Нина Князькова
Верное средство

Нина Князькова

* * *

Глава 1

Дамира

И откуда у меня столько вещей? Я стояла посреди захламленной комнаты и сосредоточенно пыталась впихнуть в сумку косметичку. Третью уже. А что? У меня много гипоаллергенной косметики, которая мне очень нужна. Вон вчера на шее какая-то сыпь появилась. Знать бы, отчего… Пришлось несмотря на лето повязать на шею шелковый платок, иначе эта краснота смотрелась совсем уж неприлично.

Я быстро глянула на запястье, обвитое тонким золотым браслетом часов, и вздохнула: придется ускориться, если я хочу успеть до приезда Аринки с ее мужем, которые должны забрать меня и увезти в то самое неизвестное мне Березкино. Я привычно погладила браслет и принялась за дело. Часы у меня остались от той, прошлой жизни. Мне их родители подарили на окончание школы, после чего объявили, что я… выхожу замуж. За кого? Да за одноклассника, родители которого и предложили эту авантюру, чтобы два плодородных поля объединить. Вроде бы пережиток прошлого, но доказать родителям, что я не хочу замуж за того, кто во втором классе рукавом сопли вытирал, я не смогла. На их аргумент, что многие так живут, я махнула рукой и, забрав документы, сбежала из дома. Смогла добраться через три области до приличного города, получить профессию и выжить. Постоянно подрабатывала, чтобы с голоду не умереть… И вот теперь я стала понимать родителей куда лучше. Все же в их понимании понятная стабильность и элементарные удобства оказались куда ближе, нежели желание ребенка самому устроиться в этом мире. Но все же… я до сих пор была на них очень обижена.

А еще я, рассмотрев Аринкиного Клима, которого та себе урвала, уехав в странный поселок, которого даже нет на картах, решила, что хочу себе такого же. Тем более, что в этом Березкино еще и работа есть, и жилье дают. Почему бы не попробовать? Вознесенцева сказала, что там таких мужиков много. Вот и посмотрим. Вдруг и замуж удачно выйти получится? А если будет еще и взаимная симпатия, то я сорву джек-пот.

В любовь я не верю. Нет ее. Есть удобные отношения и взаимовыгода. А любви нет. Ну, страсть, может быть. Но не та любовь, про которую пишут в книгах. Вымысел какой-то, а не чувство. А с работой и жильем нужно попробовать. С должности администратора салона красоты я уже уволилась, так что была свободна, как ветер.

Стук в дверь раздался, когда я застегивала последнюю сумку. Уложиться я смогла в семь сумок, выбросив половину старого и ненужного хлама. Хорошо еще, что львиную долю вещей я сложила вчера.

– Входи, – крикнула и сдула в сторону челку.

В комнату ввалилась Аринка и тут же бросилась ко мне обниматься. Следом вошел ее хмурый муж. Блин, и как ей удалось такого отхватить? Красивый, мужественный, уверенный в себе. Аж глаза слезятся, как я бы хотела себе такого. Но отбивать мужика у подруги я не имела никакого морального права. Тем более, что Аринка его заслужила. Жизнь ее тоже не баловала. Эх, значит буду искать кого-нибудь похожего.

– Надо ехать, – проворчал единственный красивый мужик, когда-либо бывавший в этой комнатке.

Арина тут же разжала удушающие объятия и посмотрела на мужа. Лохматов стоял, взяв в руки все сумки разом, и держал их так, как будто они ничего не весили. Я посмотрела на время. Десять утра. Да, пора. Сейчас только ключи коменданту общежития сдам и больше никогда сюда не вернусь.

Машина у Лохматова оказалась… вместительной. Даже не так. В багажнике этого монстра потерялись все мои с таким трудом нажитые вещи. Аринкин муж только хмыкнул на мой ошарашенный вид и закинул жену на переднее сиденье.

– Я сама, – выставила руку вперед, когда он шагнул в моем направлении. Кряхтя и хмурясь, я таки одолела эту высоту и уселась на заднем сиденье, куда в общем-то можно было еще и улечься без особого дискомфорта. – Вы с собой стремянку не пробовали возить? – Проворчала я, когда Лохматов уселся за руль.

– У нас еще одна машина есть, поменьше. Просто я не была уверена, что в нее все твои вещи влезут, – хохотнула подруга.

– Я взяла только самое необходимое, – насупилась я. – Не может же дипломированный делопроизводитель выглядеть абы как.

– Мир, ты только не ругайся, но тебе все равно пока придется у нас в школе секретарем поработать, – Арина виновато глянула на меня, хотя мы с ней это уже обсуждали. – А делопроизводителем потом, если захочешь в город переехать.

– Я помню. Не переживай, учебный год отработаю, а там, может быть, к чему другому присмотрюсь, – отмахнулась я. С подругой мы не раз это обговаривали по телефону. – Ты же сказала, что я там на полном обеспечении буду. Да еще и жилье бесплатное. Ох, Аринка, знала бы ты, как мне надоело все время переживать, хватит ли у меня денег комнату оплатить, или выгонят через месяц, – поморщилась я.

– Извини, что я сначала на твоей шее сидела, а потом уехала, – подруга совсем сникла.

– Ты нормальная вообще? Я же не в этом плане, – вытаращилась я на нее. – Я просто устала без отпусков работать. А в салоне еще каждый второй мужик клеится, отбиваться замучилась уже…

– Если тебя не радует мужское внимание, то не стоит ехать в Березкино, – отозвался Клим, аккуратно ведя машину к выезду из города. – А то выйдешь замуж, будешь всю жизнь нас ненавидеть, – фыркнул он.

Я скривилась.

– Так я не против замужа… Э-э, замужества, – исправилась. – Но только по взаимной симпатии. И не за пьяницу какого-нибудь. И чтобы красивый был. И…

– Ну, у тебя и список, – хихикнула Арина.

– Как будто у тебя его не было, – парировала я. Лохматов с интересом глянул на жену. – Насколько я помню, тебя до поездки в Березкино замужество вообще не прельщало. Я же от него не отказываюсь, если оно будет на взаимовыгодных условиях.

– Ох, Дамирка! В Березкино бывает только по любви, – Арина прекрасно знала мое отношение к этой самой любви.

– Это мы еще посмотрим, – мрачно отозвалась я и принялась следить за дорогой.

Лохматов вел машину аккуратно, но быстро. У меня самой есть права, отучилась, когда встречалась с инструктором по вождению. Но я с трудом переносила высокую скорость, а потому всегда внимательно следила за дорогой. Я вообще весьма щепетильно относилась к вопросу собственной безопасности.

До Березкино мы ехали долго. Часа три. Сначала нам еще попадались поселки и деревни, а вот после Малой Поляны одни лишь поля и были. Это было странным. Я покосилась на Аринку. Волосы чистые, кожа ухоженная, одета хорошо. Значит, там есть магазины и прочая инфраструктура. Да и подруга говорила, что там и больница имеется, и даже ателье в соседнем городе. Вот только ни одного города поблизости я так и не увидела. А еще меня дико удивил безумно ровный асфальт. Да не бывает таких дорог нигде! И кусты как-то слишком в ряд растут. И ни одна муха о стекло даже не ударилась.

– Приехали, – оповестил нас Клим и свернул с дороги после таблички с указателем.

– Сейчас ты всё увидишь, – Аринка явно была довольна тем местом, где сейчас жила.

Я присвистнула, когда мы въехали в посёлок. Ни одного… нормального дома тут не было. Сплошь новенькие стильные коттеджи с ухоженными садами. Это что вообще такое? Откуда это здесь взялось? Нет, Аринка мне, конечно, свой дом показывала через видеозвонок, но… я думала, что только у нее он такой, потому что она богатенького мужика себе подцепила. А здесь вон чего.

– А с маньяками тут как дела обстоят? – Совершенно серьезно уточнила я.

– С какими? – Маринка обернулась и нахмурилась.

– С такими, как твой, – коварно улыбнулась я.

– А, – махнула рукой подруга. – Таких тут полно.

– Угу, – я проводила взглядом шедшего по тротуару мужчину. Весьма привлекательного, в одежде по размеру и спортивного телосложения. А вот еще один с другой стороны дороги. И вот в машину садится… – А толстых тут вообще нет, что ли? – Уточнила я, заметив хрупкую девушку, спешащую по делам.

– Есть, сейчас увидишь, – коротко хохотнул Лохматов и свернул влево.

Проехав еще несколько метров, он остановился у кирпичного здания с елями по бокам. Красивое и ухоженное, оно совсем не походило на школу, но именно это было написано на фасаде.

Клим помог выбраться подруге, но ко мне уже не подходил. Я спрыгнула на землю и огляделась. А тут весьма симпатично. Надеюсь, что и скучно не будет. Нет, со мной точно не будет, но все-таки…

Я вошла следом за Ариной в здание школы и присвистнула.

– Мраморный пол?

– Он весьма износостойкий, – парировал Клим и, взяв жену за руку потащил ее к лестнице.

– А лепнина на потолке? – Ткнула я пальцем в это безобразие.

– Пытаемся развить в детях творческую жилку, – невозмутимо ответил он.

– А лестница? У вас перила из красного дерева, – тут же оценила я.

– Предлагаешь тоже заменить на мрамор? – Лохматов задумчиво посмотрел на перила. – Давай ты с Карапетовым это обсудишь.

– Ничего я не предлагаю, – возмутилась.

Школа была совершенно пустой. Оно и понятно, до учебного года еще целых две недели. Нам встретилась лишь одна женщина, которая, поздоровавшись с четой Лохматовых, поспешно скрылась из виду.

Наконец, мы зашли в небольшой, но уютный кабинет, из которого вела еще одна дверь.

– Ну, вот и приемная, – обрадовала меня Аринка. – Твое рабочее место, – указала она на шикарный резной стол.

Одна стена приемной была отведена под стеллажи и шкафы, окна в полстены сейчас были открыты, а вся офисная техника выглядела совершенно новой.

– Да, теперь мне тут еще больше нравится, – кивнула я осмотревшись.

