Юлия Рахаева
Брат Вереска

Предисловие автора

Эта книга является продолжением книги «Принц и Мавка», хотя её можно читать и как отдельное произведение, как и любую из моих книг. Главными героями «Брата Вереска» стали двоюродные братья Эскоты: Эриш и Юстас, которых можно было встретить в предыдущей книге. Но если там братья представлены уже состоявшимися профессионалами, то в этой книге вы узнаете об их детстве, учёбе и о том, как они стали агентами службы безопасности. Сюжеты двух из одиннадцати повестей покажутся знакомыми тем, кто уже читал предыдущую книгу, но Вы сможете взглянуть на события, которые происходили во время визита принца Шелдона в Айланорте и во время путешествия в Селто, другими глазами, а также узнаете о том, что осталось «за кадром».

Мир, в который Вы попадёте и который Вы можете увидеть на карте, начал создаваться много лет назад и расширялся от книги к книге. Так, в «Детях горькой воды» была описана только Айланорте, в следующей книге появился Фес и так далее. Читатели познавали мир вместе с героями.

Цикл состоит из десяти книг:

«Дети горькой воды»

«Дети горькой воды-2»

«Ангел и Волк»

«Мыш и его Пёс»

«Агент Майконга»

«Хозяин степи»

«Шаукар»

«Принц и Мавка»

«Брат Вереска»

«Стальная стрекоза».

Все иллюстрации, включая карту, были нарисованы моим отцом, художником Александром Рахаевым.

Приятного Вам чтения!

Братья

I

Эриш Эскот проснулся в холодном поту. Этот сон преследовал его с раннего детства. Иногда ему казалось, что это вовсе не сон, а воспоминания, вот только воспоминания о будущем. Он спрашивал об этом сне маму, но та лишь качала головой и говорила, что однажды Эриш сам всё поймёт. Как-то он сдуру упомянул об этом сне куратору их класса, господину Вудсу, на что получил «отличное» объяснение происходящему – мол, это всё дело злых северных духов и лучше об этом забыть, пока не поздно. Но сон не отпускал Эриша, как он ни старался выкинуть его из головы. Во сне он видел своего двоюродного брата Юстаса, который почему-то был заперт в каком-то сыром подвале, и он никак не мог найти этот подвал. А потом Эриш видел чёрную мужскую фигуру, и во сне он точно знал, что этот человек был злым, но Эриш мог ему приказывать, а мужчина его слушался. Сон всегда заканчивался тем, что Эриш приказывал мужчине, лица которого он так ни разу и не увидел, застрелиться.

Эскот сел на кровати и увидел, что Юстаса в комнате не было. Их одноклассники Макс и Мартин мирно спали, а братец куда-то пропал. Уже рассвело. Снова засыпать Эриш не хотел, поэтому, осторожно встав, стараясь не разбудить соседей, он подошёл к окну и, забравшись на подоконник, уставился на утреннее осеннее небо. Конечно, можно было пойти поискать Юстаса, но Эриш решил дать ему время. Не вернётся через десять минут, тогда несдобровать пацану.

Юстас Эскот проснулся немногим раньше брата, потому что захотел в туалет, но, возвращаясь обратно в кровать, он выглянул в окно и увидел, что в «Эсколар» заходил дядя Шенди, отец Эриша. Это показалось Юстасу подозрительным, поэтому он тихо вышел из комнаты и на цыпочках направился в сторону кабинетов. Очень скоро там появились господин Вудс и дядя Шенди. Юстас притаился в нише за большим кустом орхидеи и приготовился слушать.

– Прошу прощения, что я заставил вас придти на встречу так рано, – заговорил Шенди, – но позже у меня дела.

– Я всё понимаю, господин шериф, – закивал Вудс.

– Так о чём вы хотели со мной поговорить?

– О вашем сыне Эрише.

– Он снова что-то натворил?

– Вы же понимаете, что он особенный мальчик? Поверьте, из уважения к вам я на многие вещи просто закрываю глаза, но сейчас это начинает выходить из-под контроля.

– Что именно?

– Особенность вашего сына начинает бросаться в глаза.

– И что с того?

– Господин шериф, неужели вы не понимаете?

– Увы, нет. Просветите меня.

– Когда он злится, он начинает приказывать. Понимаете?

– Понимаю. Я поговорю с ним.

– Господин шериф, но, может быть, было бы лучше, если бы вы забрали Эриша из нашей школы? Ему можно закончить обучение и дома.

– А это не вы будете решать, а господин Драй. И пока что я исправно плачу вам деньги за обучение своего сына. И немалые, прошу заметить. Если у вас какие-то проблемы с моим сыном, то вы можете поискать себе другое место работы или просто отказаться от курирования его класса.

– Но я…

– Я поговорю с сыном на ближайших выходных, это я вам обещаю. А сейчас мне пора.

– Солнца в дорогу, – пробормотал Вудс.

– И вам, – отозвался Шенди.

Юстас подождал, пока взрослые уйдут, выбрался из своего укрытия и поспешил вернуться в комнату. Там он увидел Эриша, сидевшего на подоконнике. «Где тебя носило?» – читалось в его взгляде. Юстас поманил его пальцем. Эриш вспыхнул, но спрыгнул с подоконника и подошёл к брату. Тот затащил его в ванную комнату и зашептал:

– Вудс вызывал твоего отца, я подслушал их разговор. Вудс хочет тебя выпереть из школы!

– С какого?

– С такого. Ты, видите ли, особенный мальчик. Твой отец, конечно, поставил его на место, но пообещал с тобой поговорить.

– Наверняка это из-за Винса. Он наябедничал.

– Тогда, получается, это я виноват, – вздохнул Юстас.

– Ну, то, что вы с ним ненавидите друг друга, ещё не делает тебя виноватым.

– Но я уже и сам мог бы с ним разобраться.

– Мог бы он, ага, – усмехнулся Эриш.

– Не веришь? А я разберусь!

– Не ори. Макса разбудишь, придётся потом весь день его ворчание слушать.

– Поздно, – послышался из комнаты голос Вернера. – Между прочим, я мог спать ещё семь минут.

– Отчего же не семь с половиной? – Юстас вышел из ванной.

– Если вы уже помылись, то освободите ванную комнату, будьте так любезны, – проговорил Макс.

– Я не мылся, – отрезал Эриш и, захлопнув дверь, закрыл её на защёлку.

– Что? – сказал Юстас, повернувшись к Вернеру. – Ты можешь ещё поспать свои семь минут.

– Уже шесть с половиной.

– Скажи, ты родился таким нудным или это заразно?

– Заразно, конечно. Так что не рекомендую приближаться ко мне на расстояние ближе двух метров.

– Пф, больно надо.

– Чего вы тут шумите? – сонно спросил Мартин, открывая один глаз.

– Твой любимый дядя, между прочим, снова взъелся на Эриша, – ответил Юстас.

– Здесь он мне не дядя, а куратор. А твой брат сам виноват, – и Вудс уткнулся лицом в подушку.

– Это не Эриш виноват, а Винс! – возразил Эскот. – Он стукач!

Отношения Юстаса и его одноклассника Винсента Райзена не заладились с самого начала. Но если раньше Винс ещё побаивался того, что у Эриша был отец-шериф, а у Юстаса – его заместитель, да ещё и староста класса Максимилиан Вернер был внуком бывшего помощника губернатора Мике Локстона, и ему Винс тоже лишний раз на глаза старался не попадаться, то теперь в свои четырнадцать Райзен перестал кого-либо бояться и открыто задирал Юстаса на глазах у всех одноклассников. Как говорил Макс, таким людям, как Винс, просто необходимо было кого-то доставать. Без жертвы жизнь казалась ему слишком скучной. Почему он выбрал для своих издёвок именно Юстаса, никто толком и не знал. Возможно, дело было в смазливой внешности Эскота. Несмотря на мать-амаргу, Юстас был практически копией своего отца, Линуша Эскота. Его волосы были светлыми и пушистыми, как у девочки, а светлые глаза меняли свой цвет в зависимости от освещения: то казались зелёными, как у кошки, то голубыми, как вода в озере Тессо.

Когда люди впервые узнавали о том, что Эриш и Юстас были братьями, пусть и двоюродными, все удивлялись: настолько непохожими они были. Эриш был сыном шерифа Шенди, чистокровного амарго, и Седны, дочери шамана, приехавшей в город с севера из поселения инуа. У него были чёрные волосы и смуглая кожа, как у всех амаргов. Его большие выразительные глаза тоже казались чёрными, и не каждый был способен выдержать его взгляд.

Поступив в «Эсколар», Эриш и Юстас оказались в одной комнате ещё с двумя мальчиками: Максимилианом Вернером и Мартином Вудсом. Первый был назначен старостой класса, как когда-то его отец Отто, который, кстати, был бывшим одноклассником родителей Эскотов. Макс выглядел старше своих сверстников и всегда казался очень серьёзным. Его волосы были немного темнее, чем у статистического норта, а кожа не отличалась бледностью. Не так давно ему были выписаны очки, но Макс надевал их редко, только когда нужно было прочитать что-то с доски или при выполнении домашних заданий. Племянник куратора Мартин был миловидным круглолицым голубоглазым блондином и при первой встрече производил впечатление застенчивого и неуклюжего мальчишки. С друзьями он раскрывался и становился общительным и очень дружелюбным.

После завтрака ребята отправились в аудиторию на первый урок. По расписанию это была литература, которую преподавал сам директор «Эсколар» Альберт Драй. Когда в этой школе учились родители Эскотов, Драй был куратором в их классе, и отец Юстаса, Линуш, относился к нему с огромным уважением. Директор был высоким стройным нортом, всегда одетым с иголочки. Он предпочитал чёрный цвет в одежде, всегда строго следил за дисциплиной и был очень требовательным, но ещё никто в «Эсколар» не мог обвинить его в несправедливом отношении к сотрудникам или учащимся.

Винсент зашёл в класс и громко проговорил:

– В городе, между прочим, завёлся очередной маньяк! А ваши родственнички, господа Эскоты, не мычат, не телятся.

– Заткнись, а! – резко ответил Эриш.

– Откуда тебе-то про маньяка известно? – поинтересовался Юстас. – Он тебе лично рассказал? Это кто-то из твоих дружков?

– Это ты у нас жертва маньяка, а я узнал от матушки, она же у меня эксперт. Она анализы делала.

– Кому? Маньяку?

– Вот ты дебил. Анализы биологических следов, оставленных на месте преступления.

– И чего этот маньяк делает? Убивает по алфавиту? – задал вопрос Мартин.

– Юстас – дебил, а ты фантазёр, – ответил Винсент. – Нет, это педофил. Объяснить, что именно он делает или сам догадаешься?

В аудиторию зашёл Драй, и все ребята быстро расселись по своим местам.

– Почему родители нам ничего не сказали? – шёпотом спросил Юстас.

– Потому что мы с ними не виделись с выходных, а этот придурок разговаривал со своей мамой по телефону, – ответил Эриш. – Он же маменькин сынок. Ни дня без неё прожить не может.

– Давай, я позвоню домой и спрошу?

– Господа Эскоты, – послышался голос Драя, – надеюсь, вы обсуждаете тему сегодняшнего урока?

– Разумеется, – ответил Эриш.

– Поделитесь с нами. Мне будет очень интересно узнать ваше мнение о творчестве Даксона.

– Мне про колдунью понравилось.

– В том произведении, которое мы сейчас рассматриваем, нет колдуньи, господин Эскот.

– Так вы меня спросили о творчестве Даксона в целом, господин Драй.

– И о пьесе «Господин из столицы» в частности.

– Нормальная пьеса, смешная.

– Прекрасный анализ. Позвольте, я продолжу?

Эриш только пожал плечами.

– Какая ещё колдунья? – прошептал Юстас.

– Которая духа смерти вызвала и жреца убила.

– А, ты про «Балора». Я когда на ночь прочитал, потом спать не мог. Ладно, всё, молчу, а то Драй опять привяжется.

Когда после перемены ребята вернулись в аудиторию на следующий урок, которым была математика, Юстас плюхнулся на своё место за парту и сразу почувствовал, что сидит на чём-то мокром. Встав, он обнаружил, что кто-то, и Эскот точно знал, кто, облил его стул водой, да так, что теперь у Юстаса были насквозь мокрые штаны.

– Смотрите! – довольно закричал Винсент, показывая на него пальцем. – Эскот описался! У Эскота недержание!

Кто-то захохотал, кто-то закатил глаза, Макс глубоко вздохнул и проговорил:

– Юстас, иди, переоденься, я объясню господину Робсону причину твоего опоздания.

– Всё, Винс. Это была последняя капля, – сквозь зубы процедил Юстас и вышел из класса, столкнувшись в дверях с братом.

– Ты чего? – спросил тот.

– Ничего! Отстань! – Юстас оттолкнул Эриша и убежал в жилое крыло.

Эриш не стал догонять брата и зашёл в аудиторию. Подойдя к Винсенту, он резко и уверенно схватил его за грудки и спокойно проговорил:

– Что ты опять сделал?

– Да ничего я не делал! – отозвался Райзен. – Это твой дебильный брат сам штаны промочил.

– Эриш, не надо, – попросил Макс.

– А я ещё не начинал, – ответил тот.

– Эриш, сейчас придёт Робсон. Давай, ты будешь разбираться с Винсентом после занятий и не в классе.

Эскот молча отпустил Райзена и прошёл за свою парту.

– Струсил! – воскликнул Винсент. Эриш бросил на него такой взгляд, что Райзен умолк и уткнулся в свой учебник.

Сменив брюки, Юстас не спешил возвращаться в класс. Всё равно он уже опоздал, да ещё и на нелюбимую математику. Эскот залез в личные вещи брата и достал оттуда спрятанную пачку сигарет, а затем направился в комнату Винсента. Он сам ещё не до конца составил план мести, но надеялся на импровизацию. Комната была заперта, но замки в «Эсколар» никогда не отличались замысловатостью. Оба Эскота умели их вскрывать с помощью обычной проволоки, которая у каждого на всякий случай всегда была в кармане. Оставив себе две сигареты, Юстас подложил пачку под подушку Винсента, запер дверь и отправился к коменданту. Комендантом в «Эсколар» с этого учебного года был Грегори Киннер, который доводился каким-то там родственником министру образования. По слухам, его назначили в «Эсколар», чтобы шпионить, но большинство считали, что Киннер просто не смог сам найти достойной работы, вот его и пристроили на тёпленькое местечко. Он был вполне обычным тридцатилетним нортом и хоть и производил впечатление довольно ленивого человека, со своими обязанностями всё же справлялся.

– Что у вас случилось, Юстас? – с улыбкой поинтересовался Киннер, когда Эскот появился на пороге его кабинета.

– Помните, вы спрашивали, кто курит под лестницей?

– Да неужели ты пришёл сознаться?

– Это не я курю. Но я знаю, кто.

– И кто же?

– Райзен. Можете сами проверить.

– Что же заставило тебя его сдать?

– Ну, вы нервничаете, переживаете. У вас проблемы с директором из-за этого. Мне стало вас жаль. Вы хороший человек.

– Вот подхалим, – широко улыбнулся Киннер.

– Да я от чистого сердца! – изобразил обиду Юстас.

– Хорошо, я тебе верю, – кивнул комендант. – Иди на урок.

К счастью, Макс сумел как-то достойно оправдать Эскота, поэтому проблем с математиком не было. После урока Юстас подошёл к Винсенту и сказал:

– Пойдём, поговорим.

– Ты серьёзно? – усмехнулся Райзен.

– Так ты идёшь?

– Только не говори, что ты драться меня позвал.

– Нет, не драться. Или разговаривать ты не умеешь?

– Ну, пошли.

Поймав на себе взгляд Эриша, Юстас знаком показал, что всё в порядке, и они с Винсентом вышли из аудитории.

– И куда мы? – поинтересовался Райзен.

– Под лестницу.

– Хм. Ну-ну.

Уже на месте Юстас достал те самые две сигареты и протянул одну Винсенту.

– Будешь?

– Что за аттракцион неслыханной щедрости? – отозвался Райзен, но сигарету взял.

Зажигалка была спрятана в горшке с фикусом, и об этом знали почти все ребята. Достав её, Юстас закурил, и Винсент последовал его примеру.

– Ты вроде поговорить хотел, – сказал Райзен.

– Ты же знаешь, что с тобой будет за курение в школе?

– То же, что и с тобой. Штраф родителям забабахают.

– Ага, – Юстас улыбнулся и выбросил свою сигарету в многострадальный фикус.

– Это всё, что ты хотел мне сказать?

– Не лезь ко мне больше.

– А то что? Опять братца на меня своего натравишь? Так его выкинут из школы пинками.

– Я тебя предупредил, – проговорил Юстас и вышел из-под лестницы. По дороге встретил Киннера и с улыбкой сказал:

– Он как раз сейчас там, курит. Поспешите.

– А если отпираться будет? – спросил комендант. – Мол, первый раз.

– Так обыщите его вещи, какие проблемы?

Юстас вернулся в аудиторию и спокойно занял своё место рядом с Эришем.

– Ты курил? – спросил тот.

– Стоял там, где курили.

– Что ты сделал с Винсом?

– Скоро узнаешь.

На следующем уроке Райзен не появился. А после него пришёл взбешённый куратор и увёл с собой Макса.

– Так что ты сделал? – снова спросил Эриш.

– Ничего особенного, – пожал плечами Юстас.

– Я задал тебе вопрос. А ну-ка посмотри на меня.

– Эриш, прекрати.

– Юстас! – тот вздрогнул и встретился взглядом с братом. – Ещё раз тебя спрашиваю, что ты сделал?

– Подставил Винса, подсунув ему твои сигареты.

– Да это его только ещё больше разозлит!

– Пусть знает, как на меня наезжать! А ты… ты… ты не имел права это сейчас со мной делать! Ты не имел права заставлять меня тебе отвечать!

– Ребят, ну, вы чего? – подал голос Мартин.

– Ничего, – отрезал Юстас, поднялся и вышел из класса.

– Останови его, – сказал Вудс.

– С чего бы? – ответил Эриш.

– Ты был не прав.

– Как он со мной, так и я с ним. И вообще это не твоё дело.

Немного остыв, Юстас вернулся в аудиторию, но с братом больше не разговаривал, а Эриш и не настаивал. Уже после обеда Юстас всё-таки решил пойти посмотреть на тренировку школьной команды по лакроссу, членом которой уже второй год был его брат. Эриш был самым юным вратарём в команде, но в первом же матче за школу против ремесленного училища он буквально спас «Эсколар» от поражения.

На пути к спортивной площадке Юстас встретился с Винсентом, причём Райзен был не один, а в компании какого-то старшеклассника, который, судя по форме, тоже входил в команду по лакроссу.

– Это ты зря сделал, – проговорил Винсент.

– Мне некогда с тобой разговаривать, – ответил Эскот и хотел пройти дальше, но его не пустил старшеклассник. – Чего надо?

Не говоря ни слова, парень ударил Юстаса по лицу. От неожиданности Эскот едва не упал, но всё-таки смог удержаться на ногах. Однако следом последовал второй удар, под дых. А за ним третий, по ногам, и Юстас всё-таки упал.

– Учти, в следующий раз на тебе живого места не останется, – сказал Винсент. – А пойдёшь жаловаться Драю, это тебе всё равно не поможет. Ласло не выгонят, у него отец судья.

Парни ушли, Юстас кое-как поднялся и зашагал в туалет. Смыв кровь с рассечённой губы, он отряхнул рубашку и штаны и направился на площадку. Эриш подошёл к нему во время перерыва, оглядел его с ног до головы и задал только один вопрос:

– Винсент?

– Нет, – покачал головой Юстас.

– А кто тогда?

– Не твоё дело, я сам разберусь.

– Ты уже разобрался. Либо ты мне скажешь, кто, либо я заставлю тебя сказать.

– Я не твоя собственность.

– Последний раз тебя спрашиваю. Кто?

– Никто! И не смей! – но было поздно. Юстас не мог избежать взгляда брата. – Ласло, – тихо ответил он.

Эриш зашагал прямо к Ласло, он как раз болтал о чём-то с Винсентом, который тоже пришёл поглазеть на тренировку.

– Ласло, – холодно позвал Эскот.

– Что? – повернулся к нему тот.

– Это его братец натравил, – усмехнулся Винсент.

– И что ты мне сделаешь? – спросил Ласло.

– Тебе? Ничего. А вот ты сейчас ударишь Винсента.

– Чего? – заморгал старшеклассник.

– Ударь Винсента.

Ласло подчинился. Райзен явно был слабее, а Эриш приказал ещё раз. И ещё раз, пока не прибежал тренер. У Юстаса на глаза навернулись слёзы, и он просто убежал. В коридоре школы он едва не столкнулся с Киннером.

– Ты чего? – остановил его комендант. Юстас всхлипнул. – Э, так дело не пойдёт. Ну-ка, идём со мной. Чайку попьём, и ты мне всё расскажешь.

Киннер заварил ароматный чай с какими-то травами, дал ему настояться, а затем разлил по чашкам. Всё это время Эскот молча сидел на стуле, уставившись в одну точку. Комендант поставил перед ним чашку и достал из стола коробку имбирного печенья.

– Угощайся.

– Спасибо, – тихо ответил Юстас.

– Что у тебя стряслось? Это Винсент тебя ударил?

– Нет, не он.

– А кто? Ты не думай, я не собираюсь его сдавать директору.

– Его дружок-старшеклассник. Но я бы с этим разобрался, это не проблема.

– А в чём проблема?

– В Эрише. Он лезет в мою жизнь.

– Он твой брат.

– Это не даёт ему права решать за меня.

– Возможно, у него просто такой характер. Он хочет всё держать под контролем.

– А я здесь причём?

– У тебя есть друзья, кроме Эриша?

– Ну, мы нормально общаемся с Марти и Максом. Хотя Вернер – зануда.

– А есть кто-то, кому ты доверяешь на все сто? С кем можешь поделиться. Важно иметь такого человека рядом.

– Да я вроде предкам доверяю. С ними нет проблем.

– Неужели ты им прям всё-всё рассказываешь? Вот не поверю, – улыбнулся Киннер.

– Ну, не всё.

– Давай так. Если у тебя снова будут проблемы, не надо делать очередные глупости. Приходи ко мне, будем пить чай. Я тебя выслушаю. И даю слово, всё это останется между нами.

– Вам это зачем?

– Ты мне напоминаешь о моём детстве. Я тоже когда-то учился в школе и у меня тоже были проблемы с братом. Я тебя понимаю, Юстас.

– Ладно, – кивнул Эскот. – Спасибо.

Когда он вернулся в комнату, то застал там только Мартина, который делал домашнее задание по родному языку.

– Макса опять куратор увёл, – сказал Вудс. – А ещё мне рассказали, что произошло на тренировке.

– И что? – Юстас достал учебник истории и залез с ним на кровать.

– Значит, это правда? Тебя побили?

– Это ерунда.

– И Винсента ты подставил с сигаретами?

– Ну и?

– Вот ты об Эрише вообще не думаешь.

– Чего это я о нём должен думать?

– Его же особо никто не злит, и сам он редко нарывается. Всё только из-за тебя.

Юстас захлопнул учебник, отбросил его в сторону, встал и ушёл, громко хлопнув дверью. Никого не хотелось видеть. Мартин взбесил своим ответом, но Эскот не мог не признать, что он был прав. Соврав дежурному на дверях, что он уходит по поручению Вудса, Юстас покинул здание школы и отправился бесцельно бродить по городу. Обычно это успокаивало. Прогулка помогла и сейчас. Может быть, он ещё не был готов к общению с братом, но, по крайней мере, уже не так сильно злился на себя самого. Эскот вернулся в «Эсколар» как раз к ужину, вот только до столовой он не дошёл, потому что его перехватил Макс и повёл в кабинет директора.

– Это за то, что я гулял? – предположил Юстас.

– Ты ещё и гулял? – Вернер прикрыл лицо ладонью.

– Что тогда ещё случилось?

– Это ты у господина Драя спроси.

Макс открыл дверь кабинета директора, втолкнул туда Эскота и удалился. К своему удивлению, Юстас увидел там не только Эриша, но и маму вместе с дядей Шенди.

– Привет, мам, – улыбнулся Эскот.

– Значит, мы договорились, – проговорил Драй. – Вы можете быть свободны.

– О чём договорились? – не понял Юстас.

– Мы забираем вас домой уже сегодня, – ответила его мама Шушаник. – Завтра пятница, один день можно и пропустить. Потом нагоните.

У школы их ждал автомобиль Шенди. До «Элизиума» семейство ехало молча. Их дом так прозвал ещё дед Юстаса Фил Эскот, сравнивая его с раем для героев. Сам шериф домой не пошёл.

– Ты тоже оставайся, – сказал он Эришу. – У нас другие планы.

Шушаник и Юстас зашли в дом, а машина поехала дальше в сторону дворца губернатора.

– Куда они? – спросил Эскот маму.

– Эриш тебе потом сам расскажет, если захочет, – ответила Шушаник.

– А мы что будем делать? Папа дома?

– Папа ещё на работе. Мы сейчас поужинаем и поедем к моему пациенту. Поможешь мне.

Шушаник была потомственной знахаркой, и к ней за помощью обращались самые знатные люди в городе. Юстас с детства помогал матери и уже к десяти годам разбирался в лекарственных травах намного лучше любого взрослого. Шушаник стала брать его на встречи с пациентами, и мальчик начал на практике перенимать все её умения. О том, что у Юстаса был дар, в семье узнали, когда ему уже исполнилось двенадцать. В тот день они всей семьёй были в Тиере, и Эриш упал с дерева и сильно расшиб бок. Юстас бросился к брату и, следуя каким-то инстинктам, приложил руки к ранкам и ссадинам. К удивлению их обоих, кровь остановилась, а Эриш перестал чувствовать боль. С тех пор Юстас не раз использовал этот свой дар, вот только каждый раз после этого ему самому требовался отдых, потому что он словно отдавал часть себя тому, кому помогал.

Шушаник и Юстас поужинали, а затем отправились в соседний квартал, где жил один из пациентов. Это был трёхэтажный дом, и нужная квартира располагалась на втором этаже. Шушаник позвонила в дверь, и её открыла маленькая девочка лет семи. Следом за ней в прихожую вышел мужчина в мятой рубашке с полугодовалым младенцем на руках и спросил:

– Вы знахарка?

– Да, – кивнула Шушаник.

– Ну, проходите. Сын вон в той комнате, – взглядом показал мужчина, а Юстасу показалось, что он его уже где-то видел раньше. Они прошли в комнату, и Эскот замер у двери. На кровати сидел забинтованный Винсент.

– У него же мама-медик, – выпалил Юстас. – Зачем нас позвали?

– Мама дежурит сутки, – пробурчал в ответ Райзен. – А отец сёстрами занимается, ему не до меня. Да и из него лекарь, как из меня балерина. Медсестра сказала обязательно вызвать врача. Я не думал, что ты тоже припрёшься.

– Хватит болтать, – вмешалась Шушаник. – Юстас, доставай всё необходимое из сумки.

– Это Ласло тебя так отметелил? – тихо спросил Эскот, надевая перчатки.

– Нет, это я сам упал на его кулак пять раз.

– Я не думал, что Эриш это устроит.

– Я, что ли, думал?

– Очень больно?

– Вот только не надо этого липового сочувствия.

Не ответив, Юстас подошёл к Винсенту и дотронулся до его головы, которая тоже изрядно пострадала от кулаков Ласло.

– Чего это ты делаешь? – не понял Райзен.

– А что ты чувствуешь? – с улыбкой спросила Шушаник.

– Мне это… легче… Не больно почти, – ответил Винсент.

– Вот это мой сын и делает.

Райзен замолчал. Когда Шушаник и Юстас закончили обрабатывать раны и ушибы, у Эскота закружилась голова и он схватился за дверной косяк. Амарга достала из сумки нюхательную соль и поднесла к носу Юстаса.

– Всё в порядке, – ответил тот.

– Это чего ты? – спросил Винсент.

– Ничего.

– Он просто потратил много сил, – объяснила Шушаник. – А ты теперь отдыхай и какое-то время постарайся ни с кем не драться.

– Спасибо, – тихо сказал Райзен.

Тем временем автомобиль шерифа остановился у дворца губернатора, но Шенди не спешил выходить.

– Мы кого-то ждём? – догадался Эриш.

– Угу, – кивнул отец.

Очень скоро к ним подошёл мужчина, в котором Эскот узнал помощника губернатора Эдгара Ларсона. Поздоровавшись с сыном шерифа, он сел на заднее сиденье, и машина снова тронулась с места. Эриш не так часто встречался с господином Ларсоном, но знал о его хороших взаимоотношениях с родителями. Они приехали в небольшой ресторан под названием «Быстрый орёл» и заняли свободный столик у стены. Мужчины заказали свиные рёбрышки с картофелем и бутылку вина. Эриш знал, что отец предпочитал текилу или октли, но понял, что вино было скорее для него и господина Ларсона. Когда принесли заказ, все трое выпили по бокалу вина и Шенди заговорил:

– Сын, ты, конечно, давно знаком с господином Ларсоном, но ты знаешь о нём далеко не всё. Я попросил Эдгара рассказать тебе кое-что. Думаю, тебе это будет интересно.

– Я слушаю, – кивнул Эриш.

– Знаешь ли ты, при каких обстоятельствах я познакомился с твоим отцом? – с улыбкой спросил Ларсон.

– Нет.

– Я работал на оружейном заводе и был личным помощником Конрада.

– Того самого Конрада?

– Да, Винкота, который едва не устроил государственный переворот. Тогда по столице прошла серия терактов.

– Это я знаю. Тогда амаргов круто подставили, они шли на это под гипнозом.

– Именно. Их отправлял на смерть я.

– Что? – Эриш едва не подавился.

– По приказу Конрада я отправлял этих людей на верную смерть. Я владею гипнозом. И очень хорошо владею. Если человек ему поддаётся, я могу заставить его сделать всё, что угодно. Он даже потом не вспомнит. Я совершил очень много ужасных поступков, Эриш. Твои отец и дядя меня арестовали. А тогдашний шериф и нынешний губернатор Стивен Маслоу стал тем, кто поставил передо мной зеркало и показал, каким страшным человеком я был. Какие дикие вещи творил, лишь потому что мне хотелось быть полезным Конраду.

– Это правда, что вы потом заслонили собой губернатора Салеса, когда его пытались убить?

– Правда. Я чудом выжил, а вообще-то не должен был. Но небеса дали мне второй шанс, и я решил, что нельзя его упускать. Стив в меня поверил и сделал своим помощником. Твои отец и дядя тоже поверили в меня, хоть и не сразу. Но ни я, ни они никогда не забывали, каким страшным оружием я владею. Твой отец не поддаётся гипнозу, но такие люди скорее редкость. Ты ведь и сам знаешь.

– Знаю, – согласился Эриш.

– Какие ты сделаешь выводы из моего рассказа, это не мне судить, – улыбнулся Ларсон. – Но, зная твоих родителей, я уверен, что ты понял меня правильно.

Юстас и Эриш вернулись в «Элизиум» почти одновременно. Молча они прошли в свою комнату и заняли свои места на двухъярусной кровати. Эриш сверху, его брат снизу.

– Прости, что снова втянул тебя в это, – первым заговорил Юстас.

– Где вы были с тётей? – спросил Эриш.

– Мы лечили Винсента, прикинь.

– Мозги ему надо было вправить.

– Да Ласло уже вправил. Они у него чуть ли не вылезли из башки. А ты знал, что у него две младших сестры?

– Не помню.

– И живут они все в квартире. Отец у него какой-то неухоженный. Я понимаю, чего он меня задирает. По сравнению с ним я миллионер.

– Зависть так себе чувство.

– А ты где был с дядей?

– Мы ужинали с помощником губернатора. Ты знал, что он гипнозом владеет?

– Нет.

Эриш вдруг спустился со своего яруса и сел рядом с братом.

– Я так сильно тебя достаю? – спросил он.

– Когда не заставляешь меня говорить тебе то, что я не хочу, то нет, – ответил Юстас.

– А как ещё с тобой поступать, если ты запираешься?

– Попросить не пробовал?

– Тебя допросишься.

– Тебе сильно досталось от Драя?

– Он сказал, что я копия своего отца и что пока я не разбиваю окна в его доме и не громлю его кабинет, он готов меня терпеть. Ну, и ещё добавил, что если я ещё раз прикажу кого-нибудь избить, ко мне применят розги.

– Розги? Фу. Ими уже лет сто никого не наказывали. Это он блефует.

– У меня есть шанс проверить, – усмехнулся Эриш.

– Давай без этого? Мне жалко твою задницу.

– У меня брат-целитель, ты не знал?

– Не собираюсь я это исцелять, тьфу на тебя!

Эриш рассмеялся.

– Слушай, а ты отца про маньяка-педофила не спрашивал? – вдруг вспомнил Юстас.

– Да как-то не до того было. Давай завтра спросим. Я своего, ты своего.

– Договорились.

– Тогда я первый в душ!

– Да, пожалуйста, – Юстас откинулся на подушки и довольно улыбнулся.

II

Эриш решил провести неожиданный выходной с пользой и отправился в городской тир, Юстас увязался за ним. Уходя утром на работу, Линуш Эскот запретил сыну выходить из дома одному без кого-то из взрослых или без Эриша.

– Ну, что, ты спросил отца? – задал вопрос Юстас, когда они покинули «Элизиум».

– Спросил, – кивнул Эриш. – Он не особо распространялся. Сказал, что делом занимается отдел Бретта, а конкретно Алмош и Джулиан. А твой тебе что ответил?

– Да то же самое. Отдел Бретта же убойный. Я спросил про убийства. Папа говорит, что первой жертвой была девочка-подросток, и она осталась жива. А второй был мальчик двенадцати лет. И он вроде как оказал сопротивление, и маньяк его задушил. Короче, папа запретил мне одному гулять.

– Правильно сделал.

– Да мне уже четырнадцать!

– А выглядишь на все десять.

– Неправда.

– Ты давно себя в зеркало видел?

– Дурак.

– Скажи лучше, тебе отец сказал, почему решили, что это один и тот же маньяк?

– Он следы оставил оба раза. Ну, ты понимаешь, какие именно. Провели анализ и выяснили, что принадлежит это одному и тому же человеку.

– А что та девчонка? Она описала маньяка?

– Он в маске был. Карнавальной. Но по цвету кожи норт.

– Может, тогда тот, который вторая жертва, его просто узнал? Поэтому он его убил.

– Может. Алмош и Джулиан же крутые сыщики, они его найдут.

Эриш не ответил. Он сам не мог объяснить, что ему так не нравилось в этой ситуации. Его словно преследовало какое-то чувство опасности, оно сидело внутри, и Эриш не понимал, что с ним делать.

В тире Эскотов хорошо знали. Мальчики раньше часто приходили сюда с родителями, а потом уже и самостоятельно. Чаще, конечно, тренировался Эриш. Его отец по праву считался одним из лучших стрелков Айланорте, и Эриш не отставал.

– Я тоже сегодня хочу пострелять, – сказал Юстас.

– И что, даже не лень? – усмехнулся Эриш.

– Не лень. И вообще я хорошо стреляю.

– В упор по недвижущейся мишени, – кивнул брат. – Но с другой стороны, зачем тебе? Ты же знахарем будешь.

– А что, знахарю не надо уметь стрелять?

– Всем надо. Это же Айланорте, – послышался голос в дверях. Там стоял парень, внешне ровесник братьев. Судя по цвету кожи и тёмно русым волосам, он, скорее всего, был полукровкой, как и Юстас.

– Я тебя раньше тут не видел, – сказал Эриш.

– Я вас тоже, и что?

– Ничего. Стреляй, мы никуда не торопимся.

– Да я уже почти всё. Меня Джой зовут. Джой Соро.

– Соро? – переспросил Юстас. – Ты случайно не сын Джулиана из убойного отдела?

– Сын. А ты откуда его знаешь?

– Я Юстас, а это мой брат Эриш. Мы Эскоты.

– Вон что, – присвистнул Джой. – Будем знакомы, – и он протянул братьям руку.

Юстас заметил, как изменился взгляд брата, когда он пожимал руку Соро.

– Что-то не так? – тихо спросил он на языке амаргов.

– Потом, – ответил Эриш.

– Вообще-то я знаю этот язык, – вмешался Джой. – Мой второй отец – амарго.

– Второй отец? – не понял Юстас. – Так бывает?

– Бывает. Меня Алмош усыновил, а Джулиан дал свою фамилию.

– Ладно, чтобы ты не думал ничего дурного, – проговорил Эриш, – скажу тебе одну вещь. Иногда я вижу то, что не надо. Контролировать я это не умею, и меня это самого бесит. Наверное, это было твоё прошлое, хотя такое со мной редко бывает.

– И что же ты увидел? – спросил Джой.

– Приют.

– Ну, да. Я был в приюте. Дважды. Когда мои настоящие предки умерли от передоза, я был беспризорником. Мне пять лет было. Один раз залез в дом, а туда ещё и грабители вломились. Я спрятался в корзине с бельём, а грабители эти маски сняли. Ну, я их увидел. И видел, как они хозяина дома укокошли. Я так и сидел в корзине до прихода сыщиков. Признаваться я ни в чём не хотел, страшно было. Меня тогда притащили в дом к Джулиану, и он меня разговорил. Алмош поймал грабителей, а меня отдали в приют. Мне быстро нашли приёмную семью, но только они меня потом вернули.

– Вернули? – удивился Юстас. – Это как так?

– Ну, я стырил их деньги. Когда Алмош об этом узнал, он решил меня забрать. Вы же знаете, что у амаргов чужих детей не бывает. Теперь я живу то у него, то у Джулиана. Обоих своими отцами считаю. Не представляю, что бы со мной было сейчас, если бы не они.

– А ты знаешь про дело, которое они сейчас расследуют? – спросил Юстас.

– Знаю. Маньяк. Вообще-то они мне запретили из-за него гулять в городе. Типа я только в Тиере могу. Если они узнают, что я был в тире, мало мне не покажется.

– Мы тебя не сдадим, – пообещал Эриш.

– Верю. Я посмотрю, как вы будете стрелять?

– Валяй.

Эриш отстрелялся первым, вызвав неподдельный восторг у Джоя. Юстас, с одной стороны, испытывал чувство гордости за брата, но с другой, очень боялся опозориться. Он привык стрелять в присутствии брата, отца или дяди и не стеснялся их, но сейчас за ним наблюдал совершенно чужой человек, да ещё и его сверстник. Юстас попытался максимально расслабиться, как учил его дядя Шенди, и забыть обо всём. Только пистолет в руке и мишень. Пусть его результат был хуже, чем у брата, но сам Юстас был собой доволен: он ведь даже один раз попал в десятку.

– Вы теперь куда? – поинтересовался Джой.

– Я голодный, – сказал Юстас.

– Пошли, начос поедим, – предложил Эриш. – Хочешь, идём с нами.

Джой согласился. Ребята покинули здание тира и направились в маленькое, но уютное заведение под названием «Хосе Каза», где всегда можно было дёшево, но вкусно перекусить. Это кафе больше всего любили школьники и студенты. Взяв по порции начос и по стакану лимонада, ребята сели за стол у окна.

– А чего вы не в школе? – спросил Джой.

– Тебе тот же вопрос, – ответил Эриш.

– Я первый спросил.

– Нас родители забрали домой на день раньше, – объяснил Юстас.

– Вы ж, наверное, в «Эсколар» учитесь?

– Ага. Так а ты что же прогуливаешь?

– Хочу и прогуливаю, – пожал плечами Джой. – А хотите сами маньяка найти? – вдруг спросил он.

– Стрёмно, – ответил Юстас. – Да и как мы его найдём?

– Ну, я знаю то же, что знают в сыске, – сказал Соро. – Я тайком прочитал дело. Всё не успел, но частично.

– И чего там? – спросил Эриш.

– Я не буду вам ничего рассказывать, если вы не станете мне помогать.

– Не рассказывай. Это вообще так себе затея.

– Почему так себе? Знаешь, как сыщики ловят маньяков, если они взрослых убивают или насилуют?

– В общих чертах.

– У тебя отец – шериф. Ты должен знать. На живца ловят. А с этим маньяком они не станут ловить на живца. Не рискнут. Потому что боятся за детей.

– Ну и?

– Вот ты, – Джой ткнул пальцем в Юстаса, – типичная жертва этого маньяка.

– Ты сейчас договоришься, – Эриш ударил Соро по руке.

– Ещё скажи, что я не прав. А я видел фотки жертв. И девчонки, и пацана убитого. Я знаю, что говорю.

– Два человека – это мало для того, чтобы делать выводы, – сказал Юстас.

– Согласен, – кивнул Эриш.

– Ладно, – вздохнул Джой и отправил в рот очередной жареный ломтик.

– Значит, ты ничего рассказывать не будешь? – спросил Юстас.

– Неа.

– Эриш, а ты можешь его попросить?

– Могу, но не хочу.

– Почему? Разве ты не хочешь знать, чего стоит опасаться? Ты сам же согласился с тем, что мне нельзя одному гулять.

– Пацаны, вы о чём? – не понял Джой.

– Ну, Эээриш, – протянул Юстас. – Ну, братец лис, я тебе с литрой помогу.

– Я её и сам могу сделать.

– Я за тебя сочинение напишу.

– Ты братец ехидна.

– Так ты согласен?

Эриш повернулся к Джою и встретился с ним взглядом.

– Что ты ещё знаешь про маньяка? Говори.

– Он держит свои жертвы в каком-то подвале. Там сначала общается с ней, а потом насилует. И после отпускает. Девочка не знала, что за подвал, потому что маньяк завязывал ей глаза.

Эриш выругался.

– Ты чего? – испугался Юстас.

– Что это сейчас было? – спросил Джой.

– Я согласен искать этого маньяка, – проговорил Эриш.

– Почему ты передумал? – задал вопрос Юстас.

– Неважно. Значит, говоришь, подвал?

– Я ничего не говорил про подвал! – воскликнул Соро. – Откуда ты узнал?

– Мысли прочитал.

– Ты серьёзно телепат?

– Гипнотизёр я. Всё равно тебе рано или поздно доложат. Так что ты сам мне сказал про подвал.

– А ты крутой пацан! Только без спросу меня больше не гипнотизируй.

– Не буду. Что ты ещё знаешь?

– Адрес первой жертвы.

– Ты думаешь, что она не всё рассказала сыску?

– Да я просто уверен! Я же был на её месте. Она ж боится, это точно.

– Но если её допрашивал твой отец, то, может, она тоже ему доверилась, как и ты когда-то?

– Не дали ему её допрашивать, потому что он мужик, а тут такое дело. Допрашивала её Лина. Она хорошая тётка, я её знаю, но она… короче, я вот просто зуб даю, не доверилась ей девчонка на все сто. Что-то точно скрыла.

– Эриш, получается, ты можешь узнать то, что она не сказала, – проговорил Юстас.

– Давай адрес, – попросил Эскот.

– Так я с вами пойду.

– Пошли.

– А девочка не в больнице? – спросил Юстас.

– Я слышал от отца, что она дома, – ответил Джой.

Ребята вышли из кафе, и Соро повёл их по адресу, который он вычитал в деле.

– Скажи, а у девочки и мальчика было что-то общее, кроме внешности? – поинтересовался Юстас.

– Без понятия, – сказал Джой. – Девчонка в пансионе учится, а пацан из обычной школы. Больше я ничего не успел прочитать.

Вскоре они подошли к старинному двухэтажному зданию, которое когда-то принадлежало одной семье, а теперь в нём располагались две квартиры. По словам Соро, пострадавшая жила на первом этаже.

– Нас ведь так просто к ней не пустят, – проговорил Юстас, когда они остановились у подъезда.

– Так у нас же тут штатный гипнотизёр, – отозвался Джой.

– Я не буду этого делать со всеми подряд, – возразил Эриш. – Это идиотизм.

– Эскоты? – послышался рядом знакомый голос.

– Макс, а ты что тут делаешь? – удивился Юстас. – И чего ты не в «Эсколар»?

– На часы посмотри. Уроки уже закончились, – ответил Вернер.

– Ты же вроде не здесь живёшь.

– Я здесь из-за проекта по истории.

– А, точно! – вспомнил Юстас. – У тебя что-то про архитектуру.

– «Элементы барокко и неоклассицизма в урбанистической архитектуре Айланорте».

– В урбанистической? – переспросил Эриш. – Слово «городской» для тебя слишком не умное?

– Постой, Эриш, это же гениально! – вдруг воскликнул Юстас.

– Спасибо, конечно, но не мог бы ты уточнить, в чём именно проявилась моя гениальность?

– Это старинный дом и в нём точно есть эти элементы барокко. Можно попроситься посмотреть лепнину какую-нибудь. И пока мы с Максом будем смотреть, ты пройдёшь к девочке.

– Я не собираюсь участвовать в ваших любовных похождениях, – помотал головой Вернер.

– Вообще-то мы маньяка ловим, – сказал Юстас.

– Пацаны, а ему можно доверять? – спросил Джой.

– Это наш староста, – ответил Эриш.

– Он нудный, но умный, – добавил Юстас.

– Вы спятили? – проговорил Макс.

– Эриш сможет узнать у жертвы то, что она не сказала сыску, понимаешь? Ты поможешь? Я знаю, что поможешь.

– И что вы будете делать с этой информацией?

– Искать маньяка, неужели не ясно?

– То, что это опасно и что нас убить могут, это ладно, но вы хоть понимаете, что нас за такое из «Эсколар» могут исключить?

– А кто нас сдаст? – улыбнулся Юстас. – Не ты же?

– Не я, – вздохнул Макс.

– Тогда я не пойду, а то чего мы толпой? – проговорил Джой. – Буду вас здесь ждать.

– А это кто вообще? – спросил Вернер, взглядом указывая на Соро.

– Это сын Джулиана и Алмоша из убойного отдела, Джой зовут, – ответил Юстас.

– Допустим, я понял, – сказал Макс, а Эскот в это время уже звонил в дверь.

Им открыла служанка в фартуке и чепчике.

– Вам кого, мальчики? – спросила она.

– Здравствуйте! – заговорил Юстас. – Мы делаем проект по архитектуре старинных домов для «Эсколар». Ваш дом нам очень подходит. Вы не могли бы пустить нас буквально на минуточку? Мы посмотрим это…

– Лепнину, – напомнил Эриш.

– Элементы барокко и неоклассицизма, – невозмутимо добавил Макс.

– Дома сейчас только маленькая хозяйка, но…

– Мы ничего не будем трогать, обещаем, – очаровательно улыбнулся Юстас. – Вы даже можете позвонить моему отцу.

– А кто ваш отец? – спросила служанка.

– Линуш Эскот.

– О… ну, хорошо, проходите. Только недолго.

– Спасибо вам огромное!

Ребята зашли в дом, и Макс с деловым видом начал расхаживать по гостиной и изучать потолок и стены. Юстас семенил за ним. Эриш встал у коридора, понимая, что вызовет много вопросов, если сейчас без спросу пойдёт в комнаты.

– Чем это пахнет? – вдруг спросил Юстас. – То ли газ, то ли горелое что-то…

– Да, – согласился Эриш. – На газ похоже.

– Да что ж такое! – служанка побежала на кухню.

Эриш тут же устремился к комнатам.

– Нет там никакой утечки, – сказала вернувшаяся служанка. – А где ваш третий мальчик?

– А он вспомнил, что утюг не выключил и побежал домой, – нашёлся Юстас.

– Вы всё посмотрели? А то у меня дел полно.

– Да, всё, – кивнул Макс. – Благодарим вас за содействие.

– Тогда до свидания, – и женщина пошла к двери.

Попрощавшись, друзья вышли из дома, где их ждал Джой.

– Чего вы так быстро и где Эриш? – спросил тот.

– Он у девочки, – ответил Юстас.

– А как он вернётся?

– Через окно, я надеюсь.

Тем временем Эриш заглянул в комнату, где на кровати, прижав колени к груди, сидела девочка лет тринадцати.

– Ты кто? – вздрогнув, спросила она.

– Я из «Эсколар», – ответил Эриш. – Видел тебя однажды в окно.

– Как ты сюда попал?

– Хочу тебе помочь.

– Мне не нужна ничья помощь. Особенно парня.

– Как тебя зовут?

– Милли.

– Посмотри на меня, Милли.

– Зачем? – спросила девочка, но послушалась.

– Ты молодец, ты уже о многом рассказала сыску. Но ведь ты что-то скрыла от них, да?

– Мне страшно.

– Ты боишься, что он придёт за тобой?

– Да.

– Он предупреждал тебя, чтобы ты ничего не рассказывала?

– Да.

– И что же ты не рассказала?

– Там в подвале были знаки.

– Какие знаки?

– Не нортов. Похоже на такие буквы, как у амаргов.

– Ты запомнила эти знаки?

– Немного.

– Покажи.

Милли молча вывела в воздухе слово «восток» на языке амаргов.

– Ты умница, – проговорил Эриш. – А теперь забудь обо мне.

Он выглянул из комнаты и понял, что друзья уже ушли. Тогда Эриш вернулся, открыл оконную решётку и проговорил:

– Когда я уйду, ты закроешь решётку.

Милли молча кивнула, а Эриш благополучно выбрался на улицу.

– У тебя получилось! – радостно воскликнул Юстас.

– После того как вы меня там бросили одного, – отозвался Эриш.

– Нас служанка уже выгоняла.

– Ты что-то узнал? – спросил Джой. – Девчонка заговорила?

– Девчонку зовут Милли. Она сказала, что в подвале на стене была надпись на языке амаргов.

– На вашем месте я бы сообщил эту информацию в сыск, – проговорил Макс.

– Тогда придётся признаться, как мы её получили, – ответил Юстас. – Ты представляешь, как нам всем влетит? И тебе в том числе.

– Тебя выпрут из «Эсколар», – закивал Джой.

– Но ведь ты можешь нам помочь, – сказал Юстас.

– Ещё помочь? И чем же?

– Разве у твоего отца нет связей в министерстве строительства? Он же у тебя владелец крупной строительной фирмы. Один из монополистов.

– И что?

– Ты же можешь через него узнать о подвалах старинных домов? Или, по крайней мере, спросить, где можно получить такую информацию.

– Допустим, могу. Но как я это объясню?

– Скажи, что для проекта нужно.

– Отец знает тему моего проекта.

– Скажи, что это для проекта Мартина. Вы же с ним друзья.

Макс вздохнул.

– Так ты узнаешь?

– Вы оба будете дежурить тогда, когда я скажу. И только попробуйте ввязаться в какую-нибудь очередную драку!

– Мы обещаем, – ответил Юстас. – Да, братик?

– Пф, – Эриш отвёл глаза в сторону.

– Это он тоже так обещает.

– Ладно, я посмотрю, что можно узнать, – проговорил Вернер.

Следующим вечером родители Эриша и Юстаса вернулись домой очень поздно, оба были уставшими и в дурном настроении.

– Пап, что-то случилось? – осторожно спросил Юстас своего отца.

– Мальчик пропал, – вздохнув, ответил Линуш.

– И вы думаете, что это тот маньяк?

– Мы очень не хотим, чтобы это было так, но и исключить это пока не можем. Мальчик – норт, ему двенадцать лет. Никогда не убегал из дома. Если это похищение с целью выкупа, то почему с родителями до сих пор никто не связался? – Эскот старший снова вздохнул. – Ладно, Юстас, не забивай себе голову. Мы его найдём.

– А у жертв есть что-то общее, кроме внешности?

