Татьяна Олейник
Жирное на ночь (не) вредно

Пролог

Прикованная цепями к отвесной скале я приготовилась погибнуть от клыков прекрасного дракона в сияющей чешуе. Нет, ну а что? Надо же хоть как-то себя утешить. Если увижу сказочное существо, то и умирать будет не страшно. Хотя вру. Еще как страшно! Мамочка! Зачем ты родила меня с такой большой жопой?!

Ветер играл пышным подолом красного платья, колыхая ткань из стороны в сторону и бросая его мне в лицо.

Неожиданно низкие грозовые тучи закрутились в воронку, в которой мелькнула крылатая тень, заставив мое сердце биться в панике. Оно будто понимало, что скоро остановится навсегда и хотело хоть как-то это компенсировать.

В самый неподходящий момент очередной порыв ветра снова закрыл мне лицо полупрозрачной тканью, и я пропустила появление ящера.

Вместо того, чтобы радоваться, что не увижу последние мгновения своей жизни, дернула головой, пытаясь освободить обзор. Лучше бы я этого не делала!

Такое страшилище я в жизни не видела ни в фильмах, ни даже сказках! Ждала прекрасного дракона, в чьей пасти умереть не жалко, а тут это! Нет, ну есть же драконы, как драконы. А мне, вместо горделивого, грациозного существа, достался зомби, которого убили, потом оживили и снова убили. Без слез не взглянешь! Не так я себе это представляла, ой, не так!

Надежды на то, что благородное животное сжалится над бедной попаданкой, рухнули, как только я увидела зеленую, недовольную рожу, далекую от всякого благородства.

Не выдержав подобного зрелища, я пронзительно завизжала во все горло, да так что у самой уши заложило.

Глава 1

– Ну и жиробасина же ты, Алена! – глядя в зеркало, сказала сама себе.

Новые брюки и снова на размер больше, чем месяц назад. Это уже ни в какие ворота не лезет. Впрочем, также как и я в эти штаны.

С трудом застегнув пуговицу, максимально втянула живот, но он все равно свисал по бокам. Выглядело это, словно на меня натянули спасательный круг или наоборот, меня на круг – картина не для эстетов.

Поняв тщетность попытки впихнуть в брюки невпихуемое, я шумно выдохнула, расслабив живот.

Реакция за необдуманным поступком последовала молниеносная. Пуговица с треском слетела со штанов, срикошетила от зеркала и больно врезалась мне в лоб.

– Ай! Черт! – потерев ушибленное место, огляделась в поисках шальной фурнитуры.

– Вам принести на размер больше? – продавщица отреагировала на шум с той стороны шторки.

– А какой там следующий на очереди?

– Пятидесятый. К сожалению, больше размеров этой модели нет.

– Так я же вам сказала, что у меня пятьдесят второй, а вы мне получается, дали не тот! – выглянув из примерочной, возмутилась я, внутренне ликуя, ведь в прошлый раз джинсы этого размера не получилось даже застегнуть.

– Это сорок восьмой, – молоденькая девушка мило улыбнулась, а я чуть не запрыгала от счастья. – По европейским стандартам он соответствует российскому пятьдесят шестому, – она спустила меня с небес на землю.

Приличных слов, чтобы выразить эмоций, не нашлось. Два размера, это уму непостижимо!!! Рядом с едой теперь даже дышать страшно, не то что есть!!!

Продолжать примерку не было абсолютно никакого желания. Хотелось просто лечь на пол и горько плакать, но завтра мне назначен прием у гинеколога-эндокринолога, а надеть нечего. Все приличные вещи стали малы, остались только бесформенные футболки и спортивные штаны.

Да и ладно! Пойду, в чем есть.

– Тогда не надо ничего приносить, спасибо. Я в следующий раз к вам зайду, – сняв брюки, надела свои спортивные штаны, которые по идее должны быть свободными. Но они обтянули мои ноги почти в плотную, а о пятой точке вообще молчу.

Воспользовавшись тем, что продавщица отвлеклась на другую клиентку, я проскочила мимо и, не смотря на свои габариты, быстро вышла из бутика, не хватало еще, чтоб заставили покупать испорченный товар. Маленьких вещей в шкафу мне более чем достаточно.

Я до сих пор их бережно храню в надежде, что когда-нибудь похудею и тогда больше не придется мучиться вечным вопросом – “Где купить красивую одежду больших размеров?” Но это только мечты.

У нас в городе невозможно найти что-то подходящее по приемлемой цене. Все либо маленькое, либо дико дорогое. Я, конечно, понимаю – чтобы прикрыть мою необъятную талию, нужно много материала, но в магазинах висит одно издевательство, а не одежда. Все красивое сшито на стройных девушек и женщин, а нам что прикажете делать? Голыми ходить? От такого представления больницу заполонят пациенты с инфарктом.

Люди и так смеются за спиной, особенно они любят шутки про лосины и толстушек. Но мы же не виноваты, что какие бы штаны не надели, они все будут смотреться, как лосины.

Я вышла на улицу и достав телефон, позвонила мужу.

– Жень, заберешь меня? – спросила, когда услышала “Алло”.

– Не могу. Сейчас занят, – недовольно буркнул он. А мне послышался женский шепот на заднем фоне.

– У тебя же обед, – с трудом сдержалась, чтобы не спросить, кто рядом с ним. – Я думала мы вместе перекусим.

– Обед откладывается. Фура пришла с товаром. Нужно все пересчитать и проверить накладные, так что ты сегодня как-нибудь без меня.

– Ладно. Люблю тебя, – сказала на прощание, но взаимности не услышала. Он как обычно положил трубку, прежде, чем я договорила.

Последнее время, а точнее двадцать килограмм назад, наши отношения начали портиться.

Секс стал редким и не разнообразным. Не то, чтобы я не хотела, просто стеснялась жировых складок и лишний раз старалась не раздеваться при нем, да и он особо не настаивал.

Близость случалась только, когда он подвыпивший, и то мне казалось, что это благотворительность. Складывалось впечатление, что я отталкиваю Женю. А пару раз он вообще обозвал меня бегемотом. Я тогда сильно обиделась и не разговаривала с ним три дня, а он будто и рад этому был.

В первое время, когда начались проблемы с лишним весом, муж подбадривал меня и говорил, что будет любить в любом виде, но стоило весу перевалить за восемьдесят пять, все изменилось.

Начались скандалы без видимых на то причин, вечные упреки и недовольство с его стороны. Женя стал часто задерживаться на работе или уходить по каким-то делам. Все объяснения, по какому поводу его снова вызвали в нерабочее время, мне казались надуманными. А на мои вопросы и истерики он говорил, что я себя накручиваю.

Со временем я стала закрывать глаза на его холодную отстраненность. И старалась не думать о том, чем он занимается, когда уходит по делам.

А ведь когда-то я была стройненькой и всегда ловила на себе заинтересованные взгляды мужчин, да и от поклонников отбоя не было.

Грустно усмехнувшись своим мыслям, я присела на лавочку в парке. Достала из сумки пакет с пирожками и бутылку газировки, заготовленные специально для перекуса.

Задумчиво посмотрев на мучное, попыталась уговорить себя воздержаться от вредной пищи. Но сила воли – не мой конек, а пирожки с картошкой так вкусно пахнут, что отказаться просто невозможно.

Мысленно капитулировала, вздохнула и принялась за еду, предварительно убедившись, что на меня никто не смотрит.

– Я бы на твоем месте не стала это есть, – проскрежетал старческий голос почти у самого уха, как только я поднесла пирожок ко рту. Вздрогнув от неожиданности выронила его из рук, он упал на колени, испачкал светлые штаны и свалился на землю.

Проводив сдобу грустным взглядом, я обернулась к старухе, выросшей словно из-под земли. Бабушка – божий одуванчик мило улыбалась. На ее лице не было и капли сожаления о том, что лишила незнакомого человека части обеда. А если я сейчас не наемся, то, наверняка, ночью полезу в холодильник.

– Так ты ж в любом случае полезешь в холодильник посреди ночи. Даже если сейчас плотно пообедаешь, – нежеланная собеседница хитро прищурилась.

– Что, простите? – я растерялась. Во-первых, она будто прочитала мои мысли, а во вторых я, наконец-то, рассмотрела ее. Рядом со мной сидела не совсем старушка. Определить возраст было сложно, но точно не моложе шестидесяти. Но зато ухоженная, стройная и одета стильно.

– Говорю – жрать меньше надо, – выдала она, продолжая улыбаться.

– А вам не кажется, что это не вашего ума дело? – на такие замечания я всегда отвечала агрессией. Вот и сейчас сработала защитная реакция.

– Нет, не кажется. Жалко. Красивая девка на выданье. Глазища-то вон какие, да под салом уже и не видно их, – старуха продолжала говорить обидные вещи, но каким-то не обидным тоном. – Могу помочь избавиться от проблемы, если захочешь, конечно.

– Вам-то зачем это? Да и что вы можете мне посоветовать? – хотелось выслушать ее, хоть я и была настроена скептически.

– Ты нос-то не вороти, когда помощь предлагают, а лучше посмотри на меня внимательно. Чем тебе не наглядный пример? А мне, между прочим, восьмой десяток пошел.

– Врете! – не поверила, но пример действительно был наглядным, даже очень.

– Вот те крест! – она осенила себя непонятным знамением, но я не придала этому значения. – Ну так что? Хочешь, чтобы я тебе помогла? – мне показалось, что вопрос с каким-то подвохом, и не стала торопиться с ответом, хотя очень хотелось.

– Даже не знаю, чем вы можете помочь. Завтра я пойду к врачу, он-то мне и поможет.

– Ох, и упрямая же девка. Ладно, как поймешь, что сама не справишься и никакие врачи не помогут, приходи по этому адресу, – она протянула визитную карточку и, не утруждаясь прощанием, встала и бодро зашагала по своим делам.

– Ни тебе здрасьте, ни тебе до свидания! Ну и старушки в наше время пошли! – проворчала я, разглядывая глянцевую поверхность визитки с витиеватыми надписями.

