# Шерлок Холмс в Калмыкии. Новая редакция. Расширенная и дополненная

Пюрвя Николаевич Мендяев

Посвящаю эту книгу памяти моей любимой бабушки Джиргал. Калмыкия – азиатская Европа и европейская Азия миллионами невидимых нитей связывает воедино огромный континент Евразию в единое целое. Шерлок Холмс – это не только символ Великобритании, это в каком-то смысле символ всей западной цивилизации. Шерлок Холмс в Калмыкии – это единение Востока с Западом.

© Пюрвя Николаевич Мендяев, 2022

ISBN 978-5-0059-3797-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Шерлок Холмс в Калмыкии.

Посвящаю эту книгу памяти моей любимой бабушки Джиргал.

Вместо предисловия – Калмыцкий ключ к «Коду да Винчи».

Несколько лет тому назад я написал статью «Ключ ключей „Кода да Винчи“» посвященную книге Дэна Брауна, в которой был проведён анализ невероятного успеха у читателей этого произведения. Статья моя была опубликована тогда в местной прессе. И многие мои знакомые, прочитав ее, спрашивали о причинах подтолкнувших меня к написанию материала, поскольку мой интерес к данной книге всем показался чисто умозрительным. И действительно, где наша Калмыкия со своими заботами и проблемами и где легендарный мир первых христиан и их легенды и предания, мир короля Артура и поисков священного Грааля, описанный американским писателем? Что общего между этими мирами и нами? Ну, очевидно же, что совершенно ничего. Каждому вроде должно быть ясно, что то о чем написал Браун, в своем знаменитом романе, к нам, жителям степной республики, никакого отношения не имеет.

Так-то оно вроде бы и так, спорить я не стану. Прямой и очевидной связи вроде бы и не прослеживается. Но есть все же у меня некоторые сомнения в том, что эта история уж совсем нас не касается. Ведь если мы внимательно посмотрим на главных исторических и легендарных героев описанных Брауном, то при самом их поверхностном анализе могут возникнуть некоторые любопытные вопросы. Мало того, мы можем заметить, некоторые совпадения. Совпадения, которые возможно приведут нас к более глубокому пониманию связывающего всех нас общечеловеческого единства и родства. Давайте для начала посмотрим на легендарного короля Артура. Величественный король, опора и легенда христианского рыцарства, собирающий за своим круглым столом 40 великих рыцарей. В принципе сведения о нем скудны, исторически достоверных данных о нем нет. Но тут главное то, что король Артур это один из системообразующих элементов западного менталитета, западную культуру не возможно сегодня представить себе без Камелота и рыцарей круглого стола.

Тут вы можете сказать – ну и что? Где этот Камелот британский, а где наша Калмыкия? Но давайте не будем спешить. А возьмем и посмотрим внимательно на детали, не зря говорится, что в них как раз и прячется дьявол. Первое на что можно и нужно обратить внимание, так это на знаменитый отцовский меч, который достался Артуру как символ королевской власти. Который Артур вынул из камня.

Как назывался этот меч? Он назывался Эскалибур. Ничего эти слова не напоминают калмыцким читателям? Нет? Тогда не станем зря умствовать, а просто попробуем произнести на калмыцком языке отцовский меч. Эцкялин бу. Эцкялин бу – Эскалибур. В английской транскрипции однозвучность этих слов совпадёт ещё больше. Получается, английский король искал отцовский меч – эскалибур, вывод – мы можем предположить, что тот, кто его (меч), так назвал, дал мечу такое название, однозначно владел калмыцко-монгольской речью, и не просто владел, но и активно ею пользовался. А вот те, кто позднее пересказывали эту историю, уже позабыли, что означали эти слова. Потому и сохранилось в истории это название.

Кроме того посмотрим на само имя короля оно очень подозрительно напоминает тоже хорошо известное калмыцкое слово – багатур. Воинов особенно знаменитых всегда в принципе так и называли – Менке – богатур, Субудай-богатур и т. д. Артур вполне возможно просто означает багатур. Правда нельзя сказать, что я открываю тут нечто совершенно новое, отнюдь, в некоторых историях упоминается, что король Артур, возможно, был представителем какого-то степного народа из наших мест. Даже фильм есть на эту тему. Но истории эти весьма неточны и туманны. И на них никто не обращает особого внимания. Так что не будем на этом сильно зацикливаться и пойдем дальше.