– Я же сказал, не забивай себе голову. И помни, о чём я тебя просил.

– Не гулять одному. Я помню, пап.

После разговора с отцом Юстас вернулся в их с братом комнату и застал Эриша за выполнения домашнего задания по математике.

– Дашь списать? – заглянув к брату в тетрадку, спросил он.

– Кто-то обещал мне сочинение.

– Завтра будет готово.

– Ладно, дам.

– Слышал уже, что мальчик пропал?

– Угу.

– А я тебя хотел ещё вчера спросить кое о чём.

– М?

– Почему ты так резко передумал?

– Ты о чём?

– Ты отказывался помогать Джою, а потом внезапно согласился.

– Ну, передумал и передумал.

– Ты в лице переменился. У тебя взгляд был другой.

– Чего ты пристал?

– Я хочу знать правду. Мы вместе в это влезли, так что не надо от меня ничего скрывать.

– Ничего я от тебя не скрываю.

– Врёшь ты всё.

– Тебе нужна домашка по математике?

– Ты передумал, когда узнал про подвал, – проигнорировав последний вопрос Эриша, проговорил Юстас. – И у девочки ты тоже узнал про подвал. Что-то с этим не так.

– Значит, домашка тебе не нужна. Сам сделаешь.

– Ты что-то знаешь. У тебя ведь так бывает, что ты что-то знаешь, чего другие не знают. Что тебе известно про этот подвал?

Эриш молча закрыл тетрадку, убрал её в стол, взял с полки учебник биологии и забрался с ним на верхний ярус кровати.

– В молчанку играешь? – вздохнул Юстас. – Ну-ну.

Не спрашивая разрешения, он взял тетрадь брата, открыл свою и начал списывать домашнее задание.

Эриш понял, что уснул, только когда учебник биологии со стуком упал на пол, разбудив его. Ему снился всё тот же сон.

– Ты чего книжками кидаешься? – подал голос Юстас. – Эй, ты вообще меня слышишь?

– Слышу, – глухо ответил Эриш, слезая с кровати.

– Что тебе так не понравилось в заданном параграфе? Тот факт, что нет связи между размером мозга и умственными способностями и ты не сможешь больше говорить, что у меня мозг маленький?

– Вообще-то там написано, что самый тяжёлый мозг был обнаружен у больного идиотизмом.

– Во-первых, идиотией. Во-вторых, ты ниже прочитай. И, в-третьих, ты сам себе противоречишь.

– Да, – растерянно кивнул Эриш.

– Братец лис, с тобой всё-таки что-то не так.

– Я уснул, и мне приснился кошмар.

– Про кого?

– Неважно.

– Очень даже важно. Я помню, как тебе приснились падающие с неба шары, а потом град побил часть кофе на нашей плантации.

– Когда это было? Сто лет назад.

– А ещё тебе приснилось, что у меня рука была красная, так потом меня шершень в руку укусил и я весь распух. Так что признавайся, что за кошмар.

– Ты был прав насчёт подвала, – вздохнув, признался Эриш.

– Так он тебе снился? – догадался Юстас.

– И уже давно. Это повторяющийся сон с детства. Какое-то время я его не видел, но на днях он вернулся. Сейчас опять.

– И что там?

– Там ты.

– В подвале?

– Да.

– Это не сбудется.

– С чего ты так уверен?

– Ты же меня предупредил. И я не буду гулять один. Не сбудется, братик.

– Мне бы твой оптимизм, – усмехнулся Эриш.

– Я отсыплю, – улыбнулся Юстас.

Уже утром в «Элизиуме» раздался телефонный звонок. Трубку снял Тлалок, который служил у Эскотов последние двадцать лет. Он позвал к телефону Юстаса, и оказалось, что звонил Мартин.

– Отец Макса договорился с одним господином, который заведует архивом, в котором хранится информация по старинным зданиям Айланорте, – сразу перешёл к делу Вудс. – Он думает, что это мне для проекта нужно. Этот господин согласен сегодня меня провести в архив. Но мне кажется, со мной должен пойти кто-то из вас, потому что если там будет какая-то связь с амаргами, то вы точно лучше меня язык знаете.

– Во сколько ты идёшь? – спросил Эскот.

– В три часа.

– Тогда заходи за нами, мы будем готовы. Спасибо, что согласился помочь!

– Только Макс всё-таки против.

– Но он же сделал то, о чём мы его попросили.

– Он говорит, что вы обещали дежурить и не драться.

– Обещали.

– Пожалуйста, сдержите слово, а то Макс расстроится.

– Ой, да ничего с твоим Максом не будет.

– Он не мой. И вообще это нечестно: обещать и не делать.

– Всё, Марти, до встречи, – и Юстас положил трубку.

– Ну, что? – спросил Эриш, наблюдавший за разговором.

– В три часа идём с Мартином в архив.

– Зачем вы идёте в архив? – задала вопрос подошедшая Седна, мама Эриша.

– Это для школьного проекта, – ответил Юстас.

– Для проекта?

– Не нашего. Мартина. Мы ему помогаем.

– Будем считать, что я поверила, – проговорила Седна. – Эриш, ты же помнишь, что не должен оставлять брата одного?

– Я и не собирался.

– Вот и хорошо, – улыбнулась женщина. – Тогда я спокойна.

– Не люблю врать ни своей маме, ни твоей, – вздохнул Юстас. – Вот кому-то другому запросто. А твоей так вообще… Каждый раз думаю, что она точно знает, что я вру.

– Она и знает, – ответил Эриш. – Она всегда знает.

– Ты тоже? Ты же внук шамана.

– Так ты тоже какой-то там праправнук и что?

– Бабушка моего деда была из инуа, это не считается. Ты вот прямой потомок.

– Знаешь, без этого мне бы намного легче жилось.

После обеда за Эскотами зашёл Мартин, и они втроём направились к зданию городского архива.

– Значит, Макс тебе всё рассказал? – спросил Юстас.

– Он сказал, что вы ищете маньяка, – ответил Вудс. – Только он говорит, что это дело сыска, а не школьников.

– И ты с ним согласен, конечно.

– Не то чтобы… Ведь та девочка сыску не рассказала то, что смог узнать Эриш. Значит, в чём-то вы правы.

– Ещё как правы, – закивал Юстас. – Что отец Макса сказал этому дядьке из архива?

– Что я делаю проект по архитектуре и что меня интересуют подвалы и погреба старинных домов.

– И никто не удивился? – спросил Эриш.

– А что в этом такого?

– По мне так чушь несусветная.

– Это ты зря, – возразил Мартин. – В подвалах были винные погреба, например.

– У нас в подвале как раз такой, – вставил Юстас.

– По-моему, вам рано интересоваться винными погребами.

– А тебе, значит, нет, братец лис?

– Именно так, братец тушканчик.

– Если Юстас – тушканчик, то я тогда кто? – спросил Мартин.

– Олень в свете фар, – ответил Эриш.

– Почему это я олень? Я не очень похож на оленя.

– Ты прав. Ты окапи.

– Кто? – не понял Вудс. – Такое животное вообще существует?

– Я тоже такое не знаю, – сказал Юстас.

– Похоже, мне надо этот день запомнить и отмечать каждый год как праздник, – хмыкнул Эриш. – Я знаю что-то такое, о чём вы оба не слышали.

– Да ты сам это придумал! – воскликнул Юстас.

– Энциклопедию животного мира почитайте.

– Я у Макса спрошу, – сказал Мартин. – Если он такое животное не знает, то его точно не существует.

– Ну-ну.

В архиве друзей встретил мужчина средних лет с аккуратными усиками и зачёсанными назад светлыми волосами. Поправив маленькие очки, он представился:

– Доктор Стенс, здешний архивариус.

– Вы врач? – удивился Эриш.

– Доктор наук, – толкая брата в бок, сказал Юстас.

– Верно, молодой человек, я доктор наук. Господин Вернер просил меня пропустить вас в архив. Я с радостью готов вам помочь, но только учтите, ни одна бумага не должна покинуть это здание. И прошу вас, будьте аккуратны.

Архивариус объяснил ребятам, как пользоваться каталогом, показал расположение стеллажей, а сам отошёл в небольшой кабинет за стеной.

– Ну, и что мы ищем? – спросил Вудс.

– Нам нужны здания, построенные в эпоху завоевания, – ответил Эриш. – То есть самые старые из сохранившихся в городе.

– Это дворец правосудия, я точно знаю, – сказал Юстас.

– Нам точно не это здание нужно.

– «Эсколар» начали строить сразу после окончания войны с амаргами, – вспомнил Мартин.

– Ну, школа нам тоже вряд ли подойдёт, – возразил Юстас.

– Ладно, давайте посмотрим по каталогу, – предложил Вудс. – Здесь есть по годам.

Вскоре у друзей был целый список старинных зданий, и Эриш проговорил:

– Нам нужно узнать, какой из этих домов был связан с амаргами.

– Здесь точно должна быть какая-то информация о каждом из этих зданий, – сказал Мартин. – Давайте искать.

Где-то минут через сорок Юстас объявил:

– Мне кажется, мы нашли. Вот эти два дома подходят лучше всех.

– Согласен, – кивнул Вудс. – Дом, который принадлежал родственникам первого губернатора Фердинанда Монроя, и первая клиническая больница Айланорте.

– И там, и там большие подвалы, – добавил Юстас.

– Семья Монроя общалась с амаргами, а некоторые из первых лекарей обращались за помощью к знахарям, – сказал Мартин.

– А на месте нашей школы раньше был госпиталь, – проговорил Эриш.

– Причём тут «Эсколар»? – спросил Юстас.

– Наверное, не причём.

– Тогда идём.

– А что мы будем делать с этими домами? – поинтересовался Вудс.

– Исследовать, конечно! – ответил Юстас. – И я уверен, что они точно подходят для проекта Макса. Там есть это его барокко. Так что предлагаю завтра после уроков начать.

III

Род Эриша по линии отца шёл от героя эпохи завоевания, амарго по имени Шенди. Это имя, в переводе означавшее лис, передавалось с тех пор от деда к внуку. Именно поэтому так звали отца Эриша. Такое имя должен будет и сам Эриш дать своему сыну, если тот у него родится. Дед Эриша, Росс, тоже был героем, но только времён союза «Атадо», когда в Айланорте к власти пришёл тиран Ромул Хат. Тогда он вместе с дедом Юстаса Филом Эскотом возглавил движение сопротивления «Дети горькой воды» и помог губернатору Флориану Салесу занять свой пост. Отец Эриша тоже не просто так стал одним из самых молодых шерифов в истории Айланорте. Эриш знал об истории своей семьи с самого раннего детства и порой это героическое прошлое сильно ему мешало. Нужно было соответствовать. Но мог ли Эриш? Был ли он достоин называться сыном Шенди и носить громкую фамилию семьи Эскотов, с которой породнилась его тётя Шушаник?

Раньше у амаргов не было фамилий, но с приходом к власти Салеса отношение к амаргам сильно поменялось и поэтому те, кто перебрался из Тиеры в город, стали занимать равные посты с нортами и постепенно приобретали фамилии. Отец Эриша стал Эскотом ещё при поступлении в школу сыска, Линуш сам это предложил, к тому же, они с Шенди были молочными братьями. Теперь эту фамилию носил и Эриш. Он не знал, было ли тяжело из-за этого его брату, и склонялся к тому, что нет, скорее наоборот, потому что Юстас в случае чего мог спокойно признаться, чей он сын, и с улыбкой наблюдал за реакцией собеседника. Эриш не сделал так ни разу. Ему хотелось, чтобы его уважали, не потому что он Эскот.

Эриш далеко не сразу понял, что может приказывать людям, а они будут выполнять, то, что он скажет. Подопытным кроликом стал Юстас. Это уже потом Эриш узнал, что его брат был из тех, кто легко поддаётся гипнозу, да и само это слово «гипноз». Этим даром владел его дед по материнской линии, шаман из северного поселения инуа. Им же обладала и его мама, вот только она им не пользовалась, и маленький Эриш долго не понимал, почему. Какое-то время гипноз казался Эришу идеальным способом заставить себя уважать. Вот только он немного перепутал понятия. Бояться не всегда значило уважать. Иногда Эришу казалось, что пусть лучше боятся, но сейчас он сам толком не знал, что было для него лучше.

Он положил на стол Драя сочинение, которое написал Юстас, а Эриш аккуратно скопировал в свою тетрадку. Директор взял тетрадь, пробежал глазами сочинение и с улыбкой проговорил:

– Конечно, я не стану проводить лингвистическую экспертизу, но даже без неё я могу сделать кое-какие выводы об авторстве.

– Да мы просто обсуждали эту тему с братом! – вмешался Юстас. – Он почерпнул что-то из нашего разговора, вот и всё.

– Почерпнул, – повторил Драй. – Хорошо, я это учту.

– Мне не нужны адвокаты, – резко сказал Эриш, когда директор вышел из класса.

– Я мог бы обидеться, но не буду, – ответил Юстас. – Не пора ли нам уже обсудить план наших дальнейших действий?

Четверо друзей собрались у себя в комнате, и Макс заговорил:

– Не думаю, что будет уместно, если мы продолжим ходить по домам всей толпой. Нам необходимо разделиться. У нас два дома, значит, по два человека на каждый.

– Вообще-то есть ещё Джой, и его тоже надо учитывать, – возразил Юстас.

– А вы с ним связывались?

– Нет, но я могу позвонить в Тиеру и позвать его.

– Это нецелесообразно, – сказал Вернер.

– Но и не очень честно. Это же была его идея.

– Мы можем всё разузнать и потом сообщить ему.

– Ладно, я так понимаю, что я буду с братом, а вы вдвоём.

– Нет, – покачал головой Макс. – Если мы всё-таки пройдём в подвал и обнаружим там надпись, нужно быть совершенно точно уверенным, что это язык амаргов и что это нужное слово. Ни я, ни Мартин этот язык не изучали. Поэтому ты, Юстас, пойдёшь со мной, а Эриш пойдёт с Мартином.

– С каких пор ты у нас главный? – задал вопрос Эриш.

– Я ваш староста, ты не забыл? И если у тебя есть, что возразить, я тебя внимательно слушаю.

– Я могу написать на бумаге слово «восток» на языке амаргов и отдать вам.

– Это может вызвать ненужные подозрения.

– Лично я не против пойти с Эришем, – сказал Мартин.

– Да я тоже не против Макса, если он не будет сильно нудеть.

– Значит, решено, – кивнул Вернер. – Выходим сразу после обеда. Куратора я предупрежу.

– А кто в какой дом пойдёт? – спросил Юстас.

– Мы с тобой в больницу, не зря ты знахарь. Я занимаюсь своим историческим проектом, а ты своим, по медицине.

– Вообще-то у меня проект по литературе, но ладно, будет теперь по медицине.

– Мартин будет придерживаться той же версии, с какой вы ходили в архив, – продолжал Макс. – Эриш будет ему помогать.

Здание первой клинической больницы Айланорте, куда направились Юстас и Макс, находилось в историческом центре города. Вокруг него с годами вырос целый медицинский комплекс, но друзей интересовал главный корпус, в котором ныне располагалась администрация клиники, а также кабинеты физиотерапии.

– Директор знает мою маму, – сказал Юстас. – Хочешь, по блату пройдём?

– Куда по блату? В подвал? – отозвался Макс. – Как ты себе это представляешь?

– Ну, хорошо. Что ты предлагаешь?

– С директором действительно можно поговорить, но не стоит упоминать наше желание проникнуть в подвал. Мы можем попросить разрешения пройти по всему зданию с целью изучения особенностей постройки.

– Это для тебя. Но у меня же типа по медицине проект.

– Ну, а ты пойдёшь смотреть, как занимаются гирудотерапией, а потом сбежишь ко мне. Встретимся у входа в подвал.

– Гирудотерапией?

– Если тебе не нравятся пиявки, поинтересуйся электрофорезом.

– Тебе его когда-нибудь делали?

– Нет. А тебе?

– Пусть лучше будут пиявки.

Директор клиники принял школьников очень вежливо, и его дружелюбие только увеличилось от фамилии Эскот. Разрешив Максу осмотреть здание, он проводил Юстаса в один из кабинетов и оставил наедине с медсестрой.

– Значит, тебя интересует гирудотерапия? – с улыбкой спросила женщина.

– Ага. Моя мама это не практикует, а я хотел бы попробовать, – ответил Эскот.

– Ты наверняка слышал, что лечение кровопусканием и в том числе с помощью пиявок используется людьми уже более тысячелетия?

– Слышал, конечно.

– Показать тебе, как это работает?

– Покажите.

Медсестра надела перчатки, достала из банки крупную пиявку и проговорила:

– Давай сюда руку.

Первой мыслью Юстаса было отказаться, но он всё-таки послушался. Женщина осторожно, но уверенно посадила пиявку на кожу.

– Ой, – Эскот почувствовал, как она присасывается к его руке.

– Сейчас она начнёт пить кровь. Обычно за раз пиявка высасывает до пяти миллилитров.

– А это надолго?

– Пока она не насытится. Но, конечно, сеанс можно прервать, если, к примеру, посыпать её солью или пустить струю табачного дыма.

– Замечательно, – пробормотал Эскот, глядя на толстого коричневого червя на своей руке.

Он уже пытался придумать, как сбежать от медсестры, как её позвали к пациенту, и Юстас отправился искать вход в подвал как был, вместе с пиявкой. Макс уже его поджидал.

– Это то, что я думаю? – спросил Вернер, показывая на руку.

– Это мой новый друг, – ответил Эскот. – Я зову его Тоби.

– Пиявки – гермафродиты, – поморщившись, заметил Макс.

– И что, гермафродита не могут звать Тоби?

– Подвал заперт.

– Если тут простой замок, то я открою, – и Юстас свободной рукой достал из кармана проволоку.

– Я так и знал, что это ты подбросил Винсенту сигареты, – наблюдая за тем, как Эскот орудует проволокой в личинке замка, сказал Вернер.

– Это не доказано, – и Юстас с лёгкостью открыл дверь. За ней оказалась лестница, ведущая вниз. Ребята начали спускаться. Макс достал из кармана фонарик и включил его.

– А ты продуманный, – заметил Эскот.

– Я не очень хорошо вижу в темноте, – ответил Вернер. – Полагаю, что и ты тоже.

– Здесь наверняка есть включатель.

– Тогда мы выдадим своё присутствие.

– Кому?

– Кому угодно.

Спустившись, ребята оказались в помещении, сильно напоминавшим склад. Куча коробок, какая-то мебель, инвентарь, тряпки, папки с бумагами. Юстас чихнул.

– Будь здоров, – сказал Макс.

– Спасибо. Что-то мне не кажется, что здесь держат подростков, – и Эскот снова чихнул.

– Будь здоров ещё раз. Я с тобой согласен, но давай для чистоты эксперимента осмотрим стены на предмет надписей на языке амаргов.

– Посвети тогда мне, – Юстас чихнул в третий раз.

– Что-то мне подсказывает, что у тебя аллергия на пыль.

– А то я сам бы не догадался! – и Эскот достал носовой платок. – Свети, давай! И не на Тоби, а на стены! Ты его пугаешь.

– Может быть, мне ещё извиниться перед твоей пиявкой?

– На первый раз Тоби тебя прощает.

Послышался громкий стук, за ним щелчок и всё стихло.

– Дверь закрыли, – сказал Макс.

– Ну, я думаю, что я её изнутри тоже смогу отпереть, – шмыгая носом, ответил Юстас.

– Боюсь, что не сможешь.

– Это почему?

– Там была щеколда. Её задвинули.

– Это ты по звуку понял?

– Не веришь – идём, проверим.

Они вернулись к лестнице, поднялись наверх и убедились в правоте Вернера. Дверь была заперта на щеколду снаружи.

– Я не понимаю логики этой щеколды, – проговорил Юстас. – Замок ладно. Нет ключа – не сможешь открыть. Но щеколда снаружи? Смысл?

– Разве что запирать кого-то, как нас, – пожал плечами Макс. – Вполне возможно, что раньше подвал использовался для чего-то другого. Здесь могли запирать пациентов.

– На карантин?

– Вероятно.

– Давай вернёмся и закончим осматривать стены, – предложил Юстас.

– Уверен?

– Да. Я хочу точно знать, что это не тот подвал, который мы искали. Потому что если мы сейчас найдём надпись, то это будет означать, что мы с тобой следующие жертвы.

Тем временем Эриш и Мартин подошли к дому, когда-то принадлежавшему родственникам первого губернатора Айланорте. Сейчас на первом этаже этого здания располагался ресторан «Голубая агава», а на втором жили две семьи.

– А ты ведь знаешь, что в этом ресторане когда-то была штаб-квартира преступного синдиката? – вдруг спросил Мартин.

– Знаю, – кивнул Эриш. – Это было одним из первых дел отца и дяди Линуша. Хозяин ресторана был главой синдиката. Потом «Голубую агаву» выставили на торги. Название менять не стали, потому что это уже история.

– Что будем делать? Пойдём к администрации? Я могу рассказать им о проекте.

– Не думаю, что они пустят нас в подвал.

– А как тогда?

– Иди сюда, – Эриш обошёл здание и показал на окошко, ведущее в подвал.

– Ты хочешь, чтобы мы через него пролезли? – удивился Мартин. – Вообще-то я не самый маленький человек в мире. А ты тем более.

– Пролезть можно. Только одежду запачкаем и, может быть, даже порвём.

– Ладно, – вздохнул Вудс. – Давай попробуем.

– Давай, пока народу нет. Я на стрёме постою.

Мартин, кряхтя, пролез через окошко, следом за ним в подвал проник и Эриш.

– Фу, я во что-то вляпался! – воскликнул Вудс.

– Тухлятина какая-то, – ответил Эскот. – Похоже на опарышей.

– На кого?

– Ну, личинки мухи. Червяки такие.

– Эриш, давай ты быстренько посмотришь стены и мы обратно вылезем?

Эскот достал из кармана зажигалку и двинулся дальше. В подвале хранились продукты, которые сильно напоминали просроченные. Внутри стоял специфический запах, было сыро, а от огня зажигалки по стенам разбегались тараканы.

– Никогда не пойду обедать в этот ресторан, – проговорил Мартин.

– По-моему, никакой нормальный маньяк не станет держать здесь детей, – сказал Эриш.

– Нормальный маньяк. Такие бывают?

– В любом случае, Милли рассказала бы о вони и ящиках с гнилью. Значит, это не тот подвал.

– Надписи точно нет?

– Точно.

– Тогда, получается, что Макс и Юстас сейчас в нужном подвале?

– Мне это не нравится. Идём отсюда.

В этот момент дверь в подвал открылась, щёлкнул выключатель и на пороге оказалась женщина, одетая в рабочую униформу.

– Что вы здесь делаете? – возмутилась она. – Вы воры?

– Нет, мы не воры, – ответил Эриш. – Мы элементы барокко ищем.

– Чего? Я сейчас сыск вызову!

– Нет, подождите, – Эскот подошёл ближе. – Подождите. Вы никого не будете вызывать. Слышите меня?

– Слышу, – остолбенев, кивнула женщина.

– Вы никого не будете вызывать.

– Я никого не буду вызывать.

– Марти, сваливаем, – громко прошептал Эриш, и ребята бросились к окну.

– Мне надо срочно в душ, – уже на улице проговорил Вудс.

– Делай, что хочешь, а я иду к Юстасу и Максу.

Мартин молча пошёл за одноклассником. Когда они дошли до клиники, Эриш остановился.

– Ты чего? – спросил Вудс.

– Не тот это подвал, – проговорил Эскот.

– Не тот? Ты имеешь в виду, что маньяка здесь нет?

– Да.

– И ты прям уверен?

– Да.

– Не буду спрашивать, почему.

– А я тебе не объясню.

– Но мы будем узнавать, здесь ли Макс и Юстас или они уже ушли?

– Давай проверим, раз мы здесь. Уверен, что Юстас назвал директору нашу фамилию, чтобы их пропустили, так что я могу сказать, что ищу брата.

Снова услышав фамилию Эскот, директор клиники заулыбался и ответил, что мальчики, которые приходили для проекта, скорее всего, уже ушли.

– Значит, они ждут нас в «Эсколаре», – сказал Мартин, когда ребята вышли из кабинета директора.

– Видимо, да, – неуверенно кивнул Эриш.

– Ты какой-то странный, – заметил Вудс.

Вместо ответа Эскот вдруг схватился за голову, прислонился к стене и сполз по ней на пол.

– Ты чего? – испугался Мартин. – Врача позвать?

Эриш молчал, чем явно только ещё больше пугал друга. Вудс позвал на помощь, и на его зов прибежало несколько человек, пара из которых были в белых халатах.

– Это Эриш Эскот, – показывая на одноклассника, проговорил Мартин. – Ему вдруг стало плохо.

Сквозь чехарду мелькающих пятен перед глазами, Эриш увидел, как над ним склонилось чьё-то незнакомое лицо, а потом ему под нос подсунули что-то вонючее.

– Всё со мной в порядке, – фыркнув, проговорил Эскот.

– Мы должны позвонить твоим родителям, – сказал кто-то из врачей.

– Нет! – запротестовал Эриш, вставая. – Это всё ерунда. Подумаешь, голова закружилась. Вон, меня Мартин проводит до школы.

– Я провожу, – закивал Вудс.

– В школе есть медсестра, – добавил Эскот.

– Обещаешь, что ты сразу же обратишься к ней? – спросил врач.

– Обещаю.

– Давай сделаем так. Ты сейчас пройдёшь в кабинет физиотерапии, там есть кушетка. Посидишь там минут пять-десять. Мы убедимся, что тебе лучше, и ты пойдёшь. Тогда мы не станем звонить родителям.

Эриш согласился. В сопровождении Мартина он действительно прошёл в кабинет, где послушно уселся на койку. Кроме них в кабинете была медсестра и пожилой пациент, который дышал каким-то специальным раствором через ингалятор.

– Что с тобой было? – шёпотом спросил Вудс.

– Со мной всё нормально, – ответил Эскот.

– И поэтому ты согласился пойти сюда?

– Мне был нужен повод остаться.

– Подожди, ты хочешь сказать, что ты притворился, что тебе плохо?

– Нет. Вернее, плохо мне не было, это другое. И вообще отстань. Не лезь ко мне.

Мартин открыл рот, чтобы что-то сказать, но промолчал. Вздохнув, он отошёл от Эриша и уставился на большую банку с пиявками. Тем временем Эскот поднялся, подошёл к медсестре и тихо, но уверенно спросил:

– Где здесь вход в подвал?

– Налево, затем прямо по коридору до конца, – ответила женщина.

Эриш вышел из кабинета и зашагал к подвалу. Мартин пошёл за ним. Вход оказался запертым только на щеколду. Отодвинув её, Эскот открыл дверь и, достав зажигалку, начал спускаться по лестнице.

– Братец суслик, ты здесь? – осторожно позвал он.

– Эриш! – услышал он радостный возглас Юстаса. Сам брат бросился к нему навстречу в сопровождении Макса, который почему-то держал в руках огромный кусок металлической трубы.

– Ты решил переквалифицироваться в водопроводчика? – поинтересовался Эриш.

– Нет, он просто подумал, что за нами маньяк пришёл, – объяснил Юстас. – Потому что нас заперли. Но надписей тут нет.

– Во втором доме тоже ничего нет. Мы ошиблись.

– Отрицательный результат тоже результат, – проговорил Макс.

– А ты так и пойдёшь с трубой? – спросил Эриш. Вернер не успел ответить, потому что Эриш увидел пиявку на руке брата. – Почему на тебе червяк?

– Это Тоби! – ответил Юстас.

– Ой, пиявочка! – почему-то обрадовался спустившийся в подвал Мартин.

– Почему ты её не сдерёшь с себя? – задал вопрос Эриш.

– А это невозможно, пока она не напьётся, – ответил Юстас. – А Тоби какой-то ненасытный сегодня.

– И что, его нельзя отцепить досрочно?

– Вообще-то можно, если на него сигаретным дымом подышать.

Не говоря ни слова, Эриш достал из кармана сигареты, закурил и выдохнул прицельно на пиявку. Та едва не упала, и Юстас еле успел её подхватить.

– Надо её выпустить в водоём, – проговорил он.

Когда ребята благополучно покинули здание, Макс сказал:

– Нам уже пора возвращаться в «Эсколар», мы отсутствуем слишком долго.

– Не раньше, чем я найду ближайший пруд и отпущу Тоби, – отозвался Юстас.

– Ты знаешь, что такое гирудиноз? – спросил Вернер.

– Нет. Ты точно не придумал это слово?

– Я не занимаюсь словообразованием. Я всего лишь читал статью, в которой рассказывалось об этом заболевании, которое возникает вследствие нападения пиявок.

– Взгляни на Тоби, как он на меня нападёт? К тому же, я думаю, он сыт.

– Пиявки могут проникать в различные полости организма.

– Я слежу за Тоби, он никуда не проникнет. Кстати, Марти спрашивал тебя про окапи?

– Спрашивал, – кивнул Макс.

– Они существуют, – сказал Вудс.

– Что я говорил? – усмехнулся Эриш. – Ладно, вы идите в школу, а мне придётся проводить этого придурка до пруда. Мы скоро вернёмся.

– Ближе всего расположен пруд в сквере недалеко от губернаторского дворца, но там вы рискуете встретить родителей или кого-то из их знакомых, так что я рекомендовал бы пруд за старым особняком на улице Часовщиков, – проговорил Вернер.

– Там же сейчас никто не живёт, – вспомнил Мартин.

– Да, дом выставлен на продажу.

– Пошли, братец аксолотль, – сказал Эриш.

– Спасибо, что не лягушка, – отозвался Юстас.

– Ну, разве что древолаз.

– Потому что красивый?

– Потому что ядовитый.

– Ты злой, братец лис.

– Ты идёшь своего червяка отпускать или нет?

Юстас молча зашагал в сторону улицы Часовщиков. Эриш последовал за ним, и вскоре они добрались до того самого заброшенного особняка.

– Как ты думаешь, здесь живут привидения? – спросил Юстас.

– Привидения не могут жить, они мёртвые.

– А давай в дом залезем.

– А давай ты выбросишь червяка в пруд, и мы вернёмся в «Эсколар». Я устал и не хочу новых проблем.

– Вообще это идеальное место для маньяка.

– И поэтому сыск проверил его в первую очередь. Не тупи.

Братья перелезли через изгородь и подошли к заросшему пруду, куда Юстас выпустил пиявку.

– Плыви, Тоби, и будь счастлив.

– Ещё скажи, что будешь скучать.

– Мы с ним, между прочим, теперь одной крови.

– Что я в прошлой жизни сделал не так, что мне послали такого брата? – вздохнув, проговорил Эриш.

Эриш развернулся к изгороди и уже хотел перелезть обратно на улицу, как вдруг увидел выехавшую из-за угла машину, которая притормозила прямо перед особняком. Эриш быстро толкнул брата вниз и сам сел на корточки, чтобы его не было видно с улицы. Юстас хотел было возмутиться, но, услышав шум двигателя, промолчал и устроился рядом с братом. Они оба подумали, что это могли быть покупатели или риэлтор, но когда с противоположной стороны автомобиля открылась дверца, и из неё вышел мужчина, Юстас еле удержался от крика. Лицо водителя скрывала карнавальная маска. Он открыл заднюю дверь, нагнулся, чтобы что-то вытащить, а затем снова сел в машину и уехал. На дороге остался лежать мальчик с повязкой на глазах и связанными за спиной руками. Придя в себя от шока, братья бросились к нему.

– Жив, – выдохнул Юстас. – Но без сознания.

– Я запомнил номер машины, – сказал Эриш. – Надо сообщить родителям.

Уже позже вечером, когда Шенди отвёз ребят в «Эсколар», до Юстаса словно только дошло, что случилось. Он сел на кровать, притянул колени к груди и обхватил их руками, чувствуя, что готов разреветься, как дошкольник. Перед его глазами стояло лицо того мальчишки, когда он пришёл в себя. Юстас никогда раньше не видел столько ужаса, боли и отчаяния в одном только взгляде. Он попытался успокоить мальчика, он хотел поделиться с ним своей силой и исцелить его, но ничего не получилось. Когда у мальчишки началась истерика, Эриш оттащил Юстаса в сторону. Именно в этот момент приехал сыск. Конечно, братьям досталось за прогулки вокруг заброшенных домов, но у Шенди и Линуша не было времени долго ругаться. Эриш сообщил им номер машины, и теперь был шанс, что преступника поймают в ближайшие часы.

– Это был не его автомобиль, – тихо проговорил Эриш, сев на кровать рядом с Юстасом.

– Что? – не сразу понял тот.

– Это был не его автомобиль, – повторил Эриш.

– Он его угнал? – догадался Юстас.

– Наверное. Я не знаю.

– Ты сказал об этом отцу?

– Нет, но я и сам этого не знал. Только сейчас понял.

– Но они всё равно найдут его. Автомобиль – это хорошая зацепка. Даже угнанный.

– Почему мы ничего не сделали? – вдруг спросил Эриш.

– Ты о чём?

– Нас было двое, а он один. Мы могли что-нибудь сделать.

– Эриш, мы дети.

– Какие дети? Наши предки в этом возрасте уже женились!

– Мы не наши предки. А если у него было оружие? Предыдущую жертву он уже убил. Думаешь, нас бы пощадил?

– Вот и получается, что мы струсили.

– Мне не стыдно.

– А тебе вообще бывает стыдно?

– Эриш.

– Что? Я задал вопрос. Тебе бывает стыдно?

– То есть ты считаешь, что нет?

– Ты подставил Винсента легко и непринуждённо, ты украл мои сигареты, взломал замок, наврал коменданту. Потом в клинике ты тоже ведь врал.

– Значит, ты у нас весь такой честный, а я лгунишка?

– Я не утверждал, что я честный. А ты так и не ответил на мой вопрос.

– Хорошо. Я отвечу. Мне не бывает стыдно.

Сказав так, Юстас слез с кровати и вышел из комнаты. В коридоре он встретил Макса и Мартина, возвращавшихся из столовой, но прошёл мимо них, не произнеся ни слова. Юстас сам не знал, куда шёл. Покинув жилое крыло, он остановился у стены с табличкой, на которой были имена всех, кто когда-то внёс свой вклад в строительство и развитие «Эсколар». Юстас не раз обращал на неё внимание, но сейчас что-то дёрнуло его перечитать все имена. Почему-то это занятие успокаивало.

– Господин Эскот, – раздался рядом голос Киннера, – интересуетесь историей?

– Немножко, – ответил Юстас.

– Ты же знаешь о кладе, который нашли в подвале школы, когда твой отец ещё учился здесь?

– О кладе? – удивился Эскот. – Мне папа ничего не рассказывал об этом.

– Здесь было спрятано золото амаргов. Именно твой отец помог его отыскать.

– А вы откуда знаете?

– Интересовался, – улыбнулся комендант.

– И в подвале были?

– Конечно, я был в подвале, – рассмеялся Киннер, – там же сейчас хранится старая мебель, я как-никак комендант.

– А там есть надписи?

– На мебели? Да сколько хочешь! Ученики «Эсколар» не отличаются бережливостью.

– Нет, на стенах подвала.

– Вроде что-то есть, я не обращал внимания.

– Можно мне посмотреть?

– Юстас, ты хочешь, чтобы я отвёл тебя в подвал? Ты уверен?

– Ну, мы не скажем Драю. Мне любопытно. Вы же говорите, там был клад.

– Хорошо, – кивнул Киннер. – Идём.

Юстас думал, что они выйдут из школы, потому что он видел дверь, ведущую в подвал, на улице, но комендант повёл его совершенно другим путём. Они спустились на первый этаж, затем прошли по коридору до кладовой, Киннер открыл её своим ключом и пропустил Юстаса вперёд. Включив свет, комендант запер дверь изнутри, а затем отодвинул от стены небольшой, судя по всему, пустой шкаф, и за ним обнаружилась ещё одна дверь. Открыв её, Киннер с улыбкой проговорил:

– Пошли, если не передумал.

В этот момент Юстасу вдруг стало страшно. Он сам не понимал, чего именно испугался и кого. Ему захотелось развернуться и убежать к себе в комнату, но вместо этого Юстас кивнул. За дверью оказалась лестница, ведущая вниз. Киннер пошарил рукой по стене и нашёл выключатель. Стало светло, и Юстас даже перестал бояться. Он спускался вниз и слышал за собой уверенные шаги коменданта.

В подвале было пусто. Из мебели, о которой говорил Киннер, здесь были только пара столов, несколько стульев и одна кровать. Юстас не сразу понял, что показалось ему странным, потому что первым делом стал изучать стены. И только увидев надпись на языке амаргов, гласившую «первый от востока», Юстас понял. На кровати было постельное бельё. Подушка, простыня, одеяло, словно здесь кто-то спит. Эскот обернулся на Киннера. Тот смотрел на него и улыбался.

– Нашёл, что искал? – спросил комендант.

– Пойдёмте обратно, – осторожно попросил Юстас.

– А что мне за это будет?

– Я не понимаю.

– Всё ты понимаешь.

– Я умею драться, меня Эриш научил.

– Я кандидат в мастера по боксу, если тебя это интересует. Но я не хочу тебя бить. Я не люблю портить красивые лица.

Юстас всё-таки попытался побежать к лестнице, но Киннер сбил его с ног одним ударом.

– Я же сказал, – проговорил комендант, – что не люблю портить красивые лица. Зачем ты меня вынуждаешь? Посиди здесь и подумай над своим поведением. Я скоро вернусь.

Сквозь шум в ушах Юстас услышал шаги, а затем, как хлопнула дверь. А через несколько секунд в подвале погас свет, и Эскот оказался в полной темноте.

IV

Когда Юстас не пришёл через полчаса, Эриш решил, что брат дуется. Собственно у него были на то причины, возможно, Эриш и перегнул палку. Когда Юстас не пришёл через час, он подумал, что братец совсем уже обнаглел. Ну, обиделся, с кем не бывает, но где можно было шляться в школе на ночь глядя? Не ушёл же он из «Эсколар» в самом деле? Вскоре Эришу надоело ловить на себе сочувственно осуждающие взгляды Мартина, и он решил узнать у дежурного, покидал ли Юстас здание. Дежурный уже уступил своё место сторожу и как раз возвращался в свою комнату. По его словам, Юстас никуда не уходил. Значит, этот дуралей был где-то в «Эсколар», хотя, зная братца, Эриш мог предположить, что тот сбежал через окно.

– Я должен буду доложить куратору, – проговорил Макс, когда Эриш вернулся в комнату.

– Дежурный сказал, что Юстас не уходил.

– И что, ты в это веришь?

– Считаешь, что Юстас мог его обмануть?

– Считаю. Ты ведь знаешь, что у Юстаса нет привычки прятаться в школе. Если он обижается, он уходит. Так было уже не раз.

– Я пойду его искать.

– Нет, Эриш, ты останешься в школе. Нам достаточного одного сбежавшего.

– Если я захочу пойти, ты меня не остановишь.

– Ошибаешься.

– Ребят, не надо, – вмешался Мартин.

– Кто-то же должен ставить его на место, – ответил Вернер.

– И ты считаешь, что это ты? – зло спросил Эриш.

– Ты не сможешь мне приказывать. Даже не пытайся. Я не поддаюсь.

Макс был прав. Он был одним из тех немногих, на кого не действовал гипноз. Эриш честно пробовал. Не вышло.

– Я всё равно пойду искать Юстаса, – сказал Эскот.

– Нет, ты не пойдёшь. Если мне нужно будет с тобой подраться, я буду драться. Надо будет тебя запереть, я запру.

– Макс прав, – проговорил Мартин. – Не ты должен искать Юстаса, а взрослые. Уже комендантский час. Нам нельзя гулять. Особенно сейчас.

– Вот именно, что особенно сейчас! – воскликнул Эриш. – Маньяк наверняка ищет новую жертву! А там Юстас!

– Я иду к куратору, а ты иди и звони родителям, – почти приказным тоном

Эскот с силой ударил кулаком по стене в нескольких сантиметрах от стоявшего рядом Макса. Вернер даже не вздрогнул.

– Идём, – сказал он. Эриш пошёл к телефону, висевшему в коридоре, и набрал домашний номер.

– Дом Эскотов, – раздался в трубке голос Тлалока.

– Это Эриш, отец дома?

– Да, юный господин. Сейчас я его позову.

– Что случилось? – взяв трубку, спросил Шенди.

– Юстас пропал.

– Как он мог пропасть из школы? Двух часов не прошло, как я вас туда отвёз.

– Ну, он вышел из нашей комнаты и не вернулся. Дежурный говорит, что он не выходил из школы, но… но мы-то знаем, что он, скорее всего, ушёл.

– Почему он ушёл один?

– Наверное, он обиделся.

– И на кого же?

– На меня.

– Обыщите всю школу на всякий случай. До связи, – Шенди положил трубку. Когда Эриш обернулся, то рядом с ним уже стоял куратор.

– Отец сказал на всякий случай обыскать школу.

– Идите в свою комнату, господин Эскот, – ответил куратор. – Мы сами осмотрим «Эсколар» вместе с господином Киннером.

– Я не могу просто так сидеть и ничего не делать!

– Всё, что вы могли сделать, вы уже сделали, – проговорил Вудс.

Эриш сжал ладони в кулаки.

– Идите в свою комнату, – повторил куратор.

В комнату Эскот не вернулся. Он только сделал вид, что послушался Вудса, а сам зашагал к кабинету директора. Драй уже ушёл домой, а открывать двери, запертые на замок, Эриш умел не хуже Юстаса. Эскот знал о том, что в кабинете Драя был сейф, в котором хранились не только важные документы, но и пистолет. Казалось бы, зачем директору школы для мальчиков пистолет, но, как любил повторять шериф Шенди, это Айланорте, здесь у всех есть оружие. Эриш без труда открыл дверь кабинета, а вот с сейфом пришлось повозиться. Оказалось, что на нём стоял кодовый замок. Дня рождения директора Эскот не помнил, да вряд ли бы Драй установил такую комбинацию цифр. По школе ходили слухи о том, что у директора в молодости была жена, которая погибла. Дядя Линуш тоже упоминал когда-то что-то подобное. Резонно было предположить, что Драй мог установить день рождения погибшей жены в качестве пароля к сейфу, но как узнать эту дату? Эриш какое-то время пялился на кнопки, пока не заметил, что каждой цифре соответствовала буква. А что если имя жены? Только его Эскот тоже не знал. Где это его пресловутое предвидение, когда оно так нужно? Рыскать по столу директора – это было уже перебором, но Эриш решился. В ящике обнаружилась очень старая фотография девушки. На обороте была выцветшая надпись: «Альберту от Лилии». Положив фото на место, Эскот вернулся к сейфу. Набрал «Лилия». В сейфе что-то звякнуло, и дверца открылась. Эриш взял пистолет, проверил наличие полного магазина, закрыл сейф и ввёл тот же пароль.

Убедившись, что в коридоре пусто, Эскот вышел из кабинета директора. Он сам толком не знал, где собирался искать брата, но очень надеялся на своё внутреннее чутьё. Эриш был уверен, что найдёт Юстаса, что просто почувствует его. Поэтому он спустился на первый этаж и выбрался через окно, прежде чем его кто-то заметил.

Оставшись в темноте, Юстас поднялся, потёр ушибленную коленку и захромал туда, где, по его мнению, была лестница. На свет из маленького подвального окошка рассчитывать не приходилось, потому что на улице уже стемнело. Не сразу, но Эскот нашёл лестницу и начал осторожно подниматься наверх, выставив вперёд руки. Ноги подкашивались, коленки тряслись, и Юстас очень боялся упасть. Один раз он едва не оступился, но всё-таки сумел удержаться на ногах. Наконец, Эскот уткнулся в дверь. Найдя на стене выключатель, он попробовал зажечь свет, но это не сработало. Наверняка Киннер где-то повернул рубильник. Тогда Юстас попробовал отпереть замок с помощью проволоки, но у него не получилось. Руки дрожали, почти ничего не было видно, и замок был каким-то слишком сложным. В итоге Эскот уронил проволоку и понял, что вряд ли сможет её найти в такой темноте. Он знал, что из подвала был ещё один выход, который вёл прямо на улицу, и решил найти его. Спускаясь с лестницы, Юстас всё-таки упал. Теперь болела не только коленка, но ещё и бок, и локоть, и рука. Кажется, он содрал кожу на ладони. Передвигаясь на ощупь, Эскот доковылял до кровати. Хотел сесть на неё, но вдруг отскочил от неё, как ошпаренный. Ему вспомнился тот мальчик, которого они нашли с Эришем. Ещё сегодня он был здесь.

С трудом сдержав слёзы, Юстас дошёл до стены и стал медленно ощупывать её в поисках двери или ещё одной лестницы. Глаза потихоньку привыкали к темноте, и вскоре Эскот действительно нашёл вторую лестницу. Он сам толком не знал, на что рассчитывал, когда поднимался по ней. Дверь на улицу, конечно, была заперта. Юстас спустился вниз, решив отыскать проволоку и попробовать снова. После долгих поисков он всё-таки нашёл кусок проволоки, вернулся ко второй лестнице и, поднявшись, попытался открыть дверь. Замок поддался, вот только дверь оказалась заперта на щеколду снаружи. Эскот выругался и заплакал от обиды. Сколько прошло времени, он не знал. Успокоившись, Юстас снова спустился вниз, и в этот момент в подвале зажёгся свет.

Эскот вжался в стену. Открылась дверь, и довольно улыбающийся Киннер медленно спустился по лестнице.

– Что же ты с собой сделал, малыш? – увидев Юстаса, покачал головой комендант.

– Вы меня убьёте? – дрожащим голосом спросил Эскот.

– А это зависит от твоего поведения.

– Но я же вас знаю, вы без маски.

– Малыш, ты так хочешь умереть?

– Нет.

– Тогда ты будешь делать всё, что я тебе скажу. Да, малыш?

– И тогда вы меня не убьёте?

– Нет, малыш. Я вовсе не хочу тебя убивать. Я только хочу, чтобы нам с тобой было хорошо. Так ты будешь меня слушаться?

Юстас молчал. Снова перед глазами был тот мальчишка.

– Не слышу тебя, малыш. Ты будешь меня слушаться?

– Буду.

– Тогда присядь, малыш, – Киннер сел на кровать и показал на место рядом с собой. На ватных ногах Юстас подошёл к нему и сел на самый край. – Расскажи мне, что знает сыск?

– Ничего.

– Так уж и ничего?

– Номер машины, на которой вы вывозили сегодня мальчика.

– И откуда же?

– Мы там были с Эришем. Случайно.

– Где там?

– У старого особняка.

– Что же вы там делали?

– Пиявку выпускали.

– Пиявку? – удивился Киннер. – Что за пиявку?

– Мы до этого были в больнице, – начал объяснять Юстас. – И там на меня посадили пиявку. Потом Эриш подул на неё сигаретным дымом, и она отвалилась. Я решил её выпустить в пруд.

– Значит, на тебе сидела пиявка и пила твою кровь?

– Да.

– Покажи, где.

Юстас показал на руку. Киннер почти с нежностью дотронулся до него, затем взял за руку, слегка нагнулся и коснулся губами того места, где осталась крошечная ранка от укуса пиявки. Эскота передёрнуло.

– Не надо меня бояться, малыш, – проговорил Киннер.

– Я не… я… – Юстаса трясло.

– Я же говорил, что не хочу тебя убивать. Так что тебе не нужно меня бояться, малыш. Тебе нужно всего лишь довериться мне, – с этими словами Киннер мягко погладил Эскота по плечу, затем его пальцы скользнули ниже к пуговицам рубашки. Одна за другой комендант стал расстёгивать пуговицы, и делал он это нарочито медленно, явно получая огромное удовольствие от процесса.

Дверь, ведущая на улицу, распахнулась и с громким стуком ударилась о стену. Юстас вскрикнул.

– Убери от него свои грязные руки, мразь! – раздался голос Эриша. Сам он вбежал в подвал, сжимая в руке пистолет.

– Успокойся, – встав, проговорил Киннер. – Успокойся и отдай мне пистолет. Это не игрушка.

– Отдам, – нехорошо усмехнулся Эриш. – Отдам. Смотри на меня, ублюдок.

Комендант встретился взглядом с Эскотом и замер.

– Ты будешь делать то, что я скажу, – проговорил Эриш. – Да?

– Да.

Эскот протёр пистолет краем рубашки и протянул его Киннеру.

– Бери, – и комендант взял оружие.

– Что ты делаешь? – испуганно прошептал Юстас. Он как-то весь сжался и судорожно пытался застегнуть рубашку, но пальцы не слушались.

– А теперь ты застрелишься, – сказал Эриш. – Ты меня понял? Такие как ты не должны жить.

– Что ты делаешь? – снова прошептал Юстас.

– Ты убьёшь себя. Немедленно, – проговорил Эриш, наблюдая, как Киннер медленно подносит дуло пистолета к виску. – Стреляй!

Комендант выстрелил. Юстас зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что Киннер лежит на полу, а рубашка Юстаса была в крови. В глазах потемнело, и Эскот понял, что теряет сознание.

Эриш подбежал к брату и подхватил его, прежде чем тот свалился с кровати. Всё было точь-в-точь как в том сне, который преследовал его. Подвал, Юстас и мужчина, которому Эриш приказал застрелиться. В голове было пусто. Эскот сидел на кровати, прижимая к себе брата, не в силах двинуться с места.

Шенди, Линуш и ещё несколько сыщиков вбежали в подвал сразу с двух сторон. Эриш не сразу понял, что дядя пытается забрать у него Юстаса, и словно не мог разжать руки.

– Хочешь сказать, что он застрелился сам? – глядя на тело Киннера, спросил Шенди.

– Сам, – кивнул Эриш, поняв, что вопрос относился к нему.

– Внезапный приступ раскаяния?

– Что-то вроде того.

– Как ты догадался, что он здесь?

– Свет горел.

– То есть ты вышел на улицу?

– Да. Вылез через окно и увидел, что здесь горит свет. Это подвал. Всё сошлось. И Юстас не выходил из школы.

– Чей пистолет?

– Драя.

– А застрелился он сам. Из пистолета директора. Пистолета, который хранится в сейфе.

– Да.

– Нам придётся поехать во дворец правосудия и записать ваши показания. Ты уверен, что сможешь объяснить, что произошло?

– Тебе же сейчас объяснил.

– Допустим, – вздохнул Шенди.

– Как вы узнали? – спросил Эриш.

– Угнанная машина стояла неподалёку. Дальше ты сам сказал. Подвал. Ну, а ещё Мартин только что рассказал о надписи. Если бы вы не стали скрывать это от нас, то ничего бы этого не произошло. Мы прекрасно знали, где находится эта надпись. Но наказывать вас смысла нет, вы уже сами себя наказали. Готов ехать во дворец правосудия?

– Готов.

Юстас пришёл в себя уже в машине. Он понял, что лежит на коленях отца, который гладит его по голове.

– Мы едем домой? – тихо спросил Юстас.

– К сожалению, нет, – ответил Линуш. – Сначала во дворец правосудия.

– Давать показания?

– Да. Лучше, чтобы ты сделал это сейчас, чтобы потом мы к этому больше никогда не возвращались.

– Ты видел, как Киннер застрелился? – с водительского сиденья послышался голос Шенди.

– Видел.

– Сам?

– Сам, – немного помедлив, ответил Юстас.

– Так я и думал.

Эриш сидел рядом с отцом и молчал.

– И что, у Киннера был пистолет? – снова задал вопрос Шенди.

