Аксиния Орловская
Русская голубая с улицы Никольской

Глава 1. Когда на Никольской плачет единорог

Осень в Москве была прохладной. Это то самое время, когда тротуары по утрам заливаются нежным тёплым светом, а вечером голубоватые тени прячутся в углах тёмных улочек.

Группа детей из подмосковной творческой школы приехала в столицу на экскурсию и мастер-класс по живописи. На улице Никольской они кружочком столпились вокруг своего педагога Инны Львовны – крупной женщины, постоянно поправляющей рукой торчащие пряди из-под розового берета и нервно читающей Пушкина: «Настала осень золотая. Природа трепетна, бледна, как жертва, пышно убрана».

Когда-то в молодости Инна Львовна мечтала о карьере художника, но мечты растворились после ухода в декретный отпуск. Она смирилась с ролью преподавателя изобразительного искусства в детской художественной школе и больше себя не представляла Фридой Кало. Лишь иногда делала букли а-ля Фрида, брала кисточки с красками и что-то изображала на холсте, чтобы не потерять навык.

Поджав губы, руководитель класса терпеливо ждала, когда учащиеся закончат галдеть и разложат акварельные тюбики, кисти, поставят мольберты. Затем, с восторгом от своей начитанности, она начала утомительный рассказ про знаменитые окрестности. Кто-то уже пробовал сделать набросок. Кто-то стоял, открыв рот, слушал певучее повествование о Печатном дворе.

Злата аккуратно достала из рюкзака принадлежности и вздрогнула от возгласа Инны Львовны:

– Ярослав, ты опять испортил всю композицию!! – её грозный взор был устремлён на невысокого худощавого юношу семнадцати лет с ярко-рыжей шапкой волос.

За минуту до этого он с удовольствием делал на гладкой бумаге первые резкие наброски акварелью. Вся красная от возмущения, учительница продолжала визжать:

– Я уже несколько раз исправляла твой эскиз, всё равно малюешь, как ребёнок! Я сказала ждать моей команды! Зачем тебе пленэр? Тебе достаточно раскрашивать заборы!

Самый старший из учащихся Аркадий кинул в него для убедительности скомканной жвачкой и тихо засмеялся. Его загорелое лицо с длинным носом и круглыми карими глазками в очках напоминало сову.

Ярослав нахмурился. Пухлые губы обиженно надулись, а голубые глаза метнули недовольный взгляд на преподавательницу. Однокурснику он показал кулак и, бросив влажную кисть в рюкзак, пробурчал:

– Неизвестно, кто из нас ещё, что должен красить.

Но его уже никто не слышал. Творческий подъём вновь вернулся к Инне Львовне, которая с утроенной силой решила вместить в головы детей всю информацию большой советской энциклопедии. Младшая сестра Ярослава Злата с сожалением произнесла:

– Не обижайся на неё. Прогуляемся по улице, посмотрим работы передвижников? Вон видишь, пошёл с мольбертом мужчина, он точно художник. Здесь многие пишут эскизы.

– Мне в этом году поступать в училище. Если и там будут такие учителя, я откажусь сдавать экзамены. Лучше пойти пахать на стройку, чем выслушивать эту нервную.

– Вперёд, иди работать маляром! Ха-ха! – засмеялся подкравшийся со спины Аркадий. – Живопись не для таких, как ты! Разве сможешь оплатить практику? Не мечтай! Тебе нужно вкалывать. Кормить бабку и сестру.

– Иди отсюда, Аркашка – мелкая букашка! – Злата толкнула смеющегося парня. – За тебя учительница нарисует экзаменационную работу. Сам ничего не умеешь. А родственники заплатят ей деньги. Без родителей ты никто!

– Мелочь пузатая, я тебя сейчас одним пальцем раздавлю! – Аркадий грозно двинулся в сторону девочки.

– Отойди! Иначе вся Никольская будет над твоей лежащей на булыжниках тушей смеяться! – Ярослав вплотную подошёл к нему и пристально заглянул в глаза. Он старался себя сдерживать, сжимая кулаки в карманах куртки.

– Ещё поговорим, – недовольно пробубнил Аркадий, отходя к мольберту.

Насупившись, он незаметно проткнул краем кисточки воздушный шар в руках проходящей мимо маленькой девочки. Ребёнок испуганно заплакал, показывая маме висящую на верёвочке тряпочку вместо шарика. Аркадий тут же спрятался в толпе однокурсников, пока мама успокаивала расстроенную дочь. Он с удовольствием тихонько подхихикивал, прячась в капюшон.

– Спрятался, индюк, – сказал Ярослав сестре, складывая свои и её вещи в рюкзак. – Пошли погуляем.

Они заторопились за шагающим вдоль улицы невысоким мужчиной с этюдником в льняной сумке. Инна Львовна была в таком вдохновении, что не заметила уменьшения количества слушателей. Она с энтузиазмом рекламировала на всю улицу архитектора Синодальной типографии. Её развёрнутая ладонь указывала на перспективу, стремящуюся к Спасской башне. В этот момент Инну Львовну нисколько не интересовали стоящие за спиной ребята.

В тот особенный субботний день на Никольской гуляли группы с экскурсоводами, дети с родителями, влюблённые парочки, студенты и школьники. Музыка, песни и смех звучали от Лубянской площади до Кремля. Отдыхающие позировали для селфи на самых интересных локациях. Школьники стайками перебегали от сцены с поющими артистами к площадке с жонглёрами на ходулях.

– Я хочу мороженое. Ты будешь? Вон там продают, возьми мне, – Злата сделала жалобный вид и для убедительности дёрнула брата за рукав.

– Не проси, у меня только на проезд осталось, – тихо ответил Ярослав. – В этом месяце пойду опять разгружать стройматериалы на склад. Может, получится тебе на день рождения присмотреть подарок. Тебе ведь скоро пятнадцать. Будешь помогать почтальону разносить почту?

– Наша соседка обещала взять помощником на раздаче листовок, – девочка что-то долго искала в сумке. – Можешь мне воды купить?

– Говорю, денег нет. Мне ещё за квартиру нужно заплатить.

Злата вздохнула и пошла по тротуару за братом.

Они всё ближе подходили к площадке с циркачами. Ярослав с восторгом смотрел, как подкидывает жонглер на ходулях разноцветные палки. Внезапно артист нагнулся и подал юноше коробку. В ней лежали свёрнутые в трубочку бумажки. Сидящий на его плече большой зелёный попугай вытащил клювом записку и протянул ее Злате. Он что-то смешно пытался выговорить на своём птичьем языке.

Девочка развернула бумажку и громко прочитала:

– Кто избавится от страха, тот научится летать.

– Какая банальщина, – Ярослав насмешливо посмотрел на сестру, делясь с ней пластинкой жевательной резинки. – На мороженое и воду денег не хватит. Но есть жвачка.

– Ничего не банальщина, – Злата спрятала клочок бумаги в карман. – Если вдуматься, то это правда.

– Если не будешь бояться, то сможешь летать, как птица?

– Я не пробовала, может и научусь.