Они рассказывали о новом санатории для людей с лишним весом и обещали решить все проблемы.

Усмехнувшись оригинальным приемам маркетинга, выкинула рекламу в урну, а следом и пирожки с газировкой. Есть эту гадость не было больше никакого желания.

Глава 2

Сегодня впервые Женя не пришел ночевать домой. Отправив смс о том, что на работе завал и до утра придется разбирать товар, он отключил телефон.

Обеспокоенная тем, что муж весь день голодный, я несколько раз пыталась дозвониться до него на рабочий телефон, но там тоже никто не ответил.

С работы мне пришлось возвращаться на автобусе, да еще и в квартиру, где никто не ждал.

Весь вечер я слонялась без дела и старалась лишний раз не заходить на кухню.

В голову лезли нехорошие мысли, и чтобы отделаться от навязчивой идеи о предполагаемой измене, включила телевизор. Как раз начался мой любимый сериал. Но даже он не смог отвлечь меня от желания отправиться в супермаркет и проверить, что там происходит.

За семь лет совместной жизни Женя еще ни разу не оставался на работе до утра, даже когда приезжала московская проверка. К тому же заведующий складом не такая уж и важная должность. Можно было отложить все до завтра или поручить приемку товара подчиненным.

С каждой минутой я накручивала себя все сильнее. Воображение рисовало эротические сцены одна хлеще другой с участием Жени и молоденьких коллег с тонкой талией и упругой грудью.

Пришлось применять тяжелую артиллерию. Плюнув на все обещания не наедаться на ночь, я привычным маршрутом сходила к холодильнику за пятьсот граммовым ведерком пломбира.

В итоге полностью уничтожив мороженное, я пол ночи ревела из-за слабохарактерности и жалости самой к себе.

Утро пришло слишком быстро. Нащупав орущий телефон и нажав на сенсор, я перевела будильник на десять минут вперед. Повторилось это минимум три раза.

В итоге я чуть не проспала все на свете.

Поняв, что рискую снова пропустить прием у врача, я вскочила с кровати и громко шлепая босыми ногами, побежала приводить себя в порядок.

– Вот это красавица! – из зеркала на меня смотрела луноликая азиатка с красными глазами. Исправить этот ужас за полчаса было нереально. – Хуже быть уже не может.

Наплевав на макияж, просто умылась и почистила зубы. Укладывать волосы времени не осталось, и я просто собрала их в тугой пучок на макушке, надела безразмерную черную футболку, темные штаны, кроссовки и отправилась в больницу.

Опаздывать никак нельзя, иначе врач не примет, а достать новый талончик – это снова пройти семь кругов ада. На такое я не готова.

Чтобы, наверняка, успеть вовремя, я вызвала такси, но, как назло, свободных машин долго не было, а на автобус идти уже не было смысла.

Когда я с горем пополам добралась до больницы, до приема оставалось меньше десяти минут. Пришлось бежать в буквальном смысле слова.

Вместо бега получилась быстрая ходьба. В боку кололо, дыхание сбилось, и я останавливалась через каждые пять шагов, чтобы отдышаться.

В женской консультации было не протолкнуться от пациенток. Стараясь никого не задеть, я успела минута в минуту.

– Там занято? – тяжело дыша, спросила у женщин, стоявших в очереди.

– Занято, а у вас на сколько назначено? – поинтересовалась молоденькая девушка с большим животом.

– На восемь тридцать, – выдохнула, все еще пытаясь отдышаться.

– Вообще-то заранее нужно приходить. Мы тут уже полчаса стоим, – беременяшка недовольно скривила пухлые губы. А я почувствовала укол зависти, ведь причиной ее полноты было семейное счастье, не то что у меня.

– Для этого и дают талоны, чтобы не стоять долго в очереди, – постаралась ответить без агрессии и как можно спокойней.

– Вы бы так не бегали, – вмешалась другая будущая мамочка. – В нашем положении надо себя беречь, – она ласково поглаживала свой животик и наивно улыбалась.

– Спасибо, учту, – я отвернулась, сделав вид, будто рассматриваю плакат с изображением женской половой системы, чтобы никто не увидел моих эмоций. И ведь непонятно, она меня подколола или действительно решила, что я тоже беременная.

Где-то через пять минут из кабинета вышла женщина средних лет, а за ней медсестра.

– Сметанкина? – она окинула очередь строгим взглядом.

– Это я.

– Проходите.

В кабинете, как и в прошлый раз, пахло лекарствами и ее непонятно чем. Врач сидела за столом и смотрела в компьютер.

– Здравствуйте, Алена Викторовна. Присаживаетесь, – она даже не оторвала взгляд от монитора.

– Здравствуйте. Спасибо, – сев на стул рядом с ней, я приготовилась услышать приговор, ведь все анализы сдала еще неделю назад.

Доктор пару минут, что-то изучала на экране, а потом повернулась ко мне.

– Детей хотите? – без предисловий, в лоб спросила она.

– Хочу, – растерялась от такой прямолинейности.

– Значит, будем долго лечится и упорно трудиться. В вашем случае еще не все потеряно. Главное – запастись терпением и проявить силу воли, – она озвучила те качества, которые, как раз для меня не характерны.

Дальше врач объясняла длинный план лечения, начинающийся со страшных слов: диета, спорт и длительный курс гормональных таблеток.

Из кабинета я вышла морально истощенной и без всякой надежды на исцеление. Помимо лечения Ольга Васильевна рассказала разные ужасы про осложнения моего гормонального сбоя вследствие ожирения или наоборот. В голове все перемешалась. Замкнутый круг какой-то.

Брать себя в руки и начинать следить за своим здоровьем не было абсолютно никакого желания. Наверное, у меня уже ожирение мозга последней стадии, раз уже неспособна заставить себя.

Расстроенная я попробовала позвонить мужу, ведь он обещал пойти вместе со мной, а сам на работе уже вторые сутки.

Раздались длинные гудки, и я почувствовала внутреннюю дрожь.

– Да, – спокойно сказал Женя, как ни в чем не бывало.

– Жень, ты не занят?

– Нет. Говори, – разрешил он без особого желания.

– А я у врача только что была. Можешь забрать меня с больницы?

– Жди на остановке, я скоро подъеду, – удивительно быстро согласился он и даже в голосе послышалось волнение.

Немного взбодрившись, я набрала рабочий номер.

– Оргметодотдел, слушаю, – скороговоркой проговорила Тамара и замолчала в ожидании ответа.

– Тамарка, это я. Вы меня там еще не потеряли?

– Блин, Алена, конечно потеряли. Где квартальный отчет? Шеф уже рвет и мечет, – она перешла на шепот.

– Я еще вчера ему на стол положила. Пусть глаза разует. Вечно шары вылупит и орет, как ненормальный. В красной папке под клавиатурой, подписана большими буквами. Если не найдете, то в сетевой папке самым большим шрифтом написано: “Квартальный отчет”, – как знала, что так и будет. Сергей Иванович между прочим сам меня отпустил и благополучно забыл об этом.

– А ты когда на работе будешь? – поняв, что буря миновала и от шефа не влетит, Тамара успокоилась. – Можешь заскочить в магазин, к чаю чего-нибудь сладенького купить.

– Нет уж. Хватит сладенького. Капусту принесу, будем вместе худеть, – на полном серьезе заявила я.

– Ой, насмешила. Ты еще в тренажерный зал запишись! – подруга рассмеялась в трубку.

– Будешь ржать надо мной и тебя запишу, коза, – обычно я не обижалась на ее безобидные издевки, ведь и сама частенько грешила таким, но в этот раз почему-то меня это зацепило.

Положив трубку, не попрощавшись, наверное, у вчерашней старушки научилась, я поползла в сторону остановки.

Глава 3

В голове крутилась забавная рифма, и я повторяла ее как мантру:

Толстой тушкой медленно шагая,

Вечность, я ищу ворота рая,

Ведь там стоит только захотеть,

Можно очень быстро похудеть.

Эх, говорят мечты сбываются, а у меня они съедаются. Докатилась, даже стихи к еде сводятся. Это все из-за отсутствия завтрака.

Недаром великий полководец – Михаил Илларионович Кутузов говорил: завтрак съешь сам, обед подели с другом, а ужин отдай врагу. А у меня все наоборот: завтрак, обед и ужин – я все сожру на ужин.

С гастрономическими мыслями я дошла до остановки. Женин серый хендай уже стоял на парковке неподалеку, что немало меня удивило. То ли я так медленно шла, то ли он был где-то рядом.

Мне хорошо было видно его через не тонированное стекло. Женя сосредоточенно что-то писал в телефоне, а на его губах периодически играла улыбка.

Как же давно я не видела его таким. Сердце тоскливо заныло от того, что он улыбался не мне, и снова ревность разыгралась с новой силой.

Почувствовав мой взгляд, Женя поднял голову. Улыбки как не бывало. Хоть бы притворился, что рад меня видеть.

Открыв переднюю дверь с пассажирской стороны, постаралась грациозно сесть и при этом не кряхтеть. Зрелище вышло жалким.

– Привет. Я соскучилась, – улыбнулась и потянулась за поцелуем, но получила дежурный чмок и безразличный взгляд.

– Рассказывай, что врач сказал? – он отложил телефон в сторонку, но все равно продолжал поглядывать на него.

– Сказала, что еще не все потеряно. Правильное питание, физические нагрузки, лекарства и много терпения, тогда все получится.

– Это я тебе и без врача говорил, причем не раз.

– Это когда же ты говорил такое? Что-то я не припомню, – почувствовав скепсис в его словах, я начала потихоньку заводиться.

– Да постоянно! Ты ж никого не слушаешь!

– А еще врач сказал, что для успешного лечения нужны понимание и поддержка близких, – попыталась упрекнуть.

– Разве я не поддерживаю? – Женя возмущенно округлил зеленые глаза.

– Когда обозвал меня бегемотом? Или когда дома не появляешься? Это – ты называешь поддержкой и пониманием?