Давайте возьмем да и присмотримся теперь внимательней к героям калмыцкого героического эпоса «Джангар». А нет ли чего-то общего между героями калмыцкого богатырского эпоса и английского эпоса про короля Артура? Посмотрим – и сразу отметим. И у англичан, и у нас калмыков Джангр-Богдо и Артур-Богатур собирают лучших воином числом сорок за круглым столом, в первом кругу. Причем. По правую руку от главного героя, от владыки, сидит у нас Хонгр-Алый Лев (кстати, Алый Лев – символ Англии) у англичан Ланселот Озерный, оба являют собой идеал, ярчайший символ рыцарства, бесстрашия, благородства и у них еще очень много общего. По левую руку сидит от владыки у нас ясновидец Алтын Чееже, у англичан волшебник и предсказатель Мерлин. Согласитесь, сходство присутствует. Единственное отличие тут в том, что Хонгор явно является эманацией бога огня, а Ланселот бога воды. Но тут – то понятно, с водой у калмыков хлопот было явно меньше, чем у англичан, а вот степные пожары были очень большим страхом.

Короче. Сходств этих между персонажами, личными историями и т. д. двух эпосов можно найти еще много, и надеюсь, придёт время и настоящие ученые, даст бог изучать эти темы основательно и всё разберут в полном соответствии с исторической наукой. А потом знанием поделятся с нами.

Теперь посмотрим на самую известную историю, связанную с Брауном и с его романом «Код да Винчи». Тему священного Грааля. В собственно христианской системе нет точного толкования, что есть этот самый Грааль. Существует неканоническое предположение, что это сосуд с кровью Христа, которую собрали в момент казни на кресте. По сведениям многих исследователей, это более позднее объяснение, которое было дано уже фактически в новейшие времена. Проблема действительно существует с этим Граалем. В действительности весьма трудно было как-то объяснить действия короля Артура и его рыцарей, постоянно ищущих, какие то непонятные клады и сражающихся за них с различными драконами и всякими другими чудовищами и монстрами в рамках христианской догматики.

Действительно многие исследователи задавались вопросом, если история Артура принадлежит раннехристианской эпохе, почему она просто наполнена ощущением того, что она более древняя. Король Артур, по всем ощущениям, более древняя фигура, чем Ролланд и т. д. Действительно, тут многое не стыкуется. Но если предположить что Король Артур не принадлежит раннехристианской эпохе, а является королём буддийских времён, предводителем рыцарей-буддистов, не зря Блаватская писала, что самые древнейшие христианские исторические памятники в Англии, на поверку являются переделанными буддийскими храмами, то многое в этой истории становится ясным и понятным. И тогда всё становится легко объяснимым.

Посмотрим на ситуацию со Священным Граалем и прочими волшебными кладами с точки зрения буддийских канонов. Удивительным образом всё встаёт на свои места. Так что ищет король Артур-багатур вместе со своими рыцарями, если они буддистские святые? Они ищут терма. Терма, то есть тайные клады, которые оставил Будда и великие буддийские святые, которые дают тем, кто их нашёл огромные новые знания и открывают путь к просветлению.

Эти тайные клады оставлены ими для того чтобы у людей когда они дорастут до их понимания, когда у них станет достаточно сил и мужества чтобы суметь принять эти терма, появились новые знания и новая более могущественная власть по управлению стихиями и энергиями мира. И для того, чтобы терма не попали в руки неподготовленных людей, сторожат их ужасающие монстры и чудовища. Только люди, обладающие благородством души и великим мужеством, могут открыть их. И как рассказал мне один из ученых лам, среди величайших терма, о которых имеются сведения в буддийских источниках, есть чаша, из которой пил сам Будда Гра гра каль.