Арина подошла ко второй двери и постучала. Я в это время нацепила на лицо самую соблазнительную улыбку, имеющуюся в моем арсенале. А что? Директор же мужчина, а я уже хочу работать в этой школе. Тем более, что мне здесь жилье дадут. Надеюсь.

Дверь открылась и в приемную шагнул невысокий, несколько полноватый мужчина в сером костюме. Он улыбнулся Арине, кивнул Климу и повернулся ко мне. Не знаю, что с ним случилось дальше, потому что он как-то странно вздрогнул и сделал шумный вдох.

– Фома Измаилович, знакомьтесь, это Дамира. Я вам про нее рассказывала, – подруга указала на меня.

Клим вдруг шагнул вперед и непонятно откуда послышалось рычание.

– Арина, прижмись к стене, – велел он, как-то быстро вскинул руки и буквально за секунду оба мужчины оказались в кабинете и заперли дверь изнутри.

Еще через пару секунд в кабинете послышался шум и что-то разбилось. Затем снова послышался шум. Чуть побледневшая подруга повернулась ко мне и, облизнув губы, решила сделать вид, что все нормально.

– Там давно пора было сделать ремонт, – указала она на дверь и нервно хихикнула.

– Что вообще происходит? – Не поняла я.

– Эмм, – у нее пиликнул телефон и она, едва взглянув на сообщение, схватила меня за руку и потянула в сторону двери. – Завтра все документы оформишь, – сказала она.

Я вырвала свою ладонь из ее хватки и сложила руки на груди.

– А жильё? – Прищурилась.

– Клим сам договорится, – в это время о смежную стену что-то ударилось с другой стороны. – Идем.

– Ладно, – выдохнула и быстро развязала узел на шейном платке. – Оставлю здесь, чтобы они от меня так просто не отделались. Если что, то будет повод прийти за платком, – объяснила я, аккуратно повесив его на спинке кресла. Вот, пусть знают, что место занято.

Арина с облегчением выдохнула лишь тогда, когда вытащила меня на улицу. По ее лицу было видно, что она знает, что происходит, но говорить не будет ни при каких обстоятельствах.

– Мы сейчас придем к нам домой, ты пообедаешь, а потом нам скажут, куда тебя везти, – затараторила она. – Или вообще у нас переночуешь, место есть. А документы завтра подпишешь.

– Ариш, тебе не кажется, что я все равно узнаю, что тут у вас происходит? – Фыркнула я в ответ.

– После того, как подпишешь документ о неразглашении, пожалуйста… Ой, а что это у тебя на шее? Снова аллергия вылезла? У меня дома крем есть, местного производства. Так он у тебя за пару часов все следы уберет, – ловко сменила она тему.

– И что такого секретного в обычном креме? – Не удержавшись, съязвила я.

– Он волшебный. Вот увидишь, – Арину уже начало отпускать, и она перестала оглядываться на школу. Тем более, что мы уже зашли за угол.

– Здравствуйте, Арина Владимировна, – помахал нам мальчик с противоположной стороны дороги.

– Здравствуй, Миша, – улыбнулась она в ответ и посмотрела на меня. – Вот за это я и люблю Березкино. Здесь есть место для повседневного чуда. И детки здесь просто изумительные.

– Дети – это зло, – вздохнула я, глядя, как мальчишка вприпрыжку бежит к перекрестку. – Но ты можешь этого не замечать. Ты у меня вообще очень наивная.

– Неправда, – Арина насупилась. – Клим говорит, что я хорошо разбираюсь в людях.

– Это хорошо, что он у тебя вообще есть. Хоть и похож на сексуального маньяка, но он вполне адекватен. Надеюсь, что все так и останется и он не побежит по бабам, – ляпнула, не успев придержать язык за зубами. Вот вечно со мной так… Потому и подруг больше нет, кроме Аринки.

– Не побежит, – самодовольно объявила она.

Я с сомнением на нее покосилась.

– Ты его кастрировала что ли? – Поинтересовалась.

– Добрый день, Арина Владимировна, – вмешался в наш разговор глубокий баритон. – Вы не подскажете, где Клим? Я до него дозвониться не могу.

Я резко затормозила и открыла рот, уставившись на безумно красивого и нереально опупенного мужика, которого даже в самых безумных мечтать воссоздать бы не смогла. Я даже поморгала, чтобы убедиться, что это не галлюцинация.

– Добрый вечер, Станислав, – Аринка улыбнулась ему точно так же, как тому мальчику Мише. У нее что, либидо отсутствует? – Клим сейчас в школе. С Карапетовым… э-э… разговаривает.

– Спасибо, – мужчина сверкнул синими глазами и чуть склонил голову. – Алла завтра будет занята, так что они с Лялей не приедут.

– Хорошо, тогда мы на источники поедем, Климу точно нужно будет расслабиться после сегодняшнего дня, – Арина так же дежурно улыбнулась и потащила меня дальше по дороге. Я же, оглянувшись, не могла оторвать взгляда от этого Станислава, садящегося в машину. Просто мужик с обложки какой-то. – Он занят, – процедила она едва слышно.

– Блин, – вырвалось у меня, и я все-таки перевела взгляд на подругу. – Это что сейчас было?

– Это Белов. Директор по финансам в компании «Май-плюс». У него есть жена и ребенок, так что забудь, – поцокала она языком.

Эх, если бы просто жена была, то можно было бы попробовать, а так… У меня все же принципы и ребенка лишить отца я просто не могу. Но каков красавец!

– А есть такие же? – У меня глаза загорелись.

– Мир, тебе мужик нужен, или картинка? – Осадила меня Арина. – Даже таким красивым мужикам тоже хочется, чтобы для женщины была важна душа.

– Я все понимаю, но… Нет, ну ты видела? – Я всплеснула руками.

– Я кроме Клима вообще никого не вижу в качестве мужчины, – скривилась она.

– Это заметно, – проворчала я. – Вы вообще только друг на друга и смотрите.

– А на кого нам еще смотреть? Ой, Макар, здравствуй, – она махнула рукой парню, стоящему у калитки двухэтажного коттеджа.

– Добрый день, – улыбнулся парень и уверенным шагом направился в нашу сторону. – Давно вас не видел…

– Да, мы все с Климом на машине, редко пешком приходится ходить, – Арина все так же дежурно улыбалась. – Познакомься, это моя подруга Дамира. Она в школе секретарем будет работать.

Я оценивающе посмотрела на парня. Выглядел он достаточно молодо, но был высок, красив, широкоплеч. Не Белов, конечно, который из меня несколько минут назад дух вышиб, но тоже неплох. А потому я вновь вспомнила о своей фирменной улыбке.

– Очень приятно, – процедила сквозь зубы и протянула руку.

К моему удивления, мою руку не только пожали, но и, склонившись, поцеловали.

– И мне приятно, – парень чуть отступил, но явно был настроен благожелательно. – Новые люди в Березкино – это всегда к лучшему.

– Мы все тут не старые, – хихикнула Арина и попрощавшись, потащила меня дальше.

– А этот не женат? – Спросила я, когда мы отошли.

– Не женат. Живет один. Присматривает здесь за порядком, – быстро сдала мне его подруга. – Но я бы на твоем месте пока не спешила с замужеством. Или… – она вдруг остановилась, – что-то случилось? – Я вздохнула и огляделась. Не хотелось бы, чтобы нас кто-то подслушал, но Вознесенцева не была бы собой, если бы не обладала изрядной долей проницательности. – Идем в дом, там поговорим.

Она открыла калитку, рядом с которой мы стояли, и я присвистнула. Я так до конца и не верила, что подруга живет в настоящем коттедже. Я сделала несколько шагов к дому и остановилась у яблони, склонившей ветки под тяжестью плодов.

– Красиво у тебя тут, – восхитилась я, надеясь, что мне дадут что-то похожее.

– Да. Сама до сих пор в шоке, – улыбнулась она и позвала в дом.

Дом внутри оказался таким же, каким мне его Арина показывала при видеозвонке. Подруга привела меня в гостиную, усадила на диван, а сама умчалась куда-то и через полминуты вернулась со стеклянной баночкой.

– Что это? – Нахмурилась я.

– Крем для кожи, – она намазала мне шею, обтерла руки салфетками и села рядом. – А теперь рассказывай, – велела она. – Ты в спешном порядке велела нам приехать за тобой на неделю раньше. Что все же случилось?

Я вздохнула и опустила взгляд.

– Я брата позавчера увидела в городе. Не знаю, заметил ли он меня. А вчера вечером из окна общежития увидела, как он заходит в магазин напротив… – я сжала руки в кулаки. – Я просто боюсь, что они меня увезут и выдадут замуж силой.

– Но столько лет уже прошло… – Арина была в курсе моей истории, так что что-то разъяснять сейчас не потребовалось.

– Это дело чести теперь для них. Я же… позор семьи, – пожала я плечами. – Может быть, они так решили проявить милосердие и дали мне получить профессию. Либо просто потеряли меня на просторах страны и только сейчас нашли…

– Как бы то ни было, здесь ты в полной безопасности, – она потрепала меня по плечу. – Поселок закрытый, город тоже. Здесь тебя никто не тронет. Подожди, – вдруг встрепенулась она, – ты поэтому так на мужчин смотришь и про замужество задумалась? Чтобы тебя не увезли?

Я кивнула.

– Если уж выходить замуж, то на своих условиях, – я вздернула подбородок вверх. – По крайней мере, выбранный мной мужчина не будет мне противен.

– Это весомый аргумент, – согласилась подруга. – Но на голодный желудок о таком лучше вообще не думать. Идем обедать.

К моему дикому удивлению, блюда уже стояли на столе на кухне и были горячими, хотя я не видела, чтобы Аринка отлучалась куда-то.

– У тебя прислуга что ли есть? – Спросила я, усаживаясь за стол.

Подруга чуть стушевалась и грозно глянула в сторону холодильника. Мне показалось, что дверца сама собой захлопнулась, но я списала это на собственную впечатлительность.

– Я тебе потом про это расскажу, – отмахнулась она и принялась за еду.

Я последовала ее примеру, потому что более ничего подозрительного в этом обеде не было. А вот стоило нам закончить с едой, как в дом вошел Клим и мрачно глядя на меня сообщил.