– Опять ты за свое? – его глаза потемнели от злости. – Хочешь, чтобы тебя жалели и сопельки вытирали? Нет, дорогая, так не получится. Так ты вообще никогда не похудеешь. Ты когда на себя в последний раз смотрела? Ожирела, обабилась, следить за собой перестала. Неужели самой приятно ходить вот так вот?! – он неопределенно показал на всю меня. – Сама наела это вот все, и теперь крайних ищешь?

– А разве это не ты отказывался предохраняться?! – во мне забурлил вулкан эмоций. – Это ведь из-за тебя я начала пить противозачаточные таблетки, после которых и стала толстеть! – глубокая обида отключила тормоза, и я очередной раз

сорвалась на крик. – Да если бы ты хоть раз сказал: Алена, давай решать эту проблему. Я бы не довела себя до такого состояния? Кто говорил, что будет любить меня в любом виде? А сам перестал дома появляться. Да я тебя за месяц раз десять видела и то перед сном!

– С тобой бесполезно разговаривать. Все кругом виноваты, одна ты – несчастная, не причем! – Женя отвернулся от меня и стукнул по рулю.

– Ну и не разговаривай. Вали туда, где вечно прячешься от проблем. А я без тебя разберусь. И домой приду поздно, если вообще приду, – в глубине души понимая, что тоже неправа, я вылезла из машины и, хлопнув дверью, ушла.

На работу идти не хотелось. Душа требовала уединения, чтобы как следует выплакаться, поэтому я отправила Тамаре смс с просьбой прикрыть перед начальством и пошла в сторону городского парка.

Незаконченный спор с мужем не покидал мои мысли, а ближе к парку я поняла, что наговорила много лишнего, да и не права во многом. Оба хороши. Но кто-то же должен быть мудрее и первым сделать шаг навстречу.

Мы ведь когда-то с ума сходили друг от друга. Неужели кроме обид и претензий больше ничего не осталось? Нам всего по тридцать лет, а жизнь кажется уже законченной.

Обида и отрицание вины боролись с желанием вновь обнять Женю и почувствовать себя любимой.

Проходя мимо витрины магазина, я бросила взгляд на свое отражение и ужаснулась. Ведь, действительно, выгляжу как свиноматка.

Неужели ради семейного счастья и собственного комфорта нельзя взять себя в руки? Разве это так трудно?

С этой секунды я твердо решила, что встану на путь истинный и первым делом помирюсь с мужем. Для этого нужно просто спокойно поговорить и извиниться.

Воодушевленная своей мудростью, я вызвала такси на ближайший адрес и отправилась к милому на работу.

Весь настрой на счастливое будущее сбила неожиданная новость. Да так, что у меня перехватило дыхание.

В супермаркете вежливый менеджер сообщил, что Женя еще со вчерашнего дня взял отпуск на неделю. Молодой человек мило улыбался и даже не подозревал, что сдал своего коллегу с потрохами, ведь никто не знал, как выглядит жена заведующего складом.

От шокирующей новости в груди все задрожало от предчувствий. Взяв телефон, я собиралась звонить мужу и требовать объяснений, но в последний момент передумала.

Трясущимися руками я попыталась положить телефон в карман и промахнулась. Он полетел прямиком на тротуар, а при ударе развалился на запчасти.

Как обычно неприятности не случаются по одной. Они любят ходить толпами и ставить людей в тупиковое положение. Вот, как меня, например.

Не особо задумываясь над своими действиями, я резко присела на корточки, чтобы собрать разлетевшиеся детали смартфона, и услышала треск рвущейся ткани.

Такой набор событий мог произойти только со мной.

С разбитым телефоном, порванными штанами на самом видном месте и раздраем в душе, я стояла посреди улицы и не знала, куда податься.

Такси вызвать не с чего, прикрыть дыру нечем, магазина одежды рядом нет, автобусной остановки тоже. И как назло ни одного прохожего, чтобы попросить телефон. Что делать?

Не придумав ничего лучше, я вернулась в супермаркет. Там приглядела свободную кассиршу и, сгорая от стыда, попросила вызвать такси.

О том, что твориться у меня сзади, я старалась не думать, а, чтобы не светить белыми трусами в черный горошек, ждала машину на улице, прислонившись к стене.

В этот раз за мной приехали быстро, не прошло и десяти минут.

На заднее сидение белой иномарки садиться пришлось с большой осторожностью, чтобы не расширить брешь в штанах, иначе до дома я буду идти мелкими перебежками от одной стены до другой.

Таксист высадил меня почти у самого крыльца. На мое счастье никого рядом не было, я как раз успела перед обедом. Еще пол часа, и пришлось бы краснеть перед половиной соседей.

Оглядываясь по сторонам, будто за мной гонятся, торопливо скрылась в подъезде и только после этого перевела дух.

Я планировал быстро переодеться и надеялась, что Жени нет дома. Хотелось его проучить и заставить волноваться. Да и просто сбежать от разговора. Я боялась услышать правду. Зачем он взял отпуск на неделю? Почему мне не сказал об этом? Где он был всю ночь? От одних только предположений сердце замирало, а что будет, если они подтвердятся – страшно представить.

Замерев перед квартирой, я собралась с духом и вставила ключ в замок. Дверь оказалась не заперта.

Сильно удивившись, осторожно заглянула в прихожую и наткнулась на Женю.

– Что происходит? – растерялась я, когда увидела чемодан в его руке. При моем появлении он поменялся в лице. Было очевидно, что Женя хотел избежать нашей встречи.

– Вот только не ори. Иначе уйду без объяснений, – скривился, но все-таки ответил.

– Слушаю, – я так и осталась стоять в дверном проеме, позабыв обо всем на свете. В предчувствии нехороших новостей на глазах навернулись слезы.

– Еще вчера я сомневался в своем решении, но ты сегодня убедила меня, что так будет лучше для нас обоих, – Женя говорил медленно, тщательно подбирая слова. – Поживешь одна. Разберешься в себе, может, здоровьем, наконец-то, займешься.

– Ты меня бросаешь?! – мой голос дрожал. Хотелось ревом реветь, но не дать ему уйти. – Бросаешь? Когда мне как никогда нужна твоя поддержка? – упрек все же сорвался с моих уст.

– Моя поддержка делает только хуже. А так ты, может быть, все осознаешь и зашевелишься.

– Не поступай так со мной. Прошу, – я готова была заскулить, наплевав на гордость.

– Да пойми же ты, наконец, я не могу больше так. На тебя ведь невозможно повлиять. Поддержка тебе не помогла, и, когда я стал отстраняться, это на тебя тоже не подействовало. Ты упорно продолжаешь не замечать проблемы. С меня хватит! Я устал! Мне тридцать лет! Я хочу детей! А от тебя их не дождешься!

– Ты уходишь к другой? – вздрогнув как от пощечины, задала самый страшный вопрос, но ответа не последовало.

Больше не говоря ни слова, Женя отодвинул меня в сторонку и ушел, прихватив чемодан, а я так и стояла в дверях и смотрела ему вслед.

Слезы рекой текли по щекам, нос быстро заложило и стало нечем дышать.

Через какое-то время я все же заставила себя закрыть двери и пойти умыться. Затем я нашла старый телефон, вставила туда сим карту и позвонила Тамаре.

– Ну, наконец-то. Ты куда пропала? Полчаса до тебя дозвониться не могла, – с ходу начала она.

– Том, – я не сдержалась и заплакала в голос.

– Боже, Алена! Что случилось? – растерялась подруга.

– Напиши пожалуйста за меня заявление на отпуск. Ты же умеешь подпись мою ставить, – попросила, продолжая рыдать.

– Но Иваныч не подпишет, ты же знаешь.

– Ну тогда без содержания, по семейным обстоятельствам. А если он откажет, то на увольнение и забери трудовую книжку. Все равно не приду на работу.

– Ты мне объяснишь, наконец-то, или нет, что случилось? – чтобы достучаться до меня, Тамара повысила голос.

– Сейчас не могу спокойно об этом говорить. Сделаешь то, о чем я тебя прошу?

– Ладно. Что-нибудь придумаю.

– Спасибо, подруга. Я тебе позже перезвоню, – завершив звонок, я долго сидела и бездумно смотрела перед собой.

После Жениного поступка мой мир рухнул. Меня терзали боль, обида и отчаяние. Я предпочла закрыться дома и почти три дня проревела без остановки, прерываясь только на сон.

На четвертый день слезы закончились, а в душе стало пусто. Десять лет брака прошли впустую, и я осталась у разбитого корыта. Жирная, никому ненужная баба.

Мама умерла пять лет назад, а с папой я редко общаюсь. Он ушел из семьи, когда я была еще маленькая. Вот и получается, что никого у меня теперь нет.

За три дня, что я была не в себе, даже не заметила, какой бардак устроила. Или это Женя все перевернул, когда вещи собирал.

При одном воспоминании о нем снова хотелось реветь, и, чтобы отвлечься, я принялась наводить порядок. Собрала разбросанные вещи. Поменяла постельное белье, чтобы мужем даже и не пахло. Пропылесосила и пошла ставить стирку.

Отбирая светлые вещи, наткнулась на брюки, заляпанные маслом от пирожка с картошкой. От вида жирного пятна в памяти всплыла встреча с бабушкой – божьим одуванчиком. В этот момент я пожалела о том, что выбросила ее визитку.

Глава 4

Закинув грязную одежду в стиральную машинку, я ненадолго задумалась. Затем глянула на часы. Время почти девять часов вечера. Куда-то идти уже поздно, но меня будто тянуло в тот парк, на скамейку, где я обедала четыре дня назад.

Решив не горячиться, с начала полезла в интернет. Открыв главную страницу яндекса, поставила курсор на поисковую строку. Что писать? Какое там было название санатория? Что-то связанное с едой или фигурой. Маковая росинка? Нет. Стройная, как осинка? Тоже не то.