Будда, уходя в Ниббану, оставил эту чашу в потаенном месте, в щели между пространствами и к нему можно пробраться только из особого участка земли, где есть проход между мирами. Мест таких много, но найти их можно, только если сам ты душой чист, обладаешь абсолютным бесстрашием, поскольку чашу, как и множество, других терма и сами подходы к ним сторожат хранители веры, представляющие собой отображение и воплощение всего человеческого и животного ужаса и страха. Владение чашей Будды дает полное всезнание и власть над всеми стихиями и энергиями. По легенде Будда пил из этой чаши и вода, которую наливают в эту чашу, становится как самый высший напиток, дающий великую силу, власть и знания. Так что вполне возможно, что Артур был на самом деле буддийским йогином и искал чашу Будды.

Теперь есть смысл поговорить об идее Брауна, высказанной в его знаменитой книге о том, что Артур на самом деле мог искать дочь Иисуса, под именем Священного Грааля. Конечно, всё может быть. Но всё же скажем честно, что все истории, придуманные о том, что род Иисуса перебрался после смерти и воскрешения Христа, на территорию современной Англии или Франции ничего кроме понимающей усмешки не вызывают. Свежо предание, но верится с очень большим трудом. Точнее полностью не верится. Понятное дело, желание приблизиться к Христу, стараться слиться с его образом и отсюда приобрести больше прав на власть и силу, у западных вождей всегда присутствовала и присутствует и ныне, сам роман Брауна тому ярчайшее свидетельство.

Но все мы прекрасно знаем, правду. А она такова. Все великие учителя из земли обетованной, все родственники Иосифа и Марии, родителей Иисуса обрели себе новую родину и новый Израиль вовсе не на берегах туманного Альбиона или в Гальских Пустошах, а именно здесь на берегах Волги и Каспия, там, где меч императора Рима им не мог угрожать. Здесь в прикаспийских степях, в новой Месопотамии, не в междуречье Тигра и Евфрата, но в междуречье Волги и Дона, этими людьми был построен Второй Храм, от которого не осталось сегодня даже стены для плача, здесь ими был основан Хазарский Каганат и здесь был приют всему роду Иисуса. И именно отсюда ушли продолжатели его рода в Европу, унося с собой знание, о котором написал пророк Нострадамус «тот, кого мы так долго ждем, никогда больше в Европе не родится, явится один из Лиги Гермеса в центре азиатской Европы, европейской Азии, и возвысится выше всех королей Азии». И место это Калмыкия. Центр азиатской Европы и европейской Азии. И когда-нибудь, возможно и при нашей жизни, именно здесь, на земле Второго Храма, Калмыкии, явится нам Майтрея, или древнееврейский Машиах и, восстановив Храм всеобщей единой Веры, даст нам всем новое СЛОВО. Ибо Калмыкия это бесспорно является и азиатской Европой и европейской Азией, которая миллионами невидимых нитей связывает воедино огромный континент Евразию и весь мир в единое целое.


## Глава 1

Начну я своё повествование об удивительном путешествии в калмыцкие степи, которое совершили я, доктор Ватсон и мой друг Шерлок Холмс в самый канун наступления 20 века, с напоминания о том, что после женитьбы в 1888 году моя жизнь претерпела сильные изменения. Я открыл частную врачебную практику и целыми днями был занят своими клиентами и в связи с этим не имел больше возможности уделять время совместным с Холмсом расследованиям. Только иногда, когда того требовали особые обстоятельства я с удовольствием, как в старые добрые времена вместе с моим знаменитым другом занимался раскрытием сложных преступлений. Но это случалось все реже и реже. В ноябре 1890 года мой друг сообщил мне о том, что на время закрывает свою практику в Лондоне и переезжает во Францию по приглашению французского правительства по чрезвычайно важному делу. Весной 1891 года меня посетил Холмс. Он был невероятно бледен и худ. Узнав о том, что моя жена в отъезде Холмс поведал мне о том, что он вступил в смертельную схватку с главой преступного мира Лондона неким профессором Мориарти и попросил меня сопроводить его на материк, где он бы на время укрылся от преследований своего грозного врага.

