаться пока протолингвистически и соответственно самоорганизовываться отвлечённо от минимальноусловного до почти отвлечённого. Способность мыслить полностью отвлечённо – это уже способность человека. Но для нашей рассматриваемой здесь эпохи она пока в будущем.

Эпоха протокультуры – это эпоха «пускового» культурогенеза.

Можно сказать, что протокультура – это эпоха «внутриутробного» развития культуры.

Эту эпоху, в которой произошли столь существенные для нас эволюционные изменения и достижения, у нас есть все основания называть транссамоорганизационным переходом.

* * *

Кратко:

1. Протокультура – как шаг в культуру, которая есть синергетическое единство VI и VII ПО.

2. Протокультура – как будущая культура – трёхуровневое явление.

3. Началось освоение и развитие протолингвистического мышления, которое потом станет лингвистически выражающимся мышлением.

4. Трансформация физиологии организма под новую поведенческую самореализацию.

5. Способность мыслить отвлечённо (то есть в формирующейся области сознания) деталями вырабатываемой когнитивной самоорганизованности.

6. Формирование сознания с внеситуационным (постоянным) осознанием своего «Я» как интроспективного пейсмекера для отвлечённой когнитивной и поведенческой самоорганизации. Другими словами – формирование сознаваемой субъектности.

7. Формирование сознавания своей социальной общности через сознавание ЗМЫИ («ОНИ»).

8. Уход от чисто рефлекторной рефлексии и переход к надрефлекторной – узнаваемой.

9. Формирование подсознания для обслуживания сознания и для увеличения общей эффективности когнитивной самоорганизации.

10. Формирование менталитета – как конкретной надситуационной интегративной культурной организованности и самоорганизованности субъекта (отдельного человека или социума)

11. Эпоха протокультуры – это эпоха «пускового» культурогенеза, в котором идёт «запуск» механизма «текущего» культурогенеза – способности что-то выдумывать и придумывать, изобретать то, чего раньше не было. И делать это не подсознательно стихийно и случайно, а сознательно, с высокой поисковой активностью.

12. С «текущим» культурогенезом начинается самоэволюция Человечества.

* * *

Рассмотрев эпоху «пускового» культурогенеза, мы видим, как на чисто биологическую (в классическом смысле) эволюцию наложилась культурная эволюция.

Если первая работает на генетическом мутагенезе, то вторая – на культурном творческом хаосе («текущем» культурогенезе). Если в биологической (в классическом смысле) эволюции идёт сохранение и накопление генетической информации, то в культурной – сохранение и накопление знаний, формирование компетентности, воспитанности и опыта. Более общими словами – когнитивной организованности. Очевидно, что такая «двойная» эволюция идёт гораздо быстрее, чем «одиночная». Насколько? Давайте прикинем. Эпоха «пускового» культурогенеза длилась примерно 7-10 миллионов лет. Человек современного типа, живущий «текущим» культурогенезом и от которого ведут отсчёт историки, сформировался примерно к 40–50 тысячам лет назад. Делим первый период на второй и получаем различие скоростей эволюции примерно в 200 раз. Эту цифру можно считать завышенной, но то, что она несёт в себе два порядка, это очевидно.

Делаем вывод: после эпохи «пускового» культурогенеза скорость эволюции на её переднем крае с «текущим» культурогенезом увеличилась более чем в сто раз.

Здесь и ответ на вопрос: какие важнейшие интеллектуальные качества для человека?

Высокая поисковая активность и развитая рефлексия.

Именно они во многом составляют суть «текущего» культурогенеза.

2.2. Последний локальный транссамоорганизационный переход к культуре. Становление высокой прикладной когнитивной мобильности и осознаваемой субъектности. Формирование гиперцикла нофуком человека современного типа

Без возврата к основам культуры невозможно творить для будущего.

Сергей Эйзенштейн

Упорядочивая свои знания о развитии протокультуры к культуре, мы видим, что как бы сама Логика Бытия подсказывает нам, где разумно провести (пусть даже и условно) рубеж, по которому мы будем разделять протокультуру от культуры. Какая организованность неокортекса (если уж он у нас главный герой становления человека) должна состояться, чтобы это позволило считать, что ДО неё – у нас ещё гоминид (пусть поздний, со всеми атрибутами человека (но всё же ещё не человек), а что ПОСЛЕ неё – уже человек? Тот самый, как мы говорим «современного типа» и которого привыкли считать своим прямым биологическим предком. Того, которого назвали 3Homo Sapiens»!

Оказывается, в созревании неокортекса есть такой (условно назовём его) «локальный» транссамоорганизационный переход, после которого нашего предка у нас принципиально больше оснований называть его «современно культурным» со всеми вытекающими последствиями.

Этот транссамоорганизационный переход – возникновение в когнитивной организации высокой прикладной когнитивной мобильности. Между ранее относительно независимо (или может быть так: слабо связанными) работающими когнитивными «блоками». Такой транссамоорганизационный (фазовый, то есть сравнительно быстрый) переход произошёл примерно 40 тысяч лет назад. После этого перехода мы особей III уровня организации называем уже не гоминидами, а людьми.

До эволюционно-исторической отметки примерно в 40 тысяч лет был период относительно плавного развития. Археологические находки свидетельствуют, что культура тогда была однообразна. Для изготовления инструментов поздние гоминиды использовали только камень или дерево, а не кость, слоновьи бивни или оленьи рога. Во-вторых, наши далёкие предки пользовались простым универсальным топором, но никогда не изготавливали топоры или какие-либо другие инструменты для определенных целей. Все наконечники стрел имели один и тот же размер и были сделаны одинаково. В-третьих, ещё не было инструментов, состоящих из нескольких частей, таких как гарпун инуитов, с тяжелым каменным наконечником, с древком из слоновой кости, с ремнями для его возвращения и наполненные воздухом мешки из тюленьей кожи, позволяющие ему оставаться на плаву после броска. И наконец, в то время не было никаких признаков живописи, деко – рирования или религии.

Стивен Митен, специалист по когнитивной археологии, объясняет период культурного однообразия тем, что у гоминида мозг работал тремя главными «интеллектуальными блоками», которые в ту эпоху действовали относительно независимо друг от друга. Первый блок – это природный интеллект, с которым его владелец понимал погоду и географию; находил зверя по следам и определенным приметам, ориентировался в своей среде обитания. Второй блок – это блок 3технического интеллекта». С ним человек знал, что следует делать с предметами, такими как камни, и как превращать их в ножи и топоры. Третий блок – социальный интеллект, он есть и у стайных животных. С социальным интеллектом индивид взаимодействовал с сородичами, разбирался в своих и чужих чувствах, понимал иерархии доминирования и подчинения, осваивал ритуалы ухаживания и воспитывал детей.

Гоминид потому и гоминид, а не человек, что его мозг из этих трёх интеллектуальных блоков не созрел к тому, чтобы работать единым целым. Гоминид не обрабатывал кости или слоновьи бивни из-за того, что технический и природный интеллекты у него не взаимодействовали. По той же причине у них не было специальных видов инструментов для разных целей. Так же отдельно действовали социальный и технический интеллекты, поскольку археологи не находят никаких бус, подвесок или других украшений, обозначающих социальную принадлежность, религию и ст атус использовавшего их индивида.

К эволюционно-исторической отметки примерно в 40 тыс. лет назад мозг созрел и в нём произошёл транссамоорганизационный переход. Мозг научился функционировать как единое целое, и это произошло без каких-либо заметных изменений его размера. Насколько при этом изменилась генетическая программная организованность, сказать пока трудно, но скорее всего тоже изменилась. Человек стал способен изготавливать сложные инструменты по существенно более сложным технологиям, а так же предметы искусства, что говорит о соединении всех трех типов интеллекта. Так, фигурка человека-льва, найденная на юге Германии, представляет собой вырезанный из кости предмет (технический интеллект), изображающий тело человека (социальный интеллект), соединенное с головой льва и хоботом мамонта (природный интеллект). Во Франции ученые находят сделанные из слоновой кости бусы, выполненные в виде морских раковин (смешение природного исторического и технического интеллекта), наскальные рисунки (известные всем по пещере Кро-Маньон). Что касается инструментальной культуры, то, например, наконечники копий охотники стали изготавливать с учетом размеров добычи, толщины её шкуры и среды обитания. Были изобретены лодки, позволявшие выходить в море. Появились украшения, сложная, сшитая иглами одежда и, что очень важно, захоронения в земле. Археологи находят в них скелеты животных – запас еды для загробной жизни, что говорит о возникновении простейшей религии – тотемизма. В ней человек идентифицировал себя с тотемным животным, благодаря чему видел естественный смысл своей социальной природы.

Стивен Митен считает, что вся эта творческая деятельность возникла потому, что мозг стал способен к «внутренней когнитивной мобильности». Возникновением когнитивной мобильности объясняется одна из главных тайн доисторической эпохи, а именно неожиданный бурный рост культуры. Соединение интеллектуальных блоков в мышлении привело к принципиальной реорганизации мозга и сделало его намного более эффективным. Такое эволюционное явление даёт нам все основания говорить о превращении позднего гоминида в первобытного, но человека. Того Homo Sapiens’a, которого мы знаем сегодня и к которому себя причисляем. [7]

Обрати внимание, Читатель, что Стивен Митен в своей работе пользуется термином просто «когнитивная мобильность». Я, автор, считаю, что в пользование этого термина необходимо внести существенные дополнения.