Испробовав все варианты и даже открыв полный список санаториев нашего города, я не нашла ни одного подходящего. Если верить глобальной сети, то у нас вообще нет учреждений, где помогают людям с ожирением.

Больше не думая ни минуты, я быстро собралась и побежала на автобусную остановку. В тот день урна, в которую я выбросила визитку, была практически пустой и оставалась надежда, что ее до сих пор не почистили.

Четыре остановки и пятнадцать минут до центра и десять минут пешком до парка я боялась, что не найду заветную ламинированную карточку.

Любимая скамейка была занята влюбленной парочкой, пришлось занять соседнюю и сделать вид будто кого-то жду.

Мое появление спугнуло целующуюся пару, и они предпочли найти себе более уединенное место.

Убедившись в том, что поблизости нет свидетелей моего будущего позора, я как ненормальная бросилась к урне, и каково было мое разочарование, когда она оказалась пустая.

От злости пнула муниципальное имущество и села на лавочку. В душу закралось уныние и вкрадчиво шептало голосом старухи, что я так и помру толстой, одинокой бабой без внуков и детей.

Слабый ветерок мирно качал молодую листву и гонял по дорожкам обертки от конфет. В кроссовок что-то ткнулось, и я нехотя опустила взгляд. У самых ног лежала та самая визитка с вычурным текстом.

– Волшебство какое-то, – удивилась и подобрала ценную находку.

Санаторий “Тростиночка” – гласила главная надпись. «Не можете соблюдать режим питания? Нет времени на готовку полезных блюд? Нет сил заниматься спортом после работы? Мы все сделаем за вас!»

– Звучит заманчиво, – с обратной стороны визитки был указан адрес и номер с круглосуточным консультированием. Естественно, я достала телефон и набрала заветные цифры.

Трубку сняли практически сразу, едва первый гудок успел прозвучать.

– Санаторий “Тростиночка”, консультант – Елена, слушаю вас внимательно, – приятный женский голос был удивительно мягок и вызывал желание довериться.

– Здравствуйте, Елена. Подскажите, как можно попасть к вам на лечение и сколько это будет стоить?

– Стоимость лечения зависит от степени заболевания и времени, затраченного на ваше лечение. Все это можно определить на первой консультации. Она бесплатная, а попасть вы на нее можете в любое время суток. Если хотите, приезжайте прямо сейчас, главное возьмите с собой паспорт.

– Сейчас? – я растерялась. – Но я не готова.

– Вам не о чем беспокоиться. Если вы примите решение – лечь к нам уже сегодня, то мы обеспечим вас всем необходимым. Просто приходите с паспортом, – терпеливо объяснила консультант. – Утром возьмете на работе отпуск, так как мы не предоставляем листки нетрудоспособности. И предупредите родственников, что вы в санатории и вернетесь не скоро.

Если я боялась, что санаторий – это какая-то мошенническая схема с отъемом денег или органов, да что угодно, то последние слова девушки меня успокоили.

– Говорите, к вам можно приехать сейчас?

– Конечно, скажите вашу фамилию, я сообщу доктору, и он вас примет.

– Сметанкина Алена Викторовна, – в голове промелькнула тревожная мысль, но я отогнала ее. Ну, что может случиться? – Я приеду к вам прямо сейчас.

– Замечательно, Алена Викторовна. Мы ждем вас.

Прочитав адрес на визитке, поняла, что это очень близко от парка. Удивительное совпадение. Странно было то, что я не могла вспомнить этот номер дома, хотя частенько бывала в том районе. Может новое здание построили?

Решила пройтись пешком. Спешить некуда, меня все равно дождутся. Да и такси будет ехать гораздо дольше.

Буквально через десять минут я уже стояла перед трехэтажным зданием с зеленой подсветкой. Оно действительно оказалось совершенно новым. Я точно помню, что раньше его тут не было.

Недолго сомневаясь, все же вошла в парадную дверь и остановилась посреди просторного, светлого холла.

Напротив входа стоял ресепшн. Мое внимание привлек светящийся баннер: название санатория и стройный женский силуэт. Выглядело, как издевательство над людьми с лишним весом.

За ресепшеном стояла такая же стройная женщина средних лет, миловидная и ухоженная.

– Добро пожаловать. Вы, наверное, Алена Викторовна, – она приветливо улыбнулась.

– Здравствуйте. Да, я звонила вам десять минут назад, – идеальность окружающей обстановки вызывала странные чувства.

Кругом было чисто до стерильности: ни пылинки, ни соринки. Отполированные до блеска мебель и предметы интерьера будто только что сошли с конвейера. Пахло приятным цветочным ароматом и озоном.

В дополнении ко всему девушка – консультант с идеальной прической, волосок к волоску, в хорошо отглаженной блузке, без единой складочки и со сдержанным макияжем, подчеркивающим ее естественную красоту без единого изъяна.

И среди этого великолепия стою я – пятно сплошных недостатков. Стало жутко некомфортно, захотелось слиться с хорошо подобранным дизайном и стать такой же идеальной. Возможно, это маркетинговый ход, но мне было не важно. Главное результат.

– Доктор уже ожидает. Я вас провожу, – девушка поманила меня за собой и повела к лифту.

– Простите, а разве документы для начала оформить не нужно? Я паспорт захватила с собой.

– Оформим все, как полагается, когда вы согласитесь воспользоваться нашими услугами, – она нажала на кнопку вызова, и лифт сразу же открылся, такой же блестящий и безупречный, как все остальное.

Елена нажала на кнопку третьего этажа, двери бесшумно закрылись, и кабина мягко двинулась вверх.

Глянцевая поверхность стен отражала наши фигуры, лишний раз напоминая о моих недостатках. А на фоне стройного отражения Елены, казалось, что я выгляжу еще больше, чем есть на самом деле.

– Думаю, в любом случае, я воспользуюсь вашими услугами, – зависть и желание быть такой же красивой взяли верх над рассудком.

– Вы уверены? – скорее для формальности спросила консультантка.

– Конечно, – ответила, ни капли не сомневаясь. Если в этом санатории из меня сделают прежнюю Алену, как десять лет назад, то я отдам все, что у меня есть.

– Тогда, если вы позволите, я оформлю все документы, пока доктор вас консультирует, а потом вы ознакомитесь с договором и подпишете его.

– Я не против, – покопавшись в сумке, достала паспорт в красной лакированной корочке и протянула Елене.

В этот момент лифт остановился и издал предупреждающий сигнал, а механический голос сообщил о том, что мы прибыли на третий этаж.

На мгновение у меня возникла тревожная мысль: слишком долго мы поднимались.

– Уверяю, вы не пожалеете о своем решении, – консультантка забрала паспорт и улыбнулась белоснежной улыбкой с рядами неестественно ровных зубов. Мои мысли перешли в другое русло, и я позабыла о своих подозрениях.

Перед нами открылся просторный светлый холл с кожаными диванчиками, мягкими даже на вид, и большим окном с непроглядной темнотой за стеклом.

Странно. Летом в это время должно быть светло, а за окном будто зима, и ни одного уличного фонаря не видно, чего просто не может быть в нашем городе, тем более с высоты третьего этажа.

Новый укол тревоги пронзил сознание, и опять консультантка отвлекла меня.

– Нам туда.

Мы свернули налево и пошли по длинному коридору с множеством кабинетов. Их белые двери терялись на фоне стен и лишь нумерация выбивалась темными цифрами из общей атмосферы.

Кругом не было ни одной живой души. Казалось будто здесь вообще никто никогда не ходил. Слишком чисто и тихо, даже наши шаги раздавались как-то приглушенно.

– Вот мы и пришли, – Елена остановилась перед кабинетом с номером девятьсот девяносто девять.

– Ничего себе у вас нумерация, – удивилась я, но консультантка уже открыла дверь и вошла в кабинет.

Обстановка кабинета поразила минимализмом. Стол, компьютер с тончайшим монитором, удобное кресло для врача и такое же для посетителя. Цветовая гамма все та же. От белого цвета мне стало казаться, что я скоро ослепну или сойду с ума.

– Здравствуйте, Алена Викторовна. Проходите, присаживайтесь, – за столом сидела женщина, и я даже не удивилась, когда увидела, что она такая же идеальная, как и все вокруг.

– Здравствуйте, – сев в кресло, я нервно заерзала. В голове появился странный шум, будто рядом гудят провода, а виски сковала тупая боль.

– Все хорошо? – забеспокоилась врач, заметив мое состояние.

– Что-то голова болит. Наверное, из-за стресса, – я поморщилась и потерла виски. – Три дня сильно нервничала и практически не спала.

– Могу предложить обезболивающее, – она достала из ящика стола зеленую упаковку с лекарством. Такое я видела впервые, но боль усиливалась, поэтому я не стала отказываться.

Не знаю, что это была за таблетка такая волшебная, но как только я ее выпила, боль мгновенно прошла. Зато сознание стало смазанным.

Врач, имя которой, так и осталось, мне неизвестным, что-то рассказывала и задавала вопросы. Я пыталась на них отвечать и не успевала за ходом нашей беседы. Казалось, что это какой-то сон, а лицо женщины стало напоминать лицо той старухи из парка.

Затем пришла Елена. Она будто появилась передо мной из ниоткуда и положила договор на стол.

Не читая и не отдавая себе отчета, я поставила свою подпись в указанном месте и, кажется, уснула прямо в кресле.

Глава 5

Что-то мокрое и липкое коснулось щеки, потом носа, прошлось по закрытым векам, а потом и по губам. Все это слюнявое действие сопровождалось неприятным запахом мокрой псины.

Приоткрыв один глаз увидела на фоне солнечного неба темный силуэт, нависший надо мной, и морду собаки с открытой пастью в опасной близости от моего лица. Она шумно дышала, высунув язык, с которого капала слюна, видимо, именно ей я так неожиданно умылась.