Безусловно, я не мог оставить друга в беде. Мы вместе отправились на материк. Остальное вы знаете. Я, как и все друзья Шерлока Холмса, долгое время оплакивал его, поскольку считал, что он погиб в схватке с профессором Мориарти и упокоился навечно на дне Рейхенбахского водопада вместе со своим смертельным врагом. Но вам, дорогие читатели не было известно о том, что великий сыщик на самом деле не погиб. Он вернулся к себе на улицу Бейкер-стрит, по истечению долгого периода времени, когда все мы уже начали о нём потихоньку забывать. По рассказам Холмса он два года пропутешествовал по Тибету под именем норвежца Сигерсона, посетил из любопытства Лхасу и провел несколько дней у Далай-ламы. Затем он объехал всю Персию, заглянул в Мекку и побывал с визитом у калифа в Хартуме. Вернувшись в Европу, Холмс некоторое время провел в научных изысканиях во Франции и в 1894 году вернулся в Лондон и приступил к привычной для себя работе частного сыщика.

Но многое теперь стало не так, как было раньше. Холмс стал скрытен, он немного изменил свою внешность, и представлялся именем, которое мне не хочется сейчас раскрывать. Объяснение этим переменам он давал очень простое. Дескать, привык за несколько лет отсутствия в Лондоне к тому, что его не узнают. Мой друг признавался мне, что невыносимо устал от той славы и известности, которая не давала ему раньше покоя. Поэтому он посчитал, что оповещать широкую публику о своём воскрешении не нужно. Так на имя Шерлок Холмс было наложено им табу. Его он запрещал упоминать при нем нам, тем немногим его друзьям, которые знали о его возвращении в Лондон. Да и характер Холмса претерпел сильные изменения. Раньше это был жизнерадостный человек, любитель шуток и розыгрышей. Теперь же Холмс редко улыбался. И мне временами казалось, что он пережил сильное жизненное потрясение, надломившее его психику в то время, когда он был вдалеке от Лондона. Хоть всё это вызывало у меня непонимание, я не стал задавать моему другу неудобные вопросы, в тайне надеясь, что придет время, и он даст сам на всё честные ответы. К великому моему несчастью трагические изменения произошли в тот год в моей жизни. Моя дорогая супруга после тяжелой болезни умерла. Свет жизни померк и для меня. Я не мог оставаться в моем опустевшем доме, где всё напоминало мне о моей невосполнимой потере. И вскоре я переехал на квартиру к Холмсу. Мы снова стали вместе заниматься расследованиями различных преступлений.

Прошло несколько лет. Наступила осень 1898 года. Надо сказать, что в то время Холмс находился достаточно долго в ужасной меланхолии. Он постоянно жаловался мне на то, что давно не было ни одного приличного дела, ни одной неразрешимой задачи не ставили перед ним преступники Великобритании. К тому же осень выдалась в этом году на редкость слякотная, сутками над Лондоном моросил надоедливый дождь со снегом. И вот однажды в последних числах ноября к нам пожаловал один любопытный посетитель. Как сейчас помню, в кабинет Холмса быстрой походкой буквально ворвался высокий молодой человек, примерно тридцати лет от роду, крепко скроенный, при этом очень элегантно одетый. На его бледном овальном лице сияла доброжелательная улыбка. Вся его внешность словно говорила – я ваш друг. На визитной карточке, которую он протянул мне, значилось – Сергей Потапов, коммерсант. Мужчина сразу же, никого не спросив, приземлился в одно из кресел. И тут же обратился к моему другу:

– Мистер Холмс. Я приехал к вам в Лондон из Санкт-Петербурга. Умоляю! Не откажите в помощи!

– Боюсь, что я ничем вам тут не могу помочь, я не Холмс – сказал холодно мой друг. – По моим сведениям мистер Холмс погиб несколько лет назад. Жаль, что вы, не зная об этом, совершили свое путешествие.

– Как это неприятно мне слышать, ваши слова разбили вдребезги все мои надежды – воскликнул наш гость. – Но все же я думаю, что вы и есть мистер Холмс.

