# Собиратель. Новелла

Елизавета Сорока

Фантастический рассказ о борьбе и победе. Я с удовольствием писала этот рассказ и видела в героине и свои черты характера. Это необычная, но всё же понятная история.

> Дописано мной 5 августа 2022г. Не принято к публикации издательством Эксмо.

© Елизавета Сорока, 2022

ISBN 978-5-0059-3862-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Ее выкинули на пыльном заброшенном космодроме неизвестной планеты. Когда она пришла в себя, то не смогла узнать ни местность, ни своих искалеченных рук,. Не было маленькой золотистой лиры в руках. Последнее что она помнила – она играет и поет, поет. Стихи сами складываются и льются каким то нечеловеческим потоком под звуки маленькой золотистой лиры.. Вирна будто бы не может остановиться и замолчать. Все смотрят на нее своими воспаленными красными глазами, тяжёлый пар или туман поднимается от неровного каменного пола. Это все что она помнила сейчас.

Это было какое то болезненное, смутное воспоминание. Или видение. Жар и грязь. Она до сих пор чувствовала запах пыли, и гари.

Она облизнула распухшие от жажды губы и потянулась к поясу. Там всегда была ее фляжка с водой. Непроливайка. Она сняла ее с умершей рабыни на рынке в Пасеке.

Вирна нащупала ее гладкую поверхность, но пить не стала.

Для начала она хотела понять куда она попала, не думая о том, что с ней произошло.

Вирна сидела на раскаленном асфальте. Он был почти расплавлен мобильной капсулой из которой ее и выкинули на плато,. Это место когда то бывшее стартовой лузой, теперь превратилось в нагромождение искореженных камней и ржавого металла.

Вирна не понимала точно где она и как попала сюда, но девушка умела выживать. Она умела бороться. Сироты обладают особенной способностью к выживанию. Как львята от которых отказалась мать. Вирна встала и попыталась идти. Стояла она неуверенно. Голова кружилась и девушка не могла понять что это, усталость или остатки психотропов которые кололи ей на рынке рабов.

Она помнила. Удивительно, но она все помнила. Кто хоть раз побывал в этом гиблом месте вряд-ли сможет его забыть

Рынок. Шум, рабы, вечный скрежет. Что за звук. Такой неприятный, навязчивый, непрекращающийся.

Ее попытки сбежать останавливались уколами. От них было жарко и совсем не больно, но ее воля стиралась как случайный рисунок.

Мешок костей высосанный и выкинутый на эту помойку, думала Вирна.

Мысли шевелились как потные мухи. Голод и усталость не давали думать.

Надо просто идти. Встать и идти, неважно куда. Туда где вода. Вода очень нужна, много воды. «Я знаю, бормотала она., – надо найти воду.

Голова кружилась, ноги не слушались. Сначала она решила ползти, но потом нашла какой то забор из шершавых камней и все таки встала..

Чужое солнце висело у самого горизонта и окрашивали все в серо оранжевые тона. Из за грязной пелены саднило горло и слезились глаза. Она решила не экономить и промыла глаза водой.

Вирна напряженно вглядывалась в горизонт и за могучим диском солнца заметила, ещё какие то мелкие планетки.

«Надо идти, – проговорила она. Когда ты одна и тебе страшно всегда надо разговаривать громко, сама с собой. Эта формула проверенная ее детством сработала и сейчас.

Слева она увидела что то напоминающее лесополосу из выродившихся секвой. Поднимался ветер, неизвестное солнце стремилось на закат и пыль которая была повсюду становилась колючей как песок. Вирна решила поискать хоть какое нибудь укрытие на ночь. Она даже не знала сколько здесь длится ночь. Когда то она мало путешествовала, очень увлекалась поэзией и музыкой. Одно неудачное знакомство изменило ее жизнь. и когда попала на рынок рабов долго не могла понять что это за место. Большая толстая тетка со странной кожей похожей на редкую рыбью чешую, каждый день втолковывали ей, что теперь она никто и ее дело слушаться и работать. Если хочет хорошо кушать должна попасть в дом хозяина. Когда Вирна увидела хозяина то сразу решила сбежать. Ее конечно поймали, избили и обкололи психотропами. «Ты негодная» сказала через неделю чешуйчатая тетка, тебя сегодня продадут.» И ее продали, а потом скинули вот сюда. Полуживую.

Вирна снова подняла голову к небу. Стало совсем темно и даже лес она различала с трудом. Если это необитаемая планета, то я погибну, грустно подумала девушка. Если хоть кто то есть я выживу. Она сама удивилась собственному спокойствию и безразличию. И Вирна поползла куда то, где ей минуту назад виделись секвойи. Она не замечала боли. Она знала – ей нужно туда.

