Ксeния Таргулян
Театр

Глава 1. Знаковая встреча

Рука жертвы неестественно изгибалась, придавленная куском арматуры. Одежду с модными лэйблами покрывала сухая грязь, а сам парень, изломанный как кузнечик, вжимался в угол. Даже сквозь кляп его стенания казались оглушительными. Половина лица, по которой недавно пришелся удар, постепенно, пугающе медленно, наливалась кровью. Тело слабо дергалось от боли.

Саймон прикинул, достаточно ли этого. Убедился, что здесь нет камер. Глухие стены вокруг говорили, что всё в порядке.

Единственный здоровый глаз жертвы тем временем мутнел, и стоны стихали, оставляя лишь сдавленный бессознательный плач. Саймон спросил себя: а стоит ли? Одна мысль о том, чтобы оставить мальчишку как есть и уйти, разъярила его нутро. Стянув балаклаву на нос и небрежно отведя в сторону изуродованное лицо несчастного, он смачно приложился к шее – и пил, почти захлебываясь соком, не в силах растягивать блаженство, как подросток в постели.

Он вышел из пустынного подъезда и, разве что не шатаясь, побрел по каменному лабиринту. Маска убрана в карман, следы крови с рук и рта тщательно стерты. На самом деле они стерты кое-как, но в мерцающем фонарном свете ночных улиц – кто что заметит.

Надо было двигаться к метро, пока оно еще не закрылось, но Саймон плелся куда глаза глядят, и ночь дышала ему в лицо жарким июлем. Ароматы лета заглушали даже городское зловоние.

Разноцветные вывески облепляли стены зданий, но большинство заведений было рассчитано на более дневных гостей. Это не даунтаун с его круглосуточными клубами и притонами.

Наконец в глаза Саймону бросилась неоново-розовая приманка Wi-Fi под названием очередной забегаловки. На дверях значилось, что открыто до полуночи. Колокольчики звякнули, и он вошел.

– Сколько за интернет? Какой пароль?

Получив ответы, Саймон устроился с планшетом за столиком в уголке.

Как же сейчас удобно с этим. «Впрочем, – Саймон безрадостно посмеялся над собой, настойчиво тыкая цифры на дурном дешевом экране. – Как будто я знал другие времена. Рожденный в эпоху интернета… летать не может».

Он сосредоточился на кончиках пальцев и заставил густую мертвую кровь в них согреться. Планшет наконец отозвался на прикосновения. Зайдя в сеть, Саймон написал нанимателю, что «дело сделано».

Вскоре в закусочную вошли веселые парень и девушка, заказали пиццу Барбекю. Запах разогретого теста, мяса и соуса ударил в нос.

Саймон прокручивал в голове сегодняшнее избиение. Хруст костей, крики и образы вспыхивали в памяти, точно сцены из кино. Одна часть Саймона смотрела на них отстраненно и надменно, как бы пожимая плечами и говоря: «А я тут при чем?» Другая воспламенялась и требовала продолжения. И только разум сухо констатировал, что садизм – это, пожалуй, неправильно.

Смеющаяся девушка скручивала пиццу трубочкой и довольно эротично откусывала, строя глазки своему парню. Саймон наблюдал за ней краем глаза, всё еще слыша стоны в глубине сознания и поражаясь тому, как легко их игнорировать.

– Через десять минут закрываемся, – объявил толстый мужчина, планомерно убирая остатки еды в холодильники.

Стоило ему озвучить это, как звякнули бубенцы входной двери, и сутулая женщина в белом платье тревожно заглянула в помещение.

– Закрыто, – сообщили ей.

Взгляд дамы остановился на Саймоне, и, напряженно вглядываясь в него, она подошла. Саймон осмотрел ее в ответ, не зная, что предпринять. Ей было около пятидесяти на вид – такая ухоженная немолодая женщина, знающая себе цену, одетая со вкусом. Сильный запах духов не давал понять, человек она или…

– Похоже, вас я ищу?

– Простите?