– Фу, уберите своего пса! – брезгливо скривившись, попыталась отмахнуться от животинки с нечищенными зубами. От меня скорее всего сейчас пахнет не лучше, но я

же не лезу к людям и не пытаюсь их облизывать. – Если у вас в санатории такой будильник, то я лучше сама буду вставать за час до подъема, – продолжая выражать недовольство, машинально вытерла лицо рукавом и попыталась сесть. Каково было мое удивление, когда вместо кровати подо мной оказалась молодая, сочная поросль культурных растений, высаженных ровными грядками.

– Ты погляди на нее! – заговорил темный силуэт, дребезжа возмущенным голосом. – Развалилась посреди поля, помяла мне рожь, еще и кочевряжишься! А ну вставай немедля, пойдем к старосте, пущай решает, как ты будешь возвращать убытки!

Решив, что мне снится осознанный сон, я поднялась, примяв еще с десяток зеленых ростков, чем вызвала очередную порцию негодования.

– Да что же ты, как корова! Становись между рядков, а то будешь все лето на поле батрачить. Свалилась же невесть откуда на мою седую голову!

Я, наконец-то, разглядела пожилого мужчину одетого, словно оборванец. Свободная серая рубаха, болталась на нем как на пугале, такие же шаровары неопределенного цвета заканчивались обмотками на ногах и лаптями. Довершил необычную картину лохматый пес, размером с теленка.

– Чего уставилась, как баран на новые ворота?! Ступай вперед, да осторожно, – дед махнул дряхлой рукой, указав направление.

Я послушно шла, стараясь не наступать на грядки и пытаясь понять, что происходит. Тело дико ломило, голова болела, а во рту пересохло. Ощущения во снах не бывают такими яркими. На ум приходило только одно вразумительное и правдоподобное объяснение.

Скорее всего в санатории меня опоили, заставили подписать какую-нибудь дарственную и вывезли в самую далекую глубинку России, подальше от цивилизации. Ведь чувствовала, что не все чисто с этой “Тростиночкой”, еще и название дурацкое. Но нет же, желание быстро похудеть и при этом приложить минимум усилий, напрочь отключило критическое мышление. Вроде давно не маленькая, а в сказку поверила. Развесила уши и попалась на удочку мошенников. Спасибо хоть не убили, а могли ведь и на органы пустить.

От таких мыслей мороз пошел по коже, стоило только представить, что я могла не проснуться.

Поле казалось бескрайним, и пока мы его преодолевали, было время прийти в себя и подумать. И чем дольше я размышляла, тем более подозрительным казалось все вокруг. Помимо того, что меня обманули и увезли неизвестно куда, я заметила еще кучу странностей.

Ну, во-первых, растения. Я, конечно, не агроном, но в это время года посевы на полях должны быть готовы к сбору урожая или хотя бы заколоситься. А тут рожь едва проклюнулась. Еще этот мужчина в странной одежде. Это можно списать на деревенскую местность, но неужели где-то еще носят лапти?

Задумчиво глянув в небо, я чуть не споткнулась увидев огромную тень с перепончатыми крыльями. Она быстро пронеслась над нашими головами и скрылась за горизонтом.

Я проморгалась, решив, что это галлюцинация. Не знаю, чем меня опоили, но это точно было не обезболивающее.

Продолжая смотреть вслед улетевшему существу, я споткнулась о крупный ком почвы и упала. При падении больше всего пострадали ладони, в них впились сухие крупицы твердой земли. И если б не длинный подол сарафана, то и колени ждала бы такая же участь. Похоже дождя тут давно не было, и чернозем стал твердым как камень.

Так! Стоп! Что за…? Откуда на мне сарафан, да еще такой… странный, будто отобрали у хора народных песен.

– Вот же растяпа! Поднимайся. Я не собираюсь с тобой возиться весь день, – проворчал старик, но в голосе послышались нотки сочувствия.

Отряхнув руки, предпочла промолчать. С каждой минутой вопросов становилось все больше, но спорить и истерить сейчас не время. Сама удивляюсь своему спокойствию, надо было еще вчера мозги включить, но, видимо, трехдневная истерика сказалась на способности адекватно воспринимать происходящее.

Поле закончилось небольшой березовой рощицей, за которой расположилась деревенька, окруженная частоколом.

Мы прошли по грунтовой дороге прямиком к воротам, а когда я увидела ее жителей и дома то, чуть не уронила нижнюю челюсть.

– Куда я попала? – вырвался растерянный возглас. Глубинка, глубинкой, но открывшийся вид не поддавался никаким объяснением. Даже если предположить, что меня угораздило оказаться в какой-нибудь общине староверов, это не объясняло отсутствие каких-либо признаков современных технологий.

Деревня состояла из нескольких десятков изб, собранных из сруба, без единого гвоздя. Их крыши были крыты деревянной дранкой, а на окнах стояли ставни.

На улицах деревеньки кипела жизнь. Стайка босой детворы сновала между дворов, звонко смеясь, то и дело мешая старшим работать.

Старик повел меня в центр поселения. Увидев нашу парочку, люди бросали свои дела и провожали нас любопытным взглядом, а дети перестали крутится под ногами у взрослых и увязались за нами.

– Дед Тихон, откуда чужачка?! – самый бойкий мальчишка обогнал нас.

– Брысь отсюда. Не то всыплю тебе, чтобы не совал свой любопытный нос, куда не следует, – слова Тихона вызвали лишь задорный смех, но сорванец все же отбежал на безопасное расстояние.

Я все время молчала, не понимая, как себя вести и только успевала вертеть головой. Все вокруг было до необычности простым. Будто это место застряло в прошлом. И как бы я не пыталась найти хотя бы один признак современности, взгляд все время натыкался на средневековые предметы обихода.

Особенно удивляла одежда жителей. Девушки и женщины носили красные и темно-бордовые сарафаны, пожилые женщины синие. Мужчины же носили косоворотки, подпоясанные тканевыми поясами, и широкие штаны, заправленные в онучи, что-то типа портянок, перевязанные лыковым шнурком, а заканчивалась эта красота лаптями.

– Я попала в советскую сказку, – задумчиво прошептала себе под нос, не веря, что это происходит наяву.

– Что ты там бормочешь? Часом не ведьма? – Тихон одарил меня подозрительным взглядом. – Да вроде не похожа, хотя все равно странная. Ладно, староста разберется.

Он провел меня к единственному двухэтажному терему. Во дворе мы встретили курчавого подростка. Он сидел на крыльце и что-то строгал ножом, не сразу заметив наше появление.

– Михаил, зови отца, дело есть.

Мальчишка поднял на нас удивленные глаза и на мгновенье замер, потом сорвался с места и умчался в терем, громко хлопнув дверью.

Я нервно переминалась с ноги на ногу, но так и не рискнула задать старику, волнующий вопрос. Не знаю, чего я боялась: то ли услышать подтверждение своим бредовым предположениям, то ли наоборот, что на меня посмотрят, как на дуру.

Терзаясь сомнениями, все же решила пока не вмешиваться в происходящее и посмотреть, что будет происходить дальше.

Лохматый пес Тихона воспользовался возможностью отдохнуть и по- хозяйски улегся в тени забора. Мне показалось, что умные карие глазки смотрят на меня с насмешкой, будто барбос все знает и ждет, когда я сама догадаюсь.

Алена, ты бредишь, это все из-за нервного срыва и таблеток! Вот вернусь домой и первым делом к психиатру!

Входная дверь скрипнула, привлекая мое внимание.

На крыльцо вышел статный мужчина, широкоплечий и бородатый. Нахмурив густые брови, он требовательно посмотрел на моего сопровождающего.

– Говори, Тихон, что привело тебя в недобрый час? – староста был всерьез чем-то озадачен.

– Да вот, Макар, нашел девицу в поле. Спала, будто у себя в избе, еле добудился. Еще и рожь потоптала, – пожаловался стрик, глазом не моргнув.

– Ну? – староста перевел на меня строгий взгляд.

– Что, ну? – ответила, не понимая, чего от меня хотят.

– Бестолковая. Как звать? Чья будешь? Зачем вредительством занималась? – требовательно спросил Макар. И если бы не его грозный вид, я бы рассмеялась, настолько все выглядело абсурдно.

– Алена, – отчего-то голос вышел испуганный, хотя мне не было страшно. – Я не специально вашу рожь помяла, простите, – решила извиниться, хотя никакой вины за собой не чувствовала.

– Что ж, Аленушка, так и быть, поверю, – строгий взгляд немного смягчился. – А взялась-то ты откуда?

– Не знаю. А куда я попала? – от чего-то голова сама собой вжалась в плечи.

– Вот те раз! – Макар удивленно округлил глаза, но потом его лицо осенила догадка, с которой он поспешил поделиться. – Поди сосватали, а жених не понравился, вот и сбежала из родительского дома.

Не понимая, что за старомодный бред он несет, я зачем-то согласно кивнула и опустила взгляд на красный подол своего сарафана.

– Что ж, Лада с тобой, у меня сейчас нет времени разбираться с тобой. Поживешь пока у меня, потом отправим тебя к родителям.

– Что случилось, Макар? Чем ты встревожен? – вмешался Тихон, позабыв обо мне.

– Так гонец от государя прибыл с новостями и указом. Недавно дракон сжег деревню Заречную. Пришла наша очередь девицу на откуп отдавать. Осенью приедет сборщик податей за ней, за одно часть урожая заберет, – староста грустно вздохнул.

– Не кручинься, мы знали, что этот день настанет.

– Тяжко мне, Тихон. Такая ответственность на плечи свалилась. Вы ж все мне как дети родные. Не могу я детей наших на верную погибель отдать. Да и как мне выбрать, кто за жизни наши свою отдаст.

– До осени есть время. Собери народ, может, кто добровольно согласится, если нет, то будут наши девки жребий тянуть. Все по-честному. И тогда в глаза ты людям с чистой совестью смотреть будешь.

– И то верно. Спасибо за добрую мысль, успокоил ты мою совесть, хоть на сердце все равно тоска.

От их диалога волосы на голове встали дыбом. Что они вообще несут? Какие подати? Какой откуп?

Я была в полном замешательстве, но возмущаться не решилась. А может, это у санатория такие методы лечения?

