Сказки разных народов

Рисунки Э. Булатова и О. Васильева.

© Елисеева Л. Н., обработка, насл., 2022

© Задунайская З. М., обработка, насл., 2022

© Карнаухова И. В., обработка, насл., 2022

© Михайлов М. обработка, 2022

© Салтыкова Л. А., обработка, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Такие разные сказки

У каждого народа есть свой язык, культура, обычаи и, конечно, сказки. Они живут уже много веков и передаются из поколения в поколение, славят доброту, любовь и мудрость, обличают жадность, скупость и злость. Пятнадцать народов расскажут тебе, читатель, свои сказки, познакомят со своими героями.

Жил на свете грузинский царевич, и пришло ему время жениться. Встретил он девушку прекрасную, а она за него замуж не идёт, условия ставит, требует, чтобы ремеслом овладел. В какой ещё сказке можно встретить такой поворот сюжета?

Однажды хан захватил город, говорится в киргизской сказке. Жителям оставалось только или сдаваться, или погибать. Спасение пришло от маленького мальчика, сообразительного не по годам. Кто ещё мог сохранить родную землю с помощью старого верблюда и бородатого козла?

В армянской сказке бедный и старый портной ударил царя. Властитель не смог его казнить за содеянное, а, наоборот, выполнил его просьбу.

Удивительное происходит в сказках. На то они и сказки!

Семь Симеонов – семь работников

Русская сказка

Обработка И. Карнауховой

Жили-были семь братьев, семь Симеонов – семь работников. Вышли они раз на поле пашню пахать, хлеб засевать. В ту пору ехал мимо царь с воеводами, глянул на поле, увидал семь работников, удивился.

– Что, – говорит, – такое? На одном поле семь пахарей, росту одинакового и все на одно лицо. Разузнайте, кто такие эти работнички.

Побежали слуги царские, привели к царю семь Симеонов – семь работников.

– Ну, – говорит царь, – отвечайте: кто вы такие и какое дело делаете?

Отвечают ему мо́лодцы:

– Мы семь братьев, семь Симеонов – семь работников. Пашем мы землю отцовскую и дедову, и каждый своему ремеслу обучен.

– Ну, – спрашивает царь, – кто же какому ремеслу обучен?

Старший говорит:

– Я могу построить железный столб от земли до неба.

Второй говорит:

– Я могу на тот столб полезть, во все стороны посмотреть, где что делается увидеть.

– Я, – третий говорит, – Симеон-мореход. Тяп-ляп – сделаю корабль, по морю поведу и под воду уведу.

– Я, – говорит четвёртый, – Симеон-стрелец. На лету муху из лука бью.

– Я – Симеон-звездочёт. Звёзды считаю, ни одной не потеряю.

– Я – Симеон-хлебороб. За один день вспашу и посею и урожай соберу.

– А ты кто такой будешь? – спрашивает царь Симеона-младшенького.

– А я, царь-батюшка, пляшу-пою, на дуде играю.

Вывернулся тут воевода царский:

– Ох, царь-батюшка! Работнички нам надобны. А плясуна-игреца вели прочь прогнать. Только зря хлеб едят да квас пьют.

– Пожалуй, – отвечает царь.

А Симеон-младшенький поклонился царю да и говорит:

– Дозволь мне, царь-батюшка, моё дело показать, на рожке песенку сыграть.

– Что ж, – говорит царь, – сыграй напоследок, да и вон из моего царства.

Взял тут Симеон-младшенький берестяной рожок, заиграл на нём плясовую русскую. Как пошёл тут народ плясать, резвы ножки переставлять! И царь пляшет, и бояре пляшут, и стражники пляшут. В стойлах лошади в пляс пошли. В хлевах коровушки притопывают. Петухи, куры приплясывают. А пуще всех царский воевода пляшет. С него пот катится, он бородой трясёт, уже слёзы по щекам льются.

Закричал тут царь:

– Перестань играть! Не могу плясать, нет больше моченьки.

Симеон-младшенький говорит:

– Отдыхайте, люди добрые, а ты, воевода, за злой язык, за недобрый глаз ещё попляши.

Тут весь народ успокоился; один воевода пляшет. До того плясал, что с ног упал. Лежит на земле, словно рыба на песке. Бросил Симеон-младшенький берестяной рожок.

– Вот, – говорит, – моё ремесло!

Ну, царь смеётся, а воевода зло затаил. Вот царь и говорит:

– Ну, старший Симеон, покажи своё мастерство!

Взял старший Симеон молот в пятнадцать пудов, сковал железный столб от земли до синего неба. Второй Симеон на тот столб полез, во все стороны поглядывает. Царь ему кричит:

– Говори, что видишь?