– И вы простите. Со мной бывает…

Ее взгляд блуждал, но всякий раз, когда падал на Саймона, он ощущал ее внимание почти физическим касанием. Он присмотрелся к ее шее и убедился, что жилка не бьется. Незнакомка – сородич. Он поднялся из-за стола и предложил ей вместе выйти.

По улице уже разлилась прохлада.

– Я где-то видела ваше лицо… – довольно убежденно произнесла женщина, когда они побрели прочь от кафе.

– Может быть, «Отвечай по делам»? Сериал…

Сперва она непонимающе нахмурилась, но вдруг в ее взгляде расцвел живой интерес:

– Вы что, актер?

– Ну, в прошлом…

– Серьезно? – пергаментная кожа дамы складывалась в узоры мелких морщинок, меняясь подобно калейдоскопу при любой мимике. – Я, к сожалению, не смотрела этот сериал. Вы где-нибудь еще играли?

– Это единственная громкая роль. Ну, как «громкая»…

Внутри нарастало колючее раздражение – неизменный спутник Саймона с тех самых пор, как он умер. Особенность клана.

– А как вас зовут? Или сценический псевдоним?

– Саймон Гретт.

Она повторила его имя с долей изумления.

– Вот откуда я вас знаю. Неофит клана дикарей?

Саймон не сдержал горький смешок. Как это было наивно и нелепо! Внутренний зверь снова заворошился.

– Действительно, мэм. Один из сотни в этом городе.

– Не обижайтесь, пожалуйста. Я обязательно посмотрю сериал, – заверила она с почти чувственной страстью в голосе.

– Да что, дела минувших дней, – Саймон пожал плечами. – Кстати, просьба: лучше не говорите мне «не обижаться», – он слабо постучал себя по груди, как будто кто-то вне клана мог это понять. – А ваше имя?..

– Адалин Морган. Я немногим старше вас.

– И вы… искали меня? – наконец поднял он интригующую тему.

Вдвоем они свернули на широкую улицу, где гул проносящихся мотоциклов и музыка, шлейфом летящая за ними, разбавляли тишину.

– Не то чтобы… Я не совсем знаю, как это объяснить.

Молчание Адалин неприлично затягивалось, и Саймон рискнул зайти с другой стороны:

– Могу я поинтересоваться… какого вы клана?

Женщина покосилась на него и потеряно опустила взгляд.

– Вы всё правильно поняли.

Саймон вскинул брови, ожидая продолжения, но Адалин лишь задумчиво молчала, ступая с ним нога в ногу. Длинные светлые волосы с проседью шевелились за ее спиной.

– Саймон, вы сказали… «дела минувших дней». Вы правда отказались от актерской карьеры? – Адалин проникновенно заглянула ему в глаза, все больше ставя в тупик.

Саймон горько усмехнулся, в недоумении от происходящего:

– А, по-вашему, ее можно сохранить в нашем состоянии?

Адалин отвернулась и долго шагала в безмолвии, сцепив руки за спиной. Выражение ее лица, вся фигура – казались самим воплощением меланхолии. Затем она резко остановилась и оборвала молчание:

– Просто, видите ли… я драматург, – она приковала Саймона твердым взглядом. В немолодом низком голосе зазвучала болезненная самоирония. – Я… Вы могли слышать обо мне как о «той ошибке 90-х». Я дитя Сары Хельтон. Вы спрашивали клан? На мне и всех моих родичах лежит печать безумия.

Саймон вежливо кивнул. Вот, значит, как. Линия крови, печально известная как пристанище для пророков и сумасшедших. Он не знал, как реагировать на эту новость.

– Дело в том, что у меня есть сценарий, над которым я работаю последние десять лет. Безумный, как вы понимаете. И никому к черту не нужный. Но он стоит того, чтобы быть поставленным! Я вас уверяю. И мне нужны актеры. Мне нужны вы, Саймон! А вам… разве не тянет вас душа обратно на сцену? И, – она вдруг улыбнулась, словно выкладывая козырного туза, – разве не мечтали вы, как любой порядочный актер, сыграть Гамлета?..