В памяти всплыл российский фильм “Холоп”, где богатый отец пытался отучить своего сына – мажора тратить деньги и прожигать жизнь. Там ему устроили представление с попаданием в средневековую Русь.

Ну точно, скорее всего так и есть, а иначе как объяснить весь этот цирк? Да и староста намекнул, что вернут меня обратно. Так что бояться нечего. Ладно, подыграю им, что ж они, зря что ли роли свои учили?

– Пойдем, Аленушка, познакомлю тебя со своей дочерью. Она примерно твоего возраста, думаю, вы подружитесь, – попрощавшись с Тихоном, Макар повел меня в терем.

От предложения немного задержаться в этой деревеньке, отказываться не стала, к тому же очень интересно, что будет дальше. Я будто попала в центр костюмированного представления, где мне отвели главную роль.

Новые впечатления помогут забыть о муже хотя бы на время, и возможно, у меня получится начать новую жизнь без него.

Глава 6

– Аглая! – крикнул Макар, когда мы вошли в терем.

Послышались торопливые шаги, и со второго этажа по ступенькам к нам спустилась красная девица, коса до пояса и широкие бока. Пышная грудь колыхалась при ходьбе, и даже сарафан не мог этого скрыть. Поясок под грудью наоборот подчеркивал выдающиеся особенности. Они плавными изгибами переходили в талию, а затем – бедра. Явный лишний вес не портил девушку, все смотрелось гармонично до неприличия.

Невольно я прошла взглядом по ее шикарной фигуре, восхищаясь пропорциями. И только после этого до меня дошло, что по пути к дому старосты мы не встретили ни одной девушки с модельной худобой.

В деревенском тренде пышнотелых я лидировала, но уже не чувствовала себя ущербной. В такой обстановке мои комплексы неполноценности забились в дальний угол и помалкивали.

Какой же замечательный этот санаторий придумал метод лечения. Видимо, они не только будут бороться с моим ожирением, но и окажут психологическую помощь. Мне все больше нравилось происходящее и нестандартный подход к проблеме. После прохождения курса обязательно напишу положительный отзыв и на работе буду всем рекомендовать.

Глядя на дочь старосты, я приосанилась, вдохновившись ее примером. Можно было бесконечно смотреть на то, как она величаво несет свои достоинства. Никогда бы не подумала, что с такой комплекцией можно быть грациозной.

– Вы звали меня, тятенька? – медовым голосом спросила Аглая. Таким только шептать слова любви мужчине на ушко.

– Вот, доченька, знакомься – Аленушка. Она немного поживет у нас. Покажи ей спальное место и расскажи, какие обязанности у женщин в нашем доме.

Аглая перевела на меня восторженный взгляд ясных глаз.

– Радость-то какая! Пойдем скорее, подруженька, я обо всем тебе поведаю, – она буквально вцепилась мне в руку, будто отец сейчас передумает и заберет у нее новую игрушку. – У нас большой терем, и в девичьей опочивальне хватит места для нас двоих.

В комнате, действительно, оказалось просторно и светло. Декораторы постарались на славу. Даже старинную прялку поставили. Вместо нормальных кроватей – широкие лавки, застеленные грубой тканью и шкурами, вместо платяных шкафов – сундуки. Это ж надо было так заморочиться. Где они это все откопали?!

Аглая принялась доставать из сундука ткань с вышивкой, потом она долго хвасталась своими работами.

– Это я для праздничного кафтана тятеньки вышиваю. А это – приданое себе готовлю, – я терпеливо слушала ее болтовню и делала восторженное лицо в нужные моменты. – С тобой так весело! Как же будет здорово готовиться ко сну вместе. Будем расчесывать друг другу волосы и делиться секретами!

– Аж не терпится, – процедила сквозь зубы, натянув улыбку. Спектакль уже не казался забавным, а глупое поведение актрисы утомило. – Слушай, может, делом каким-нибудь займемся? – рискнула подтолкнуть, ибо рассматривать вышивку было совершенно не интересно, хоть она и выполнена была искусно.

– Сейчас все соберутся на обед, но стол я уже накрыла. А вот потом поможешь мне убрать со стола. Затем сходим по воду, вымоем посуду…

Дальше последовал длинный перечень работ, и я только сглотнула ком в горле, сама ведь напросилась.

Дочка старосты повела меня в общую комнату с побеленной печкой. Там стоял накрытый стол, а вдоль него две скамьи.

От вида еды мой желудок заурчал, и его не волновало, что на столе стояли самые простые блюда.

– Аленушка, вымой руки, – Аглая указала мне на деревянную лохань у печи. – И можешь садиться за стол.

Вымыв руки с мылом, непонятным на вид и пахнущим травами, я села на скамью, но притрагиваться к еде не решилась, лишь разглядывала незатейливую пищу в ожидании остальных членов семьи.

Через несколько минут пришел Михаил, а за ним и Макар.

Староста вел под руку глубокого старца, помог дойти до скамьи и занять место во главе стола.

– Здравствуй, дедушка Анисим, – Глаша погладила старика по руке и поставила перед ним деревянную миску с кашей.

– И тебе не хворать, внученька, – Анисим попытался разглядеть девушку, и я поняла, что он слеп. Бледно серые глаза застилала белесая пленка.

– Здравствуйте, – тоже поздоровалась для приличия.

– И ты будь здорова, гостья дорогая, – старик обратил ко мне невидящий взгляд. – Ты, правда, ночевала в открытом поле?

– Ну, получается, что да, – почему-то стало стыдно.

– Значит, тебя сама Лада бережет, раз Железнячка не тронула, – прошамкал Анисим беззубым ртом. – Всякий знает, что нельзя соваться в поле и чужой огород по ночам.

– А кто такая эта Железнячка? – не сдержала любопытства я. Что там еще придумали сценаристы?

– Ты с какой глухомани вылезла? – стоило прозвучать его вопросу, как все дружно посмотрели на меня.

– Ладно, отец, будет тебе с расспросами, давай сначала отобедаем, – Макар перевел внимание на себя, а я вздохнула с облегчением, будто не выучила роль и меня только что спасли от позора.

– И то верно, – взяв деревянную ложку, Анисим зачерпнул гречневую кашу и отправил ее в рот. Остальные тут же последовали его примеру.

Я не стала исключением и принялась за еду. Каша оказалась не соленая, но я не стала заострять на этом внимание, решив, что это прописанная диета специально для меня. К тому же на столе стояли свежие овощи и зелень.

Обед быстро закончился, но я не наелась. Поверх диетического меню жутко хотелось добавить чего-нибудь сладенького и, желательно, побольше. К счастью, взять этого было негде.

Мужчины ушли, а мы остались убирать со стола. Потом Аглая дала мне два ведра с коромыслом, взяла такой же набор, и мы отправились за водой.

Девушка ловко подцепила ведра крючками и закинула изогнутую палку себе на плечо. Следуя ее примеру, попыталась сделать тоже самое, но удержать равновесие получалось с большим трудом.

Чтобы не вызвать насмешки, старалась идти позади Аглаи. Она, то и дело, оглядывалась на меня и добродушно улыбалась.

На улице было ясно и жарко. Солнце стояло высоко и припекало наши макушки. Прикрыв головы белыми платками с красивой вышивкой, мы шли в центр деревни.

По пути нам никто не повстречался, только стайка ребятишек чуть не сбила нас с ног.

– Вот проказники, – крикнула Аглая им вслед и рассмеялась.

У колодца мы поставили наши ведра на землю. Глаша закинула цепь с колодезным ведром в шахту и, вращая ворот, подняла его обратно.

И если я думала, что нести коромысло с пустыми ведрами тяжело, то я глубоко ошибалась.

– Да, как же она это делает?! – думала, глядя на Глашу. Девушка, тем временем, словно лебедь, плыла по дороге, не замечая тяжелую ношу.

В отличие от нее, я кое-как подняла ведра, проще было нести их в руках, что я собственно и сделала, решив, что лучше сбегать потом за коромыслом, чем шататься из стороны в сторону. Но я никак не ожидала, что на обратном пути, та же самая банда детворы все-таки сшибет меня с ног.

Расплескав воду, я с криком упала на колени, но успела поставить перед собой руки и тем самым спасла нос от столкновения с утоптанной землей.

– Да чтоб вас… – прошипела, мысленно проклиная организаторов представления. Вот зачем было тащить сюда детей?!

– Ты в порядке? – над головой раздался мужской голос, да такой, что мурашки по коже побежали табуном.

– Да, спасибо, – нерешительно подняла глаза и чуть не ослепла. Передо мной стоял широкоплечий красавец и протягивал руку помощи, а я замерла, уставившись на него, как дурочка.

– Ну же, смелее, я не кусаюсь, – он мило улыбнулся и сам взял меня за руку, помог встать, а потом поднял разбросанные ведра. – Сильно коленки ушибла? Пойдем, я помогу набрать воды и до терема донести.

Глава 7

– Елисей! – мысленно повторила его имя, вспоминая, как сильная рука крепко сжимала мою ладонь.

Вот это мужчина! Знать бы еще, как его зовут на самом деле.

Я понимала, что он всего лишь следовал сценарию и в настоящей жизни никогда бы не подошел ко мне. Но от осознания этого, Елисей не стал менее привлекательным.

Высокий, сильный, с белокурыми кудряшками и такой же бородой.

А глаза! Ах, какие глаза! Бездонные, как ясное небо. И ко всему прочему, улыбка добрая. Ну как тут не влюбиться?!

Но разве ж он посмотрит на такую, как я? Еще и позорно расстелилась посреди деревни.

Поняв, что он видел мое фиаско, я чуть не завыла от досады. Это ж надо было появиться ему в такой неподходящий момент.

– Аленушка, о чем задумалась? – отвлекла меня Глаша. – Неужто кузнец понравился? – в ее глазах сверкнула ревность.

– Ой, да прям! – отмахнулась от нее, с остервенением шоркая тарелку. Гречка присохла к деревянным бортикам и никак не хотела отмываться.