Во-первых, когнитивная мобильность, какая-никакая, до этого транссамоорганизационн ого перехода всё же была. Мозг в любом случае функционирует как единое целое. Другое дело, что она была низкой, а после перехода стала высокой.

Во-вторых, Стивен Митен, рассматривая функционирование мозга, не имел в виду, что когнитивная мобильность может быть не только внутренней, но и внешней. С той или иной скоростью между собой могут взаимодействовать не только отдельные блоки головного мозга, но и от – дельные субъекты. Если мы оцениваем скорость и насыщенность межличностного общения, то в этом случае тоже можем пользоваться термином «когнитивная мобильность», но только с прилагательным «внешняя». Тем более у нас в ходу есть понятие «социальный интеллект» как «интеллект социума».

Зная закономерности организации и самоорганизации мозга, зная образ жизни первобытного человека, мы с достаточными основаниями можем считать, что его мозг после последнего локального транссамоорганизационного перехода начал функционировать состоявшимся гиперциклом из пяти созревающих нофуком. Это – внутренний признак созревшей человеческой культуры, с которым созревающий человек стал наконец-то созревшим человеком. Человеком того самого современного типа, которого мы отличаем от всех его эволюционных предшественников: архантропов, палеоантропов, гоминидов.

Если ты, Читатель, не познакомился предварительно с первой частью «Ноосферного мышления», то здесь должен сказать: нофукома – это специализированная ноосферная когнитивная команда в нашем сознании, которая в гиперциклическом сотрудничестве с другими нофукомами отвечает за свою фундаментальную когнитивную функцию. Так как истинно ноосферной нофукома становится только после ноосферного транскультурного перехода, то до него она пребывает в созревающем состоянии. Поэтому, чтобы различать нофукомы по их зрелости, условимся созревающие нофукомы в созревающем доноосферном интеллекте обозначать так: [но]фукомы. Итак:

– [но]фукома – созревающая нофукома, работающая в созревающем интеллекте,

– нофукома – созревшая нофукома, работающая в созревшем ноосферном интеллекте.

Или вообще поступим проще: созревающие нофукомы называть фукомами.

Нофуком у человека пять: фронтовая, деловая, общеролевая, с Логикой Бытия и рецепторносенсорная.

Человек современного типа сам субъект, и о субъектах мыслит в своём воображении естественно субъектами. Его Картина мира уже весьма полна и точна, поэтому после возникновения высокой когнитивной мобильности мы можем говорить, что в его мозге «заработали» если ещё не ноосферные, но уже фундаментальные когнитивные команды. Те самые: фронтовая, деловая, общеролевая… Насчёт субъектности рецепторно-сенсорной [но]фукомы вопрос пока оставим открытым – он требует дополнительного исследования. Но так как у нашего древнего предка обозначились художественные таланты, то подсознательно художником, скульптором и музыкантом он уже себя наверняка чувствует. О запахах, вкусах и ощущениях наш предок тоже уже своё профессиональное представление, а насколько эти представления субъектны, мы можем судить разве что по возможной взбучке стряпухе, которая приготовила невкусный и не очень приятно пахнущий обед вождю племени. А насколько важно было быть хорошим визуалом и слухачом, и иметь острое зрение и тонкий слух, мы можем судить по уважительным прозвищам, которые давали сородичи своим «узкоспециализированным» талантам: «орлиный глаз» и «заячье ухо».

Как бы ни возражали всевозможные критики, но в своих нофукомах человек для самого себя предстаёт как субъект, но вот в какой степени зрелости и в какой нофукоме – это требует специального рассмотрения и анализа. Там, где поведение человека конкретно и «приближено к реальности», где человек выступает субъектом, там трактовка нофукомы очевидно субъектная. На фронтах первой нофукомы – он семьянин, хозяин, сородич, охотник, воин… В гиперцикле второй нофукомы – борец, искатель, работник, творец… То, что субъектна и третья нофукома – общеролевая – тоже нет сомнений. На начальной стадии человечества она практически повторяет первую: свои социальные роли человек создаёт от природы своих фронтов. А вот с четвёртой нофукомой, в которой созревает Ноосферный Разум, дело обстоит несколько сложнее. Осознаваемое абстрактное мышление, тем более как фундаментально-научное со своим Сторонним Наблюдателем созревает далеко не сразу, поэтому первобытный человек в своей [но]фукоме № 4 держит так или иначе понимаемые Логики Бытия или сначала как логико-поведенческие когнитивные культуры – ЛПКК. У Стивена Митена их три, но в трактовке со словом «интеллект»: природный, технический и социальный. Замечу, что в своей концепции он прав, но не полон. Интеллект как уже довольно высокоразвитая человеческая способность исторически созреет много позже, при философском транскультурном переходе, а здесь, на стадии доинтеллектуального созревания, при оценке созревающей нофукомы № 4 разумно пользоваться понятием «ЛПКК». Так вот их у человека как минимум пять: 1) природная, 2) социальная, 3) техническая, 4) художественная и 5) представления о сверхъестественном (религия + мистика). В ЛПКК мозг сводит общие закономерности, которые ему посильно подмечать в той или области поведения своего хозяина – человека.

Что такое «логико-поведенческая когнитивная культура» (ЛПКК) мною подробно рассмотрено в предыдущих монографиях, а здесь приведу только определение:

Логико-поведенческие когнитивные культуры (ЛПКК) [8]– это гиперциклически скомплектованные по принципу главных параметров порядка условные или безусловные когнитивные культуры, которые доноосферный человек в соответствие с уровнем своего развития выработал

– под те части Логики Бытия, которые воспринял как особенные при общей установке обеспечить эффективное воспроизводство;

– под Логику Бытия целиком, но в соответствие со своими когнитивными и психическими способностями при установке обеспечить эффективное и/или наиболее приятное, эмоционально-позитивное воспроизводство;

– в соответствие со своей позицией Наблюдателя или Участника по отношению к происходящим с ним событиям (когнитивная культура мировоззренческая или прикладная).

Рисунок 2.2.1. Структура гиперцикличности мышления первобытного человека:

В этом гиперцикле но[фуком] расклад интроспективных ролей такой:

– Фронтовая (№ 1) [но]фукома: лекарь, член рода-племени, воин-защитник, технолог (рукодельник), хозяин (собственник), охотник-добытчик, художник, контактёр с духами или со сверхъестественными силами, знаток окружающей природы и хранитель традиций

– Деловая (№ 2) [но]фукома: борец, работник, искатель, выдумщик, игрок, отдыхающий, слабак.

– Общеролевая (№ 3): (на заре человеческого общества её как таковой ещё нет), ролевая дифференциация идёт в соответствие с фронтовой [но]фукомой.

– В [но]фукоме № 4 – ролей как таковых ещё нет, человек подсознательно мыслит логикоповеденческими культурами (ЛПКК) (с элементами субъектности: в религии или мифах).

– Рецепторно-сенсорная (5): визуал, слухач, кинестетик, нюхач, вкусовщик, интуит.

Возникновение высокой когнитивной мобильности, рассмотренной Стивеном Митеном, можно рассматривать как такой транссамоорганизационный переход, которым произошёл своеобразный «вход» в человеческую культуру. Именно с ней мы нашего предка называем «человеком современного типа».

2.3. Отличия доноосферной культуры от зоокультуры

Культура есть осуществленное бессмертие в пределах данных нам форм существования.

Андрей Белый

Что нового появилось в эволюционирующей Жизни после того, как «пусковой» культурогенез сказал своё слово? В чём принципиально культура отличается от зоокультуры? Какими новыми качествами как программная организованность она отличается от своей предшественницы?

Первое. До появления культуры в Жизни, как в эволюционирующей планетарной системе было два уровня роста самоорганизованности:

– уровень генетической эволюции, «работающий» на мутагенезе и естественно отборе и

– уровень поведенческой самореализации различных особей.

С появлением культурной организованности субъектов (людей) к этим двум уровням добавился ещё один, третий: уровень культурной эволюции, растущей «текущим» культурогенезом.

С появлением третьего уровня второй (уровень поведенческой самореализации) существенно изменился: на нём проявляли себя уже не просто особи, и даже не просто субъекты, а люди: прямоходящие, с умелыми руками, у них большой мозг с неокортексом, они с этим мозгом очень много знают и умеют объясняться словами.

Мы знаем, что человека всегда оценивают по двум важнейшим качествам:

– по породе (знатного ли он рода, хорошо ли сложен, красив, не было ли у его родителей каких-либо наследственных болезней) и

– по культурному потенциалу (насколько образован, воспитан, опытен и способен к личностному саморазвитию).

Так вот истоки этой оценки – здесь, в конце этого транссамоорганизационного перехода, когда человек стал человеком и начал активно жить своей культурой. (Сравни, Читатель: домашнее животное, если в нём есть какая-то претензия на ум, то его оценивают не только по родословной, но по тому, насколько оно выдрессировано).

Освоив третий уровень в своей самоорганизованности, Эволюция, став самоэволюционирующей, увеличила свою скорость более чем в сто раз!

Второе. Когнитивная организованность людей с неокортексом становится настолько богатой и сложной, что эволюция в дополнение к бессознательной когнитивной организации создаёт сознательную и подсознательную. Если в сознании люди самоорганизуются лингвистически выражающимся мышлением и на уровне сознания общаются, живут культурной жизнью, то в подсознание мозг «отправляет» те когнитивные и поведенческие автоматизмы, которыми человек может жить без обращения к ним на уровне сознания. Работа сознания оказалась хоть и сложной и не очень быстрой областью когнитивной самоорганизации, но в то же такой, которую мозг может во многом «автоматизировать» и без обсуждения в сознании принимать очевидные, простые, и неоднократно проверенные решения. Которыми управлять не узнаваемой рефлексией из сознания, а рефлекторной, из подсознания. На чём экономить время и свои ресурсы

Так как люди живут в своём культурном пространстве, разделённость когнитивной самоорганизации на «сознание» и «подсознание» отразилась и в культуре. К этому обозначилась запрограммированность подсознания на свои задачи, а сознания на свои.