– Дом для тебя заложили в смету на осень. Заехать можно будет после нового года, а пока поживешь в особняке за школой, – каждое его слово падало на меня, как кирпич на ногу.

– В смысле…? У меня к новому году будет собственный дом? – Обрадовалась я, выявив из этого сообщения главное.

– Будет, – все так же мрачно сказал Лохматов.

– Подожди, но ведь за школой живет Карапетов, – Арина поднялась из-за стола.

– Особняк там большой, в левом крыле никто не жил уже десять лет, с тех пор как Клавка в силу вошла, так что места там достаточно, – отрезал Аринкин муж.

Я слегка струхнула.

– То есть, мне надо будет жить вместе с директором школы? – Не поняла.

– До нового года. Всего несколько месяцев. Зато у тебя потом будет свой собственный дом, обогреваемый горячими источниками и с уже подготовленным садом, – голос Клима стал вкрадчивым. – Да и в особняке никто не отменял удобств. Комнат много, ванные есть, кухня на месте, да и с Фомой вы вряд ли будете часто пересекаться.

– Значит, меня берут на место секретаря директора школы? – Воодушевилась я от последних новостей.

– Берут, – кивнул Лохматов. – Сейчас приедут Алиса с Герой и привезут документы по секретности. Ты их подпишешь, и я отвезу тебя к особняку.

Я, улыбнувшись, посмотрела на Аринку, которая задумчиво сверлила мужа подозрительным взглядом. Но подруга ни слова не сказала против, так что я и не беспокоилась.

Через десять минут нагрянули гости. В дом вошла молодая миловидная девушка в сопровождении очень харизматичного мужчины, который смотрел на нее, как голодный пес на хамон. Мне даже не по себе стало, такой жадный взгляд у него был. Вот бы на меня хоть раз кто-то так посмотрел. Эх, и где девчонки себе таких находят?

– Добрый день, – улыбнулась девушка. – Ты Дамира? – Уточнила она, присаживаясь на диван в гостиной.

– Да, – кивнула я. – А ты Алиса?

– Точно, – девушка рассмеялась. – Сейчас я задам тебе несколько вопросов, на которые ты ответишь. После этого ты подпишешь документы о неразглашении, – подпихнула она в мою сторону бумаги. – Итак, зачем ты приехала в Березкино?

Что-то мне подсказывало, что ложь мне не простят, а потому я сказала частичную правду.

– Потому что мы с Ариной договорились. Точнее, она сказала, что здесь есть вакансия секретаря, а у меня есть диплом делопроизводителя. И тем более, что здесь жилье дают, – торопливо перечислила я все плюсы.

– Угу, – девушка кивнула. – Как ты относишься к замужеству?

– Положительно, – я даже ладонь на сердце положила. – Если мне понравится мужчина, то я буду согласна выйти замуж, – поправилась.

– Отлично, – Алиса склонила голову набок. – Дамира, а ты веришь в чудеса?

Я опешила от вопроса. Это она про что?

– Чудес не бывает, – сообщила обреченно. – Чудеса – это когда все хорошо, а не плохо. Вот, – развела я руками.

– Ясно, – она подвинула мне ближе документы. – Ознакомься и подпиши. Но учти, нарушение каждого из этих правил влечет за собой строгое наказание.

Я быстро пробежалась по документу и автоматически исправила одно слово. Подписала неплохо составленный норматив и взялась за следующий лист.

– Алкоголь запрещен? – Нахмурилась.

– Людям в принципе разрешен. Но не в Березкино и не в Мае, – услышала в ответ.

Тут же напряглась.

– Людям? – Почему-то именно это резануло слух.

Алиса заметно напряглась, но уже через секунду улыбнулась.

– У тебя раздражение небольшое на коже. Зайди в лечебницу, там тебя осмотрят и лечение назначат, – посоветовала она. – У нас хорошие препараты.

Я провела рукой по шее. Шершавости по пальцами уже почти не было. Может быть, Аринка права и здешние средства действительно чудодейственные.

– Обязательно, – кивнула и подмахнула документ, забрав со стола именной пропуск.

Ну все, теперь мне нельзя ничего никому разбалтывать. Зато я под защитой и моя семья меня здесь никогда не найдет.

Глава 2

Фома

Я сидел на полу кабинета и пытался прийти в себя. Клим уже ушел домой, а я все еще сидел и пытался контролировать дыхание.

ОНА здесь! Женщина, на которую я могу среагировать, существует. И это просто ужасно! Почему? Да потому что я в здравом уме ни одной женщине как мужчина понравиться не могу. Рост у меня низковат, я этому же Лохматову едва до уха достаю. Костяк у меня широкий, даже небольшое брюшко имеется, хотя я каждый день истязаю себя тренировками. Как сказал Максим, у меня угнетен тот самый ген, который и позволяет оборотней считать оборотнями. И что с этим делать никто не знал. Я давно смирился с тем, что женщины у меня никогда не будет, потому что не будет моего всплеска гормонов на ее появление. Именно поэтому я так изумился своей реакции организма на эту женщину. На меня нахлынули все ощущения и эмоции разом. Я не ожидал, что, когда Лохматов впихнет меня в кабинет, я брошусь на него, приняв за соперника. Что, когда разнесу полкабинета, то меня успокоит только укол в плечо от подоспевшей Клавдии… Что меня изнутри начнет всего ломать от невозможности сейчас же броситься за ней…

– …твою дивизию, – ругался Клим, нависнув надо мной. – Фома, ты меня слышишь вообще? Она останется в Березкино. Она будет работать у тебя. Ты сможешь ее добиться, я всех предупрежу, – он перевел дыхание, когда я кивнул и попытался встать. Ничего не получилось, потому что ноги не держали. Да и отбитая спина болела. – Не двигайся. Сейчас полегче станет.

Мне в плечо поставили еще один укол. Я только отмахнулся. Легче мне уже никогда не станет. За те несколько секунд, что у меня были, я успел рассмотреть ее. Безумно красивая девушка. Таким в партнеры нужны смазливые красавчики, а не странный директор школы с весьма посредственной внешностью. Так что даже пробовать не стоит.

– Фома? Ты меня слышишь вообще? – У меня перед глазами пощелкали пальцы. – Твою мать, Карапетов, приди уже в себя! – Рявкнула она.

– Как можно убить себя, если ты оборотень? – Поднял я на нее взгляд.

Клавка беспомощно посмотрела на Клима.

– Тебе так Дамира не понравилась? – Уточнил он.

Я резко помотал головой. Мне бы гораздо больше подошла эта же Арина со своей средней внешностью, или даже Вера Родионовна… Но природа выбрала для меня эту красивую Дамиру.

– Она на меня даже не посмотрит. Лучше сразу… – пробормотал я.

– Так, предлагаю отвезти его в Май, пока он тут делов не натворил, – психанула Клавка. – Макс его там прокапает чем-то нормальным. И Хозяину надо сказать, пусть мозги ему прочистит! Хотя Николай Николаевич сейчас занят городом. Наверное, не стоит его беспокоить?

– Согласен, – кивнул Клим и вышел из моего кабинета. Точнее, того, что от него осталось. Ремонт придется делать… Он вернулся меньше, чем через минуту и протянул мне платок. Ее платок. – Держи, поможет продержаться какое-то время. И вообще, я думал Дамиру поселить в своем старом доме, но теперь мне кажется это плохой идеей. Она поживет у тебя в особняке, пока ты ее к себе не привяжешь. Понял?

Клавдия хмыкнула, а я нахмурился.

– А если она не захочет? – Уточнил и вдруг почувствовал, что от платка пахнет ей. Прижал ткань к лицу и жадно вдохнул.

– Захочет. А ты уже будешь за ней ухаживать. Ей деваться некуда, так что будь добр, разберись с этим побыстрее, – рыкнул глава поселка и вышел из кабинета.

– Я сейчас позвоню и Градов отвезет тебя к Максу, – Клава тоже вышла за дверь, оставив меня одного в разрушенном кабинете.

Я же пытался спрогнозировать хоть один шанс, что Дамира согласится терпеть мое присутствие хоть какое-то время. Нет, определенно судьба – великая шутница. Сейчас я это в полной мере ощутил на своей шкуре.

– Что с ним? – Я даже не заметил прихода Акима, который теперь с любопытством рассматривал меня.

– Любовный шок у него. И тихая внутренняя истерика, – Клавка тоже склонилась надо мной. – Давай, помоги его поднять.

– А чего шок? Баба страшная попалась? – Хмыкнул Градов. – Ай! – Он ошалело уставился на меня, получив затрещину. При этом руки я вообще не контролировал.

– Сейчас еще от меня подзатыльник получишь, скоморох, блин… – пригрозила Клавдия. – Тащи давай его к машине.

До машины меня несли, просто перекинув через плечо. Сгрузили на заднее сиденье, рядом уселась оборотница, с тревогой смотревшая на меня.

– Фома, уверена, что все нормально будет. Думаю, что тебе в пару не попала бы непроходимая дура. Да и в крайнем случае, можно просто дать ей твоей крови и все, – принялась она перечислять способы.

– Я так не хочу, – дрожащей рукой я снова прижал платок к носу. Это позволяло хоть немного контролировать себя.

– Тогда придется по старинке. Я знаю Аринку, не думаю, что у нее совсем глупая подруга. Давай, соберись. У тебя времени только до завтра. Тебе эту твою женщину нужно будет еще на работу принять. А ведь учебный год на носу, – принялась увещевать она. – А школа в Березкино одна. Интернат опять же. Кто будет детьми заниматься?

Я кивнул, принимая ее слова во внимание. Действительно, чего это я? У меня есть определенные обязанности, которые больше никто на себя не возьмет. Но это все окажется бессмысленным, если Дамира меня отвергнет.

Я даже не заметил, как мы приехали к санаторию, настолько глубоко я погрузился в свои мысли. Лишь, когда меня вновь перевалили через плечо, я растерянно повертел головой. Клавка права, пора приходить в себя.

В ангаре Макса меня сгрузили на кушетку.