– Вы ошибаетесь – ответил с явной угрозой в голосе Холмс.

– Всё может быть – сказал наш гость, и лицо его расплылось в доброжелательной улыбке. – Людям свойственно заблуждаться. Возможно, я действительно спутал вас с господином Шерлоком Холмсом.

– Не смеем вас больше задерживать – сказал Холмс и указал гостю рукой на дверь.

– Так и быть, я ухожу – сказал наш посетитель, вставая с кресла. – Действительно. Что мне тут делать? Раз здесь нет Шерлока Холмса, то тогда никто нам не поможет разобраться с делом, в котором фигурирует некий английский профессор математики Джеймс Мориарти. Этот человек стал для моего хозяина серьезной проблемой. Настолько большой, что он отправил меня к вам сюда, за тысячи верст от Санкт-Петербурга.

– Какая ложь! – воскликнул я с негодованием. – Профессор математики Джеймс Мориарти мертв. Это всем известный факт! Тело профессора покоится на дне Рейхенбахского водопада уже много лет. Он не может никому доставлять хлопоты.

– Может вы и правы – ответил мне наш посетитель и направился к дверям.

– Кто ваш хозяин? – неожиданно спросил Холмс.

– Граф Путиловский – ответил наш посетитель. – Он близок к императору и заведует в его канцелярии тайными делами. Это один из самых больших умов России нашего времени.

– Я слышал об этом человеке – сказал Холмс. – Расскажите мне все, что вы знаете о профессоре Мориарти.

– Я ничего вам не расскажу – сказал наш гость. – Вы же не Шерлок Холмс. А только ему я бы рассказал то, что знаю о профессоре Мориарти. И только в том случае, если он примет предложение моего хозяина о сотрудничестве.

– Хорошо, признаюсь, я Холмс, это может подтвердить мой друг, мистер Ватсон – сказал Холмс.

– Я вам верю – сказал Сергей Потапов. – Я надеюсь, вы изменили ваше первоначальное негативное отношение мистер Холмс к предложению о сотрудничестве моего хозяина?

– Изменил – сказал Холмс. – Признаю, вам удалось заинтересовать вашим делом меня.

– Я рад это слышать – сказал наш гость.

– Я слушаю вас – сказал Холмс. – Только ради бога. Говорите коротко и по существу о деле.

– В прошлом году я был отправлен моим руководством в Персию ко двору шаха с секретным заданием – начал говорить наш посетитель, а я увидел, что лицо моего друга вдруг стало бледным, словно он увидел перед собой приведение. – Против друга России шаха в Тегеране был организован заговор, в котором участвовали его ближайшие сподвижники. Во главе заговора, как это удалось нам, потом узнать, стоял племянник шаха и глава шахской тайной полиции. Русской разведке удалось вовремя узнать о том, что в Тегеране готовится нечто опасное для интересов России и были приняты определенные меры.

– Что же удалось вам выяснить в Тегеране о профессоре Мориарти? – нетерпеливо спросил Холмс, с каменным выражением лица.

– Я выехал в Персию под видом журналиста газеты «Вече» – сказал, собираясь с мыслями, Сергей Потапов. – Не стану перегружать вас рассказом о том, как удалось мне раскрыть заговор против шаха. Важно для меня сейчас то, что во время моей работы в Тегеране на мои глаза попалась секретная переписка руководителей французских и персидских тайных служб. Там было много интересного. Но главное, что в переписке упоминались вы, мистер Холмс и некий английский профессор математики Джеймс Мориарти. Этот профессор в свое время, в 1891- 1892 годах пытался организовать исламскую революцию в стране. Шахские полицейские, как удалось мне узнать в Тегеране, при вашей помощи и при помощи французской тайной полиции смогли предотвратить революцию. Шах наградил вас орденом Льва и Солнца за помощь в раскрытии заговора. Все заговорщики были схвачены. После ужасных пыток они были казнены. Так, во всяком случае, считалось раньше.

– Что значит, считалось раньше, что все они казнены? – спросил Холмс, еле сдерживая волнение.