– Да, – сев, кивнул Юстас.

– Ну, и что заставило его покончить с собой?

– Наверное, то, что его обнаружили. Эриш нас нашёл.

– Звучит логично, – сказал Линуш. – Киннер понимал, что с ним сделают в тюрьме. Конечно, он мог убить… обоих, но он понимал, что раз Эриш его нашёл, то за ним придём мы. Мне кажется, стоит придерживаться этой версии, тогда до суда дело не дойдёт.

– Эриш, Юстас, вы должны говорить одно и то же, вы это понимаете? – проговорил Шенди.

– Да, – ответил Эриш.

– Я понимаю, – согласился Юстас.

Уже во дворце правосудия Линуш повёл Юстаса не в свой кабинет и даже не в допросную. Они пришли в лабораторию. Увидев женщину в белом халате, Юстас попятился назад.

– Оставьте нас на минуту, – попросил Линуш, и женщина вышла.

– Зачем мы здесь? – спросил Юстас.

– Ответь мне на один вопрос. Киннер успел что-нибудь с тобой сделать?

– Нет.

– Ты говоришь правду?

– Конечно, я говорю правду.

– Значит, он ничего не сделал?

– Нет.

– Ты весь в синяках и ссадинах.

– Я упал. Сначала он меня ударил, а потом я был там один в темноте и я упал с лестницы, когда пытался сбежать.

– Сынок, ты точно меня не обманываешь?

– Да не обманываю я!

– В твоей ситуации люди часто не говорят правду.

– Пап, мне поклясться? – Юстаса начало трясти.

– Если ты обманываешь… Сейчас тебя осмотрит наш доктор.

– Почему не мама?

– Потому что это наш судмедэксперт. Она должна тебя осмотреть. И взять кровь с твоей рубашки на анализ. Если тебя смущает, что это женщина, я могу пригласить мужчину…

– Нет! – воскликнул Юстас. – Не надо мужчину!

– Мне остаться?

– Нет, – уже тише ответил Юстас. – Я всё понимаю. Пусть она осматривает.

Вернувшаяся женщина в белом халате сначала попросила Юстаса снять рубашку, затем осторожно обработала все ссадины, а потом, когда Эскот уже почти успокоился, проговорила:

– Приспусти, пожалуйста, брюки вместе с бельём и повернись ко мне спиной.

Юстаса снова начало трясти, а руки вдруг сделались каменными и не хотели слушаться. Он всё-таки смог расстегнуть пуговицу на брюках и сделать то, что попросила женщина. Ягодицы коснулась рука в перчатке. Юстас напрягся.

– Следов борьбы нет, ссадин и трещин нет, – констатировала эксперт. – Можешь одеваться.

Дрожащими руками Юстас надел бельё и брюки и застегнул ширинку. Женщина позвала отца.

– Всё в порядке, – проговорила она. – Мальчик вас не обманывает.

– Идём, – сказал Линуш.

– Давать показания? – спросил Юстас и не узнал собственный голос.

Его опрашивали в кабинете шерифа. До него здесь уже побывал Эриш, который теперь ждал в приёмной. Юстас надеялся, что его показания совпадали с тем, что только что говорил его брат. Судя по реакции отца, так и было.

– Мама уже ждёт тебя внизу, – наконец сказал Линуш. – Мы с Шенди ещё задержимся, а вы езжайте домой.

Они с Эришем молча спустились на первый этаж, где их ждала Шушаник. Увидев маму, Юстас бросился к ней, а когда она обняла его, разрыдался.

Оказавшись дома, Эриш не знал, куда себя деть. Он даже хотел попросить тётю Шушаник отвезти его в «Эсколар». Там сейчас были его вещи, учебники, и он мог бы попытаться сделать домашнее задание, хоть время уже было около полуночи. Макс и Мартин наверняка бы злились, особенно Вернер, но Эриш бы на это наплевал.

Дверь тихо открылась, и в комнату медленно зашёл Юстас. Он был в папиной рубашке и всё тех же брюках. Не говоря ни слова, он прошёл в ванную и запер за собой дверь. Раньше никогда не запирал. Только в школе. Дома никогда.

Сейчас Эришу захотелось убить Киннера собственноручно. С одной стороны, он не жалел о том, что сделал, но с другой, если бы этого ублюдка арестовали, то в тюрьме ему пришлось очень туго. Эриш очень надеялся, что там, после смерти, ещё что-то было, и Киннер сейчас предстоит перед судом, тем самым, которого он избежал здесь. Эриш достал сигареты, открыл окно и закурил.

Юстас вышел из ванной через полчаса, надел лёгкую пижаму и забрался в кровать. Эриш сел рядом.

– Спасибо, – сказал он.

– За что? – не понял Юстас.

– За то, что теперь меня не будут судить благодаря твоим показаниям.

– А тебя должны были судить?

– Конечно. За доведение до самоубийства. Может, в колонию и не отправили бы, но… не знаю.

– Ты это видел в том сне?

– Да.

– Это я вообще-то должен был сказать тебе спасибо. Ты пришёл очень вовремя.

– Если бы не я, ты бы там и не оказался. Почему ты вообще пошёл в этот подвал?

– Я уже всё рассказал в сыске, я не хочу рассказывать это снова. Я доверял Киннеру.

– И поэтому пошёл с ним в подвал?

– Ты сейчас что, злишься? На меня?

– И на тебя, и на себя.

– То есть это я сам виноват? – голос Юстаса дрогнул.

– Нет.

– Ты курил?

– Курил.

– Дай мне тоже.

– Ты же не куришь.

– Теперь курю. Доставай сигареты.

Эриш послушался. Они вдвоём подошли к окну, и Эриш помог брату прикурить. Юстас затянулся и закашлялся.

– Ты точно хочешь продолжать?

– Хочу, – сдавленно ответил Юстас. – Я научусь.

– Не самая лучшая привычка.

– Кто бы говорил.

– Я хотя бы спортом занимаюсь.

– Ты сам себя слышишь? Спортсмен он. Думаешь, это как-то компенсирует тот факт, что ты курильщик?

– Думаю, да. А ты слабый.

– Я не слабый!

– Физически. У тебя плохо с физподготовкой, не отпирайся.

– Ну, я буду делать зарядку.

– Лучше займись каким-нибудь спортом. Лакросс, думаю, не для тебя, а вот…

– Шахматы, – перебил его брат. – Отличный спорт.

– Ты неисправим, братец капибара.

– Я пойду спать, – Юстас докурил, потушил сигарету о цветочный горшок и зашагал к кровати. Он не добавил «братец лис». Эришу вдруг стало холодно, хотя ночь была тёплой.

Утром перед уходом на работу Шенди подозвал к себе сына и проговорил:

– Я не собираюсь тебя ругать или осуждать. На моих руках столько крови, сколько среднестатистическому норту или амаргу и не снилось. Но ты должен знать одну вещь. За каждый свой поступок надо отвечать. В этот раз тебе это сошло с рук, но если ты снова превысишь меры необходимой самообороны и убьёшь человека с помощью гипноза, мы не станем тебя выгораживать.

– Я это понимаю, папа, – ответил Эриш.

– Не забывай об этом. Учись контролировать свою злость. Сам не научишься, никто тебя не научит.

– Пап, почему он это делал?

– Киннер?

– Да.

– Ему в детстве досталось от старшего брата, который любил его контролировать. Что-то в его мозгу перемкнуло. Он маньяк, Эриш. И вот ещё что. Юстас сегодня может не ходить в школу, если сам того захочет, а ты давай, не прогуливай.

Однако Юстас первый засобирался в «Эсколар».

– Ты точно хочешь в школу? – спросил Эриш.

– А что мне дома делать? – отозвался тот. – Лучше уроки. Да и бояться теперь некого.

– Тогда идём.

– У меня к тебе просьба. Если одноклассники начнут меня жалеть, сделай так, чтобы они не жалели.

– Ты хочешь, чтобы я им приказал?

– Прикажи или запугай, мне всё равно. Просто сделай.

– Хорошо, – кивнул Эриш, понимая, что почему-то не может ему отказать.

Едва переступив порог «Эсколар», Юстас ощутил, что его словно окатило волной эмоций, исходящих от одноклассников, учителей и даже тех, кто его толком и не знал. Он натянул вежливую улыбку и, молча кивая всем знакомым лицам, прошёл в комнату. К счастью, ни Макс, ни Мартин не стали говорить ничего банально приторного. Оба додумались сделать вид, что ничего не случилось. Вот только стоило Юстасу зайти в класс, как он понял, что всё изменилось и как раньше не будет больше никогда. Одноклассники смотрели на него как на неведомую зверушку. Кто-то с сочувствием, кто-то с любопытством, кто-то с отвращением. Они перешёптывались друг с другом, и Юстасу захотелось убежать, чтобы больше никогда не вернуться. Но он сказал только одно слово: «Эриш».

Брат встал у доски, заняв место учителя, обвёл весь класс взглядом и проговорил:

– Если я услышу хоть одно слово, замечу хоть один косой взгляд в сторону брата, я сделаю всё, чтобы это стало вашим последним словом и вашим последним взглядом. Все меня поняли?

– А если не поняли, – вдруг сказал поднявшийся со своего места Винсент, – то я добавлю. Можете выбирать, с кем хотите иметь дело: с Эришем или со мной. Всем ясно?

Класс молчал.

– Молчание – знак согласия, – усмехнулся Эриш и вернулся на своё место рядом с братом.

В аудиторию зашли Макс и Мартин, и к Вернеру ту же подошёл один из ребят и зашептал что-то тому на ухо.

– Твои жалобы не обоснованы, – ответил ему Макс.

– То есть ты будешь ждать, когда меня побьют?

– Повода не давай, – отрезал Вернер.

Парень хотел ещё что-то сказать, но в класс зашёл Драй, и тот быстро занял своё место.

– Вы знаете, что место коменданта «Эсколар» сейчас вакантно, – поздоровавшись, проговорил директор. – Пока мы не найдём нового человека на эту должность, его обязанности ложатся на меня. Я лично буду следить за вашими передвижениями, за соблюдением вами комендантского часа и тем, как вы относитесь к имуществу школы. Прошу вас это учесть. А теперь приступим к нашему уроку.

На большой перемене Эриш и Юстас пошли курить под лестницу. Винсент увязался за ними.

– Я постою на шухере, – сказал он. – Вдруг кто-то из преподов появится.

– Дело твоё, – пожал плечами Эриш.

– Сам курить не хочешь? – спросил Юстас. – Эй, Винс!

– А что, угостишь?

– Угощу. Иди сюда.

Винсент подошёл ближе.

– Эриш, дай ему сигарету, – попросил Юстас. Тот молча протянул Райзену пачку. Винсент достал одну сигарету.

– Благодарствую, – закурив, сказал он. – Это, кстати, вчера моя мама была.

– Судмедэксперт? – догадался Юстас. От одного воспоминания об осмотре его бросило в дрожь, но он постарался не показать этого.

– Ага.

– И что она тебе рассказала?

– Ничего. Это же тайна следствия.

– Слушай, а тот твой приятель, который в тот раз тебя бил…

– Ласло?

– Да. Вы же друзья?

– Кореши мы.

– А он может провести разъяснительную работу среди старшеклассников?

– Чего? – не понял Винсент.

– Чтобы до меня никто не дочипался.

– Запросто.

– Сделаешь?

– Сделаю.

– Так делай.

Винсент затушил недокуренную сигарету и, кивнув, убежал. Эриш хотел что-то сказать, спросить, но язык словно прилип к нёбу.

Вернувшись после уроков в комнату, Юстас вдруг проговорил:

– Надо же было Джою всё-таки сообщить обо всём, а то как-то нечестно.

– Если он в Тиере, туда ведь можно позвонить? – отозвался Мартин.

– Да, можно позвать его к телефону.

– И кто будет звонить?

– Эриш, давай ты, – предложил Юстас. – Логичнее всего, чтобы это был кто-то из нас с тобой. Он же нам доверился, потому что мы Эскоты. Позвонишь?

Эриш хотел ответить, что ему вообще нет никакого дела до Джоя, что ему на него плевать с высокой сосны, что звонить он не собирается, но почему-то опять не получалось.

– Это обязательно? – выдал он.

– Нет, но мы же с ним плохо поступили, когда пошли исследовать подвалы без него. Это была его идея.

– Ещё скажи, что я должен перед ним извиниться!

– Было бы неплохо, – кивнул Юстас.

«Сам извиняйся!» – чуть не выпалил Эриш.

– Ребят, давайте я ему позвоню, – предложил Мартин.

– Ты его даже не знаешь, – ответил Юстас.

– Заочно знаю. Вы мне только телефон Тиеры скажите.

– Ну, как хочешь. Тогда приветы ему от нас передавай.

У Эриша сегодня была тренировка по лакроссу, но он боялся оставлять Юстаса даже просто в комнате, даже с Вернером.

– Пойдёшь со мной на тренировку? – спросил он.

– Посидеть в толпе старшеклассников? – усмехнулся брат.

– Как хочешь.

– Пойду, – вдруг согласился Юстас.

Судя по всему, Винсент и Ласло уже провели ту самую разъяснительную работу, о которой просил Эскот, потому что сочувствия, жалости или ещё чего-то подобного Юстас не ощутил. Заняв место на трибуне, он начал наблюдать за тренировкой и вскоре так увлёкся игрой, что даже не обратил внимания на парня, который вдруг подошёл к нему.

– Это ты Эскот? – спросил он.

– Один из, – ответил Юстас.

– Вижу, что не Эриш.

– Ну, и?

– Это из-за тебя Киннер застрелился?

– Что?

– Что слышал.

– Ты дебил или как?

– Киннер был мне как отец.

– Мои соболезнования.

– Нет, ты не понял. Ты убил моего отца.

– Во-первых, я никого не убивал. Во-вторых, Киннер был маньяком.

Юстас даже не успел уклониться от удара. Он свалился с сиденья, а парень продолжал его бить, теперь уже ногами. Его быстро оттащили, и к Юстасу уже бежал Эриш вместе с тренером, Винсентом, Ласло и ещё какими-то ребятами.

– Отведи брата к медсестре, – распорядился тренер, явно видя, что Эриш уже готов убить того парня, который накинулся на Юстаса.

– Со мной всё в порядке, – отозвался Юстас, вставая. Из разбитой губы сочилась кровь.

– Пошли, – пробурчал Эриш, хватая брата за руку.

– Не надо к медсестре, – попросил Юстас.

– Ты уверен?

– Я сам знахарь, если ты не забыл. В комнату пошли.

– Что это был за мудак?

– Сказал, что Киннер был ему как отец.

– Бред какой-то.

– Эриш, разберись с ним.

– Что?

– Разберись с этим парнем. Я не хочу, чтобы он подходил ко мне ближе, чем на километр.

– Хорошо, братец, я разберусь.

Когда они вернулись в комнату, Макс и Мартин оба сидели за домашними заданиями. Увидев Юстаса, Вудс не смог сдержать беспокойства.

– Что случилось? Кто тебя так?

– Пока не знаю его имени, – ответил Юстас. – Братец узнает.

– Марти, поможешь ему обработать раны? – спросил Эриш.

– Конечно, – закивал тот.

– Я скоро, – и Эриш вышел из комнаты. Макс догнал его в коридоре.

– Что ты собрался делать? – спросил он.

– Найти этого парня, узнать, как его имя.

– Почему он напал на Юстаса?

– Типа Киннер был ему как отец.

– Тогда я знаю, кто это. Брендан Мэдс. Его мать одна воспитывает, и Киннер оплачивает его обучение в «Эсколар». Оплачивал. Почему уж, я не знаю. Может, какие-то родственные связи.

– Это не даёт ему права…

– Не даёт. Но и тебе это не даёт права его уничтожать.

– Я поговорю с ним.

– Поговоришь?

– Да, поговорю. Я не буду его бить. Я не буду никому приказывать бить его. Так тебя устроит?

– Киннер ведь не сам застрелился, так?

– Какая уже разница?

– Сейчас Бренданом занимается директор. Думаю, что вызовут его мать. Вряд ли у тебя сегодня получится с ним поговорить. Подожди хотя бы до вечера, а лучше до завтра.

– Ладно, – вздохнул Эриш. – Идём обратно.

V

Брендан был старше Эриша всего на год. Он был высоким крепким нортом и явно занимался каким-то спортом, хотя в команде по лакроссу и не состоял. Они встретились во дворе школы только на следующий день.

– Надо поговорить, – сказал Эриш.

– У меня нет желания говорить с тобой, – ответил Брендан.

– Думаешь, у меня есть?

– Тогда что тебе от меня нужно?

– Чтобы ты оставил в покое моего брата.

– Говорят, ты тоже там был.

– Был.

– Значит, ты тоже виноват.

– В чём? В том, что застрелился маньяк-педофил?

– Не тебе его судить! Не смей так говорить о моём отце!

– Он ведь тебе не отец.

– А это уже не твоё дело!

– Пусть не моё. Но то, что он делал с моим братом, моё. Я за него готов убить, – Эриш говорил спокойно, не повышая голоса, прекрасно зная, что обычно это только ещё больше злит окружающих.

– Плевать мне на это! Вы оба убийцы!

– И что ты сделаешь?

– Убью твоего брата.

– И сядешь.

– А мне терять нечего. Всё равно меня скоро попрут из школы, потому что у матери нет денег, а у меня только первый семестр оплачен. В колонии хотя бы кормить будут бесплатно, и образование там какое-никакое получу. Всё матери проще будет.

– Ты думаешь, что твоя мать обрадуется, когда тебя посадят?

– Она поймёт.

– Значит, ты всерьёз решил убить моего брата? Просто из мести?

– Как минимум его. Как максимум вас обоих. Мне скрывать нечего. И терять нечего.

– Посмотри на меня, – приказал Эриш.

– Смотрю и что? – отозвался Брендан. – Слышал я про эти твои штучки. Но, кажется, меня это не берёт.

– Не берёт?

– Ну, давай, прикажи мне что-нибудь, проверим.

– Попрыгай.

– Фантазия у тебя так себе. Ну, я пошёл.

– Ты же собираешься меня убивать. Почему не сейчас?

– Сначала надо кое-что уладить на воле.

– Раз ты не поддаёшься гипнозу, то, скорее всего, твоя мать поддаётся. Женщины вообще более чувствительные.

– Что ты сказал?

– Я найду твою мать.

– Ты не посмеешь!

– Очень даже посмею. Я же сказал, что за брата я убью любого.

– Ты! – Брендан всё-таки полез в драку. Эриш не был уверен, что окажется сильнее, но очень надеялся на свой уже немалый опыт. Единственное, чего он не учёл, так это что их прибегут разнимать. Да ещё и учителя. Уже через пять минут оба стояли перед Драем в его кабинете. И оба молчали.

– Господин Мэдс, мы ведь только вчера беседовали с вашей матушкой. Вы же понимаете, что я снова буду вынужден ей сообщить о случившемся.

– Да, господин Драй.

– Господин Эскот, произошедшее на днях вовсе не снимает с вас ответственности за ваши поступки.

– Я это понимаю, господин Драй.

– Вы хотите, чтобы я вас наказал?

– Я приму любое наказание.

– Вплоть до исключения?

– Вы этого не сделаете.

– Вы самоуверенны. Ступайте оба. И чтобы я не слышал о вас хотя бы сутки.

Эриш пришёл в комнату и, бросив взгляд в сторону Юстаса, проговорил:

– Собирайся, мы идём домой.

– Это с какой стати? – не понял тот.

– Тот парень, Брендан, решил тебя убить. Он этого не скрывает. Вернее, он хочет убить нас обоих, но суть дела не меняет.

– Почему ты с ним не разберёшься?

– Потому что он не поддаётся.

– А ты пробовал?

– Пробовал.

– Ты должен был сообщить Драю, – сказал Вернер.

– Не сейчас, – ответил Эриш.

– Почему?

– Потому что мы подрались с Бренданом и уже были у Драя. И вообще я тоже ему угрожал.

– Драю? – переспросил Мартин.

– Брендану! Братец ленивец, собирайся уже!

– Ты думаешь, он не блефует? – спросил Юстас.

– Ему нечего терять и он собрался в колонию.

– Может, тогда нам лучше во дворец правосудия, а не домой? Объясним всё родителям, пусть примут меры.

– Если я правильно помню наши законы, то Брендану нечего предъявить. Мы с ним говорили без свидетелей. Угрожать-то он угрожал, но за это его и не посадишь. Моё слово против его.

– То есть ты хочешь запереть меня дома? И всё? Нет, так дело не пойдёт.

– А что ты предлагаешь? Подождать, пока он начнёт тебя убивать?

– Пусть начнёт, но при свидетелях. Тогда его схватят и всё.

– Ты сам понимаешь, что говоришь?

– В словах Юстаса есть определённая логика, – сказал Макс. – Только надо всё хорошенько обдумать.

– Давайте обдумаем, – кивнул Юстас. – У меня нет никакого желания прятаться от этого придурка всю оставшуюся жизнь.

– Полагаю, Брендана надо спровоцировать, – проговорил Вернер. – Если он в самом деле настроен так, как утверждает Эриш, то сделать это будет несложно. Наша задача подстроить всё так, чтобы в этот момент рядом были взрослые вооружённые свидетели. Желательно из сыска.

– Лучше не вмешивать в это отца и дядю, – сказал Эриш. – Надо кого-то со стороны.

– Родители Джоя? – предложил Юстас.

– А как мы устроим их присутствие?

– Анонимный звонок в отдел убийств. Они не смогут пройти мимо. Они просто обязаны будут проверить.

– Неплохая идея, – согласился Макс. – Телефон отдела вы знаете?

– Джой знает, – ответил Эриш. – Надо позвонить ему и спросить.

– Я позвоню, – поднял руку Мартин.

– Отлично. Теперь надо решить с провокацией, – сказал Вернер.

– Нам может помочь Винсент, – проговорил Юстас.

– Это как? – спросил Эриш.

– Вряд ли Брендан в курсе того, что Винс теперь тоже взялся меня защищать. Да и в конце концов, это же Райзен, вчера он меня бьёт, сегодня защищает, а завтра опять бьёт. Он может подговорить его напасть на меня. Причём в нужное нам время и в нужном для нас месте.

– Дурацкая идея.

– А я думаю, что это может сработать, – возразил Макс. – Главное, чтобы всё пошло чётко по нашему плану. Нужно договориться о времени и месте, Мартин будет звонить в сыск, а мы с тобой, Эриш, будем подстраховывать Юстаса.

– Всё равно дурацкая. Но ладно.

– Тогда я пойду, попрошу Винсента нам помочь, – сказал Юстас.

– Ты не пойдёшь один, – ответил Эриш.

– Хорошо, ты проводишь меня до его комнаты, но позволь мне поговорить с ним наедине.

– Это почему?

– Потому. Он тебя побаивается. Не будем его пугать лишний раз. Надо, чтобы он был расслаблен и искренне хотел мне помочь.

– Ну, пошли.

По удачному стечению обстоятельств, Винсент был в комнате один. Он лежал на кровати с учебником математики и дремал. Эриш остался стоять в коридоре, а Юстас сел на кровать рядом с Райзеном.

– Что? Кто? – проснувшись, замотал головой Винсент.

– Нужна твоя помощь, – с улыбкой проговорил Юстас.

– Да, а что случилось? – Райзен сел.

– Это всё Брендан. Он собрался меня убивать.

– Вот козёл! Это правда, что он сын Киннера? Он, наверное, тоже маньяк.

– Он не сын, но они какие-то родственники, так что ты прав, я думаю. Он маньяк.

– Хочешь, мы с Ласло его побьём?

– Это не поможет.

– А что поможет?

– Надо, чтобы он пошёл меня убивать и его схватил сыск. Присутствие сыска обеспечит Мартин, а тебе нужно обеспечить присутствие Брендана.

– Это как?

– Обмани его. Скажи, что у тебя тоже на меня зуб. Договорись с ним вместе меня избить до смерти. Он тебе поверит. Вся школа знает про тот случай с Ласло и Эришем. И ты до сих пор в синяках. Поможешь? – Юстас снова улыбнулся и положил руку на плечо Винсента.

– Помогу, – кивнул тот.

– Знал, что могу на тебя рассчитывать.

– То есть мы должны будем будто бы начать тебя бить?

– Знаешь… лучше, если вы будете вооружены. Пусть у вас будут ножи. Устроишь?

– Устрою.

– Тогда я тебе ещё сообщу о времени и месте. И ты не думай, тебя сыск не тронет, я им всё объясню. Ты же знаешь, кто мой отец.

– Да я не думаю, я верю. Ты, конечно, тот ещё, но… проехали. Я всё сделаю, зуб даю.

Юстас похлопал Винсента по плечу, одарил его ещё одной улыбкой и вышел из комнаты.

– Он всё сделает, – сказал он поджидавшему его Эришу.

– Я узнал телефон отдела Бретта, – сообщил подошедший Мартин. – Кстати, Джой на нас не в обиде и желает нам удачи.

– Надо всегда теперь тебя отправлять на подобные беседы, – проговорил Юстас. – Марти – мастер переговоров.

– Да ладно тебе, я всего лишь был с ним вежлив и предельно честен.

– Вот я и говорю. Теперь надо решить с временем и местом. Винс будет ждать сигнала.

– Я не могу ему до конца доверять, – сказал Эриш.

– Я тоже, – просто ответил Юстас. – Поэтому вы с Максом и будете меня подстраховывать, разве нет?

– О чём конкретно ты попросил Винсента?

– Как о чём? Сговориться с Бренданом напасть на меня.

– С кулаками?

– Конечно, нет. С ножом.

– Ты совсем больной, братец.

– Не спорю. Я могу взять справку. Хочешь?

– Какую справку?

– О том, что я стал жертвой насилия. Травма там, все дела. Взять?

Эриш смотрел на брата и не понимал, то ли он так извращённо шутит, то ли говорит правду. Оба варианта звучали ужасно.

– Давайте посоветуемся с Максом насчёт места и времени, – вмешался Мартин.

– Послушаем мастера переговоров, – улыбнулся Юстас. Вот только Эриш видел, насколько неискренней была эта улыбка.

Выслушав одноклассников, Вернер проговорил:

– Осенний бал уже в эту пятницу.

– Точно! – оживился Юстас. – Бал. Это отличная идея!

– Убить тебя на балу? – спросил Эриш.

– На балу будет трудно, там же преподы. Так что надо будет слинять в самый разгар. Никто не заметит.

– Насчёт никто не заметит, это ты не прав, – возразил Макс. – Как раз наоборот, нам нужно будет придумать официальную причину для отлучки.

– Я уже придумал, – ответил Юстас. – Я напьюсь, а вы вызоветесь проводить меня домой вместе с Эришем. Тебе как нашему старосте точно поверят. И доверят меня.

– Но на балу не будет спиртного, – сказал Мартин.

– Ты ведь был на прошлом балу. Неужели ты не видел, как старшеклассники пили вино и даже текилу?

– Нет.

– И в номинации «Господин Внимательность» побеждает Мартин Вудс!

– У меня есть вопросы к твоему плану, Юстас, – проговорил Вернер.

– И какие же?

– Ты раньше напивался?

– Нет, но я пил вино. И октли.

– Напивался, – сказал Эриш.

– Неправда! – возмутился Юстас.

– А кто сидел на полу посреди комнаты и мяукал? Я, что ли?

– Не мяукал я.

– Мяукал. Тебя тогда вынесло с двух бокалов.

– Значит, ты представляешь, какое поведение должен изобразить? – спросил Макс.

– Конечно, представляю!

– И от тебя должно пахнуть.

– Будет от меня пахнуть.

– И у кого ты возьмёшь выпить?

– Ласло мне достанет.

– Ты уверен?

– Уверен.

– Допустим, – кивнул Вернер. – Теперь нужно назначить точное время. Бал начинается в шесть часов. Думаю, часа хватит на всё. Ровно в семь мы должны быть на улице. Уже начнёт темнеть. Через дорогу есть узкий переулок. Вот там Винсент и Брендан будут ждать тебя. Райзен должен будет убедить Брендана в том, что ты рано уйдёшь с бала и что ты будешь один.

– Он сам меня и уведёт, – ответил Юстас. – Как будто бы.

– Значит, договорились. Мартин, ты позвонишь в сыск за полчаса. Юстас, тебе нужно рассказать о нашем плане Винсенту и договориться насчёт спиртного.

– Дурацкий план, – сказал Эриш.

– Но ты же не бросишь меня? – спросил Юстас.

– План дурацкий, и ты дурак. Конечно, не брошу.

Осенний бал был одним из трёх ежегодных балов, которые «Эсколар» проводила совместно с пансионом для девочек, располагавшимся в соседнем здании. На него приглашались учащиеся с двенадцати лет, а за плохую успеваемость или дурное поведение любого из воспитанников могли не допустить до одного из таких балов. На Юстасе были тёмно-синий костюм-тройка и галстук-бабочка. Эриш терпеть не мог классические галстуки и предпочитал боло с зажимом в виде лисьей головы. Это был подарок матери на его прошлый день рождения. Эриш и пиджак не хотел надевать, но всё же решил соблюдать приличия. Брендана на балу не было, а подошедший Райзен подмигнул Юстасу и шепнул, что всё идёт по плану.

Эришу по-прежнему не нравилась вся эта затея, и он планировал вообще не отходить от брата, но Юстас сказал ему, что надо вести себя естественно. Эриш не до конца понимал, что под этим подразумевал брат, но решил, что может потанцевать с какой-нибудь девочкой. Он поискал глазами Милли, ту самую жертву Киннера, с которой он разговаривал, но не нашёл. Вообще логично было предположить, что Милли ещё долго не захочет никого видеть, особенно мужчин. У окна стояла хрупкая миниатюрная блондинка в длинном сиреневом платье и нервно теребила в руках сумочку. Эриш уверенно подошёл к ней и пригласил на танец. Девушка зарделась, молча кивнула и, положив сумочку на подоконник, пошла с Эскотом. Её звали Виола, и от неё исходил тонкий аромат каких-то цветочных духов. Эриш обернулся на Юстаса и обнаружил его в компании Макса и Мартина. Все трое расположились рядом с одним из столиков со сладостями и напитками. Юстас ел корзиночку с кремом, а в руках Вудса был эклер.

– Вы пойдёте танцевать? – поинтересовался Мартин.

– Не планирую, – ответил Макс.

– А смысл тогда идти на бал? – спросил Юстас.

– Чтобы тебя подстраховать.

– Ну, а если бы не было этой истории с Бренданом, ты бы вообще не пошёл?

– Скорее всего, пошёл бы.

– И зачем?

– Это может быть полезным для моей будущей репутации.

– Репутации кого? Того, кто не танцует?

– На подобных балах люди заводят полезные знакомства. Здесь можно этому поучиться, чтобы потом применять на практике уже на городском балу.

– Ладно, – запихнув остатки корзиночки в рот, проговорил Юстас. – Пойду, заведу знакомство с какой-нибудь старшеклассницей.

Вытерев руки о салфетку, Эскот дождался новой мелодии и подошёл к высокой брюнетке с декольте. На её руках были длинные перчатки, а изумрудное платье подчёркивало все достоинства её фигуры. Юстас представился девушке и пригласил на танец.

– Эскот? – переспросила та.

– Да, как кофе, – улыбнулся Юстас. – Это марка принадлежит моему отцу.

– Это ведь про тебя говорили?

– Что про меня говорили?

– Ты был последней жертвой педофила.

Эскота словно окатило ушатом ледяной воды.

– Ты будешь со мной танцевать или нет? – спросил он.

– Нет, – покачала головой девушка.

Эскот развернулся на каблуках и быстро зашагал прочь. Увидев Ласло, он устремился к нему.

– Есть выпить?

– А то, – улыбнулся старшеклассник. – Бери со стола стакан с соком и давай отойдём в сторону. Лучше апельсиновый, так вкуснее.

Юстас послушно взял стакан и вернулся к Ласло. Тот зашёл за большой цветок в кадке и продемонстрировал Эскоту бутылку текилы, которую он прятал во внутреннем кармане пиджака. Налив Юстасу прямо в его стакан с соком, он прошептал:

– Как выпьешь, бери ещё сок и подходи.

Эскот выпил содержимое стакана практически залпом. Привкус текилы ощущался очень чётко, а вот содержание спирта из-за сока казалось равным нулю. Юстас взял себе ещё сок и снова подошёл к Ласло.

– Слушай, ты там хотя бы закусывай, – усмехнулся тот, но текилы налил.

Когда Эриш нашёл брата, то понял, что Юстас вовсе не прикидывался пьяным, а на самом деле напился.

– Ты дебил, братец опоссум, – проговорил Эриш. – И главное, у нас ведь время ещё не подошло. Ты идёшь с опережением графика. Мартин только сейчас пошёл звонить. Как ты умудрился, а?

– А ты натанцевался, да? – хмыкнул Юстас.

– Ты сам мне сказал вести себя естественно.

– И что, никто не шарахался от нашей фамилии?

– Нет, а должен был?

– От меня вот шарахнулась. Одна. На шлюху похожа.

– Мда, братец. По-моему, нам надо тебя на самом деле домой отвести.

– Не надо, – замотал головой Юстас. – Я не такой пьяный, как ты думаешь.

– Ты ещё хуже?

– Идите с Максом к преподам. Давайте уже это… ну… пора.

Эриш глубоко вздохнул, сдерживая ругательства. Дождавшись возвращения Мартина, он перепоручил брата ему, а сам пошёл к Вернеру. С куратором говорил Макс, а Эриш только стоял рядом и поддакивал. Так было проще. Вудс, конечно, разозлился, но делать опьянение своего ученика достоянием общественности он не собирался, поэтому разрешил ребятам отвести Юстаса домой. Особенно после того, как взглянул на него лично. Винсент уже ждал их внизу у выхода.

– Так ты взаправду наклюкался? – глядя на Юстаса, проговорил Райзен.

– Кто наклюкался? – отозвался тот и, оступившись, едва не упал на порожках.

– Винс, ты за брата головой отвечаешь, – сказал Эриш. – Мы, конечно, будем поблизости, но если с ним что-то случится…

– Да знаю я! И я не самоубийца. Мне ещё сестрёнку растить. А идти-то он может?

– Чего это я не могу идти? – произнёс Юстас и повис на Райзене.

– Слушайте, давайте всё отменим, – проговорил Эриш.

– Но я ведь уже позвонил в сыск, – ответил Мартин. – Они на пути к переулку, я уверен.

– Ничего мы не отменим, – уверенно сказал Юстас. – Я в норме.

И в доказательство своих слов он отцепился от Винсента и встал ровно.

– Сколько ты выпил? – задал вопрос Макс.

– Не знаю, – признался Юстас. – Мне Ласло текилу в сок подливал. Три раза.

– То-то я чувствую, что разит от тебя явно не вином, – сказал Эриш. – Но я понадеялся, что это было октли. Ласло надо настучать по башке за такое.

– Так никто ж не говорил о том, какое именно должно быть спиртное, – попытался защитить друга Райзен. – Он дорогую текилу, между прочим, притащил. Из бара его бати.

– Я это, заел текилу пирожным, – вставил Эскот.

– Так, время икс приближается, – произнёс Макс. – Пора идти. Юстас и Винсент, вы первые. Мы следом.

– Короче, я сказал Брендану, что напою тебя, – уже на улице проговорил Райзен. – Получается, что я даже не соврал.

– А почему ты внезапно взялся меня защищать? – вдруг спросил Юстас.

– Ну, – Винсент замялся, – ты ж не виноват, что таким уродился.

– Это каким?

– Смазливым.

– То есть ты раньше на меня наезжал, только потому что я смазливый?

– Ну, нет, – Винсент отвернулся.

– А почему?

– Бесил ты меня всем своим существом.

– Что, больше не бешу?

– Больше не бесишь.

– Ну, и в чём причина?

– Одно дело, когда я тебя доставал или кореш мой, а совсем другое, когда это делает маньяк, да ещё и педофил. Короче, хватит уже об этом. Ты попросил меня помочь, я помогаю. И брат у тебя нормальный пацан.

– А ты девиц каких-нибудь знаешь из пансиона?

– Знаю. А что?

– Брюнетка там была такая, грудь наружу. В зелёном платье.

– Миранда?

– Наверное.

– И чего она?

– Она плохо со мной обошлась.

– Хочешь её наказать?

– Не сильно.

– Ладно, разберёмся. Пошли уже.

Впереди был тот самый переулок, в котором их ждал Брендан. Там не было ни одного фонаря, и его освещала только пара горящих окон в доме рядом. Юстас помнил, зачем они здесь, хотя каждый раз, когда он моргал, мир вокруг словно переворачивался с ног на голову. Чтобы удержаться на этой карусели, Эскот снова схватился за Винсента, и тот понимающе поддержал его. Юстас не до конца доверял Райзену, но верить ему было почему-то приятно. Хотелось знать, что кто-то за него обязательно заступится. Кто-то ещё кроме брата. И пусть этот кто-то считает его смазливой жертвой маньяка. Зато он поможет.

– Эй, Брендан, выходи! – позвал Винсент.

Юстас даже не сразу его заметил. В темноте блеснуло лезвие ножа, а затем им навстречу вышел Мэдс. Выражения его лица почти не было видно, но Эскот был готов поклясться, что оно сейчас напоминало звериный оскал. Юстас понимал, что должен что-то сказать, как-то отреагировать, но почему-то не мог. Его вдруг сковал страх. Почти как тогда, в подвале. И если бы Брендан сейчас начал ему приказывать, Юстас бы, не задумываясь, подчинился. Эскот вдруг понял, что ненавидит себя за это. Он просто трус, который не может за себя постоять. Вот почему он влип во всё это. Вот почему он стал жертвой Киннера. И вот почему он сейчас был здесь.

– Из-за тебя погиб человек, который заменил мне отца, – проговорил Брендан. – Значит, и ты жить не будешь.

Юстас молчал. Он даже забыл о том, что рядом был Винсент, который обещал его защищать. Забыл, что где-то поблизости должны были быть Эриш, Макс и Мартин. Что сюда, скорее всего, уже едет сыск. Эскот видел только нож в руке Брендана.

– Держи его, Винс! – приказал Мэдс, и Юстас почувствовал руки Райзена на своих предплечьях. – Готов умереть, Эскот?

– Давай уже, – прошептал Юстас. Что произошло потом, он не смог вспомнить, даже когда всё было позади. Было слишком темно. А ещё очень больно. Он слышал визг тормозов и голоса. Сначала это был мужчина, потом ещё один, кажется, он кричал что-то про оружие, а потом был голос Эриша. Юстас различил только слова Брендана.

– Мне терять нечего, – говорил он. Эскот помнил, что его сильно толкнули, и он не удержался на ногах и упал, но перед этим почувствовал резкую и неприятную боль где-то в области рёбер. Мир закрутился, превращаясь в карусель звуков и ярких пятен, а потом Юстас потерял сознание, но ненадолго. Очень скоро он пришёл в себя и понял, что находится на земле, а его голова лежит на коленях брата. Кто-то кричал, и Юстас поморщился.

– Алмош, хватит уже орать, – послышался рядом приятный мужской голос. – Он пришёл в себя.

– Братик, ты ранен, – прошептал Эриш.

– Это ерунда, – ответил Юстас, ощупывая себя. Пиджак, жилетка и рубашка были порваны, а грудь была сильно оцарапана, и Юстас понял, что одежда вся испачкана в крови. Его крови. Но он прекрасно понимал, что рана неглубокая, что удар ножа смягчила одежда, а затем его спасли рёбра. Вот почему было так больно. У Юстаса не очень хорошо получалось останавливать кровь на самом себе, на других почему-то было проще, но сейчас это было нужно, и он постарался.

– Всё, я остановил кровь, – тихо сказал Юстас. – А что с Бренданом?

– Он наручниками к машине Алмоша пристёгнут, – ответил всё тот же приятный голос. – Лучше скажи мне, это правда, что второй парень не причём? А то он упёрся и молчит.

– Винсент? Нет, он не виноват. Он со мной. А вы кто?

– Джулиан Соро, сыск Айланорте, убойный отдел.

– Спасибо вам. И Алмошу.

– Ну, если ваши родители нас не уволят после сегодняшнего, то приходите как-нибудь в гости к Джою. Он про вас рассказывал.

– Не уволят. Вы же меня спасли.

– Можно и так сказать. Но тебя надо отвезти в больницу.

– Не надо. Моя мама – знахарь, лучший в Айланорте. И я тоже знахарь, я точно знаю, что у меня царапина. Отвезите меня домой. И Эриша тоже.

– Ну, что ты знахарь, это мы видим. Ал, отвези детей домой, а я Брендана пешком в КПЗ отведу.

– Нет. Наоборот, – отозвался Алмош. – Ты зря, что ли, права получал?

– Ладно, ладно, – в голосе Джулиана слышалась улыбка. – Эриш, помоги брату.

Юстас очень хотел увидеть, как выглядит Соро, но, когда брат помог ему подняться, Джулиан уже отвернулся, а потом в машине был виден лишь его затылок. Светлые волосы были перехвачены шнурком и выбивались из хвоста.

– Мы ведь могли ещё больше опоздать, – проговорил Соро, когда машина тронулась с места. – Ваш анонимный звонок принял Ворон, наш начальник. В отделе уже никого не было, кроме него. Он понял, что звонит подросток, и его первой мыслью было вообще проигнорировать это. Подозрительным был тот факт, что подросток знал наш номер. Тогда Бретт позвонил в Тиеру, потому что у Нэда сегодня выходной, а Купер не по таким делам. Джой сразу признался, что дал вашему однокласснику номер, и Алмош гнал машину так, что я думал, мы разобьёмся. И вообще для меня новость, что из этого автомобиля можно выжать такую скорость.

– Я слышал машину, – вспомнил Юстас.

– Мы выскочили и наткнулись на Эриша и других двух ребят, а рядом были вы с Бренданом и тем парнишкой. Всё произошло очень быстро. Алмош ещё понадеялся, что у Брендана есть голова на плечах, но оказалось, что её нет.

– Кто меня толкнул?

– Все сразу, – Юстасу показалось, что Джулиан хихикал. – Я, брат твой, да мы все ринулись тебя спасать, а Алмош схватил Брендана. Вот только кто же знал, что он поведёт себя не как трудный подросток, а как отморозок.

– У меня царапина, правда.

– Да я знаю. Иначе ты бы сейчас со мной не разговаривал. Боюсь, что для твоего отца это не станет аргументом.

– Получается, мы вас подставили?

– Умный мальчик, – усмехнулся Соро. – Знаешь, когда твой отец когда-то вытащил меня из тюрьмы, он вряд ли предполагал, что я однажды привезу к нему домой его окровавленного сына. Думаю, он бы передумал меня спасать.

– Я скажу папе, что вы меня спасли. Вы и Алмош.

– Ты ещё и добрый мальчик. Но больше так не делайте, пожалуйста. А если вам кто-то угрожает, сообщайте об этом родителям.

– Они из-за нас уже… – Юстас осёкся.

– Я в курсе.

– В курсе?

– Я знаю, что ты имеешь в виду, и не собираюсь развивать эту тему. Мы приехали.

Юстас сдержал слово и рассказал отцу и дяде Шенди, что именно Джулиан и Алмош его спасли, что если бы не они, то всё бы закончилось очень печально. Мама быстро обработала ему рану, которая действительно была почти царапиной, пока Эриш молча сидел рядом, а потом в комнату зашли отец и Шенди, которые только что проводили Джулиана и переговорили по телефону с Бреттом.

– Вы только недолго и негромко. Им надо отдохнуть, – проговорила Шушаник, выходя из комнаты. – Я буду у Седны.

– Может быть, вас обоих к дедушкам с бабушками отправить? – спросил Шенди. – Будете жить на плантации, помогать им. Зачем вам образование?

– Они и там приключений на свою задницу найдут, – ответил Линуш.

– Отец им найдёт. Так найдёт, что они оба сидеть потом не смогут.

– Мы уже поняли, что должны были вам всё рассказать, – сказал Эриш.

– И что же вас остановило? – спросил Шенди.

– Брендан бы не успокоился, он сказал мне, что ему терять нечего и что он хочет в колонию. А Юстас…

– Я не хотел прятаться, – сказал тот, сев на кровати.

– Ну, а ещё я сам Брендану угрожал, потому что на него гипноз не действует, – признался Эриш.

– Вы умудрились втянуть в это всё ещё троих ребят.

– Это наши друзья. Одни мы бы не справились.

– То есть ты считаешь, что вы справились?

– Ну, всё было почти по плану.

– Почти.

– Юстас не должен был пострадать.

– Да я не пострадал!

– От тебя за километр спиртным разит, – заметил Линуш. – Даже запах лекарства не может это перебить.

– Ну, я немножко выпил на балу. Нам нужен был повод, чтобы свалить.

– Брендан мстил за Киннера? – спросил Шенди.

– Да, – кивнул Юстас.

– Завтра утром вы оба пойдёте во дворец правосудия и будете давать показания. И друзья ваши тоже. И чтобы ничего не скрывали. Потом домой и до понедельника будете сидеть в вашей комнате под домашним арестом.

– А можно нам будет потом в гости к Джою в Тиеру? – спросил Юстас. – Нас Джулиан пригласил.

– Не раньше чем через две недели. Всё, отдыхайте.

– Всё закончилось, – тихо произнёс Юстас, когда родители ушли.

– Это был дурацкий план, – ответил Эриш, сев рядом с братом.

– Но всё получилось.

– Получилось? Тебя могли убить!

– Но не убили.

– Ты действительно больной.

– Что, думаешь, мне надо в психушку?

– Запереть тебя точно не помешает.

– Эриш…

– Что?

– Я… мне… мне было страшно. Так страшно, как тогда. Как с Киннером. Брендан, он, – голос Юстаса задрожал, – он был на него похож.

– Если бы он… я бы его сам убил, – ответил Эриш.

– Слушай, я Винсенту глупость сказал.

– Какую ещё глупость?

– Про девчонку, которая мне отказала, потому что я это я. Боюсь, что он может ей что-то сделать.

– Вряд ли он сегодня успеет. Завтра в сыске мы его наверняка увидим. Отменишь свою просьбу. Или ты всё-таки хочешь ей отомстить?

– Может, и хочу. Но только это я сам должен, а не чужими руками.

– Братец, прости меня, – вдруг сказал Эриш.

– Это за что? – не понял Юстас.

– Я тебя не защитил.

– Как же не защитил? Вот же я, живой и почти невредимый.

– Всё равно я не должен был этого допускать.

– Знаешь что, братец лис, я, кажется, спать хочу. Давай ты завтра у меня прощения ещё раз попросишь, если захочешь.

– Язва ты, братец хорёк, – улыбнулся Эриш.

– Сам такой, – ответил Юстас.

Эпилог

Юстас щёлкнул выключателем и начал медленно спускаться по лестнице. Здесь всё было по-прежнему, вот только кровать убрали. Эскот остановился ровно на её месте. На полу даже были следы от её ножек. Всё ещё было страшно, но уже не так, как раньше. Когда Юстас спустился в подвал первый раз, его охватила паника, и он с ужасом убежал обратно, а потом не мог заставить себя вернуться сюда ещё месяц. С каждым разом становилось всё легче. Эскот скрывал от всех, что он ходит в подвал. Он считал, что должен побороть это сам. А ещё он прочитал в одной книжке, что для этого надо встретиться со своим страхом лицом к лицу. Вот только встретиться с Киннером Юстас не мог, потому что его больше не было в живых. Но зато он мог спускаться в подвал.

Когда со стороны лестницы послышались шаги, Эскот задрожал. Нет, это никак не мог быть Киннер.

– Какого чёрта ты здесь делаешь? – услышал он голос Эриша.

– Как ты меня нашёл? – спросил Юстас.

– Ты серьёзно не понимаешь?

– Ты что, увидел это?

– Увидел. Повторяю свой вопрос. Какого чёрта?

– Мне это нужно.

– Что тебе нужно?

– Я не хочу больше бояться.

– И поэтому ты спустился в подвал?

– Я здесь уже не первый раз. Седьмой, если быть точным.

– Седьмой?

– Да. И знаешь, я уже почти не боюсь.

– Братец, пойдём отсюда, – позвал Эриш. – Ты не забыл, что мы с Джоем договорились?

– Не забыл. Идём.

Юстас ещё раз оглядел подвал и зашагал к лестнице.

У дверей «Эсколар» был припаркован автомобиль Алмоша, а сам он стоял рядом. Высокий широкоплечий амарго, он понравился Юстасу сразу же, когда они с Эришем первый раз приехали в гости к Джою. Несмотря на вечно хмурое и казавшееся недовольным выражение лица, Алмош произвёл на него впечатление сильного и очень доброго человека. Джулиан внешне был его полной противоположностью, весь светлый, он почти всегда улыбался. Джой, который не был родным ни одному из них, удивительно казался похожим на обоих.

Алмош отвёз братьев в Тиеру, где их ждал Джой и его деревянные тренировочные мечи для кэндзю. Алмош был специалистом в этом боевом искусстве, привезённом из далёкого Ямато, и учил ему сына. Оба, и Эриш, и Юстас, заинтересовались кэндзю, и Джой взял на себя роль их личного тренера. Ни Алмош, ни Джулиан не возражали. Когда Юстас впервые взял в руки деревянный меч, Эриш очень удивился.

– Ты же говорил, что твой вид спорта – это шахматы, – проговорил он.

– Одно другому не мешает. Ты вон тоже лакроссом занимаешься. Зачем тебе меч?

– Я люблю и умею драться в отличие от тебя.

– Может, я тоже теперь люблю.

– Ну, лучше поздно, чем никогда, – пожал плечами Эриш. Он больше не задавал вопросов, но он понимал, зачем Юстас это делает. Брат больше не хотел бояться. Он хотел уметь постоять за себя. Тренировки с Джоем больше напоминали игру, и это было по нраву Юстасу.

Джой вышел навстречу братьям и проговорил:

– Пойдёмте, что покажу.

Он привёл их к деревянному столбу, к которому было приклеено объявление. «Учитель из Ямато набирает мальчиков в группу по овладению искусством скрытности. В обучение входят: владение холодным оружием, сюрикеном, кусаригама, а также траволечение и ориентирование на местности». Далее была указана цена и написано, где и в какое время проводятся занятия.

– Я бы сам пошёл, но меня отец тренирует, – сказал Джой. – Он не одобрит ещё одного учителя из Ямато. Может, вы захотите?

– У меня в это время лакросс, – ответил Эриш. – Так что я пас. Я команду не брошу.

– А я пойду, – проговорил Юстас. – Уверен, что отец согласится. Занятия в городе и цена тут невысокая.

– Ну, может, оно и хорошо, – кивнул Эриш. – По крайней мере, звучит неплохо. И местами непонятно.

– Сюрикен – это такое метательное оружие, – объяснил Джой. – Кусаригама – это серп с цепью. Отличная штуковина.

– Я Юстаса с этим не представляю.

– Это ты зря, братец лис. Я тебе ещё докажу и покажу, каким я могу стать.

август-сентябрь 20202

Семь хвостов на удачу

I

В тире с утра было пусто. Эриш привычно отстрелялся первым и протянул пистолет брату. Юстас уверенно взял в руки оружие, и пять из его семи выстрелов пришлись в десятку. Эришу нравилось, какие успехи делал его брат, но что-то его беспокоило, и он сам не мог понять, что именно. Это раздражало, и Эриш надеялся, что, может быть, увидит ответ во сне, но нет. Было только предчувствие беды, чего-то плохого, а подобные ощущения, увы, его ещё ни разу не обманывали.

