Натиг Расулзаде
Отъезд

В первый же день пребывания в этом городе ему удалось сцепиться с полицейским. Поначалу он тузил стража закона, который как ему показалось, не так как надо стоял на страже закона, потом подбежали другие стражники и ему пришлось нелегко, но вовремя вспомнил народную поговорку, которую часто слышал дома: осторожность украшает джигита, вспомнил и, вырвавшись из цепких рук с дубинками, побежал так, что пятки сверкали. Те с дубинками, разумеется, побежали вслед за ним, чтобы продолжать стоять на страже закона (хотя уже конечно не стояли, а бежали), но догнать не могли, потому, как он бежал, по словам классика мировой поэзии «быстрей, чем заяц от орла».

И вот – убежал. Опять же помогла поговорка, которую он часто слышал дома, – подумал он. – Нет ничего лучше моего города.

Он зашел в кафе, после продолжительного пробега и непродолжительного мордобоя разыгрался аппетит. Очень хотелось есть. Он вошел и огляделся. Здесь надо было стоять, и это было некстати, было досадно. Ему хотелось посидеть и расслабиться, но есть хотелось еще сильнее. Он подошел к стойке бара и показал буфетчице пальцем на большое красивое пирожное-безе, организм требовал сладкого, и с полученным пирожным и чашкой кофе благополучно добрался до столика, возле которого стояла только одна девушка, тогда как возле других столиков принимали пищу внутрь по двое, а то и по трое посетителей. Он поставил на столик то, что держал в руках, а именно чашку и блюдечко с пирожным, бросил в кофе сахар и стал размешивать его, поглядывая по сторонам. И тут заметил, что девушка за его столиком в отличие от него, озирающегося по сторонам, смотрит не отрываясь, прямо ему в лицо, а конкретнее – только в правый глаз. Он подождал, когда рассматривание с её стороны его глаза прекратится, но не дождавшись спросил:

– Что?

– У вас глаз сильно подбит, огромный синяк. Вы упали?

– Упал? – переспросил он. – Вы что, не допускаете, что в моем возрасте можно просто подраться? – нервно спросил он. – Я кажусь вам настолько старым, что обязательно падать, чтобы нажить синяки?

– Не хотела вас обидеть, – сказала робко девушка. – Но вам надо к врачу. Обязательно.

– Ладно, разберемся, кому куда надо… – пробурчал он, уже более мягким взглядом оглядывая девушку.

– Я врач, – сказала она. – Давайте я посмотрю…

– Не хочу утруждать, – сказал он, отворачиваясь от неё подбитым глазом.

Но она уже подошла к нему вплотную, доброжелательно приговаривая.

– Давайте, давайте, я просто посмотрю, не бойтесь.

– Я вас не боюсь, – сказал он просто.

– Извините меня за этот тон, это профессиональное, просто я работаю в детской поликлинике, и своим маленьким пациентам то и дело говорю: не бойся.

Говоря это она уже деловито осматривала его пострадавший глаз и расплывшийся синяк вокруг него.

– Ничего страшного, – резюмировала она. – Могло оказаться хуже. А так, просто приложите лед, пройдет…

– Ладно, разберемся, – пробормотал он вместо «спасибо» и самому сделалось несколько неловко, но постарался не показывать виду.

Но она заметила и, поколебавшись, спросила:

– Вы почему такой сердитый?

– Потому что я ненавижу этот город, – ответил он тут же, будто ждал этого вопроса с её стороны.

– А вы приезжий, или живете здесь?.. За что ненавидите этот город?

– За то, что это не мой город, я не люблю чужие города.

– Зачем же вы приехали? Извините моё любопытство, но вы такой странный, то есть, я хотела сказать – интересный… Хочется узнать.

Он теперь сам был не прочь поговорить с ней, но прежде чем начать, стал внимательно рассматривать её и кажется, остался доволен тем, что увидел и здоровым и травмированным глазами.

– Я должен был покинуть свой родной город, – постепенно все охотнее ввязываясь в разговор, ответил он, продолжая присматриваться к собеседнице, и чем внимательнее он её рассматривал, тем больше проникался симпатией к незнакомке: миловидная хрупкая на вид брюнетка, большие глаза, распахнутые на него по-детски доверчиво, словно в ожидании хорошего сообщения, маленький рот, пухлые губы, минимум косметики.

– А что случилось? – спросила она с нескрываемым любопытством, еще больше раскрыв глаза, в которых загорелись искорки, забегали чертики, запрыгали тысячи вопросов в ожидание его слов.

Он усмехнулся вполне уже доброжелательно.

– Теперь я спрошу, – сказал он. – Можно?

– Да, – сказала она. – Только я не буду отвечать, если вопрос нескромный.

– Сколько вам лет? – спросил он, уже откровенно улыбаясь её наивности, наивному виду, наивному разговору, что все больше и больше ему нравилось в ней.

– Нет, не скажу, – она помотала головой, и короткий хвостик за её спиной, и челка на лбу у неё тоже коротко отрицательно помотали. – Двадцать семь.

И тут же открыто рассмеялась над своим таким откровенно противоречивым ответом.

Я ровно в два раза старше неё, – подумал он, подумал просто так, как говорится, подумал бездумно, констатируя никому не нужный факт.

– Ну, раз так, могу рассказать, – сказал он.

– Что значит – раз так? – спросила она.

– Раз вы совершеннолетняя, – пояснил он шутливо.

– Да, – звонко и коротко рассмеялась она. – И уже давно…

– Хотите, выйдем, прогуляемся, – предложил он.

– А вы не будете доедать свое пирожное?

– Буду, – сказал он. – Мне необходимо сладкое. Особенно после стресса. Организм требует. Хотите, возьму вам тоже?

– Нет, спасибо я не люблю сладкое…

Они вышли из кафе вместе. Она ему уже откровенно нравилась, в чем он себе признался и уже стремился, как мог завоевать её симпатию. Однако, с её стороны симпатия уже имелась к нему, несмотря даже на подбитый глаз и разбойничье выражение асимметричной – благодаря полученному мордобою – физиономии.

– Здесь рядом красивый сквер, – сказала она. – Если хотите, мы можем там посидеть.

– А вам на работу не надо? – осторожно спросил он, не надеясь, что она может пожертвовать своими рабочими часами ради него, но все же…

– Я уже отработала, – весло сообщила она. – Сегодня у меня первая смена.

Но не успели они сделать и десяти шагов в сторону видневшегося отсюда уютного зеленого сквера, как послышались недоброжелательные возгласы и топот ног, обутых в казенные сапоги.

– Вот он! Держи эту сволочь!

Двое полицейских, очень недовольных тем, что утренней жертве удалось убежать от них недостаточно избитой, приближались к нему на крейсерской скорости.

– Встретимся на вокзале! – крикнул он девушке, уже убегая. – В девять вечера!

– Почему на вокзале?! – крикнула она вслед ему, убегающему.

– Потому что это единственное место, что я знаю в вашем городе! – крикнул он в ответ и уже исчезал за углом ближнего дома, когда она решила продолжить диалог в экстремальных условиях.

– Почему в девять?!

Но ответа не последовало. Ответчик убежал.

Но тем не менее, несмотря на всякие экстремальные условия и положения, без четверти девять он был в зале ожидания железнодорожного вокзала, с которого только сегодня утром выходил в этот незнакомый город, сразу же ему не понравившийся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.