Окончательно опешив, Саймон уставился на нее с открытым ртом. Множество «но» крутилось на языке, но он молчал, завороженный. Ее речь разбудила в нём что-то, и теперь казалось, будто ночь посвежела, а собственные глаза пылают потусторонним светом.

Да, он не театральный актер, а она говорит явно о театре. Да, ни к каким Гамлетам он не стремился – у него всегда было гангстерское амплуа. Да, он по-прежнему не понимает, как всё это вообще можно устроить. Да, в конце концов, она – сумасшедшая старуха, и это далеко не симпатично, но черт возьми!

– Я в деле.

Неужели – спустя шесть гребаных лет после смерти и краха – он всё же вернется к нормальной жизни?..

Глава 2. Элизиум

Дэйзи Крим, утонченная дива, словно сошедшая с кинолент середины века, скользила среди сородичей, раздавая улыбки и приглашения на премьеру. Ей отвечали восхищением и комплиментами, за которыми стояло холодное снисхождение. Ей отвечали ровно в той степени приветливо, чтобы по поводу фальшивости улыбок не возникало вопросов. Впрочем, Адалин не была уверена, что ее «прима» в курсе этого. Дэйзи Крим была красоткой, неплохой актрисой и шикарной певицей, но в остальных ее качествах Адалин сильно сомневалась.

Сегодняшний Элизиум – собрание немертвых – проходил в большом музейном зале, закрытом на реставрацию. По слухам, кто-то собирался здорово нажиться, заменяя экспонаты подделками и продавая оригиналы. Впрочем, Адалин это мало волновало.

Она нашла взглядом Саймона – скрестив руки на груди, тот стоял символически близко к дверям и болтал с соклановцами. Адалин неоднократно просила его отправиться на этот их рейв или гвалт и рассказать о постановке там, но Саймон лишь закатывал глаза.

– Я вообще не считаю, что нам стоит показываться Элизиуму, – повторял он всякий раз не слишком убежденно.

– Я достаточно писала в ящик, – сухо отзывалась Адалин. – Нам нужен зритель – зритель, достойный нашей работы. Тот, кто поймет. И разве ты сам не хочешь засветиться?

Саймон пожимал плечами.

Что ж, может, и к лучшему, что он не стал звать этот сброд. Не каждый бессмертный поймет ее трехмерную аллегоричную автобиографию пробужденной Офелии.

Сидя в самом темном и неприметном уголке зала, Адалин с трудом подавляла желание раствориться в невидимости. Стоило кому-то узнать, что она автор постановки, как ее выискивали взглядом, и Адалин буквально передергивало от этого внимания. Отправить Дэйзи в местный серпентарий, Саймона – в бойцовский клуб дикарей, а самой оставаться в стороне – вот было бы идеальное решение. Но оба сородича-актера посмеялись и притащили ее сюда. Что за бесполезная идея.

Абстрагируясь от окружения, Адалин достала блокнот и попыталась вникнуть в свои последние записи. Знакомый голос отвлек ее почти тут же. Саймон опустился на диван рядом с ней, глядя с легким вызовом.

– Ты решила совсем отсидеться, да?

Как всегда, Адалин не могла определить, насколько он контролирует себя. Он был бы настоящим сокровищем для ее драмы – сочная игра, броская внешность и обязательность, так несвойственная творческим профессиям. Если бы не приступы бешенства. Три месяца назад он умудрился разнести в щепки их рабочее помещение, так что премьеру пришлось отложить на начало июля, когда ночи еще совсем короткие. И это не говоря уж о финансовых затратах. Впрочем, может, как раз внутренний огонь так разжигал его игру.

– Тебя здесь явно больше послушают, – безразлично откликнулась Адалин.

Саймон закатил глаза и начал что-то отвечать, но вдруг рассредоточенный взгляд Адалин уловил в толпе болезненно знакомую фигуру, и она невольно подалась вперед. Невысокая женщина с рыжими косами и запавшими глазами виднелась в хаосе кровососов. Перекинувшись парой слов с беспечной Дэйзи, она бросила резкий взгляд в сторону Адалин, развернулась и направилась к выходу.