– Слушай, а что ты думаешь про этого чудика, который опять залез в магазин и ничего не взял? – спросил Эриш.

– Не опять, – ответил Юстас. – Прошлый раз это был не магазин, а почта. Я не знаю. Может, он псих?

– Такое ощущение, что он просто хвастается. Или метит эти места. Иначе зачем он оставляет эти хвосты?

– Говорю же, псих. Папа вообще посмеялся, когда второй раз хвост нашли.

Хвост был маленьким, сделанным из искусственного меха и сильно напоминал лисий. В первый раз его нашли на весах на почте. Никаких следов взлома, кроме лёгких царапин на замке, ничего не пропало, только появился этот игрушечный хвост. Тогда этому даже не придали особого значения, но вчера хвост нашли на кассовом аппарате уже закрытого на ночь магазина. И снова почти никаких следов взлома, да и об отпечатках пальцев речи не шло.

– Твой папа, может, и посмеялся, – проговорил Эриш. – А вот мой может воспринять это как вызов.

– Это почему? – не понял Юстас.

– Ты правда не понимаешь или прикидываешься? Что означает его имя?

– Лис. И тебя я так называю поэтому.

– Вот именно. Смотрите, господин шериф, как я гуляю по вашему городу и не оставляю следов.

– Ну, нет, я так не думаю.

– Почему?

– Потому что я склоняюсь к тому, что это псих. А лиса – это вообще распространённое животное. Даже у моего учителя было такое прозвище в Ямато, ты же знаешь.

– Знаю. Кстати, о твоём учителе. Ты сегодня опять пойдёшь на тренировку вечером?

– Пойду.

– То есть… ладно.

– Что-то не так?

– Я просто спросил. Пошли, кофе попьём?

Эриш не хотел знать, забыл его брат про сегодняшнюю игру или просто игнорировал её. В конце концов, Юстас не был обязан приходить и болеть за него. Эришу было намного важнее не пропустить мяч в сегодняшнем матче, чем переживать из-за того, что брату до его лакросса нет никакого дела.

Посидев в кофейне, братья вернулись домой, и Юстас сразу сел за учебники, потому что на понедельник было много задано. Эриш, глядя на него, тоже взял с полки книгу и даже открыл её. Но строчки прыгали перед глазами, и никак не получалось сосредоточиться. Эриш ненавидел это состояние. Он спрашивал у мамы, как она справляется с подобными вещами, но она отвечала, что со временем приходит как опыт, так и смирение. К Эришу, казалось, ни приходило ни то, ни другое. Сейчас он находился в состоянии между сном и бодрствованием, и перед глазами начинали мелькать картинки то ли из прошлого, то ли из будущего. Эриш вздрогнул и выронил книгу, когда на него из темноты выпрыгнула большая лисица, у которой почему-то было семь хвостов.

– Расскажешь? – услышал он голос Юстаса. Брат сидел, оседлав стул, и внимательно смотрел на него.

– Нечего рассказывать, – пробурчал Эриш, поднимая учебник.

– Но ты же что-то видел.

– Лису с семью хвостами.

– Это кицунэ.

– Что за фигня?

– Это лиса на языке айни. Лиса из Ямато.

– Зачем ей столько хвостов?

– Это ещё мало. Бывает даже девять. Но семь тоже неплохо.

– Тебе это Инари рассказал?

– Да. Его как раз звали Кицунэ на его родине.

– А что если это он оставляет хвосты?

– Зачем ему? Это же ребячество, а Инари – взрослый мужчина.

– Ты настолько ему доверяешь?

– За два года он не сделал мне ничего дурного, а научил очень многому.

– Тогда почему я сейчас его видел? Это же был он.

– Разве твои видения всегда про плохое?

– В большинстве случаев.

– А как же тот раз, когда ты увидел, что мой проект признают лучшим? – улыбнулся Юстас.

– Это исключение.

– Нет, я так не думаю. Наверное, тебе привиделся Инари, потому что он признает меня лучшим учеником.

– И что тебе это даст?

– А что тебе даёт каждый выигранный вами матч? И разве ты не будешь мною гордиться?

– Буду.

– Вот видишь, – засиял Юстас.

После обеда Эриш отправился на спортивную площадку ремесленного училища, где должна была состояться игра, а Юстас вышел из дома пораньше, чтобы немного прогуляться перед тренировкой. На улице он столкнулся с Максом, который, судя по всему, шёл домой с каким-то бумажным пакетом.

– Это что ты несёшь с таким важным видом? – поинтересовался Эскот.

– Господин Вудс попросил меня забрать рамки для грамот, – ответил Вернер. – Кстати, если команда Эриша сегодня победит, ему будет положена такая грамота. Всё-таки финал кубка.

– Финал кубка, – повторил Юстас.

– Ты как будто первый раз об этом слышишь.

– Конечно, нет!

– Так значит, мы увидимся на игре? Мартин тоже идёт.

– Увидимся, – кивнул Эскот, старательно придумывая, как он будет выкручиваться из сложившейся ситуации. Всё-таки с тренировки нужно было отпрашиваться заранее. Решив, что пропустить игру будет слишком неуважительным поступком, Юстас отправился к дому, где жил Инари. Не то чтобы учитель не любил, когда к нему приходили без приглашения, но всё-таки было как-то неловко. Учитель жил на улице Руж, которая по праву считалась одним из самых злачных мест в Айланорте. На ней располагался «Салун», за вывеской которого скрывался публичный дом, здесь же было несколько трактиров и пара игорных домов. Жильё здесь, однако, было довольно дешёвым, потому что мало кто хотел иметь таких соседей. Поэтому именно на этой улице часто снимали квартиры приезжие.

После обеда район словно оживал, здесь выступали уличные музыканты, акробаты, а напёрсточники звали испытать удачу. Юстас прошёл мимо готовящихся к выступлению циркачей и остановился возле двухэтажного дома, в котором снимал квартиру Инари. Можно было, конечно, продемонстрировать то, чему Юстас успел научиться, и забраться в квартиру через окно, но тогда Эскот рисковал нарваться на парочку сюрикенов, летевших ему прямо в шею. Юстас поднялся на второй этаж по лестнице и позвонил в дверь. Когда Инари открыл, Эскот изобразил самую вежливую из своих улыбок и поздоровался на языке айни. Это единственное, что он выучил на родном языке учителя. И ещё как прощаться. Другое дело, что Инари владел древним языком, на котором говорили амарги Айланорте, и этот язык Юстас тоже прекрасно знал.

Учитель был одет в традиционную одежду Ямато, юкату, которую Эриш называл халатом. Инари не было и тридцати, а выглядел он ещё моложе. Он рассказывал, что ему пришлось покинуть родину из-за войны между кланами, и что он выбрал Айланорте, потому что знал язык и ему нравился тёплый климат. Инари хоть и был немного худощавым, отличался атлетическим телосложением и производил впечатление сильного и ловкого мужчины.

– Что-то случилось, Широ? – спросил Инари.

– Я не смогу сегодня придти на тренировку, учитель.

– Заходи.

Юстас прошёл в скромную квартиру, состоявшую из одной большой комнаты и кухни, в которой он уже бывал не раз. Инари обставил всё так, как было принято в Ямато, и поэтому на кухне даже не было стульев. Сидеть за низким столиком нужно было на полу.

– Будешь чай, Широ? – предложил Инари.

– Да, учитель, благодарю, – ответил Юстас. Своё прозвище «Широ» он получил в первый же день знакомства с Инари. Это значило «белый» на языке айни. Юстас не возражал, ему даже нравилось.

– Так почему же ты не придёшь на тренировку? – спросил Инари, ставя чайник на огонь.

– Сегодня у Эриша важная игра, я не могу её пропустить.

– Что ж, это серьёзная причина.

– Значит, вы не сердитесь?

– Нет, – улыбнулся Инари.

– Может быть, вы дадите мне задание сейчас? Не будем ждать следующей тренировки?

– А как же игра?

– Я выполню его после игры.

– Но если команда твоего брата победит, разве не будете вы это праздновать?

– Будем, но я смогу сбежать.

– Что ж, хорошо. Но ты готов к тому, что это будет сложнее магазина?

– Готов, учитель.

– Знаешь адвокатскую контору «Локстон и Ко»?

– Конечно. Её возглавляет дядя Макса.

– Вот это и есть твоё следующее задание.

– Просто офис или что-то конкретное?

– Кабинет адвоката Локстона, его письменный стол.

– Хорошо, учитель, – с улыбкой кивнул Юстас.

– Ты бывал там?

– Один раз.

– Помнишь расположение?

– Смутно, но я сориентируюсь.

Инари начал заваривать чай, а он всегда делал это молча и сосредоточенно, и Юстас просто ждал. Затем учитель разлил напиток по чашкам и проговорил:

– Ты ведь знаешь, что раньше у вас в Айланорте существовала служба ангелов смерти?

– Знаю, теперь это просто служба безопасности губернатора. Ангелами смерти её сотрудников больше не называют.

– Эти люди напоминают мне воинов искусства скрытности. Ты уже думал о том, что мог бы работать в этой службе?

– Вообще-то я должен стать знахарем.

– Одно другому не мешает, Широ. К тому же, настоящий мастер искусства скрытности должен быть хорошим целителем.

– Эриш будет поступать в школу сыска. Вы думаете, мне тоже стоит попробовать?

– Неужели ты думаешь, что не поступишь? Если ты настолько не веришь в себя, я сейчас же отменю своё задание.

– Простите, учитель. Я верю в себя. Не отменяйте задание.

– Держи, Широ, – Инари протянул ученику маленький лисий хвост.

– Я всё сделаю, учитель.

Спрятав хвост в карман, Юстас попрощался с Инари и отправился на спортивную площадку, чтобы успеть занять место рядом с друзьями. О том, какие задания он выполняет для учителя, не знал никто. Конечно, Юстас был не единственным учеником Инари, но из того, первого состава, который был набран два года назад, их осталось только двое. Кроме Эскота, был ещё рыжеволосый Терри по прозвищу Акай, что на языке айни означало красный. Юстас не был до конца уверен, что Акай тоже не выполняет какие-то особые задания Инари, чтобы доказать, что он лучший, но ему хотелось верить, что он был самым достойным учеником, он, а не Акай. Получив первое задание, Юстас немного испугался, хотя и не показал этого. Всё-таки пробраться в запертую почту было преступлением. Но Инари успокоил его, сказав, что такой поступок могут посчитать максимум хулиганством, и то, если Широ попадётся. Но Широ не должен был попасться, он ведь был лучшим. Сейчас Юстас уже думал о том, как проберётся в адвокатскую контору.

Когда Эскот поднялся на трибуны, Макс и Мартин уже были там. Неподалёку сидели преподаватели «Эсколар», в том числе и директор. Юстасу стало стыдно, что он умудрился забыть о том, что финал был именно сегодня. Он ведь сказал Эришу, что пойдёт на тренировку. И что теперь думал о нём брат? Ладно, можно было соврать и сказать, что пошутил. Хотя шутка, конечно, дурацкая. Команды вышли на поле, и Юстас высмотрел Эриша. На его форме с номером «один» была написана их фамилия. С тех пор как Эриш официально вошёл в сборную «Эсколар», он с гордостью носил эту форму, изготовленную специально для него. Матч начался, и Юстас сразу увлёкся игрой, напрочь забыв о задании Инари. После первого периода счёт был 2:2, и было ясно, что «ремесленники» не собирались так просто отдавать победу.

– Макс, а ты уже точно решил, куда будешь поступать? – вдруг спросил Юстас.

– В Академию управления на факультет государственного управления и политических технологий, – не задумываясь, ответил Вернер.

– Так туда берут от силы человек десять.

– Ты полагаешь, я не смогу войти в их число?

– Да не, ты сможешь. Мартин, а ты?

– Я хотел с Максом. Но я понимаю, как это будет трудно.

– Ну, вы даёте.

– А ты в медицинский пойдёшь? – спросил Вудс.

– Я ещё не знаю. В медицинском математика будет, а я в ней плох. Может, я вообще никуда не пойду. Моя мама ничего не заканчивала, и бабушка тоже. Если я решу стать знахарем, то мне не обязательно учиться в медицинском.

– Наверное, ты прав. О, всё, перерыв закончился!

После второго периода ситуация не изменилась, разве что счёт теперь был 3:3. Юстас занервничал и, как только начался перерыв, спустился вниз к полю. Обошёл площадку и направился туда, где тренер «Эсколар» отчитывал свою команду.

– Эриш! – позвал Юстас и замахал брату рукой. Тот если и удивился появлению Юстаса, то не показал этого, а всего лишь кивнул.

– Братец лис, ты давай, не пропускай больше! – крикнул Юстас. Эриш усмехнулся.

Четвёртый и последний период закончился со счётом 9:4 в пользу «Эсколар». Когда председатель федерации лакросса вручил команде победителей кубок, на поле высыпали все учащиеся «Эсколар», которые пришли поболеть за своих. Юстас бросился к брату и буквально повис на нём.

– Между прочим, я тебе сказал больше не пропускать. А ты пропустил!

– Язва, – хмыкнул Эриш, потрепав брата по волосам.

Подошедший Макс тоже поздравил Эскота и сообщил, что в понедельник в школе состоится награждение, поэтому желательно, чтобы Эриш пришёл в костюме, а не как обычно. Тот не то чтобы пообещал, но сказал, что постарается об этом не забыть. Когда на поле появился шериф Айланорте, ребята устроили настоящие овации. Никто из них и не знал, что он придёт поболеть за сына. Шенди обнял Эриша и с улыбкой сказал, что гордится им. Юстас испытывал смешанные чувства. С одной стороны он был очень рад за брата и гордился им, но с другой, он хотел сейчас быть на его месте. И чтобы его также поздравлял отец. И чтобы он гордился.

Юстас отошёл в сторону. Он знал, что команда сейчас отправится отмечать победу, и посчитал, что теперь самое время сбежать, пока никто не хватился. Ему это удалось, и Эскот направился к адвокатской конторе. Время было уже позднее, и Юстас очень наделся на то, что сотрудники давно разошлись по домам. К тому же, это была суббота, а значит, рабочий день короче обычного. Подойдя к зданию, Эскот убедился, что свет не горел ни в одной из комнат и вздохнул с облечением. Юстас достал из кармана резинку и убрал волосы в хвост, затем извлёк из другого кармана перчатки и подошёл к чёрному ходу. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что, кроме сидевшей у мусорного бака кошки, поблизости никого не было, Эскот вооружился отмычкой и довольно быстро справился с замком. Разумеется, красть в адвокатской конторе, можно сказать, было нечего, и Локстон не особо заботился о прочности дверей и засовов. В магазине замок был сложнее, но чтобы проникнуть туда, не требовалось столько наглости, и Юстас это понимал. Залезть в контору, принадлежавшую сыну Мике Локстона, бывшему помощнику губернатора Салеса, решится далеко не каждый. Эскот вот решился. Зайдя внутрь, он без труда нашёл кабинет самого Колина Локстона, который тоже оказался заперт. Этот замок был типовым, и вскрыть его Юстасу вообще не составило никакого труда. Он с такими ещё ребёнком справлялся. Уже в кабинете Эскот достал хвост и положил его прямо на папку на столе Локстона.

Довольный собой Юстас собрался уходить, как вдруг услышал, что кто-то открывает главную дверь. Сбежать по коридору, не столкнувшись с тем, кто пришёл, было практически невозможным, значит, нужно было пересидеть здесь. Однако если это был сам Локстон, то он мог запросто сюда войти. Юстас схватил хвост, засунул в карман, а затем не придумал ничего лучше, как залезть в шкаф, благо там было отделение для одежды. Пиджак, висевший там, практически не занимал места, так что Эскоту было даже почти просторно. Юстас правильно поступил, потому что дверь кабинета открылась и голос Локстона проговорил:

– Странно, я же вроде запирал дверь.

– Точно запирал? – спросил голос, принадлежавший Максу, и Юстас прикрыл лицо ладонью.

– Ну, может, я и запамятовал. Ладно, сейчас я найду эту книгу.

В кабинете зажёгся свет. Локстон подошёл к столу, кажется, открыл один из ящиков и что-то достал.

–Вот, держи. Здесь теория права. Я на всякий случай её держу под рукой.

– Спасибо, дядя Колин, – поблагодарил Макс.

– Тогда пошли. Наверняка, там Хельга уже нас заждалась.

– Мама знала, что я могу задержаться на матче.

– Всё равно она волнуется, я же её знаю.

Свет погас, и дядя с племянником ушли. Юстас выдохнул. Выбравшись из шкафа, он вернул хвост на стол, открыл дверь и благополучно покинул здание через чёрный ход.

Юстас даже успел вернуться в «Элизиум» раньше брата, который задержался на праздновании победы в кубке. Когда Эриш зашёл в комнату, от него пахло октли и табаком.

– Почему ты не пошёл с нами? – спросил он.

– Это ваша победа, ваш кубок. Вы команда, – ответил Юстас. – Макс же тоже не отмечал с вами.

– Причём здесь Макс?

– Как причём? Он староста.

– А ты мой брат.

– Хорошо, когда ты в следующий раз выиграешь кубок, я пойду отмечать с тобой.

– Следующего раза не будет. Это была моя последняя игра за команду «Эсколар».

– Почему?

– Ты совсем дурак? Потому что это выпускной год.

– Наверняка в школе сыска тоже есть какая-нибудь команда и ты будешь за неё играть.

– Там нет команды по лакроссу.

Юстас хотел ещё что-то сказать, но Эриш развернулся и ушёл в ванную.

О хвосте в конторе Локстона узнали только в понедельник. Эриш и Юстас собирались в школу, когда в доме раздался телефонный звонок. Колин пришёл в контору пораньше, обнаружил сюрприз на своём столе и сразу позвонил Шенди по старой дружбе, ведь они были одноклассниками. Юстас видел, что его отца всё ещё забавляла эта история с хвостами, а вот дядя Шенди уже начинал злиться. Похоже, Эриш был прав, и его отец принимал лисьи хвосты на свой счёт. Юстасу очень хотелось сказать ему, что это не так, но он не мог. Ему бы впору испугаться, ведь Шенди грозил поймать этого шутника и лично объяснить ему, почему так поступать было нельзя, но Юстас почему-то был уверен, что его не поймают. Он не оставлял следов, а ещё у него не было мотива, значит, никому и в голову не придёт его подозревать.

Перед началом уроков в «Эсколар» состоялась торжественная церемония награждения всех игроков команды по лакроссу. Их поздравлял и благодарил лично Драй, и он же вручал всем грамоты, которые ему любезно подавал довольный Мартин.

– Я тобой горжусь, – проговорил Юстас, когда они зашли в их комнату, куда Эриш отнёс грамоту.

– Спасибо, конечно, но зачем мне эта штуковина?

– Ты про грамоту?

– Ну, да. Мне от неё ни горячо, ни холодно.

– Ты её предъявишь при поступлении в школу сыска. Это добавит тебе лишние баллы. Я все свои грамоты сохранил для этого.

– А ты всё-таки хочешь куда-то поступать? Разве ты не будешь знахарем, как твоя мама?

– Я уже знахарь. И я не знаю. Может, я тоже хочу в школу сыска.

– С какого?

– Что значит с какого? Ты думаешь, я не могу пойти по стопам отца?

– Не то чтобы… я просто как-то не очень вижу тебя в сыске.

– Почему?

– Я привык к тому, что ты целитель.

– Целитель не может быть сыщиком?

– Чтобы быть сыщиком, необходим особый склад ума. Аналитический. А ты лучше всего разбираешься в литературе и языках.

– Значит, тот факт, что я стреляю почти так же хорошо, как ты, и что я умею драться – это всё ерунда?

– В Айланорте все должны уметь стрелять и драться, чтобы защитить себя.

– И как же мне тебе доказать, что ты не прав?

– Найди того, кто оставляет лисьи хвосты, – усмехнулся Эриш.

– И что, если найду, то ты поверишь, что я могу стать хорошим сыщиком?

– Да, поверю.

– Хорошо, я найду, – пообещал Юстас.

Весь первый урок он не мог сосредоточиться на предмете, потому что в голове продолжал проигрывать диалог с братом. Эриш бесил своей привычкой говорить спокойно и уверенно, не повышая голос. Он гипнотизировал, даже не применяя гипноз. Юстас изо всех сил держался, чтобы не вспылить. Он давно понял, что тот, кто срывается, тот и не прав. Неужели Эриш в него не верил? Брат редко врёт, значит, так и есть. Но учитель верил в Юстаса, а это значит, что у него всё получится.

Он с трудом дождался перемены, чтобы побежать за школу и закурить. Юстас давно не курил под лестницей, понимая, что там его легче всего застукать. А вот во дворе за школой было самое то. Затянувшись, Юстас почувствовал, что потихоньку успокаивается. Прислонившись к стене, он закрыл глаза и постарался расслабиться. Вдруг он почувствовал, что один из кирпичей в старинной кладке зашевелился. Юстас потянул его вперёд и обнаружил тайник, в котором лежала тетрадка. Открыв её, он увидел, что она вся была исписана стихами. Юстас сразу узнал почерк своего друга, и ему стало неловко, что он узнал чужую тайну. Он уже хотел вернуть тетрадку на место, как во дворе появился Мартин.

– Извини, я случайно её нашёл, – пробормотал Юстас. – Я никому не скажу.

Вудс молча взял тетрадку и прижал к груди.

– Красивые стихи, – сказал Эскот.

– Спасибо, – тихо ответил Мартин.

– Раз я теперь знаю твою тайну, хочешь, открою тебе свою?

– Если ты хочешь.

– Я хочу поступать в школу сыска, а Эриш в меня не верит. И он такой говорит: найди того, кто хвосты оставляет, тогда поверю. Ну, а я и согласился.

– Ты будешь искать этого странного недовора?

– Да чего его искать-то? – хмыкнул Юстас.

Мартин удивлённо захлопал ресницами.

– Это я, – признался Эскот.

– Ты?

– Я. Я оставляю эти хвосты. И ещё буду оставлять.

– Но зачем?

– Чтобы мой учитель Инари признал меня лучшим учеником. Я лучший в искусстве скрытности.

– Ты не боишься, что тебя арестуют?

– Чтобы меня арестовать, меня надо поймать. А меня не поймают, потому что я лучший. Ну, а ты меня не сдашь, ведь так? Ты же мой друг.

– Я твой друг, – кивнул Мартин.

– И ты никому не скажешь, даже Максу.

– Но…

– Кстати, Макс знает про твои стихи?

– Нет.

– Вот и про меня не должен знать. Видишь, ты прекрасно умеешь хранить тайны.

– Но как ты собираешься выкручиваться перед Эришем?

– Пока не знаю. Я что-нибудь придумаю.

Уже после уроков в комнату заглянул дежурный и позвал Юстаса к телефону. Звонила его мама.

– Сходи, пожалуйста, к новому пациенту, сейчас назову тебе адрес, – попросила Шушаник. – Я сегодня что-то ничего не успеваю.

– Хорошо, мам. А что там за случай?

– Мне толком ничего не сказали, но я надеюсь, ты разберёшься. Если что-то серьёзное, порекомендуй дождаться меня или пусть обращаются в клинику.

– Я понял.

Шушаник сказала адрес и фамилию, и Юстас, взяв из комнаты свою сумку с медикаментами, отправился к пациенту. Это оказался богатый дом, и, когда Эскот позвонил в дверь, ему открыл очень представительного вида слуга.

– Это дом Лауденов? – на всякий случай уточнил Юстас.

– Да, господин.

– Я знахарь.

– Проходите, юная госпожа ждёт вас.

Эскоту сразу это не понравилось. Конечно, он уже не первый раз сталкивался с девушками в качестве пациентов, но обычно рядом была мама. Юстас поднялся на второй этаж и постучал в дверь комнаты, на которую ему указал слуга.

– Это знахарь, госпожа Лауден.

– Заходите, – секунду помешкав, ответила девушка.

Юстас вошёл и замер у двери. Прошло два года, но Миранда не сильно изменилась, и Эскот слишком хорошо её запомнил. Это была та самая девушка, которая отказала ему на балу. Потом он не встречал её, потому что либо сам не приходил на бал, на котором была Миранда, либо наоборот. А в этом году она уже не училась в пансионе, так как выпустилась ещё в прошлом.

– Ты? – Миранда заговорила первой.

– Юстас Эскот к вашим услугам. У Шушаник сейчас много пациентов, поэтому она передала ваш случай мне. Расскажите, что вас беспокоит, и я постараюсь вам помочь.

– Вряд ли ты можешь мне помочь, – отрезала девушка.

– Может, вы дадите мне шанс попытаться? Я хороший знахарь.

– Но ты парень.

– Я в первую очередь знахарь, а только потом парень. У врачей и знахарей нет пола.

– Ладно, – вздохнула Миранда. – Всё равно я не могу пойти с этим в клинику.

– Так что у вас случилось?

– У меня проблемы там… ну ты понимаешь, где?

– Там. Допустим. В чём конкретно проблема?

– Зуд и запах…

– У вас были половые контакты?

– Да.

– Вы болели недавно? Принимали антибиотики?

– Нет. Я знаю, что это от Стэна. Осматривать будете?

– Буду, – вздохнул Юстас. Он присутствовал, когда подобный осмотр проводила мама, и теоретически знал и о заболеваниях, и о лечении. Но вот на практике в одиночку столкнулся с этим впервые. С другой стороны, когда-то это всё равно должно было произойти, так почему не сейчас?

Закончив осмотр, Эскот выписал Миранде отвар и настойку, объяснил, как принимать и как готовить, и оставил нужные ингредиенты, пообещав позже предоставить всё необходимое для следующей порции. Во время осмотра он увидел синяки, которые говорили о том, что, скорее всего, секс был по принуждению, или же парень был слишком грубым.

– Вы должны сообщить о вашем заболевании вашему парню, – собираясь уходить, сказал Юстас.

– У меня нет парня, – ответила Миранда.

– А как же этот Стэн?

– Он мне не парень.

– Он вас изнасиловал?

– Нет.

– И поэтому вы не хотите обращаться в клинику. Если вы думаете, что я ничего не заметил при осмотре, то вы ошибаетесь.

– Вам не за это деньги платят!

– Зря вы так. Но дело ваше, – и Юстас повернулся к двери.

– А что, ты хочешь сказать, что ты меня понимаешь? Потому что ты был на моём месте?

– Я ничего не хочу сказать. До свидания. Выздоравливайте.

– Он меня не насиловал. Я сама ему это позволила.

Юстас очень хотел, чтобы этот разговор завершился. Помолчав несколько секунд, он всё-таки открыл дверь.

– Я сама приду к тебе за ингредиентами, – сказала Миранда.

– Хорошо, – кивнул Эскот и ушёл.

Вернувшись в «Эсколар», он забросил сумку в комнату, а сам отправился к Винсенту.

– Помнишь Миранду? – с порога спросил Юстас.

– Помню, а что?

– Пошли, покурим.

Уже во дворе Эскот проговорил:

– Мне надо знать, кто такой Стэн.

– А кто такой Стэн?

– Это я тебя спрашиваю. Он с ней встречался. Мне надо знать его адрес и фамилию. Ты сможешь узнать?

– Ну, вообще-то Ласло знает парня, который спит с её бывшей одноклассницей.

– Отлично. Как узнаешь про Стэна, сразу сообщи мне.

– Но зачем тебе этот Стэн?

– Надо с ним переговорить.

– По поводу Миранды?

– Да. Судя по всему, он тот ещё…

– Так и она тоже, знаешь, не ангелочек.

– Не ангелочек, это да.

Винсент узнал о том, кто такой Стэн, уже на следующий день, и успел доложить Юстасу, прежде чем тот ушёл на тренировку. Эскот пришёл в зал, где проходили их занятия с Инари, как всегда за десять минут до начала. Учитель уже был там. Акай же регулярно опаздывал.

– Молодец, Широ, – улыбнулся Инари. – Я уже слышал о новом хвосте.

– У меня просьба, учитель.

– Слушаю тебя.

– Могу я сам выбрать место для четвёртого хвоста?

– Можешь, если объяснишь мне причину.

– Это дом судьи. Мне кажется, это очень подходящее место.

– Какого именно судьи?

– Судьи Холта.

– Я слышал о нём. Слухи были не очень приятные.

– Тем более. Учитель, позвольте.

– Хорошо, Широ. Пусть будет так.

II

Судья Холт был известен своей суровостью, если не сказать жестокостью. Попасть к нему на процесс было равносильно смертной казни или пожизненному заключению. А ещё ходили слухи, что он брал взятки, вот только дальше пересудов дело не заходило. Юстас знал, что однажды его пытались подловить на взятке, но ничего не вышло. Теперь он стоял под окнами дома судьи, размышляя, как лучше проникнуть внутрь. Эскот очень хотел дать понять Стэну, что он был не прав, но как сделать это, не выдав себя? Учитель не зря потратил два года на его обучение, нельзя было подводить его, поддавшись эмоциям. Юстас сам не до конца понимал, почему ему было жалко Миранду, ту самую девицу, которой он жаждал отомстить за её слова на балу. Может, она права, и он поставил себя на её место? В любом случае хвост нужно было оставить в доме судьи, независимо от того, сделает Эскот что-то Стэну или нет.

Юстас догадывался, что судья Холт не расстаётся с оружием, а ещё знал, что у него есть шофёр, исполняющий роль телохранителя. Эскот выяснил это ещё вчера, когда наблюдал, как судья возвращался домой с работы. Стэн вчера домой так и не вернулся, вернее, он пришёл, скорее всего, очень поздно, а Юстасу необходимо было быть в «Эсколар» до комендантского часа. Сейчас дома не было ни судьи, ни его сына. Эскот догадывался, что там была мать Стэна и слуги, о количестве которых Юстас ничего не знал. Зато он был уверен почти на сто процентов в том, какое именно окно принадлежало комнате Холта, потому что вчера он дождался, пока там загорелся свет, и даже увидел мужской силуэт. Там и следовало оставить хвост.

Эскот взглянул на тёмное окно. Форточка была слегка приоткрыта. Юстас улыбнулся: открыть окно не составит никакого труда. Он надел перчатки и прикрыл чёрным платком лицо на манер фейсальских женщин, оставляя только глаза. Убедившись, что улица пуста, Эскот начал подниматься по водосточной трубе. Забравшись на второй этаж, Юстас аккуратно поставил ногу на так удобно выступавший барельеф на стене. Если бы его не было, Эскоту, скорее всего, пришлось бы проникать в дом через чёрный ход, рискуя столкнуться со слугами. Открыть окно действительно оказалось несложно, и Юстас проник в комнату, которая, как он и предполагал, была кабинетом хозяина дома. Эскот оставил на столе хвост и уже мог спокойно выйти через окно, но он не стал этого делать. Слишком сильным было желание напакостить Стэну.

Юстас осторожно выглянул в коридор. Пусто. И несколько дверей. Шанс нарваться на жену судьи был слишком велик, но Эскот решил рискнуть и не прогадал. Голос хозяйки послышался с первого этажа, она отдавала распоряжения служанке. Юстас заглянул в одну из комнат и догадался, что это хозяйская спальня. Заглянул в другую и увидел большей плакат с полуобнажённой красавицей моделью над кроватью. Эскот понятия не имел, что хотел сделать, но тут ему бросилась в глаза пишущая машинка на столе. Юстас подошёл к ней, вставил лист бумаги, который нашёл там же, на столе, и напечатал: «Будешь продолжать так же обращаться с девушками, я приду за тобой». Довольный собой, Эскот вернулся в кабинет судьи и вылез через окно. Он как раз начал слезать по трубе, когда услышал звук подъезжающего автомобиля. Юстас спрыгнул на землю и мгновенно забежал за угол, игнорируя боль в ступне. Дождавшись тишины, Эскот снял маску и перчатки и похромал в сторону школы.

Когда Юстас зашёл в комнату, все его друзья были там.

– Разве у тебя сегодня должна была быть тренировка? – спросил Эриш.

– Внеплановая, – ответил Юстас.

– Ты хромаешь, – констатировал Макс.

– Да. Подвернул ногу во время тренировочного боя. Пройдёт.

Эриша снова накрыло тем самым чувством, которое его буквально преследовало последнее время. Предчувствие беды. Оно явно исходило от брата. Прямо сейчас. Если бы он знал точно, он бы просто запретил Юстасу ходить на занятия к Инари, но у Эриша не было никаких доказательств.

Новость о четвёртом хвосте появилась в «Вечерней газете», и журналист утверждал, что судья Холт лично пообещал посадить хулигана за решётку, а ещё в статье было сказано, что на этот раз таинственный преступник первый раз оставил следы. Взяв газету у дежурного, Мартин притащил её в комнату и зачитал эту статью вслух.

– Какие ещё следы? – воскликнул Юстас.

– Тут написано, что это тайна следствия.

– Позвони отцу, спроси, – посоветовал Эриш. – Если, конечно, ты не передумал найти этого чудака.

– Не передумал, – твёрдо ответил Юстас и пошёл к телефону. Он не оставил следов, он был в этом уверен. О чём же тогда писали в газете?

Линуш был ещё на работе и на вопрос сына ответил, что преступник явно знаком с сыном судьи, потому что он оставил специальное послание для него. Положив трубку, Юстас мысленно выругался. Если учитель узнает об этом, то точно не одобрит. Эскот всё ещё был уверен, что его не поймают, но жалел о своём поступке. Юстас отправился во двор, чтобы покурить и успокоиться. Его друзья не должны были заметить, что он нервничал. Уже стемнело, и двор освещали только школьные окна и одинокий фонарь. Послышались чьи-то шаги, и к Эскоту присоединился Винсент.

– Так и думал, что ты здесь, – закурив, проговорил он.

– Ты меня искал?

– Да я прочитал газету.

– Не знал, что ты интересуешься новостями.

– Как-то всё чудно.

– Чудно?

– Странно. Мы только на днях говорили с тобой про сынка судьи, а тут такое. Новый хвост именно в их доме.

– Я же говорил тебе, что он нехороший человек. И про его папашу тоже всякое болтают. Неудивительно, что этот таинственный парень с хвостами забрался именно к ним.

– Ну, а к адвокату он зачем залез? Локстоны же вроде уважаемые люди.

– Ты меня спрашиваешь? Я не понимаю логику психов.

– В газете написано, что этот чувак следы оставил.

– Тем хуже для него и лучше для сыска.

– А что ваши родители говорят?

– Дядя Шенди бесится, а моего папу этот хвостатый преступник только веселит.

– Ладно, бывай, – Винсент потушил бычок о стену и зашагал прочь. Юстас выдохнул и достал ещё одну сигарету из пачки.

Эриш пошёл разыскивать брата, как только тот задержался после звонка отцу. Он догадался, что Юстас мог пойти курить, и уже хотел присоединиться к нему, когда услышал голос Винсента. Эриш вжался в кирпичную стену и затих. Когда Райзен собрался возвращаться, Эриш перехватил его у входа в школу.

– Ты меня напугал, – Винсент едва не подпрыгнул на месте, увидев Эскота.

– Какая связь между моим братом и сыном судьи? – задал вопрос Эриш.

– Откуда я знаю? – отозвался Райзен.

– Повторяю. Какая связь между моим братом и сыном судьи? – и Эриш встретился взглядом с одноклассником.

– Это из-за Миранды. Этот Стэн её обидел, а Юстас, наверное, хотел защитить.

– Что за Миранда?

– Лауден.

– Ясно. Забудь о том, что я спрашивал. Иди.

Первым желанием Эриша было немедленно поговорить с братом и выяснить правду, но с некоторых пор он не хотел применять к нему гипноз, а сейчас Эриш был уверен, что Юстас не станет откровенничать. Что он мог предъявить брату? Знакомство с некой Мирандой? Да и то со слов Винсента. Нужно было что-то более весомое. Единственное, что Эриш знал точно, так это что во всём этом был как-то замешан Инари. Он бы не удивился, если бы узнал, что именно учитель и есть тот таинственный преступник. Эриш не стал дожидаться брата и вернулся в комнату, решив, что теперь будет следить за ним.

Эскот начал слежку уже на следующий день, когда Юстас отправился на тренировку. Ждать брата пришлось долго, но когда тот вышел из зала, Эриш заметил, что Юстас очень нервничал. Может быть, никто другой этого бы не понял, но Эриш знал брата слишком хорошо. Следом за Юстасом из зала вышел Терри и, остановив Эскота, проговорил:

– Учитель ведь запретил нам использовать болевые приёмы друг на друге.

– Я извинился, – ответил Юстас. – Я облегчил боль. Тебе этого недостаточно?

– Достаточно. Я просто не понимаю, почему ты сделал это, да ещё у него на глазах. Ты ведь так стремишься быть во всём лучшим.

– Я и выиграл в спарринге.

– Но ты нарушил правила.

– Ты считаешь, что в настоящем бою надо будет соблюдать какие-то правила? Тогда ты уже заранее труп.

– Но есть же кодекс воина, Широ.

– Я знаю кодекс. В нём говорится, что воин должен выжить.

– Это верно. Воин должен жить и ценить каждое мгновение, зная, что оно может стать последним. Но там не сказано, что выживать нужно любой ценой.

– Обратного там тоже не сказано, Акай. Мне нужно идти. Солнца в дорогу.

Расставшись с Терри, Юстас направился в сторону дома, но потом вдруг свернул ко дворцу правосудия. Эриш последовал за ним.

Юстас шёл и прокручивал в своей голове разговор с учителем. Как обычно, он пришёл на тренировку ещё до Акая и остался с Инари наедине. Юстас знал, что учитель будет сердиться, и был прав.

– Я начинаю сомневаться в своём выборе, Широ, – проговорил Инари.

– Я виноват, учитель.

– Хорошо, что ты это признаёшь. И в чём же твоя вина?

– В том, что я позволил эмоциям взять верх.

– Значит, ты попросил меня выбрать именно этот дом, потому что хотел отомстить?

– Да, учитель.

– Это была твоя ошибка.

– Я признаю это. Я хочу исправить её. Дайте мне шанс, учитель.

– Ты настолько уверен в том, что тебя не обнаружат?

– Это будет очень сложно. Вряд ли сыск заподозрит меня.

– Что ж, я попробую тебе поверить ещё один раз. Но на этот раз это будет самое сложное из всего, что ты делал.

– Я готов, учитель.

– Пятый хвост должен оказаться в кабинете начальника отдела по расследованию убийств.

– Бретта?

– Да. Ты можешь отказаться.

– И тогда я не стану лучшим учеником?

– Не станешь.

– Давайте сюда, хвост, учитель. Я всё сделаю.

Юстас представления не имел, как будет выполнять задание Инари, но и отказаться он не мог. Конечно, у него была возможность попасть в кабинет Бретта в любой момент и сделать это совершенно открыто, потому что он был знаком со всеми сотрудниками отдела. Собственно, и во дворец правосудия Юстас заходил как к себе домой, потому что все знали, чей он сын. Но как при этом оставить хвост? И как сделать это так, чтобы быть вне подозрений? У Юстаса была одна идея, но для её реализации нужно было задержаться во дворце правосудия, а Бретт часто оставался на работе допоздна, а значит, Юстас рисковал не вернуться в «Эсколар» до комендантского часа, но допустить этого он не мог. Или же ему нужно было алиби на это время, но Эскот не мог никого втягивать в историю с хвостами. Достаточно было того, что Мартин в курсе. Юстас понимал, что нужна была какая-то хитрость. С этими мыслями он поднялся по ступенькам и зашёл в здание сыска, кивнув охранникам на входе.

Инари говорил ему, что бывают случаи, когда необходимо играть в открытую, когда искусство скрытности заключается в том, чтобы быть у всех на виду, но при этом остаться вне подозрений. Юстас решил, что сейчас был именно такой случай. Для начала он направился в кабинет шерифа. Дядя Шенди был занят, он беседовал с кем-то из сыщиков, а отец сидел за столом и со скучающим видом смотрел на какие-то бумаги.

– Привет, пап, – улыбнулся Юстас.

– Привет! – оживился Линуш. – Ты в гости или что-то случилось?

– В гости. Решил прогуляться после тренировки. А что там с этим хвостатым преступником?

Пока разрабатывают всё окружение сына судьи. Это же явно кто-то из его знакомых. Кому-то он сильно насолил. Вернее, какой-то девице. Но вообще-то это тайна следствия, – усмехнулся Линуш.

– Да кому я расскажу, кроме Эриша?

– Максу, Мартину, Джою…

– Пап.

– Что?

– Как ты думаешь, зачем он оставляет эти хвосты?

– Чтобы доказать всем или кому-то одному, какой он крутой.

– Ты серьёзно так думаешь? – Юстас почувствовал неприятную дрожь в коленях.

– Я в этом уверен.

– А я думал, что это просто псих.

– Не без этого. Я бы тебе кофе предложил, но не думаю, что тебе надо его пить на ночь глядя.

– Ещё не ночь.

Из кабинета шерифа вышел сыщик, а следом за ним и сам Шенди. Кивнув племяннику, он проговорил:

– Лин, ты закончил?

– Ещё нет, – покачал головой тот.

– Я жду, – и Шенди вернулся в кабинет.

– Я мешаю? – догадался Юстас.

– Нет, но мне нужно закончить с этими документами.

– Ладно, пап, я пойду, поздороваюсь с Алмошем и Джулианом и отправлюсь в «Эсколар». Они ещё здесь?

– Не знаю, может, уже ушли, – Линуш взглянул на часы. – Проверишь. Давай и смотри, не опаздывай.

Когда Юстас заглянул в убойный отдел, оказалось, что и Алмош, и Джулиан ушли домой десять минут назад. В кабинете оставался только их коллега Купер, да и тот уже аккуратно складывал бумаги в папку, явно собираясь уходить.

– А ваш начальник на месте? – поинтересовался Юстас.

– Нет, – ответил Купер, – он сегодня с утра на семинаре по криминалистике вместе с господином Уилкинсом. Ну, ты его знаешь, наш судмедэксперт.

– Знаю. Как вы думаете, у меня есть шанс поступить в школу сыска?

– Конечно. Шансы есть у всех. У тебя ведь хорошие отметки?

– Отлично почти по всем предметам.

– Тогда тем более.

Юстас смотрел на Купера, на его полноватую фигуру, на округлый животик, на яркий цветастый галстук и думал, что вряд ли его взяли в сыск из-за хорошей физической формы. Скорее всего, дело было в остром уме. Но у Юстаса были и ум, и спортивная подготовка, значит, он точно должен был поступить.

Эскот попрощался с Купером и зашёл в туалет, который располагался неподалёку от кабинета. Там он надел перчатки, дождался, пока сыщик уйдёт, и вернулся. Юстас усмехнулся тому, что типовые замки и двери были даже в сыске, но с другой стороны, зачем здесь прочные засовы, если на входе охрана. Эскот проник в отдел, достал фонарик и подошёл к двери кабинета Бретта. К его огромному удивлению, она даже не была заперта. Начальник убойного отдела так доверял своим подчинённым? Но тут Юстасу пришло в голову, что любой из сотрудников отдела может вскрыть замок, а значит, и смысла запирать дверь не было. Он прошёл в кабинет и положил хвост прямо на стол Бретта. Вернувшись в отдел, он приложил ухо к двери и прислушался. В коридоре было тихо. Юстас вышел, закрыл за собой дверь, снял перчатки и зашагал к выходу. Он думал о том, как ему повезло, что Бретта не было на месте, а потом его осенило: Инари знал! Учитель просто знал об этом семинаре и поэтому отправил Юстаса в убойный отдел. Но что это было: неуверенность в возможностях Широ или наоборот желание ему помочь?

С этими мыслями Эскот покинул здание сыска и уже на соседней улице к нему подошёл Эриш.

– Что ты здесь делаешь? – удивился Юстас.

– За тобой слежу, – ответил Эриш.

– Это зачем ещё? – Юстас настолько сильно был погружён в размышления об учителе, что даже не сообразил, что надо было возмутиться.

– Сначала я подумал, что этот твой учитель оставляет эти хвосты, но теперь…

– Что теперь?

– Завтра утром хвост найдут на столе моего отца?

– Да с чего ты это взял?

– Ну, во-первых, я знаю, что ты знаком с Мирандой.

– Миранда всего лишь моя пациентка.

– Которую обидел сын судьи.

– Откуда ты это знаешь?

– Просто знаю.

– Ты это видел?

– Неважно.

– Важно. Если ты это видел, это одно, а если применял гипноз…

– Есть ещё во-вторых.

– И что за во-вторых?

– Пока я здесь ждал твоего возвращения, я увидел тебя с хвостом в руке.

– Это твоя фантазия.

– Зачем ты ходил в сыск?

– К папе.

– Так сильно соскучился?

– Братец лис, я не хочу, чтобы мы проворонили комендантский час. Идём в школу.

– То есть ты хочешь меня заверить, что завтра утром в сыске не найдут хвост?

– Ни в чём я тебя не хочу заверить. Что ты вообще пристал?

– Значит, это ты. Ты оставлял все эти хвосты.

– А что если так?

Эриш ударил так быстро и сильно, что Юстас даже не успел уклониться. Но второго удара он уже не допустил. Не думает же Эриш, что его можно вот так просто побить, как в детстве?

– А ну, прекратите! – закричала проходившая мимо женщина. – Я сейчас сыск вызову!

– Пошли к школе, – сказал Юстас, вытирая кровь с рассечённой губы. Эриш кивнул.

До «Эсколар» они шли молча. Так же, не говоря друг другу ни слова, они прошли во двор за школу. Молча встали напротив друг друга.

– Что, передумал меня бить? – усмехнулся Юстас. Вместо ответа Эриш снова ударил. Когда они оба упали на землю, сцепившись друг с другом, рядом раздался голос Мартина:

– Престаньте! Что вы делаете? Не надо!

Разнимать дерущихся – дело неблагодарное, и Эриш сам не заметил, как ударил Вудса прямо в солнечное сплетение. Мартин охнул и упал на колени.

– Ты бы хоть смотрел, кого бьёшь! – возмутился Юстас и, оттолкнув брата, бросился к Вудсу. – Живой?

Мартин только открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег.

– Дыши, – проговорил Юстас, обнимая его за плечи. – Дыши.

Эриш растерянно стоял рядом, не зная, что сказать.

– Всё в порядке, – наконец выдохнул Мартин.

– Больно? – спросил Юстас. – Тошнит?

– Нормально.

– Я же вижу, что больно. Потерпи, я сейчас помогу.

– Мне уже легче, спасибо.

– Точно не тошнит?

– Точно.

– Вроде бы повреждений нет, – превозмогая собственную слабость, Юстас ощупал Мартина и помог тому встать.

– Прости, – наконец выдал Эриш.

– Всё в порядке, я сам виноват, – ответил Вудс.

– Вообще-то да, – согласился Эриш.

– Почему вы подрались?

– Потому что он всё узнал, – ответил Юстас.

– То есть Мартин в курсе? – удивился Эриш.

– Да, так получилось. Но он же не мог выдать мою тайну. Он хороший друг.

– Зачем ты вообще это делаешь?

– Это задание учителя.

– Я так и знал, что это он виноват! Он маньяк давать такие задания?

– Он не маньяк. Я должен доказать, что я лучший. И ты сам видишь, что имя твоего отца здесь не причём. Это прозвище учителя в Ямато.

– Это ничего не меняет.

– Это всё меняет! Эриш, мне осталось всего два хвоста, и учитель признает меня лучшим учеником!

– Ты должен признаться родителям.

– Я обещаю, что признаюсь, когда закончу. Ещё два хвоста. Даю слово, Эриш, что я сам всё расскажу отцу.

– Где ты оставил пятый?

– У Бретта.

– Ладно, – вздохнул Эриш. – Но если ты не сдержишь слово…

– Сдержу.

Эриш верил брату. Верил, что тот сообщит родителям, вот только что было делать с тем предчувствием беды, которое никуда не девалось? Он всё ещё злился на Юстаса, хотя после того, как он выпустил пар и подрался, злость утихла. Оставалось что-то похожее на обиду, что брат скрыл это от него. Но Эриш сам бы тоже не стал болтать о подобных вещах на месте Юстаса. Другое дело, что Эриш бы не оказался на его месте.

– Почему твой учитель выбрал такой извращённый способ испытаний? – спросил он по дороге в комнату.

– Это искусство скрытности, – ответил Юстас. – По-моему, всё довольно логично. Вот ты же знаешь о службе ангелов смерти?

– Знаю, но их расформировали.

– Неважно, как эта служба называется, но есть же люди, обеспечивающие безопасность губернатора. Я бы очень хотел там работать.

– Так ты поэтому завёл тот разговор о школе сыска?

– Да. Я буду поступать туда вместе с тобой.

– Если после того, что ты устроил с этими хвостами, родители не отправят тебя на плантацию.

– Не отправят. Они поймут.

– Что-то я не уверен.

– Ну, и зря.

– А ты не думаешь, что тебя могут найти раньше, чем ты сам признаешься?

– Я не оставляю следов.

– Ты оставил что-то в доме судьи.

– Я напечатал на машинке письмо для его сынка. Дурак был, признаю. Папа сказал мне, что разрабатывают всё его окружение, но вряд ли они выйдут на меня.

– Но ты же знаком с Мирандой.

– Говорю же, она моя пациентка. Меня вообще мама к ней отправила. С таким же успехом маму можно подозревать.

– И что ей сделал этот сын судьи?

– Изнасиловал. Вернее, она говорит, что всё было с её согласия, но вообще-то нет. И ещё он её заразил.

– А ты у нас, значит, герой-защитник невинных дев?

– Братец лис, если ты ещё хочешь подраться, то пошли.

– Да мне тебя просто прибить хочется.

– За хвосты?

– И за хвосты, и за то, что скрывал это от меня.

– Я не мог тебе сказать. Никому не мог.

– Ты сказал Мартину.

– Это было как ответ на то, что я случайно узнал его тайну.

– Какую тайну?

– Юстас, – послышался голос Вудса, который шёл позади них.

– Я так понимаю, речь идёт о чём-то, чего не знает даже Макс? – догадался Эриш.

– Юстас, не говори, Эриш будет смеяться, – жалобно попросил Мартин.

– Меня вообще-то трудно рассмешить.

– Это правда, – подтвердил Юстас.

– Но Максу не говорите. Пожалуйста.

– А его ещё труднее рассмешить, – заметил Эриш.

– Тоже правда, – кивнул Юстас. – Мартин пишет стихи.

– И над этим я должен был посмеяться? Вы оба дураки какие-то, – сказал Эриш и зашёл в комнату.

– Что с тобой случилось? – тут же спросил Макс. – И с тобой… – добавил он, когда в комнату зашёл Юстас. – Мартин? А с тобой-то что?

– Да просто мы с Эришем подрались, а Марти нас разнимал.

– Из-за чего вы подрались? Вам же не пять лет.

– Мы не сошлись во мнениях по одному философскому вопросу, – сказал Юстас.

– Да, касающегося кодекса воина Ямато, – хмыкнул Эриш.

– Ты подслушал мой разговор с Акаем!

– Я и не скрываю этого.

– Так, если вы опять хотите подраться, то делайте это, пожалуйста, не в «Эсколар», – проговорил Макс. – Позвольте мне окончить школу без седых волос.

На следующий день, хоть это и была суббота, в «Эсколар» проходила защита проектов, поэтому воспитанники не разъехались по домам, а остались в школе. Юстас почти не переживал по этому поводу и даже не стал повторять материал перед сном, решив, что успеет сделать это с утра на свежую голову. Эришу вообще было наплевать на то, какую оценку он получит. Лишь бы не «неудовлетворительно». Макс и Мартин относились к защите более серьёзно, поэтому оба весь вечер провели, перечитывая собственные работы.

