Предчувствие любви
Юрий и Аркадий Видинеевы

© Юрий и Аркадий Видинеевы, 2022

ISBN 978-5-0059-4213-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

По воле чёрного князя

Это было много-много лет тому назад в долине реки Серебрянки, в пещере, где впадает в реку ручей Кокуй. Инок бежал из последних сил. Его преследователи, казалось, не знали усталости. Их вдохновлял азарт. Инок вдохновлялся тем, что если он будет пойман и убит, без его заботы погибнет тяжело раненый человек, укрываемый и опекаемый им и разыскиваемый этими преследователями. Факел инока отбрасывал зловещие тени на стены и свод пещеры, петляющей в чреве длинной скалистой гряды. Ранее инок остерегался входить в запутанный лабиринт этой жуткой пещеры. Местные жители говорили, что из этой пещеры нет выхода, и, всяк входивший в неё, никогда не возвращался назад. Говорили также, что дальних закоулках этой пещеры Ермак запрятал свои несметные сокровища, а доступ к ним запечатал страшным заклинанием. Инок в эти страшилки не верил. В глухих сибирских местах таких баек превеликое множество. Тем более, что от своего духовного наставника инок знал: нет нужды ни в каких заклинаниях для сохранности клада. Сильнее всех заклинаний воля чёрного князя Мафавы, который был когда-то в большом почёте на небесах и даже входил в ангельский совет, но во время восстания Люцифера примкнул к восставшим. Теперь, по велению властителя ада, ему поручено хранение всех подземных сокровищ.

Иногда лабиринты пещеры заводили инока в тупик. В этих тупиках он терял драгоценное время, и его преследователи приближались к нему, яснее слышался иноку их топот и их непотребная ругань.

Неожиданно пещера содрогнулась.

Откуда-то из-под земли послышалось грозное урчание, порождающее в изменённом от неописуемого ужаса сознании ассоциации с рыком чудовища исполинских размеров и неодолимой силы. Чудовище ворочалось под землёй, пытаясь высвободиться из-под её тверди, как птенец, взламывающий скорлупу яйца, чтобы выбраться на свободу. Дрожь земли заменилась толчками, сбивающими с ног. Инок упал, ударился о землю затылком и потерял сознание. От сильных ударов по рёбрам инок очнулся. Вокруг него столпились его преследователи. Их лица в свете факелов пылали ненавистью, их рты изрыгали проклятия.

– Это ты выкрал у юродивого Микитки карту с местами сокрытия кладов Ермака!

«О чём это они? Какой Микитка? Какая карта?»

Инок не сразу понял, что подранок, которого он выхаживал и которого преследовали эти сердитые люди, и есть «юродивый Микитка». Значит они нашли его и обыскали, но карты с местами сокрытия кладов при нём не оказалось. Скорее всего эта карта – такой же миф, как и сами клады.

«Они его пытали и убили?»

Ответ на этот встревоживший его вопрос инок прочёл в глазах своих преследователей. В их глазах полыхали ярость, алчность и беспощадность. Такие люди будут и мучить, и убивать, добиваясь осуществления своих меркантильных целей.

– Нет никакой карты ни у меня, ни вообще. И никаких кладов Ермака тоже нет.

– Куда же ты тогда бежал?

– Я бежал от вас. Вы гнались за мною с угрозами и проклятиями.

– Врёшь, мерзавец! Ты бежал тем путём к сокровищам Ермака, который мы знаем и сами. Но мы не знаем, продолжения пути. Теперь его знаешь только ты. И ты приведёшь нас к сокровищам!!

Кто-то из преследователей рывком поднял инока на ноги и подтолкнул вперёд. Ноги инока подгибались от слабости и от страха. Он не чувствовал ни ног, ни тела, двигался, как

механическая кукла туда, куда подталкивали его в спину озверевшие от азарта погони его преследователи.

«Господи, спаси и сохрани меня и моих преследователей, ибо они и сами не ведают, что творят. Господи, спаси и сохрани…», – беззвучно шептал инок.

Они всё шли и шли.

– Ну, что? Далеко ещё нам идти?

– А не морочит ли он нам головы?!

– Ты, олух Царя Небесного! Полудурок! Говори, куда нас завёл!!

Неожиданно все смолкли. Свет факелов обрывался впереди непроглядной тьмой, за которой виделось нагромождение каких-то плохо различимых из-за нехватки факельного освещения предметов: то ли сундуки, то ли ящики, то ли… гробы.

– Вот они! Сундуки с сокровищами Ермака! – крикнул кто-то писклявый.

– Сокровища!!! – надсадно взвыли остальные и ринулись, расталкивая друг друга к тем самым плохо различимым предметам.

Вскоре все они с воплями ужаса исчезли за чертой непроглядной тьмы.

Инок не знал, сколько времени прошло с того момента, когда его преследователи вдруг исчезли, поглощённые непроглядной тьмой. Время для него остановилось. Из безвременья инока вывел зыбкий, призрачный свет, втекающий в пещеру из неведомого пространства.

«Чудны дела Твои, Господи!», – ужаснулся инок, и погрузился в долгую, горячую молитву, прося Бога о спасении от безумия.

Назойливый птичий гомон прервал на полуслове поток покаяний в грехах вольных и невольных, разрушил благостное молитвенное состояние инока, вернул его в вещный мир.

«Откуда птицы в пещере?»

Растерянно оглядевшись, инок с удивлением обнаружил, что в пещеру через разлом в её своде проникают теплые солнечные лучи. Они высвечивали и то, что таилось ночью за чертой непроглядной тьмы: пропасть, образованную тем же ударом землетрясения, который расколол и свод пещеры, открыв через него кратчайший путь во вне. За пропастью, поглотившей его преследователей, инок увидел множество гробов. Это к ним, приняв их за сундуки с сокровищами Ермака, кинулись, расталкивая друг друга преследователи инока, но оказались погребёнными в коварной пропасти без гробов.