– Я сам, – нахмурился, пытаясь сесть. Почему меня конечности не слушаются? Это ненормально. Я прекрасно помню, как после встречи с Ариной Владимировной Клим убежал из школы на своих двоих. – Что со мной не так? – Вздохнул.

– Фома, успокойся. Сейчас Макс что-нибудь придумает и все нормально будет, – Градов хлопнул меня по плечу и посмотрел на нашего признанного гения.

Максим суетился, раскладывая на столике какие-то инструменты и препараты.

– Сначала кровь у тебя возьму, – объявил он… радостно.

– Я ему седативное вколола, – поделилась Клавдия.

– На состав крови это не сильно повлияет, – отмахнулся парень, подставляя пробирку. Набрав кровь, он отправил ее в круглый приборчик, а сам уложил меня на кушетку и поставил капельницу. – Сейчас снимем с мышц излишнее напряжение. Не знаю, сказали ли тебе об этом, но у тебя глаза светятся. Значит, ты – нормальный оборотень, – так вот чему он так обрадовался. – Я давно подозревал, что у тебя просто заторможенное развитие. Вон, Алиска у нас сколько лет в замороженном состоянии жила, пока Георгия не принесло. И гляди-ка, нормальная же женщина сейчас.

– Мне не тридцать лет, чтобы взросление началось, – нахмурился я.

– Так у тебя и случай более запущенный. Я вообще подозреваю, что как только ты хлебнешь крови своей ненаглядной, то у тебя и тело начнет меняться. Я читал в записках примерно двухсотлетней давности, что такие случаи бывали, – огорошил он меня. – Человек сначала похож на обычного, а потом р-раз, и оборотень. Все думали, что это, потому что его оборотень покусал, а на самом деле – это он пробовал кровь своей пары.

– У нас есть такие записки? – Изумилась Клавка.

– Да. Хранятся в личной библиотеке Хозяина под его присмотром. Мне их Вера Родионовна показала… – с благоговением произнес Максим. Он вообще к жене Хозяина относился почти как к богине. Да и почти все мы так ее и воспринимали.

– Лучше места не придумать, – согласилась Клавдия.

– Но… Если я попробую ее кровь, то умру, – напомнил я им.

На меня уставились три пары удивленных глаз.

– Чего это? – Первой отмерла Клава.

– Она же красивая, – с придыханием сообщил я, чувствуя, как мои мышцы расслабляются. Еще минута, и я смогу управлять конечностями.

– Ты что ему вколол? – Нахмурился Аким, посмотрев на Макса. – Он определенно бредит. Вон, помирать собрался.

– Я не собрался, – грустно парировал. – Просто, если я попробую ее кровь, то уже не смогу без нее жить, а она со мной никогда не согласится…

– Чушь! – Вскинулась Клавдия. – Ты отличный мужик, с тобой не страшно рожать детей, и вообще! Для семейной жизни ты подходишь куда больше, нежели Лохматов.

– Он красив, – поморщился я.

– Он для всего Березкино устраивал представление, когда ходил ночью голый через весь поселок, – хихикнула она. – И всего лишь потому, что додумался разозлить Дыя. Надеюсь, что у тебя до такого не дойдет!

– Точно! – Я вскочил на кушетке и попытался содрать с руки капельницу, но Градов быстро уложил меня обратно, припечатав за плечо так, чтобы я больше не думал дергаться. – Точно, – повторил и посмотрел на Клавдию. Уж она-то должна меня понять. – Отвезете меня на поляну к Вечному лесу. Буквально на пару часов. Если во мне есть хоть что-то от оборотня, то… Дый же услышит…

Клавка с Акимом переглянулись. Макс задумчиво смотрел на меня.

– Это может сработать, – задумчиво сказал он. – Наш божок любит свои создания и обычно помогает им.

– Хозяину он помог только тогда, когда тот пообещал ему переломать весь лес, – скептически напомнила Клавка.

– Хозяин не оборотень. Более того, они воспринимают друг друга, как равных, и позволяют жить друг другу только потому, что оба относятся к оборотням крайне покровительственно, – покачал головой Максим. – Но в данном случае лучше просить помощи у Дыя, а не у Хозяина, чтобы не пугать девушку лишний раз.

– Действительно, лучше нечистая сила, чем физическая, – скептически фыркнула Клавдия.

– Так отвезете? – Вновь спросил я.

– Отвезем, – кивнул Градов.

Через час я уже сидел в машине и смотрел на склоняющееся к горизонту солнце. Клавка тихо фыркала рядом, потому что не верила в успех моей затеи. Но, если у меня есть хоть один процент… мне просто нужно его использовать. Я буду рассматривать все возможности, если это хоть как-то увеличит мой шанс на отношения с Дамирой.

– Я все-таки не понимаю, – всплеснула оборотница руками. – Ты третий оборотень в Березкино, пятый нечеловек во всем «Май-плюсе», но при этом ты идешь в лес, чтобы поговорить с божественной силой? Да дай ты этой девчонке денег (они же у тебя есть) и она на все будет согласна.

– Тоже будешь покупать любовь, когда придет время? – Печально спросил ее.

– У меня еще полно времени, – хмыкнула она. – А вот ты прекрати ныть и причитать. Девчонкам нравятся сильные мужчины, а ты ведешь себя, как тряпка.

– Клавдия! – Строго одернул я ее, вспомнив, что все же являюсь директором непростой школы и не менее непростого интерната.

– Ну, вот! Уже лучше, – обрадовалась она.

На переднем сиденье заржал Градов, наблюдавший за наше перепалкой. Весело ему!

– Приехали! Иди к поляне, мы подождем тебя здесь, – указал он в сторону леса, остановив машину.

Я кивнул, выпрыгнул из машины и отправился на поляну. Разделся, аккуратно сложил одежду, зная, что Клавдия подглядывать не будет. Сел на траву рядом с лесом и взял в руки платок Дамиры. Чуть помолчал, формулируя просьбу. Потом тихо запел и принялся раскачиваться, надеясь попасть в вибрации энергии леса. Через какое-то время пришел заинтересованный отклик. Я как мог объяснил свою проблему. Дый задумался и прислал мне волну одобрения. Он мне поможет?

Открыл глаза уставился в небо, где занимался рассвет. Общение с Дыем заняло всю ночь, и я безумно устал. Но я ни о чем не жалел.

Глава 3

Дамира

Я в нетерпении выглядывала из окна машины.

– А здесь интернат. Его сделали рядом со школой, чтобы удобнее было. Так что тебе придется и с ним помогать Карапетову, – вещала Аринка.

– Фома сам все расскажет, – хмыкнул Клим и свернул в небольшой проулок за школой. Мы проехали еще метров пятьдесят и остановились рядом с двухэтажным… особняком. – Вот, твое место жительства пока что, – указал он на здание.

Я же с сомнением рассматривала белые мраморные колонны и статуи на крыше.

– Это жилой дом? – Уточнила, выбираясь из машины.

– Да. В правом крыле сейчас живет Карапетов и один мальчишка из интернатовских. Он не смог там с детьми… общий язык найти. Вот здесь и живет. А левое крыло полностью свободно, и ты будешь жить там, – самодовольно отозвался глава Березкино.

Я покосилась на этого мужика, но промолчала. Возможность пожить в таком месте не всем в жизни выпадает…

– Мне сказали, что зданию уже больше ста лет, – Аринка подошла к кованным воротам.

– Да, его построил еще двоюродный дед Фомы, который потом и нашел никому не нужного мальчишку на просторах страны. Деда потом на войне убили, – Лохматов резко замолчал и покосился на меня.

Я нахмурилась. На какой войне? У нас пенсионеры в таких мероприятиях не участвуют вроде бы. Да и Карапетов не выглядел старым, чтобы… Я тряхнула головой. Кажется, мне тут кто-то сказки рассказывает… А потом я вдруг осознала одну вещь. За все время, пока я находилась в Березкино, я не видела ни одного пожилого человека. Ни одна старушка мимо не прошла. Нет, может быть, я просто внимания не обратила. Так надо срочно обратить…

– Идем, – Клим вытащил из багажника мои сумки, собрал их в одну руку и толкнул ворота, которые беззвучно распахнулись.

Я с удивлением увидела припаркованные на площадке перед домом три машины разного размера. Это все машины директора? Странные они какие-то. И что это за школа такая, где директор может себе позволить содержать особняк и покупать машины в таких количествах? Эти мысли я оставила при себе, надеясь, что постепенно пойму, что именно меня в этом всем беспокоит.

– Аллу надо будет позвать, – Арина посмотрела на мужа.

– Думаю, что пока не стоит. Пусть пока так… – Лохматов открыл большую деревянную дверь особняка и пропустил нас внутрь. – Заходи. Здесь налево…

Мы очутились в просторном изящно отделанном холле, из которого вели три двери в разные стороны и лестница наверх. Я грустно посмотрела на пол из белого мрамора и прикинула, сколько сил понадобится, чтобы поддерживать его в чистоте. А еще две колонны, поддерживающие потолок, были слишком высокими, чтобы их можно было мыть вручную.

– А какой-нибудь прислуги здесь не будет? – Сделала я брови домиком.

Подруга поджала губы.

– Думаю, что все же стоит пригласить сюда Аллу, – с нажимом сказала она.

Лохматов остановился и ласково взглянул на супругу.

– Дорогая, давай дадим твоей подруге освоиться пару дней. Алла сейчас все равно занята тем, что носится по Маю и пытается сдержать эпидемию в городе, – улыбнулся он.

– Эпидемию? – Поежилась я.

– Ее самую. У нас неконтролируемая волна беременностей, – вздохнул он и толкнул высокую дверь.

Я, заглянув в проходную комнату поежилась. Здесь явно давно никого не было. Белый пол казался серым от пыли, а мебель была укрыта такими же серыми пыльными простынями.

– Пипец! – Простонала я.

– Что-то я об этом не подумал, – вздохнул Лохматов, прошел к следующей двери и толкнул ее. Там оказалась та же картина. И главное, видно, что особняк делали с любовью и каждая комната была отделана в своём стиле. Но все здесь было так запущенно в плане уборки, что жить здесь не представлялось возможным. – Так, ясно… Поживешь пару дней на половине Карапетова. Комнат там достаточно, и они все в надлежащем состоянии.