Третье. Развитие возможностей неокортекса, появление сознания и подсознания стало возможным благодаря способности мозга самоорганизовываться (в дополнение к существующим формам рефлекторной рефлексии) узнаваемой рефлексией, выстроенной на способности мозга запоминать не только знания, но и знания о знании. Человек, нарабатывая богатый опыт, уже сп особен помнить и «про себя узнавать», какие знания у него есть и как в сфере сознания он может ими воспользоваться.

Четвёртое. За эпоху протокультуры стая гоминидов превратилась в зародыш социального гиперцикла со своими социальными ролями. Обязательной частью «культуры вообще» становится культура социального поведения или культура поведения человека в его социуме. Последняя, другими словами, есть культура социально-ролевого поведения. В социальный гиперцикл объединил первые простейшие социальные роли, которые должны были в соответствие со складывающимися культурными нормами исполнять все [люди] и для ролевого сотрудничества владеть необходимой ролевой грамотностью. Характеристик того, какой системой социальных ролей живёт то или иное общество, становится одной из важнейших характеристик его культуры.

Пятое. В зоокультуре инициация общих знаний и адхократичное (немедленное, тут же) их использование построено на общем семантическом пространстве. Можно сказать, что Va программная организованность есть семантически и эмоционально объединённые индивидуальные V программные организованности. Напротив, в культуре все свои программные организованности (и VI, и VII) субъекты объединяют лингвистически выражающимся мышлением или общим языком. Благодаря этому любой индивид в любой момент может отвлечённо обратиться к культурным ценностям и установкам, которые хранят его более опытные и знающие сородичи. Или наоборот: представители культурной элиты общества обращаются к отдельному индивиду с наставлением следовать в своей жизни существующим в обществе культурным ценностям и уст ановкам. Это более глубокий процесс внутренней культурной общественной самоорганизации, которого нет в стае или стаде животных.

Шестое. Если с зоокультурой стая проявляет свою активность только эпизодически и живёт от ситуации к ситуации (которые вызваны внешними обстоятельствами или поведенческими инстинктами), то люди живут культурой постоянно. Рассудочную и эмоциональную активность может проявить в любой момент любой член стаи по своей инициативе, а не в результате стечения обстоятельств. В этом случае происходит ситуационная или культурная (внеситуационная) организация или самоорганизация в общении и отвлечённом мышлении.

С отвлечённым лингвистически выражающимся мышлением люди создают пространство свободного общения – «культурную жизнь». В нём общество внеситуационно и постоянно как бы «вываривает» свою текущую (оперативную) когнитивную и эмоциональную самоорганизованность. И культурная жизнь уже течёт практически независимо от того, что происходит за её пределами. Она становится внутренней нормой и потребностью. Одно из проявлений культурной жизни – «сарафанное» радио. Люди «по цепочке» информируют друг друга о важных для них событиях, обсуждают их, вырабатывают к ним своё отношение, самоорганизуются. Такой процесс можно назвать оперативно-информационной самоорганизацией общества. В культурной жизни люди поддерживают свою культуру, совершенствуют её и вырабатывают в ней свою поведенческую самореализацию. Сначала простейшую, ситуационную, а потом «вообще», на концептуально-прикладном уровне этических (морально-нравственных) норм.

Седьмое. В культурной жизни созревает то, что мы называем «культурным укладом» обычаи, традиции, подсознательно приобретённые поведенческие нормы. Это как бы программы поведения более высокого, надличностного уровня. Свою когнитивную самоорганизованность наши предки начинают выстраивать на двух уровнях: уровень следования обычаям, обрядам, традициям и уровень конкретных ситуаций. Второй уровень не должен противоречить первому. Другими словами, каждый культурный член стаи должен жить так, как это предписано обычаями и традициями. Иначе – культурными нормами. Культура – это явление со своей концептуальностью и императивностью. В культуре признанные и утверждённые поведенческие нормы (будущая этика) становятся общественной моралью. Членов стаи, которые по каким-то причинам не соблюдают свои обычаи и традиции, обряды и табу, общество за «аморалку» либо наказывает, либо отторгает, либо вообще уничтожает (казнит). Культурной нормой становится жёсткое соблюдение культурных норм. С этой нормой культура как бы сама себя стабилизирует, а если говорить субъектно, то с этой нормой общество стабилизирует весь свой образ жизни.

Восьмое. В протокультуре появляются новые, характерные для неё когнитивные конструкции. Одни из таких – суть и смысл. Первобытные люди их ещё не выражают специальными словами, но на подсознательном уровне ими пользуются. Ибо в сознательном мышлении за эпоху культурогенеза оформляются две рефлекторно (в зависимости от содержания высказываемого) позиции: Стороннего Наблюдателя и Непосредственного Участника. Эти позиции в полной мере и научно будут осознаны позже, а пока наш далёкий предок занимает их подсознательно, ибо в его мозге работают рефлексивные автоматизмы для правильных и непредвзятых размышлений.

Можно сказать, что культура с её начальной концептуальностью есть лингвистически оформленный арсенал смыслов и сутей собственной жизнедеятельности, который общество держит в памяти своих членов в состоянии постоянной востребованности.

Девятое. В когнитивной культуре складывается гиперцикл логико-поведенческих когнитивных культур (ЛПКК). Создавая его, Эволюция сыграла на условностях там, где человек своим по-немногу крепнущим умом пока до полной адекватности «не тянул». Или так: Эволюция создала ту культурную организованность (на условной стабильности и условном творческом хаосе), которая была возможна в ту эпоху на имеющихся когнитивных способностях под разные, открываемые человеком для себя Логики Бытия.

При становлении культуры в ней определяются в своей зачаточной форме нофукомы, с которыми первые люди поведенчески самореализуются. Это фронтовая нофукома, деловая нофукома, рецепторно-сенсорная нофукома и ролевая нофукома.

В созревающей фронтовой нофукоме первые люди учатся

– обслуживать свой организм, лечить его, помогать ему бороться с трудностями жизни (совершенствуют одежду и обувь):

– отдаваться семейной жизни (самки заботливо выращивают своё потомство, охраняют его и обучают своим примером, а самцы оберегают и спонсируют свои семьи);

– участвовать в общественной жизни (здесь гоминиды проявляют всё большую самоорганизованность друг под друга, как могут отлаживают внутреннюю жизнь своего сообщества, вырабатывают образцы эффективной коммуникации и ведут экспансию на соседние группы…);

– новым технологиям (копят навыки создавать и поддерживать свою техносферу):

– лучше понимать и знать природу (шире и разнообразнее познают окружающую Природу, нарабатывают свою Картину мира).

– на фронте «внутренний мир» проявляют свою экспансию простейшим рефлекторным образом: если они чувствуют, что у них недостаточно знаний, чтобы быть уверенными в какой – то обстановке или на новом месте, они проявляет поисковую активность и собирают нужные знания. Впрочем, эту способность они унаследовали от животных. [9]

Как первобытные люди проявляли свою активность в других созревающих нофукомах, ты, Читатель, можешь себе хорошо представить и сам.

Десятое. Появляется менталитет – общая (надситуационная) программная организованность субъекта, с которой он самореализуется в жизни. Менталитет (вариант: ментальность) – это цельная характеристика субъекта как индивидуальности, которая сформирована всеми факторами его рождения, становления и прожитого существования. Менталитет – это стиль жизни субъекта (человека или общества), со своей типажностью, стандартностью и даже шаблонностью.

Одиннадцатое. К концу эпохи «пускового» культурогенеза окончательно определяется различие между хаосом текущего культурного воспроизводства и хаосом приращения культуры («текущим» культурогенезом).

Эволюция идёт так, что своими обратными связями выдерживает баланс между внутренней упорядоченностью и творческим хаосом приращения новизны. То есть в социуме должна быть своя доля живущих в русле традиций консервативных людей, которые бы ревностно охраняли и соблюдали существующие культурные достижения. (Мы помним, что общество, как и любая биологическая система, есть прежде всего циклично функционирующая система.) И в то же время, в обществе не должно быть слишком много всяких творцов и новаторов, которые своими инициативами (как слишком большим творческим хаосом) могли бы расшатать культурную (цикличную) стабильность. Поэтому общество изначально своим большинством консервативно, и только малая доля в нём из культурной элиты проявляет себя изобретателями и новаторами, которым «больше всех надо» не только «вообще», но и прежде всего самим себе вследствие личного интереса. Начала расколотости общества на догматиков и консерваторов с одной стороны, и на либералов, новаторов, реформаторов, вольнодумцев и еретиков с другой стороны, – здесь.

Из-за существующего природного консерватизма большей части общества многие назревшие культурные реформы в последующей истории власть была вынуждена совершать силой. Упирающихся просто ставили перед фактом, а если они отказывались, их наказывали, лишали должностей, социального статуса, даже уничтожали. Если новатор не стоял близко к власти и не имел возможностей эффективно бороться с ретроградами, то ему ничего не оставалось делать, как ждать, пока они состарятся, отойдут от дел и потеряют былое влияние. А пока «втихую» работать с молодёжью, которая рвётся сделать карьеру, и которая любые новинки, могущие этому способствовать, она воспринимает с интересом.