Лесополоса почти скрылась в темной пыли, и резко упавшей темноте, но Вирна знала, даже была уверена, что ничего не случится и ей просто надо идти. И она шла, останавливалась, ползла, вставала цепляясь за придорожные знаки, давно проржавевшие как все на этой захудалой планетке. Когда, она стала нащупывать высохшую хвою секвойи, она поняла, что дошла. Нужно только укрытие. Она даже не открывала глаз, ее вели запахи и ощущения. Она нащупала какие то пригорки, потом сползла в канаву вместе с сухим песком и вновь взобрались по корням каких деревьев. Изменились запахи и она открыла глаза стараясь рассмотреть очертания предметов вокруг. Что то живое прикоснулись к ее руке. Вирна вскрикнула и вскочила. Покачнувшись она снова упала и ударилась о что то твердое. Вирна лежала и вглядывалась в темноту. Глаза резало от пыли, в ушах звучали слова ее последнего гимна. «Я открыла небеса и увидела огонь». Она уже не различала звуков вокруг, но какой странный шепот над ухом не напугал, а обрадовал девушку, Живой! Кто то живой.

– Привет, я Собиратель. Вирна чувствовала жаркий шепот у самого уха, Подберу тебя если ты не будешь плакать и не будешь много есть прошуршал голос. Она не могла понять мужчина говорит или женщина. Больше она не видела ничего. Собиратель надел ей на голову мешок, взвалил на плечо и тяжело прогибаясь под тяжестью обмякшего тела девушки пошел в темноту.

Вирна не сопротивлялась, не плакала. Она молчала. Она думала, стараясь не опускать голову вниз Теперь я точно выживу. Не знаю как, но я спасусь.

Так она попала к Собирателю и даже не могла предположить как надолго здесь застрянет.

Когда он свалил ее на пол запах сырой земли и гнили ударил в нос. Вирна стянула мешок с головы. Он не был завязан, но она, соблюдая правила игры Собирателя не пыталась освободится и подсмотреть куда он тащил ее. Она была уверена в тех своих способностях, которые позже укажут ей дорогу.

Вирна отползла к стене и превозмогая усталость попыталась рассмотреть существо назвавшее себя Собирателем. Что может быть странным для человека побывавшего на Пасеке, на рынке рабов? Наверное ничего. Там собирали особей из всех галактик., но этот.. В Вирне поднялись страх, одновременно с брезгливостью, потом рассмотрев эти маленькие бегающие глазки и суетливые движения огромного тела, она скорее иронично начала разглядывать —

Собиратель тяжело дышал и вытаскивал из заплечной сумки какие то предметы, которые Вирна, с присущей ей прямолинейностью, определила как «барахло». Здесь были какие то осколки, старая фляга с запаянным горлышком и выцветшая упаковка мармелада» СвитиСенд»

.Вирна угрюмо наблюдала за движениями своего нового хозяина. Ее голова гудела, хотелось есть, но сон победил и измученная девушка свернулась в углу на полу землянки и провалилась в сон.

.Когда она проснулась, то поняла, что у нее начинается новая старая жизнь. Жизнь бесправной рабыни без надежды на спасение.

Собиратель выставил ей миску с едой за маленьким колченогим столиком. Вирна с брезгливостью посмотрела как заскорузлые пальцы хозяина раскладывают в миске ошмётки какого то мяса и протягивают ей лепешку. Неуверенная, что мясо с'едобно она взяла лепешку и начала молча жевать.

– Мне повезло, заговорил Собиратель. собирая крошки со стола и ловким движением отправляя их в свой огромный рот, Ты молодая, хорошая девочка. Я знаю хороших девочек, по глазам видно. Он причмокнул.– Правда? обратился он в Вирне, но будто смотрел в другую сторону, -Будешь мне помогать. А я дам тебе еду, кров и возможность дожить свою жалкую жизнь в моей норе. На эту планету, будь она не ладна, сбрасывают весь мусор. Вот и тебя, сюда отправили. Никчемная значит.

Вирна вздрогнула и вспомнила тётку с кожей похожей на рыбьей чешую..

Ей не было страшно. Но у нее былы цель. Она хотела узнать сможет ли выбраться и поэтому миролюбиво ответила» Я не никчемная. Сам то ты чем промышляешь?

– Зови меня Тан. Меня все так зовут, – сказал Собиратель. Он почесал свои зелёные уши и пожав плечами сказал

– -не знаю что имя значит. Так прозвал меня мой постоянный клиент. Отличный парень, богатый, платит сразу. Богатый человек, значит хороший. Учись, дурочка. Я вот с Элом разберусь, может в Раттон перееду. Буду хорошим и богатым.