Сзади раздался шум падающих на тротуар предметов. Девочка обернулась. Это был тот самый художник, за которым они пошли, но потеряли из виду. На тротуарной плитке в окружении кисточек лежал небольшой холст. На нем был нарисован котёнок. Ничего необычного. Удивляло только то, что котёнок бегал по поверхности полотна, как живой. Злата дёрнула за рукав стоящего рядом брата. Ярослав развернулся и тоже обратил внимание на рисунок.

– Вам показалось, – негромко сказал загадочный человек, собирая вещи. Смахнув рукой изображение с натянутого материала, добавил: – Иногда на этой улице можно увидеть много необычного. Сейчас вам всё это показалось.

Мелкая разноцветная пыль полетела с холста на тротуар и исчезла. Рисунка больше не было.

– Какой противный художник, – заметила шёпотом Злата. – Посмотри, один глаз у него коричневый, а второй зелёный. Если разглядывать его лицо с двух сторон в профиль, то это два разных человека. И они ужасные, смотрят в разные стороны. Я так даже не нарисую.

Незнакомец отправился дальше, оставив брата и сестру в недоумении. Ярослав выкинул обёртку от жвачки в мусорную корзину и решительно потянул Злату за край рукава:

– Прикольный он. Что было изображено на холсте? Нужно узнать.

Владелец странного холста уже ушёл по Никольской вперёд. Походка его была слишком подвижна, как на шарнирах. При невысоком росте и довольно странной наружности он напоминал мерзкую липучку. Когда его рот криво улыбался прохожим, разноцветные глаза становились злыми и холодными, как ледяные лужи в феврале. Взглядом он бегал по всем предметам и людям, идущим навстречу. Оборачивался по сторонам, с интересом рассматривая всех и каждого. От его наглого взгляда не ускользала ни одна деталь.

Он пытался разговаривать с незнакомыми девушками, кокетливо поправляя тёмные, небрежно остриженные волосы. Это выглядело ужасно, и девушки избегали знакомства. Стоило ему улыбнуться, как на землистой коже лица – вылитая сгнившая груша! – веником топорщилась тёмная борода. Пальцы при этом крепко сжимали ценную вещь.

Брат с сестрой молча шли за ним. Пробираясь сквозь толпу, они старались не отставать. Вот таинственный человек остановился у входа в Синодальную типографию. Он долго и тщательно рассматривал солнечные часы под крышей. Стрелки показывали полдень.

Замысловатый орнамент витых колонн эффектно подчёркивал исключительность архитектуры здания. Двуглавый орёл красовался на фронтоне. Но главным украшением верхней части стены были геральдические символы власти – лев и единорог.

Изящные окна и башенки были любимым местом для голубей. Почувствовав на себе опасный взгляд, они вспорхнули и полетели вдоль крыш.

Мужчина улыбнулся, разглядывая фасад в псевдоготическом стиле. Заговорщически подмигнув изображению на стене, он поставил мольберт, достал тяжёлую разрисованную витиеватыми буквами глиняную кружку и длинную кисточку. Провёл ладонью по шершавой поверхности полотна на подрамнике. Пристально взглянул на изображение льва и единорога. Сощурившись, стал рисовать. Брат с сестрой наблюдали за процессом на другой стороне улицы.

– Непонятно, как он одним колером будет рисовать эскиз? – рассуждал Ярослав. – Кому он там подмигивает? Ты видишь чего?

– Мне плохо видно. Но художник чудной. Я не хочу к нему близко подходить.

Художник согнулся над мольбертом и сосредоточенно выводил непонятную фигуру, напряженно вглядываясь в неё. Взмах кисточкой в воздухе мелькнул, как молния. Через несколько минут эскиз был готов.

Ярослав подошёл ближе, чтобы рассмотреть рисунок. На белом полотне был изображен единорог, точно такой же, как на здании типографии. Когда художник сделал последний штрих, единорог наклонил голову и посмотрел грустными глазищами на своего создателя. Тёмная краска, как слеза покатилась и звонко упала на тротуар, превратившись в льдинку. Кривая улыбка появилась на лице мужчины. Шею сказочного существа он разукрасил шашечками, как на световом коробе такси.

– Может пойдём отсюда? – прошептала Злата.

– Смотри как! Подожди, – Ярослав отмахнулся от сестры, увлечённо глядя то на эскиз, то на довольно потирающего бороду художника.

Толпы прохожих мешали наблюдать за происходящим на этой площадке.

– Интересно, как у него это получается? – тихо спросил Ярослав, – Это пигмент голографический или что-то новое изобрели? Вот бы мне так! Тогда я на конкурсе буду первым.

– Не знаю, но это не живописец, а мошенник какой-то, – сомневалась Злата. – Сейчас наша группа поедет домой, мы ещё успеем на электричку. Поехали! Если я скажу Инне Львовне, что видела живого единорога, она отправит меня в больницу.

– Тогда уже нас двоих. Нет, мне интересно, как у него это получается, нужно узнать! – настаивал Ярослав.

Тем временем, бородач ловко сложил все художественные принадлежности в большую сумку за спиной и покатился на пружинистых ногах к входу в Синодальную типографию, спотыкаясь на ступеньках.

Ярослав потащил за собой упирающуюся сестру:

– Пойдём быстрее за ним, – убеждал он. – Такое каждый день не увидишь. Если достанем такой набор для изобразительного искусства, я буду лучшим в нашей группе. Будут деньги не только на мороженое и жвачку! Я куплю тебе компьютер и курсы по рисованию.

Злата пыталась возразить, но оставлять упрямого брата наедине с незнакомцем было опасно. Она поправила за спиной рюкзак и побежала за ним, не отставая.

Художник отворил тяжёлую скрипучую дверь. Подождав несколько минут, брат с сестрой вошли вслед за ним в незнакомое помещение. Тёмный тамбур подъезда не благоухал свежестью. Удаляющиеся шаги незнакомца были слышны за тонкой дверцей.

В следующей комнате издавались звуки, похожие на шум работающих типографских машинок. Ярослав на цыпочках прошёл дальше.

– Я дальше не пойду, может он преступник! – возмутилась сестра.

– Хорошо, подождём немного, увидим, что там, – сказал брат.

Через щель приоткрытой двери удалось увидеть множество типографских машинок, стучащих чётко и слаженно. Рядом с дверным проёмом стоял большой письменный стол, покрытый мятой льняной скатертью. За столом, заваленным рисунками в подрамниках, большими банками с красками и разным мусором, сидел мужчина совсем маленького роста в непонятной вязаной шапке и жёлтых очках. Он что-то скрупулёзно рассматривал на холсте, принесенном художником.

– Похож на гнома, – хихикнула Злата.

– Не шуми, а то нас услышат.

Ярослав и Злата напряженно вслушивались в разговор гнома и его гостя. Очки сидящего за столом мужчины нашли место на крупном, как слива, носу. Лицо его выражало вселенское неудовлетворение миром. Но после вглядывания в детали изображения, он довольно высказался:

– Ну да, да, все подходит. Первая наша экспедиция сорвалась. Мы были почти у цели, столько готовились. Этот неподходящий художник всё нам испортил, заболел и умер в дороге. А без него найти их не удалось. Нужно будет достать оставшиеся краски. Когда вы планируете отправиться за ними, Камбис?

