Сергей Монастырский
Больничные окна

Серое зимнее утро зажигает окна больницы, стоящей среди возникших сугробов и лишь просторный больничный двор отделяет ее от шумных городских улиц и несущихся по мокрому снегу троллейбусов, и то и дело раздающихся сигналов клаксонов, которые нажимают нетерпеливые водители, подгоняющие двигающиеся впереди автомобили.

А здесь, за заснеженными окнами идет своя тихая, размеренная по внутреннему распорядку жизнь, со своими маленькими и большими историями.

***

Дверь медицинской сестры на шестом этаже терапевтического отделения без стука отворилась.

Наташа, только что успевшая переодеться, привычно, не оборачиваясь, крикнула:

– Занято! – и продолжала раскладывать инструменты.

– Кем это ты занята? – Услышала она вдруг на ухо слова Геннадия и руки его обхватила ее талию.

– Ген! Ты с ума сошел! – испуганно прошептала она, невольно отодвигаясь, – Выйди немедленно, это же не твое отделение.

– Я врач, – ласково прошептал Геннадий, чмокая губами ее в шею, – имею право!

– Ген, ну выйди, – уже слабеющим голосом прошептала Наталья, – Ну не дай бог, кто войдет!

– Ну, извини, – поцеловал ее в шею Геннадий, – не стерпел, соскучился!

– Ген, – ну я же тебя просила! Нам, что, нужны сплетни!?

– Не нужны, правильная ты моя! – проговорил Геннадий отодвигаясь. – Э! стой-ка! Стой-ка!

– Что нибудь не так? – обернулась, наконец, к нему Наташа.

– Еще как не так! – Геннадий не отрывал глаз от ее задницы.

– Ну что там?! – Не выдержала Наташа.

– Там белье больничное, брюки и через них – с ума сойти!

– Ген, пошел бы ты со своими шутками!

– Какие шутки, Натусь. Там такая попка в обтягивающих ее трусах! Сказать, какого цвета?

– Попа?

– Нет, трусы!

– Боже!

– И ты что, хочешь, чтобы это знал не только я, но и каждый, кто выходит из этого кабинета!

– Что-то ты слишком сегодня озабочен. Жена не дала?

– Нет, ну, правда, Наташ! Просто офигеть!

– Ты что, первый раз видишь?

– Обычно ты в халате. А это да, первый раз!

– Ну, все, все, иди! – Наташа бросила взгляд на дверь, быстро поцеловав в щеку, подтолкнула к выходу.

– Ладно! Буду ждать тебя, как всегда, в четыре!

– Ген, ну мы же сегодня не договаривались!

– Ты что, смеешься! Я жду не дождусь!

– Давай, завтра, – Наташа еще что-то хотела возразить, но, взглянув на его лицо, тихо прошептала:

– Уже иду! Не смотри на меня так, а то я прямо здесь....

… Машина Геннадия, как всегда, ждала ее в условном месте недалеко от больницы, но в другом переулке.

Наташа впорхнула на переднее сиденье, и Геннадий инстинктивно потянулся к объятиям.

– Товарищ, соблюдайте конспирацию! Мы люди семейные! – И сама потянулась к нему. И, не выдержав, добавила:

– Я так тебя люблю! Давай скорей, сил нет!

– Дома все в порядке? – поинтересовался Геннадий.

– Сказала, что еду на маникюр. У нас два часа!

– У меня больше, я вроде как, на дежурстве.

– Ну, я уйду, а ты останешься. Засмеялась Наташа.

К постели в своей съемной для свиданий квартире, они просто долетели на ходу срывая друг с друга одежду и белье.

– Господи! И что это сегодня с нами?! – прошептала Наташа, когда они очнулись, тяжело дыша, и держась за руки, лежали рядом.

– Слушай, а мы сегодня о чем-нибудь здесь разговаривали? Улыбнулся Геннадий.

– Нет, хочешь поговорить?

– Не сегодня. У тебя осталось сорок минут.