Вирна смотрела на это странное чудовище. Ей показалось что у него нет человеческой души. Она отключила интуицию, но от него разило бездушием. Был ли он лучше ее хозяев, или тех кто выкинул ее сюда? Я жива и значит ничего не кончено, подумала она, у нее были даже стихи на эту тему. А если были стихи значит так и есть.

Собиратель был недоволен что грязный найдёныш так свободно говорит и противоречит своему спасителю. Тан вытер лапы о свои грубые штаны и недовольно заметил – Молчи и слушайся, со мной не пропадешь, почти хрюкнул Тан.

– Я уже пропала. Мне осталось только вернутся, ядовито ответила Вирна. Она понимала, что это неуместная в ее положении шутка, но хотела дать понять, что она значит больше чем механическая швабра.

Собиратель расхохотался. Он смеялся долго, переходя на визг. Все его большое и даже огромное тело сотрясалось от хохота, который Вирне показался издевательским.

– Куда вернутся? К рабам? Ты моя. Теперь будешь здесь и малыша кормить будешь. Господин из ганзейского союза будет доволен. Собиратель встал и пошел к странной горелке на которой стоял блестящий, но очень древний чайник. Вирна видела такие только на картинках в старых книгах.

Тан снял чайник с огня и начал разливать чай по чашкам. Скосив взгляд на Вирну, на ее скорчившуюся на полу фигурку, Собиратель довольно усмехнулся. Он любил вещи которые не встают с места. Он заметил, что девушка удивленно смотрит на утилизированный давно предмет..

– К-хм, Хороший чайник. Две недели песком тер. Смотри, как новый.

Но ту Вирна испуганно вздрогнула. За стеной она услышала какую то возню и тихое попискивание.

Это Эл, объяснил Собиратель. Он очень ценный. Я его тоже нашел. Иди посмотри. Да ты не поймешь ниче! -махнул рукой Собиратель, Он тоже будет мне служить. Потом. А теперь ты будешь служить ему. Если я не продам его вскоре. За большие деньги, разумеется. Блеклый свет в норе замигал и одна лампочка погасла.

Девушка приподняла шершавую соломенную циновку закрывающую вход в какой то проход и в полутьме. В конце коридорчика похожего на крысиный ход, увидела большую клетку. Оттуда и раздавался этот писк переходящий в капризный плач.

.

Вирна подобрала свои изодранные концертные юбки и проползла по узкому коридору. А когда она рассмотрела Эла ее охватила тоска, безысходности, боль и жалость Из копны давно немытых волос на нее смотрели два огромных глаза.. Испуганно моргая Эл подошёл к ней и протянул руку как за подаянием. Это был маленький мальчик, не старше трёх лет, с сильно отросшими волосами. Грязные руки были стиснуты в напряжённые кулачки. Он обиженно смотрел на Вирну, но было видно, что не боялся.

Можно сказать, что жилище Эла было устроено с своеобразной заботой. Вирна сразу поняла, что малыш Эл имеет для Собирателя особое значение. В этом странном гнезде были мягкие подушки, какое то подобие игрушек слепленных из старых тряпок, битой посуды, и ещё каких то» коллекционных» вещей.

Быстро взглянув на это Вирна приняла решение не задумываясь. Девушка просто залезла к Элу на подушки, обняла малыша и протянув лепешку, отвязала свою заветную фляжку с водой. Малыш ухватился за нее и стал жадно пить. Девушка наклонилась к его уху и прошептала :-" вместе уйдем». Она не была уверена, что мальчик понял ее. Он жевал лепешку и улыбался.

Дни тянулись за днями. Сидя в норе Тана Вирна не различала дня и ночи. Сначала Собиратель не выпускал ее наверх. Она целыми днями раскладывала его мусорные коллекции, давала корм мелким животным, названия которых не знала, но сильно подозревала, что это и есть знаменитые котлеты Собирателя. Она ела их. Потому что ей надо было есть.

Коллекции внешне не представляли никакой ценности. Они состояли из старой техники, расстроенных телефонов, комлогов разбитых вдребезги и бесчисленных коробок – упаковок. Блестящих, цветных и совершенно ненужных. Вирна, готовила еду из того что Тан притаскивал в дом и ни на минуту не расставалась с Элом. Она поняла, что ребенок вообще не говорит. Вирна много читала малышу своих стихов и говорила с ним. Ей не нужен был ответ. Она говорила с собой, чтоб не потерять саму себя и все таки найти выход.