– Возможно, сегодня вечером, – скрипучим голосом ответил Камбис. – Нужно, чтобы освободился Путь. Сейчас слишком много раззяв на улице гуляет. Моё время – три часа ночи…

– Замечательно, у меня есть ещё достаточно времени, чтобы подготовить холст, – довольно произнес говорящий в очках.

Он многозначительно улыбнулся, растянув тонкий рот в одну полоску:

– Вы получите свои бумаги, как только мы убедимся, что краски подходят. Сегодня к вам приедет курьер Андрей. Вы с ним уже знакомы. Постарайтесь узнать от него подробнее инструкцию по командировке. И обязательно возьмите с собой реквизит. Вы отправитесь в поездку один?

– Со мной будет дочь этого человека.

Сидящий за письменным столом поднял очки и устало стал изучать Камбиса с головы до пят:

– Вы уверены, что необходимо взять её в дорогу? Она непредсказуема. Может вам помешать в поиске.

– Она поможет мне сделать правильный выбор. Кроме неё никто не знает, как отличить настоящий порошок. Если будет мешать – решу проблему. Мне не в первый раз их решать.

– Ну что же, – человек поместил очки на место. – Вам виднее. Будьте осторожны.

Камбис утвердительно покачал головой и погладил спутанную бороду. Окинув цепким взором сумеречный зал, в котором трещали печатные станки, он внимательно разглядывал угрюмых людей за ними. Люди машинально управляли работой станков, их лица не выражали никаких эмоций и сами они были похожи на станки. Взгляд Камбиса стал надменным. Подрамник с рисунком остался лежать на столе среди мусора, когда он развернулся к выходу. Брат с сестрой прижались к стене и в ужасе замерли.

– Возвращайтесь скорее, Камбис, необходимо закончить то, ради чего мы здесь находимся, – медленно сказал человек – гном. – Нельзя терять время.

– Как было договорено, – художник поклонился. – Доставлю вовремя.

Выскочив из опасного места, Ярослав и Злата смешались с толпой гуляющих по улице людей. Они решили понаблюдать, куда отправится этот неприятный тип. Камбис спустился по ступенькам, отошёл немного в сторону и оглянулся на единорога, который смотрел на тротуар с прохожими. Он сморщил морду, как будто съел кислую сливу. Изображённый на той же стене лев бесшумно зарычал, открыв широкую пасть.

Никто не замечал, как оживали скульптуры на домах вдоль всей Никольской улицы. Маскароны в виде человеческих лиц на фасаде Торговых рядов шевелили губами, пытаясь что-то сказать. Львы под верхним карнизом рычали, поворачивая головы в разные стороны. Но загадочный путник невозмутимо шёл через галдящую и веселящуюся толпу к своей цели – аптеке Феррейна.

Подойдя к дубовым дверям аптеки, он задержался, всматриваясь в композицию из трех статуй. Место четвертой было пустым.

– Задерживается, – неодобрительно заметил Камбис.

Статуи склонили головы вниз, рассматривая крошечного пешехода, затем вернулись в исходное положение. Открыв тяжёлую металлическую дверь, Камбис быстрым шагом зашёл в аптеку.

– Мы за ним пойдём? – с ужасом воскликнула Злата. – Он страшный человек! Похож на пыль с развалин….

– Надо узнать, где он такой холст взял и про какие краски говорили, – Ярослав заглянул в стеклянные окна аптеки. – Эти вещи мне пригодятся, а в руках такого человека будут использованы во вред.

– Как мы уедем домой? Бабушка будет волноваться, мы можем опоздать на электричку!

– Я решил, что нужно разобраться, не мешай мне! – Ярослав встал у окна в аптеку, пытаясь услышать разговоры в помещении. – Ты со мной? Или возвращайся к Инне Львовне. Я приеду позже один.

Глава 2. Русская голубая из аптеки Феррейна

В открытое окно, сквозь растущий плющ на подоконнике, можно было увидеть, что происходило в зале аптеки. Одинокая пыльная лампочка освещала стены огромного помещения, покрашенного в темно-бежевый цвет. Были видны силуэты в глубине комнаты.

– Пойдём, здесь мы услышим, о чём они будут говорить, – Ярослав потянул сестру за руку к приоткрытой ставне окна.

Женщина что-то долго искала на полках в черном металлическом шкафу за стеклянными дверцами. Здесь же, как попало, лежали многочисленные документы и журналы. Несколько других шкафов были заполнены непонятными банками и коробками, переклеенными таможенной лентой. Темно-серые часы с уснувшей кукушкой молча тикали на стене, но показывали одно и то же время с того момента, как зашёл художник. Он вёл разговор с одной из продавщиц.

– Уважаемый Камбис, мы так рады видеть вас в нашей аптеке, – с восторгом выкрикнула полная, с тремя подбородками женщина, попутно поправляя растрепавшуюся причёску. – К нам поступил новый товар. Вам он будет очень интересен! Вы же любите наши товары…

– Да, ваш ассортимент мне нравится, – Камбис расположился в старинном бархатном кресле напротив витрины. – Впереди у меня достаточно длительное путешествие. Я бы хотел ознакомиться с новинками.

– Одну минуту! Сейчас мы откроем для вас второй зал, и вы сможете увидеть те предметы, о которых я вам говорила по телефону.

Она нажала кнопку под прилавком. Старый патефон где-то наверху проскрипел, и зазвучало адажио из балета «Щелкунчик». Правая стена от прилавка плавно отодвинулась в сторону, открывая вторую часть помещения. Музыка прекратилась. Камбис встал с кресла и прошёл к стеллажам с разноцветными забавными вещицами. Длинным рядом лежали страусиные и павлиньи перья, тряпичные амулеты, стеклянные безделушки в виде раковин, зубов животных. Металлические непонятные предметы напоминали то мобильный телефон со свистком, то медные музыкальные инструменты с крыльями. Загадочные произведения из камня, стекла, металла заполнили все полки от пола до потолка. Было впечатление, что предметы создавали по эскизам художника-авангардиста.

– Мы ещё не всё успели выложить, некоторые изделия не прошли оценку, – прокомментировала продавщица. – Но, если вас что-то заинтересует, постараемся найти в накладной стоимость и забронировать на будущее. Все вещи на складе прошли сертификацию у господина Бэндит. Можете не сомневаться в качестве.

Камбис внимательно посмотрел на неё и скептически усмехнулся.

– Пока вы осматриваете товары, мы постараемся вам создать спокойную атмосферу без посторонних посетителей, – улыбаясь во весь рот, пропела та. – Через пять минут мы вас пригласим пить чай. Для такого гостя обязательно сделаем перерыв. По заказу для вас привезли паслёновое печенье, очень несвежее, как вы любите!

Она быстро подозвала к себе девушку, стоящую за соседним прилавком, и, прикрыв рукой рот, ей на ухо что-то зашептала. Затем грузно пролетела, как весенний шмель, через весь зал и закрыла на замок входную скрипучую дверь.