– Ваш соотечественник профессор математики подвергся ужасающим пыткам, ему отрезали нос – сказал наш гость. – И по документам его в тот же день повесили в тюрьме Тегерана.

– Всё так и было – сказал Холмс. – Я присутствовал при казни Мориарти. Этот день я никогда не забуду. Как сейчас я вижу, как палач отрезал нос профессору. Ужасное зрелище. На истекающего кровью мученика на моих глазах одели петлю и вскоре он провалился в дыру в полу. Так умер этот неординарный человек. Так я думал до сих пор. Но вы утверждаете, что это не так.

– Да, это не так, профессор математики Джеймс Мориарти жив – сказал с улыбкой на лице наш гость. – Иногда ошибается и великий Шерлок Холмс. Точнее иногда можно обмануть и вас, мистер Холмс. Как мне удалось выяснить, на самом деле начальник тайной полиции Персии решил по каким-то своим собственным тайным причинам сохранить англичанину жизнь. И это ему блестяще удалось.

– Вполне возможно, что меня могли обмануть в тот раз – сказал Холмс. – Я был сам не свой после того, что мне пришлось увидеть в тот день. Много жестоких казней было совершено на моих глазах и к тому моменту, когда пришло время казни Мориарти душевные силы мои были на исходе. Я мог пропустить многие важные подробности, на которые обязательно обратил бы внимание в обычном состоянии. Но что стало с Мориарти?

– Мориарти подлечили, и он остался в тюрьме – ответил Потапов. – Через какое-то время, как удалось мне узнать, профессор из Англии стал кем-то вроде тайного советника при главе персидской тайной полиции. Именно он позднее стал душой и главным разработчиком того заговора, который был организован против шаха. Когда заговор был раскрыт и все его руководители были нами арестованы, выяснилось, что английский профессор математики смог сбежать. В Персии нами проводились усиленные поиски беглеца. Но найти следы профессора нам долго не удавалось. Мы уже потеряли всякую надежду, что нам удастся узнать что-то об англичанине, но тут в руки местной полиции попались торговцы, которые рассказали о том, что они отвезли одного человека со страшно изувеченным лицом на своем судне по Каспийскому морю к калмыцким поселениям и высадили его возле хотона под названием Цомок. Человек представился калмыком, так как язык этого народа практически никому неизвестен в Персии то и вопросов ему много не задавали, а без носа определить к какой нации принадлежит человек весьма затруднительно. К тому же беглец хорошо заплатил за проезд.

– Вы можете чем-то подтвердить ваши слова? – спросил Холмс с легким поклоном – Очень буду вам признателен за это. Извините, но я хотел бы получить хоть косвенное подтверждение того, что Мориарти жив.

– Только вот это, остальное секретные сведения, которые не подлежат разглашению – сказал наш гость и протянул Холмсу тонкую папку с документами.

Холмс начал читать:

– Департамент внутренних дел: «Полагал бы уведомить I департамент Министерства иностранных дел, что к исходатайствованию Потапову разрешения на принятие и ношение ордена Льва и Солнца препятствий по делам департамента не имеется. Потапов под руководством полковника Пирамидова успешно выполнил в Персии особо важное поручение. 11 февраля 1898». Ответ астраханской полиции о розыске сбежавшего из Персии англичанина, у которого был отрезан нос. «Сообщаем, что англичанин с отрезанным носом, по сведениям наших осведомителей продолжает скрываться на территории губернии. Мы предпринимаем меры по его задержанию, но на настоящий момент оный англичанин не пойман».

– Это всё, что я могу – сказал Потапов.

– Так чем досадил Мориарти вашему шефу? – спросил нетерпеливо Холмс.

– Это очень опасный человек – сказал Сергей Потапов. – Профессор Мориарти, несмотря на уродство, успешно продолжает скрываться в калмыцких степях. Но главное не это. Проблема в том, что злодей каким-то образом смог стать советником хозяев преступного мира нашей великой империи. С этого момента многое изменилось. Мы столкнулись с невероятным ростом влияния преступного сообщества. Организованная преступность стала могущественной силой, которая взяла под контроль целые отрасли экономики. Мало того. Преступное сообщество стало активно проникать в систему политического руководства страны. Это невозможно больше терпеть.