Двенадцатое. Так как первобытным людям сознавать ценность стабильности своей жизни проще, чем сознавать ценность её постоянного развития (да и о том, как развиваться, они ещё не имеют никаких представлений), то все общества с первобытными культурами, что называется, крепко консервативны. Со своим простейшим мистическим сознанием первобытные люди боятся всего нового и необычного, ибо видят в этом потенциальную опасность разрушения их образа жизни. В конце эпохи «пускового» культурогенеза и в начале «текущего» культурогенеза развитие обществ с первобытной культурой идёт очень медленно: новые культурные достижения члены общества осваивают через подсознание и своеобразными «малыми порциями», в которых они не видят угрозу существующим обычаям и традициям.

Хаос приращения культуры оказался противопоставлен психической и когнитивной защите существующих культурных норм, на которых, собственно говоря, и зиждется текущее культурное воспроизводство. С такой защитой люди к любой существенной культурной новинке относятся настороженно и в первую очередь проявляют себя как самозащищающиеся системы и «отбрасывают» то, что им «навскидку» незнакомо, непонятно и ненужно. А ещё своими быстрыми и фундаментальными рефлексами их рептильный мозг блокирует то, для осмысления чего мозгу нужно проявить значительные умственные усилия, на которые он, как всячески экономящая свои ресурсы система, тратиться не спешит. Благодаря такой защите зарождающийся социум спасает себя от возможных внутренних и внешних культурных девиаций и флуктуаций, которые могут «расшатать» существующие культурные нормы и нанести, таким образом, вред. Поэтому, если кто-то какое-то новое культурное достижение и предлагает, то его место в культуре как «общепризнанное» и работающее на всех (а не на одного своего изобретателя) он утверждает только с боем, оттесняя устаревшие на его фоне прежние достижения. Тем более со своим культурным потенциалом любой субъект экспансивен, а культурный прогресс заключается в том, чтобы консервативно живущие люди не просто отказались от устаревшего культурного образца, а осознали его несовершенство и с желанием (или осознанием необходимости) заменили его новым культурным образцом. Именно с желанием или с осознанием, самоорганизуясь по-новому, ибо под внешним давлением никакая культурная самоорганизация не происходит, тем более самая сложная – когнитивная. Людей нельзя заставить силой думать по-новому, если они этого не захотят сами, не переступят через свою психическую защиту и не задействуют кроме рептильного мозга свой неокортекс, который стоит выше скоропалительных защитных рефлексов и несравненно более рассудителен. Если же у человека неокортекс сравнительно слаб, он может так и остаться под влиянием рептильного мозга, и тогда такой страдалец проявляет не просто консервативность, а тупую упёртость. А что от него можно хотеть, если со слабым неокортексом он живёт как биологический автомат, запрограммированный с детства существующими культурными установками? Природа создала субъекта (человека, группу, нацию) таким, что его нельзя когнитивно перепрограммировать помимо его воли! [10]

Сознаваемое или сознательное сохранение людьми своей культуры (а тем более отстаивание её в культурной конкуренции) – признак культуры.

Тринадцатое. К концу эпохи «пускового» культурогенеза в каждом зародившимся социуме создаётся своё «культурное ядро». Очевидно, что система неокортексов существует и эволюционирует как постоянно обновляющаяся (в смене поколений) система, являющаяся материальным носителем культуры. Если людей как индивидуальных носителей культуры много, то она стабильна, если мало – то может утратить свою стабильность, начать деградировать и поги бнуть. Социум неоднороден, он не несёт в себе культуру во всём своём объёме. Очевидно, что далеко не каждый член общества может быть полноценным носителем культуры. В социуме есть молодёжь, только усваивающая культуру, и есть пожилые люди, которые при старческой деградации мозга уже не могут передавать культурные нормы потомкам. Есть просто слабые душой и телом люди, которым не до культурных ценностей, – им бы просто выжить. Культурой владеет своеобразное «культурное ядро» социума. Это культурное ядро составляют те члены социума, которые не только хранят культуру, но и постоянно наращивают новые знания, новые навыки и возможности. Для того, чтобы член общества состоялся носителем культуры, его физические, когнитивные и психические способности должны быть как минимум не ниже средних. Так же при взрослении он должен хорошо усвоить и запомнить культурные нормы и достижения (и сам должен жить ими), чтобы при необходимости транслировать их сородичам своим примером или в общении. В культу р-ном ядре обозначается своя интеллектуальная элита, которой эволюция отводит роль «двигателей» культуры или служителей «текущего» культурогенеза. В эту элиту входят самые талантливые члены общества с сильным творческим характером, способные не только что-то новое придумать, но и утвердить это в жизни.

Четырнадцатое. Появившийся социальный гиперцикл с выстроенным на культуре взаимодействием людей, с их высокой социальной сплочённостью, с появившимися техносферными новинками (в том числе прирученным огнём) и со своей жизненной экспансией быстро занял самый верх в трофической пирамиде Жизни.

2.4. Владение понятием «культура» в доноосферной науке и философии

Слово «cultura» мы впервые встречаем в трактате о земледелии «De Agri Cultura» (ок. 160 г. до н. э.) Марка Порция Катона Старшего (234–149 г. до н. э)

Совершая любой транскультурный переход, мы должны хорошо представлять не только к чему мы намерены прийти, но и от чего мы уходим. В нашем случае, то есть в случае ноосферного транскультурного перехода, мы уходим о понимания того, что такое «культура» в рамках современного, доноосферного состояния культуры. Освежим его по текстам современных учебников по культурологии, словарей, справочников, энциклопедий и сайтов.

Из истории слова и понятия «культура».

В Древней Греции близким к термину культура являлся термин «пайдейя», которым выражали понятие «внутренней культуры», или «культуру души».

Римляне употребляли слово «культура» с каким-нибудь объектом в родительном падеже, то есть только в словосочетаниях, означающих совершенствование, улучшение того, с чем сочеталось: «culture juries» – выработка правил поведения, «culture lingual»– совершенствование языка и т. д. [11]

Римский оратор и философ Марк Туллий Цицерон в своих «Тускуланских беседах» употребил слово культура в переносном значении, назвав философию «культурой души» («cultura animae»), иначе, он считал, что человек, занимающийся философией, обладает культурой духа и ума.

Предположу, что такое употребление слова «культура» означало понимание в нём генезисного характера.

Проблематикой культуры первыми начали заниматься софисты, сформулировав антиномию природного и нравственного (отождествляемого с культурой): так, согласно Гиппию, человеческие установления (обычаи, законы)… насилуют нас часто вопреки природе (цитата по книге: Гомперц Т., Греческие мыслители, т. 1, СПБ, 1913, с. 346). Киники (Антисфен, Диоген Синопский) развили это противопоставление до вывода о необходимости возврата к природе, к простоте первобытночеловеческого существования, выступив. т. о., одними из первых критиков культуры. Киническая критика искусственности и испорченности общественного состояния, воспринятая в ослабленном виде стоицизмом, составила неотъемлемый элемент той духовной атмосферы, в которой развивалась общественная мысль раннего христианства и его «теология культуры».

В эпоху Просвещения в значении самостоятельного понятия слово «культура» одним из первых употребил в своих в трудах немецкий юрист и историк Самуэль Пуфендорф (1632–1694). Он употребил этот термин применительно к «человеку искусственному», воспитанному в обществе, в противоположность человеку «естественному», необразованному.

Прошло около столетия, прежде чем сначала в философский и научный, а затем и в повседневный обиход это уже не просто слово, а обобщённое понятие, запустил немецкий просветитель». К. Аделунг, выпустивший в 1782 году книгу «Опыт истории культуры человеческого рода».

Вместе с ним проблематику культуры развивают такие философы, как Дж. Вико, Ж. Ж. Руссо, Ф. Шиллер (учение о «наивной» и «сентиментальной» поэзии как двух фазах в развитии культуры),». Г. Гердер и йенские романтики (идея индивидуального своеобразия национальных культур и отдельных исторических ступеней культурного развития). От Ф. Ницше и отчасти от русских славянофилов можно датировать существование философии культуры в узком смысле – как философское осмысления разных стадий эволюции человеческой культуры. Центр тяжести сосредоточивается теперь на противопоставлении культуры как органической целостности – цивилизации как проявлению механического и утилитарного отношения к жизни (Г. Зиммель, О. Шпенглер, Л. Клагес, Г. Кайзерлинг, Х. Ортега-и-Гасет и др. представители философии жизни (См. Философия жизни), в России – К. Н. Леонтьев, Н. Я. Данилевский, Н. А Бердяев и др.). У Данилевского и Шпенглера эта идея сочетается с постулатом об абсолютной замкнутости и взаимной непроницаемости различных (национальных или исторических) культур, что сопровождалось отрицанием общечеловеческого значения культуры.