Шелестя обёртками, в корзинку для сладостей полетели печенья и конфеты. Загремел старый щербатый сервиз на столе. Булькающий и пыхтящий чайник продолжал ворчать, подкидывая вверх свою крышечку. Девушка, закончив приготовления, скрылась в подсобном помещении, а аптекарша наблюдала за Камбисом, проверяющим забавные штучки.

– Посмотрите, это необыкновенный крем из веснушек лесной земляники! – она, улыбаясь, посмотрела на своего клиента большими навыкате глазами и широким взмахом руки указала на целую полку банок. – Вам пригодится для протирания суставов после утомительного путешествия. А! Вот к нам поступили разноцветные порошки из австралийских сороконожек, бегающих по берегам самого знаменитого озера Маккай! Они незаменимы при отравлении в дороге. Алена, дочка, неси сегодняшнюю новинку! – скомандовала она девушке, стоящей в проходе к кладовой.

Несмотря на свои объёмные формы, Алена шустро метнулась в кладовую и вынесла большую жестянку с огромным красным мухомором.

– Он разговаривает, – выхватив её у дочери, убедительным шёпотом заявила продавщица и протянула художнику. – Посмотрите, Камбис, он вам просто необходим! В ваших путешествиях нужны мухоморы, которые умеют видеть за версту и рассказывать, какая обстановка вокруг. Это мини-навигатор!

Тем временем, в банке зашевелился мухомор, расправляя шляпу. На толстой спелой ножке появился рот.

– Верните меня в лес, – скрипучим голосом попросил рот. – Здесь я бесполезен. Слишком много объектов.

– Пока он мне не требуется, – сказал художник, брезгливо отворачиваясь в сторону. – Сегодня я уезжаю в Путь и мне необходим рулевой тумана, как в прошлый раз. Вы сохранили его должным образом?

– Да, все в порядке, он в той же коробке, в кладовой, – подобострастно сложив крупные руки, с восхищённым выражением лица пропела продавщица. – Алена, неси рулевой тумана!

Девушка быстро пошаркала ногами в кладовую и принесла небольшую коробку. Камбис вытащил чернильного цвета металлический предмет с трубкой сверху, похожий на маленький патефон. Внимательно изучив со всех сторон, он положил его обратно. Ловкая продавщица снова пригласила жестом осмотреть загруженные барахлом полки:

– Мы хотим вам предложить ещё множество полезных вещиц, уважаемый Камбис! Вот два сингапурских таракана. Это не просто тараканы, они принесут вам большие доходы!

– Ограбят самого богатого правителя? – усмехнулся Камбис, выковыривая пальцем из зубов остатки печенья.

– Возможно у них есть и такая функция, но главная их задача в другом. Вы устраиваете тараканьи бега за деньги. Ваша задача сказать вслух на какого таракана вы ставите. Они понимают человеческую речь. Это же не простые тараканчики! Но люди этого не знают. При забеге тот таракан, на которого вы поставили, будет всегда выигрывать. Второй будет специально уступать. Так же вы можете спорить на желание или какую-то вещь.

Камбис внимательно осмотрел прозрачную ёмкость с насекомыми, потряс её. Тараканы больше напоминали осенних сонных мух.

– Хорошо, положите, много места не займут. Что там у вас есть ещё полезного?

– Есть мышка. Вам же придётся общаться с представителями кошачьих?

– Скорее всего да, и, наверное, не раз. Есть дудочка для их гипноза? – снова усмехнулся Камбис.

– Мы не пользуемся такими старыми методами, – высокомерно ответила женщина. – Мышка через несколько минут после удара о землю превращается в ядовитое растение, которое проглотит животное.

– И как оно на вкус? Кошка будет на эту мышку реагировать?

– Никто ещё не жаловался из кошек, – с сарказмом высказалась она. – У них уже не было возможности.

– Мышь не вылезет из рюкзака?

– Нет, она будет оживать только в ваших руках, Камбис.

Сквозь ветки плюща Ярослав наблюдал за происходящим в зале. Разговор между Камбисом и продавщицей было плохо слышно, но основную суть он уловил. Желание получить странные краски и холст не покидало его. Мысленно он уже поступил в училище, закончил его и получил стажировку в Италии. Купил дом, квартиру, машину, сестре компьютер, бабушке путёвку в санаторий. Злата, в свою очередь, тоскливо наблюдала, как близится к закату день и вспоминала расписание последних электричек. Понимая, что уже не успеют ни на одну, она пыталась найти в мобильном телефоне через интернет ближайшее место для ночного приюта.

Тем временем, Камбис внимательно рассматривал на витрине статуэтки из глины. Слоны, обезьяны, пальмы и другие фигурки из белой, красной и жёлтой глины были расставлены на третьей полке снизу.

– Вот это замечательный образец глиняных термометров из Абиссинии, – убедительно заметила женщина. – Видите здесь изображение молний? Достаточно попасть на эту статуэтку капле воды, сразу же разразится гром и всю округу зальёт дождём. В радиусе нескольких километров. Это очень полезный предмет в тех краях, где засуха. Вы будете путешествовать в засушливых странах?

– Неизвестно, куда мне придётся ещё поехать, – задумчиво ответил Камбис, откладывая статуэтку в сторону. – Вполне возможно, что и там придётся выполнять работу. В прошлый раз ваши гавкающие варежки очень хорошо отработали. Все волки разбежались.

– Вот! Я же не буду вам советовать плохие товары. Вы у нас постоянный покупатель и никогда не торгуетесь. Нам очень приятно ваше доверие. Мы не каждому можем предлагать такие вещи. Все считают, что аптека Феррейна продаёт только лекарства. Но для таких клиентов, как вы, мы привозим и более ценные изделия.

Камбис покивал головой, пошёл дальше. В углу на столе стояла банка со странными свёртками. Художник раскрыл один из них. На пол упало оранжевое зёрнышко какого-то растения. Пара минут и на его месте появился росток, на глазах превращающийся в деревце.

Женщина резво бросилась к чудо-растению, попутно схватив медный горшок. Хлоп! И накрыла им вытягивающиеся ростки. Деревце исчезло, на полу вместо него лежало оранжевое зерно. Продавщица поставила на место горшок. Пучок на макушке растрепался, шпильки упали на пол. Поправляя причёску и одёргивая платье, она пыталась принять благопристойный вид.

– У нас очень необычные товары. К некоторым, в прямом смысле слова, нужно прикасаться осторожно.

– Что это за растение? В чём его задача?

– Это меандровое дерево. Очень редкий вид. И бывает на удивление полезным, когда требуется выставить преграду. Деревья вырастают за считанные секунды. Причём, если вы бросаете горсть таких зерен, то получаете за мгновение целый лес. Чтобы остановить рост – накройте медным предметом.

– Да уж, практично. Добавьте в мой список покупок. Штучек десять зёрен обязательно.

– Медный горшок тоже?

– Нет, этого добра мне не надо. Он не пригодится.