– Я не буду жить в одном крыле со своим начальником, – психанула я. На меня с интересом посмотрели две пары глаз. – Это неприлично.

У Клима брови в буйной шевелюре затерялись, а Аринка прыснула со смеху.

– Мир, Фома Измаилович приличный человек. Поверь, он не будет тебя… оказывать тебе излишние знаки внимания, – смеясь, сказала она.

Я вздохнула и тут же чихнула из-за пыли. Да уж, на совей половине я просто не выживу со своей аллергией. Придется подчиниться и пожить пару дней не там, где планировала. Ладно, все же особняк – не каморка в общежитие, где я провела последний год.

– Хорошо, ведите меня туда, где можно пожить два дня, – согласилась.

Лохматов тут же резво развернулся и пошагал в сторону холла. Мы поспешили за ним. Но едва мы вышли на общую территорию, как мимо колонны прошмыгнул тощий пацан.

– Тихон, – окликнул его Лохматов и парень испуганно замер у двери. – Привет, – он шагнул к нему.

Паренек вдруг согнулся в поклоне и пробормотал.

– Здравствуйте, – и так и остался стоять, не разогнувшись.

У меня глаза на лоб полезли. Это что еще такое?

– Тихон, познакомься. Это Дамира Алмазовна, новый секретарь Фомы Измаиловича. Она будет жить здесь, – ласково пояснила Арина.

– Э-э, – протянул пацан, округлив и так большие глаза.

– Карапетов в курсе, – отрезал Лохматов, отчего мальчик резко выпрямился и втянул голову в плечи. И чего он так боится Клима? – Так что покажи Дамире Алмазовне свободную спальню, – он протяну руку с сумками парню. Тот осторожно подошел и взял сумки в руки. – И покажи ей здесь все, – велел Аринкин муж, подхватил ее под локоток и вывел из дома, оставив нас с этим странным парнем наедине.

Мальчишка, кстати, заметно расслабился.

– Давай мне сумки, тяжело же, – я шагнула к мальчику, но он резко отступил назад. Его здесь бьют что ли?

– Я сам, – нахмурился он, взяв себя в руки. – Идемте, – он подошел к лестнице и принялся подниматься вверх.

Я отправилась за ним, не понимая, почему этот тощий парень тащит сумки так же легко, как и Лохматов. Я сама их собирала и знаю, что они тяжеленные, а у паренька не сказать, что много мышц.

– А давно ты тут живешь? – Участливо поинтересовалась я, разглядывая интерьер второго этажа.

– Полгода, – нехотя ответил он. – Вот ваши комнаты, – указал он на дверь.

Открывать дверь пришлось самой, так как мальчик не спешил это делать. Это действительно оказались комнаты. Сначала шло что-то вроде гостиной, затем спальня и гардеробная. Слева была собственная ванная. Только кухни здесь не было, а так полноценная квартира.

– Вау, – выдохнула я, разглядывая все это. Что-то мне уже расхотелось переселяться на пыльную половину. – А кто здесь жил до меня?

– Не знаю, – пожал плечами пацан, с интересом наблюдая за мной. – Когда я сюда приехал, здесь никто кроме директора не жил.

– Угу, – я оторвала взгляд от интерьера и посмотрела на ребенка. Так, надо налаживать контакт, раз уж нам предстоит вместе жить какое-то время. – Так, давай договоримся, что дома ты будешь звать меня просто Дамирой. А я тебя Тихоном. Договорились?

– Вообще-то меня Тихомиром зовут, – бросил парень, но мою протянутую руку пожал.

– Отлично, – улыбнулась. – Ну, Тихон-Тихомир, показывай мне кухню и холодильник. Чем вы тут вообще питаетесь?

– Фома Измаилович сам готовит, – пожал плечами мальчик и повел меня вниз.

Помимо холла на первом этаже оказались кухня и… тренажерный зал. Ого, собственный зал под боком не мог не радовать. Интересно, зачем он директору, у которого несколько… неспортивная фигура? А вот кухня… Она оказалась просто огромной и была соединена со столовой. И зачем одинокому мужчине такой большой стол?

Я все внимательно осмотрела, заглянула в холодильник и поняла, что есть нам с Тихомиром нечего от слова совсем. Я виновато взглянула на мальчугана и принялась вспоминать, сколько у меня денег осталось. Что-то как-то я не готова была к такому повороту событий. Аринка же сказала, что как только меня устроят, то сразу выдадут деньги, а здесь вон чего… Нет, у меня есть немного, но все же хотелось бы ясности в этом вопросе.

– И чем мы ужинать будем? – Спросила печально у холодильника.

Тихон тоже сунул свой нос в белую дверь и пожал плечами.

– У нас в столовой интерната ужин через полчаса. Вас, думаю, тоже покормят, – предположил он.

Я тут же воодушевилась. Столовая – это хорошо. Интернат – это плохо. С третьей стороны, мне иногда где только питаться не приходилось, так что потерплю общество оборванцев и голодранцев.

– Так, мой спаситель и лыцарь, веди меня ужинать, – приказала.

Парень прыснул со смеху и… предложил мне свой локоть. Я удивленно вскинула брови, но за предложенную конечность ухватилась. Так мы и вышли из дома, который… никто закрывать не стал. Деревянные двери вообще замка не имели, так что я просто махнула рукой и пошла дальше. Пусть директор сам разбирается со своей дверью.

Интернат встретил нас детским смехом и просто какой-то ненормальной роскошью. Это что за здание музея? Тут к стенам страшно прикасаться, а ведь здесь дети живут, которые обязательно что-нибудь испортят или сломают. И куда смотрит Лохматов? Неужели здания попроще не нашлось. Хотя, может быть, и не нашлось. Кто его знает? Я в здешних реалиях пока совершенно не разбираюсь.

– Тихомир, а взрослые люди здесь есть? – Тихо спросила, разглядывая толпу детей, которые шли рядом с нами, и заработала пару косых взглядов.

– Воспитатели. Они сейчас на втором этаже нам план дополнительных занятий на новый учебный год расписывают, – сказала девочка, что шла слева от меня.

Тихон насупился и грозно глянул на девочку, отчего та быстро скрылась из виду.

– А вы обедаете без взрослых? – Обратилась я непосредственно к мальчику.

– А зачем они? У них отдельное помещение для приема пищи. Взрослые нужны, чтобы драки разнимать и всё. А так мы сами тут живем. Ну, и Фома Измаилович каждый день заходит, – тихо ответил он мне, взглядом распугивая ребятню.

Я только сейчас заметила, что дети от нас несколько… шарахались в сторону. Странно это как-то все.

Столовая оказалась самой обычной, пусть и зал, выделенный под нее, был украшен лепниной и хорошим камнем. На столах уже стояла еда.

– Я точно никого не объем? – Уточнила я вопрос.

– Здесь всегда готовят на несколько порций больше, потому что кто-то может заглянуть из жителей села, – Тихон осмотрел столовую и потащил меня к стене, где на столе стояли две порции. Ясно, не ужился с местными ребятами… – Иногда кто-то домой еду уносит, – пояснил он.

Я кивнула, пожелала приятного аппетита и с удовольствием умяла все три блюда. Так, кормят тут вкусно, и я определенно стану здесь завсегдатаем. Тут даже компот не противный и не липкий.

После ужина Тихомир галантно проводил меня до особняка, и сам растворился где-то на его просторах. Я же поняла, что просто безбожно устала, потому махнула на все рукой, помылась, подивилась тому, что волшебный Аринкин крем убрал все раздражение на шее, и завалилась спать. Утро вечера хуже точно не будет.

Проснулась я от будильника, который надрывался в одно и то же время каждый день. Так, если я хочу выглядеть красивой в первый рабочий день (если меня возьмут), то пора подниматься и приводить себя в порядок.

Я сделала быструю зарядку, подкрасила лицо, подобрала одежду, решив надеть строгую юбку-карандаш и бежевую блузку. Свои тяжелые черные волосы уложила в небрежный пучок и, заглянув в зеркало, осталась довольна собой. В отражении мне улыбалась весьма милая брюнетка с темно-карими глазами и пухлыми губами. Да уж, природа меня точно не обидела, но одной внешностью сыт не будешь. Нужно еще что-то. Мозги, например. И чуточку везения. Ну, неужели на меня во всем этом роскошном поселке никто не клюнет?

Скривившись, я схватила сумку и отправилась на кухню, чтобы поискать кофе. Вдруг здесь есть что-то такое.

На кухне меня уже ждали. Тихомир сидел за столом и наблюдал за тем, как Фома Измаилович стряхивает что-то со сковородки в тарелки. В три тарелки.

– Доброе утро, – промямлила я, остановившись на пороге.

– Доброе, – ответил мужчина, даже не соизволив обернуться. Мальчик просто мне улыбнулся. Мне стало обидно. Чего это мой будущий шеф так ко мне относится? – Садитесь за стол, завтрак сейчас будет. Тихон!

Парень тут же выскочил из-за стола и расставил тарелки рядом с приготовленными приборами. Я пожала плечами и отправилась к столу. Села на ближайший стул и придвинула к себе тарелку, на которой красовались… яйца пашот в обрамлении кусочков овощей, присыпанных свежим базиликом. Это что?

Я вскинула голову и посмотрела на мужчину, поставившего рядом со мной кружку с каким-то травяным чаем. Это все он приготовил? Вау! Мужчина, который умеет готовить для меня сродни динозавру. То есть, до сих пор я таких не встречала. Обычно дома готовила всегда мама, и меня к этому пыталась привлекать. Получалось у меня всегда отвратительно, так что я смирилась со своей криворукостью в этом плане. Отец и брат никогда к плите даже не подходили. Да и потом я обычно встречалась с красавчиками, которые в кафе-то не всегда знают, что едят, не говоря уже про домашнюю кухню. А здесь такой завтрак мужскими руками…

Карапетов же сел за стол и впервые со вчерашнего дня посмотрел на меня. Лицо его не выражало ничего, кроме легкой усталости. И отчего он так успел устать с утра?

– Спасибо, – улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку.