У старшеклассников проекты принимали лично Драй, кураторы и член попечительского совета школы, бывший губернатор Айланорте Флориан Салес. Защита проходила в большом зале, где выставили ряды лавок для учеников и стулья для преподавателей, а в самом центре поместили кафедру для выступлений, которую Эриш упорно называл трибуной, и меловую доску.

Эскоты заняли свои места на скамейке рядом с Максом и Мартином. Когда вышел первый выступающий, Юстас прошептал:

– На каком языке он вообще разговаривает?

– На языке нортов, – ответил Вернер. – У него проект по циклическим аминам.

– Амин – это фейсальское имя. Означает честный, справедливый.

– У тебя же вроде «отлично» по химии.

Юстас хотел что-то ответить, но поймал на себе строгий взгляд куратора и промолчал. Первым из друзей защищался Эриш. Темой его проекта было «Совершенствование навыков стрельбы из пистолета в упражнении МП-3». Сначала он хотел сделать проект по лакроссу, но его опередил другой старшеклассник, и тогда Эриш выбрал то, что получалось у него лучше всего. Никто не удивился тому, что сын лучшего стрелка Айланорте делает проект именно на эту тему. Господин Салес как владелец оружейного завода явно заинтересовался проектом Эриша и даже похвалил его.

Юстас пошёл отвечать следом за братом. Его проект был посвящён письменности амаргов. У Юстаса была мысль сделать работу по искусству скрытности в Ямато, но когда он озвучил это Инари, тот высказался против, и Юстас не стал спорить с учителем. В конце концов, даже Эриш говорит, что наибольших успехов он добивается в языках и литературе.

Проект Мартина был межпредметным и был посвящён изображениям птиц в различных культурах, а темой работы Макса стала «Институт губернатора в Айланорте: от Фердинанда Монроя до Стивена Маслоу».

– И не слабо ему при Салесе о нём самом рассказывать? – прошептал Юстас.

– По-моему, ему не только не слабо, но он наоборот доволен, что здесь сам Салес, – ответил Эриш. – И вообще…

– Что?

– Он станет губернатором.

– Кто? – Юстас аж подскочил, после чего на него посмотрели и директор, и куратор, и сам Салес.

– Макс, – сказал Эриш.

– Ты это видел, что ли?

– Нет, но у меня такое чувство, что видел.

– А это было бы здорово, – задумчиво прошептал Мартин. – У Макса бы получилось.

Когда после небольшого совещания Драй объявил оценки за проекты, оказалось, что все четверо друзей получили «отлично», и Юстас тут же предложил пойти это отметить в «Хосе Каза». Взяв начос, маисовые лепёшки с мясом и овощами и лимонад, ребята сели за столик у окна.

– Жаль, нам тут спиртное не продадут, – вздохнул Юстас.

– Если тебя так приспичило, можешь дома вина у родителей попросить, – ответил Эриш. – Они тебе не откажут, если ты похвастаешься отметкой за проект.

– Это неинтересно. Интересно, когда сам заказываешь в ресторане.

– Я бы тебе вообще пить не рекомендовал, – проговорил Макс. – На тебя алкоголь дурно действует.

– Чего это дурно?

– Позволь, я не буду приводить примеры твоего не вполне адекватного поведения под действием лишних градусов.

– Бе-бе-бе.

– И куда тебе ещё пить? Ты вон от лимонада уже…

– Надеюсь, Эриш ошибся и ты не будешь нашим губернатором. Ещё не хватало нам в Айланорте сухого закона.

– Ты сказал, что я буду губернатором? – удивился Макс.

– Ну, сказал, – кивнул Эриш.

– Знаешь, если это действительно окажется правдой, то я хотел бы видеть тебя в службе моей личной безопасности.

– Спасибо, конечно, но туда братец тушканчик рвётся.

– Так ты всё-таки решил поступать в школу сыска? – спросил Вернер.

– Решил, – ответил Юстас.

– Хвостатый взломщик снова в деле! – послышался голос разносчика газет с улицы. – Найден новый лисий хвост!

– Пойду, куплю, – сказал Мартин, выбежал из кафе и скоро вернулся со свежим выпуском «Вечерней газеты».

– Наглости этому парню не занимать, – проговорил Макс, взяв у друга газету. – Оставить хвост на столе Бретта – это ещё хлеще, чем тот раз, когда он у моего дяди оказался.

За столом повисло неловкое молчание.

– Если вы думаете, что я ничего не замечаю, то вы ошибаетесь, – сказал Вернер. – Вы трое от меня что-то скрываете. И это как-то связано с лисьими хвостами.

– Я тебе скажу, если ты дашь слово, что это не уйдёт дальше этого стола, – ответил Юстас.

– Смотря, что ты скажешь.

– Дай слово. Иначе я ничего не скажу. И никто не скажет.

– Ты так уверен?

– Макс, я обещал, – тихо произнёс Мартин. – Прости.

– Хорошо, – вздохнул Вернер. – Даю слово.

– Эти хвосты оставляю я, – признался Юстас.

– Знаешь, я всё могу понять, кроме одного. Когда всё откроется, ты думаешь, что твой отец сможет остаться на своей должности?

Юстаса словно окатило ледяной водой. Он вообще об этом не думал.

– Каждый раз о новом хвосте пишут в газетах, – продолжал Макс. – Когда найдут, кто это делает, об этом придётся сообщить в прессу. Или ты настолько уверен, что тебя не поймают?

– Я действительно уверен, что меня не поймают. Вот только я пообещал Эришу, что сам признаюсь отцу, когда будет семь хвостов.

– Так зачем ты это делаешь? И почему именно семь?

– Это задание учителя, чтобы доказать, что я лучший. У лисицы из мифологии Ямато бывает столько хвостов.

– Что ж, в любом случае, останавливаться тебе уже поздно. Я никому не скажу, это я обещаю. Может быть, ваши родители сумеют замять это дело и устроить так, что в прессе напишут, что это был какой-нибудь залётный вор из другого государства.

– Я не хотел подставлять отца, – тихо сказал Юстас.

– Можно ещё, конечно, отправить Эриша к журналистам и он убедит их в чём угодно, – усмехнулся Вернер. – А ещё лучше попросить его побеседовать лично с губернатором, чтобы тот забыл о причастности сына заместителя шерифа к этому делу.

– Прекрати, – холодно произнёс Эриш.

– Разумеется, это не моё дело, – пожал плечами Макс.

– Вот именно, что не твоё.

– Ребят, давайте не будем об этом, – попросил Мартин.

– Но Макс прав, – ответил Юстас. – А я … я не подумал…

– Макс прав ещё и в том, что уже поздно что-то менять, – добавил Эриш. – Хотя…

– Что?

– Это же не ты придумал, а твой учитель-извращенец.

– Он не извращенец!

– И ты продолжаешь его защищать?

– А что ты предлагаешь?

– Всегда можно свалить всё на него. Только это противоречит вашему кодексу воина.

– Я не хочу ничего сваливать на Инари. Хвосты подкладывал я сам. Но я хочу поговорить с учителем.

– О чём?

– О последствиях, которые грозят моему папе. Понимал ли Инари это, когда давал мне это задание?

– Ну, попробуй. Вот только мне кажется, что этот твой Инари выкрутится, а ты побежишь класть шестой хвост.

Юстас молча встал из-за стола и зашагал к выходу.

– Далеко собрался? – спросил Эриш.

– К учителю, – ответил Юстас и покинул кафе.

III

Инари не был удивлён внезапному визиту своего ученика. Юстасу даже показалось, что учитель его ждал. На тумбочке у входа в квартиру лежал свежий выпуск «Вечерней газеты».

– Здравствуй, Широ, – улыбнулся Инари. – Ты делаешь успехи.

– Благодарю, учитель. Я хотел задать вам вопрос.

– Слушаю тебя.

– Вы ведь знаете, кто мой отец.

– Разумеется. Мы ведь встречались с ним, когда ты только стал моим учеником.

– Он заместитель шерифа, а то, что я делаю, может негативно повлиять на…

– На что?

– Если станет известно, что это я тот самый хвостатый взломщик, то…

– А почему это должно стать известно? – перебил Юстаса Инари. – Разве ты считаешь, что можешь попасться?

– Нет, я не попадусь.

– Тогда в чём проблема? Тебе осталось два хвоста до того, чтобы я назвал тебя лучшим учеником. Если ты лучший, то тебя не должны поймать.

Юстас хотел сказать Инари, что дал слово Эришу всё сообщить родителям после седьмого хвоста, но не стал этого делать. Наверняка учитель разозлится и будет прав. Юстас никому не имел права говорить о задании.

– Значит, вы считаете меня лучшим?

– А ты до сих пор этого не понял? Я начинаю сомневаться в твоих умственных способностях, Широ. Ведь воин должен быть не только сильным и ловким, но ещё и умным.

– То есть вы не думали о том, что у моего отца могут быть проблемы из-за меня?

– Я же говорил тебе, Широ, что твой поступок это максимум хулиганство. И о нём очень скоро забудут. И какие могут быть проблемы у твоего отца, если тебя не поймают? А тебя не должны поймать.

– Вы знали, что Бретта не будет на месте? – вдруг вспомнил Юстас.

– Нет, – ответил Инари. – А его не было?

– Не было, – сказал Эскот, но почему-то не поверил учителю.

– Значит, наш лисий бог с тобой. Ты избранный, я с самого начала это понял.

– Избранный, – повторил Юстас.

– Опять сомневаешься? Широ, это не дело. Я ведь уже хотел дать тебе шестой хвост.

– Давайте. Я всё сделаю.

– Ты ведь знаешь, что здесь неподалёку располагается «Салун»?

– Да.

– Шестой хвост должен оказаться в комнате его хозяина.

– Оцелота? – удивился Юстас.

– Думаешь, что не справишься?

– Справлюсь.

Эскот ни разу не был в «Салуне», но о его хозяине не слышал только глухой. Почему его звали Оцелотом, никто точно не знал, а слухи ходили разные. Кто-то утверждал, что нового хозяина «Салуна» так прозвали из-за красивой для мужчины внешности, а кто-то говорил, что он такой же хищный, как этот дикий кот. Оцелот доводился каким-то родственником бывшей хозяйке и получил «Салун» в наследство после её смерти. Конечно, претендентов было много, но Оцелот сумел победить. Его настоящее имя мало кто знал, хотя Юстас был уверен, что его отец и дядя точно были в курсе.

Покинув дом учителя, Эскот хотел сразу же отправиться в «Салун», решив не откладывать задание в долгий ящик, однако на улице его ожидал сюрприз в виде его друзей. Всех троих. Эриш курил, прислонившись к стене, Макс со скучающим видом стоял неподалёку, а Мартин с живым интересом наблюдал за выступлением уличных акробатов.

– Чего вы домой не пошли? – поинтересовался Юстас.

– Марти хотел на циркачей посмотреть, – ответил Эриш.

– Вы просто за мной следили.

– Вообще-то мы знаем, где живёт твой учитель.

– Ну, что, сумел он объясниться? – задал вопрос Вернер.

– Сумел. Он в меня верит и считает, что я не попадусь.

– Ты меня не удивил.

– Шёл бы ты домой. Шли бы вы все.

– Шестой хвост у тебя? – спросил Эриш.

– Ну.

– И куда его надо подложить?

– Оцелоту в комнату.

– Мы же ещё маленькие туда ходить! – воскликнул Мартин, оторвавшись, наконец, от акробатов.

– Думаешь, меня туда не пустят? – отозвался Юстас.

– Никого из нас туда не пустят, – ответил Вудс.

– Не знаю, – пожал плечами Эриш. – Лично меня пустили.

– В смысле пустили? – подскочил Юстас. – Ты был в «Салуне»?

– Был.

– И скрыл это от меня?

– Да я не скрывал, просто не говорил.

– Но когда ты успел? Где я в это время был?

– Дома. Ты уже спал, когда я пришёл. Наверное, ты подумал, что я задержался на тренировке.

– И что ты делал в «Салуне»? – не унимался Юстас.

– А зачем мужчины ходят в «Салун»?

– Ты был с проституткой?

– Ну, был.

– Я с тобой больше не дружу. И спать пойдёшь в комнату Тлалока. Или в гостиную.

Эриш только усмехнулся.

– Ты сказал, что тебе уже есть восемнадцать? – спросил Макс.

– Да, – кивнул Эриш. – Мне поверили. Но вообще мне кажется, что им там по большому счёту всё равно.

– Допустим, мы с тобой можем сойти за совершеннолетних, но вот Юстас и Мартин вряд ли.

– Я сам разберусь, как попасть в «Салун», – сказал Юстас. – Ну, или если что, меня вон братец лис проведёт, раз он такой развратник.

– Ты же со мной не дружишь, – хмыкнул Эриш.

– Не дружу, но в «Салун» с тобой пойти могу.

– Мне кажется, что было бы намного проще попасть в «Салун» да ещё и в комнату хозяина тому, кто лично знаком с Оцелотом, – проговорил Макс.

– Вот ты вроде бы умный, но иногда странный, – ответил Юстас. – Конечно, мы все здесь это понимаем. Но вряд ли кто-то из нас может похвастаться знакомством с Оцелотом.

– Ошибаешься.

– Чего это?

– Я с ним знаком.

– Издеваешься?

– Отнюдь.

– Человек, который использует в своей речи слово «отнюдь», не может быть знаком с хозяином публичного дома.

– Оцелот получил «Салун» не без помощи моего деда. И я пару раз встречался с Оцелотом в театре. У него страсть к оперетте.

– И что, он тебя вспомнит?

– Разумеется.

– Постой, это ты сейчас ведёшь к тому, что ты собираешься мне помогать?

– Это в моих интересах, чтобы ты не попался. А у Оцелота, между прочим, очень серьёзный телохранитель. С ним я тоже знаком. По своим внешним данным он напоминает то ли гризли, то ли аллигатора.

– Чего мы ещё о тебе не знаем? Кстати, Марти, ты знал про знакомство Макса с Оцелотом?

– Ну, – Вудс замялся, – Макс упоминал, что видел его в театре.

– Предлагаю пойти в «Салун», – проговорил Вернер.

– Всей толпой? – спросил Юстас.

– А ты считаешь, что мужчины в такие места только поодиночке ходят?

– Это надо у вас с Эришем спросить. Я в такие места пока не ходил.

Макс только покачал головой и направился в сторону «Салуна». Эриш и Мартин молча последовали за ним.

– Что вообще происходит? – пробормотал Юстас, стараясь не отставать от друзей.

Уже смеркалось, и вывеска «Салун» горела ярким светом, а одна из лампочек, как раз на букве «С», мигала: то ли скоро перегорит, то ли так было задумано. Макс уверенно открыл дверь и зашёл внутрь. Народу было ещё немного, у барной стойки сидели двое мужчин и курили. Бармен готовил какой-то коктейль.

– У нас в баре нет молока, – усмехнувшись, проговорил мужчина, стоявший у лестницы, судя по всему, вышибала.

– Но у вас в меню есть кофе, в том числе с молоком, – возразил Макс. – Значит, молоко у вас есть.

– Допустим, тебе здесь пива нальют, а вот двум блондинистым юнцам рядом с тобой уже пора домой к мамочке.

– Мне нужно встретиться с Оцелотом, а это мои друзья, и они со мной.

– Парень, ты точно не во вкусе хозяина.

– Скажите ему, что господин Локстон передаёт ему привет, – невозмутимо продолжал Макс.

– Ну, допустим, – ответил вышибала. – Ждите здесь.

– Братец лис, почему он про тебя ничего не сказал? – спросил Юстас.

– Потому что я выгляжу старше? – пожал плечами Эриш.

– Ладно, может быть. Макс, а что ты скажешь Оцелоту? Зачем мы все к нему припёрлись?

– Полагаю, мы хотим посмотреть стриптиз, – ответил Вернер.

– Стриптиз? Почему стриптиз?

– Смотри, – Эриш показал брату на яркую афишу на стене.

– «Ласковые кошечки снимут с себя всё», – прочитал Юстас. – «Приватный танец каждому, у кого есть деньги». А у нас есть деньги?

– У нас есть фамилии, – ответил Макс. – Я очень не люблю этим пользоваться и считаю, что это не вполне достойно, но из всякого правила бывают исключения.

– Ну, лично мне совершенно не слабо сказать, что я Эскот, – улыбнулся Юстас.

Вернувшийся вышибала ещё раз оглядел друзей и произнёс:

– Хозяин ждёт вас в своей комнате. Второй этаж, до конца по коридору и направо.

Все четверо поднялись наверх, где располагались номера, одна из дверей открылась, из неё вышла привлекательная блондинка с ярко накрашенными губами и пышной юбкой с разрезом чуть ли не до самой талии.

– Какой милашка! – воскликнула она, обнимая Юстаса, и его словно окутало приторно сладким ароматом духов. – Заглянешь ко мне? Сделаю скидку.

– В другой раз обязательно, – ответил тот, выпутываясь из объятий.

– Смотри-ка, братец капибара пользуется успехом среди проституток, – проговорил Эриш.

– Пока что статистически это не совсем верно, – возразил Макс. – Выборка слишком маленькая.

Они подошли к нужной двери, и им открыл тот самый телохранитель, о котором говорил Вернер. Высокий и широкоплечий, он в самом деле чем-то напоминал огромного зверя. Пропустив друзей в комнату, он закрыл дверь. Оцелот сидел в кресле. На вид ему было лет двадцать пять, не больше, и он, скорее всего, был полукровкой, так как, несмотря на довольно бледную кожу, имел тёмные волосы и карие глаза. Оцелота нельзя было назвать смазливым, но он был красивым, хотя в выражении его лица и проглядывало что-то ехидно хищное.

– Максимилиан, – улыбнулся он, вставая, – рад тебя видеть. Твои друзья – мои друзья.

– Добрый вечер, – учтиво кивнул Вернер. – Я и мои друзья братья Эскоты и господин Вудс сегодня показали отличные результаты в «Эсколар» и хотим это отметить.

– С моими девочками?

– У вас же сегодня стриптиз. Мне думается, он бы стал идеальным завершением этого дня.

– Я правильно понимаю, вы хотите представление для вас четверых?

– Правильно.

– Что ж, я с радостью исполню ваше желание. Рамирес отведёт вас в приватную комнату.

Телохранитель молча сопроводил друзей в комнату с диваном, двумя креслами, магнитофоном и стулом по центру.

– Ждите, – сказал Рамирес и удалился. Эриш плюхнулся в одно из кресел, Макс устроился на диване вместе с Мартином, а Юстас занял второе кресло.

– Почему ты не оставил хвост, пока мы были у Оцелота? – спросил Вудс.

– Потому что этот медведь не сводил с меня взгляда, – ответил Юстас. – И я не думаю, что это был подходящий момент.

– Он прав, – кивнул Эриш. – Это было слишком палевно.

– Как ты планируешь поступить? – поинтересовался Макс.

– Сейчас придумаю, не торопите, – сказал Юстас.

Дверь открылась, и в комнату зашёл Оцелот вместе с высокой пышногрудой девицей, одетой в обтягивающее платье с декольте и молнией спереди.

– Знакомьтесь, господа, это Ванесса! – объявил хозяин. – Начинай, моя девочка.

Сам Оцелот отошёл в сторону и встал у выхода, скрестив руки на груди. Ванесса включила музыку и, соблазнительно улыбнувшись, начала двигаться. Когда она сняла с себя платье, оставшись в нижнем белье и чулках в сеточку, Юстас вспомнил, зачем сюда пришёл.

– Мне надо выйти, – проговорил он, вставая. – В туалет.

– В туалет? – Оцелот явно сдерживал смех.

– Да, в туалет, – ответил Юстас. – У вас же есть туалет?

– Разумеется, у нас есть туалет. Я, конечно, не хочу тебя смущать, но… ладно, я молчу. Раз тебе надо в туалет, – Оцелот многозначительно повёл бровями, – то ступай в туалет. По коридору налево. Там на двери соответствующая картинка с писающим господином.

Юстас выскочил из комнаты, прошёл мимо Рамиреса и поспешил к кабинету Оцелота. Дверь оказалась не заперта, и Эскот пулей влетел внутрь, оставил хвост на трюмо, выбежал из комнаты и всё-таки зашёл в туалет. Переведя дыхание, Юстас вымыл руки пахучим мылом, лежавшим на раковине, и вернулся в приватную комнату. Танцовщица за это время успела снять чулки и вот-вот собиралась избавиться от лифчика. Мартин был пунцово красным до кончиков ушей, Макс казался мало заинтересованным в представлении, а Эриш смотрел на девицу с некоторым любопытством. Мысли Юстаса же занимало только то, что он только что сделал, поэтому голая грудь стриптизёрши его сейчас волновала не так сильно, как могла бы. Тем временем девица приблизилась к Эришу и повернулась к нему задом, продолжая танцевать.

– Если господа хотят, чтобы Ванесса сняла для вас трусики, то ей нужно немного доплатить, – улыбнулся Оцелот.

– А может быть, Ванесса сама захочет снять всё? – ответил Эриш.

Танцовщица обернулась на его слова, а Эскот проговорил:

– Сними.

К удивлению Оцелота, Ванесса подчинилась. Мартин закрыл лицо руками, а Юстасу стало смешно.

– Что ж, господа, представление окончено, – сказал Оцелот.

– Благодарим вас, – ответил Макс. – Нам всё очень понравилось.

– Буду рад видеть вас снова.

Когда друзья покинули «Салун», Вернер проговорил:

– Эриш, совершено не обязательно было это делать. Возможно, эту девушку теперь накажут.

– Хорошо, в следующий раз не буду, – ответил Эскот. – Но мне очень хотелось узнать, можно ли быть ещё более красным, чем Мартин уже был.

– Вы дураки, – сказал Вудс, который всё ещё выглядел смущённым.

– Кстати, я даже слегка удивлён тому, что ты, Юстас, не покраснел, – сказал Макс.

– А что я там не видел? – пожал плечами тот.

– Ты, что, уже… тоже? – спросил Мартин, снова краснея ещё больше.

– Нет, но я знахарь, ты не забыл? Я видел голых женщин.

Следующим утром в «Элизиуме» раздался телефонный звонок. Незнакомый мужской голос попросил позвать господина Юстаса Эскота.

– Это Оцелот, – услышал Юстас в трубке.

– Доброе утро, – удивлённо поздоровался Эскот.

– Надо поговорить.

– О чём?

– О лисьих хвостах.

– Что?

– Вы прекрасно слышали. Жду вас в кофейне на углу вашей улицы через полчаса, – и Оцелот повесил трубку.

– Кто звонил? – поинтересовался Эриш, когда Юстас вернулся в комнату.

– Ошиблись номером.

– Братец, ты спятил? Я сам слышал, как Тлалок позвал к телефону именно тебя.

– Неважно.

– Судя по всему, важно. Знаешь, меня всё уже немного подбешивает, поэтому я сейчас наплюю на всё и применю гипноз, если ты сам говорить отказываешься.

– Оцелот это был.

– И?

– Через полчаса он ждёт меня в кофейне на углу. Хочет поговорить о хвостах.

– То есть он догадался, что это ты? Но как? В «Салуне» толпы посетителей.

– Не знаю, как. Но надо с ним встретиться и всё выяснить.

– Я пойду с тобой.

– Братец, я должен сам. Я и так вас втянул уже по самое не балуйся.

– Ну, бесплатный просмотр стриптиза это не самое плохое, что случалось в моей жизни.

– Всё равно я должен поговорить с ним с глазу на глаз. Можешь подождать на улице.

– Хорошо, я так и сделаю.

Когда Юстас пришёл в кофейню, Оцелот уже был на месте. Он сидел за столиком с чашечкой кофе. Рамиреса по близости не наблюдалось. Эскот сел напротив.

– Я так понимаю, тебе нужно, чтобы я сообщил прессе? – заговорил Оцелот. – Или у того, кто тебя нанял, есть свой человек в «Салуне»? Я бы предпочёл второй вариант.

– О чём вы вообще говорите?

– О том, что я прекрасно знаю, что хвост на моём трюмо – это твоих рук дело.

– С чего вы взяли?

– С того, что ты пришёл на эту встречу, – усмехнулся Оцелот. – Я не был до конца уверен, что это ты, хотя и подозревал. После того как вы ушли, я вернулся в комнату и обнаружил хвост. Я помню, как ты выходил в туалет.

– Я пришёл сюда, потому что я не понял, что вы мне сказали, и хотел, чтобы вы объяснили.

– Ты можешь обманывать кого угодно, но не меня. Я ложь за километр чую. И страх тоже. Ты сейчас меня боишься. Но вот что, мальчик, я тебе скажу. Я не сдам тебя сыску, но ты мне это отработаешь.

– Отработаю?

– Не бойся, продавать твою девственность с аукциона я не планирую. Враги среди Эскотов мне не нужны. Но раз это ты хвостатый взломщик, то тебе не составит труда проникнуть в квартиру одной из моих девочек, найти у неё заначку игниса и изъять. Сам понимаю, что мера эта временная, но там посмотрим.

– Игнис – это же наркотик.

– Ага. Так ты сделаешь? Вот адрес, – Оцелот протянул салфетку.

– Почему вы это не прикажете сделать своему телохранителю?

– Потому что он очень заметный. И я не хочу применять силу по отношению к Мадине. Игнис принесёшь мне. Жду, – Оцелот оставил на столике деньги, поднялся и зашагал к выходу.

Эриш ждал брата на улице, и как только тот появился вслед за Оцелотом, подошёл к нему.

– Ну? Что ему было нужно?

– У него нет доказательств, так что он меня не сдаст, – ответил Юстас. – Я всё отрицал.

– Если я повторю свой вопрос под гипнозом, твой ответ будет тем же?

– Давай, спрашивай. Достал уже, братец.

– Это кто кого достал.

– Раз я тебя тоже достал, то пойду, прогуляюсь в одиночестве. Дома буду к обеду.

Эриш хотел верить брату, но после всего произошедшего не верил ни единому его слову. Следить за Юстасом у него получалось неплохо, поэтому он последовал за ним. Брат привёл их на соседнюю с Руж улицу, где некоторое время он ходил вокруг одного из домов, внимательно его изучая, зашёл в подъезд, но очень быстро вышел, а затем развернулся и направился назад к дому. По пути Юстас зашёл в пекарню, купил пару пирожных и вернулся в «Элизиум». Эриш успел его опередить буквально на минуту.

До вечера Юстас вёл себя так, словно ничего не произошло. Общался с родителями, делал домашнее задание и даже помог Тлалоку с уборкой. Но как только стемнело, Юстас объявил, что у него встреча с Мартином, и ушёл из дома, обещая не задерживаться допоздна. Эриш позвонил Вудсу и получил очень уклончивый ответ. Мартин был не очень хорош во вранье, особенно когда речь шла о друзьях. Эриш был уверен почти на сто процентов, что брат отправился к тому самому дому, куда уже ходил после встречи с Оцелотом. Придя туда, Эриш не знал, чего ожидать, но он не сомневался в том, что Юстас сейчас находился в доме. Не прошло и минуты, как из окна на втором этаже высунулся сам Юстас и, более того, замахал руками брату, словно приглашая войти. Слегка недоумевая, Эриш зашёл в подъезд, поднялся по лестнице и увидел приветливо приоткрытую дверь одной из квартир.

– Знал, что ты за мной следишь, – услышал он, когда вошёл внутрь.

– Мы кого-то грабим? – поинтересовался Эриш.

– Почти. Ты мне как-то втирал насчёт того, что у сыщика должен быть аналитический склад ума и всё такое, – Юстас вышел из комнаты, на его руках были перчатки, и он светил фонариком Эришу прямо в лицо.

– И что? – поморщившись, отозвался тот.

– Мне нужен твой ум, если он у тебя, конечно, есть, – Юстас опустил фонарик.

– Зачем?

– Надо найти заначку.

– Чья это квартира? И заначка с чем? С деньгами?

– Квартира проститутки и заначка с наркотой. Игнис.

Эриш какое-то время молча стоял и смотрел на брата.

– У тебя сейчас очень сложное лицо, – проговорил Юстас. – Знаешь, будто ты пытаешься умножать в уме пятизначные числа.

– Оцелот тебя заставил это сделать, потому что он знает, что это ты подложил ему хвост, – вывел Эриш.

– Ну, вообще-то это даже в чём-то добрый поступок, не находишь? Забрать наркотики у девушки.

– Как у сестры моего отца мог получиться такой ребёнок?

– Давай не будем углубляться в мою непростую родословную. Где заначку искать, братец лис?

– Не могу поверить, что я тебе помогаю.

– Не верь. Так где?

Эриш прошёл в комнату вместе с братом.

– Только не трогай ничего, а то отпечатки оставишь, – предупредил Юстас.

– Ты говорил что-то про мой ум.

– Ну, мало ли.

– В кровати ты, наверное, смотрел?

– Смотрел. Слушай, а, может, ты как-то это увидишь, ну, своим третьим глазом или что там у тебя?

– Ты прекрасно знаешь, что это так не работает.

– А зря, сейчас бы очень помогло.

– В ванной искал?

– Я не знаю, где там искать.

Они прошли в ванную комнату вместе, Эриш посмотрел по сторонам, отобрал у брата фонарик и проговорил:

– Открой крышку бачка.

– Чего?

– Ты знаешь, что такое бачок?

– Маленький бак?

– Сливной бачок унитаза, придурок!

Юстас открыл крышку не с первого раза, а когда у него получилось, даже присвистнул:

– Тут пакет!

– Доставай.

В пакете оказался пузырёк с таблетками.

– Очень похоже на игнис, – заметил Эриш.

– А ты видел игнис?

– Нет, но он как-то так выглядит.

– Ладно, я тебе верю. Да и вряд ли она прятала таблетки от запора, правильно? Сваливаем.

– И куда ты собрался девать игнис? – уже на улице спросил Эриш.

– Надо отнести Оцелоту.

– Интересно, а он сам его употребляет?

– Без понятия. Но глаза у него немного бешеные.

– Ладно. Пошли в «Салун».

– А как звали ту проститутку, с которой ты был?

– Какая разница?

– Ну как?

– Я не помню.

– Как это не помнишь?

– Вроде бы Джемма.

– Она тебе понравилась?

– Братец удод, это не твоё дело.

– Чего это я удод?

– Ну, а как тебя ещё называть?

– Капибары хотя бы милые.

Когда они зашли в «Салун», их встретил вчерашний вышибала. Смерив братьев то ли изучающим, то ли презрительным взглядом, он молча пропустил их наверх. Подойдя к комнате Оцелота, Юстас ради приличия постучал в дверь, но дожидаться ответа не стал и вошёл. Хозяин «Салуна» сидел в кресле, а стоявшая за его спиной девушка разминала ему плечи. Рамирес, стоявший у двери, загородил собой вход, не желая никого впускать.

– Это Юстас, – сказал Эскот, пытаясь выглянуть из-за плеча телохранителя, для чего ему пришлось встать на цыпочки.

– Пропусти его, Рамирес, – попросил Оцелот. – Джемма, ты свободна.

Услышав это имя, Юстас уставился на девицу так, словно увидел слона посреди улицы. Девушка была невысокой блондинкой с округлыми формами, и, как решил Юстас, ничего особенного из себя не представляла. Эриш зашёл следом за братом и на Джемму вообще не обратил никакого внимания.

– Ты можешь говорить при Рамиресе, – сказал Оцелот. – Но вообще я ожидал, что ты придёшь один, а не с братом.

– Я ему доверяю, – ответил Юстас и протянул Оцелоту пузырёк. – Надеюсь, теперь мы квиты?

– Хм, – хозяин борделя покрутил пузырёк в руке. – Вообще-то я в любой момент могу сдать тебя сыску. А ты, судя по всему, очень полезный человек.

– Я не позволю собой пользоваться.

– Ну, ты уже позволил, – усмехнулся Оцелот.

– Больше не позволит, – вмешался Эриш.

– И кто же мне помешает?

– Я помешаю.

– Да, когда-то мне тоже было семнадцать или сколько тебе лет? Я тоже был высокого мнения о себе. Да я и сейчас о себе высокого мнения. Рамирес, подожди, ты же видишь, что этот мальчик даже не вооружён.

– Не вооружён, – кивнул Эриш, делая шаг к Оцелоту. – Конечно, не вооружён. Вот только я не хочу, чтобы вы что-то ещё требовали от моего брата. Где хвост?

– Где хвост? Отдайте его мне.

Оцелот открыл ящик стола, достал хвост и протянул Эришу.

– Так-то лучше, – еле заметно улыбнулся Эскот, убирая хвост в карман. – А ты, – он повернулся к Рамиресу, – пропусти нас.

Телохранитель удивлённо взглянул на него, но не сдвинулся с места.

– Я сказал, пропусти нас.

– Братец, мне кажется, он не поддаётся, – проговорил Юстас.

– Вот развелось же вас, – вздохнул Эриш. – Скажите вашему громиле, чтобы пропустил нас, – обернувшись на Оцелота, сказал он.

– Рамирес, пропусти их.

– Знаете, хозяин, вы какой-то странный, – ответил телохранитель. – Пожалуй, я вас не послушаюсь.

– Братец, как ты думаешь, двое на одного – это противоречит кодексу воина? – задумчиво спросил Юстас.

– Таких, как ты, как раз двое нужно, чтобы с этой гориллой сравняться.

– И таких, как ты, полтора. Перевес выходит.

– Меня всё устраивает.

– Да меня тоже.

Сказав так, Юстас ударил Рамиреса в пах, и когда тот согнулся от неожиданности, запрыгнул на него сзади, а Эриш тем временем ударил его по коленям, и прежде чем телохранитель схватился за оружие, братья выскочили из комнаты и побежали к лестнице. Рамирес бросился за ними, крича вышибале, чтобы тот их остановил. Эриш опёрся обеими руками о перила и ударил подбежавшего вышибалу ногами в живот. Мужчина покатился вниз, и братья пулей вылетели из «Салуна».

– Мне надо сообщить учителю, – отдышавшись, проговорил Юстас.

– Что, он может не поверить, что ты положил шестой хвост, куда нужно? – спросил Эриш.

– Не знаю. Но вообще я позволил себя поймать и это очень плохо.

– Вся эта история с хвостами изначально не очень хорошая.

– Ты опять?

– А ты думаешь, моё мнение поменялось? Как бы не так.

– Скажи мне, братец лис, а если бы наши родители не были шерифом и его замом, ты бы так же злился?

– Не знаю.

– Меня не поймают.

– Тебя уже поймали, и ты это сам признал. Тебя шантажировали, и если бы не я, то Оцелот и дальше бы тебя использовал.

– Мне остался всего один хвост.

– Два, – Эриш достал из кармана хвост и протянул брату.

– Может, учитель его засчитает, если я ему расскажу, как всё было.

– Знаешь, я передумал.

– По поводу чего?

– Не нужно тебе признаваться родителям. Ты им только хуже сделаешь. Если ты всё-таки не попадёшься, то об этом деле вскоре забудут. Прав твой Инари, хоть мне это и не нравится. А если ты расскажешь, то, во-первых, дядя Линуш расстроится, во-вторых, мой отец разозлится, а в-третьих, у них обоих будут проблемы, как и сказал Макс.

– Хорошо, – кивнул Юстас. – Я не скажу им. А сейчас я пойду объясняться с учителем.

–Ты обещал вернуться домой до ночи.

– Я успею.

– Нет, я всё-таки пойду с тобой. Хочу сразу узнать, что тебе ответит учитель.

– Как хочешь.

Юстас рассказал Инари почти обо всём, забыв упомянуть лишь о том, что его друзья всё знали и что именно Эриш помог ему заполучить хвост обратно.

– Я предполагал, что Оцелот – сильный и умный противник, – ответил учитель, внимательно выслушав Эскота.

– Вы сердитесь на меня?

– Сержусь. Ты попался на простую уловку. Тебе не следовало идти на встречу с Оцелотом, потому что у него не было никаких доказательств. Но тот факт, что ты смог найти наркотики у той девушки – это… не так уж плохо.

– Вы дадите мне седьмой хвост или… И что мне делать с шестым?

– Будем считать, что это теперь седьмой хвост, Широ.

– Значит, вы дадите мне последнее задание?

– Да. Но оно будет намного сложнее предыдущих.

– Я готов, учитель.

– Ты слышал о чаше Монгво?

– Вы имеете в виду золотую чашу, из которой пил вождь всех амаргов Монгво, когда был отравлен нортами?

– Да, именно её. Позже эта чаша попала в руки Шенди, твоему далёкому предку.

– По легенде он получил её, победив в игре в мяч.

– Всё верно. Знаешь ли ты, что стало с чашей?

– Я читал, что её нашли во время раскопок несколько лет назад, и теперь она хранится в губернаторском дворце как реликвия.

– Если быть точным, в библиотеке губернаторского дворца. Я хочу, чтобы ты принёс мне эту чашу, а потом, конечно же, вернул бы её на место, но уже с хвостом внутри.

– Зачем приносить её вам? Почему я не могу просто положить в неё хвост?

– Потому что это слишком просто. А вот вынести чашу из губернаторского дворца сможет не каждый. Только лучший. И я признаю тебя таковым, как только увижу чашу. Ты можешь отказаться, и тогда я скажу тебе, что твоё обучение закончено, и мы распрощаемся. Решать тебе.

– Дайте мне время, учитель.

– Конечно, Широ. Я буду ждать. Очень надеюсь увидеть тебя с чашей в руках, потому что я верю в тебя.

Юстас покинул дом Инари и медленно побрёл по улице.

– Что он тебе сказал? – спросил подошедший Эриш.

Юстас молчал.

– Что он тебе сказал?

– Не кричи.

– Я даже не начинал.

– Дай сигарету.

Эриш молча достал из кармана сигареты, подождал, пока брат закурит, и закурил сам.

– Мы ведь с тобой не проверяли ещё, действует ли твой гипноз на Инари? – вдруг спросил Юстас.

– Нет. А ты хочешь проверить?

– Мне принципиально узнать одну вещь. Ты можешь сделать так, чтобы учитель отвечал на мои вопросы под твоим гипнозом?

– Могу.

– Тогда идём, – и Юстас резко повернулся обратно. У подъезда он выбросил бычок в урну и вошёл в дом. Эриш последовал за ним.

– Что случилось, Широ? – удивился Инари, снова увидев ученика.

– Давай, братец.

– Я хочу, чтобы вы ответили на вопросы Юстаса, – проговорил Эриш. – Вы меня поняли?

– Понял, – кивнул Инари.

– Когда я принесу вам чашу, что вы с ней сделаете?

– Продам хорошему покупателю.

– То есть я не должен буду возвращать её?

– Нет.

Не произнеся больше ни слова, Юстас вышел из квартиры.

– Забудьте о нашем разговоре, – сказал Эриш и догнал брата. Тот сел на корточки у стены и опустил голову на руки. – Что за чаша? – спросил Эриш.

– Чаша Монгво из библиотеки губернаторского дворца.

– И что ты собираешься делать? Красть её?

– Нет, – покачал головой Юстас. – Я собираюсь сдать учителя твоему отцу. И сдаться самому, хоть ты и просил меня об обратном.

IV

Шенди и Линуш слушали Юстаса молча, не перебивали и не задавали вопросов. Он рассказывал сбивчиво, порой путаясь в числах и днях недели, но потом поправлялся, начинал заново и старался не упустить ни одной детали. Юстас решил, что будет честным до конца, и раз додумался признаться, то не станет делать это наполовину. Он был готов к любому наказанию. Был готов к тому, что Шенди повысит голос, к тому, что отец может сказать, что он его разочаровал, но он не был готов к молчанию.

– Теперь вы всё знаете, – после паузы добавил Юстас. Может быть, они ждали, что он скажет что-то ещё? – Я раскаиваюсь, – ещё немного помолчав, произнёс он.

– Верю, – тихо ответил отец.

– Ты думаешь, Инари воспользуется помощью кого-то другого, если ты откажешься ему помогать? – спросил Шенди.

– Мне кажется, да. Он ведь обучал меня, наверное, только для того, чтобы моими руками получить эту чашу.

– Значит, ты не должен отказываться.

– Что?

– Иди до конца. Укради чашу и передай её Инари. А мы возьмём его во время продажи. Заодно покупателя посадим.

– Но я…

– Что ты? Ты посчитал себя достаточно взрослым, чтобы совершить всё то, что ты совершил. Раз ты взрослый, то возьми ответственность за свои поступки. Мы не можем допустить, чтобы была похищена такая ценная реликвия нашего народа. И, разумеется, человек, который имеет наглость её похитить, должен быть наказан.

– Этот человек я.

– Ты исполнитель, а я говорю о заказчике.

– Пап, ты тоже так считаешь?

– Да, – кивнул Линуш. – Я полностью поддерживаю Шенди. Если у тебя получилось с этими хвостами, получится и с чашей, а мы тебя подстрахуем. У нас уже был подобный опыт.

– Подобный опыт?

– Ты же знаешь Джулиана. Однажды он украл из музея ценную золотую вещь. Его подстраховывала служба безопасности губернатора. Всё это было сделано для того, чтобы арестовать заказчика и покупателя. Сейчас ситуация похожа. Разница лишь в том, что Джулиан был профессиональным вором, а ты ещё школьник.

– Я не оставлял следов.

– Почти. То письмо на печатной машинке – это раз. Ты выдал себя Оцелоту – это два.

– Я не повторю своих ошибок.

– Учти, это всё равно будет риск, так как мы не сможем посвятить в это много людей, – проговорил Шенди. – И если ты провалишься, ты будешь арестован. И никто не посмотрит на то, чей ты сын. Повторюсь, тебя будут подстраховывать, но это не значит, что тебя спасут.

– Я это понимаю. И я сделаю всё и даже больше, чтобы не подставить вас.

– Тогда завтра после уроков ты пойдёшь к учителю и скажешь, что согласен.

Юстас вышел из кабинета на подкашивающихся ногах. Эриш ждал его в гостиной. Последние несколько минут он ходил кругами по комнате, как зверь в клетке.

– Ну, что? – спросил он, но ответить брат не успел. Из кабинета выглянул Линуш и проговорил:

– Эриш, зайди.

– Я буду в комнате, – тихо сказал Юстас и пошёл к лестнице.

– Я не буду тебе говорить, что ты должен был сдать его нам, – произнёс Шенди, когда Эриш зашёл в кабинет. – Наверное, это было бы не совсем честно по отношению к брату.

– Я хотел, чтобы он вам признался, – ответил Эриш. – И хотел, чтобы он перестал. Но потом я испугался, что вам будет только хуже, если вы узнаете правду. Подумал, что лучше бы об этом просто все забыли.

– Да, было бы неплохо, – криво усмехнулся Линуш.

– Он очень хотел, чтобы его признали лучшим.

– Лучше бы он хотел стать лучшим знахарем.

– Одно не исключает другого.

– Ещё один умник нашёлся, – сказал Шенди. – Сейчас мы не об этом хотим с тобой поговорить.

– А о чём?

– Юстас скажет учителю, что согласен. Он украдёт чашу, отдаст Инари, а потом мы возьмём его вместе с покупателем.

– А я что должен сделать?

– Решай сам.

– Что решать?

– Ты уже взрослый, сын. В «Салун» ходишь, куришь, пьёшь. Так что включай мозг и решай, как тебе поступить. Если станешь помогать брату, возможно, вас обоих арестуют. Если не станешь, то, возможно, он не справится и арестуют только его одного. Или же всё будет наоборот. Ты ему поможешь, и вы справитесь.

– Я понял, папа. Я ему помогу.

– По возможности не впутывайте в это своих друзей, – попросил Линуш. – По крайней мере, пусть их не будет во дворце во время кражи.

Эриш кивнул. Поднявшись в их с братом комнату, он подошёл к Юстасу, который сидел на подоконнике, притянув коленки к груди, и проговорил:

– Я всё знаю, я тебе помогу.

– Поможешь в чём?

– Украсть чашу.

– Но почему? Это же опасно.

– А почему я до этого тебе помогал? Не задавай идиотских вопросов, братец тукан.

– То удод, теперь тукан. Не любишь ты меня, братец лис.

Эриш хмыкнул и потрепал брата по волосам.

Юстас сделал всё так, как и обещал родителям. После уроков отправился к Инари и сказал, что принесёт ему чашу. О вчерашнем разговоре в присутствии Эриша учитель, к счастью, не помнил. По пути в «Эсколар» Юстас встретил Джулиана, который, как оказалось, поджидал его.

– Говорят, кому-то может понадобиться мастер-класс от лучшего вора Айланорте, – с улыбкой проговорил Соро.

– Вам всё рассказали? – догадался Юстас.

– Мне рассказали достаточно. Для начала скажи мне, как ты планировал проникнуть в библиотеку губернаторского дворца?

– Понятия не имею. Надо узнать, у кого есть доступ.

– И кто это знает? Ну, кроме твоих родителей, у которых ты бы не стал спрашивать, чтобы не вызвать лишних подозрений.

– Макс мог бы узнать. Его дед точно в курсе.

– Почему-то я не сомневался в том, что ты втянешь в это своих одноклассников. Моя личная просьба – не говори об этом Джою, у него и так сейчас в школе проблемы.

– У Джоя проблемы?

– С оценками, ему их исправлять надо.

– Хорошо, я не скажу Джою. Он и не знал ничего про хвосты.

– Ты меня обрадовал. Хорошо. Допустим, ты узнал у Макса, что в библиотеку можно попасть даже школьнику, если у него есть направление от директора.

– Это правда?

– Правда. Но направление у Драя ты должен получить сам, потому что чем меньше людей будут знать, что происходит, тем лучше. Мы представления не имеем о том, какие связи у твоего учителя и кто его заказчик. Нельзя рисковать.

– Я понимаю. Я достану направление.

– Как достанешь, позвони мне, и встретимся в библиотеке. Посмотрим на эту чашу и спланируем твои дальнейшие действия.

Попрощавшись с Джулианом, Юстас вернулся в «Эсколар». Друзья ждали его в комнате. Они с братом ещё не успели поделиться с Максом и Мартином последними новостями, но Юстас чувствовал, что им придётся это сделать.

– Ты знаешь, какие книги хранятся в библиотеке губернаторского дворца? – спросил он Вернера.

– В основном редкие, – ответил тот.

– Ты очень помог, – хмыкнул Юстас.

– Ты хочешь, чтобы я предоставил тебе список?

– А ты можешь?

– Я полагал, что ты несколько умнее.

– Макс, мне надо знать, какие там есть книги, которые могли бы мне помочь подготовиться к выпускному проекту!

– Ты продолжаешь развивать тему письменности амаргов?

– Ну.

– Самые древние памятники хранятся именно там.

– В библиотеке хранятся памятники? – удивился Эриш.

– Да, братец лис, – усмехнулся Юстас. – Поэтому в губернаторском дворце такие высокие потолки, чтобы памятники влезли.

– Вот я понимаю, что ты надо мной издеваешься, и когда пойму, в чём именно, тебе несдобровать.

– Памятники – это не скульптуры, – вмешался Мартин. – Это древние рукописи.

– А теперь, когда ликбез окончен, – проговорил Макс, – Юстас, объясни мне, почему после встречи с учителем ты так озадачился своим проектом и библиотекой губернатора.

– Ликбез – это сокращение от «ликвидация безграмотности», – пояснил Вудс.

– Я знаю! – Эриш едва не дал Мартину подзатыльник.

– Я во всём признался отцу и дяде Шенди, – сказал Юстас.

– Это не объясняет интерес к библиотеке дворца, – ответил Вернер.

– Проблема в том, что мне нужно украсть оттуда чашу Монгво. Вернее, учитель сказал, что я должен буду её потом вернуть с хвостом внутри, но это неправда. На самом деле, он хочет её продать. Я рассказал об этом родителям, и они говорят, что я всё равно должен украсть чашу.

– Чтобы шериф мог арестовать Инари и заказчика в процессе передачи чаши?

– Ты умный.

– Я знаю.

– Только вы никому не должны об этом говорить.

– О том, что я умный? Извини, но это сильно бросается в глаза.

– Я могу убедить окружающих в том, что ты идиот, – сказал Эриш.

– Тебе знакомо понятие сарказма?

– Ребят, подождите вы со своими перепалками, – снова вмешался Мартин. – Юстас, ты действительно сможешь вынести чашу из губернаторского дворца?

– Смогу. Не зря же Инари признал меня лучшим.

– А почему он сам не стал её красть, если он такой талантливый?

– Иностранным гражданам намного труднее попасть в библиотеку дворца, – ответил Макс. – Только в составе делегации. А ещё я думаю, что Инари просто не хочет лишний раз рисковать. Поэтому он и воспитал себе достойного ученика.

– Не знаете, Драй ещё не ушёл? – поинтересовался Юстас. Слушать о целях учителя совсем не хотелось.

– Скорее всего, нет, – ответил Макс.

– Пойду, попробую получить направление в библиотеку.

– Если что, я могу помочь, – предложил Эриш.

– Не вздумай применять гипноз к Драю, – сказал Макс. – Даже не заикайся на эту тему.

– То есть ты мне просто не дашь этого сделать?

– Просто не дам. И ты прекрасно знаешь, что я смогу тебе помешать.

– Я справлюсь сам, – проговорил Юстас. – А вы оба прекратите. Чтобы когда я вернусь, вы сидели в обнимку как лучшие друзья.

Эскот столкнулся с директором в дверях, он явно собирался уходить домой.

– Вы что-то хотели? – спросил Драй.

– Да, это по поводу моего итогового проекта.

– Рад, что вы, не успев сдать один проект, уже работаете над следующим. Похвально.

– Я собираюсь продолжить развивать тему письменности амаргов и подумал, что мне очень поможет, если я смогу познакомиться с некоторыми древними памятниками, которые хранятся в библиотеке губернаторского дворца, – и Юстас улыбнулся одной из самых обаятельных своих улыбок.

– Вы хотите, чтобы я выписал вам направление?

– Да, господин Драй. Там ведь наверняка хранятся манускрипты с календарём.

– Хорошо, господин Эскот. Завтра утром вы его получите. Вы же потерпите до завтра? Вряд ли вас пустят в губернаторский дворец ночью.

– Потреплю, – снова улыбнулся Юстас. – Спасибо!

Вернувшись в комнату, он увидел, что Эриш и Макс сидели каждый на своей кровати, и наигранно строго спросил:

– Почему не в обнимку?

– Что сказал Драй? – пропустив вопрос мимо ушей, заговорил Эриш.

– Завтра даст направление. Против моей улыбки никто не устоит, даже директор.

– Вы никогда не соревновались по этому поводу? – спросил Мартин.

– По поводу чего? – не понял Юстас.

– Что сильнее: твоя улыбка или твой гипноз, Эриш.

– А интересное предложение! – оживился Юстас. – Надо попробовать.

– Да, можете проверить на мне, – хмыкнул Макс.

– Фу, такую идею испортил.

Юстас почти не спал прошлую ночь и надеялся, что теперь скажется усталость и он сможет выспаться, однако сон снова не шёл. Эскот ворочался в постели, а мысли скакали не хуже тех овец, которых полагалось считать, чтобы побыстрее уснуть. Он то думал о том, что ему предстоит сделать, то прокручивал в голове разговор с отцом и дядей. Его накрывало то чувством вины перед родителями, то обидой на Инари.

– Если ты не перестанешь ворочаться, я тебя стукну, – услышал он громкий шёпот брата.