– Прости, – Адалин оборвала Саймона, вскакивая на ноги. Оставив приятеля в недоумении, она припустила вслед за сиром.

– Вы?.. Вы придете на премьеру?.. – выдохнула она, нагнав Сару Хельтон в холле первого этажа и довольно неучтиво схватив за локоть.

Вокруг сновали работники музея, незначительные и чужие, их голоса напоминали жужжание улья. Сара смотрела мимо Адалин на них – обращала больше внимания на смертных, чем на собственное дитя. Адалин неловко отпустила ее руку и наконец удостоилась холодного взгляда.

– Смысл мне приходить, Адалин? Вот смысл?

– Но…

– Я прекрасно знаю пределы твоего воображения.

Адалин невольно поджала губы.

Восемнадцать лет назад эта женщина буквально фонтанировала обожанием по поводу ее неопубликованных романов и сценариев. «Я понимаю тебя, – говорила она. – Я понимаю, что ты хочешь сказать этим. Я чувствую так же, как ты».

Так что, черт возьми, изменилось? Почему в последние годы понимание и дружба сменились этим холодным презрением, которое Сара к тому же не стесняется проявлять перед всем сообществом? Что за радость показывать всем и каждому, что твое дитя – бездарное ничтожество…

Сара смерила ее напоследок многозначительным тяжелым взглядом – и ушла. Широкие косы подскакивали на спине.

Оглушенная внезапным звоном в ушах, Адалин стояла без движения. Обида и отчаяние клокотали в ней. Холодная густая кровь застыла комом в венах, и мерзотная смесь слабости и гнева прокатилась по телу.

Возвращаться в Элизиум? Немыслимо.

…Адалин пришла в себя на светофоре. Ее автопилот остановился на красный, но поехать на зеленый забыл, и теперь ей сигналили сзади. Доехав до ближайшей развилки, Адалин поняла, что меньше всего сейчас хочет следовать привычным маршрутом. Она свернула налево, а минут через двадцать припарковалась у городского парка. Там было тихо, но слабый запах добычи буквально манил вглубь по мощеным дорожкам. Мужчина в дешевом костюме распивал виски из горла. Не думая о последствиях, Адалин легко познакомилась с ним и на долгие минуты присосалась к артерии.

Он дремал на скамейке, забывшись, как сам того и желал, а Адалин…

«Сука! Как она могла?! Как ты могла?!» – «Успокойся…» – «Ты такая же шлюха, как все! Ты убила меня!» – «Это ложь!» – «Старая шлюха! Проклятье! У вас нет ни мозгов, ни чувств!» – «Я тебя не слушаю», – «Проклятые оболочки! Вы созданы, чтобы мучить мужчин. Я-то знаю!» – «Да кто тебя мучает?» – «Всю жизнь! Исчадия ада вроде тебя!»

С трудом держась верного направления, Адалин плелась обратно к автомобилю. Казалось, вести в таком состоянии будет невозможно. Она приютилась за рулем, сжала виски, и вскоре голос затих.

Весь путь до дома Адалин провела, переживая о сире и ее вечном недовольстве. Идея о том, что Сара может завести другое дитя, сводила с ума. Да стоило просто представить лицо этой рыжей ведьмы, как сердце сжималось в спазме острой ненависти. Выжимая максимум из своей легковушки, Адалин буквально мчалась в родное убежище.

А что насчет трех Офелий, героинь ее драмы? Не шлюхи ли они? Элизабет Сиддал – жалкая наркоманка. Офелия Шекспира… суицидальная стерва! С какой стати вообще кто-то должен сопереживать им?

Последняя Офелия – сама Адалин в некотором смысле – что ж…

Всё это никуда не годится! Всё это надо переписать!

Остаток ночи прошел в судорожной работе над сценарием, и уже на рассвете, мучаясь головной болью, Адалин разослала коллегам сообщение о срочном сборе завтра вечером.

Глава 3. Репетиция

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.