Отвечает второй Симеон:

– Вижу – на море корабли плавают, вижу – на поле хлеба зреют.

– А ещё что?

– Вижу – на море-океане, на острове Буяне, в золотом дворце Елена Прекрасная у окошка сидит, шёлковый ковёр ткёт.

– А она какова? – царь спрашивает.

– Такая красавица, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Под косой месяц, на каждой волосине по жемчужине.

Захотел тут царь Елену Прекрасную себе в жёны добыть. Стал за ней сватов посылать. А злой воевода царя подучивает:

– Пошли, царь-батюшка, за Еленой Прекрасной семь Симеонов. Они великие искусники. А не привезут царевну прекрасную – вели их казнью казнить, головы рубить.

– Ну что ж, пошлю! – царь говорит.

И велел он семи Симеонам Елену Прекрасную добыть.

– А то, – говорит, – мой меч – ваши головы с плеч!

Что тут делать? Взял Симеон-мореход острый топор, тяп-ляп – да и сделал корабль, снарядил, оснастил, на воду пустил. Нагрузили на корабль товары разные, подарки драгоценные, а царь велит воеводе злому с братьями ехать, за ними надсматривать. Побелел воевода, а делать нечего. Не рыл бы другому яму – сам бы в неё не попал.

Вот на корабль сели – паруса зашумели, волны заплескали, и поплыли по морю-океану к острову Буяну.

Долго ли, коротко ли ехали – до чужого царства доехали.

Пришли к Елене Прекрасной, принесли подарки драгоценные, стали за царя сватать.

Елена Прекрасная подарки принимает, рассматривает. А злой воевода ей на ухо шепчет:

– Не ходи, Елена Прекрасная, царь стар, не удал! В его царстве волки воют, медведи бродят.

Разгневалась Елена Прекрасная, сватов с глаз прогнала.

Что тут делать?

– Ну, братцы, – говорит Симеон-младшенький, – вы на корабль идите, паруса поднимите, в путь-дорогу готовьтесь, хлеба запасите, а моё дело царевну добыть.

Тут Симеон-хлебороб за один час морской песок вспахал, рожь посеял, урожай снял, на всю дорогу хлеба напёк. Корабль изготовили, стали Симеона-младшенького дожидать.

А Симеон-младшенький ко дворцу пошёл. Сидит Елена Прекрасная у окна, шёлковый ковёр ткёт. Сел Симеон-младшенький под окошечком на лавочку, такую речь повёл:

– Хорошо у вас на море-океане, на острове Буяне, а на Руси-матушке во сто крат лучше! У нас луга зелёные, реки синие! У нас поля бескрайние, у заводей берёзки белые, в лугах цветы лазоревые. У нас заря с зарёй сходится, месяц на небе звёзды пасёт. У нас росы медвяные, ручьи серебряные. Выйдет утром пастух на зелёный луг, заиграет в берестяной рожок – и не хочешь, а за ним пойдёшь…

Заиграл тут Симеон-младшенький в берестяной рожок. Вышла Елена Прекрасная на золотой порог. Симеон играет, сам по саду идёт, а Елена Прекрасная за ним вослед. Симеон через сад – и она через сад. Симеон через луг – и она через луг. Симеон на песок – и она на песок. Симеон на корабль – и она на корабль.

Тут братья быстренько сходни сбросили, корабль повернули, в сине море поплыли.

Перестал Симеон на рожке играть. Тут Елена Прекрасная очнулась – огляделась: кругом море-океан, далеко остров Буян.

Грянулась Елена Прекрасная о сосновый пол, полетела в небо голубой звездой, среди других звёзд затерялась. Выбежал тут Симеон-звездочёт, посчитал на небе звёзды ясные, нашёл звезду новую. Выбежал тут Симеон-стрелец, пустил в звезду золотую стрелу. Скатилась звезда на сосновый пол, снова стала Еленой Прекрасной. Говорит ей Симеон-младшенький:

– Не беги от нас, царевна, от нас никуда не спрячешься. Если так тебе тяжко с нами плыть, отвезём тебя лучше к тебе домой, пускай нам царь головы рубит.

Зажалела Елена Прекрасная Симеона-младшенького:

– Не дам тебе, Симеон-певец, за себя голову рубить. Поплыву лучше к старому царю.

Вот они день плывут и другой плывут. Симеон-младшенький от царевны на шаг не отходит. Елена Прекрасная с него глаз не сводит.

А злой воевода всё примечает, злое дело затевает.

Вот уже дом близок, берега видны. Созвал воевода братьев на палубу, подал им чару сладкого вина:

– Выпьем, братцы, за родную сторону!