– Не лезь ко мне, а то я сам тебя стукну, – огрызнулся Юстас. – Спи давай.

– Ты понимаешь, что если ты не будешь спать, то из тебя получится никудышный вор?

– Я не вор.

Вместо ответа Эриш встал, подошёл к Юстасу и сел на его кровать.

– Что? – спросил тот.

– Спи, – пристально глядя на брата, проговорил Эриш.

– Но…

– Спи, – повторил Эриш, и Юстас погрузился в крепкий сон.

Утром он проснулся от того, что брат коснулся его плеча.

– Эй! – возмутился Юстас. – Мы же вроде договаривались, что ты больше ко мне не применяешь гипноз!

– И это вместо благодарности.

Драй, как и обещал, отдал Юстасу направление, служившее пропуском в библиотеку губернаторского дворца, и Эскот сразу же позвонил в убойный отдел, чтобы сообщить об этом Джулиану.

– Ты быстрый, – ответил Соро, и Юстас услышал улыбку в его голосе. – После уроков жду тебя у входа в библиотеку.

– А вам туда можно?

– Мне туда можно, – кажется, Джулиан засмеялся.

Когда Юстас сообщил друзьям, что уже сегодня идёт в библиотеку, Эриш объявил, что отправляется с ним.

– Но тебя не пустят, – возразил Юстас.

– Пустят, – ответил Эриш.

– Если ему повезёт, – добавил Макс. – У него же нет вот этого, – и Вернер показал точно такое направление, как у Юстаса.

– Откуда? – удивились Эскоты.

– Меня тоже интересуют памятники, связанные с правлением Монроя. Я собираюсь углубить тему своего проекта.

– Один я не попадаю в библиотеку, – расстроился Мартин.

– Ты моё направление внимательно читал? – поинтересовался Макс, протягивая другу бумагу.

– Оно на нас двоих! – воскликнул Вудс.

– Вот именно.

– Значит, только попадание Эриша в библиотеку под вопросом, – проговорил Юстас.

– Если понадобится, я весь дворец загипнотизирую, включая губернатора, – спокойно ответил Эриш.

– Вот Джулиан обрадуется.

Соро не то чтобы был удивлён, когда в библиотеке появились сразу четверо воспитанников «Эсколар», он лишь еле заметно покачал головой. Эришу удалось беспрепятственно проникнуть как во дворец, так и в библиотеку именно тем способом, каким он и намеревался это сделать. Однако Макс не преминул сказать ему, что раз на раз не приходится, и что в другой день кто-то из охранников не поддастся его влиянию.

Народу в библиотеке было немного: пара охранников у дверей, библиотекарь и ещё двое посетителей, так что появление школьников создало чуть ли не толпу.

– Вы только посмотрите! – восторженно воскликнул Мартин, подойдя к столу, где под стеклом хранились рукописи, сделанные на древней бумаге из коры фикуса.

– Ты не забыл, зачем мы здесь? – остановил его Макс. – К тому же, в библиотеке не рекомендуется кричать и даже громко разговаривать.

Тем временем Юстас подошёл к той самой чаше. Она стояла на высокой тумбе у стены и не была защищена никаким стеклом.

– Просто бери и выноси, да? – услышал Эскот рядом с собой шёпот Джулиана.

– А охранники только этого и ждут, – ответил Юстас.

– Знаешь, как я вынес курильницу из музея?

– Как?

– Охранник в зале был подставной от службы безопасности, а в соседнем зале дети устроили шум. Охранник ушёл туда, оставив меня одного. Я благополучно достал курильницу из-под стекла и положил в сумку.

– И что, на входе охрана не поинтересовалась содержимым вашей сумки?

– А из тебя будет толк, – хмыкнул Джулиан. – Я разыграл небольшой спектакль ещё перед входом в музей. На мне была кофта, я снял её и положил в сумку на глазах у охранников, а затем протянул им её для обыска. Когда вышел из музея, то также под их пристальными взглядами достал кофту и надел. Главное было сделать это спокойно и обыденно.

– Думаете, тут тоже прокатит с кофтой и сумкой?

– Для охраны на выходе, да, возможно. Но мне сказали, что смогут подменить только одного из охранников библиотеки. Как отвлечь второго, решать тебе.

– Вы обещали мне мастер-класс, а вместо этого говорите, чтобы я всё делал сам.

– Одно другого не исключает, – и Джулиан протянул Юстасу бумажник.

– Это же мой, – растерянно проговорил тот.

– Твой-твой. Ты был слишком заинтересован моим рассказом о курильнице, что ничегошеньки не заметил.

– Мне до вас далеко… – вздохнул Юстас.

– Какие твои годы. Осмотрись пока здесь.

– И не забывай о том, что тебе на самом деле надо поработать над проектом, – сказал подошедший Макс.

– А мне ты наоборот советовал не забывать, что мы тут не поэтому, – пробормотал Мартин.

– Так ты здесь и не ради проекта, – пожал плечами Вернер.

Юстас подошёл к каталогу и нашёл там книги, которые могли бы его заинтересовать, вот только на стеллажах в библиотеке их не было, потому что их нужно было заказывать в хранилище, расположенном в подвале дворца. Эскот ещё раз прошёлся по залу и подошёл к окну, выходившему на площадь. Решётки на окне не было. Юстас посмотрел вниз и увидел пышную клумбу.

– Чаша вряд ли пострадает, – проговорил наблюдавший за передвижениями Эскота Джулиан. – Второй этаж, а цветочки смягчат падение. Золото, конечно, мягкий металл, но не до такой же степени.

– Эриш отвлечёт второго охранника, а Макс закажет книгу из хранилища, заняв таким образом библиотекаря. Я выброшу чашу в окно, и делать мы это будем в сумерках, тогда на улице, скорее всего, ничего не заметят. А на место чаши я поставлю похожую, но не настоящую, чтобы пропажу не сразу обнаружили.

– Как объяснишь чашу в сумке, если вдруг тебя станут обыскивать на входе?

– Ещё не придумал.

– Не надо тащить сюда поддельную чашку из дома, – проговорил Эриш, всё это время следивший за разговором. – Во дворце что, не найдётся, какой-нибудь кастрюльки или вазы?

– Продолжай, – кивнул Джулиан.

– Я сам видел вазу на окне, пока мы сюда шли. Можно же и сюда поставить такую или нет?

– Мне нравится твоя идея, – кивнул Соро. – Постараемся устроить так, чтобы в библиотеке стояла ваза.

– Когда я должен буду это сделать? – тихо спросил Юстас.

– Я тебе сообщу. А сейчас пора расходиться.

Джулиан позвонил уже через день. Дежурный позвал Эскота к телефону, и Юстас уже знал, что это будет именно Соро.

– Операция назначена на завтрашний вечер, – сказал Джулиан. – Ваза стоит в правом углу. Подставным охранником будет женщина, настоящий поддаётся гипнозу. Его проверял лично Эдгар Ларсон.

– Ларсон? Помощник губернатора? Вы хотите сказать, что губернатор в курсе? – воскликнул Юстас и услышал на том конце сдавленный смешок.

– В курсе. Но больше никто, кроме нас и твоих родителей.

– Но вы же убойный отел, почему вы этим занимаетесь?

– Потому что только в нашем отделе служит лучший вор, неужели не ясно? Солнца в дорогу, Юстас, – и Соро повесил трубку.

Позже, когда Эскот собрался ложиться спать, он понял, что точно не сможет уснуть от волнения.

– Эриш, – позвал он.

– Чего?

– Помоги мне уснуть.

– Ты сейчас добровольно просишь себя загипнотизировать?

– Да.

– После того как ты запретил мне это делать?

– Да.

– Хорошо, братец сурок.

– Почему сурок?

– Потому что ты сейчас впадёшь в спячку, как он.

С этими словами Эриш подошёл к брату и, посмотрев на него, проговорил:

– Спи, братец. Спи крепко.

Юстас уснул так быстро, что даже не успел сказать спасибо.

Следующим вечером вся четвёрка друзей прибыла в библиотеку губернаторского дворца. Эриш не знал, позаботился ли Ларсон о том, чтобы охрана на входе тоже поддавалась гипнозу, или ему просто повезло. У дверей библиотеки стояла женщина в форме. Её длинные светлые волосы были убраны в высокий хвост, и на вид ей было не больше сорока. Рядом стоял парень, который пропустил в библиотеку всю компанию, включая Эриша.

Посетитель на этот раз был только один. Друзья договорились, что с ним заговорит Мартин, и, если понадобится, ему поможет Эриш. Макс подошёл к каталогу, нашёл нужную карточку и зашагал к библиотекарю, чтобы сделать заказ книги из хранилища. Вудс подошёл к посетителю, который стоял у книжной полки, и умудрился увести его вглубь за стеллажи так, что зал ему почти не был виден. Эриш моментально оказался рядом с охранником. Женщина с интересом оглядела Эскота с ног до головы и отвернулась, а затем и вовсе вышла в коридор, сказав напарнику, что вернётся через минуту. Юстас проследил за библиотекарем, и как только тот скрылся, надел перчатки, схватил чашу, подошёл к окну, быстро открыл его, сбросил свой трофей, закрыл окно и поставил на место чаши обещанную вазу. Всё шло даже слишком хорошо. Юстас снял перчатки и зашагал к выходу. Эриш последовал за ним, а Макс и Мартин должны были задержаться, чтобы дождаться книгу.

Братья покинули дворец, и Юстас поспешил к клумбе. Он обыскал её всю – чаши там не было.

– Всё, я труп, – прошептал Юстас. – Меня убьёт либо учитель, либо папа, либо Джулиан, либо все вместе под руководством твоего отца.

– Прекрати паниковать! – осадил его Эриш. – Чаша где-то рядом.

– Ты её чуешь что ли?

– Чую. Она не могла так далеко уйти.

– Она вообще не могла уйти! У неё нет ног!

– У неё нет, а вот у того бродяги – да, – Эриш показал в сторону лавочки на площади. На ней сидел мужчина в потрёпанной одежде и старательно делал вид, что он не смотрит на братьев.

– Я его сейчас убью, – проговорил Юстас. – Убью, а потом сам исцелю, я же добрый, я же знахарь.

– Мне любопытно на это посмотреть, – усмехнулся Эриш, и они направились к бродяге.

Поняв, что его засекли, мужчина поднялся и уже хотел дать дёру, но Юстас громко крикнул:

– Стой, стрелять буду!

Бродяга замер и даже поднял руки.

– Быстро вернул чашу!

Мужчина, казалось, боялся сдвинуться с места.

– Забери у него чашу, – сказал Юстас. Эриш молча подошёл к бродяге и обнаружил, что тот прятал чашу за пазухой. Сейчас она держалась там только за счёт крепко завязанного пояса плаща. Эриш забрал чашу и вернулся к брату.

– А теперь забудь о том, что ты видел, иначе тебе не поздоровится, – проговорил Юстас. – Пристрелю, не раздумывая.

Мужчина бросился бежать, а Эриш расхохотался.

– И чего ты ржёшь? – спросил Юстас.

– Ты бы себя видел. Никогда не подозревал даже, что ты способен на такой командный голос. Я сам едва не поверил, что у тебя есть оружие.

– Вот видишь, я тоже могу убеждать людей, не хуже тебя, – довольно улыбнулся Юстас.

Теперь нужно было передать чашу Инари и на этом всё. Дальше дело было за сыском. По крайней мере, так думал Юстас. Эриш остался ждать у подъезда, а сам Юстас поднялся на второй этаж и позвонил в квартиру учителя.

– Я принёс чашу, – проговорил он, когда Инари открыл дверь.

– Не зря я поверил в тебя, Широ, – улыбнулся учитель.

Юстас протянул украденное.

– Теперь вы признаете меня лучшим?

– Уже признаю. Ты действительно мой лучший ученик.

– Но разве я не должен вернуть чашу на место?

– Это излишне.

– Но это же воровство.

– Иногда такие вещи просто необходимы, Широ. Ты думаешь, как много лет власть в Ямато переходила от одного клана к другому? Лучшие воины искусства скрытности крали священную статуэтку оками для своего господина.

– Это я могу понять. Но что вы будете делать с чашей?

– Ты ведь не оставил следов, не так ли?

– Не оставил.

– Это чаша очень дорого стоит, Широ. И я знаю того, кто готов заплатить за неё.

– Вы с самого начала не собирались её возвращать. Вы меня обманули.

– Прости, Широ, но так было нужно для твоего же блага. Ты мог начать сомневаться, а я этого не хотел. Когда я получу деньги, половина из них станет твоей. Всё справедливо, Широ.

– Знаете, чего я не понимаю, учитель? Я сын заместителя шерифа, но вы всё равно доверили мне такое…

– Ты сын заместителя шерифа, это верно. Но я немного поинтересовался твоими предками, и я знаю, например, кем была твоя бабушка по отцу. А ещё я знаю, что твой отец и сам сидел в тюрьме. И если бы не протекция со стороны бывшего шерифа, неизвестно, чем бы всё закончилось. Я уже не говорю про твоего деда по отцу и историю с его дядей, тоже, кстати, шерифом и по совместительству главой преступного синдиката.

– Вы сейчас хотите сказать, что преступления у меня в крови?

– Не преступления, Широ, а свобода. Свобода выбора, нежелание никому служить, кроме самого себя. Именно это я увидел в тебе с самого начала. Иди домой, Широ, и ни чём не беспокойся.

Юстас вышел из дома полностью погружённый в свои мысли. Он только кивнул брату и зашагал в сторону «Эсколар». Был вечер пятницы, поэтому надо было забрать свои вещи и пойти домой.

– Ничего не хочешь рассказать? – спросил Эриш.

– Он пообещал мне половину от продажи чаши. Я вроде как согласился.

– Но ты и должен был. Ты же ему подыгрываешь, чтобы он не заподозрил тебя.

– Да, должен был.

Ни Макса, ни Мартина в «Эсколар» ещё не было. Юстас подумал, что стоит их дождаться, чтобы убедиться, что у них не возникло проблем. Он уже начал волноваться, когда друзья появились на пороге комнаты.

– Почему так долго? – спросил Юстас.

– Макс работал, – ответил Мартин. – А я его ждал.

– Работал?

– А ты думаешь, зачем я книгу в хранилище заказывал? – сказал Вернер. – Я законспектировал всю необходимую информацию.

– Потом нас попросили уйти, потому что библиотека закрывалась, – добавил Мартин.

– И что, пропажу чаши никто не заметил?

– Нет, – покачал головой Макс. – Боюсь, что её и завтра могут не обнаружить. Люди такие невнимательные. Дальше своего носа не видят.

Ни Шенди, ни Линуша не было дома, когда Эриш и Юстас вернулись в «Элизиум». Седна и Шушаник только сказали, что их мужья были на работе, и ни словом не обмолвились о том, что должны были сделать их сыновья сегодня вечером. Поужинав, братья поднялись в свою комнату, и Юстас сразу ушёл в ванную. Он просидел там так долго, что у Эриша возникло неприятное чувство дежавю. Так было два года назад после того, как он спас брата от Киннера. Дверь Юстас на этот раз не запирал, и Эриш не выдержал. Он зашёл в ванную и увидел, что брат с мокрыми волосами, одетый в халат, сидит на краю ванны и смотрит на льющуюся воду.

– Что тебе сказал Инари? – спросил Эриш. – Или что он сделал?

– Он ничего не сделал, – ответил Юстас.

– Тогда что сказал?

– Ничего, кроме правды.

– Какой ещё правды?

– Обыкновенной. И не смей меня гипнотизировать сейчас.

С этими словами Юстас выключил воду и вышел из ванной, намекая на то, что разговор окончен. Эриш быстро принял душ и, вернувшись в комнату, обнаружил, что брат уже лежал в постели, укрывшись одеялом по самый подбородок. Было ещё не так поздно, но Эриш взял книгу и тоже забрался на свой ярус кровати, понимая, что с Юстасом сейчас не поговоришь. Он проснулся от кошмара. Эриш даже сам не заметил, как уснул. Ему снился брат. Он был в какой-то комнате с птицами на обоях, а затем на него вдруг прыгнул огромный лис с семью хвостами. Помотав головой, словно смахивая с себя остатки сна, Эриш посмотрел вниз и обнаружил, что постель Юстаса была пуста. Брата не было ни в ванной, ни в гостиной, ни на кухне. Тлалок его тоже не видел.

Теперь Эриш точно знал, что Юстаса надо было искать в комнате с птицами на обоях. Отличные параметры поиска. Вот только ему почему-то казалось, что он их уже где-то видел. Но никак не мог вспомнить, где именно. Эриш решил начать с квартиры Инари, но ему никто не открыл. Постояв там с минуту, Эскот отправился к уличному телефону, набрал номер дома Вернеров и позвал к телефону Макса.

– Я сейчас задам тебе один вопрос, не удивляйся, – заговорил Эриш, услышав голос друга.

– Меня не так просто удивить.

– Ты не знаешь, где есть обои с птицами?

– В «Салуне».

– Точно! Как я мог забыть? Спасибо! – Эскот бросил трубку, не дожидаясь ответа, и побежал к «Салуну».

Он зашёл внутрь и на лестнице столкнулся с Оцелотом.

– Вот только вас там сейчас не хватает, юноша, – проговорил он.

– Где мой брат?

– Милый мой, я простил вам драку, которую вы устроили, потому что не хочу портить отношения с шерифом, но поверь мне, тебе сейчас не стоит туда идти,

– Это почему?

– Потому что ты всё испортишь, глупыш.

– Вы заодно с Инари? Я всё равно пройду, если захочу.

– Не пройдёшь, – и на лестнице появился телохранитель Оцелота.

– Если с моим братом что-то случится…

– Ты убьёшь нас обоих, я знаю, – улыбнулся хозяин борделя. – Пойдём со мной.

– Куда?

– Ко мне.

– Зачем?

– Подождём твоего брата.

– Так вы признаёте, что он здесь?

– А я этого и не отрицал. Я всего лишь не хочу, чтобы ты всё испортил.

Эриш пошёл за Оцелотом, обдумывая, как сможет сбежать из его комнаты, чтобы найти брата. Дверь одного из номеров была открыта, и Эскоту показалось, что он узнал человека, у которого на коленях сидела одна из девочек «Салуна». Этим мужчиной точно был Нэд Дженкинс, сыщик из убойного отдела. Эриш прошёл в комнату Оцелота, и Рамирес закрыл за ними дверь.

– Да, ты не ошибся, – улыбнулся хозяин.

– В чём?

– Здесь полно сыщиков. Они тут кого-то ловят. Моя задача не мешать им. Вот и ты не мешай.

V

Юстас успел к Инари до того, как тот отправился на встречу с покупателем. Эскот вообще не думал о том, что его бывший учитель будет встречаться с заказчиком уже этой ночью. По дороге на улицу Руж он сочинил целую речь, но, когда увидел Инари, сказал только одно:

– Я пойду с вами.

– Широ?

– Вы же идёте на встречу с покупателем, верно? Я не хочу быть просто пешкой, исполнителем. Я хочу быть вашим партнёром. Вы сами говорите, что я лучший.

Инари какое-то время просто молча смотрел на ученика, а затем произнёс:

– Идём.

Оказалось, что встреча с покупателем была назначена в «Салуне». Увидев Эскота вместе с Инари, Оцелот сделал вид, что всё в порядке вещей, и, после того как айни сказал, что у него здесь встреча с другом, провёл гостей в отдельный номер. Помимо кровати, здесь ещё был столик и два кресла, одно из которых занял Инари. Юстас подошёл к окну и уселся на подоконник.

Если бы Эриш сейчас спросил его, зачем он это делает, Юстас бы не смог ответить. Почему-то он считал, что его место здесь. Эскот не знал, следили ли за Инари сыщики, и надеялся, что да, но знал ли сыск, что собой представляет его учитель? Были ли они готовы к тому, что он мог уйти у них прямо из-под носа? Юстас слишком хорошо знал Инари, знал все приёмы, которыми тот его обучал. Конечно, Эскот доверял убойному отделу, но предпочёл бы, чтобы поимкой учителя занималась служба безопасности губернатора. А ещё Юстас верил в то, что был лучшим. И если он лучший, то он сможет доказать всем, в том числе отцу и брату, что достоин того, чтобы поступить в школу сыска.

Юстас много думал о словах Инари. О том, что тот видел свободу в его крови. Да, конечно, Эскот знал всё о своей фамилии, но он привык ей гордиться, а не стыдиться того, что его бабушка по отцовской линии была мошенницей, убийцей и что его папа появился на свет в тюрьме. Да, в Айланорте многие помнили скандального шерифа Эскота, но нынешний шериф был совсем не таким, хоть и носил ту же фамилию. А ещё сейчас в кофейнях можно было приобрести ароматный кофе марки «Эскот», который по праву считался одним из лучших. Дело не в фамилии, а в том, кем ты был на самом деле.

Дверь открылась, и в комнату зашёл мужчина-норт, которого Юстас видел впервые. Он поздоровался с Инари, а тот представил Эскота как своего лучшего ученика и помощника. Мужчина занял второе кресло и проговорил:

– Мой хозяин готов вам заплатить прямо сейчас, но я должен осмотреть товар.

– Разумеется, – ответил Инари и протянул норту чашу. А Юстас задумался о том, что этот мужчина не был настоящим заказчиком, он был всего лишь посредником.

– Здесь царапина, – сказал норт.

– Чашу повредили при раскопках.

– Нет. Я был в библиотеке и проверял. Этой царапины не было.

– Значит, это я, – вмешался в разговор Юстас.

– Тогда чаша стоит дешевле, – проговорил посредник.

– Нет, – покачал головой Инари. – Раз в этом вина моего помощника, то ему и возмещать вам ущерб.

– Это каким же образом? – поинтересовался норт.

– Юстас поступает к вам в распоряжение. Можете использовать его по своему усмотрению, пока он не отработает должок. Поверьте, он лучший из моих учеников и сможет сделать для вашего хозяина очень многое. Широ, ты меня понял?

– А я могу отказаться? – на языке амаргов спросил Юстас.

– Нет, Широ. Это мой приказ. Ты сам признал, что виноват. Теперь ты пойдёшь с этим господином и будешь служить его хозяину.

– Но что я скажу отцу?

– Хочу упомянуть только об одной вещи, – Инари обратился к посреднику, – отец этого юноши – большая шишка, поэтому дайте мальчику свободу, и он всё для вас сделает.

Норт кивнул и протянул Инари деньги, а затем поманил Юстаса за собой. Как только они вышли в коридор, перед ними оказался Алмош с нацеленным на них дулом пистолета.

– Сыск Айланорте! Вы арестованы! – объявил он, ни капли не удивившись присутствию Эскота. Юстас был уверен, что Алмош точно не станет стрелять в племянника шерифа, поэтому буквально заслонил норта собой, а затем бросился прямо на сыщика и, шепнув тому на языке амаргов «Умоляю, доверьтесь мне», применил один из самых сильных болевых приёмов, которые только знал, а затем схватил ошарашенного норта за руку и потащил за собой к окну.

– Держите чашу крепче! – сказал Юстас и выбрался на карниз. – Давайте за мной, здесь не так высоко, как кажется. Мужчина молча повиновался.

Услышав шум, Эриш всё-таки выскочил из комнаты Оцелота, оттолкнув телохранителя с такой силой, какой сам от себя не ожидал. Побежав на крики, Эскот увидел, как Нэд Дженкинс и ещё один молодой сыщик вели по коридору Инари, надев на того наручники. Алмош сидел на полу, прислонившись к стене. Увидев Эриша, он лишь закатил глаза и проговорил:

– Ещё и ты здесь.

– Где Юстас?

– Сбежал вместе с чашей и преступником.

– Что?

– Что слышал. Очень надеюсь, на то, что наружка их не потеряет.

– Но почему? Что вообще происходит?

– Могу лишь догадываться, что это был не покупатель, а посредник, а твой ненормальный брат решил таким образом помочь нам выйти на настоящего заказчика. Уйди с глаз моих.

– В той комнате, где проходила встреча, были птицы на обоях? – вдруг спросил Эриш.

– Сумасшествие у вас семейное, я понимаю.

– Так были или нет?

– Были, – ответил подошедший Оцелот.

– Вы знаете этого мужика, с которым Юстас убежал?

– Это всё не моё дело. Моё дело было помочь сыску, я помог. Всё.

Оцелот развернулся, чтобы уйти назад в свою комнату, и Эриш последовал за ним.

– Что тебе ещё надо, милый? – спросил хозяин.

– Кто был тот мужик? – снова спросил Эриш.

– Бен, он работает охранником в модельном агентстве «Ирбис».

Эскот выбежал из «Салуна» и буквально нос к носу столкнулся с Максом. Рядом с ним стоял запыхавшийся Мартин.

– И что вы здесь делаете? – спросил Эриш.

– Я хотел задать тебе тот же самый вопрос, – ответил Вернер.

– Тогда вот что. Ты знаешь хозяина «Ирбиса»?

– Возможно.

– Мне не нравится такой ответ.

– Знаю.

– И где живёт, тоже?

– Нет, но могу узнать.

– Тогда узнавай.

– Не раньше, чем ты мне всё объяснишь.

Когда Эриш вкратце описал события этого вечера, Макс проговорил:

– Мне нужно позвонить.

Вернер быстро узнал адрес хозяина «Ирбиса», и Эриш даже не стал интересоваться тем, как именно он это сделал. Владельца модельного агентства звали Дин Морстен, и он жил в особняке в том же районе, где и семейство Вернеров. Однако когда друзья прибыли туда, возникший из темноты Джулиан преградил им дорогу.

– Представления не имею, что произошло в «Салуне», но уверен, что ничего хорошо, – проговорил он. – Думаю, вы вмешались достаточно. Давайте на этом закончим.

– Где Юстас? – спросил Эриш.

– В доме Морстена. А вы останетесь здесь. Будет ещё лучше, если вы разойдётесь по домам.

– Вы проследили за Юстасом и тем парнем?

– Эриш, я полагал, что ты умнее, – улыбнулся Джулиан. – Зачем ты задаёшь очевидные вопросы?

– В данной ситуации я склоняюсь к тому, чтобы согласиться с господином Соро, – сказал Макс.

– Я польщён, – продолжал улыбаться Джулиан. – Господин Эскот, послушайте господина Вернера.

– Эриш, пойдём домой, – Мартин потянул друга за рукав его рубашки.

– Я не могу просто сидеть и ждать, – ответил тот.

– Ладно, – вздохнул Джулиан, – не можешь сидеть, постой. Но делай это, пожалуйста, подальше от дома Морстена. Позволь сыску выполнять свою работу.

– Он прав, Эриш, – проговорил Макс.

Что злило Эскота больше всего, так это то, что он сам прекрасно понимал, что они все были правы. И Макс, и Джулиан, и Мартин. Стиснув зубы, Эриш отошёл к изгороди вокруг одного из домов и скрестил руки на груди.

– Я буду ждать здесь, – проговорил он.

– Пусть так, – кивнул Джулиан.

Ждать пришлось недолго, но то, что потом увидел Эриш, только разозлило его ещё больше. На этот раз он злился и на себя за то, что позволил Юстасу влипнуть во всё это, и на Джулиана, который не дал ему вмешаться, и на весь сыск, включая отца и дядю. Сейчас Эришу оставалось только стоять и смотреть на то, как сыщики уводят арестованных, среди которых был тот самый Бен, ещё какой-то полноватый мужик, очевидно Морстен, и… Юстас. На брате были наручники. Эриш уже снова хотел вмешаться, то друзья его остановили.

– Ты всё равно ничего не сделаешь, – проговорил Макс. – Загипнотизировать всех сыщиков – не самая лучшая твоя идея. К тому же, так они могут упустить настоящих преступников, которые сейчас у них в руках.

– Сам знаю, – огрызнулся Эриш.

Юстас не был удивлён, когда в дом Морстена, куда его привёл его новый приятель Бен, ворвался сыск, наоборот, он ждал этого. Он искренне надеялся на то, что за ними следили, и на то, что Алмош понял его правильно и не сердится. Ни с Беном, ни с его хозяином пообщаться, можно сказать, и не удалось. Бен лишь скупо поблагодарил Юстаса за помощь, и они поспешили к Морстену, а тот сначала обрадовался чаше, а затем стал орать на своего подчинённого, обвиняя его в том, что он не заметил следивших за «Салуном» сыщиков. Морстен Юстасу сразу не понравился. Внешне он был обычным полноватым лысеющим нортом с двумя подбородками, а то, как он орал на Бена и какие выражения использовал, вызывало у Эскота желание провалиться под землю или испариться в воздухе. Поэтому когда в доме появились сыщики, Юстас вздохнул с облегчением. Однако он не сразу понял, что происходит, когда его арестовали вместе с Морстеном и Беном, да ещё и надели на него наручники. Эскот был настолько ошарашен происходящим, что не сказал ни слова, и позволил себя увести. На улице его посадили в автомобиль и доставили во дворец правосудия, где в допросной его ждал отец.

– Привет, пап, – попробовал улыбнуться Юстас.

– Только один вопрос. Какого ты попёрся на встречу с заказчиком вместе с Инари?

– Между прочим, я помог. Это был не заказчик. И если бы Алмош его арестовал там, в «Салуне», то вы могли не выйти на Морстена.

– Ты считаешь, что в сыске работают одни идиоты? Неужели ты думаешь, что мы бы решили, что Бен и есть заказчик? Он обычный охранник. Мы бы вышли на его хозяина.

– И какие бы у вас были доказательства? Сейчас вы взяли Морстена прямо с чашей в руках. Ему теперь не отвертеться!

– Я понимаю, что ты хотел, как лучше, – вздохнул Линуш. – И признаю, что ты кое в чём помог. Но ты не сыщик. Ты сильно рисковал. Ты о маме подумал?

– Пап, я хочу быть сыщиком. И маме придётся с этим смириться.

– Интересно ты начинаешь свой путь в сыскном деле.

– Разве работа под прикрытием не является одной из основ сыскного дела? Пап, я правда хочу быть как ты.

– Быть как я?

– Да. Инари наговорил мне всякого…

– Чего же он тебе наговорил?

– Про твою маму, про дедушкиного дядю… Мол, у меня в крови свобода. И знаешь, я с ним согласен. У меня действительно в крови свобода, но не та, на которую намекал Инари. Я свободен и поэтому сам вправе выбирать своё будущее. И я выбрал. Я буду поступать в школу сыска вместе с Эришем. И я не отказываюсь от знахарства, я хочу это совмещать. Понимаю, что, наверное, должен снова просить прощения за то, что сделал сегодня, но…

– Хорошо, сын, – перебил его Линуш, – если это твоё желание, то я не стану возражать. Это действительно твоё будущее и ты сам должен его выбирать.

– А то, что меня арестовали, это может как-то помешать?

– Ты сам только что говорил мне про работу под прикрытием. Скажи, ты готов ещё раз встретиться со своим учителем?

– Бывшим учителем. А зачем?

– У нас есть основания подозревать, что Морстен не единственный его заказчик. Вот если бы ты смог выяснить это…

– Как?

– Мы хотим посадить тебя в одну камеру с Инари, а ты должен будешь продолжить играть в то, во что начал. Справишься?

– Я постараюсь.

С Юстаса сняли наручники лишь перед тем, как завести его в камеру, в которой сидел Инари. Дверь с решёткой захлопнулась за ним, зазвенели ключи. Это была одна из камер, которые находились прямо во дворце правосудия. Обычно подозреваемые долго здесь не задерживались и после допроса их отправляли в КПЗ.

– Не ожидал тебя здесь увидеть, Широ, – проговорил Инари.

– Я тоже не ожидал, что попаду сюда.

– Не хочешь мне ничего объяснить?

– Что объяснить? Я не знаю, кто именно нас сдал: Оцелот или кто-то из его людей. Я попытался бежать с Беном, но нас выследили. «Салун» был окружён.

– Неужели твой отец отправил тебя за решётку?

– Отправил. Посиди, говорит, подумай над своим поведением. Конечно, судить меня никто не будет, отец выкрутится. Придумает что-нибудь. Я здесь ненадолго.

– Поверь мне, Широ, я тоже не планирую надолго здесь задерживаться.

– Очень надеюсь на это, учитель. Мне бы было неприятно знать, что вы попали в тюрьму.

– Что ты планируешь делать дальше?

– Я хотел бы дальше учиться у вас.

– Я ведь уже признал тебя лучшим.

– Но моё последнее задание провалилось.

– Не по твоей вине. Ты всё сделал, ты принёс мне чашу.

– У вас отняли вырученные за неё деньги. У нас обоих их отняли.

– Ты хочешь их вернуть, Широ?

– Конечно, я хочу их вернуть!

– Ты думаешь, отец простит тебя и снова начнёт доверять?

– Пусть не сразу, но он остынет. Все мои косяки можно списать на травму, полученную в детстве. С тех пор отец мне всё прощает. Он винит себя в том, что со мной тогда произошло.

– Значит, ты по-прежнему хочешь быть моим партнёром?

– Если вы сами этого хотите, учитель. Вы же отдали меня этому Морстену.

– Ты поцарапал чашу.

– Да знаю я! Я и не возражал. Морстен выглядел как влиятельный тип, я мог бы что-нибудь для него сделать. Вот только нас с ним вместе арестовали. Вряд ли он избежит наказания, его ведь с чашей взяли.

– Широ, если ты действительно хочешь вернуть деньги, то я могу тебе в этом помочь. Только половина этих денег будет моей.

– Это справедливо, учитель. Я соглашусь, даже если вы скажете, что моей будет только одна треть.

– Тогда мне нужна будет твоя помощь.

– Я всё сделаю, только скажите.

– Принеси мне мой танто. А когда принесёшь, я скажу тебе, как связаться с нужным человеком, чтобы мы смогли заработать неплохую сумму.

– Хорошо, учитель.

Юстаса забрали из камеры утром и сразу же привели в кабинет шерифа, где его ждали отец и дядя. Оба выглядели так, будто всю ночь не спали. В кабинете витал аромат крепкого кофе.

– Удалось что-нибудь узнать? – поинтересовался Шенди.

– Инари сообщит мне, как связаться с другим заказчиком, если я принесу ему его танто.

– Тан что? – переспросил шериф.

– Это короткий меч из Ямато. Больше похож на кинжал.

– Ты должен принести ему меч в камеру?

– Ну, а куда ещё?

– Допустим. Ты знаешь, где взять этот кинжал?

– Да. Он в квартире Инари.

– Вообще-то всё его оружие должно быть конфисковано.

– Танто замаскирован под веер. Обычный сыщик мог этого и не заметить.

– Хорошо, – кивнул Шенди, – притащи ты ему этот кинжал. Если он надеется с его помощью сбежать, то что ж, мечтать не вредно.

– Меня потом пропустят к нему в камеру? – спросил Юстас.

– Принесёшь ему лекарства, – хмыкнул Линуш. – Мог же ты меня уломать тебя пропустить? А твой бедный несчастный учитель страдает от какой-то болезни, а ты же у нас знахарь.

– А можно мне сначала кофе?

– Там тебя внизу Эриш дожидается, сходите с ним в кофейню, а потом к Инари за кинжалом. Ну, и снадобья какие-нибудь захвати для алиби.

Когда Юстас спустился по лестнице, то обнаружил брата сидевшим на диване для посетителей со стаканчиком кофе в руках.

– Эй, я тоже хочу кофе, – проговорил Юстас и тут же получил от Эриша подзатыльник. – За что? – надулся Юстас.

– А то ты не знаешь?

– Между прочим, я работаю под прикрытием.

– Под прикрытием чего? Идиотизма?

– Тебе родители ничего не рассказали?

– Мне родители всё рассказали, в том-то и дело.

– Тогда купи мне кофе, и пойдём в квартиру Инари.

– Это ещё зачем?

– Мне надо его танто забрать и ему в камеру принести.

– Это что такое? Какая-то еда из Ямато?

– Почти. Это короткий меч. Давай я по пути тебе всё объясню.

Как Юстас и догадывался, квартира Инари была опечатана. Ни отец, ни дядя ни словом не обмолвились о том, как именно он должен был забрать меч. Что будет, если он вскроет опечатанную квартиру? Конечно, можно было забраться в неё через окно, но сейчас трудно было это сделать, оставаясь незамеченным: на улице то и дело появлялись разные прохожие.

– Вскрывать или не вскрывать? – задал вопрос Юстас.

– Ты у меня спрашиваешь? – отозвался Эриш. – Это ты у нас работаешь под прикрытием, а не я.

– У меня есть перчатки, и я не оставлю следов.

Брат не ответил.

– Хватит на меня злиться, – сказал Юстас.

Эриш продолжал молчать.

– Да, я должен был тебя предупредить, когда пошёл к Инари. Я был не прав. Но вообще-то я за это ночь в камере провёл.

– Ты легко отделался. Я бы тебя на трое суток посадил. До выяснения.

– Выяснения чего?

– Наличия у тебя хоть каких-то мозгов. Или ты как медуза.

– А что медуза?

– У тебя вроде было «отлично» про биологии. Нет у медузы мозга.

– Знаешь что, братец лис…

– Что, братец медуз?

– Ты очень смешной, когда злишься, – и Юстас достал и кармана перчатки.

Вскрыв замок, он открыл дверь, порвав бумажную печать, оставленную сыском, и зашёл в квартиру. Эриш остался ждать на лестничной площадке. Очень скоро Юстас вернулся с веером в руках.

– Это не похоже на кинжал.

– А так? – и Юстас раздвинул две половины веера, показывая, что это были лишь замаскированные кинжал и ножны.

– Так похоже.

– Тогда идём в аптеку, мне надо купить травяной сбор для Инари, а потом обратно во дворец правосудия.

– Травяной сбор? Ты ещё лечить его будешь?

– Братец лис, это ты у нас медуз. Инари же думает, что я обманываю отца. Будто бы я убедил его пустить меня к учителю, потому что тот болен.

– Тогда купи ему лекарство от геморроя.

– Вариант. Ещё можно что-нибудь для потенции.

– Ты извращенец, братец.

Когда Юстас снова появился в камере Инари, айни с еле заметным удивлением проговорил:

– Неужели тебе удалось, Широ?

– Неужели вы сомневались во мне, учитель?

– Не в тебе.

– Я сказал отцу, что вы больны. Вот, – Эскот протянул ему веер и уже готовый отвар. Он сварил его в кабинете шерифа с разрешения отца десять минут назад. Шенди потом возмущался, что Юстас испортил ему кофеварку и провонял весь кабинет.

– И чем же я болен? – улыбнулся Инари.

– Вы только не сердитесь.

– Почему я должен сердиться?

– Я выбрал такое, чтобы меня к вам обязательно пустили. Мол, у вас проблемы с кишечником.

– Сердиться я не стану. Наоборот могу похвалить тебя за находчивость.

– Что мне делать дальше, учитель?

– Не случайно один из хвостов тебе нужно было подбросить в кабинет адвоката Локстона. Я хотел узнать, что ты ценишь больше: желание стать лучшим в искусстве скрытности или своих одноклассников.

– Вы думали, что я не полезу к Локстону, потому что он дядя Макса?

– Я не думал, но опасался. Так вот, Широ, есть один человек, готовый заплатить хорошие деньги за документы, хранящиеся в сейфе господина Отто Вернера. Это один из его конкурентов, мечтающий о крахе строительной фирмы отца твоего одноклассника. Ты сможешь достать эти документы?

– Если мне объяснят, какие именно документы. Я ничего не понимаю в строительстве и экономике.

– Господин Лауден покажет тебе образец.

– Лауден? – удивился Юстас.

– Ты его знаешь?

– Я знаком с его дочерью Мирандой.

– Значит, ты поможешь её отцу стать богаче.

– Что мне сказать Лаудену, чтобы он мне поверил?

– Мы встречались с ним в «Голубой агаве», когда я попросил его дать мне время на подготовку. В тот вечер мы с Лауденом пили вино, и я произнёс одну фразу, которую слышал на своей родине. Кто пьет, тот не знает о вреде вина; кто не пьет, тот не знает о его пользе. Лаудену она очень понравилась, и он даже записал её в свой блокнот. Расскажи ему об этом случае.

– Вы ведь скоро выберетесь отсюда, учитель?

– Конечно, Широ, даже не сомневайся.

Вернувшись в кабинет шерифа, Юстас пересказал свой разговор с Инари.

– Твой учитель – очень разносторонняя личность, – проговорил Линуш. – От кражи исторических ценностей до экономических преступлений. Вот Отто обрадуется.

– Так а что мне теперь делать? – спросил Юстас.

– Мы не можем арестовать Лаудена, основываясь лишь на словах Инари, – ответил Шенди. – Его можно брать только с поличным, то есть во время передачи денег за документы. Так что тебе надо с ним встретиться, пусть объяснит, что за документы, а мы попросим Отто передать тебе их копию.

– То есть мне не нужно будет вскрывать сейф?

– А ты хочешь?

– Я только теоретически знаю, как их вскрывать.

– Пожалуй, в этот раз обойдёмся без практики. Отто пойдёт нам навстречу. Это в его же интересах.

– И что потом будет с Лауденом?

– За кражу документов из сейфа конкурента? Ничего серьёзного. Другое дело, что это даёт нам повод провести аудиторские проверки в его фирме, и почему-то мне кажется, что там найдётся много чего интересного.

– Тебе его жаль? – спросил Линуш.

– У него есть дочь. Она моя пациентка.

– Та самая девушка, из-за которой ты полез к судье? – догадался Линуш.

– Да.

– Вряд ли она замешана в махинациях своего отца. Не переживай за неё.

Юстас отправился в дом Лауденов уже после обеда. Дверь ему открыл всё тот же слуга и уже хотел позвать Миранду, но Эскот остановил его, сообщив, что пришёл к хозяину, и тогда его проводили в рабочий кабинет, расположенный на первом этаже. Лауден возвышался над дубовым столом, как гриф-стервятник, сидевший на скале и высматривающий падаль себе на ужин. Юстасу показалось, что Миранда ни капли не похожа на своего отца.

– Слушаю вас, молодой человек, – заговорил Лауден.

– Кто пьет, тот не знает о вреде вина; кто не пьет, тот не знает о его пользе, – ответил Эскот. – Я от господина Инари.

– Почему господин Инари сам не пришёл?

– Потому что у него возникли некоторые проблемы, которые он очень скоро решит. Но я здесь, потому что могу помочь вам решить вашу.

– Не слишком ли вы молоды для этого?

– Господин Инари признал меня своим лучшим учеником. Я знаю, что необходимо сделать, и я готов. Сейф для меня не препятствие. Вы только объясните мне, что за документы, я в них не разбираюсь.

– Что, и мой сейф сможешь открыть? – Лауден взглядом показал на сейф слева от его стола.

– Могу.

– Дерзай.

Юстас не врал, когда говорил, что знает, как открывать сейфовые замки в теории. У него даже был с собой фонендоскоп, потому что он взял с собой сумку на случай, если вдруг снова будет осматривать Миранду. Но он знал также, что, во-первых, на это нужно время, во-вторых, нужно было сохранять спокойствие, и, в-третьих, Эскот понимал, что вряд ли справится с задачей, когда на него будет пристально смотреть хозяин сейфа.

– Оставьте меня одного, – попросил Юстас.

– Не слишком ли вы наглеете, молодой человек?

– Сбегать мне невыгодно. Я готов принести вам нужные документы. И ваш сейф я тоже вскрою, но при условии, что вы подождёте меня за дверью. Это моё последнее слово.

– Хорошо, – кивнул Лауден и покинул кабинет.

Юстас знал, что Эриш уже однажды вскрыл сейф в кабинете директора, найдя дату на старой фотографии. Юстас очень надеялся на то, что тоже сможет разгадать код, вот только он не был провидцем, как его брат. Подойдя к окну, он увидел Эриша, который курил, прислонившись к стене. Да, они пришли сюда вместе, и брат остался ждать на улице. Юстас открыл окно и помахал ему рукой.

– Чего ты? – подойдя, поинтересовался Эриш.

– Залезай, надо сейф вскрыть.

– Лучше бы я курил с другой стороны дома.

– Какой может быть код? – спросил Юстас, когда брат забрался в кабинет.

– Откуда я знаю?

– От этого зависит, поверит мне Лауден или нет. Сможем мы помочь отцу Макса или нет. Всё серьёзно, братец.

Эриш посмотрел на сейф, потом на брата.

– День рождения его дочери знаешь?

– Я записывал. Сейчас, – и Юстас полез в сумку. – Вот!

– Что вот? Набирай.

– Ты уверен?

– Конечно, нет, – и с этими словами Эриш вылез обратно на улицу. – Окно закрой.

Юстас набрал дату рождения Миранды, и дверца сейфа со звоном открылась.

– Я тебя люблю, братец лис, ты лучший! – воскликнул Юстас, закрывая окно.

– Вы что-то сказали? – спросил вошедший в кабинет Лауден.

– Сказал, – кивнул Эскот. – Сейф открыт, принимайте работу.

– Хм, вы быстро справились.

– Я же говорил, что могу это сделать.

– Хорошо, я покажу вам документы, аналоги которых вы должны будете мне предоставить.

Когда вечером этого дня Юстас, сидя в кабинете дяди, попытался объяснить отцу Макса, о каких именно документах шла речь, Вернер быстро его перебил, сказав, что прекрасно понял, что имелось в виду. Эскот лишь вздохнул с облегчением, потому что сам он не понимал ровным счётом ничего, хотя и очень постарался запомнить. Вернер пообещал сделать копии нужных Лаудену документов и проговорил:

– Если они в самом деле попадут к нему в руки, то я рискую потерять очень многое.

– Они попадут в руки Лаудена максимум на несколько минут, после чего он будет задержан, а документы будут изъяты, – заверил старого друга Линуш.

Было решено, что Юстас отправится к Лаудену утром следующего дня, будто бы потратив минувшую ночь на проникновение в дом к однокласснику и вскрытие сейфа его отца. На случай, если Лауден захотел бы проследить за Юстасом, он в самом деле пришёл к Максу после встречи с его отцом и собирался провести у друга большую часть этой ночи. Вернер младший сидел за учебниками, а Юстас вдруг понял, что ещё не приготовил домашнюю работу ни по одному предмету.

– Хочешь, дам тебе почитать параграф по биологии? – предложил Макс.

– Нет, мне сейчас в голову всё равно ничего не влезет, – ответил Юстас. – Я всё думаю про этого Лаудена.

– Мой отец будет тебе признателен, если ты поможешь ему законно избавиться от конкурента.

– Ты знаешь уголовный кодекс Айланорте?

– Частично.

– Что будет с семьёй Лаудена? Его имущество конфискуют?

– Это зависит от того, что принадлежит конкретно ему, а что жене и дочери.

– То есть если всё записано на его имя, они останутся ни с чем?

– Ты что-то испытываешь к Миранде?

– Нет.

– Тогда почему тебя это так беспокоит?

– Не знаю я.

– Хочешь дам совет?

– Ну.

– Прочитай параграф по биологии. Это тебе на данный момент важнее.

– Ты очень нудный, ты знаешь?

– Мне уже говорили.

– Если Эриш прав и ты станешь губернатором, то Айланорте будет скучной страной.

– Я в этом сомневаюсь. Даже если количество граждан с твоим складом характера процентов пять, это всё равно много. А если добавить ещё таких людей, как твой брат… С такими, как вы, ни одна страна не соскучится.

Отец Макса передал Юстасу копии документов ближе к полуночи, а ещё через пару часов Эскот покинул дом Вернеров и вернулся в «Элизиум». Юстас плохо спал прошлой ночью, которую провёл в камере с Инари, и очень надеялся, что сейчас сможет уснуть без задних ног, но ему это не удалось. Он снова ворочался с боку на бок, мысли путались. Он уже хотел попросить Эриша применить гипноз, но брат заговорил первым:

– И не проси, – покачал головой он.

– Так я ещё ни слова не сказал.

– Ты очень громко думал.

– Ты теперь ещё и телепат?

– У тебя проблемы со сном, братец. И не я их должен решать, а ты сам. Из нас двоих знахарь ты.

– Нет у меня проблем со сном.

– И поэтому ты не можешь уснуть и просишь меня тебя загипнотизировать?

– Я не просил.

– Ты хотел и не отпирайся.

– Ладно, я подумаю об этом завтра.

– Начни думать об этом уже сейчас. Я тебя усыплять не буду.

Юстас вздохнул, встал и, сунув ноги в тапки, отправился на кухню, где мама в одном из ящиков хранила лечебные травы. Там он нашёл всё необходимое для успокоительного отвара и принялся его готовить.

– Был бы жив наш кот, он бы уже прибежал сюда с громкими криками, – услышал Юстас голос брата.

– Я добавил немножко валерианы. А ты что прибежал? Ты вроде у нас не кот.

– А я есть хочу, – и Эриш достал из холодильника кусок ветчины.

– Молодой растущий организм?

Эриш молча отрезал кусок мяса и достал хлеб, чтобы сделать бутерброд.

– Я буду поступать в школу сыска вместе с тобой. Отец не возражает, – вдруг сказал Юстас.

– Если там тоже есть литература, будешь писать мне сочинения, – ответил Эриш.

Уже утром Юстас был в доме Лауденов с документами, полученными от Вернера. Сыщики ворвались в дом как раз в тот момент, когда Эскот старательно пересчитывал деньги, которые ему передал хозяин в обмен на бумаги. Юстас был очень доволен собой, но когда сыщики уводили Лаудена, в гостиной появилась Миранда.

– Папа, что случилось? – спросила она.

– Меня арестовали, – ответил Лауден. – А вот этот парень подставил меня, – он показал на Юстаса. – Запомни его.

Эскот не сказал ни слова и быстро покинул дом.

Эпилог

Эриш и Юстас сидели на лавочке в сквере напротив Академии управления, пили кофе, который взяли в маленьком кафе неподалёку, и курили.

– Сколько можно проверять списки? – не выдержал Юстас. – Пришёл, посмотрел, нашёл своё имя и ушёл.

– Зная Макса, я могу предположить, что он там уже на лекции сидит.

– На какой лекции? Учебный год ещё не начался.

– Макс мог сам организовать преподавателей, и те стали читать ему лекцию. Ну, и Мартину заодно.

– Кстати, Марти же пообещал, что расскажет Максу о стихах, если поступит.

– Это ты к чему? Думаешь, Мартин провалит экзамен, лишь бы не признаваться?

– Надеюсь, что нет. Слушай, я уже есть хочу. Тлалок точно уже там всё приготовил. Где их черти носят?

– Вон они оба, – Эриш показал в сторону Академии, по ступенькам которой спускались Макс и Мартин.

Братья пошли им навстречу и Юстас нетерпеливо спросил:

– Ну, как?

– Нас не взяли, и мы решили попробовать поступить в школу сыска, – ответил Вернер.

– Но набор ведь уже завершён, – растерянно проговорил Юстас. – Хотя, наверное, для вас могут сделать исключение…

– Или, например, меня могут взять вместо кого-то, чьё имя было последним в списке.

– Чего это?

– А что, ты полагаешь, Юстас, что по баллам я не смогу тебя обойти? По-моему, это сделать несложно. Это и Мартин сможет.

– Да нормальные у меня баллы! Всего на два меньше, чем у Эриша!

– Видел бы ты своё лицо, – усмехнулся Макс.

– Это была шутка, – добавил Мартин. – Мы оба поступили в Академию.

– Шутка? Макс, ты умеешь шутить?

– Я сразу понял, что шутка, но было очень смешно за тобой наблюдать, братец опоссум, – сказал Эриш.

– И почему опоссум?

– Он так же смешно возмущается.