Уже свободно и широко пользовавшийся термином «культура» в конце XVIII в.». Г. Гердер (1744–1803), прямо намекал на его латинское происхождение и на этимологическую связь со словом «земледелие». В восьмой книге своего труда «Идеи к философии истории человечества» (1784–1791) он, характеризуя «воспитание человеческого рода» как «процесс и генетический, и органический», писал: «Мы можем как угодно назвать этот генезис человека во втором смысле, мы можем назвать его культурой, то есть возделыванием почвы, а можем вспомнить образ света и назвать просвещением, тогда цепь культуры и света протянется до самых краев земли».[12]

Иммануил Кант, например, противопоставлял культуру умения культуре воспитания. «Внешний, „технический“ тип культуры он называет цивилизацией… Кант видит бурное развитие цивилизации и тревожно отмечает её отрыв от культуры, хотя последняя тоже идёт вперед, но гораздо медленнее. Эта диспропорция является причиной многих бед человечества».[13]

Если созревает учебная, научная или философская дисциплина, то естественно, что вскоре находится мыслитель, который предлагает ей название. Раздел философии, исследующий сущность и значение культуры, немецкий романтик А Мюллер в начале XIX века просто и без затей называет «Kulturphilosophie». При этом он отличает его от философии истории, ибо процесс культурного творчества человечества в своих ритмах (как тогда полагали) не совпадает с фазами исторической эволюции, так и от социологии культуры, которая рассматривает культуру с точки зрения её самореализации в данной системе общественных отношений.

Понятие «культуры» как цивилизации в основном сформировалось в XVIII – начале XIX веков в Западной Европе. В дальнейшем это понятие, с одной стороны, стало использовать для отражения различия между разными группами людей как в самой Европе, так и в различиях между метрополиями и их колониями по всему миру. Отсюда то, что в данном случае понятие «культуры» является эквивалентом «цивилизации», то есть антиподом понятия «природа». Такое использование понятия «культура» позволяло классифицировать людей и страны по уровню цивилизованности. Было осознано, что культура тесно связана с социальным развитием и прогрессом в обществе, но дальше? Так, Мэтью Арнольд (1822–1888), английский поэт и культуролог определил культуру как «результат постоянного совершенствования, вытекающего из процессов получения знаний обо всём, что нас касается, её составляет всё лучшее в мире, что было сказано и помыслено», а всё, что не попадает в это определение, – хаос и анархия.

На практике понятие культуры начали относить ко всем лучшим изделиям и поступкам, в том числе в области искусства. С этой точки зрения, понятием «культурный» были охвачены люди, каким-либо образом связанные с этими областями. Однако в рамках такого мировоззрения, существует своё течение – где менее «культурные» люди рассматриваются, во многом, как более «естественные», а «высокой» культуре приписывается подавление «человеческой природы». Такая точка зрения встречается в работах многих авторов уже начиная с XVIII-го века.

Стремление избавиться от релятивизма и скептицизма в осмыслении культуры привело А. Тойнби (1889–1975) к возрождению религиозно-философских идей Августина. Вносит свой вклад в философию культуры и С. Л. Франк (1877–1950), представляя культуру и цивилизацию в качестве различных, одновременно присутствующих необходимых уровней в развитии культуры.

Что касается марксистов, то они все проблемы, связанные с осмыслением культуры (взаимоотношение общества и природы, преемственность в развитии форм общественного сознания, соотношение между развитием духовного и материального производства и др.), рассматривали в составе своего исторического материализма. В нём они трактовали культуру как исторически определённый уровень развития общества и человека, как явление общечеловеческое и классовое, обусловленное общественно-экономическими формациями, со сменой которых происходит изменение типов культуры; при этом новая культура усваивает и перерабатывает достижения предшествующей.

В России в XVIII в. и в первой четверти XIX в. лексемы «культура» в составе русского языка ещё не было, о чём свидетельствует, например, составленный Н. М. Яновским «Новый словотолкователь, расположенный по алфавиту» (СПб., 1804. Ч. II. От К до Н. С. 454). Двуязычные словари предлагали возможные варианты перевода слова на русский. Двум немецким словам, предложенным Гердером в качестве синонимов для обозначения нового понятия, в русском языке соответствовало только одно – просвещение.

Словом «культура» россияне начали пользоваться лишь с середины 30 – х годов XIX века. Так, оно есть в выпущенной». Ренофанцем в 1837 году «Карманной книжке для любителя чтения русских книг, газет и журналов».[14] В нём есть два значения лексемы: во-первых, «хлебопашество, земледелие»; во-вторых, «образованность».[15]

За год до выхода в свет словаря Ренофанца, из определений которого явствует, что слово культура ещё не вошло в сознание общества как научный термин или как философская категория, в России появилась работа, автор которой не только обратился к понятию культура, но и дал ему развернутое определение и теоретическое обоснование. Речь идет о сочинении академика и заслуженного профессора Императорской Санкт-петербургской медико-хирургической академии Данилы Михайловича Велланского (1774–1847) «Основные начертания общей и частной физиологии или физики органического мира». Именно с данного натурфилософского труда ученого-медика и философа-шеллингианца следует вести отсчет не только введению в научный обиход термина «культура», но и становлению собственно культурно-философских идей в России.

«Природа – возделанная духом человеческим, есть Культура, соответствующая Натуре так, как понятие сообразно вещи. Предмет Культуры составляют идеальные вещи, а предмет Натуры суть реальные понятия. Деяния в Культуре производятся со сосведением, произведения в Натуре происходят без сосведения. Посему Культура есть идеального свойства, Натура имеет реальное качество. Обе, по их содержанию, находятся параллельными; и три царства Натуры: ископаемое, растительное и животное, соответствуют областям Культуры, заключающим в себе предметы Искусств, Наук и Нравственного Образования».[16]

«Вещественным предметам Натуры соответствуют идеальные понятия Культуры, которые, по содержанию их знаний, суть телесного качества и душевного свойства. Объективные понятия относятся к исследованию физических предметов, а субъективные касаются происшествий духа человеческого и эстетических его произведений».[17]

В России в XIX–XX веках сопоставление природы и культуры в труде Велланского не есть классическое противопоставление природы и «второй природы» (рукотворной), но соотнесение реального мира и его идеального образа. Культура – это духовное начало, отражение Мирового Духа, которое может иметь и телесное воплощение, и воплощение идеальное – в отвлеченных понятиях (объективных и субъективных, судя по предмету, на который направлено познание).[18]

Сходные идеи развивал Николай Бердяев:

«Культура связана с культом, она из религиозного культа развивается, она есть результат дифференциации культа, разворачивания его содержания в разные стороны. Философская мысль, научное познание, архитектура, живопись, скульптура, музыка, поэзия, мораль – все заключено органически целостно в церковном культе, в форме ещё не развернутой и не дифференцированной. Древнейшая из Культур – Культура Египта началась в храме, и первыми её творцами были жрецы. Культура связана с культом предков, с преданием и традицией. Она полна священной символики, в ней даны знаки и подобия иной, духовной действительности. Всякая Культура (даже материальная Культура) есть Культура духа, всякая Культура имеет духовную основу – она есть продукт творческой работы духа над природными стихиями».[19]

Расширил и углубил толкование слова «культура» его современник, русский художник, философ, публицист, археолог, путешественник и общественный деятель – Николай Константинович Рерих, посвятивший большую часть своей жизни развитию, распространению и защите культуры. Он не раз называл Культуру «почитанием Света», а в статье «Синтез» даже разложил лексему на части: «Культ» и «Ур»: Культ всегда останется почитанием Благого Начала, а слово Ур нам напоминает старый восточный корень, обозначающий Свет, Огонь. [20]

В этой же статье он пишет: «.. Теперь же хотелось бы уточнить определение двух понятий, с которыми ежедневно приходится сталкиваться в обиходе нашем. Многозначительно приходится повторять понятие о Культуре и цивилизации. К удивлению, приходится замечать, что и эти понятия, казалось бы, так уточнённые корнями своими, уже подвержены перетолкованиям и извращению. Например, до сих пор множество людей полагает вполне возможным замену слова «культура» словом «цивилизация». При этом совершенно упускается, что сам латинский корень «культ» имеет очень глубокое духовное значение, тогда как «цивилизация» в корне своём имеет гражданственное, общественное строение жизни. Казалось бы, совершенно ясно, что каждая страна проходит степень общественности, то есть цивилизации, которая в высоком синтезе создаёт вечное, неистребимое понятие Культуры. Как мы видим на многих примерах, цивилизация может погибать, может совершенно уничтожаться, но Культура в неистребимых духовных скрижалях создаёт великое наследие, питающее будущую молодую поросль.

Каждый производитель стандартных изделий, каждый фабрикант, конечно, является уже цивилизованным человеком, но никто не будет настаивать на том, что каждый владелец фабрики уже непременно есть культурный человек. И очень может оказаться, что низший работник фабрики может быть носителем несомненной Культуры, тогда как владелец её окажется лишь в пределах цивилизации. Можно легко себе представить «Дом Культуры», но будет очень неуклюже звучать: «Дом Цивилизации». Вполне определительно звучит название «культурный работник», но совсем иное будет обозначать – «цивилизованный работник». Каждый профессор университета вполне удовлетворится названием культурного работника, но попробуйте сказать почтенному профессору, что он работник цивилизованный; за такое прозвище каждый учёный, каждый творец почувствует внутреннюю неловкость, если не обиду. Мы знаем выражения «цивилизация Греции», «цивилизация Египта», «цивилизация Франции», но они нисколько не исключают следующего, высшего в своей нерушимости, выражения, когда говорим о великой Культуре Египта, Греции, Рима, Франции…» [21]

Андрей Белый – русский писатель, поэт, критик, стиховед, один из ведущих деятелей русского символизма ХХ в. пытался осмыслить культуру как категорию. Он зафиксировал возникновение в обществе «проблемы культуры в собственном смысле». Открывая первый сборник своих теоретических трудов «Символизм» (М., 1910) статьей «Проблема культуры», он писал: «Вопрос о том, что такое культура, есть вопрос наших дней». По его мнению, «разрешение этого вопроса не может не внести переоценки в постановку вопросов философии, искусства, истории и религии». [22]

Что касается антропологии, то в ней обращает на себя внимание течение, в котором культура была представлена системой символов с функцией адаптации, способной меняться от одного места к другому. Приверженцы этого течения проводили различие между «материальной культурой» и «символической культурой», полагая, что эти понятия не только отражают различные сферы деятельности человека, но и то, что они содержат различные исходные данные, требующие различных подходов при анализе. Сторонники такого взгляда на культуру (получившего распространение в промежутке между двумя мировыми войнами), считали, что каждая культура имеет свои границы и её следует рассматриваться как единое целое с использованием собственных положений. В результате этого появилось понятие «культурного релятивизма». С его позиций один человек может принять действия другого человека, используя понятия его культуры, а элементы его культуры (обряды и т. д.) – через понимание системы символов, частью которых они являются.