Перекатываясь, Камбис отправился дальше вдоль витрин. Остановился около вешалки с яркими отрезами ткани. Оглядывая лоскуты, задумчиво спросил:

– Что это за тряпки?

– Это не тряпки, Камбис, поверьте, очень нужная вещь, – аптекарша развернула пёстрый, расшитый иероглифами, платок. – Это наручники. Алена, продемонстрируй изделие!

Как только девушка накинула шёлк на плечи, он обмотал её, как верёвка, руки оказались связанными.

– Как вам наручники, Камбис?

– Не могу сказать, что в восторге. Насколько плотная ткань и возможно ли развязать?

– Ткань разорвать невозможно. Чтобы снять наручники, потяните за край, который находится за спиной. Вот так!

Она дёрнула за край вещицы, расположенный сзади. Платок упал на пол. Алена стала свободна.

– Других вариантов нет?

– Обещали подвезти с острова Суматру змей, они моментально связывают человека, когда их выпустишь из спичечного коробка, но поставка задерживается. Таможня отказала в оформлении документов, неверно были составлены.

– Нет, змею я не согласен носить за плечами, да и лишний груз мне не нужен. А платочек-то положите, возьму. И захвачу всё-таки мини-навигатор. Надеюсь, будет ему применение.

Подойдя к накрытому столу, художник опустился в кресло. Отхлебнув горячего чая и надкусив печенье, произнёс:

– Пожалуй, это все мои покупки. Произведите расчёт.

Продавщица побежала за кассу и посчитала итоговую сумму:

– Семнадцать дней.

Камбис пересчитал покупки и ответил:

– Нехорошая она сумма – семнадцать. Если её сложить, то будет бесконечность. Расплачусь, когда вернусь из путешествия. Такие суммы заранее вносить нельзя, плохая примета.

Художник смахнул крошки с черной рубашки. Печенье в корзиночке закончилось. Довольный, он поставил отколотую чашку на треснутое блюдце. Закрыв глаза, Камбис откинулся на спинку стула, словно освобождал свою голову от всех впечатлений дня. Мать с дочерью замерли стоя за прилавком. Резко открыв глаза, мужчина встал и пошёл в сторону подсобного помещения. Будто что-то забыв, развернулся и сказал громко:

– Всё замечательно, подготовьте мне банки для красок и ЭТУ не забудьте, – Камбис с пренебрежением кивнул в угол у входа в аптеку, где стояла клетка с каким-то животным. Лицо его стало холодным и злым. – Проверьте её ошейник с подслушивающим устройством. Перед отъездом у меня встреча с комиссионером в полночь, накройте стол. Этого волка сколько ни корми, всё равно не сторгуешься…. Сейчас я иду отдыхать, разбудите меня без четверти полночь.

Перекатываясь на ногах-шарнирах, он удалился вглубь тёмного коридора. Нажав кнопку под прилавком, продавщица закрыла тайную часть помещения. Уснувшая кукушка в часах встрепенулась и провозгласила без четверти девять вечера.

Мать с дочерью о чем-то пошептались друг с другом, быстро взяв сумки. Ярослав заметил, как они собрались выйти из аптеки.

– Бежим! – брат резко схватил сестру за руку. – Нас увидят!

Они спрятались за палаткой и наблюдали, как женщина, гремя ключами, закрыла дверь в магазин. Переваливаясь, словно гусыня, она с дочерью поспешила в сторону Лубянской площади. На улице совсем стемнело, толпа гуляющих уменьшилась. Звуки музыки на Никольской улице замолкли. Только одинокие пешеходы спешили домой, издавая гулкие шаги в тишине.

– Кто эти люди и что там за клетка? – с грустью в голосе спросила Злата. Она вопросительно посмотрела на брата огромными серо-синими глазами. – Там маленький зверёк…. А вдруг они его замучают?

– Надо разобраться с этим, – задумчиво ответил Ярослав. – Давай вернёмся. Художник пошёл спать, продавщицы ушли, а окно открыто. Мы сможем забрать эту клетку!

– Я согласна. Но мы тогда не успеем даже на автобус! Когда мы поедем домой? Бабушка будет волноваться.

– Нам нужно попасть в эту загадочную аптеку. Мне там интересны краски, тебе то, что прячут в клетке. Бояться не имеет смысла, там ничего опасного нет. Художник пошёл отдыхать, ты же слышала. Впереди у него путешествие, значит отдохнуть ему нужно хорошо. Спать будет долго.

– Я не полезу в окно. Вдруг нас кто-то увидит?!

Ярослав услышал за спиной тяжёлые шаги. Когда он развернулся, то от неожиданности чуть не вскрикнул. К дверям аптеки подходила женщина. Точнее, это была не женщина, а статуя. Статуя Гигеи. Одна из тех, стоящих сверху на колоннах. В правой руке она держала змею, в левой чашу. Ей было совсем не холодно, несмотря на лёгкий хитон. Спадающие складки мягко колыхались от ходьбы. Казалось, что она не замечает Злату и Ярослава.

– Прекрати шипеть, ты только приехала. Неужели там совсем не занимались вашим воспитанием? – странная незнакомка с раздражением отчитывала змею.

У входа в магазин статуя замерла. Дверь медленно отворилась, впуская гостью, и так же медленно стала закрываться. Ярослав схватил за руку сестру, и они успели проскользнуть внутрь. Дверь закрылась.

Никого не было в помещении. Статуя поднималась наверх, стонали под тяжёлой поступью деревянные ступени. Вот и они затихли. Внутри комнаты Ярослав и Злата почувствовали ошеломляющий запах трав и благовоний. Различные склянки поблёскивали на полках.

– Ушла, – прошептал Ярослав.

– Здесь так необычно и очень тихо, – ответила Злата.

Кукушка в часах выскочила из домика и хотела произнести своё привычное «ку-ку», но замерла, разглядывая непрошеных гостей. Голова её крутилась и скрипела, как ржавая петля на двери. Передумав, она спряталась обратно в домик.

Брат с сестрой прошли в зал. С удивлением оглянувшись вокруг, девочка заметила в углу клетку.

– Да это кошка! – Злата подошла ближе и стала рассматривать маленький свернувшийся комок. Через огромное окно падал лунный свет, и шерсть казалась серо-голубой с серебристым отливом. Кошка подняла миндалевидную голову с крупными ушами и взглянула на девочку. Большие выразительные глаза грустно смотрели за прутья.

– Хм. Ну давай возьмём с собой, заберём её отсюда, – предложил Ярослав, но, развернувшись к стене, замер.

В старом, испорченном трещинами зеркале, стоявшем у стены, на месте клетки с кошкой виднелась фигура девушки в серебристом платье и голубых туфлях со странной шнуровкой. Из пепельных, с голубым отливом, сплетённых в дреды волос торчали кошачьи ушки. Удивительные ярко-зелёные глаза наблюдали за Ярославом.

– Посмотри в зеркало, – прошептал он сестре, боясь отвести взгляд от видения.

– Кто это? – силилась понять Злата, всматриваясь в отражение. Когда она повернулась назад, то опять увидела кошку. – Что ты здесь делаешь, кто ты?

Кошка молчала, пряча нос лапой.