– Приятного аппетита, – холодно кивнул он и принялся за еду.

Я пожала плечами и тоже взялась за вилку. Тихомир уже вовсю хрустел огурчиком. Ммм, это еще и вкусно. Я украдкой глянула в сторону директора и вздохнула. Какой-то он странный. Невысокий, зато волосы густые и зачесаны назад. Несколько прядок выбились и теперь падали на высокий лоб. Бородка опять же… Его лицо выглядело несколько детским, а борода сглаживала это впечатление. Фигура слегка полноватая, но опять же плечи широкие. Нескладный он какой-то, но, если присмотреться… А зачем мне к нему присматриваться? Там, вон целый неженатый Аринкин сосед есть. Вполне себе симпатичный. Надо как-то на нем сосредоточиться, если получится.

Карапетов поднялся из-за стола ровно тогда, когда я допила последний глоток чая.

– Тихон, убери, – кивнул он на тарелки и посмотрел на меня. – Дамира Алмазовна, идемте. Нам нужно еще некоторые вопросы обсудить.

– Конечно, – я тоже поднялась из-за стола и с сожалением посмотрела на мальчика, убиравшего посуду. Хороший он. И чего его так все шпыняют?

Из особняка мы вышли молча. Так же молча прошествовали до школы и вошли внутрь.

– Фома Измаилович, – окликнул директора женский голос. – Я вас еще вчера искала, – к нам подошла невероятно симпатичная блондинка. – Вы мне так и не сказали, что мне делать, когда я уйду в декретный отпуск. Кто меня здесь заменит?

Карапетов устало провел ладонью по лицу.

– Вероника Родионовна, вы же знаете, что мы обсуждаем этот вопрос с Николаем Николаевичем. Уверен, что мы что-нибудь придумаем, – тон его был доброжелательным.

– А Веру вы спрашивали? Хозяин все равно будет учитывать только ее мнение. А она в растерянности и уже две недели из дома не выходит, чтобы не сделать еще хуже. У нас так учителей в школе не останется, – выдохнула блондинка и вдруг улыбнулась, заметив меня (хотя раньше я думала, что весьма заметная). – Здравствуйте. Меня зовут Вероника, я учитель рисования, – представилась она.

Я тоже улыбнулась и открыла было рот, но меня опередили.

– Это Дамира Алмазовна, мой ЛИЧНЫЙ секретарь. И мы очень торопимся, – директор схватил меня за руку и буквально потащил к лестнице.

– Фома Измаилович, – позвала его, когда поняла, что не успеваю переставлять ноги. Он чуть притормозил. – Я не заблужусь, если дойду до кабинета без таких мер, – я выдернула свою ладонь из его хватки.

Карапетов тут же виновато на меня посмотрел.

– Простите, – он потер лицо и вздохнул. – Ночь была непростая, – зачем-то известил меня.

Я нахмурилась. Зачем мне эта информация? Если он всю ночь где-то с кем-то развлекался, я-то тут причем?

– Я не люблю, когда меня хватают за руки, – предупредила.

– Я учту, – сухо ответили мне.

Карапетов еще пару секунд постоял на лестнице и, повернувшись, пошагал наверх. Я отправилась за ним, подозревая, что простой моя работа точно не будет.

Глава 4

Мы вошли в уже знакомую мне приемную, которую Карапетов быстро пересек, и вдруг резко остановился у двери, ведущей в кабинет директора.

– Я…, подождите меня здесь, – бросил он и прошмыгнул за дверь так, чтобы я точно там ничего не увидела.

Я только плечами пожала. Не в первый раз у меня странные люди в начальниках, так что к этому я относилась вполне лояльно. Но вот жить рядом с таким человеком мне не очень хотелось. Хотя, мне пока вообще ни с кем жить не хочется, но это, думаю, пройдет.

Фома Измаилович вернулся в приемную буквально через минуту. Я только успела сумку в стол убрать и сесть на свое новое рабочее место. Мужчина принес пухлую папку, сел напротив меня и бросил на меня быстрый взгляд.

– Дамира Алмазовна, как вы себе представляете работу секретаря директора школы? – Задал он странный вопрос.

Я внутренне собралась.

– Секретарь должен отвечать на звонки, разбирать бумаги, помнить о встречах начальника и решать возможные конфликтные ситуации, – отчеканила я. Надеюсь, что спать с ним ради этой работы мне не придется.

– Очень хорошо, – Карапетов улыбнулся, обозначив ямочки на пухлых щеках. Не думала, что они у него есть. – Тогда подпишите вот эти документы, – протянул он мне несколько договоров.

Я пожала плечами и принялась изучать договор найма. Кажется, Аринка не врала, когда говорила, что платят здесь более чем прилично. Отлично. Я подписала документ, намереваясь всеми правдами и неправдами держаться за это место. Я столько времени пыталась заработать хоть сколько-то, чтобы хватало на жизнь, что сейчас, глядя на эти цифры, с ощущением восторга понимала, что смогу, наконец, откладывать деньги. Нет, меня отсюда точно ничем не выкурят.

– Это что? – Нахмурившись, я взялась за второй документ.

– Это единовременная выплата для работника школы, – Карапетов внимательно следил за мной.

– Зачем? – Уточнила, потому что такое количество денег в мои расчёты вообще никак не влезает.

– Для того, чтобы легче было начать работу, – медленно произнес он.

– Я и так у вас живу, – пробормотала. – Кстати, сколько мне надо будет вам заплатить за…?

Договорить я не успела, потому что директор вдруг вскочил на ноги и унесся в свой кабинет, громко хлопнув дверью. В кабинете вновь что-то разбилось. Интересно, что у него там?

Подавив свое любопытство, я изучила документы на выплаты, подписала их, а потом принялась за изучение сметы постройки своего будущего дома. Или не своего? Мое имя тут не вписано. Ну да ладно, если мне будут платить такую зарплату, которую пообещали в договоре, то я смогу себе сама дом купить уже через пару лет.

Задумавшись над перспективами, я не сразу заметила, что Фома Измаилович уже стоит в приемной и наблюдает за мной. И как он так беззвучно смог выйти из своего кабинета?

Я отодвинула подписанные бумаги и максимально благожелательно улыбнулась.

– Какие будут поручения для меня сейчас? – Уточнила.

Карапетов подошел к столу, побарабанил пальцами по столешнице и выдохнул:

– Идемте!

Ну, я и пошла. Только из сумочки выудила блокнот и ручку, чтобы записывать. Уверена, меня сейчас засыплют поручениями, потому что должность у меня такая… на побегушках.

Когда мы спустились по лестнице вниз, в школу вошли несколько крепких ребят, которые при виде нас резко остановились. Один из них осторожно шагнул вперед и уточнил.

– Фома, что убирать?

Я заметила позади него Макара и улыбнулась ему. Парень ответил тем же.

– Мой кабинет полностью. И, Лёнь, технику целую оставь, пригодится еще, – невозмутимо сказал Карапетов и пошел к выходу из школы. Я оглянулась, чтобы получше рассмотреть парней, но тут же услышала. – Он женат!

– Кто? – Не поняла я.

– Клыков, – зло бросил директор.

Так как я не знала никакого Клыкова, решила прояснить ситуацию.

– Я просто с Макаром вчера познакомилась…

– Им займется Лохматов, – в голосе Фомы Измаиловича прорезалась угроза. – И я не рекомендовал бы вам улыбаться всем подряд, женщины у нас нервные тоже бывают.

Я вздохнула. Встречалась я уже в своей жизни с нервными ревнующими бабами. Одна даже с кулаками кинуться пыталась, но за меня вовремя девочки в салоне вступились. Повторения подобной ситуации мне не хотелось.

– Фома Измаилович, – позвала, когда мы вышли из школы. – А вы, наверное, всех в Березкино знаете? – Спросила.

– Всех, – мужчина странно на меня посмотрел.

– Значит, вы поможете мне отсеивать тех парней, которые заняты! – Выпалила радостно.

Карапетов затормозил так резко, что я врезалась в него и едва не отлетела на землю. Директор меня вовремя поймал, поставил на ноги и отошел на метр, разглядывая меня так, будто я сейчас на него с Луны свалилась.

– Зачем? – Голос у него дрогнул.

Я не сразу вспомнила вопрос, так опешила от того, что едва не упала.

– А, так это… Я не хочу тратить время на занятых мужчин, – быстро перевела дух. – Так я быстрее выйду замуж за кого-нибудь адекватного и симпатичного.

Лицо Карапетова стало еще более озадаченным.

– И богатого? – То ли уточнил, то ли добавил он.

Я скривилась. Чего это сразу богатого-то? Так, средненького. Чтобы на жизнь хватало.

– За кого вы меня принимаете? – Совершенно серьезно оскорбилась. – Я же не приживалка какая-нибудь!

На самом деле, мне достаточное количество раз предлагали быть содержанкой кого-нибудь богатого и влиятельного. Вот только… мужчина должен был мне нравится. А еще я была против того, чтобы подчинить себя мужскому влиянию. Я на примере своей семьи видела, что происходит, когда отец гонял маму просто потому, что та финансово от него зависела. Ну уж нет, мне такого не надо.

– Я… это… – директор шагнул ко мне. Вид его был совершенно растерянный. – Простите. Просто подумал, что такая красивая девушка, как вы мечтает жить в максимальном комфорте…

– Не переживайте, – решила я не зацикливаться на этом. – Не вы первый, не вы последний, – я вдруг замолчала, чтобы лишнего не ляпнуть. – А вы считаете меня красивой? – Уточнила.

Фома Измаилович вдруг отвернулся.

– Считаю, – услышала.

Я с облегчением выдохнула. Этот человек работает (и даже руководит) в женском коллективе и, наверное, у него есть какое-то представление о женской красоте. Значит, у меня есть шанс понравиться местным мужчинам. Хотя бы одному из них.

– И вы мне расскажете, кто женат, а кто нет? – Спросила прямо.

В ответ мне прилетел тяжелый вздох.

– Расскажу, – отрезал директор и пошагал по дорожке в сторону интерната.