– Вот и правильно. Не стоит влюбляться в него. Первый парень на деревне, но ни к кому не сватается. Столько девчонок ночами вздыхают по нему, а Елисею хоть бы что. Лучше бы женился, чтобы не бередить девичьи сердца, – последнюю фразу Глаша произнесла с долей обиды.

– А почему до сих пор не женился? – оставила тарелку отмокать и посмотрела на девушку.

– Так лет пять назад сватался, да невесту его унес змей проклятущий. С тех пор Елисей ни на кого не смотрит.

– Змей? – еле сдержала улыбку. Санаторий решил не просто вылечить меня, но и развлечь. Забавно.

– А кто ж еще?! – Глаша удивилась моей неосведомленности. Вышло правдоподобно. Хорошая актриса. – Всяк знает про зеленого гада, что питается юными девицами.

– А почему именно девицами, а не коровами и овцами? Они же сытнее.

– Да кто ж его знает. Из лап чудовища еще никто не спасался, чтобы рассказать. Но если не отдать ему откуп, он сожжет все поля и деревни, а там и до городов доберется.

– А убить змея никак нельзя? – спросила, как можно более серьезно, хоть и было сложно поддерживать игру.

– Ты действительно ничего не знаешь? – дочка старосты округлила и без того большие глаза.

– Нет.

– Счастливая, а мы с детства живем в страхе. Каждый год наш государь платит дань этому гаду. Осенью снова придет наша очередь девицу отдавать, – Глаша грустно вздохнула. На мгновенье мне показалось, что в ее глазах промелькнул страх. Странно.

– Может, все-таки его лучше убить?

– Знали б как, давно бы убили. У него шкура толстая, ни один меч не берет, а огонь плавит даже камень. Все, кто пытался его одолеть, погибли страшной смертью, —

Глаша домыла последнюю ложку и положила сушиться на чистую ткань. – Пойдем, теперь нужно скотину накормить и в курятнике почистить, а там уже и к ужину придет время готовиться.

Хозяйство у Макара оказалось не маленьким: две коровы, три лошади, пять свиней и бессчетное число кур и гусей.

Лошадей и свиней кормил брат Аглаи – Михаил, а мы занялись остальными. А потом случилось страшное – Глаша сказала, что нужно доить коров. Если раскладывать корм и наливать воду я хоть как-то могла, то дергать за вымя, казалось для меня невыполнимой задачей.

– Мне стыдно признаваться, но я ни разу этого не делала, – покаялась я, хотя на самом деле не видела в этом ничего зазорного.

Трудотерапия – это, конечно, здорово, но зря они рассчитывали, что я сходу начну все выполнять.

– Ты не умеешь доить? – Аглая настолько искренне поразилась, что я чуть не поверила. – Разве такое возможно?

– Конечно! Если у тебя никогда не было коровы.

– Извини, я не подумала. Ваша семья, наверное, очень бедная. Ну ничего, я тебя сейчас научу. Будешь на все руки мастерица.

Вначале Аглая положила корове свежескошенной травы, потом погладила ее:

– Зоренька, кушай, моя хорошая, а я молочка у тебя немного возьму.

Затем она вымыла ей вымя, протерла чистой тканью и подставила ведро.

– Аленушка, иди смотри, – девушка начала нежно дергать за соски. – Вот так надо, и осторожно, сильно не нажимай. Сделаешь больно, корова тебя лягнет.

Мы поменялись местами. Я неуверенно повторила действия Аглаи, вроде бы ничего сложного.

Дочка старосты тем временем занялась второй коровой.

– Буренка не такая спокойная, так что лучше к ней не подходи близко, может и на рога поднять.

– Не буду, – согласилась я, с опаской посмотрев на буйное животное, а та спокойно стояла и жевала траву.

Когда работа была закончена, мы вымыли руки во дворе и отправились в терем.

Готовить ужин было ничуть не проще, чем управляться с хозяйством.

Основную работу делала Глаша, а я помогала ей чистить овощи.

На ужин было свежее молоко, вареные яйца и что-то вроде рагу из овощей.

Мужчины присоединились к нам, когда стол был уж накрыт.

– Тятенька, мы так быстро сегодня со всем справились. Ты не представляешь, как я рада помощнице, – на лице Аглаи светилась улыбка. – Можно Аленушка погостит у нас до осени? – она жалобно сложила бровки домиком.

– Ох, даже не знаю, – Макар задумчиво почесал макушку. – Алену наверняка уже ищут родичи.

– Не осталось у меня родственников. Одна я, – сообщила, не особо задумываясь.

– Так с той деревни, что змеюка проклятый сжег дотла? – ахнула Глаша.

– Ну да, – согласилась, непонятно зачем

– Ох, бедное дитя! Натерпелась же ты! Тогда оставайся у нас, сколько потребуется. Места для всех хватит, да и дочке веселее. Как матери не стало, весь порядок в доме на ее плечах, а ты будешь помогать, – сделал Староста взаимовыгодное предложение. – Сегодня еще кузнец спрашивал о тебе, никак приглянулась? – добил

меня контрольным в голову. Ну как тут отказаться, когда такой мужчина проявляет интерес.

Глава 8

После ужина мы убрали со стола и вымыли посуду. Потом Аглая зачем-то поставила за печку блюдце с молоком и положила корочку хлеба.

– Эмм, стесняюсь спросить. А ты для чего туда еду поставила? Крыс с тараканами подкармливаешь?

– Тише, – испуганно округлив глаза, она прижала указательный палец к губам. – Нельзя так говорить, иначе рассердишь хозяина.

– А зачем твоему отцу молоко за печкой. Он же за столом уже поужинал, – я никак не могла понять смысл ее действий и слов.

– Ты что! Я о домовом говорю. Это он в нашем доме хозяин, – Глаша посмотрела на меня как на умалишенную. – И советую ничего плохого не говорить, иначе он тебе не даст спокойной жизни, – заявила на полном серьезе.

Я решила закрыть эту тему и больше не расспрашивать. Буду подыгрывать и не выбиваться из общего сценария.

Закончив возиться на кухне, Глаша выдала мне чистую сорочку и повела в баню. Там она тоже сделала подношение, прошептав что-то странное.

– А это, наверное, для банника? – не удержалась от вопроса и получила в ответ возмущенный взгляд.

– Сегодня париться не будем, просто ополоснемся, – Глаша сняла сарафан, а я на мгновенье залипла на ее фигуру. Она будто сошла с картин древних художников, в чье время такая полнота была эталоном красоты.

И я бы не сказала, что меня оттолкнули мягкие округлости и жировые складочки без целлюлита. Наоборот, я взглянула на себя с другой стороны, и проблемы с лишним весом уже не казались такими страшными.

– Чего застыла? Раздевайся, – девушка вывела меня из прострации и, наполнив деревянный таз водой из бочки, отдала его мне. – В субботу банный день, надо будет накануне натаскать воды, а то на всю семью не хватит.

Быстренько ополоснувшись, мы вернулись в терем, а там поднялись на второй этаж в спальню.

Глаша полезла в сундук и достала маленький предмет.

– Вот, возьми, – она протянула мешочек с узорной вышивкой.

– Зачем?

– Это специальный травяной сбор. Его нужно положить под подушку, чтобы Ночница не тревожила сон. Неужели тебя и этому не учили?

– Может, и учили, да я просто не помню, – уклончиво ответила и спрятала оберег под подушку. Где-то в глубине души закралось подозрение, что Глаша верит во все, что говорит. Странная она.

Моя кровать стояла возле окна, но ставни на ночь закрыли, поэтому пришлось спать в кромешной темноте.

Несмотря на жесткую постель и непривычную обстановку, сон пришел, как только голова коснулась подушки, но длился он не долго.

Меня разбудил тихий скрип половицы.

– Глаша, это ты? – позвала шепотом, а в ответ тишина. Глаза привыкли к темноте, но разглядеть ничего не удалось.

Решив, что мне просто послышалось, закрыла глаза, тут же раздался новый скрип уже рядом со мной.

– Глаша, это не смешно! – резко открыв веки, я с ужасом уставилась в темноту.

Сквозь щели в оконных ставнях просачивался тусклый лунный свет. Он рассеивался по комнате, выхватывая темные силуэты мебели. Взгляд упал на черную тень в виде скрюченного женского силуэта с всклокоченными волосами.

– Аглая?! – голос дрогнул, а сердце бешено застучало. Глупо было полагать, что женщина с тонкими крючковатыми руками может быть дочкой старосты. – Н… ночница?! – пискнула, едва живая от страха.

– Чуужаачкааа… – прошипело существо и ткнула в мою сторону указательным пальцем.

Сглотнув ком в горле, я сунула руку под подушку, достала мешочек с травами и с размаху запустила его в страхолюдину.

Страшная баба недовольно зашипела и растворилась в темноте, а я замерла и боялась пошевелиться. А что, если она вернется? Оберег-то на полу валяется!

Быстро спустив ноги на пол, подбежала к тому месту где была Ночница, судорожно обшарила пол и схватив драгоценный мешочек, бегом забралась в постель. Все время казалось, что меня вот-вот кто-то схватит за щиколотку и утянет в подкроватную тьму. Прям, как в детстве.

Что за фигня тут происходит? Это все Глаша со своими сказками, вот и померещилось. Привидений и монстров не существует.

Всю ночь я себя успокаивала и пыталась убедить, что мне просто показалось. Но жуткий силуэт стоял перед глазами, а скрежещущий шепот звенел в голове. Все было настолько реально, логика и органы чувств противоречили друг другу, от чего мозг впал в диссонанс.

В итоге я уснула только под утро, прижав травяной оберег к груди.

– Аленушка, пора вставать! Петухи уже пропели, – Глаша тормошила меня за плечо, и мне пришлось открыть глаза. – Как спалось? Выглядишь не отдохнувшей.

– Все хорошо, просто с непривычки уснуть долго не могла, – решила не рассказывать о ночном происшествии, а то она примется доказывать, что это было на самом деле, и я тогда вообще не смогу спать в этом доме. А уезжать из санатория, не пройдя весь курс, как-то не особо хочется.