– Много ты видел возмущённых опоссумов?

– Один раз в Тиере, но запомнил надолго. Макс, Мартин, мы вас поздравляем с поступлением!

– Благодарю, – кивнул Вернер.

– Ладно, я тогда тоже поздравляю, – сказал Юстас. – Идём к нам. «Элизиум» в нашем распоряжении до завтра. Родители свалили на плантацию.

– Перед отъездом отец сказал, что искренне надеется на то, что наш дом завтра будет на месте, – проговорил Эриш.

– Да ладно, что с ним сделается? – махнул рукой Юстас. – Зато они хоть отдохнут. Когда они последний раз были в отпуске? Хоть в таком небольшом? Да никогда. Всё думают, что сыск без них развалится.

– Пока Бретт их замещает, не развалится, я думаю, – кивнул Эриш.

К приходу друзей Тлалок приготовил шикарный обед, поставил на стол пару бутылок вина и скрылся в своей комнате. Эриш разлил вино по бокалам и проговорил:

– Макс, давай, скажи тост.

– Подожди, я блокнот принесу, записывать буду, – хохотнул Юстас.

– Прибереги бумагу для лекций в школе сыска, – ответил Вернер. – Или для объяснительных.

– Каких ещё объяснительных?

– У тебя всегда найдётся повод.

– Тогда ты тоже готовь бумагу. Я ещё и тебя втяну. По традиции.

– Давайте тогда за это и выпьем, – предложил Макс. – За то, чтобы мы оставались такими же друзьями, хоть и будем учиться в разных учебных заведениях.

– А вот с этим я согласен, – кивнул Юстас.

– Поддерживаю, – улыбнулся Эриш.

– И я, – добавил Мартин.

– Кстати, Мартин, я хотел тебя спросить, – загадочно улыбнулся Юстас, но договорить он не успел, потому что в гостиной послышался звон разбитого стекла.

Друзья выбежали из обеденного зала и увидели, что одно из окон было разбито. Виновник произошедшего стоял на улице и даже не думал уходить. К удивлению братьев, это была Миранда.

– Это ты виноват, что у нас всё забрали! – крикнула она. – Ты во всём виноват! Ненавижу тебя!

Миранда взяла второй камень и хотела бросить и его, но её остановил подбежавший патрульный.

– Дом в целости сохранить уже не удалось, – заметил Эриш, когда девушку увели.

Объявившийся в гостиной Тлалок начал убирать осколки, Мартин бросился ему помогать, а Юстас вернулся к столу, налил себе бокал вина, выпил его залпом, а затем пришёл на помощь Тлалоку и Вудсу.

– Могу порекомендовать хорошего стекольщика, – проговорил Макс.

– Спасибо, – ответил Эриш. – Но с другой стороны, в цирке же окон нет, а у нас тут, чувствую, такой цирк впереди, что можно будет билеты продавать на представления. Вам я в первый ряд бесплатно достану.

– Это у тебя предвидение? – спросил Мартин.

– Это очевидение, – вздохнул Эскот.

сентябрь-октябрь 2020

Око мести

I

– Эскоты! – послышался гневный голос Гаяша. – Кто-то хочет снова отправиться патрулировать улицы?

– Только не патрулировать! – отозвался Юстас. – Пожалуйста, пожалуйста… Эриш готов отжаться сто раз, только не патрулировать.

Брат тут же отвесил ему подзатыльник, явно намекая на то, что отжиматься он не будет.

– Повторяю последний раз для глухонемых, – подойдя, проговорил Гаяш. – Гипноз и болевые приёмы нельзя применять не только на одногруппниках, но и друг на друге. И ещё. Материться здесь имею право только я. Всё ясно?

– Конечно, ясно, – закивал Юстас. – Материтесь здесь только вы. И только на нас.

Гаяш закатил глаза и со вздохом произнёс:

– Чтобы я вас не видел до следующей тренировки. Даже в коридорах мне не попадайтесь.

Гаяш был тренером по борьбе в школе сыска, и Юстас был этому несказанно рад, ведь это был тот самый Гаяш, один из личных телохранителей губернатора Маслоу, совладелец охранного агентства «Ангел и Волк». Однако когда Гаяш впервые увидел Юстаса и услышал его фамилию, его реакция показалась Эскоту какой-то странной.

– Они размножаются, – громко прошептал Гаяш.

– Но ты же знал, что у Линуша есть сын, – сказал ему Юджин Арде, другой преподаватель школы сыска, которого обожали буквально все студенты. Он был другом Гаяша, вторым личным телохранителем Маслоу, совладельцем агентства «Ангел и Волк», а ещё он был бывшим ангелом смерти и написал книгу об экспедиции на материк, в которой участвовал вместе с Гаяшем. Они годились Эскотам в отцы, хотя оба выглядели молодо и во многом могли дать им фору.

– Что у Линуша есть сын, я знал, – ответил тогда Гаяш. – Но почему он в школе сыска? Мало мне его отца и тебя с твоим братцем?

Юджин только улыбнулся.

Теперь же братья покинули спортзал и отправились в школьный тир, где их уже поджидал Джой, который учился в школе сыска вместе с ними.

– Мы только что чудом избежали патрулирования, – радостно объявил Юстас.

– А из-за кого нас туда чуть не отправили? – отозвался Эриш.

– Вы главное сейчас друг друга не перестреляйте, – хмыкнул Джой.

– Зачем друг друга, когда здесь есть ты, – проговорил Эриш.

– В меня нельзя, за меня есть кому отомстить.

– Ладно, убедил.

– А это правда, что во время прошлого патрулирования вы сбросили цветочный горшок на члена кабинета министров?

– Технически горшок сбросила женщина, – ответил Эриш. – И я не виноват, что она промахнулась. Должна была попасть в магазинного воришку.

– Этого члена кабинета я вылечил, у него нет никаких претензий, – добавил Юстас.

– А что с воришкой? Поймали? – спросил Джой.

– Поймали, – кивнул Эриш. – Он так удивился горшку на голове члена кабинета, что я успел его схватить.

– Как вы думаете, куда вас отправят на практику?

– Хочется во дворец правосудия, а не на какой-нибудь участок, – ответил Юстас.

– Ну, это зависит от наших баллов за последний тест, – сказал Эриш.

– Хорошо, что тесты анонимные, потому что лично меня достало предвзятое отношение, – проговорил Джой. – К нам все преподы относятся строже, чем к другим студентам.

– А ты бы предпочёл, чтобы нам из-за наших фамилий поблажки делали? – спросил Эриш.

– Я бы предпочёл равное отношение.

– Ну, когда ты Эскот или Соро это нереально, – сказал Юстас.

– И какие, ты думаешь, у вас баллы?

– Отличные, надеюсь. Во-первых, я кодекс учил всю ночь, а Эриш и так его знает, во-вторых, стреляем мы с братом почти идеально и, в-третьих, по криминалистике у нас всегда хорошие оценки.

Юстас оказался прав. Когда на следующий день объявили результаты тестов по распределению, оказалось, что они с братом отправляются на практику не куда-нибудь, а в убойный отдел к Бретту. Джой же был направлен в отдел по расследованию краж.

Под началом Себастьяна Бретта официально сейчас работало пять человек: Алмош, Нэд Дженкинс, Фридрих Купер, Лина Кингсли и судмедэксперт Джеймс Уилкинс. Джулиан Соро был неофициальным напарником Алмоша, хотя числился сотрудником архива. Сейчас двое сыщиков, а именно Нэд и Лина, были в отпуске, поэтому Эриш и Юстас должны были временно занять их место. Им даже предоставили их рабочие столы, причём Юстасу достался стол Лины с ярко розовыми папками.

– Будешь отвечать за фикус, – проговорил Алмош, когда Юстас неуверенно уселся за стол.

– Да, смотри, чтобы в него не выливали кофе, – кивнул Уилкинс и скрылся в кабинете Бретта.

Вообще Алмош выглядел как человек, смирившийся с тем, что от Эскотов ему никуда не деться. Когда он узнал о том, что оба брата поступили в школу сыска вместе с его сыном, он лишь пожелал удачи и терпения всем преподавателям.

– Вот, – сказал Купер и водрузил на стол перед Эришем стопку с какими-то бумагами. – Надо подшить в соответствующие папки.

– Может, ещё не поздно пойти учиться на слесаря? – проговорил Эриш.

– А я мог поступить в мед, – вздохнул Юстас, всё ещё глядя на розовые папки.

– Кстати, о меде, – сказал Уилкинс, вернувшись от Бретта, – после обеда в анатомический театр пойдём. Покажу вам парочку интересных трупов.

– Пирожков им с собой захвати, – усмехнулся Алмош. – Своих фирменных.

Звонок от Бретта застал Эскотов как раз в анатомическом театре. Юстас с радостью вышел из демонстрационного зала вслед за Уилкинсом.

– Ты же сам знахарь, – проговорил подошедший Эриш. – Что тебя могло смутить?

– Ничего меня не смутило, – ответил Юстас. – Было даже интересно до тех пор, пока господин Уилкинс мозг не нашинковал.

– Пф, только не говори, что тебе поплохело.

– Да не поплохело мне! Я просто с уважением отношусь к мозгу. И вообще дай мне пирожок.

– Ну, теперь верю, что не поплохело, – и Эриш достал из пакета, который ему всучил Уилкинс, румяный пирожок.

– Поедете со мной на вызов, – проговорил Джеймс, закончив говорить по телефону.

– Убийство? – оживился Юстас.

– Ты как-то чересчур кровожаден, – сказал Уилкинс.

– И это говорит человек, который только что с задором рассказывал о странгуляционной борозде.

– Не дерзите, господин Эскот, – улыбнулся судмедэксперт.

Втроём они приехали к ущелью на севере, где в пещере в скале было обнаружено тело молодого парня. Рядом уже стояли Алмош и Джулиан.

– Документы были при нём, – проговорил Алмош. – Звали его Тулун Пэрис. Странное имя.

– Не странное, – ответил Эриш. – Это имя инуа, означает вроде бы гарпун.

– Но внешне он скорее норт. Хотя, судя по Эскотам, генетика – это лженаука.

– А это что такое милое? – Джулиан поднял с земли маленькую костяную фигурку, изображавшую странное существо с конусообразной головой, открытым зубастым ртом и ушастой клыкастой мордой вместо ног.

– Это тупилак, – снова ответил Эриш.

– Тупи кто? – переспросил Алмош.

– Тупилак. Его создаёт шаман инуа с целью отомстить.

– Кажется, у вас, господа Эскоты, появилось ваше первое дело, – проговорил Алмош. – Вы же оба потомки инуа, так что давайте, расследуйте. Нам докладывать о каждом шаге. Это понятно?

– Понятно, – кивнул Юстас.

– Тогда приступайте. Труповозка скоро будет. Джулс, пошли отсюда.

– А они знают, как оформлять? – уточнил Джулиан.

– Приедут в отдел, им Купер проведёт мастер-класс по бессмысленной бумажной работе.

– Его убили ночью, – проговорил Уилкинс, когда Алмош и Джулиан ушли. – И не здесь, потому что иначе крови было бы больше. Так что ему перерезали горло где-то в другом месте, а потом привезли сюда. Остальное скажу после вскрытия.

– Что-то мне кажется, нам придётся поехать к инуа, – сказал Эриш.

– Ага, на чём? – ответил Юстас.

– Господин Уилкинс, а вы не одолжите нам вашу машину? Вы же можете вернуться в город на труповозке.

– Это не совсем моя машина, – улыбнулся Джеймс. – Она, как бы это сказать, больше Бретта, чем моя. Мы с ним снимаем комнаты в одной квартире и пользуемся одним автомобилем.

– Мы вернём, – заверил Юстас.

– Я верю. Вопрос когда? До инуа не так близко.

– Но если мы не поедем к инуа, то можем потерять драгоценное время.

– Алмош хотел подставить вас, а подставил меня, – сказал Уилкинс. – Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Держи, – и он протянул Эришу ключи.

– Спасибо, – кивнул тот.

За ущельем располагался золотой прииск, рядом с которым на берегу небольшой реки была гостиница. Ещё дальше на север за невысокими горами лежали земли инуа. Этот народ веками жил по своим древним традициям и занимался разведением карибу и китобойным промыслом. Не так давно была проложена объездная дорога, ведущая прямо к поселению. По ней и поехали Эскоты. Они оба умели водить, но чаще за руль отцовской машины садился Эриш. Он повёл и сейчас.

– Надо сначала заехать в гостиницу и поинтересоваться, не знают ли они этого парня, – проговорил Юстас. – Покажем им его фотографию в паспорте.

– Ты забрал паспорт у Уилкинса?

– Ну, забрал.

– А Уилкинс в курсе?

– Теперь, наверное, уже да.

– Ты думаешь, он запомнил имя убитого?

– Он всегда может спросить у Алмоша и Джулиана.

– Ладно, поехали в гостиницу.

– Что ты ещё знаешь про этот тупилак?

– Ты его тоже прихватил?

– Конечно. Но, если ты не заметил, я перчатки надел. Так что потом вернём его в экспертизу.

– Бретт тебя по головке точно за это не погладит. И меня заодно.

– Да ладно тебе. Так что за тупилак?

– Его делают из моржовой кости или рогов карибу. Вот только потом его в море бросают, а никак не кладут рядом с трупом.

– Ты говорил, что шаман его делает с целью отомстить. Ну, вот потом фигурку и положили, чтобы всем было ясно, что парню отомстили.

– Или чтобы запутать следы.

– Какой ты оптимистичный, братец лис.

Эриш остановил машину перед гостиницей, и братья подошли к портье, больше похожему на вышибалу. Но поскольку в гостинице в основном жили старатели с прииска, это казалось логичным.

– Мы тут паспорт нашли, – широко улыбнувшись, проговорил Юстас. – Вот, посмотрите, не из ваших постояльцев?

– Первый раз вижу, – бросив взгляд на фото в паспорте, ответил портье.

– Твоя очередь, братец, – сказал Юстас.

– Эй, посмотри на меня, – заговорил Эриш. – Ты точно не видел этого парня?

– Нет, – снова ответил портье.

– Один – один, – проговорил Юстас.

– Скорее уж ноль – ноль. Поехали в поселение, пока ночь не наступила. Они ж там все спать залягут.

– Когда ты был там последний раз? – уже в машине спросил Юстас.

– Сто лет назад.

– А ты неплохо сохранился.

– Но зато я знаю их местного шерифа. Отец нас знакомил. Его зовут Иши, и я даже помню, где его дом.

– Телефон туда провели или до сих пор нет?

– Вроде провели. Так что, надеюсь, Иши сможет с нами потом связаться, если что.

Когда Эскоты добрались до поселения, уже стемнело. На улицах почти не было фонарей, только кое-где светились окна деревянных домов. В воздухе пахло морем.

– Ну, что, внук шамана, – проговорил Юстас, выйдя из машины, – веди меня в свои пенаты.

– Ты ведь тоже какой-то там праправнук, так что не выделывайся.

Эриш привёл брата к одному из домов и постучал в дверь. Им открыл мужчина лет сорока с растрёпанными чёрными волосами, его раскосые глаза улыбались, а рубашка была изрядно помята.

– Здравствуйте, Иши, – заговорил Эриш. – Простите за поздний визит. Мы Эскоты. Я Эриш, это мой брат Юстас. Мы здесь по долгу службы.

– А я тебя помню, – кивнул Иши. – Ты приезжал сюда с родителями. Значит, ты теперь тоже служишь в сыске?

– Мы на практике.

– Вы знаете этого человека? – Юстас показал паспорт.

– Знаю, – кивнул Иши. – Но он не живёт в поселении. Его отец работал на прииске, познакомился с местной и увёз её в город. Тулун родился уже там.

– Но он бывал здесь?

– Очень редко.

– А что насчёт этого? – Юстас достал из кармана фигурку.

Иши громко выругался на родном наречии.

– Эм… я не очень хорошо знаю язык инуа, – проговорил Эриш.

– И хорошо. Значит, мама не учила тебя плохим словам.

– Так что не так с тупилаком? – спросил Юстас.

– А то, что он под запретом. Нельзя его изготавливать. Глава рода запретил, а шаман поддержал.

– Тупилак ведь только шаман мог сделать? – задал вопрос Эриш.

– Только шаман. Вот что. Думаю, Анылги ещё не спит. Вам нужно с ним побеседовать. Я вас провожу.

Анылги оказался пожилым мужчиной с добрым морщинистым лицом. Он пригласил незваных гостей в свой дом и угостил чаем на травах. Анылги говорил на языке нортов с очень заметным акцентом.

– Сам я уже не делаю тупилаки, – признался он. – И никто в поселении не сможет их изготовить. Я бы знал, если бы это было не так. Я бы это почувствовал. Но да, приезжал один норт, интересовался резьбой. И он спрашивал про тупилаки.

– Что за норт? – спросил Иши. – Я его видел?

– Нет, – покачал головой Анылги. – Он искал меня.

– И зачем ему были нужны тупилаки? – задал вопрос Эриш.

– Он говорил, что его интересует наша культура. Слово ещё такое сказал… как это… декоративно…

– Декоративно-прикладное искусство? – догадался Юстас.

– Да, верно, так он и говорил, – вспомнил Анылги.

– Но ты уверен, что никто из наших не мог сделать этот тупилак? – спросил Иши.

– Уверен. Думаю, Эриш меня понимает, не так ли?

– Понимаю, – кивнул тот. – И верю. К тому же, вы сами сказали, что Тулун редко бывал в поселении. Значит, копать надо в городе, а не здесь.

– А вы можете описать того норта, который к вам приезжал? – спросил Юстас.

– Внешне он для меня обыкновенный норт. Вы мне все на одно лицо, – улыбнулся шаман. – Но могу сказать, что я увидел у него в душе.

– И что же?

– Он был сломан. И уже давно.

– Моя мама так говорила про бабушку Аманду, когда та ещё жила здесь, – вспомнил Эриш. – Мне сама бабушка это рассказывала.

– Я почти уверен, что этот норт и есть убийца, но его портрет мы не получим, – вздохнул Юстас.

– Будем искать в окружении Тулуна, – ответил Эриш.

Поблагодарив Иши и Анылги, братья вернулись к машине и отправились в город. Юстас начал клевать носом и вскоре уснул, а проснулся, когда Эриш коснулся его плеча.

– Доброе утро, братец барсук, – проговорил он.

– А почему тогда так тихо? – зевнув, спросил Юстас.

– Потому что сейчас четыре часа.

– Ночи?

– Утра. Мы приехали к дому Бретта, надо вернуть ему машину.

– Давай её просто бросим тут и убежим, – предложил Юстас.

– С ключами?

– Да, не вариант. Но ключи можно подбросить к квартире. В почтовый ящик!

– Братец ленивец, иди и отдай ключи Уилкинсу.

– Но он спит.

– Значит, разбудишь.

– Почему я?

– Потому что ты обаятельный.

Глубоко вздохнув, Юстас подошёл к квартире и позвонил. Не сразу, но дверь ему открыл сам Бретт, одетый в халат.

– Мы машину вернули, – с улыбкой проговорил Эскот и протянул ключи.

– В восемь утра отчёт о поездке в поселение должен лежать на моём столе, – ответил Бретт и захлопнул дверь.

– О, ты жив, – сказал Эриш, когда Юстас вышел на улицу.

– Но спать мы сегодня не будем. Ворон отчёт требует.

– Я всё-таки ещё подумаю о том, чтобы пойти на слесаря.

Юстас уснул на том месте отчёта, в котором он описывал шамана инуа, а проснулся, когда Эриш поставил перед его носом кружку с кофе.

– Половина восьмого, – объявил он.

– Выспался? – спросил Юстас, схватив кружку.

– Два с половиной часа сна лучше, чем ничего. А ты дописал или опять всё проспал?

– Почти дописал.

– У тебя десять минут, нам пора в отдел.

– Что это за дедовщина?

– Я был за рулём, а ты спал. Дописывай, давай. И я ему ещё кофе варю.

Когда Юстас закончил отчёт, братья поспешили во дворец правосудия. Они положили бумаги на стол Бретта в восемь часов одну минуту.

– По всей видимости, у вас было «отлично» по литературе, – просмотрев отчёт, проговорил Себастьян.

– Было, – кивнул Юстас.

– Что ж, слог у вас превосходный, но на отчёт это мало похоже. В следующий раз поучитесь их писать у господина Купера. Но этот, так уж и быть, переписывать не нужно. И отдайте его Алмошу. За дело Пэриса отвечает он.

Прочитав отчёт, Алмош молча протянул его Джулиану, который сидел прямо на его рабочем столе и пил кофе с печеньем.

– Какая прелесть, – улыбнулся Соро. – Особенно мне нравится про взгляд шамана и гусиные лапки морщин вокруг его глаз.

– Что планируете делать дальше? – спросил Алмош. – Кстати, вот, – он протянул Эришу бумагу, – это показания родителей убитого. Джулиан решил, что вас на первый раз можно было избавить от общения с пострадавшими.

– Спасибо, – кивнул Юстас. – Они сообщили что-нибудь интересное?

– Тулун учился в Академии управления на историческом факультете, – просмотрев показания, ответил Эриш.

– Будет повод лишний раз увидеться с нашими друзьями! Пошли, братец лис.

– А результаты вскрытия вас не интересуют? – с улыбкой поинтересовался Джулиан.

– Так ему вроде бы горло перерезали, – сказал Юстас.

– Перерезали, – кивнул Соро. – Только Пэрис в это время крепко спал. Его усыпили, а лишь потом убили.

– Наверняка Пэрис хорошо знал своего убийцу, – заключил Эриш. – Идём в Академию.

– Солнца в дорогу, – пожелал им Джулиан.

Менее чем через час братья уже сидели в просторной столовой Академии и завтракали вместе со своими друзьями.

– Мы с историками практически не пресекаемся, – проговорил Макс. – Может, и видели этого Тулуна, но лично не общались.

– Я тоже его не знаю, – кивнул Мартин.

– А в вашей группе никто с инуа не связан? – поинтересовался Эриш.

– Кроме меня, никто, – ответил Вудс.

– В смысле кроме тебя? – не понял Эриш.

– Разве я не упоминал?

– Чего не упоминал? – спросил Юстас.

– Среди моих предков были инуа.

– Ты никогда об этом не говорил! – воскликнул Юстас.

– Да? Ну, я не придавал этому особого значения. Да и кому это было интересно?

Вернер прикрыл лицо ладонью.

– Макс, а ты знал? – спросил Эриш.

– Знал. Но я был уверен, что Мартин вам говорил. Но, увы, он у нас как всегда.

Вудс только виновато улыбнулся.

– Так, скажи мне, Марти, у вас могли быть общие знакомые с Пэрисом? – задал вопрос Эриш.

– Преподаватели, наверное. И всё. Студентов-историков я не знаю.

– Что ж, нам надо пообщаться с однокурсниками Пэриса, – проговорил Юстас.

– А нам пора на пару, перемена заканчивается, – ответил Макс.

– Вы там держите нас в курсе, – улыбнулся Мартин и похлопал Эриша по плечу.

– Братец, что с тобой? – спросил Юстас, когда их друзья ушли. – У тебя очень сложное лицо.

– Это не со мной, это с Марти.

– А что с Марти?

– Кроме того, что ему перерезали горло, с ним всё в порядке.

– Чего?

– Мне надо выпить. И покурить. Прямо сейчас.

– Но…

– Всё равно сейчас пара начнётся. Нам надо подождать до перемены.

– Мы можем вызывать однокурсников по очереди. Мы имеем право. Братец… ты видел Марти? Это видение? Как эти твои обычные штуки?

– Да, видел.

– Ну… значит… нам надо искать общих знакомых Марти и Пэриса. И ещё нам надо запереть Марти дома и никуда не выпускать. Но сначала да, пойдём, покурим.

– Вообще согласен с тем, чтобы вызывать однокурсников по очереди, – уже на улице проговорил Эриш. – А на перемене заберём Мартина и отведём домой.

– Боюсь, он будет возражать.

– Я скажу ему правду.

– И он вызовется нам помогать. Что я Марти не знаю? Он обрадуется и захочет ловить убийцу на живца.

– Обрадуется?

– Он захочет быть полезным.

– Тогда мы его обманем.

– Как именно?

– Придумай. Ты у нас главный по лжи.

– Знаешь, братец лис, это не комплимент.

– Знаю. Но факт остаётся фактом. Макса и Марти надо обмануть, потому что я не хочу видеть то, что я увидел. Никогда.

– Хорошо. Загипнотизируй его. Внуши ему, что он заболел. Сможешь ведь?

– Думаю, что смогу.

– Марти внушаемый, так что гарантирую, у него температура подскочит. Вот только потом он на нас обидится.

– Мне плевать. Если с ним что-то случится, я этого себе не прощу. Я это видел, я могу что-то сделать. Значит, я должен.

– Мы оба должны, братец. Пошли допрашивать однокурсников Пэриса.

На одном курсе с убитым учились ещё четырнадцать студентов, из которых на лекции присутствовали только десять. Эриш и Юстас побеседовали со всеми по очереди и выяснили, что больше всех Пэрис общался с парнем по имени Барри Толл, который был в шоке, узнав о гибели своего приятеля, и с Келли Доусон, которая сегодня отсутствовала на занятиях по болезни.

– Они все говорят правду, – проговорил Эриш, когда прозвенел звонок на перемену. – Я уверен.

– И никто из них не знает Мартина, – добавил Юстас. – Но осталась ещё эта Келли. И ещё трое, которых нет.

– Сначала Марти.

Братья подошли к аудитории, в которой занимались их друзья, и подозвали Вудса.

– Вы нашли каких-то общих знакомых у нас с убитым? – поинтересовался Мартин.

– Пока нет, – ответил Юстас. – Братец, давай.

– Мартин, ты очень плохо себя чувствуешь. И выглядишь тоже. У тебя высокая температура. Ты явно болен. Тебе нельзя оставаться в Академии, потому что ты можешь кого-нибудь заразить. Вдруг это инфекция?

– Ой, – Вудс схватился за голову. – Что-то мне нехорошо.

– Ты горишь! – воскликнул Юстас. – Кажется, у тебя лихорадка. Слушай, давай я тебя осмотрю.

– Но у вас же дело… работа…

– Какая работа, когда тебе плохо? У тебя точно температура, – Юстас потрогал лоб Мартина. – Давай-ка мы проводим тебя домой.

– Что происходит? – спросил подошедший Макс.

– Кажется, я заболел, – ответил Вудс.

– Так внезапно?

– Если это грипп, то ничего удивительного, – сказал Юстас. – Он начинается именно так. Резко. Подскакивает температура, человеку плохеет. Мартина надо в кровать. Постельный режим, обильное питьё, витамин С. Я готов проводить его домой.

– Я сам его провожу, – возразил Макс.

– А вдруг я тебя заражу? – спросил Вудс.

– Ко мне зараза не пристаёт. Идём.

– С этим разобрались, – проговорил Юстас, когда их друзья ушли. – Что теперь? Пойдём опрашивать тех, кого сегодня не было на занятиях?

– Судя по всему, да, – кивнул Эриш.

– Слушай, ведь тот, кто это сделал, должен был разбираться в традициях инуа. Он даже ездил в поселение. И ещё он должен быть резчиком.

– Это я и без тебя понимаю.

– Это исторический факультет. А что если кто-то писал курсовую по культуре инуа? Как там сказал шаман? Декоративно-прикладное искусство.

– Хорошо, иди на кафедру и узнай об этом.

– Почему я? А ты?

– А я пойду к Келли. Хватит уже парой всюду ходить.

– Ну, допустим, так действительно будет быстрее, но с каких это пор ты у нас за главного?

– Ты лучше в искусстве разбираешься, чем я.

– В искусстве инуа? Это ты так шутишь, братец лис?

– Достал. Ладно, я пойду на кафедру, а ты к Келли. Доволен?

– Кажется, Мартин тебя заразил своим несуществующим гриппом. Давай после всего встретимся в отделе.

– Хорошо, – кивнул Эриш и зашагал по направлению к административному крылу Академии.

Он сам не до конца понимал, почему злился на Юстаса. Больше всего Эриш был зол на себя, а досталось, как обычно, брату. Он жил со своими видениями с самого раннего детства, но до сих пор не мог с ними смириться. Мама говорила, что это надо принять, но Эриш не мог. Он не хотел видеть того, что видел, не хотел этого знать. Юстас пытался убедить его в том, что таким образом он может помочь своим близким, но получалось далеко не всегда. Вот и сейчас Эриш не был уверен в том, что сможет предотвратить несчастье, которое грозило Мартину.

На кафедре Эскота встретила очаровательная секретарша, годившаяся ему даже не в матери, а в бабушки. Когда Эриш объяснил, что конкретно его интересует, эта милая женщина открыла большой шкаф и начала одну за другой доставать оттуда толстенные папки.

– Вот, – наконец, проговорила она. – Сейчас, молодой человек, минуточку.

Следующие пару минут женщина копалась в бумагах, которые достала из папки, а затем довольно произнесла:

– «Декоративно-прикладное искусство народа инуа», курсовая работа студентки второго курса исторического факультета Академии управления Минди Лэйн.

– А сейчас она на каком курсе? – спросил Эриш.

– На последнем.

– Вы мне очень помогли, – сказал Эскот и покинул кафедру.

Минди в этот день в Академии не было, и Эришу рассказали, что Лэйн уже неделю была на больничном и практически не выходила из дома. Эскот всё же решил навестить девушку, узнал её адрес и вскоре пришёл к многоквартирному дому, на первом этаже которого и жила Минди. Лэйн оказалась привлекательной яркой блондинкой, и болезненная бледность её только украшала.

– Вы были знакомы с Тулуном Пэрисом? – представившись, поинтересовался Эриш.

– Нет, – покачала головой Минди.

– А вы не знаете никого, кто также бы интересовался культурой и искусством инуа?

– Мой научный руководитель господин Клаус, больше никого. Но он уважаемый человек, профессор.

Эскот чувствовал, что Минди что-то недоговаривает, и решил повторить свой вопрос о Тулуне, но уже под гипнозом.

– Вы же меня уже спрашивали про этого Тулуна, – улыбнулась Лэйн. – Вы мне не верите? Это такой психологический приём?

– Верю, – ответил Эриш, поняв, что девушка не поддаётся его влиянию. – Но раз вы писали курсовую по искусству инуа, то, может, вы сможете мне помочь в расследовании?

– Я постараюсь, если вы мне всё объясните.

– Рядом с телом Тулуна оставили тупилак.

– О… вот оно что. Ему кто-то мстит, это очевидно.

– Вы не знаете, где убийца мог достать тупилак?

– Он должен был изготовить его сам, иначе это бессмысленно.

– То есть мы всё-таки должны искать умелого резчика по кости?

– Разумеется.

– Могу я и в дальнейшем обращаться к вам за советом?

– Конечно, – снова улыбнулась Минди. – Я буду рада вам помочь. Жалко парня, даже если он и обидел кого-то.

Расставшись с Лэйн, Эриш отправился во дворец правосудия, надеясь, что брат тоже уже допросил Келли и вернулся. Он обнаружил Юстаса сидевшим на ступеньках дворца правосудия и курившим.

– Как дела у Келли? – поинтересовался Эриш, доставая сигареты и закуривая.

– Всё отлично, она собирается замуж.

– И какое это имеет отношение к делу?

– Прямое. Она же за меня собирается.

– Чего? – Эриш едва не подавился дымом.

– Влюбилась в меня, говорит: я ваша навеки.

– Ты ведь шутишь?

– Хотел бы я шутить. Надеюсь, что я её больше никогда не увижу.

– Она хоть симпатичная?

– Относительно.

– Относительно чего?

– Ну, она такая… дородная…

– А по делу она что сказала? Её, я так понимаю, гибель приятеля не сильно огорчила?

– Огорчила. Почему не огорчила?

– Она ж замуж собралась.

– А это потому что я лучше всех умею утешать. Но вообще я узнал от неё, что у Тулуна была тайная невеста.

– Тайная?

– Да, потому что её никто из однокурсников не видел. И родители тоже не видели. Родители даже не знали.

– Почему же он её скрывал?

– Потому что его родители состоятельные, а невеста была бедная. Он боялся, что родители её не примут. А ты узнал что-нибудь об искусстве?

– Узнал. Но нам же всё равно это ещё Алмошу рассказывать. Зачем я буду два раза повторять?

– То есть я буду два раза про Келли рассказывать, а тебе, значит, в лом?

– Ты совершенно прав, братец попугай.

– Попугаем я у тебя ещё не был.

– Всё когда-то бывает в первый раз. А попугаи разговорчивые.

– Ассоциацию я и без тебя понял. Идём в отдел, братец лис.

Алмош и Джулиан внимательно выслушали братьев, а ставший свидетелем их рассказа Купер проговорил:

– Главное, про видение в отчёт не вставляйте. Вы же в школе сыска учитесь, а не в школе магии.

– На самом деле я рассказывать и не хотел, – сказал Эриш. – И не собирался.

– Я считаю, что это важно, – сказал Юстас. – Я в это верю и не потому что он мой брат.

– Даже если это фантазия Эриша, у этого могут быть свои основания, – проговорил Джулиан. – У Мартина предки инуа и он учится в том же учебном заведении, что и убитый. Это вполне может быть связано. Если мы на секундочку предположим, что это предполагаемая серия, то…

– То я тебя сейчас стукну, – перебил его Алмош. – Какая ещё серия? Это убийство из мести. Не надо никаких серий. Только маньяка нам не хватает.

В кабинете Бретта раздался телефонный звонок.

– Это вызов, – сказал Эриш.

– Ещё одно убийство? – спросил Юстас.

– Хорошо, что вы здесь, господа Эскоты, – выйдя из кабинета, проговорил Бретт. – Заберите Уилкинса из экспертного отдела и отправляйтесь на место преступления. Ещё одному молодому мужчине перерезали горло.

II

– Я, конечно, признаю, что Алмош прав, – проговорил Юстас, когда официант принёс заказ. – И да, мы должны в первую очередь отработать все возможные связи между убитыми. Даже если это маньяк, он выбирает свои жертвы не случайно. Но я не могу исключать Мартина из его списка.

Они с братом и Джулианом сидели в небольшом, но уютном ресторанчике, куда пришли поужинать. Все трое ведь так и не успели пообедать.

– На самом деле Алмош верит в способности Эриша намного больше, чем показывает, – ответил Соро. – Во-первых, он амарго, а во-вторых, мы с ним всякое повидали, даже с того света возвращались. Сейчас Алмош просто злится.

– На что?

– Никто же не ожидал, что предполагаемое дело об убийстве из мести перерастёт в серию. Алмош поручил вам это расследование из-за связи с инуа, а теперь жалеет об этом.

– Он не верит, что мы справимся?

– Дело не в этом. Получается, что это ваше первое дело и сразу маньяк. Если с вами что-то случится, Алмош себе этого не простит.

– Почему с нами обязательно должно что-то случиться? – спросил Юстас. – И вообще, на мой взгляд, всё идёт как надо. Мы же в школе сыска учимся, а не на библиотекарей.

– Так-то оно так, – улыбнулся Джулиан. – Но скажите мне, много вы знаете о маньяках?

– Нам на психологии о них рассказывали.

– И что, маньяки обычно убивают каждый день?

– Обычно нет. Раз в неделю, раз в месяц, где-то так.

– Вот именно. Если завтра утром будет третий труп, шериф не только вас от дела отстранит, но и нас с Алмошем. Да вообще весь отдел. И, возможно, будет прав, если передаст расследование службе безопасности.

– Не будет утром третьего трупа, – проговорил Эриш.

– Ты уверен? – спросил Соро.

– У маньяка уже со второй жертвой всё пошло не так. Так что не будет.

Второго убитого звали Марк Эммс, и его бабушка была инуа, а сам он воспитывался в детском доме, после выхода из которого устроился на работу в автомастерскую. От первой жертвы его отличало то, что он не был усыплён перед смертью, а на его теле были следы того, что он оказывал сопротивление. Это говорило о том, что убийцей, скорее всего, был рослый, сильный мужчина. Несмотря на это, Уилкинс утверждал, что орудие убийства совпадало, а ещё рядом с телом был обнаружен тупилак, идентичный первому. По словам Джеймса, убийство произошло рано утром, что сразу вычёркивало из списка подозреваемых все однокурсников Тулуна Пэриса, даже отсутствующих на занятиях. Алиби было у всех без исключения.

– Допустим, – кивнул Джулиан. – И опять же, предположим, что Мартин тоже в списке. Какая связь между ними троими, кроме предков инуа?

– Никакой, – ответил Юстас. – Ну, они не выглядят как инуа, разве что. Внешне все обычные норты, я бы даже сказал стереотипные.

– Отец рассказывал про одно из своих первых запоминающихся дел, – вспомнил Эриш. – Тогда убивали молодых парней-нортов. Оказалось, что женщина так мстила своему обидчику. Вернее, женщин было две, вторая мстила за первую. Убитых объединяла только внешность.

– Да, мне папа тоже рассказывал, – подтвердил Юстас. – Судя по тупилаку, здесь похожая история. Кто-то мстит и выбирает жертв исключительно по предкам инуа. И, возможно, по внешности.

– У вас тоже предки инуа, – сказал Джулиан. – А у тебя, Юстас, ещё и внешность. Подумайте об этом на досуге, а мне пора. Утром встретимся в отделе.

– Братец лис, не вздумай и меня запирать дома, как Мартина, – проговорил Юстас, когда Соро ушёл.

– Я и не думал, пока ты сам об этом не сказал.

– Забудь. Скажи, ты тоже думаешь, твой папа может нас отстранить?

– Может. На третьем трупе точно отстранит, если у нас к тому времени не будет какой-то чёткой версии с предполагаемым убийцей.

– Джулиан сказал подумать и я подумал.

– Юстас, сразу нет.

– Братец, ты сначала послушай.

– Мне заранее не нравится твоя идея.

– Дедушка Макса, господин Локстон, совладелец «Вечерней газеты». Нам надо попросить его опубликовать небольшую статью, в которой рассказывается, что молодые стажёры из убойного отдела вышли на след убийцы с тупилаком, но в интересах следствия пока не разглашают его имя.

– Ты хочешь, чтобы маньяк пошёл нас убивать вместо Мартина?

– Да!

– Ты дебил.

– Почему?

– Потому что не факт, что это сработает. Может, маньяк наоборот заляжет на дно.

– Это ты мне скажи, братец лис. Заляжет или нет.

– Я не маньяк.

– А я уверен, что обычный умный убийца так бы и поступил. Если бы убивал ради корысти. Но этот мстит. Он нервный. Он не выдержит. Такая статья в газете будет для него как вызов. Если бы он не был психом, то тупилаки бы не оставлял. А он всему миру сообщает, что он мститель. О том, что у сыновей шерифа и его зама предки инуа, не знает только ленивый. Маньяк точно клюнет. Я не удивлюсь, если мы у него и так в списке, просто не на первых местах.

– Когда родители прочитают статью, они нас сами убьют, – усмехнулся Эриш. – Алмош им поможет, а Бретт будет наблюдать с сигарой в зубах.

– Зато нас уже точно от дела не отстранят, – ответил Юстас. – Сейчас придём домой, я напишу статью, а утром отнесу Максу, чтобы он передал в газету.

– Я завтра займусь отработкой тех, кто в городе торгует рогами карибу, раз тупилаки из них изготовлены. Может, среди покупателей найдётся хоть кто-то из фигурантов дела.

– А я попытаюсь найти тайную невесту Пэриса.

– Но убийца – мужик.

– То есть ты считаешь, что это совпадение? У парня была невеста, которую он от всех скрывал, а потом его убили. И невеста не объявилась сама, хотя должна была, если любила его. Вдруг маньяк через неё на него вышел?

– Знаешь что, – Эриш задумался, – помнишь Минди Лэйн? Она гипнозу не поддаётся.

– Это которая писала курсовую по искусству инуа?

– Да. Навести её. Я сказал, что буду обращаться к ней за помощью. Кстати, она небогатая.

– Главное, чтобы она не кидалась на меня, как Келли. Она хоть красивая?

– Она блондинка, а ты же у нас вроде брюнеток любишь.

– Я уже никого не люблю.

– Но она чем-то болеет, заодно вылечишь.

Юстас пришёл к дому Вернеров в половину восьмого утра и столкнулся с Максом в дверях.

– Вот, – и Эскот протянул другу бумагу. – Попроси деда, чтобы это попало в сегодняшнюю «Вечернюю газету».

– Это Эриш сделал так, чтобы Мартин почувствовал себя больным? – просмотрев статью, спросил Вернер.

– Только Марти не говори.

– И что меня остановит?

– Он расстроится.

– Вы считаете, что ему грозит опасность? Это из-за предков инуа?

– Не только из-за них. Эриш кое-что видел, связанное с Марти. Кое-что очень нехорошее. Ему лучше посидеть дома. Это ради его же блага.

– Хорошо, – кивнул Макс. – Но долго обманывать Мартина я не стану. Пока он в самом деле верит в свою болезнь, но потом я не смогу его силой удержать дома. Это не в моих правилах.

– Но он бы тебя послушал.

– Он мой друг, а не подчинённый. Статью я передам, а вы сделайте всё, чтобы преступник был пойман.

– Спасибо. Я обещаю, мы его найдём.

Уже в восемь Юстас был в отделе, где быстро сообщил Алмошу о своих планах и, получив одобрение, взял свою сумку с медикаментами и отправился по адресу, который ему дал брат. Он сразу решил, что не будет признаваться в том, что работает на сыск, а представится знахарем. Дверь ему открыли не сразу, возможно, хозяйка ещё спала, но когда Юстас увидел Минди, то ошарашено замер, не в состоянии вымолвить ни слова. Перед ним стояла Миранда Лауден, только блондинка.

– Ты? – первой опомнилась девушка. – Как ты меня нашёл? Или твой брат всё-таки узнал меня?

– Нет, он не узнал, – ответил Юстас. – Он видел-то тебя всего пару раз и то мельком. Я шёл сюда не к тебе, а к Минди. Мне сказали, что она уже долго болеет, я хотел помочь.

– Разве ты не занимаешься расследованием вместе с братом?

– Немного помогаю, но вообще-то в первую очередь я знахарь.

– Хорошо, проходи.

Миранда пригласила Юстаса в небольшую комнату, в которой из мебели были только кровать, шкаф и стул.

– Почему ты сменила имя?

– Потому что быть Лауден – это значит быть дочерью разорившегося преступника. Мой отец сидит, ты знаешь? Моя мать уехала к каким-то дальним родственникам на юг и стала их домработницей. Дом у нас не отняли, но его надо было на что-то содержать, а таких средств у нас нет, поэтому мы его продали по самой низкой стоимости. Я купила эту квартирку и ещё отложила немного, чтобы закончить учёбу. Лэйн – это девичья фамилия моей матери, а Минди – это один из вариантов моего имени.

– Мне жаль, что так вышло.

– Верю. Я поначалу очень злилась на тебя.

– Я помню.

– Прости за разбитое окно. Потом я поняла, что ты не виноват. Виноват только мой отец. Поэтому я и отказалась от его фамилии. Не хочу иметь с ним ничего общего.

– Чем ты болеешь? Я мог бы помочь.

– У меня малокровие. Сильная слабость, головокружения. Ничего, я просто отдохну и с новыми силами вернусь к учёбе.

– Тебе нужно хорошо питаться. Белок, железо, витамины.

– Я это знаю. Просто не всегда получается.

– Могу порекомендовать тебе средства, за которыми тебе не придётся ходить в аптеку. Кое-что у меня даже есть с собой. Остальное можно купить в Тиере очень дёшево.

– Спасибо, меня трогает твоя забота. А что там с этим убийцей, про которого меня спрашивал твой брат? Мне как-то не по себе от того, что погиб парень с моего факультета.

– Да его уже почти нашли. Этот маньяк наследил во время второго убийства.

– Вот оно что. Это радует. Надеюсь, сыск его скоро поймает, а то страшно в Академию возвращаться.

Когда Юстас уже уходил, Миранда вдруг обняла его и прошептала:

– Спасибо тебе, ты очень хороший.

– Выздоравливай, – ответил Эскот, а Миранда поцеловала его. Юстас ответил на поцелуй, но потом всё-таки отстранил девушку от себя и ушёл, сказав, что спешит.

Выйдя на улицу, Юстас прислонился к стене дома, достал сигареты и закурил. Мысли путались, и надо было срочно привести их в порядок. В подъезде послышались шаги, и Эскот спрятался за угол. Из дома вышла Миранда, и Юстас, повинуясь какому-то инстинкту, последовал за ней. Во время учёбы слежка удавалась ему неплохо, и Эскот надеялся, что Миранда его не заметит. К его огромному удивлению, девушка отправилась не в аптеку или магазин и не в Академию. Не поехала она и в Тиеру за травами по его совету. Миранда пришла к дому, где жил Мартин.

Юстас хорошо помнил о том, что маньяк был мужчиной и что у Миранды, как и у всех однокурсников Пэриса было алиби на время убийства Эммса. Лауден никак не могла быть тем, кого они ищут, но почему она сейчас звонила в дверь дома Вудсов? Мартин сам говорил, что не знает никого с исторического факультета.

Когда Вудс сам впустил Миранду в дом, Эскот еле удержал себя от того, чтобы не подбежать к двери и выдать своё присутствие. Взяв себя в руки, Юстас подошёл к окну первого этажа, где располагалась гостиная, и увидел, как Мартин, виновато улыбаясь, сторонится своей гостьи, очевидно всё ещё веря в свою болезнь и опасаясь её заразить. Миранда достала из сумочки пачку печенья и протянула Вудсу. Они явно вели себя не как люди, которые видят друг друга первый раз в жизни. Если бы ещё Юстас мог услышать, о чём они говорят… Читать по губам получалось очень плохо. Мартин и Миранда сидели в креслах друг напротив друга, а слуга подал им чай. Минут через пятнадцать Эскот заскучал. Лауден не делала ничего противозаконного и в чай Мартину ничего не подсыпала. А ещё через четверть часа Миранда засобиралась домой, и Вудс проводил её до двери. Когда девушка ушла, Юстас решил выяснить у друга, что всё это значит.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросил Мартин, увидев Эскота на пороге своего дома.

– Это ты мне скажи, – ответил Юстас.

– Мне уже лучше.

– Я вижу. Почему ты сказал, что не знаешь никого с исторического факультета?

– Так я и не знаю.

– А девица, с которой ты только что чаи распивал?

– Минди? Так она уже не учится.

– Вообще-то она на последнем курсе истфака. Скажу тебе ещё одну интересную вещь, её настоящее имя не Минди Лэйн, а Миранда Лауден. Помнишь такую?

– Постой. Это та, которая тебе окно разбила?

– Она самая.

– Но она была брюнетка, я хорошо помню.

– Хочешь, расскажу тебе об уникальных свойствах перекиси водорода?

– О чём?

– Сразу видно, что ты учишься на гуманитарном факультете. Будущему управленцу, видимо, такие знания ни к чему. Осветлила она волосы, понимаешь?

– Зачем?

– Марти, ты же сказал, что лучше себя чувствуешь, а говоришь так, будто бы у тебя сильный жар.

– Ты хочешь сказать, что она скрывается от всех?

– Мне она сказала, что хотела перечеркнуть прошлое и избавиться от всего, что связано с её отцом. Отсюда и девичья фамилия матери. А теперь скажи, что вас связывает?

– Мы просто… ну… общаемся. Она очень умная и начитанная. С ней есть о чём поговорить.

– Вы встречаетесь?

– В каком смысле?

– Принеси градусник.

– Зачем?

– Температуру тебе померяем. Марти, что непонятного я спросил? Вы встречаетесь? Вы спите? Она твоя девушка?

– Нет! – воскликнул Вудс с таким видом, будто наступил на змею.

– То есть вы дружите?

– Мы просто общаемся.

– Ты знаешь, что она писала курсовую по искусству инуа?

– Нет. Но она во многих темах разбирается.

– Она знает, что у тебя предки инуа?

– Да, кажется.

– Отлично. Мне ты ничего не говорил, а ей выболтал! Причём мне ты друг, а с ней ты просто общаешься. Ладно бы спал, я бы понял.

– Юстас, я не очень понимаю. Ты хочешь сказать, что она как-то связана с убийством?

– С убийствами, если быть точным. Трупов уже два. Может, и не связана. Мне хочется ей верить, она кажется искренней. Вернее, казалась до тех пор, пока к тебе не пошла. Знаешь что, Марти, не выходи из дома в ближайшие дни. Пожалуйста.

– Но мы уже договорились.

– С Максом? Он поймёт, не переживай.

– Нет, с Минди.

– О чём вы с ней договорились?

– Мы завтра идём в театр. Думаю, что я уже поправлюсь.

– Не ходи.

– Юстас, ты не можешь мне этого запретить. Мне трудно поверить в то, что Минди может быть связана с маньяком.

– Даже после того, что я тебе рассказал?

– Я прекрасно понимаю её. Она многое пережила. У неё же отец – преступник, так?

– Но лучше бы тебе передумать, – сказал Эскот.

Тем временем Эриш пришёл на рынок и, побродив между рядами и еле отвязавшись от настойчивой женщины, предлагавшей ему маринованные грибы, нашёл там торговца-инуа. Среди его товаров были шерсть, кожа и рога карибу. Эскот знал, что рога можно было приобрести и в магазине, но первым делом решил наведаться на рынок, решив, что преступник, скорее всего, приобретал товар именно здесь, где никто не выписывает чеки.

– Доброе утро, – сказал Эриш на языке инуа.

– Доброе! – оживился торговец. – Что желаешь приобрести, друг?

Язык своей матери Эриш знал не очень хорошо, но какие-то элементарные вещи понять и объяснить мог.

– У тебя мой друг рога покупал. Друг-норт. Хорошие, говорит.

– Да, очень хорошие!

– Ты же ему тот раз домой привозил, да?

– Нет, ты попутал, друг. Не домой, мы здесь встречались.

– Мой друг точно у тебя покупал рога? Он такой худой маленький рыжий и с усами.

– Нет, ты ошибся. Тот норт был блондином и без усов. И совсем не худой. Большой такой, крепкий.

– С родинкой, что ли, на носу?

– Какой родинкой? Не было у него никакой родинки! Шрам у него на щеке!

– Значит, это был не мой друг, – вздохнул Эриш.

– Так ты рога будешь покупать?

– Буду, но не сегодня. Хотя… а шрам был на левой щеке?

– На левой.

– Ладно, я к тебе на днях зайду, готовь рога.

Эриш зашагал к выходу и снова едва не нарвался на ту женщину с грибами. Обойдя её лоток, он направился к телефонной будке и набрал номер Иши.

– Будь добр, узнай у Анылги, был ли у того норта, который к нему приезжал, шрам на левой щеке, – попросил Эскот. – Я тебе перезвоню через полчаса.

– Всё сделаю, – ответил сыщик и повесил трубку.

Эриш выкурил сигарету и отправился во дворец правосудия, откуда снова позвонил Иши. Шаман вспомнил, что шрам действительно был.

– У нас есть отличительная примета маньяка, – сказал Эриш Алмошу. – Шрам на левой щеке. А ещё он крепкий и рослый. И блондин.

– Марти завтра идёт в театр с Мирандой! Надо что-то делать! – выпалил влетевший в кабинет Юстас.

– Это ты сейчас так предлагаешь нам всем пойти в театр? – спросил Алмош.

– Я завтра не могу, – проговорил Купер, который пил кофе с вафлями. – У меня планы.