Человек хочет не только быть культурным, ему мало знать, что такое «культура», он стремится к культурному развитию без кризисов. Чтобы избежать их, он ищет пути, и важнейший из них – стараться наиболее полно и точно понимать, что такое культура. А значит для этого надо вырабатывать однозначные определения, чтобы на их основе находить взаимопонимание в культурном общении, сотрудничестве и соперничестве.

Человек с его концептным (= концептуальным) мышлением хочет понять любое явление через предельно сжатое определение, в котором изложена его идея, суть или смысл. К сожалению, на доноосферном этапе развития мышления и самопознания человечеству в познании культуры ещё не суждено подняться до желаемой эпистемологической высоты, и поэтому такого предельно «сжатого» определения культуры по её сути оно не выработало. Все имеющиеся определения культуры на сегодня (а их несколько сотен) описательны и объяснительны, а потому объёмны и громоздки. Понятие «культура» оказалась «крепким концептуальным орешком» для доноосферн ого мышления. Но ноосферное мышление – это особенное мышление.

Чтобы этот «орешек» расколоть, мыслители современности действовали двумя путями:

1. Выработкой возможно более точных и полных определений для учебников, словарей, справочников и энциклопедий и

2. Созданием научных работ, в которых с предельной четкостью и узкой конкретизации собирали и выражали самые существенные и характерные признаки культуры. Сторонники этого направления, сознавая, что изучением культуры занимаются многие науки (история, археология, социология, этнография, искусствоведение, антропология и др.), что существует несколько сот различных определений того, что можно назвать культурой, десятки подходов к ее изучению, теоретических концепций, моделей культуры, сочли наилучшим отказаться от идеи поиска и утверждения какого-либо осмысления культуры как единственно верного. Они занимаются выделением и систематизацией наиболее распространенных и перспективных в научном и практическом отношениях точек зрения на культуру.

На эти две тенденции в исследовании и понимании культуры наложилось ещё и то, что мыслители, которые этим понятием пользовались и так или иначе с ним работали, служили разным наукам. Это этнографы и историки, философы и социологи, искусствоведы и богословы, в общем – служители всех гуманитарных дисциплин. И в каждой науке понятие «культура» они раскрывали и истолковывали по-своему. В этом многообразии некоторые определения не то что не были согласованы между собой, они даже противоречили друг другу. И как могло быть иначе, если

– сам предмет постижения как феномен культуры имеет исключительную сложность, уровневость и многомерность,

– у каждой науки есть своя специфика,

– в каждой науке проявляются различия в мировоззрениях и Картинах мира различных учёных и различных научных школ, а так же

– феномен культуры рассматривали мыслители с разными когнитивными культурами, разными сочетаниями этих культур (богословы, эзотерики, философы, учёные, историки…).

Чтобы ты, читатель, представил, насколько огромным и пёстрым является существующий спектр определений культуры, вот на твоё усмотрение его малая часть:

– «общий объём творчества человечества» (Даниил Андреев);

– «продукт играющего человека!» (Й. Хёйзинга);

– «исторически определённый уровень развития общества и человека, выраженный в типах и формах организации жизни и деятельности людей, а также в создаваемых ими материальных и духовных ценностях» (БСЭ);

– «совокупность генетически ненаследуемой информации в области поведения человека» (Ю.М.Лотман);

– «Культура есть практическая реализация общечеловеческих и духовных ценностей». [23]

– «вся совокупность внебиологических проявлений человека»; [24]

– признанный значимый уровень в областях изящных искусств и наук – элитарная культура.

– набор знаний, верований и поведений, который основан на символическом мышлении и социальном обучении. Как основу цивилизаций различают культуры в периодах изменчивости доминантных маркеров: периодов и эпох, способов производства, товарно-денежных и производственных отношений, политических систем правления, персоналий сфер влияния и т. д.

– «Культуру, в том числе наиболее блистательные и впечатляющие её проявления в виде ритуальных и религиозных служб, можно интерпретировать как иерархическую систему приспособлений и устройств для отслеживания параметров среды». (Э. О. Уилсон);

– способы, технологии, методы создания культурных явлений (культуротворческая человеческая деятельность), которые вводят человека в так называемый технологический аспект культуры;

– совокупность самых первых и высших духовных и материальных ценностей;

– то из созданного людьми, в чем глубинные качества и возможности человека проявились максимально полно, совершенно и выразительно;

– способы сохранения, распределения и использования культурных ценностей;

– явление, имеющее особое значение в жизни человека и общества. Это значение проявляется в социальных функциях культуры;

– деятельность, выполняющая познавательную функцию, которая помогает получать знания о человеке и окружающем мире. В первую очередь, данную функцию выполняет наука как специфический фрагмент культуры общества;

– деятельность, которая служит целям преобразования природы, что осуществляется с помощью знаний и орудий труда и соответствующих навыков;

– «вместилище» ценностей, то есть имеющих социальное значение продуктов духовно-практической деятельности человека – идей, образов, идеалов, социальных норм, искусственных предметов;

– Культура – искусственная среда (В. П. Комаров, Факультет «Системы управления, информатики, электроэнергетики», МАИ);

– Культура – это позитивный опыт и знания человека или группы людей, ассимилированный в одной из сфер жизни (в человеке, в политике, в искусстве и т. д.);

– культура это главный механизм адаптации человека к внешнему миру;

– особая функция, которая формирует человеческое начала в человеке – высокие потребности и благородные поступки. Без приобщения к культуре нет, и не может быть воспитанного и умелого человека. Культура – это предметное (материальное и духовное) воплощение творческой сущности человека как субъекта общественной жизни и истории. Формируясь, культура становится подлинным основанием и условием существования человека и общества.

Что же касается определений из словарей, справочников и энциклопедий, то вот некоторые примеры из самых известных и «центровых» изданий:

Вот определение из Большой Советской Энциклопедии:

Культура – исторически определённый уровень развития общества и человека, выраженный в типах и формах организации жизни и деятельности людей, а также в создаваемых ими материальных и духовных ценностях. Понятие К. употребляется для характеристики материального и духовного уровня развития определённых исторических эпох, общественно-экономических формаций, конкретных обществ, народностей и наций (например, античная К., социалистическая К., К. майя), а также специфических сфер деятельности или жизни (К. труда, художественная К., К. быта). В более узком смысле термин «К.» относят только к сфере духовной жизни людей.

Оно, конечно, есть образец своей эпохи, но так как это определение весьма прилично отдаёт антикварным «душком» уже порядком устаревшего марксизма-ленинизма, обратимся к более свежим образцам, например из Новейшего Философского словаря (А.А.Грицанов, 1999):

Культура – система исторически развивающихся надбиологических программ человеческой деятельности, поведения и общения, выступающих условием воспроизводства и изменения социальной жизни во всех её основных проявлениях. Программы деятельности, поведения и общения, составляющие корпус К., представлены многообразием различных форм: знаний, навыков, норм и идеалов, образцов деятельности и поведения, идей и гипотез, верований, социальных целей и ценностных ориентации и т. д. В своей совокупности и динамике они образуют исторически накапливаемый социальный опыт. К. хранит, транслирует (передает от поколения к поколению) и генерирует программы деятельности, поведения и общения людей. В жизни общества они играют примерно ту же роль, что и наследственная информация (ДНК, РНК) в клетке или сложном организме; они обеспечивают воспроизводство многообразия форм социальной жизни, видов деятельности, характерных для определенного типа общества, присущей ему предметной среды (второй природы), его социальных связей и типов личностей – всего, что составляет реальную ткань социальной жизни на определенном этапе её исторического развития.

Заметим, что так называемому «Новейшему» словарю А.А.Грицанова уже более 20 лет, а это в нашей быстро текущей эпохе многовато. А вот и определение из нашей любимой Википедии, авторы и соавторы которой стараются не отставать от последних научных достижений:

Культура (от лат. cultura – возделывание, позднее воспитание, образование, развитие) – понятие, имеющее огромное количество значений в различных областях человеческой жизнедеятельности. Культура является предметом изучения философии, культурологии, истории, искусствознания, лингвистики, политологии, этнологии, психологии, экономики, педагогики и др. В основном, под культурой понимают человеческую деятельность в её самых разных проявлениях, включая все формы и способы человеческого самовыражения и самопознания, накопление человеком и социумом в целом навыков и умений. Культура предстаёт также проявлением человеческой субъективности и объективности (характера, компетентностей, навыков, умений и знаний). Культура представляет собой совокупность устойчивых форм человеческой деятельности, без которых она не может воспроизводиться, а значит – существовать. Культура – это набор правил, которые предписывают человеку определённое поведение с присущими ему переживаниями и мыслями, оказывая на него, тем самым, управленческое воздействие. Источником происхождения культуры мыслится человеческая деятельность, познание и творчество.