– Вот что с мужчиной делает попа обтянутая трусами! – засмеялась Наташа.

– Нет, вот что со мной делает моя девочка! И ее попа!

– Ген, – спросила Наташа, как-то невпопад после долгого молчания, – А ты с женой это делаешь в день, когда у нас свидание?

– Нет.

– А что ты ей говоришь?

– Говорю, что у меня менструация! – засмеялся Геннадий. – С чего это ты?

– Не знаю. Похоже, заревновала.

– Но мы же договорились....

– Конечно, извини, – Наташа прислонилась к нему и молчала так долго-долго. – Ген, как ты думаешь, когда-нибудь это у нас закончится? – наконец спросила Наташа.

Геннадий помолчал, и вдруг сказал: – Сегодня.

– Что, сегодня?!

Он повернулся к ней: – Сегодня и закончится. Натуль, я ведь утром пришел к тебе как раз сказать об этом!

Наташа оторопело смотрела в потолок.

– Ничего себе! Нет, я конечно, знала, что этот день наступит, но не таким образом! Заскочил в процедурную, чмокнул в шею и сказал: – «Ну, все!»

– Знаешь, – сказал Геннадий, – Я специально так придумал, чтобы ни долгих слез, ни лишних разговоров. Ну, невозможно все это пережить. А так, вроде бы, сказал и ушел! Все равно ведь точка поставлена.

По щеке Наташи покатилась слеза.

– Ты, дурак? Так не прощаются. И это после того, что было!

– Ну, я ведь так и не простился! Мы же с тобой в постели!

– Понятно! Моя задница дала мне лишний шанс!

– Да, она разрушила мой план. Не носи больше таких брюк.

Наташа промолчала.

– Ген, а что случилось?

– Ну, мы ведь оба понимали, что когда-нибудь кончится этот роман. Маленький роман. Семьи свои разрушить никто не собирался!

– А что случилось?!

– Да ничего. Просто вчера после утренней планерки шеф попросил остаться. Сказал, что он не любитель таких разговоров.

– Знаешь, – сказал он, это не мое конечно дело, но в медицинских кругах есть золотое правило, не заводить интрижек в своем коллективе!

– Я ответил, что в своем коллективе не завожу.

– И на том спасибо! – ответил шеф, – А вот коллеге из терапевтического отделения, это не нравиться. Попросил с тобой поговорить. Ну, собственно, и все.

– И ты, конечно, дядю испугался?

– Конечно, нет. Я взрослый мальчик. Но понимаешь, это своевременный повод закончить наши отношения. Дальше все равно начнет все увядать.

– Значит, уже вся больница знает? – задумчиво протянула Наташа.

Геннадий молчал.

Наташа вдруг вспыхнула и прижалась к его щеке.

– Ну, я не хочу, Ген!

– Давай все-таки не рубить хвост по частям! Сразу, так сразу!

– Натуль, ну не рви ты меня! А то я тоже не выдержу!

– Не выдержи!

– И опять начнется все с начала? Все! Встаем! Ты, кажется, опаздываешь!

– Уже нет! Давай будем здесь сегодня долго-долго! …И потом уйдем.

– Потом уйдем. Только ты никогда больше в отделение не заходи.

– А ты никогда больше на входе не попадайся!

– Я буду ходить через другой вход!

–А ты будешь утром смотреть на окно моей процедурной?

– Конечно, буду.

– Ты тоже хороший мальчик. И я тебя очень люблю!

– И я тебя…

***

Зажглись окна неврологического отделения на четвертом этаже. Как всегда, не включает свет в своем кабинете только Марина Сергеевна, самая молодая заведующая отделением в клинике. Ей почему-то всегда казалось, что из соседнего здания будут подглядывать, как она переодевается, посмотреть, правду сказать, было на что – молодое спортивное тело сорокалетней женщины в красивом белье, вряд ли кого оставляло бы равнодушным.

Но сегодня Марине было не до этих нездоровых мыслей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.