Я поспешила за ним. Ну, вот. Можно сказать, что мы с ним уже нашли общий язык и теперь будет хоть немного легче. Тем более, что он не настолько неприятный тип, каким показался мне вначале. Да и нам придется какое-то время жить вместе, так что налаживать контакт определенно нужно.

Стоило нам войти в здание интерната, как к Карапетову подошла женщина лет тридцати и заявила.

– Фома Измаилович, я так больше не могу. Трупикова с Барановой взорвали неработающий туалет, Кощеев на неделе сбегал два раза в горы, а Терехова, не умея плавать, едва не утопилась в бассейне. Причем, отправилась она туда сама, – всплеснула эта женщина руками.

– Таисия Львовна, не беспокойтесь, я совсем разберусь. Знакомьтесь, это Дамира Алмазовна, мой ЛИЧНЫЙ секретарь, – представил он меня. Я доброжелательно улыбнулась. – Если меня не будет на месте, то с текущими вопросами можно будет подходить к ней.

– Очень приятно, – успела вклиниться я.

Женщина просияла и отчего-то сложила руки в домик. Она явно была доброжелательно настроена по отношению ко мне.

– А пока найдите мне всех провинившихся и приведите их в мой кабинет, – велел директор.

Таисия Львовна резко развернулась и едва ли не бегом бросилась прочь по коридору. Мне даже показалось, что она сейчас даже немножко подпрыгивать начнет. И что ей такого воодушевляющего сказали?

Карапетов направился дальше. Дети, попадавшиеся в коридорах, старались быстренько куда-то сбежать. Наверное, все провинились в чем-то. Не бьют же их здесь, на самом деле? Лишь одна девочка, с цветочным горшком в руках сдержанно поздоровалась с нами и унесла растение дальше по коридору.

Вскоре мы пришли в… актовый зал.

– Идемте, – бросил мне Фома Измаилович и прошел мимо ряда кресел на сцену. За сценой оказался… просторный кабинет, так же хорошо обставленный, как и моя приемная в школе. – Вот здесь мы сейчас немного поработаем, – он прошел к столу у дальней стены и сел на стул. – Здесь ваше рабочее место, – указал он на стол у окна.

Я кивнула, устроилась в кресле и, открыв блокнот, быстренько вписала в него имя Таисии Львовны, чтобы не забыть. Я на память не жалуюсь, но, судя по всему, мне еще учеников придется запоминать… или записывать. Жизнь научила, что лучше второе.

Отвлекая меня, на стол лег ноутбук. Я резко подняла голову.

– Так как работа будет не только в школе, то вам выделяется отдельный рабочий… инструмент. Так же, после обеда мы с вами сходим в бухгалтерию, где вы получите денежное довольствие, – пояснил удивленной мне Карапетов.

– О, – вспомнила я. – Вы мне так и не сказали, сколько я должна за жилье заплатить.

– Вы подписали договор, по которому жилье вам предоставляется бесплатно, – рыкнул мужчина так, что я едва не присела.

– Ясно, – пробормотала и включила ноутбук. – А… здесь это… операционной системы нет, – озадачилась.

Карапетов взял лэптоп, развернул к себе экраном и вздохнул.

– Завтра будет, – сказал. Больше ничего сказать не успел, потому что в дверь робко постучали. Я вновь открыла блокнот и приготовилась работать. – Входи, – велел директор.

Дверь приоткрылась и в кабинет нехотя вошел очень лохматый и очень долговязый парень с чуть раскосыми глазами. Покосился на меня, на Карапетова и, тяжко вздохнув, опустил голову и виновато шаркнул кроссовкой.

– Здрасьте, – пробормотал парень.

– Кощеев, ты из меня всю душу скоро вынешь, – Фома Измаилович прошел за свой стол и опустился в кресло. – Зачем ты снова бегал в горы в неустановленное время?

Я вскинула брови. То есть, здесь есть установленное время для побега в горы?

– Я это… Зовут же… Да и леший там про природу рассказывает интересно. А днем он не выходит, спит. Нечисть же, – невнятно пробормотал парень.

– А брата своего ты снова туда таскал? – Рыкнул директор.

– Не, Ванька в комнате остался, – мальчик попинал носком кроссовки пол. – Воспитатели же стерегут его… после прошлого раза?

– Так, Кощеев, еще раз сбежишь ночью, я отправлю тебя бабе Раде на перевоспитание. У нее ты в туалет ходить по расписанию будешь. А если не поймешь, как нечисть себе подчинять, так и вовсе будешь разговаривать с Хозяином, – пригрозил Карапетов.

– Не надо Хозяина, – Кощеев даже отшатнулся. – Я все понял. На рассвете-то хоть можно?

– Недолго только. Но еще хоть одна жалоба и ты отправишься в Май, – напомнил Фома Измаилович и взмахом руки отпустил паренька. Тот быстро выскочил за дверь.

Я же, посмотрев на пустой лист блокнота, попыталась собрать мозги в кучу. Это интернат для душевно больных детей что ли? Твою ж квартальную отчётность… Ой, и Тихомир получается тоже?

– Эмм, Фома Измаилович, – позвала директора, который что-то принялся записывать в большом журнале. Он поднял голову. – А вы тут говорили про лешего… – договорить я не успела, потому что вновь раздался стук в дверь.

– Здравствуйте, – в кабинет протиснулись две девочки лет двенадцати на вид.

– А, Трупикова и Баранова, – обрадовался Карапетов. – Рассказывайте, – велел он, выйдя из-за стола и привалившись к нему пятой точкой.

Девочки, понурившись, стрельнули глазками в мою сторону и синхронно вздохнули.

– Мы проводили эксперимент, – покаялась правая.

– По взаимодействию некоторых кислот с агрессивной щелочной средой в условиях, приближенных к реальным, – тут же поддержала левая.

– А туалет все равно не работал, – добавила первая.

– И там ремонт был запланирован, – откликнулась вторая.

Карапетов поднял глаза к потолку.

– С сегодняшнего дня вы приступаете к сбору ядовитых грибов в дальней теплице. Грибы не пробовать, не варить, не пытаться сделать из них яд. Ясно? – Он строго посмотрел на закивавших девчушек. – Узнаю, отдам Максиму на ингредиенты. Он всю вашу кровь проверит вдоль и поперек и, может быть, даже найдет кровных родственников.

– Не надо родственников, – взвизгнула одна из девочек. Вторая в ужасе отшатнулась к двери. – Мы больше не будем проводить эксперименты.

– Вот и отлично. Ступайте, – велел директор и девочки буквально выбежали из кабинета. – Так что вы спрашивали, Дамира Алмазовна? – Повернулся он ко мне и ласково улыбнулся.

Я чуть тоже не взвизгнула и не выбежала отсюда, потому что маньяки обычно так и выглядят, доброжелательными дядюшками (я передачи смотрела). Но я же взрослая женщина, могу себе позволить хоть немного храбрости.

– Вы собрались кровь из детей выкачивать? – Спросила не слушающимся языком.

Карапетов улыбнулся.

– Да что вы! У нас есть лаборатория в Мае, ей заведует… – он резко замолчал. – Неважно, кто заведует. Там просто проверяют кровь на наличие болезней и создают лекарство.

– А родственники этих девочек…?

Договорить мне снова не дали. В кабинет после едва слышного стука вошла… зеленоволосая девушка лет семнадцати. А еще между ее пальцами были едва заметные перепонки. Я, заметив это, поперхнулась воздухом.

– А, Терехова. И зачем ты в тридцать второй раз в этом году пыталась утопиться в бассейне? – Строго спросил мужчина, игнорируя странный вид девушки.

– Я пытаюсь разобраться, почему у меня ничего не выходит. По виду, в моем роду были мавки, но я совершенно равнодушна к воде и абсолютно не умею плавать. Как это вообще понимать? Я даже научиться не могу, – топнула ногой девушка.

– Терехова, тебе мало было того, что в прошлый раз тебя пришлось откачивать врачам из лечебницы? Ты в курсе, что заставляешь других отвлекаться от своей работы? – Карапетов выглядел очень сердитым.

Так, ясно. Эта девушка – фрик-самоубийца. Других объяснений у меня нет. А Фома Измаилович давит как раз на то, на что давить категорически нельзя в этих случаях.

– Мне что, себя человеком считать? – Распсиховалась девица.

Директор поморщился.

– Так, около недели назад Вера Родионовна подняла записи старой библиотеки Хозяина и нашла там информацию про то, что когда-то здесь жили дриады. Попробуй ориентироваться на то, что ты их потомок. Зубы-то у тебя нормальные, – махнул он рукой в сторону утопленницы.

– Дриады? – Просияла девушка, развернулась и побежала к двери. – Спасибо, – крикнула она уже из коридора.

– Дриады, – повторила я и хихикнула. Потом все же взяла себя в руки. – Фома Измаилович, это что сейчас было?

Мужчина подошел к двери, захлопнул ее и повернулся ко мне.

– Это были воспитанники нашего интерната, – невозмутимо ответил он.

– А все это… Леший, кровь, дриады? Эти дети больные, да? Вы им подыгрывали?

Я в ожидании уставилась на него. Карапетов на секунду поджал губы.

– Дети абсолютно здоровы, – покачал он головой. Я вновь едва слышно хихикнула. Значит, это я сошла с ума. – Просто они, в силу своих особенных способностей, общаются с разными… энергетическими пластами информации, недоступной обычным людям.

– Экстрасенсы что ли? – Еще больше удивилась я.

– Мутанты и оборотни, – печально усмехнулся мужчина.

Это он так шутит?

Глава 5

– Ладно, будем считать, что вы пошутили, а я посмеялась, – пробормотала я, захлопывая блокнот. Карапетов отвел взгляд и подошел к своему столу. – Фома Измаилович, – я постаралась взять себя в руки. У меня первый рабочий день и будет совсем некрасиво, если меня посчитают дурой, неспособной поддерживать шутливый тон окружающих. – У вас сегодня какие-нибудь встречи запланированы?

– Планы в нашем случае работают плохо, но я пока свободен. Мой кабинет сегодня будут ремонтировать, а в интернате все пока идет штатно, – он с интересом смотрел на меня. Побег, две пироманки и утопленница – это штатно? Неужели во всех интернатах так? – А что вы хотели, Дамира Алмазовна?