Напоследок определение из Оксфордского толкового словаря (как там с культурой понимания культуры у наших англосаксонских коллег?):

Культура – 1. Система информации, в которой кодируется способ, которым люди в организованной группе, обществе или нации взаимодействуют со своим социальным и физическим окружением. В этом смысле термин употребляется для обозначения набора правил, моральных норм и способов взаимодействия внутри группы. Основной смысл здесь заключается в том, что культура рассматривается как то, что не передается по наследству. Каждый член общества должен изучать систему и структуру своей культуры. 2. Группа или собрание людей, которые владеют одной и той же системой, описанной в 1.

В том, как сегодня владеет человечество понятием «культура», проявляется вся его доноосферная культура мышления. Понятие «культура» сегодня так широко и разнообразно, столько в него уже «втиснуто», что мы уже не представляем его без таких сопутствующих ему «родственных» понятий как «монокультура», «поликультура», «транскультура», «субкультура» и др. Их мы обязательно рассмотрим ниже.

По методологическому подходу эта глава – как глоток сомелье для определения качества вина из бочки. Чтобы узнать, хорошо ли вино, не надо выпивать всю бочку – достаточно это вино попробовать. Так и здесь: нет смысла анализировать все существующие определения и характеристики культуры, все варианты владения понятием «культура» в доноосферной науке и философии, надо лишь взять репрезентативный материал, с которым можно будет сделать принципиальные выводы. [25]

Особенности доноосферного понятия «культура» с позиций ноосферного мышления будут специально рассмотрены и проанализированы в главе 2.6. Воспользуемся для этого той осознанной рефлексией, которая есть в ноосферном мышлении.

2.5. Определение понятия «культура» в доноосферной культурологии

…Во всех рассмотренных определениях есть своё рациональное зерно, каждое из них указывает на какие-то более или менее существенные черты культуры. В то же время можно указать и на недостатки каждого определения, на его принципиальную неполноту. Как правило, эти определения не являются взаимоисключающими, но простое суммирование их не даёт никакого позитивного результата.

Т.Г. Грушевицкая, А.П.Садохин [26]

Чтобы понимать, что такое «культура», мыслители напряглись, и в прошлом веке создали специальную научную дисциплину – культурологию. Датой её рождения считают 1931 г., когда американский профессор Лесли Уайт впервые прочел курс культурологии в Мичиганском университете. С этого момента постижение того, что такое «культура» было поставлено не просто на системную, но на научную основу. Заявив о себе, культурологи всех мастей подавляющую часть исследований того, что такое «культура», сосредоточили в русле своего предмета.

У нас в России есть очень хороший и обстоятельный учебник по культурологии Т.Г. Грушевицкой и А.П.Садохина, в который я предлагаю заглянуть. Как на взгляд профессиональных культурологов обстоит дело с определением того, что такое «культура»? Читаем:

«В современной культурологии принято выделять три подхода в определении культуры – антропологический, социологический и философский.

Суть антропологического подхода – в признании самоценности культуры каждого народа, лежащей в основе образа жизни как отдельного человека, так и целых обществ. Это означает, что культура представляет собой способ существования человечества в виде многочисленных локальных культур. Данный подход ставит знак равенства между культурой и историей всего общества.

Социологический подход рассматривает культуру как фактор образования и организации жизни общества. Организующим началом считается система ценностей каждого общества. Культурные ценности создаются самим обществом, но они же затем и определяют развитие этого общества. Над человеком начинает господствовать то, что создано им самим.

Философский подход стремится выявить определенные закономерности в жизни общества, установить причины зарождения и особенности развития культуры. В рамках этого подхода не просто дается описание или перечисление явлений культуры, но идёт проникновение в их сущность. Как правило, сущность культуры видят в сознательной человеческой деятельности по преобразованию окружающего мира для удовлетворения потребностей.

Но выделение всего трех подходов к определению культуры не представляется удачным, так как каждый из этих подходов, в свою очередь, даёт разные варианты определений. Поэтому была разработана более развёрнутая классификация, в основу которой заложен первый анализ определений культуры, сделанный А. Крёбером и К. Клакхоном. Они разделили все определения культуры на шесть основных типов, причём некоторые из них в свою очередь разделили на подгруппы.

В первую группу они включили описательные определения, которые делали упор на перечисление всего того, что охватывает понятие культуры. Родоначальник такого типа определений

Э. Тайлор утверждал, что культура представляет собой совокупность знаний, верований, искусства, нравственности, законов, обычаев и некоторых других способностей и привычек, усвоенных человеком как членом общества.

Вторую группу составили исторические определения, акцентирующие процессы социального наследования и традиции. Они подчеркивают, что культура является продуктом истории общества и развивается путём передачи приобретённого опыта от поколения к поколению. Данные определения исходят из представлений о стабильности и неизменности социального опыта, упуская из виду постоянное появление новаций. Примером подобных определений может служить определение, данное лингвистом Э.Сепиром, для которого культура – это социально унаследованный комплекс способов деятельности и убеждений, составляющих ткань нашей жизни.

В третью группу были объединены нормативные определения, утверждающие, что содержание культуры составляют нормы и правила, регламентирующие жизнь общества.

В четвертую группу вошли психологические определения, делающие упор на связь культуры с психологией поведения людей и видящие в ней социально обусловленные особенности человеческой психики.

Пятую группу составили структурные определения культуры, делающие акцент на структурной организации культуры. Таково определение антрополога Р. Линтона: культура – это организованные повторяющиеся реакции членов общества; сочетание наученного поведения и поведенческих результатов, компоненты которых разделяются и передаются по наследству членами данного общества.

В последнюю, шестую группу входят генетические определения, рассматривающие культуру с точки зрения её происхождения. В соответствии с этим определением культура – это продукты человеческой деятельности, мир искусственных вещей и явлений, противостоящий естественному миру природы.

Со времени классификации Крёбера и Клакхона прошло полвека. С тех пор культурология ушла далеко вперед. Но работа, выполненная этими учеными, до сих пор не утратила своего значения. Поэтому современные авторы, классифицирующие определения культуры, как правило, лишь расширяют их список. Учитывая современные исследования, в него можно добавить ещё две группы определений.

В первую группу можно занести социологические определения культуры, которые понимают её как фактор организации общественной жизни, как совокупность идей, принципов и социальных институтов, обеспечивающих коллективную деятельность людей. Такой тип определений акцентирует внимание не на итогах культуры, а на процессе, в ходе которого человек и общество удовлетворяют свои потребности. Такие определения популярны и приводятся в рамках деятельностного подхода. Эти определения можно разделить на две подгруппы, первая из которых делает упор на общественную деятельность людей, а вторая – на развитие и самосовершенствование человека. Примером первого подхода могут служить определения Э.С. Маркаряна, М.С. Казана, В.Е. Давидовича, Ю.А. Жданова, согласно которым культура понимается как система внебиологически выработанных (то есть не передающихся по наследству и не заложенных в генетическом механизме наследственности) средств осуществления человеческой деятельности, благодаря которой происходит функционирование и развитие общественной жизни людей. Это определение фиксирует необходимость воспитания и образования человека, а также его жизнь в обществе, в рамках которого он только и может существовать и удовлетворять свои потребности, как часть общественных потребностей.

Во вторую группу можно отнести подходы В.М. Межуева и Н.С. Злобина. Они определяют культуру как исторически активную творческую деятельность человека, развитие самого человека в качестве субъекта деятельности, превращение богатства человеческой истории во внутреннее богатство человека, производство самого человека во всем многообразии и многосторонности его общественных связей.

Несколько особняком в этом множестве стоят функциональные определения культуры, характеризующие её через функции, выполняемые ею в обществе, а также рассматривают единство и взаимосвязь этих функций. Например, среди специалистов по межкультурной коммуникации очень популярно короткое, но ёмкое определение Э. Холла: культура – это коммуникация, коммуникация – это культура. Подобные определения есть и у российских культурологов. Среди них следует назвать одного из крупнейших отечественных философов М.М.Бахтина, автора диалоговой концепции культуры. Он исходил из той идеи, что культура не существует сама по себе, а проявляется только во взаимодействии с другими культурами. Любая культура имеет зрителя или исследователя, [27] который не является каким-то абстрактным субъектом, наблюдающим за культурой с позиций бесстрастного автомата, фиксирующего любые ее проявления. Он сам является частью какой-то культуры и, исследуя другую культуру, постоянно соотносит её язык с символами и смыслами своей культуры. Поэтому даже внутри собственной культуры мы находимся в постоянном диалоге с ней. [28]

А теперь, дорогой мой Читатель, вернись к словам авторов, вынесенных в эпиграф.

Что же мы видим? Целый арсенал подходов есть, а единого, понятного, достаточно краткого определения, что же такое «культура», нет.

И как жить дальше?

Чтобы ты прочувствовал, насколько тяжело живётся современным культурологам, прими к сведению определение культуры из фундаментального труда «Культурология. Энциклопедия. В 2х томах. Главный редактор, составитель и автор проекта Я. Левит. – СПб.: Университетская книга; ООО «Алетейя», 1998. 908 с.