Глава 3. Камбис

Ярослав дотронулся до подёрнутого дымкой зеркала, неотрывно глядя на изображение девушки. Комната та же, клетка та же, а девушка откуда?

– Нормально, такого точно в моей жизни ещё не было, – задумчиво произнёс он. – Эй! Кто тебя посадил в клетку?

Луна полностью осветила помещение, показывая всё, что в нем находится.

– Привет! – девушка в зеркале помахала рукой. – Я дочь лекаря, который служил в этой аптеке много лет назад. Меня зовут Лана. Камбис превратил меня в кошку, чтобы пользоваться моими знаниями. Только в этом зеркале я выгляжу правдиво.

Ярослав развернулся к клетке и подошёл ближе. Он внимательно стал рассматривать металлические прутья, попытался открыть замок, но старые прутья не гнулись, а замок и вовсе заржавел.

От волнения Злата начала икать. Задержав дыхание, она попробовала остановить икоту. Все ее старания были безуспешны. Тогда, повернувшись к зеркалу, она задала вопрос:

– Ик! И где сейчас твой отец? Ик!

– Мой отец умел лечить особенными камнями. Он был лито терапевт. Путешествовал и много лет жил в Сибири. Когда-то в молодости он отправился с экспедицией в горы. Там познакомился со старым отшельником, который рассказал ему о священной книге индийских арийцев «Авеста», о далёкой северной стране. Это очень красивое место, где в тёмные ночи над головой сверкает семь звёзд Большой Медведицы. Особенное внимание там уделяется Полярной звезде. Это страна с суровым климатом, где дуют сильные ветра, бывают свирепые морозы, весенние паводки огромных рек. В книге «Авеста» рассказывалось о жизни удивительных людей, чудовищ и богов.

– Я читал про этот город. Аркаим вроде. Но это всего лишь предположение, – ответил Ярослав. – И чем закончилось его путешествие?

– Нет! Это не предположение! Мой отец тоже так думал, когда отправился в путешествие. Но когда посетил Большекараганскую долину, не осталось сомнений в правдивости предания. Старый отшельник обучил отца лито терапии, чтобы он смог лечить людей. Ещё передал кварцевый минерал, который назывался Сайворн. Этот минерал принадлежал потомкам персов, ушедших из Сибири. Отец вернулся в Москву, занялся изучением драгоценных камней, влиянием их энергетического поля на человека. У него получалось рисовать порошком из этого камня портреты людей. После завершения портрета, пациенты выздоравливали. Но не всем нравилось, что люди быстро преодолевали болезнь и не покупали больше лекарств. Бандиты наняли преступников, которые под видом больных пришли к отцу и увезли его. Минерал выкрали, разбили на части и продали в разные страны.

– Непонятно, причём здесь ты. Тебя зачем посадили в клетку, чтобы ты всю жизнь в ней сидела? – спросил Ярослав.

– Возможно и всю жизнь… Камбису нужно привезти краски, отдать за свои преступления этот выкуп. Краски сделаны из того же минерала, который раскололи. Только я могу определить Сайворн это или нет.

– А зачем им эти краски?

– Как зачем! С помощью этих порошков можно рисовать людей. Внешность, характер, даже мысли. Да и весь окружающий мир можно будет изменить!

– Прикольно. Вот не думал, что попадём в такой поворот. Краски и мне эти нужны. Уж лучше я буду ими пользоваться, чем этот субчик Камбис.

– Так его мало назвать! Камбис – воплощение жестокости, подлости и самых гнусных наклонностей. Он жил в Персии. Чтобы получить власть, убил своего брата Бардию. Занял его место. Камбис устроил поход в Египет и завоевал его самым подлым способом – убивая священных кошек. Он вообще ненавидит кошек, поэтому меня в неё заговорил. Но это просто так ему не сошло с рук. Теперь он отрабатывает все свои подлые поступки и выполняет задание тех, кому продал жизнь.

Тем временем Злата изучала в мобильном телефоне статью о минерале Сайворн:

– Минерал из разряда кварцев. Имеет в себе включения голубого, жёлтого и других цветов. Обладает сильной электропроводимостью. Из редких свойств – сильное энергетическое поле. Очень редкий минерал, обнаруженный в разработках Чудского тракта. Был украден из Уральского минералогического музея в Екатеринбурге в две тысячи десятом году. Предположительно вывезен за границу.

– Редкий камень, поэтому за ним и охотятся, – Ярослав внимательно рассматривал трещины на зеркале. – Может это зеркало разбить? Тогда ты получишь свободу?

– Это меня не спасёт, – кошка свернулась клубком, грустно глядя в окно на луну.

У Златы зазвонил телефон. Быстро нажав «ответить», она шёпотом затараторила:

– Бабушка не беспокойся, мы сегодня остаёмся ночевать в Москве. Завтра приедем. Мы ночуем в гостинице.

В трубке послышались возгласы.

– Всё нормально, хорошо разместились. Погода сегодня была тёплая. Нам понравилась экскурсия. Да, завтра приедем.

Она нажала кнопку и спрятала телефон. С молчаливым укором посмотрела на брата.

– Что мы теперь будем делать? Я обещала ей приехать завтра!

– Ты видишь, что получилось? Можно, конечно, всё бросить и оставить как есть. Но ты представляешь, что будет с Ланой? Да и с нами со всеми, если краски будут у них в руках.

– Спасать весь мир в мои планы не входило. Наш психолог сказала, что нужно заботиться только о своём благополучии. Иначе попаду в треугольник Кармана.

– Не Кармана, а Карпмана, – усмехнулся Ярослав. – Никто не заставляет тебя спасать весь мир. А вот помочь мне получить то, что не должно принадлежать этому хамелеону-художнику, ты можешь. Я же тебе всегда помогаю.

Девочка вздохнула и посмотрела в зеркало:

– Лана, что ты скажешь?

– Вам нужно отправиться со мной в путешествие. Прошу, помогите мне! Я одна не справлюсь. Камбис будет меня отсылать туда, где предположительно находятся остатки минерала. Обратно ему нельзя позволить вернуться. Иначе всё…

– Как же мы поедем? – Злата развела руками. – Если он увидит, что мы за ним пошли, нас тогда тоже превратит в каких-нибудь лягушек! Камбис очень страшный человек, я сразу заметила это!

– Значит, нужно сделать так, чтобы он на вас не обратил внимания, но вы были рядом. Я могу вас превратить в блох. Будете всегда рядом со мной.

– Но я не хочу быть блохой! Они некрасивые и вредные! – воскликнула Злата. – Неужели нельзя из нас что-нибудь полезное сделать?

– Здесь не до красоты, – задумчиво произнес Ярослав. – Необходимо быть рядом, тогда мы решим эту задачу. В кого ещё ты нас можешь превратить?

– Можно в мышей, – предложила Лана. – Скажу, что вы моя еда.

– Нет! Нет! А вдруг он заставит нас съесть?! Не хочу, чтобы меня съели, – печально сказала девочка, глядя на Лану жалобными глазами. – Можно я стану алмазной пуговкой на твоём ошейнике?