Выпили братья сладкого вина, полегли на палубе кто куда, заснули крепко-накрепко. Не разбудит их теперь ни гром, ни гроза, ни материнская слеза. Было в том вине сонное зелье подмешано.

Только Елена Прекрасная да Симеон-младшенький того вина не пили.

Вот доехали они до родной стороны. Спят старшие братья непробудным сном. Симеон-младшенький Елену Прекрасную к царю снаряжает. Оба плачут-рыдают, расставаться не хотят. Да чего поделаешь! Не давши слова – крепись, а давши слово – держись.

А злой воевода вперёд к царю побежал, ему в ноги пал:

– Царь-батюшка, Симеон-младшенький на тебя зло таит – тебя убить хочет, царевну себе забрать. Вели его казнить.

Только Симеон с царевной к царю пришли, царь царевну с почётом в терем проводил, а Симеона велел в тюрьму посадить.

Закричал Симеон-младшенький:

– Братцы мои, братцы, шесть Симеонов, выручайте своего младшенького!

Спят братья непробудным сном.

Симеона-младшенького в тюрьму бросили, железными цепями приковали.

Утром-светом повели Симеона-младшенького на лютую казнь. Царевна плачет, жемчужные слёзы льёт. Злой воевода ухмыляется.

Говорит Симеон-младшенький:

– Царь немилостивый, по старому обычаю исполни ты мою просьбу предсмертную: дозволь последний раз на рожке сыграть.

Злой воевода голосом кричит:

– Не давай, царь-батюшка, не давай!

А царь говорит:

– Не нарушу обычаи дедовские. Играй, Симеон, да поскорей, заждались палачи, затупились у них острые мечи.

Заиграл младшенький в берестяной рожок.

Через горы, через долы рожок тот слышен, долетел рожок до корабля. Услыхали его и братья старшие. Пробудились, встрепенулись, говорят:

– Знать, беда стряслась с нашим младшеньким!

Побежали они к царскому дворцу. Только схватились палачи за острые мечи, хотели Симеону голову рубить, – отколь ни возьмись, идут старшие братья: Симеон-плотник, Симеон-звездочёт, Симеон-хлебороб, Симеон-мореход, Симеон-стрелец, Симеон-кузнец.

Наступили они силой грозной на старого царя:

– Отпусти на волю нашего младшенького и отдай ему Елену Прекрасную!

Испугался царь и говорит:

– Берите братцы младшенького, да и царевну в придачу, она мне и так не нравится. Забирайте её скорей.

Ну, и был тут пир на весь мир. Попили, поели, песен попели. Потом взял Симеон-младшенький свой рожок – плясовую песню завёл.

И царь пляшет, и царевна пляшет, и бояре пляшут, и боярышни. В стойлах лошади в пляс пошли. В хлевах коровушки притопывают. Петухи-куры приплясывают. А пуще всех воевода пляшет. До того плясал, что упал – и дух из него вон.

Свадьбу сыграли, за работу принялись. Симеон-плотник избы ставит; Симеон-хлебороб хлеб сеет; Симеон-мореход по морям плавает; Симеон-звездочёт звёздам счёт ведёт; Симеон-стрелец Русь бережёт; Симеон-кузнец подковы куёт… На всех работы на Руси-матушке хватит.

А Симеон-младшенький песни поёт, на рожке играет – всем душу веселит, работать помогает.

Вороний царь

Украинская сказка

Обработка М. Михайлова

Жил на свете мужик, бедняк из бедняков. Всего добра у него было – жалкая хата, клочок земли да два недокормленных вола. Ну и, конечно, ко всему этому – жена и целая куча вечно голодных детей от мала до велика.

Вот однажды ясным днём взял он с собой в поле младшего сына. Начал пахать на своих лохматых бычках, а тут вдруг словно туча набежала, да такая, что враз всё небо закрыла.

Глянул бедняк вверх – а это не туча вовсе, а птица огромная на чёрных крыльях над ним парит, острый клюв и когти на него нацелила.

Думает мужичок – конец ему пришёл. Однако птица его не тронула, а села перед ним на поле и заговорила человечьим голосом:

– А ну, человече, отвечай, что ты мне отдашь – обоих волов или сына? Да поскорей говори – у меня дети проголодались!

«Как же так, – думает бедолага, – без волов мне хоть пропадай – ни полосу вспахать, ни дров привезти, ни на базар съездить. А детей у нас много, если что – жена ещё народит… Отдать, что ли, сына?»

– Ну так что? – подгоняет его страшная птица, сама от нетерпенья когтями землю скребёт, а когти-то словно крючья стальные.