Выбравшись наружу, инок долго молился, благодаря Всемилостивейшего Бога о своём чудесном спасении.

*

– А ты точно разглядел, что за пропастью были гробы, а не сундуки с сокровищами Ермака? – не унимались те, кому инок рассказывал о своём страшном приключении.

– Ну, тогда ты вообще ничего не видел!

– Не может такого быть, чтобы не было клада, если все только о нём и говорят!

– Тогда есть и хранитель этого богатого клада – чёрный князь Мафава. – осаживал разгорячившихся оппонентов смиренный инок. – Возможно, это он и изничтожил моих жадных преследователей. Не хотите ли и вы повторить их страшную судьбу?

До станции «Загадка»

Это было подобно беспомощному барахтанью в бурном потоке, но иногда это больше напоминало беспомощные попытки вырваться из липкой паутины какого-то гигантского паука:

«Должен, должен, должен…

Обязан, обязан, обязан…

Срочно!

Безотлагательно!!»

Да, это хорошая зарплата, солидный социальный статус, уважение со стороны тех, кто чтит не столько личность человека, сколько пьедестал его должности.

«Надоело!

Из живого человека я превратился в робота, в автоматическое устройство, предназначенное для осуществления различного рода механических операций, которое действует по заранее заложенной программе».

И я бросил всё: престижную работу, уютное жильё, большой город, все круги знакомств, горячих, тёплых и холодных контактов и прочие субъектно-объектные узлы, порождающие то «бурные потоки», то «липкую паутину» долженствований.

Я сел в поезд дальнего следования и отправился «куда глаза глядят». Я решил колесить по дорогам, не задерживаясь там, где начинались хоть какие-то обрастания постоянными обременениями обязанностей.

Уже в купе я почувствовал пульс желанной свободы. Попутчики заходили, располагались, пили-ели-спали и уходили на своих станциях назначения. А я их видел-не видел, слушал-не слушал, когда надо – кивал в знак согласия, даже, не вдумываясь в нити их рассуждений.

Блаженная свобода!

Со временем пребывания в таком блаженстве во мне должны начаться перемены: я, как птенец, выбирающийся из яйца, взломаю скорлупу своей роботоподобной обездушенности и начну ощущать себя по-настоящему живым человеком, открытым для свежих чувств, для жизни по мечте, по зову сердца.

Скорее бы!

Я так этого хочу!!

*

Она вошла в моё купе на одной из станций и обожгла моё сердце улыбкой.

Никогда прежде я не видел подобной обжигающе-очаровательной улыбки.

За такой чудесной улыбкой угадывалось море достоинств.

Я не спрашивал её ни о чём. Мне было радостно «угадывать» о ней всё, прикрыв глаза, «вслушиваясь» в подсказки, идущие из ноосферы.

Это были восторженные, изысканно-комплементарные подсказки!

Можно ли им верить?

Я мельком, с притворным безразличием, «проскальзывал» взглядом по её лицу и понимал: я не могу не верить идущим из ноосферы подсказкам. Они очень хороши, но моя попутчица ещё лучше.

При очередном моём беглом и «безразлично» скользящем взгляде я вдруг понял, что Попутчица угадала во мне неподдельный к ней интерес.

«Почему бы нам не познакомиться?» – обратилась она ко мне с обезоруживающей улыбкой.

Мы взаимно представились.

Удивительное дело: общение моя попутчица Катя выстроила таким образом, что моя скованность перед её обаянием мгновенно улетучилась, и я вдруг оказался для неё очень интересным собеседником. Старый рецепт обольщения сработал безотказно: хочешь произвести впечатление на женщину – рассмеши её (не шутовством, а остроумием!).

Я смешил, не переставая, и наслаждался красотой Катиного смеха.

На большой станции наш поезд должен был, согласно расписанию, простоять пятнадцать минут.

– Я однажды отстала от своего поезда, когда вышла за покупками, и теперь панически боюсь выходить из вагона до конца поездки. А так хочется мороженого! – смущённо улыбнулась мне Катя.

– А я ничего не боюсь. Какое мороженое Вы любите?

– Эскимо.

Я, как на крыльях выскочил из вагона.

Прошло три года. Катю я видел последний раз, когда она помахала мне из окна нашего вагона, провожая меня за мороженым. Оказывается, это она тогда прощалась со мною. По возвращении с десятью порциями эскимо я не обнаружил в купе ни Кати, ни своих чемоданов. Кондукторша сказала, что моя попутчица покинула наш вагон в сопровождении молодого мужчины почти сразу после моего ухода.

Я не помню название станции, где это произошло. Я называю её станцией «Загадка».

Что там произошло?

Тот ответ, который напрашивается сам собой, кажется мне кощунственным.

Я не могу не верить идущим из ноосферы подсказкам. Они очень хороши, но моя попутчица Катя кажется мне ещё лучше.

Хотя, скорее всего, у неё какое-то другое имя.

Предчувствие любви

Наука «установила», что человек использует только 4% клеток своего головного мозга.

Какая недоступная нам сила сокрыта в его оставшихся 96%?

Каждый живой организм устроен так, что он избавляется от всего ненужного. Это очень наглядно подтвердили первые же полёты в космос: мышечная масса космонавтов уже после нескольких недель в невесомости сократилась настолько, что по возвращении на землю, они не могли ходить и нуждались в многодневной реабилитации. А клетки головного мозга не усыхают, а сохраняют полную работопригодность!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.