– Это тоже опасно. Я помещу вас в мои зрачки. Когда будет полнолуние, я скажу имя богини Баст. Вы сможете снова стать собой и помогать мне. Камбис даже не будет знать об этом.

– Наверное, больше вариантов нет.

– Вы согласны? Решайтесь! Скоро придут продавщицы. Они пошли за едой. А потом проснётся Камбис. Мы упустим время. Пожалуйста, быстрее!

Брат с сестрой переглянулись.

– Мы согласны, – ответил Ярослав. – Но только потом нас обратно вернёшь!

– Нам нужно обязательно вернуться, – прошептала Злата. – Нас будет ждать бабушка!

В это время загремели ключи в замке входной двери. Кошка взглядом указала на левый угол зеркала, где было большое количество трещин:

– Вы обязательно вернётесь! Касайтесь зеркала быстрее!

Злата и Ярослав одновременно коснулись старого зеркала. Через мгновение они очутились в зрачках кошки. Злата в правом, Ярослав в левом. Когда дверь отворилась и продавщицы зашли в аптеку с сумками, всё было, как прежде. Только сонная кукушка выглянула из часов. И исчез лунный свет в окне.

Глава 4. Торг

Камбис мрачным взглядом обвёл деревянный стол, на котором стояли тарелки с кусками жареного, острого на вкус, свиного мяса. Резко пахли разрезанные головки репчатого лука рядом с бутылкой настойки из трав. Продавщица принесла два маленьких стеклянных стакана. Камбис закурил. Сигаретный дым окутал горящую в темной комнате лампочку.

Тоскливо звякнул колокольчик у входа, и в аптеку вошёл невысокий крупный мужчина. Мятый дешёвый костюм украшал некрасивый галстук, утягивающий короткую плотную шею. Серо-голубые пустые глаза на тяжёлом отёкшем лице смотрели безучастно вперёд. Взлохмаченные седые волосы были коротко острижены. Как ледяной айсберг мужчина плыл по залу аптеки к входу во внутренние комнаты. При виде него продавщицы переглянулись и тихонько отступили за прилавок. Мужчина проплыл по коридору дальше в помещение, сжимая в руках тонкий портфель. Деревянные полы прогибались под его тяжелой поступью.

– Рано празднуете, Камбис, – глухим голосом сказал он, войдя в комнату.

– Я встречаю вас, Андрей, – затягиваясь в очередной раз сигаретой и, натянув доброжелательную улыбку на лицо, ответил Камбис. Его сузившиеся глаза стали щёлками. – Есть повод для застолья, намечается новое путешествие. Составите компанию?

Андрей грузно сел на старый шатающийся стул и положил рядом портфель. Оглядывая накрытый стол, он с удовольствием отмечал для себя блюда на нём. Взяв бутылку с тёмно-коричневой настойкой, мужчина пододвинул к себе стакан. Жидкость забулькала, наполняя его.

– Вам предстоят серьёзные дела, Камбис, – заметил Андрей. – План полностью готов и холст тоже. Из двенадцати красок осталось привезти семь. Эти краски сделаны из минерала Сайворн. Точка отправления – Нулевой километр. Окончанием путешествия будет экспедиция на гору Таганай, где находится краска из главной части минерала – сапфира. Но прежде вы посетите семь стран, первая будет Персия. Там нужно встретиться с мидийским магом Гаумато. Он скрывается рядом с городом Пасаргады. Маг просветит вас о дальнейших действиях.

Залпом выпив налитое, он жадно вцепился зубами в кусок жирной свиной корейки и медленно прожевал его. Закусывая хрустящей головкой лука мясо, он морщился от наслаждения. Камбис с презрением наблюдал за его жадным поглощением еды, откинувшись на спинку стула. Он ненавидел Андрея. Ненавидел это глупое выражение глаз с мелкими зрачками. Они напоминали ему кассовый аппарат на прилавке у продавщиц с мелькающими цифрами внутри. Пустой, холодный и расчётливый.

Насытившись, Андрей вытер руки о несвежий дешёвый носовой платок и засунул его обратно в карман. Тучное лицо выражало подобие удовольствия.

Сигарета в дрожащей руке Камбиса потухла, и он понял, что пора продолжить разговор. Он всегда подстраивался под собеседника, пытаясь уловить его настроение.

– Сколько вы отдадите моих бумаг за работу? – вкрадчиво спросил он, снова нервно закуривая.

– Сколько товара вы привезёте, столько договоров я верну вам, вы знаете условия, – поправляя скомканный галстук, беспристрастно ответил Андрей.

– Но это сложная работа, два последних договора можно зачесть, – повышая голос, сказал Камбис.

Воцарилась тишина и было слышно, как сонная осенняя муха залетела в пустой стакан. Она билась о стенки, пытаясь выбраться из плена. Андрей перевернул стакан. Муха упала на стол, понимая, что больше ей не выбраться.

– Вас никто не заставлял подписывать договора и вредить людям, – пробурчал Андрей, смахивая муху со стола куском газеты. – За каждую испорченную жизнь вы должны отработать. Чью жизнь засчитаем? Вы сознательно занимались колдовством и ради своих амбиций ломали людские судьбы! Я не играю здесь с вами в порядочность! По условиям контракта, вы привозите товар, мы расплачиваемся договором. Сколько товара, столько договоров мы вам вернём.

Самоуверенная фигура Камбиса сникла, и он, сжавшись, стал меньше ростом. Он хотел раствориться совсем, чтобы не участвовать в этом разговоре. Наклонив голову, колдун смотрел потухшими глазами в одну точку на старой потрескавшейся столешнице, прокручивая в голове разные варианты выхода из сложного положения.

– Как же я отработаю два последних? Отпустите мою дочь! – Камбис поднял голову.

– У нас всегда, для таких как вы, будет работа, – криво усмехнулся Андрей. Его холодные серые глаза засверкали, словно лёд под зимним солнцем.

Наступила пауза. Камбис понимал, что, убив брата и потеряв власть, он стал заложником этих странных личностей. Таких же, как он циничных и жестоких. Среди обычных людей ему было тошно. Их честность раздражала. Он искал в каждом человеке подвох. Когда находил негативные черты, радовался как ребёнок. Значит, его взгляд на жизнь правильный! Значит, он всё правильно сделал, отдав брата за желание властвовать и унижать. Столько лет он был в этом уверен, столько веков…

Но иногда на него накатывала тоска. С каждым годом она становилась всё больше. Особенно, когда у него появилась дочь. Это маленькое смеющееся существо с развевающимися на ветру кудряшками бегало босиком по дорожкам его сада. Он хотел для неё самого лучшего: самых лучших игрушек, воспитателей, развлечений… Он радовался, вырастая с ней. Становился мягче, можно сказать человечнее. И он хотел очистить свою жизнь, убрать из неё плохие воспоминания. Даже стал принимать тот факт, что он живёт на чужбине. Но начались неприятности. Жена узнала о его прошлом. Произошла страшная ссора, чуть не закончившаяся убийством. Он тогда сдержал себя. Где-то внутри появилась мысль, что нужно убрать её. Убрать и проблемы не будет! Камбис взял в руки ту глиняную табличку, на которой было написано старинное проклятие. Жена заболела и в мучениях умерла. Он знал, что после колдовства она умрёт. Очередная жертва его тщеславия. Сначала даже страдал. Затем понял, что так ему лучше. Никто не тычет его преступлениями в глаза. Только дочка по ночам иногда плакала и звала маму. Худела, отказывалась есть. Он кричал на нянек, чтобы лучше следили за ребёнком. Но это ничего не меняло. Девочка постоянно грустила, вздрагивала от каждого звука. И в остатках светлых уголков его души поселился страх. Страх, который не давал ничего чувствовать. Он ходил за ним по следам. И однажды сказал ему: «Пора расплачиваться».