– Может ты во сне видела своего нареченного?

– Нет. А должна была?

– Ой, ты, наверное, заветные слова не сказала.

– Это какие?

– На новом месте усну, на суженного погляжу. При волшебной луне ты приходи ко мне, – Глаша мечтательно закатила глазки. – Мне ни разу не доводилось спать на новом месте. Я бы хотела увидеть во сне своего будущего мужа.

– Ну, я упустила свой шанс, так что узнаю, кто он, только когда сосватают.

– Ты такая смешная. Простых вещей не знаешь. Мне иногда кажется, что ты с луны свалилась, – девушка посмотрела на меня, как на дитя неразумное, и улыбнулась. – Первые три ночи на новом месте можно увидеть суженого, так что сегодня перед сном обязательно скажи заветные слова. Мне так интересно, кто тебе приснится.

Я поняла – лучше согласиться, чем спорить и доказывать бредовость ее слов.

День начался с утреннего туалета и приготовления завтрака, потом работа по хозяйству, обед, опять работа, ужин, водные процедуры и приготовление ко сну.

Я так устала, что едва волочила ноги, а когда Глаша расплетала мне косу и расчесывала волосы, то чуть не уснула прямо на табуретке.

– Готово, теперь ты, – она протянула мне деревянный гребешок. – Ты не забыла, какие слова нужно сказать, чтобы увидеть суженого? – спросила, когда я расплела ее густую косу.

– Помню, – ответила, широко зевая и мечтая скорее лечь спать.

Закончив с волосами, мы, наконец-то, заняли свои постели.

– Заветные слова нужно повторить три раза, – напомнила Глаша, задув свечу.

– Хорошо, сейчас скажу, – скептически закатив глаза, я прошептала заговор на жениха и отвернулась к стенке. Может, сегодня спать буду крепче, и никакие тетки лохматые мерещится не будут.

Этой ночью я не просыпалась, хотя очень хотела и даже пыталась. Вместо жениха мне снился огромный дракон. Он всю ночь гонялся за мной по полю и пытался сожрать, а когда поймал и уже собирался откусить голову, я с криком проснулась в холодном поту.

Глава 9

– Почему ты не хочешь рассказать, кто твой суженный? – Глаша битый час зудела над ухом и действовала мне на нервы.

– Сколько можно повторять? Я не помню, кого видела. Может, мне вообще ничего не снилось, – соврала, не желая рассказывать про страшного дракона. Его клыки до сих пор стояли перед глазами, как наяву. Еще никогда в жизни у меня не было таких ярких снов.

– Эх, жалко. Наверное, лучше было загадывать жениха в первую ночь на новом месте, – девушка разочарованно вздохнула. – А может, сегодня попробуем?

– Ну уж нет, мне и одного раза хватило… – я осеклась на полуслове, чуть не сдав себя с потрохами.

От одной мысли, что снова придется всю ночь удирать от дракона по ржаному полю, становилось страшно засыпать. Уж лучше пусть та патлатая баба со скрипучим голосом пугает. От нее хоть оберегом можно отбиться.

Этот день начался, как и предыдущий, и проходил в таких же заботах. Я начала потихоньку втягиваться, и все бы ничего, но мне дико не хватало сладкого. Хотелось съесть большую плитку шоколада и ведро мороженного, а еще какой-нибудь фастфуд. Но, как бы я ни старалась высмотреть современную еду, ничего найти не удавалось. Может, оно и к лучшему. Учитывая физическую нагрузку и отсутствие легкоусвояемых углеводов, я, наверняка, быстро похудею. Вернусь домой обновленная. Вот тогда Женя точно будет локти кусать, а я обратно его не приму.

Встречу другого мужчину и начну жизнь с нуля, а может, удастся с Елисеем обменяться телефонами и встретиться за пределами санатория.

– Алена! Алена! – в коровник, где мы с Глашей собирались надоить молока, вбежал Мишка. – Там кузнец к отцу пришел, о тебе справляется! – радостно сообщил он и вихрем умчался обратно.

Я поставила ведро и хотела отправиться следом, но не тут-то было.

– Куда собралась? – Глаша схватила меня за руку. – Негоже девице влезать в мужские разговоры, – она недовольно скривила губы, а в глазах промелькнула зависть.

– Как это? Елисей же ко мне пришел, – я немало удивилась странному поведению девушки.

– Не к тебе, а к тятеньке. Он потом все расскажет. А сейчас займись делом, – она протянула мне оставленное ведро и указала на строптивую Буренку. – Сегодня будешь доить ее, пусть привыкает к тебе.

Опешив от такой перемены в поведении Глаши, я молча забрала ведро и принялась за работу, а она, то и дело, бросала на меня странный взгляд.

Неужели в кузнеца влюблена? Но это же не по сценарию! Может, все же дело не в этом? Хотя, какая мне разница?!

За день мы проделали много работы: ухаживали за животными, убирали терем, хозяйничали на кухне, еще и воды в баню натаскали.

До самого вечера мы с Глашей практически не разговаривали. Было заметно, что она дуется на меня. Вот только понять, чем обидела ее, я так не смогла.

Старосту удалось увидеть только ближе к ужину, но я так и не решилась спросить его, зачем приходил Елисей.

– Спасибо за ужин, все было очень вкусно, – поблагодарил Макар, когда все поели. – Аленушка, у меня для тебя хорошие вести. Приходил Елисей. Он интересовался, придешь ли ты в воскресенье на вечерку.

– А я приду? – спросила невпопад, догадавшись, что меня пригласили на свидание и последнее слово тут явно не за мной.

– Отчего ж не пойти! Вот вместе с Глашей и пойдете, – милостиво разрешил староста и довольно улыбнулся в бороду.

– Так Елисей же не ходит на вечерки! – вмешалась Аглая.

– Не ходил, а в воскресенье решил прийти, – слова отца зажгли в глазах девушки озорные огоньки. Она поменялась в лице и приосанилась, даже румянец на щеках появился.

До меня, наконец-то, дошло, что вечерка – это не совсем свидание, и похоже на внимание кузнеца претендую не только я.

Узнав, зачем приходил Елисей, Аглая сменила гнев на милость, и ее не волновал тот факт, что он спрашивал про меня.

Весь оставшийся вечер девушка болтала без умолку, рассказывая о том, как будет весело водить хороводы и играть в ручеек.

Я поняла, что в воскресенье мы пойдем на местную дискотеку. Это пробудило давно забытые чувства предвкушения новых ощущений. Я будто вновь стала юной девушкой, которая тайком сбегала на свидание к Жене.

Как прекрасны были те вечера, проведенные вдвоем на крыше под звездным небом, или прогулки по парку и неуверенные поцелуи, от которых бешено стучало сердце и дрожали коленки.

Воспоминания вновь привели к мыслям о муже, и мне резко стало тоскливо. Вот такая странная женская душа. Вроде бы нравится новый мужчина, а отпустить Женю до сих пор не могу.

Спать я ложилась со смешанными чувствами, так и не сумев определиться, чего же хочу больше всего.

Но сон не принес облегчения. Я опять всю ночь бегала от дракона, но уже по горам. В этот раз он поймал меня почти сразу и вместо того, чтобы съесть, поднял высоко в небо, а потом сбросил прямо на острые камни. Не долетев каких-то пару метров до земли, я проснулась с диким криком.

– Аленушка, что случилось? – Глаша быстро оказалась рядом со мной. – Кошмар приснился?

– Да, – ответила, тяжело дыша. – Дракон приснился, – призналась, надеясь, что хоть немного полегчает.

– Бедная. Ты, наверняка, его хорошо разглядела, когда этот гад сжигал твою деревню, вот и приснился. Такой страх не скоро забудешь, – девушка с сочувствием погладила меня по руке.

Мне действительно полегчало, потому что стало интересно, как Глаша придумывает такую чушь на ходу, ну не может быть, что в сценарии прописаны такие ситуации. Наверняка, это импровизация.

Вчерашние переживания по поводу предстоящего развода и ночной кошмар отошли на задний план. Я решила полностью погрузиться в деревенские хлопоты и новые впечатления. К тому же завтра я поближе пообщаюсь с Елисеем. И кто знает, может, я действительно понравилась ему.

Глава 10

Суббота прошла в повседневных хлопотах. И если бы не Глаша, я бы этот день особо не запомнила. Она постоянно твердила о предстоящей вечерке, даже наряд начала готовить заранее.

Как только появилась свободная минутка, девушка потащила меня в спальню, там полезла в сундук и начала доставать все свои сарафаны.

– Как думаешь, какой лучше надеть? – она показала два красных сарафана, отличающиеся друг от друга лишь вышивкой на подоле.

– Эм… вот этот, – ткнула наугад.

– Да, мне тоже больше этот нравится, – согласилась Глаша и отложила наряд в сторону. – Ой, а в чем же ты пойдешь? У тебя ж всего один сарафан! – она спохватилась и полезла под кровать. Через секунду на свет появился старый, массивный сундук. – Вот, тут вся одежда матушки. Я бы тебе свой отдала, но боюсь, он будет маловат, а вот матушкин в самый раз будет.

– Может, я лучше в этом пойду, – перспектива носить одежду умершего человека, меня не воодушевила, пусть даже это и выдуманная история.

– Ты что? Все будут нарядными!

Мне достался почти такой же сарафан, как и у Глаши. Размер подошел идеально, будто шили на меня. Это показалось подозрительно. Всегда приходилось обходить все магазины в городе и перемерить кучу одежды, чтобы подобрать подходящую, а тут с первого раза налезло, да еще и село идеально. Сервис в этом санатории, что надо.

День закончился в горячей парилке. Глаша отходила меня березовым веником да так, что я не чувствовала спину. Но зато спалось хорошо, и мне даже кошмары не снились.

В воскресенье вечером, переделав все дела, мы надели праздничные наряды, заплели косы и отправились на вечерку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.