Вот как в нём раскрыто, что такое «культура»:

«Культура – совокупность искусственных порядков и объектов, созданных людьми в дополнение к природным, заученных форм человеческого поведения и деятельности, обретенных знаний, образов самопознания и символических обозначений окружающего мира. Культура есть “возделанная” среда обитания людей, организованная посредством специфических человеческих способов (технологий) деятельности и насыщенная продуктами (результатами) этой деятельности; мир “возделанных” личностей, чье сознание и поведение мотивируется и регулируется уже не столько биол., сколько социальными интересами и потребностями, общепринятыми нормами и правилами их удовлетворения; мир “упорядоченных” коллективов людей, объединенных общими экзистенциальными ориентациями, социальными проблемами и опытом совместной жизнедеятельности; мир особых нормативных порядков и форм осуществления деятельности и образов сознания, аккумулированных и селектированных социальным опытом на основании критериев их приемлемости по социальной цене и последствиям, их допустимости с точки зрения поддержания уровня социальной консолидированности сообществ и воплощенных в системах социальных целей, ценностей, правил, обычаев, социальных стандартов, технологий социализации личности и воспроизводства сообществ как устойчивых функциональных целостностей, опредмеченных в специфических чертах технологий и продуктов любой социально значимой и целенаправленной активности людей; мир символических обозначений явлений и понятий, сконструированный людьми с целью фиксации и трансляции социально значимой информации, знаний, представлений, опыта, идей и т. п.; мир творческих новаций – способов и результатов познания, интеллектуальных и образных рефлексий бытия и его практического преобразования с целью расширения объемов производства, распределения и потребления социальных благ. Культура является продуктом совместной жизнедеятельности людей, системой согласованных процедур и способов их коллективного существования, деятельности и взаимодействия, обозначений и оценок, консолидации во имя достижения общих целей, упорядоченных правил и социально приемлемых технологий удовлетворения групповых и индивидуальных интересов и потребностей (как материальных, так и познавательных, символических, оценочных), реализуемых в формах человеческой деятельности.

Вместе с тем культура не является механической суммой всех актов жизнедеятельности людей. Культура – прежде всего свод “правил игры” коллективного существования, выработанная людьми система нормативных технологий и оценочных критериев по осуществлению тех или других социально значимых практических и интеллектуальных действий (при различной степени жесткости их нормативной регуляции). В отличие от биол. свойств и потребностей человека нормы культуры не наследуются генетически, а усваиваются только методом научения, и потому вопрос об уровне культуры в обществе сводится к проблеме эффективности такого рода “научения” (т. е. механизмов социализации и инкультурации личности).

Характеризуя основные параметры культуры следует учитывать и то, что человечество, будучи единым биологическим видом, никогда не являлось единым социальным коллективом. Разные популяции людей обитают на Земле как автономные сообщества в заметно различающихся природных и исторических условиях. Необходимость в адаптации к этим условиям привела к сложению столь же разнообразных специфических способов и форм осуществления коллективной жизнедеятельности людей, постепенному формированию целостных системных комплексов подобных форм, своеобразие которых отличает одно сообщество от другого. Такие комплексы специфических способов и форм жизнедеятельности получили название культур соответствующих сообществ (народов).

Т.о., обобщающее понятие «культура» есть не более чем умозрительная категория, отмечающая определённый класс явлений в социальной жизни людей, определённый аспект их совместного существования. Реально на Земле существовало в истории, и существует поныне множество локальных культур отдельных человеческих сообществ как системных комплексов исторически сложившихся форм их социального бытия. Некоторые из этих культур похожи друг на друга в силу их генетического родства или сходства условий возникновения и истории, другие различаются настолько, насколько разнятся условия жизни породивших эти культуры народов. Но “ничейной” культуры или “культуры вообще” в принципе быть не может. Каждая культура воплощает специфический набор способов социальной практики какого-либо конкретного исторические сообщества. Со временем к такого рода популяционной (этнической) дифференциации форм жизнедеятельности добавилось их размежевание по социальным, политическим, конфессиональным и иным параметрам; локальные системы превратились в чрезвычайно сложные и полифункциональные системы по обеспечению коллективного существования и деятельности людей. Основные социальные функции подобных культурных систем связаны с решением задач интеграции и консолидации людей в целях совместного удовлетворения их индивидуальных и групповых потребностей и интересов (или обеспечения условий для такого рода действий); организации людей (структурирования и разделения социальных функций по направлениям деятельности, группам исполнителей и пр.), нормирования и регуляции практики их совместной жизнедеятельности, технологий и результатов их труда, межличностных и групповых взаимодействий и пр.; обеспечения процессов познания окружающего мира, формирования представлений, верований, идей и т. п.; накопления и обобщения социального опыта коллективной жизни, выработки критериев оценки полезности и значимости тех или иных явлений для человека и общества, построения иерархии экзистенциальных ценностных ориентации; формирования стандартов социальной адекватности членов сообщества, образов социальной идентичности и престижности, средств социального вознаграждения или наказания; осуществления социальной коммуникации между людьми, символического обозначения предметов, явлений и процессов окружающего мира, выработки языков и способов обмена информацией, технических средств её фиксации, хранения, тиражирования, трансляции и пр.; разработки механизмов воспроизводства сообщества как социальной целостности посредством межпоколенной трансляции социального опыта, воплощенного в формах и традициях (вербальных и невербальных текстах) данной культуры, и т. п.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Трубецков Дмитрий Иванович (1938–2020) доктор физико-математических наук, профессор, член-корреспондент РАН, ректор Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского 1994–2003 гг., заслуженный деятель науки РФ, один из организаторов Саратовского лицея прикладных наук, руководитель движения «Образование – будущее России», действительный член Международной академии наук высшей школы, член IEEE (США).

Вернуться

2

Лёвин Юрий Иванович (1942–2020) – кандидат физико-математических наук, профессор, декан факультета нелинейных процессов Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского 1990–2020 гг.

Вернуться

3

Исторический рубеж в 40–50 тысяч лет назад – это рубеж, когда вид Homo Sapiens стал окончательно доминирующим видом на планете. Появление этого вида ведут от отметки в 120–150 тысяч лет. Эволюция этого вида и захват им доминирующего положения на планете происходили в конкуренции с неандертальцами.

Вернуться

4

Палагин С.В. Моя/наша идеология. Концептуальный очерк. – Саратов, Научная книга, 2007. С. 15, 23.

Вернуться

5

До середины прошлого века традиционно считали, что у животных нет культуры. Но в 1952 г. японские исследователи, в частности, основатель японской школы приматологии Кинджи Иманиши первым показал существование культуры у обезьян. См. https://antropogenez.ru/article/1088/. С тех пор понятие культуры у животных ввели в научный обиход и сделали предметом исследования.

Вернуться

6

См.: https://studme.org/126311135582/kulturologiya/kulturogenez_kulturnye_protsessy

Вернуться

7

Mithen S. The prehistory of the mind: The cognitive origins of art, history and science. London: Thames & Hudson. 1996.

Вернуться

8

Понятие «ЛПКК» мною предложено как ноосферно переработанная версия понятия «формы общественного сознания». Смотри «Борющийся Ноосферянин…», стр. 135 и дальше.

Вернуться

9

См. например: Поисковое поведение животных / https://scorcher.ru/adaptologiya/interest/interest2.php

Вернуться

10

Это правило остаётся в силе до тех пор, пока слишком хитроумные когнитивные технологи в преддверии ноосферного транскультурного перехода по заказу «сильных мира сего» не придумают технологии подсознательного перепрограммирования мировоззренческих и нравственных установок у интеллектуально пассивных народных масс через СМИ и Интернет.

Вернуться

11

Этимология слова «культура» – Архив рассылки по культурологии

Вернуться

12

Сугай Л. А. Термины «культура», «цивилизация» и «просвещение» в России XIX – начала XX века//Труды ГАСК. Выпуск II. Мир культуры. – М.: ГАСК, 2000. С. 39–53.

Вернуться

13

Гулыга А.В. Кант сегодня //». Кант. Трактаты и письма. М.: Наука, 1980. С. 26

Вернуться

14

Ренофанц». Карманная книжка для любителя чтения русских книг, газет и журналов. СПб., 1837. С. 139.

Вернуться

15

Черных П.Я Историко-этимологический словарь современного русского языка. М., 1993. Т. I. С. 453.

Вернуться

16

Велланский Д.М Основные начертания общей и частной физиологии или физики органического мира. СПб., 1836. С. 196–197.

Вернуться

17

Там же. С. 209.

Вернуться

18

Сугай Л. А. Термины «культура», «цивилизация» и «просвещение» в России XIX – начала XX века//Труды ГАСК. Выпуск II. Мир культуры. – М.: ГАСК, 2000. С. 39–53.

Вернуться

19

Бердяев Н. А. Смысл истории. М.: 1990. C. 166.

Вернуться

20

Рерих Н.К Культура и цивилизация. – М.: 1994. С. 109.

Вернуться

21

Источник: https://roerich-lib.ru/index.php/n-k-rerikh-kultura-i-tsivilizatsiya/ 188-sintez

Вернуться

22

Белый А. Символизм как миропонимание. – М.: Республика, 1994. С 18.

Вернуться

23

Выжлецов Г.П. Аксиология культуры. – СПб.: СПбГУ. 1989. С. 66.

Вернуться

24

Пелипенко А.А., Яковенко И.Г. Культура как система. – М.: Языки русской культуры, 1998. С. 13.

Вернуться

25

Справочный материал для главы взят с сайта https://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/4672 и из других открытых источников.

Вернуться

26

Грушевицкая Т.Г., Садохин А.П. Культурология. Учебник. – М.: 2010. С. 101.

Вернуться

27

Стороннего Наблюдателя и Непосредственного Участника?

Вернуться

28

Грушевицкая Т.Г., Садохин А.П. Культурология. Учебник. – М.: 2010. С. 98 – 102.

Вернуться