– Нет, вы не понимаете! – воскликнул Юстас.

– Братец тукан, объясни нам тугодумам, – попросил Эриш.

– У Миранды есть шрам на левой щеке? – выслушав подобный рассказ Эскота, поинтересовался Алмош.

– Нет.

– Тогда она не очень похожа на предполагаемого маньяка. Даже если она рослый и крепкий блондин.

– Она женщина.

– Ты уверен? А то, знаешь ли, я в своё время всякого насмотрелся.

– Уверен. Я проверял.

Купер поперхнулся кофе.

– Тут я могу подтвердить, он проверял, – сказал Эриш. – Ещё давно. Братец её лечил от чего-то венерического.

– Но она же может быть связана с маньяком! – не унимался Юстас.

– Надо было проследить за ней от дома Мартина, – проговорил Алмош. – Но вообще у тебя ещё есть шансы. Иди и попробуй установить круг её общения.

Эскот всё же упустил Миранду. Когда он снова пришёл к ней домой, её не было на месте, а это означало, что, расставшись с Мартином, она могла встретиться с кем угодно, включая рослого блондина со шрамом. Юстас стоял перед квартирой и ругал себя последними словами, когда услышал шаги в подъезде. Эскот быстро поднялся на второй этаж и, выглянув на лестницу, увидел, что это пришла соседка Миранды. Подождав, пока пожилая женщина скроется за дверью, Юстас вернулся обратно. Подумав ещё пару секунд, он достал из кармана перчатки и отмычку. Вскрыть замок в квартире Миранды оказалось нетрудно. Эскот зашёл внутрь. Он сам не знал, что именно хотел найти. Конечно, было бы идеально обнаружить у неё под подушкой фотографию парня со шрамом, но Юстас на это не рассчитывал. Наоборот, он очень хотел, чтобы Миранда не была в этом замешана, а её знакомство с Мартином оказалось лишь совпадением. Не найдя в шкафу ничего особенного, Эскот прошёл на кухню. На полочке рядом с банками с солью и сахаром стоял пузырёк со снотворным. Конечно, Миранда могла принимать его по рецепту врача, у неё вполне могли быть проблемы со сном, но это было уже второе совпадение. Хотя, если считать интерес к искусству инуа, то третье. Юстас изучил состав лекарства и понял, что он совпадает с тем, которое было обнаружено в крови Пэриса. Эскот ознакомился с экспертизой Уилкинса ещё вчера вечером. Поставив пузырёк на место, Юстас покинул квартиру и снова поднялся на второй этаж.

Очень скоро вернулась Миранда. В руках у неё был пакет из аптеки, но Юстаса это не успокоило. Лауден всё равно могла с кем-то увидеться, а по пути домой зайти в аптеку. Эскот просидел на лестнице до вечера, но Миранда больше не выходила. Когда наступили сумерки, в подъезд зашёл Эриш.

– У неё точно такое же снотворное, братец, – прошептал Юстас.

– Иди домой, а я подежурю эту ночь, – ответил Эриш. – Если она вдруг куда-то пойдёт, прослежу. Кстати, вышла газета с твоей статьёй.

– И ты мне после этого советуешь идти домой? Да меня твой отец на порог не пустит.

– Если твои догадки насчёт Миранды верны, то не мы станем следующей жертвой, а Марти, как я и говорил. И этот их совместный поход в театр не случаен.

– Значит, завтра мы пойдём в театр?

– Ты думаешь, его прямо в зрительном зале убьют? Это даже для маньяка слишком. Мы будем ждать их на выходе и проследим.

– Нет, давай сделаем так. Ты пойдёшь в театр для подстраховки, а я буду ждать на улице.

– Кто из нас логичнее будет смотреться в театре: я или ты? Да и не должна Миранда нас там видеть.

– Хорошо, – вздохнул Юстас. – Я пойду в театр, но сделаю так, чтобы Миранда и Мартин меня не видели, а я их буду видеть.

– Это как? Спрячешься за кулисами?

– Нет, в ложе губернатора. Он меня знает, я ему всё объясню.

– Губернатору? А он там будет?

– Если его там не будет, тем проще. Но вообще я видел афишу, завтра премьера оперы «Куртизанка».

– Маслоу интересуется куртизанками?

– Вот ты дурной, братец лис. Губернатор обычно посещает премьеры.

– Он очень тебе обрадуется, – хмыкнул Эриш.

– Сам говорил, что я обаятельный.

– Иди домой, обаятельный. Я буду следить за Мирандой, завтра увидимся у театра. Утром расскажи обо всём в отделе. И вот ещё что. Макса предупреди.

– Я и сам собирался.

– Солнца в дорогу.

Когда Юстас пришёл в «Элизиум», и Шенди, и Линуш были уже дома. Оба сидели в гостиной и явно ждали возвращения сыновей. На журнальном столике лежал свежий выпуск «Вечерней газеты».

– Я не буду спрашивать, как вам это удалось, – проговорил шериф. – Меня интересует только одно. Что ты предпочитаешь: работать сельским доктором или заниматься драками между работниками плантаций?

– Ни то, ни другое, – ответил Юстас. – А с чего вообще такой выбор?

– С того, что ты поедешь на плантацию. А твой брат пусть охранником устраивается там же. Там особые мозги не нужны. Их у него, судя по всему, нет.

– Ну, знаешь! В таком случае их нет и у того, кто нам помог статью опубликовать. Но я бы с этим поспорил, он столько лет был помощником губернатора.

– Тебе бы о нём с твоим дедом поговорить, он много весёлого расскажет о мозгах дяди Мике. Где Эриш?

– Следит за подозреваемой.

– То есть он не придёт ночевать?

– Нет. И завтракать тоже.

– Значит так. Если утром обнаружат третий труп, вы с Эришем будете отстранены от дела. Если нет, то продолжайте.

– Ты же не всерьёз про сельского доктора?

– Чем тебе не нравится эта перспектива? – с улыбкой спросил Линуш.

– Здесь от меня будет больше пользы.

– Ну, посмотрим.

Юстас решил не дожидаться следующего дня и позвонил Максу. Быстро обрисовав ситуацию, он добавил:

– Было бы неплохо, если бы ты тоже пошёл в театр. Для тебя же не проблема билеты достать?

– Ты хочешь, чтобы я подстраховал тебя?

– Да, потому что я уверен, что билеты покупал Марти, а значит, они будут сидеть в партере или амфитеатре. Я буду наблюдать из ложи и хочу, чтобы ты был ближе к ним. Не думаю, что Марти удивится, увидев тебя.

– Хорошо, я буду там.

– Тогда до завтра.

Закончив разговор с Вернером, Юстас набрал номер своего преподавателя Юджина Арде.

– Охранное агентство «Ангел и Волк», – услышал он в трубке приятный женский голос.

– Я бы хотел поговорить с господином Арде. Это его студент Юстас Эскот.

– Минуточку. Сейчас я вас соединю.

– Добрый вечер, Юстас, – раздался голос Юджина. – Чем могу помочь?

– Скажите, вы же наверняка точно знаете, идёт ли завтра губернатор на премьеру в оперу?

– У Маслоу нет предков среди инуа, и давай не будем их искать.

– Юджин, вы не так поняли. Губернатору ничего не грозит, я надеюсь. Но там будет другой человек, у которого эти предки как раз есть. Мне нужно за ним проследить так, чтобы он меня не видел. Могу я сделать это из ложи губернатора?

– Можешь. Я предупрежу Гаяша, он завтра будет в опере вместе с губернатором. Подожди их на парковке, они проведут тебя в театр вместе с собой.

– Гаяш? Не вы?

– Я очень хочу на премьеру «Куртизанки», но у меня завтра другая работа. Я надеюсь, Гаяш мне потом всё подробно расскажет. Ну, если не уснёт во время представления, конечно.

Юстас представил храпящего рядом с губернатором Гаяша и не смог сдержать улыбку.

Следующим утром Эскот встал пораньше, заскочил в круглосуточную пекарню, купил целый пакет пончиков и кофе и поспешил к дому, где жила Миранда. Эриш обнаружился на улице, он курил, прислонившись к стене.

– Держи, – Юстас протянул брату стаканчик кофе.

– Спасибо. А пончики все мне?

– Нет, это в отдел. Хочу Алмоша задобрить.

– Думаешь, он любит пончики?

– Все любят пончики.

– Возможно, – Эриш взял один.

– Миранда куда-нибудь выходила?

– Нет.

– А ты спал?

– Нет.

– Твой папа хочет, чтобы ты стал охранником на плантации.

– У нас с ним разные взгляды на моё будущее.

– Я помню, ты слесарем хочешь стать. Но вообще родители дали нам добро. Так что вечером встречаемся у театра. Макс тоже будет.

Выкурив сигарету вместе с братом, Юстас отправился в отдел. Не дожидаясь, пока Алмош начнёт ругать его за статью, Эскот объявил:

– А я вам свежих пончиков принёс! – и поставил пакет на стол перед Алмошем.

– Лично я принимаю твою взятку, – сказал Джулиан и полез в пакет.

– Алмош, скушайте пончик, – проговорил Юстас.

– Да, Алмош, скушай пончик, – повторил Купер и взял себе сразу парочку.

– Судя по тому, что ты всё ещё здесь, шериф дал тебе шанс, – наконец произнёс Алмош. – А брат твой где?

– Следит за Мирандой. Мы вечером идём в театр.

– Вы оба?

– Эриш будет снаружи ждать, а я уже договорился, меня в губернаторскую ложу проведут.

– Вот что значит быть Эскотом, – задумчиво проговорил Джулиан, откусив от пончика.

– Вообще-то я Юджина попросил. Это не потому что я Эскот. Юджин – мой препод.

– Там будет Юджин?

– Не, там будет Гаяш. Кстати, тоже мой препод.

– Я ему сочувствую, – вздохнул Алмош.

– А Мартин в курсе? – поинтересовался Джулиан.

– Нет. Только Макс.

– Он тоже будет в театре?

– Ага.

– У меня уже ощущение, что посмотреть оперу туда идёт только Мартин.

– Не, ещё губернатор. Этой ночью точно никого не убили?

– Сплюнь, – ответил Алмош.

– Просто если убили, то я еду на плантацию работать сельским доктором.

– Неплохая идея. А сейчас садись и пиши отчёт за себя и брата. Пусть Купер тебя проконтролирует.

– Я с радостью, – оживился тот. – Очень вкусные пончики.

– А Бретт читал газету? – поинтересовался Юстас.

– Если ты станешь сельским доктором, то я, видимо, бродячим актёром, – ответил Алмош.

– Мне проще, – улыбнулся Джулиан. – Я в цирк вернусь. Хотя с тобой и твоим братом никакой цирк не нужен.

III

– Юдж сказал, что в театр надо провести сыщика, – проговорил Гаяш, глядя на Юстаса.

– Правильно, – кивнул Эскот. – Это я.

– Какие-то проблемы? – поинтересовался вышедший из машины Маслоу.

– Огромные, – ответил Гаяш.

– Этот молодой человек не похож на большую проблему, – сказал помощник губернатора Ларсон.

– Поверьте, он не тот, кем кажется, – вздохнул амарго. – Это, кстати, Юстас Эскот.

– Я узнал, – кивнул Маслоу. – Так вы уже сыщик?

– Практикант.

– Что ж, идёмте.

– Вы не будете возражать, если я послушаю оперу в вашей ложе?

– Похоже, вы не оставите мне выбора.

Юстас не то чтобы боялся губернатора, скорее, он испытывал перед ним какой-то священный трепет. Прежде чем занять этот пост, Маслоу был шерифом, а до этого возглавлял спецотдел, в котором служили Шенди и Линуш. В молодости Маслоу считался одним из лучших агентов Айланорте, и Эскот сейчас даже гордился тем, что может вот так запросто с ним разговаривать.

– Если ты что-нибудь выкинешь, я тебя сам выкину прямо в зал, – громко прошептал Гаяш.

– Стойте! – Юстас вдруг схватил губернатора за руку, от чего на него ошалело посмотрели все трое: Маслоу, Ларсон и Гаяш.

– Ты обалдел? – первым отмер амарго.

– Меня не должны видеть те двое, – Эскот спрятался за широкой спиной Гаяша.

Когда Мартин и Миранда зашли в здание театра, Юстас вздохнул с облегчением.

– Теперь нам можно двигаться, господин Эскот? – поинтересовался губернатор.

– Мне бы ещё с Эришем повидаться, – ответил тот. – А вот и он.

Брат действительно не спеша направлялся прямо к ним.

– Миранда кроме как на встречу с Мартином, никуда не ходила, – доложил Эриш, поздоровавшись со всеми присутствующими.

– Юдж меня тем более не предупреждал, что здесь будут оба Эскота, – проговорил Гаяш.

– Вас тоже надо провести в мою ложу? – задал вопрос Маслоу.

– Нет, я на улице подожду, – улыбнулся Эриш. – Юстас мне потом оперу сам споёт.

– Хорошего вам вечера, – проговорил губернатор и собрался идти ко входу в театр.

– Ты обедал? – спросил Юстас брата.

– Конечно, нет.

– Давай, я тебе в антракте принесу бутерброд из буфета.

– Разве вы не боитесь быть замеченным? – обернувшись, спросил Маслоу.

– Боюсь.

– Тогда, Эриш, вам господин Ларсон принесёт бутерброд. Да, Эдгар?

– С удовольствием, – кивнул помощник.

– Ему с ветчиной, – сказал Юстас.

Эриш только хмыкнул, а Гаяш прикрыл лицо ладонью. Губернатор вместе с помощником и телохранителем прошли в театр и заняли место в ложе, куда за ними последовал и Юстас. Он встал чуть позади Гаяша, чтобы оказаться в тени, но при этом хорошо видеть зал. Эскот нашёл Мартина со своей спутницей почти сразу. Они сидели на предпоследнем ряду партера ближе к проходу. Юстас понимал, что вряд ли Лауден что-то сделает во время представления, но меньше нервничать всё равно не выходило. Вскоре Эскот увидел и Макса, который сидел на первом ряду амфитеатра.

– И кто из этой парочки маньяк? – шёпотом спросил Гаяш, когда заиграла увертюра.

– Надеюсь, что никто, – ответил Юстас.

– Пацан не очень похож на маньяка.

– Это мой друг.

– То есть вы ловите не маньяка, а маньячку?

– Если бы я знал. Она может быть с ним связана, понимаете?

– Лучше, чем ты думаешь. Но вообще некоторые бабы могут быть ещё теми маньяками. Похуже мужиков. Лично таких встречал.

– Статистически маньяки чаще мужчины.

– Это твоя статистика ерунда, как и теория вероятности. Ты же знаешь, как именно я познакомился с твоим отцом? Какова была вероятность, а? И смотри, где мы сейчас.

Гаяш познакомился с Линушем в камере. Амарго отбывал срок по сфабрикованному обвинению в убийстве, а отец Юстаса попал в тюрьму за превышение допустимой самообороны. Линуш мог бы этого избежать, если бы признался на суде, что он был агентом шерифа. Он этого не сделал и, выйдя по амнистии, продолжил свою работу. Линуш говорил, что Гаяш спас его в тюрьме, и не раз, за что Юстас был ему очень благодарен.

– Я бы очень хотел, чтобы Миранда не была в этом всём замешана, – вздохнул Эскот.

– На сколько процентов ты уверен в том, что она замешана? Только честно.

– Процентов на шестьдесят.

– Значит, она замешана.

– Почему вы так думаете?

– Потому что ты сын своего отца. Я знаю только одного человека, кроме Юджина, у которого так развито внутреннее чутьё. Это Линуш Эскот.

– Как человек, который прекрасно знает их обоих, могу лишь подтвердить, – проговорил Маслоу. – А теперь позвольте нам насладиться премьерой.

– Извините, – улыбнулся Юстас. – И спасибо.

– Тут когда-то теракт был, – где-то через четверть часа прошептал Гаяш, широко зевнув.

– Это вы так меня поддерживаете? – отозвался Эскот.

– Это я пытаюсь не уснуть стоя, как боевой конь.

– Вам опера совсем неинтересна?

– Мне Юдж рассказал сюжет. Бабу жалко, конечно, но это всё можно было за час сыграть. И без пения. Поют они хорошо, но долго и нудно.

Когда наступил долгожданный для Гаяша антракт, Маслоу напомнил Ларсону, что тот обещал вынести Эришу бутерброд. Эдгар тут же поспешил в буфет.

Эриш сидел на ступеньках оперы и любовался закатом. Он совершенно не жалел о том, что был сейчас здесь, а не на представлении. Эскот внимательно рассматривал всех, кто пришёл в театр после Миранды и Мартина, но среди посетителей не было никого со шрамом на щеке.

Где-то через час с лишним из дверей вышел Ларсон и заботливо протянул Эришу бутерброд на маленькой картонной тарелочке. Ветчины повар явно пожалел, а вот петрушки, которая лежала сверху, было как раз вдоволь.

– Спасибо. Сколько с меня? – спросил Эскот.

– Обижаешь, – улыбнулся Эдгар. – Ешь давай.

– Сколько действий в этой опере?

– Три. Могу в следующий антракт принести тебе чай. Ну, или бренди.

– Бренди был бы очень к месту.

– Тебе этот бутерброд на один укус, я смотрю. Я тебе ещё принесу. И бренди.

– Спасибо. Юстас там не сильно достаёт Гаяша?

– Они оба хороши, – усмехнулся Ларсон. – Ладно, я побежал, а то уже третий звонок.

Эдгар сдержал обещание и в следующий антракт вышел с ещё одним бутербродом и стаканчиком, на дне которого плескался бренди.

– Больше здесь не наливают, – виновато проговорил Ларсон.

– В зале тихо? – спросил Эриш.

– Ваш друг, кажется, ничего не подозревает и получает удовольствие от вечера. Ты отдыхай, а мне ещё надо цветы купить, – и Эдгар поспешил к ближайшему цветочному ларьку.

– Как там братец? – спросил Юстас, когда Ларсон вернулся с пышным букетом роз.

– Выглядит так, будто вид ночного неба для него намного интереснее оперы.

– Чистая правда, – улыбнулся Эскот.

Когда после окончания третьего действия отгремели аплодисменты, губернатор вместе с помощником и телохранителем отправился в гримёрку к приме, чтобы поздравить её с премьерой, а Юстас не сводил взгляда с Мартина. К его огромному удивлению, они с Мирандой не пошли к выходу, а направились к служебным помещениям. Цветов у Вудса не было, значит, они точно шли не приму поздравлять. Эскот заметил Макса, который тоже следил за другом, и помахал ему рукой.

– Иди, скажи Эришу, что происходит, – попросил Эскот. – Он на улице ждёт. А я за ними.

Миранда провела Мартина мимо надписи «сцена» и стрелочки, указывающей направление. Юстас почти перестал понимать, что происходит, но пошёл за ними.

– Ух, ты! Я всегда мечтал посмотреть на это изнутри! – услышал он восторженный возглас Мартина.

Может, всё было совсем не так, как нафантазировал себе Эскот? Может, у Миранды просто были какие-то старые связи в опере, и она решила воспользоваться ими и показать парню, который ей нравился, как выглядит театр за кулисами? Юстас вжался в стену и затаил дыхание. Мартин ей действительно нравился? Но к чему тогда был тот поцелуй? Вот ревность была сейчас совсем некстати. Эскот мысленно выругался.

– Ты когда-нибудь пил чай в театральной подсобке? – спросила Миранда.

– Никогда, – ответил Мартин.

– А хочешь? У меня здесь приятель подрабатывает монтажником сцены. Он нас угостит.

– Как-то неудобно. Мы ему не помешаем?

– Всё удобно. Он только будет рад гостям. Идём?

– Идём.

Юстас сейчас был готов поставить что угодно на то, что у приятеля Миранды был шрам на левой щеке, и сам пугался этой мысли. Лауден повела Мартина в подсобку, и Эскот снова пошёл за ними. Подойдя к закрытой двери, за которой скрылся его друг, Юстас прислушался.

– А я Брэд, – представился кто-то, и этот голос смутно показался Эскоту знакомым.

– Это вы монтировали декорации к этой постановке? – поинтересовался Мартин.

– Ага, я. Минди, ты наливай чай, не стесняйся.

Где же он раньше слышал этот голос? Знакомых Брэдов у Юстаса почти и не было. Если только этот парень тоже не назвался другим именем, как и Миранда. С другой стороны, Эскот никого не знал со шрамом на щеке.

– Еле тебя нашёл, – послышался рядом голос Эриша.

– Тише, – Юстас приложил палец к губам. – Они там чай пьют.

– Чай пьют? Со снотворным вместо сахара?

– Мы не можем просто так ворваться без доказательств. Ты же знаешь.

– Мы ждём, пока Мартину начнут перерезать горло, я правильно понимаю? – спросил подошедший Макс.

– Вы оба так уверены в том, что Миранда привела Марти к маньяку? – удивился Юстас.

– Мы оба верим тебе, – пожал плечами Эриш.

– Вы спятили? Я сам себе не верю. А вот твоему предвидению – да. Чёрт, голоса Марти больше не слышно.

Юстас дёрнул ручку двери, но она оказалась заперта изнутри.

– Я могу выломать, – предложил Эриш.

– Я сейчас открою, – ответил Юстас, достав отмычку.

– Выломать быстрее.

– Заткнись, братец.

Юстас быстро справился с замком, и они втроём ворвались в подсобку. Мартин сидел на табуретке, прислонившись к стене, и, похоже, спал. Миранда стояла у открытого окна и смотрела вниз. Эриш подбежал к ней и, оттолкнув, выглянул на улицу. Во внутреннем дворике было темно, хоть глаз выколи.

– Сбежал, гад, – произнёс Эриш.

– Зато Марти цел, – сказал Юстас, убедившись, что их друг в самом деле просто крепко спал.

– Говорил, надо было ломать.

– Он бы всё равно выпрыгнул. Кстати, Миранда, ты арестована по подозрению в двух убийствах и в одном покушении.

– У вас наручники-то есть? – поинтересовался Макс.

– У меня есть, – кивнул Эриш, доставая их из кармана. – Ваши ручки, госпожа Лауден.

Миранда выглядела настолько растерянной, что её даже было жалко.

– Кто был здесь с тобой? – спросил Юстас.

– Брэд, – ответила девушка.

– А фамилия у него есть?

– Нет.

– А шрам на щеке?

– Я не буду больше ничего говорить.

– По закону она действительно имеет право хранить молчание, – проговорил Макс.

– Побудьте здесь, я позвоню Алмошу, – сказал Юстас. – Пусть приедут сюда на машине. И Марти тоже надо забрать и кровь у него взять на экспертизу. И чай ещё этот.

– Почему ты её не допросишь, как умеешь? – спросил Вернер, когда Юстас ушёл.

– Потому что она как ты, – ответил Эриш.

– Эта девушка определённо мстит Юстасу. У её сообщника тоже должны быть свои причины, не находишь?

– Нахожу. Но если этот парень работает в театре, то мы скоро узнаем его имя, фамилию и адрес, и всё станет ясно.

Юстас подумал точно так же, поэтому после звонка Алмошу он отправился прямиком к директору театра. Представившись, Эскот сразу перешёл к делу и поинтересовался монтажником сцены со шрамом. Директор отвёл Юстаса в отдел кадров и, открыв кабинет своим ключом, и, покопавшись в папках с личными делами, нашёл нужное. Парня, представившегося Брэдом, на самом деле звали Брендан Мэдс.

– Так вот откуда я знаю его голос, – пробормотал Юстас. Это был тот самый бывший воспитанник «Эсколар», который поклялся отомстить Эскотам за убийство человека, которого он считал своим отцом. И тот факт, что Киннер оказался педофилом, его не смущал. Брендана арестовали при попытке убить Юстаса и отправили в колонию. Значит, он вышел. Шрама у него, правда, в ту пору не было.

Эскот вернулся в подсобку и сообщил друзьям о том, что узнал. Миранда переменилась в лице, но продолжала молчать.

– Как же вы нашли друг друга? – спросил Эриш. Лауден не ответила. Она отказалась говорить и тогда, когда её привезли во дворец правосудия, и Алмош отправил её в камеру. Прибывший в сыск Уилкинс привёл Мартина в чувства, и тот очень удивился, обнаружив себя в лаборатории. После записи его показаний, Макс забрал своего друга домой.

– Разумеется, искать Брендана по адресу его проживания бесполезно, – проговорил Алмош, когда снова встретился с Эскотами в отделе. – Но пойти туда с обыском необходимо. Эриш, это я поручаю тебе.

– Почему не мне? – спросил Юстас.

– Потому что ты пойдёшь к Миранде и будешь пытаться её разговорить. У неё может быть важная информация, которая поможет нам понять, где скрывается Брендан.

– Вы думаете, что мне она может всё рассказать?

– Из нас троих только ты проверял, что она женщина. К тебе у неё явно доверия больше. Иди. А ты, Эриш, проведёшь обыск и домой, спать. Отчёт завтра.

Юстас зашёл в камеру к Миранде и молча сел рядом с ней. Девушка бросила на него короткий взгляд и отвернулась.

– Понимаю, вы не ожидали, что именно мы будем вести это дело, – проговорил Эскот. – Всё пошло не так, когда я тебя узнал.

– Я думала, ты мне веришь, – тихо сказала Миранда.

– Да я и верил. Я даже сейчас продолжаю верить.

– Но почему тогда?..

– Из-за Мартина. Мы очень испугались за него.

– У вас разве были на то причины?

– Были. Ты знаешь, что Эриш иногда видит то, чего нет, но то, что может быть или было когда-то?

– Нет. Хотя… Он ведь внук шамана, так?

– Так. Эриш увидел Мартина с перерезанным горлом, поэтому мы сделали всё, чтобы этого не произошло.

– А статья в газете?

– Я сам её написал.

– Что ж. Значит, так распорядилась судьба. Уходи, я не хочу тебя видеть.

– За что вы убили тех парней? Разве они вам сделали что-то плохое?

– Если бы вы нам не помешали, то сыщики могли бы принять это за серию. Далеко не всех маньяков ловят.

– То есть в ваших планах было убить и меня тоже?

– Сначала Мартина, чтобы ты познал, что такое потеря. Потом тебя, чтобы Эриш тоже это понял.

– Эриш-то тебе что сделал?

– Мне ничего, а … – Миранда снова замолчала.

– Да, он убил Киннера, которого любил Брендан. Вернее, он заставил Киннера застрелиться. Но мне казалось, ты знала, что тогда произошло. Если бы Эриш этого не сделал, Киннер изнасиловал бы меня, а потом убил. Кстати, Брендан не боялся, что Марти его узнает?

– Мартин его не узнал.

– Ну, да, он его почти не знал. Видел только мельком. А тут ещё и шрам. Откуда он у него, не знаешь?

– В колонии его чуть не убили, когда узнали его историю. Для заключённых связь с педофилом – это как красная тряпка для быка.

– Значит, Брендан вышел ещё большим отморозком, чем был.

– Не говори так. Ты его не знаешь.

– Ну отчего же? У меня тоже есть шрам на память от него. Показать? – и Юстас начал расстёгивать рубашку. – Смотри. Меня тогда спас лишь случай. Одежда смягчила удар, а нож пришёлся прямо по рёбрам.

– Ты сказал, что продолжаешь мне верить, – вдруг проговорила Миранда. – Я не очень понимаю. Чему ты веришь?

– Тому, что ты никого не убивала. И даже не хотела. Всё сделал Брендан, а ты лишь подсыпала снотворное в чай Пэрису и Мартину.

– Не только. Я рассказала Брендану о тупилаке.

– Он сам их вырезал?

– Да. У них в колонии было что-то вроде художественного кружка, и Брендан занимался скульптурой. Оказалось, что и резьба у него неплохо получается.

– Почему ты не сбежала вместе с ним?

– Там высоко. Я боюсь высоты.

– А он тебя бросил.

– Кажется, я попросила тебя уйти.

– Но я же прав. Он тебя бросил. Как Стэн тогда. Как твой отец.

– Замолчи! – Миранда ударила Юстаса по лицу.

– Сама знаешь, что это правда, – Эскот дотронулся до горящей огнём щеки.

– Уходи.

– Брендан тебя бросил, а ты его защищаешь. Глупо. Он ведь тебе не поможет. А я помогу.

– Не ври. Не поможешь ты мне. Мне никто уже не поможет.

– Ошибаешься. Ты забыла, чей я сын? Можно же повернуть дело так, что Брендан тебя будто бы заставлял ему помогать. И что ты вообще не знала о его планах убивать свои жертвы.

– Ты просто хочешь выудить у меня нужную информацию.

– Конечно, хочу. Я хочу, чтобы этот отморозок сел навсегда. А ещё лучше будет, если его приговорят к смертной казни. Он жестоко убил двух человек и собирался продолжать убивать. И тебя подставил. Просто использовал.

– Ты тоже меня используешь.

– Но ты мне правда нравишься. Ты, наверное, уже забыла, но я подходил к тебе на балу. Это же было не просто так, а потому что ты мне понравилась. Помнишь, что потом произошло в доме Стэна? Та самая надпись. Это был я.

– Ты? Как это? Это ты был тем парнем, оставлявшим хвосты?

– Я. И в дом Стэна я полез специально, чтобы отомстить за тебя. Чуть не попался.

– Но зачем ты вообще оставлял эти хвосты?

– Хотел стать лучшим, – усмехнулся Юстас. – Дурак был. Но о том, что написал тогда Стэну, не жалею. Поэтому и сейчас я верю, что ты не убийца. Ты просто запуталась и связалась не с тем человеком. Я очень хочу тебе помочь и вытащить отсюда. И я чувствую свою вину перед тобой. Причём я же знаю, что твой отец был преступником, но всё равно… лучше бы это был не я тогда.

Миранда смотрела на него широко распахнутыми глазами. Тушь на ресницах размазалась, и от этого глаза почему-то казались ещё больше. Юстас поцеловал её. Миранда не оттолкнула его, а ответила на поцелуй.

– Когда всё закончится, я заберу тебя из твоей квартирки, – прошептал Эскот.

– Ты правда поможешь мне?

– Конечно.

– Я не знаю, где скрывается Брендан. Но он говорил, что потом, когда его месть свершится, он уедет жить к инуа. Не знаю, то ли это я на него так повлияла своими рассказами, то ли он и раньше об этом думал. Больше я ничего не знаю, правда.

– Спасибо тебе, – сказал Юстас и снова поцеловал её.

Покинув камеру, Эскот направился в отдел, где его ждал Алмош. Не дойдя до кабинета, он остановился в коридоре и прислонился к стене. Эриш всё-таки был прав: врать у него всегда получалось хорошо. Вот только куда потом девать то, что называлось совестью? Собравшись с мыслями, Юстас зашёл в отдел и сообщил Алмошу и Джулиану, который тоже был там, о предполагаемых планах Брендана.

– Я свяжусь с Иши, – кивнул амарго. – А ты ступай домой.

– Мне нужно будет писать отчёт о допросе?

– Нет. Иди уже. И рубашку застегни. Ночи сейчас прохладные.

Уже в коридоре Юстаса догнал Джулиан.

– Послушай, у тебя есть два варианта, – проговорил Соро.

– О чём вы? – не понял Эскот.

– Ты можешь напиться. Это глупо, но помогает. А ещё ты можешь попросить помощи у Колина Локстона. Он же дядя твоего друга, не так ли? Он очень хороший адвокат, и на него работают такие же замечательные специалисты. Конечно, твоей стипендии на его услуги не хватит, но у тебя же есть свой счёт в банке. Ты же Эскот. А теперь иди домой спать.

– Вы…

– Не надо ничего говорить. За умение получать нужную информацию меня когда-то Граф у сыска выкрал. Ты же слышал о Графе? Тот самый глава синдиката. Всё, ступай.

Юстас оказался дома раньше Эриша. Звонить Колину Локстону было уже поздно, за окнами была ночь, поэтому Эскот решил, что сейчас вполне может воспользоваться первым советом Джулиана. Чтобы его не обнаружили родители, Юстас взял бутылку текилы из бара и отправился с ней в их с братом комнату.

Когда вернулся Эриш, бутылка опустела уже на треть. Брат взял её из рук Юстаса, сделал пару глотков прямо из горла, а затем молча направился к двери вместе с бутылкой.

– Эй, верни! – возмутился Юстас.

Тебе уже хватит, – спокойно ответил Эриш. Юстас хотел его остановить, но запнулся ногой за ковёр на полу и едва не упал. Хмыкнув, Эриш унёс бутылку в бар и вернулся в комнату, обнаружив Юстаса сидевшим прямо на полу.

– Хочешь моё мнение? – проговорил Эриш, сев рядом.

– Нет.

– Она того не стоит.

– Ты нашёл что-нибудь у Брендана?

– Ещё два тупилака.

– Это для нас с тобой. Тот, который был для Марти, он, наверное, унёс с собой.

– Они нас тоже планировали убить?

– Да. Он планировал.

– Она, скажешь, нет?

– Если я найму ей адвоката, я буду выглядеть жалким?

– Твои деньги, твоё дело, как их тратить.

– Это ведь работа моей мечты. Почему же это так…

– Ты ещё можешь переквалифицироваться в сельского доктора.

– Нет, братец лис. Я, конечно, талантливый знахарь…

– И очень скромный.

– Но сыщик я тоже хороший.

– И очень скромный.

– Дурак, – Юстас хотел отвесить брату подзатыльник, но промахнулся и завалился на пол.

– И тебе доброй ночи, – сказал Эриш и, не раздеваясь, забрался на свой ярус кровати.

Ночью Юстас встал в туалет и обнаружил, что его брат не спит, а сидит на подоконнике, уставившись на фонарь дома через дорогу.

– Ты прошлую ночь не спал, и это вошло у тебя в привычку? – зевнув, проговорил Юстас.

– Ты куда-то шёл? Вот и иди.

Вернувшись из туалета, Юстас всё-таки подошёл к Эришу.

– Так и будешь тут сидеть? Может, сам себя загипнотизируешь?

– Будешь приставать, загипнотизирую тебя.

– Могу приготовить тебе снотворное. С валерьянкой и пустырником.

– Иди спать, а.

– Братец лис, я же не идиот.

– Да? А похож.

– Я знаю, что тебе что-то приснилось. Ты не идёшь спать, чтобы снова это не увидеть. Выкладывай.

– Достал, – Эриш слез с подоконника и пошёл к кровати.

– Значит, тебе проще увидеть это ещё раз, чем рассказать мне. Значит, это, скорее всего, связано со мной. Лучше тебе всё-таки рассказать. Предупрежден, значит вооружён. Марти же мы спасли.

– Я в тебя стрелял.

– Ну, это ещё не самое страшное.

– Когда в тебя стреляет один из лучших стрелков Айланорте?

– Вот ты тоже у нас очень скромный.

– Ты ещё будешь спорить?

– Нет, я не буду спорить. Ты лучший стрелок. У тебя это в крови. Но ты же, наверное, только делал вид, что стреляешь?

– Нет. Я стрелял в тебя.

– Может, холостыми? Или из пневматики?

– От пневматики столько крови не бывает.

– То есть ты попал…

– А были варианты, что не попаду?

– Знаешь, братец, мне кажется, это просто кошмарный сон. Это никакое не предвидение. Ты ни за что не стал бы в меня стрелять. Ты сам это прекрасно понимаешь. Ложись спать и забудь об этом.

К счастью для Эриша, сон не повторился. Прибыв утром в отдел, он сел писать отчёт об обыске в квартире Брендана, а Юстасу пришлось заняться теми папками, которые ему всучил Купер ещё в первый день практики.

– А Миранда ещё здесь? – через некоторое время спросил Юстас.

– Её должны были уже перевести в КПЗ, – ответил Алмош.

– Я отойду позвонить.

– Ты можешь позвонить из кабинета Бретта.

– Но…

– Его всё равно нет, он сегодня задерживается. А потом будет большое совещание у шерифа. Скорее всего, Бретт вообще сегодня в отделе до ночи не появится.

Юстас прошёл в кабинет начальника отдела, вспомнив, как уже бывал здесь, чтобы оставить хвост. Улыбнувшись, он набрал номер адвокатской конторы Локстона.

– Вот что, Эриш, – проговорил Алмош, – нам нужны подписи на этих протоколах. Это касается Лауден и её учёбы в Академии. Сходите с братом.

– Сейчас?

– Сразу как сдашь мне отчёт.

По пути в Академию Эриш спросил:

– Ты звонил Локстону?

– Я такой предсказуемый?

– Чаще нет, но сейчас да.

– Я обещал, что я её вытащу, воспользовавшись тем, чей я сын. А я этого делать не буду. Никогда я папу не попрошу о таком. У неё самой денег на адвоката нет. Пусть хотя бы кто-то из конторы Локстона станет её защитником. Конечно, она всё равно сядет, но срок сроку рознь.

– Ты же понимаешь, что тебе ещё не раз придётся так врать?

– Понимаю.

– Ты всем потом будешь адвокатов нанимать?

– Нет, только через одного.

– Я знаю, это потому что ты проверял, что она женщина.

– Ты дурак, братец лис.

– Это ты дурак, братец тукан.

– Ну, вот опять я тукан!

– Тукан и есть. Она бы положила тупилак рядом с твоим бездыханным телом и пошла бы кофе пить на завтрак. С пирожными. А ты ей адвоката оплачиваешь.

– Сам говорил, что это мои деньги.

– Технически это деньги родителей и бабушек с дедушками.

– Вот я уже начинаю верить в то, что ты меня пристрелишь. За растрату семейного капитала.

Эриш отвесил брату подзатыльник.

– Изгоняешь злых духов? – усмехнулся Юстас.

– Чего?

– А мне твоя мама рассказала, что у инуа была такая традиция, только её почти никто не соблюдает. Подзатыльник дают именно с такой целью. Ну, чтобы выбить из человека злых духов, которые могли в него вселиться. Ты это на мне с детства практикуешь. Или скажешь, не знал о такой традиции?

– Знал.

– Значит, ты меня всё-таки любишь, братец лис, – довольно улыбнулся Юстас. – Значит, не пристрелишь.

Получив в Академии все нужные подписи, братья дождались перемены, чтобы встретиться со своими друзьями. Вместе они пошли в столовую и, взяв чай с бутербродами, уселись у окна.

– Брендана ещё не поймали? – поинтересовался Макс.

– Нет, но он объявлен в розыск, и в поселении инуа уже все предупреждены, – ответил Эриш. – Это вопрос времени.

– Мне не верится, что Миранда была с ним заодно, – проговорил Мартин.

– Ещё один, – вздохнул Эриш.

– Не ещё, – возразил Юстас. – Я-то как раз знаю, что она была с Бренданом и участвовала во всём.

– Марти, тот факт, что она накачала тебя снотворным, тебе ни о чём не сказал? – спросил Эриш.

– Это точно она, а не Брендан?

– Ты всё-таки не очень умный. Как ты в Академию управления поступил?

– Он умный, просто очевидных вещей не замечает, – сказал Макс.

– Марти, прошлой ночью тебя должны были убить, чтобы заставить нас с Эришем страдать, – проговорил Юстас. – Мне это Миранда сама сказала.

– То есть ты это понимаешь? – Эриш повернулся к брату.

– Конечно, понимаю.

– И всё равно нанял ей адвоката!

– Мы что-то пропустили? – задал вопрос Макс.

– Мой брат так чудесно провёл допрос Миранды, что теперь хочет и рыбку съесть и на…– Юстас не дал ему договорить, закрыв рот Эриша ладонью.

– Я могу тебя понять, – проговорил Мартин.

– Спасибо, – кивнул Юстас.

– Да не Миранду ему жалко, – сказал Эриш. – Ему не нравится, что он её обманул. Он хочет остаться беленьким и пушистым. А с нашей профессией это невозможно.

Юстас молча встал из-за стола.

– Ты куда? – спросил Мартин.

– Курить. Я уже сыт.

– Ты, конечно, в чём-то прав, Эриш, – проговорил Макс, когда Юстас ушёл. – Но неужели тебе бы больше понравилось, чтобы он врал вообще без угрызений совести?

Эриш не ответил.

Во дворец правосудия они шли молча, а когда вернулись в отдел, оказалось, что Купер уже был на выезде.

– Убийство? – спросил Юстас.

– Наши южные коллеги попросили помочь, – ответил Алмош. – Убийство было на одной из ферм, Купер поехал туда.

– А про Брендана пока ничего не слышно?

– Уверен, что скоро будет слышно. Человеку с его приметами не так легко скрыться.

В кабинете Бретта раздался телефонный звонок.

– Вдруг это Брендана нашли? – оживился Юстас. Но оказалось, что это Бретт просил Алмоша принести ему какие-то бумаги к совещанию у шерифа. Тихо выругавшись, амарго нашёл нужные документы и ушёл, оставив братьев одних.

Когда раздался очередной звонок, трубку пришлось взять Эришу.

– Господин Бретт, это Иши! – раздался взволнованный голос в трубке.

– Бретт на совещании. Это Эриш Эскот.

– А Алмош там?

– Он отошёл, что ему передать?

– Брендан Мэдс, которого разыскивают, у нас!

– Вы его взяли?

– Нет. Тут такое… Он захватил нашу местную школу и грозится её поджечь! Там учительница и несколько детей. Нам нужно подкрепление! Но вообще он требует вас. Тебя и твоего брата.

– Понял, мы едем.

– Что случилось? – спросил Юстас.

– Брендан захватил школу инуа и требует нас.

– Поехали, – и Юстас схватил со стола Алмоша ключи от его машины.

– Поехали, – секунду подумав, кивнул Эриш.

IV

– Как ты думаешь, братец лис, нас выгонят только из отдела или сразу из школы сыска за то, что мы снова взяли чужую машину? – спросил Юстас.

– Это если мы выживем, – ответил Эриш.

– Что за пессимизм? Это же не предвидение?

– Про моё предвидение ты всё уже и так знаешь. Это реализм. Когда ты последний раз освобождал заложников?

– Сам нет, а учения видел.

– Переговоры с террористами проводил вживую, а не на семинаре?

– Братец, если ты так настроен, то зачем ты сейчас едешь на север в машине Алмоша? Да ещё и за рулём?

– Если бы я не сел за руль, за него бы сел ты.

– Ты всегда можешь меня остановить.

– Я тебе вроде как пообещал. Значит, не буду применять к тебе гипноз, пока ты сам не попросишь. Скажи, у тебя есть хоть какие-то представления о том, что мы будем делать?

– Брендан хочет нас. Значит, пока мы не приедем, школу вряд ли подожжёт. Будем надеяться на то, что заложники тоже не пострадают, хотя он, конечно, тот ещё отморозок.

– Ну, приедем мы и что?

– Я попрошу его обменять меня на заложников.

Эриш резко надавил на тормоз.

– Эй! – возмутился Юстас. – Я чуть не ударился!

– Что значит, ты попросишь его обменять тебя на заложников?

– То и значит. А как ещё? Я зайду в школу. Он выпустит детей и женщину.Оставшись с ним один на один, я выйду победителем, даже не сомневайся. Или ты думаешь, он там в колонии тоже тренировался, как я?

– Ты думаешь, он тебя недооценит?

– Меня все недооценивают. Я привык. Поехали уже!

– Привык он…

Машина снова тронулась с места.

– Так вот я его обезврежу, а ты меня подстрахуешь, – сказал Юстас.

– Подстрахую?

– Да. А гипноз на него ведь не действует, если я правильно помню. Я понимаю, что ты бы, возможно, сам захотел пойти к нему, но я уверен, что Брендан согласится на меня, а не на тебя.

– И почему же?

– Потому что его главная цель – ты. Это ты убил Киннера. Поэтому сначала Брендан хотел заставить меня страдать, убив Мартина. Затем в его планах было отомстить мне, а уже только потом тебе, чтобы ты помучился больше всех. Брендан ждёт меня, чтобы убить или помучить. Чтобы в итоге страдал от этого именно ты. Так что не спорь.

– То есть ты считаешь, что Брендан решит, что ты лёгкая добыча? Обрадуется, что так легко решил свою проблему?

– Вот, ты начинаешь понимать, братец лис. Но разве я похож на лёгкую добычу?

Эриш усмехнулся.

– Вопрос некорректный, – исправился Юстас. – Да, похож. Но ты же меня знаешь. Разве меня легко убить?

– Если из пистолета, то да.

– Да не будет он так делать. Не пристрелит он меня, не помучив предварительно.

– Откуда такая уверенность?

– Я хорошо разбираюсь в психологии отморозков. А ещё у меня интуиция. Мне даже Гаяш об этом говорил. А Маслоу подтвердил.

– Маслоу?

– Да. Тогда в театре.

Эриш замолчал. Он верил брату и верил в него, но пока не научился вот так просто отпускать его одного туда, где он может погибнуть. Юстаса иногда хотелось запереть в комнате и не выпускать, чтобы тот не наделал глупостей. Это началось в детстве и почему-то до сих пор не отпускало. Юстас был уже взрослым парнем, способным постоять за себя, но Эриш продолжал бояться, что не сможет его защитить.

Они приехали на место, когда уже стемнело, но в поселении никто не спал. Всюду горели огни, а вокруг маленькой деревянной школы собралась толпа, которую с трудом сдерживали Иши и его помощники. Эскоты пробрались к оцеплению, и, увидев братьев, Иши тут же бросился им навстречу.

– Хвала Седне, вы здесь! – воскликнул он. – Брендан согласился ждать до полуночи, так что вы успели. В школе учительница и десять детей. У Брендана есть пистолет и канистра бензина. Не знаю, есть ли у него запасной магазин, но два выстрела он уже сделал. Ни на какие уговоры он не поддаётся, требует вас.

– Я поговорю с ним, – кивнул Юстас и зашагал к дверям школы. Эриш пошёл за ним. – Эй! Брендан! Мы здесь! Ты там не уснул ещё?

– Кого я слышу! – раздался знакомый голос из школы. – Зайдёшь? Поговорим!

– Зайду, конечно! Но при одном условии.

– Ты будешь ставить условия?

– Не кипятись. Зачем нам столько свидетелей? Я прекрасно понимаю твою злость, но дети здесь причём? Давай разберёмся с тобой один на один. Отпусти заложников! Я пойду один за них всех!

– Что ж… – Брендан замолчал. – Дети пусть идут! – согласился он через несколько секунд.

Дверь школы распахнулась, и на улицу выбежали напуганные дети. Все десять. К ним тут же кинулись их обеспокоенные родители и лекари.

– Где женщина? – спросил Юстас.

– Она останется здесь! – ответил Брендан. – Это моё последнее слово! Детей я отпустил. Либо ты заходишь в школу без оружия, либо я убиваю училку. Мне терять нечего!

– Ты не сможешь так легко с ним справиться, если у него будет заложница, – проговорил Эриш.

– Я должен попытаться, братец. Выбора у нас всё равно нет. Нельзя жертвовать этой женщиной. Мы с тобой сыщики, а она ни в чём не виновата.

– Эскот, я жду! – крикнул Брендан. – Считаю до трёх. Если ты не заходишь, я стреляю в неё. Дуло моего пистолета сейчас как раз ласково касается её виска. А, может быть, мне сначала с ней позабавиться, а, Эскот?

– Я захожу! – ответил Юстас, передавая свой пистолет брату.

– Если через десять минут ты с ним не разделаешься, я приду за тобой, – проговорил Эриш. – Время пошло.

Кивнув, Юстас скрылся в темноте. Эриш посмотрел на часы.

– С детьми на первый взгляд всё в порядке, – обрадовано сообщил Иши. – Только все голодные и напуганные.

– Возможно, у них получится об этом забыть, – ответил Эриш.

– Твой отец звонил. Мне помощник передал.

– Злится?

– Как тебе сказать… думаю, они приедут сюда. И твой отец, и Линуш. До этого Алмош звонил. Он матерился из-за машины.

– Нам с братом надо свою покупать. Только это дороговато. А если Юстас будет оплачивать адвокатов всем, кого посадит, то мы машину никогда не купим.

– Юстас оплатил кому-то адвоката?

– Сообщнице Брендана.

– Должно быть, она несчастная женщина.

– Она убийца, – отрезал Эриш и снова взглянул на часы.

– Ты дал им десять минут?

Эскот кивнул.

Когда Юстас зашёл в школу, то оказался в небольшом помещении, освещённом только одной старой лампой. Несколько парт было сдвинуто к стене, на полу валялись разбросанные тетрадки, а на меловой доске была подписана тема урока: «Спряжение глаголов». Слева от доски стоял Брендан Мэдс и обнимал за талию перепуганную молоденькую женщину. Он не соврал: дуло его пистолета действительно было у её виска. Справа от доски на полу стояла открытая канистра, из которой доносился запах бензина.

– Ты пришёл, – нехорошо улыбнулся Брендан.

– Отпусти её, – сказал Юстас. – Видишь, я безоружен, – и в подтверждение своих слов Эскот поднял руки и повернулся кругом.

– Она нам ещё пригодится. Для начала поговорим.

– О чём?

– О моих условиях.

– Неужели ты собрался что-то требовать?

– Да, собрался. Распорядись-ка, чтобы мне приготовили рыбацкое судно. Здесь таких полно. Я отпущу училку, когда поднимусь на борт. Спущу шлюпку, она на ней вернётся на берег.

– Но я ведь могу стать твоим заложником вместо неё.

– На тебя у меня другие планы, Эскот.

– Не просветишь?

– Сначала распорядись насчёт корабля! Или ты думаешь, я в неё не выстрелю? Я выстрелю.

– Хорошо, хорошо, успокойся.

Юстас подошёл к выходу и жестом подозвал Эриша.

– Всё? – с надеждой в голосе спросил тот.

– Лестно слышать, – улыбнулся Юстас, – но нет. Он требует рыбацкое судно.

– Он оборзел?

– Пусть Иши даст ему согласие, – прошептал Юстас.

– Помни, у тебя восемь минут.

Юстас вернулся в школу, и вскоре послышался голос Иши:

– Корабль будет готов через четверть часа!

– Отлично, – усмехнулся Брендан.

– И что теперь? – спросил Эскот.

– Знаешь, я очень хотел увидеть твои страдания по поводу смерти твоего приятеля Мартина. Но ты не доставил мне такого удовольствия.

– Хватит держать её на мушке. Ты её пугаешь. Она никуда не денется. Она тебе нужна или нет? Если ты и дальше будешь с ней так обходиться, тебе некого будет тащить с собой на корабль.

– Ты меня слушаешь вообще?

– Слушаю. Дай женщине отдохнуть. Разбирайся со мной. Или пристрели её уже.

– А ты забавный.

– Мне говорили.

– Ты изменился, Эскот.

– Ты тоже.

– Я не до конца понимаю, что в тебе не так. Неужели ты поступил в школу сыска? Как тебя туда взяли?

– По блату, разумеется. Ты же знаешь, кто мой отец? У него должность плюс деньги. Мы же богатые плантаторы. Неужели ты думаешь, что нельзя купить место в школе сыска?

– Зачем тебе это было нужно?

– Хотел учиться вместе с братом. Это моя прихоть.

– Что, за все экзамены тоже папочка платит?

– А ты как думаешь? На практику в убойный отдел тоже он меня пристроил.

– Хочешь поиграть в героя?

– Уже играю. Вон, десять заложников спас. Глядишь, и женщина выживет. Это не считая Марти.

– Я понял, что в тебе изменилось, Эскот. Ты стал наглее.

– А у тебя просто шрам теперь на полрожи, а так ты всё тот же.

– Всё тот же? – Брендан направил пистолет на Юстаса. Заложница замерла, боясь сделать шаг в сторону. – Да ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.