В ту ночь у кроватки дочери дежурили три лучшие служанки. Спальню охраняли четыре самых точных стрелка из его оставшейся армии. Но девочка исчезла… И ни одной подсказки куда. Её вещи, игрушки остались на месте. Тогда весь свой гнев Камбис обрушил на окружающих. Как вы могли? Забрать у меня мою дочь, мою жизнь! Служанок приказал казнить вместе с воинами. Ребенка искали долго и безнадёжно. Похитители объявились позже. Когда половина его головы покрылась проседью.

Камбис вернулся из воспоминаний в комнату, где перед ним сидел тот, кто связывал его с похитителями. Какая мерзость перед ним! Торговаться с этой ледяной глыбой было бесполезно. Такого не пронимали никакие слова. Андрей, как цепной пёс выполнял свою работу.

Затушив сигарету о пепельницу, Камбис решительно сказал:

– Доставайте холст и бумаги, я все сделаю.

Комиссионер открыл портфель и вытащил оттуда маленький холст на подрамнике, пачку бумаг. Звякнули монеты в кожаном кошельке. Через стол он швырнул Камбису вещи и закрыл портфель, бряцая застёжкой:

– Гаумато вы отдадите эти бумаги. Там рекомендация о вас. Скажете, что глиняные таблички в нашем веке не делают. Пусть учится пользоваться бумажными посланиями. Здесь ещё деньги, вам хватит на первое время. Дальше сами добудете, воровать вы умеете ловко. Холст берегите, проверка красок только на нём возможна. Чем быстрее вернётесь, тем лучше. Для вас и вашей дочери лучше, – многозначительно закончил Андрей.

Комиссионер встал и тяжело пошёл к выходу, немного пошатываясь. Полы отвечали гулом на каждый шаг. Звук колокольчика сообщил о его уходе.

Камбис с тоской смотрел на лежащие перед ним предметы. Затем встал, закинул вещи в большой кожаный рюкзак. Затянул верёвку и грузно сел опять на стул. Мятая рубашка на нём пахла потом. «Нужно переодеться перед дорогой, а может и не нужно», – подумал он. Перед ним лежала старая бумажная карта с планом, как найти город в Персии и другие точки его будущего путешествия.

Камбис разворачивал карту несколько раз по горизонтали и вертикали. Курил одну сигарету за другой. Молча ходил по скрипучим деревянным полам вдоль комнаты. Рассматривая в очередной раз карту, отходил как можно дальше. Затем останавливался около стены, смотрел в одну точку на шершавой серой бетонной поверхности. Наконец, решительно убрал карту в рюкзак. Закинув понадёжнее на плечо, он отправился в центральный зал аптеки.

Глава 5. Нулевой километр

Стремительно войдя в тусклую комнату, Камбис прервал продавщиц, шёпотом обсуждавших последнего посетителя. Негромко прикрикнул на них:

– Подготовили банки для красок? Мне пора уезжать. Готова кошка? Шевелитесь!

Мать с дочерью быстро принесли клетку с кошкой и маленькую льняную сумку, в которой находились глиняные пузырьки для краски. Не забыли добавить и покупки чародея.

– Все готово, уважаемый Камбис, мы положили ей мышку, кошки ведь любят мышей? – женщина ласково заглянула ему в глаза.

Камбис внимательно посмотрел на кошку, которая сидела за прутьями и тоскливыми глазами изучала стену, отодвинувшись от лежащей перед ней вонючей грязной мыши.

– Уберите эту мерзость, посидит голодная, – буркнул он, передавая клетку продавщице. Та ловко открыла дверцу и выкинула дохлую мышь в мусорное ведро.

Вновь звякнул колокольчик. В зал вошла молодая женщина с маленьким мальчиком и проследовала к прилавку. Пока она подробно расспрашивала у продавщицы о лекарствах, мальчик разглядывал кошку в клетке. Сдерживая любопытство, он тихонечко подошёл ближе. Камбис спрятал вещи за спину. Мальчик обиженно всхлипнул, показывая на него пальцем, и поднял голову. Через секунду раздался оглушительный крик.

Ребёнок побежал к матери. Он плакал не переставая. Женщина возмущённо накинулась на Камбиса:

– Вы испугали моего сына!

– Вам показалось… – медленно сказал чародей, глядя на неё исподлобья.

Женщина пыталась понять куда смотрят его раскосые разноцветные глаза. Какой-то леденящий страх пополз по спине вверх и добрался до головы, вызвав резкую головную боль. Несколько раз она пыталась заговорить, но её речь словно утопала в безразмерном вязком облаке и слова теряли свой смысл. От его ужасного пустого взгляда ей становилось плохо. Схватив мальчика на руки, она выбежала их аптеки.

– Какие глупые люди! – неловко смеясь, высказалась продавщица. – К сожалению, мы забыли закрыть дверь, думали, что в столь позднее время никто не зайдёт, и вот они – непрошеные гости.

– Внимательнее надо быть, – недовольно буркнул Камбис.

У продавщицы от страха изменилось лицо, она ласковым голосом спросила:

– Может мы вам ещё чем можем помочь? Есть завтрак для путешественника, состоящий из верблюжьей колючки, измельчённого порошка варёной пираньи и сухого молока пингвина.

Чародей усмехнулся:

– Верблюжьих колючек у меня будет достаточно бесплатно.

Собрав вещи, Камбис решительно вышел из аптеки. На улице было тихо и безлюдно. Наступило вечернее время. Он направился по улице в сторону Воскресенских ворот мимо Торговых рядов. Сонные львы на здании Торговых рядов под верхним карнизом по очереди открывали пасти. Поворачивая головы, бесшумно рычали вслед. Камбис только мрачно усмехался и следовал дальше по Никольской.

Скользящим шагом, почти бесшумно, он двигался по освещённой пустой улице, не замечая нарядных витрин магазинов, сверкающих гирлянд над головой, уснувших домов. Ясное небо со множеством звёзд освещалось яркой полной луной. Кошка тихо сидела в клетке и оглядывалась по сторонам.

Повернув направо от Казанского храма, Камбис прошёл под красными Воскресенскими воротами и замедлил шаг. Оглянувшись, он внимательно осмотрел всю окружающую местность.

– Замечательно, никого нет, – пробормотал Камбис и поставил клетку с кошкой на мощёную дорогу. – Пора начинать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.