– Я думала в обеденный перерыв сбегать до вашей больницы. Мне Арина… э-э… Владимировна порекомендовала, – в больнице должны быть адекватные люди. Я что-то уже начала сомневаться в отсутствии у меня нервных болезней.

– Вы больны? – Вскричал Карапетов так, что я чуть со стула не свалилась. Действительно, нервы ни к черту.

– Со мной все в порядке. У меня всего лишь обострилась сезонная аллергия. Летом постоянно высыпания какие-то. А еще я чихаю из-за пыльцы, – покаялась я в дефектах своего организма. – Но это нормально.

– В этом нет ничего нормального. Почему в вашей медицинской книжке этого указанно не было? – Фома Измаилович принялся нервно мерить шагами кабинет.

– Так аллергия сезонная. И она не заразная, – развела я руками. – Работать секретарем она мне не помешает.

– А если начнутся осложнения? Если у вас случится отёк? – Он остановился у двери, задумчиво посверлил ее взглядом и выдохнул. – Собирайтесь! Мы едем в лечебницу.

– Но… – я поднялась из-за стола, чтобы показать, что не при смерти.

– Или я вызову врачей сюда, – посыпались угрозы.

Вздохнув, я забрала со стола блокнот с ручкой и отправилась за Карапетовым, буквально выскочившим в актовый зал. Меня просто поражало, что человек не самого изящного телосложения с такой скоростью и грацией мог передвигаться. Это не могло не вызывать восхищения. Я даже засмотрелась.

Из здания интерната мы практически выбежали и… директор направился в сторону нашего особняка. Меня он сильно не торопил, но скорость я все же прибавила. Там он выбрал одну из машин, открыл пассажирскую дверь и жестом указал мне мое место. Я замешкалась на секунду.

– На машине добираться до лечебницы будет быстрее и комфортнее, – убедительно заявил он.

Так я же не отказываюсь! Просто туплю. Села в машину, осмотрелась. Неплохо так внутри. И сиденья из натуральной кожи… И двигатель не слышно. Это шумоизоляция такая?

Я молча дотерпела до того времени, когда машина припарковалась у весьма приметного трёхэтажного здания. Больше терпеть не смогла.

– Я одна туда схожу, – заявила, когда Карапетов вышел следом за мной из машины.

– Как ваш руководитель я должен знать, чем вы болеете, – парировал он.

Я недовольно насупилась, но через пару секунд поняла, что у меня нет никаких интимных болезней, о которых было бы стыдно рассказать. У меня всего лишь аллергия, о которой будут знать все вокруг, если ее не лечить. Красные слезящиеся глаза меня не красят, как и сыпь на коже.

– Добрый день, – девушка за стойкой в фойе больницы подпрыгнула, увидев за моей спиной Карапетова. – Что-то случилось, Фома Измаилович? – Спросила она, стрельнув в мою сторону глазами.

– Да, случилось, Оля. Мне нужно, чтобы Дамире Алмазовне провели всестороннее обследование, – сообщил директор, кивнув на меня.

– О, – девушка похлопала глазами. – Очень повезло, что сегодня Алиса с Зоей приехали, – она чуть наклонилась и шепотом добавила. – Кажется, лечебницу под руководство Зои передадут, потому что у нее колоссальный опыт. Надю-то уволили…

– Мне не говорили, что ее семья переезжает в Березкино, – нахмурился Карапетов.

– Я сама сегодня случайно подслуша… услышала, – прошептала девушка. – Они сейчас в третьей процедурной что-то обсуждают.

– Спасибо, – директор подхватил меня под локоток и повел дальше по коридору. Я послушно переставляла ноги, потому что меня сейчас ведут какому-то лучшему специалисту, как я поняла из разговора. – Добрый день, – вошли мы в небольшой процедурный кабинет, где две девушки склонились над бумагами.

– О, привет, – подняла голову Алиса и улыбнулась мне. Вторая девушка выглядела старше, но тоже была настроена благожелательно. – Что-то случилось?

– Мне нужно полное обследование Дамиры Алмазовны на предмет болезней, – вновь потребовал Карапетов.

– Аллергия обострилась? – Нахмурилась Алиса, осмотрев меня с головы до ног.

– Немного, – призналась я.

– Зой, займешься? – Вопросительно посмотрела она на вторую девушку.

– Конечно, – та убрала бумаги в сторону и жестом указала мне на кушетку.

– А мы пока Лохматова навестим, – пробормотала юная блондинка.

Я уселась, глядя, как Алиса подталкивает Фому Измаиловича к выходу. Если меня здесь оставят одну, то как я буду дорогу обратно искать? Хотя, можно же просто спросить, в каком направлении мне двигаться, вот и все.

– Сейчас будет немного больно, – Зоя склонилась надо мной и принялась искать на моей руке вены, которые не очень-то и хотели проявляться. Однако, девушка совершенно безболезненно вогнала иглу мне под кожу. – Вот так. Посиди здесь, я сейчас отправлю кровь на анализ и осмотрю твою кожу.

Я послушно сидела, глядя на то, как девушка выходит из процедурной. Вернулась она меньше, чем через минуту. Попросила снять блузку, осмотрела кожу и улыбнулась.

– Все не так плохо. Сейчас я сделаю тебе укол, который блокирует аллергическую реакцию, а завтра уже будет готов препарат, который полностью тебя вылечит, – она говорила со мной ласково, как с ребенком.

– Было бы отлично, – ответила я, чуть поморщилась от укола и едва успела застегнуть блузку, как в кабинет быстрым шагом вошла рослая широкоплечая девица.

– Привет, – бросила она, нагло разглядывая меня. – Я – Клавдия. Фома попросил забрать тебя из лечебницы и отвезти в интернат. А также накормить тебя обедом.

– Хорошо, – я слезла с кушетки. – Я – Дамира.

Клавдия хмыкнула, кивнула Зое и вышла за дверь. Я поспешила за ней.

У больницы стоял большой внедорожник. Не такой огромный, как у Лохматова, но все же…

– Это твоя? – Восхитилась я.

– Ага, – не без гордости ответила Клава. – По моему личному эскизу собирали.

– Эх, а я не знаю, когда смогу накопить на свою машину, – сказала, забравшись внутрь и погладив деревянную приборную панель.

– У тебя есть права? – Уточнила Клавдия, отъехав от больницы.

– Есть. Только толку от них нет. Я все же сначала планирую обзавестись собственным домом, а потом уже машиной, – рассказала ей о своих планах.

– А почему не сейчас? У Фомы достаточно машин, чтобы тебе одну из них выделить, – Клавдия бросила на меня быстрый взгляд.

– Это же его машины, – нахмурилась я.

– На всех он разом не ездит, так что может и поделиться, – парировала девушка. – Давай, я с ним сегодня поговорю об этом?

Я пожала плечами. С одной стороны, мне было очень неловко из-за такого предложения, с другой, поездить за рулем мне хотелось неимоверно. Так что я сама еще не решила, как относиться к такой перспективе.

Клавдия отвела меня в столовую, где мы пообедали. Так же она выдала мне номер своего телефона и сказала звонить, если понадобится какая-то помощь. Далее, она проводила меня до кабинета, что был за актовым залом, где я забрала забытый всеми ноутбук. Затем, девушка отвела меня в школьную бухгалтерию.

– Мы по поводу нового секретаря. Фома Измаилович велел выдать ей все причитающееся. Документы должны быть уже у вас, – потребовала Клавдия у серьезной женщины в окошечке.

– Та-ак, – протянула та. – Ага, вот здесь подпишите, – в окошке появилась квитанция, которую я подписала. – Деньги наличными, – в окне показалась рука с двумя аккуратными пачками. – Пересчитайте.

Я и посчитала. Потом еще раз.

– Здесь больше, – пробормотала.

– Ах, да, – в окошке появилась еще одна квитанция. – Компенсация за отсутствие отдельного жилья.

Я подмахнула бумагу, забрала деньги и поняла, что моя сумочка до сих пор в приемной кабинета директора на втором этаже. Мне что, с деньгами в руках идти?

Пришлось подниматься на второй этаж именно так. Хорошо, что учебный год еще не начался и нам по пути никто не встретился. Лишь в самой приемной я столкнулась с Макаром, выносившим из кабинета директора какой-то шкаф. Причем, шкаф был намного больше самого парня. Я едва успела отскочить в сторону.

– Вернулась уже, – улыбнулся он и протиснулся в дверь мимо Клавы.

– Чего это у вас с Макаркой? – Потребовала ответа девушка.

– Не знаю, – подняла я брови и впихнула деньги в сумочку. – Познакомились вот… Он, кстати, симпатичный.

Клавдия моих взглядов явно не разделяла.

– А как же Карапетов? – Прищурилась она.

Я непонимающе на нее посмотрела.

– В договоре не было указанно, что я не могу встречаться с парнями и выходить замуж, – пояснила.

– А ты собралась встречаться с парнями? – Клава села на стул для посетителей и с интересом уставилась на меня.

Дверь кабинета вновь открылась и из него вышел тот самый Клыков, из-за которого на меня нарычали утром. Он вынес какие-то доски, прислонил их к стене и закрыл кабинет.

– Привет, – сказал он Клавдии. – Передай Фоме, что мы все убрали. Через час привезут доски для отделки и мебель.

– Ага, – кивнула та и, вытащив телефон, принялась что-то печатать.

Я тоже принялась искать свой телефон, но почему-то в сумке его не нашла. Потеряла что ли? Если так, то нужно будет съездить и купить новый. Теперь у меня есть для этого деньги.

– Ты теперь, Клавка, постоянно в телохранителях у новеньких ходить будешь? – Фыркнул Клыков, весело поглядывая в мою сторону.

– Я просто помогаю освоиться в наших реалиях, – фыркнула девушка, убирая телефон. – Для твоей Вероники я лишней точно не была.

– Это точно, – коротко хохотнув, парень подхватил доски и ушел совсем.

– Так что там у тебя с Пушковым? Ну, с Макаром, – добавила она, увидев, что я не поняла ее вопроса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.