– И причем здесь ваш хозяин мистер Потапов? – спросил Холмс.

– Я был недавно вызван к графу Путиловскому – сказал Сергей Потапов. – Граф выразил мне свою крайнюю обеспокоенность положением дел с организованной преступностью, после появления в России профессора Мориарти. Сам государь вызвал к себе графа и поручил ему лично заняться им. По мнению государя, существует крупный международный заговор. По каким-то только одному ему видным признакам император предполагает существования исключительно масштабного плана, который воплощается в жизнь некоей тайной силой, стоящей над государствами и над законом. И цель этого плана – власть над Россией. Мой шеф предложил мне включиться в работу по поимке Мориарти. Я тут же поведал графу о том, что смогли арестовать в свое время Мориарти вы, мистер Холмс. За что и получили высокую награду от шаха.

– И что же граф Путиловский? – спросил Холмс.

– Граф Путиловский выразил желание, чтобы я немедленно отправился в Лондон и предложил вам взяться за расследование интересующего нас дела – сказал Сергей Потапов.

– Но как можно не суметь изловить человека с таким уродством столь долгое время? – спросил Холмс.

– Но проблема в том, что местность там очень сложная для поисков – ответил Потапов. – На десятки километров раскинулись густые заросли камыша. Огромные степи плохо контролируются властями. Так что найти там скрывающегося от закона человека очень сложно. Несколько раз полиция пыталась задержать беглеца, но тот всякий раз умудрялся уйти от облавы.

– Хорошо, я принимаю предложение графа Путиловского о сотрудничестве в деле поиска и задержания профессора Мориарти в России и расследования его участия в создании заговора против России – ответил Холмс.


## Глава 2

Как только Холмс дал свое полное согласие взяться за исполнение поручения графа, был составлен договор, в котором была оговорена плата за услуги и срок отъезда в Россию великого сыщика. Мистер Потапов внес аванс равный пятистам фунтам стерлингов. После этого наш гость поклонился, забрал расписку из рук Холмса и, одарив нас на прощание ослепительной улыбкой, быстрой походкой отправился к выходу из комнаты. А вскоре мы услышали, как русский агент быстро спустился по лестнице.

– Я понимаю, Ватсон, что вы ждете моих объяснений – сказал Холмс, как только стало понятно, что незваный гость покинул здание. – Я давно хотел вам рассказать правду о событиях 1891 года и о том, чем я был занят в то время, когда вы считали меня умершим. Но всё не решался это сделать. Если бы не этот сегодняшний посетитель, я бы, наверное, никогда не рассказал вам о том, что произошло в то время. И всё, потому что те события легли на мои плечи тяжелым моральным грузом.

– Признаюсь, что я действительно сильно усомнился в 1894 году в правдивости данных вами, мой друг объяснений, и желал сильно узнать правду – сказал я.

– Ватсон, признайтесь, вы ведь разработали для себя какую-то версию, которая объяснила бы вам все нестыковки в моем рассказе о событиях 1891—1894 годов? – сказал Холмс.

– Да, я долго думал и пришел к определенным выводам – сказал я. – Я понял, что целью вашего внезапного приезда в тот год было выманить из Лондона в Швейцарию профессора Мориарти. Что вам и удалось прекрасно осуществить. В итоге профессор Мориарти, попавший в безвыходное положение, оказался в том месте, где он мог выйти на контакт с какой-то интересующей британские и французские тайные службы организацией. В этом и заключалась цель операции.

– Вы практически всё правильно угадали, тайная служба её величества королевы подготовила все условия для того, чтобы заманить профессора Мориарти в ловушку – сказал Холмс. – Была организована утечка информации. Глава преступного мира Лондона был оповещен о том, что я приезжаю в Лондон с документами, полностью изобличающими его преступную деятельность. Так же Мориарти был оповещен о том, что мой брат Майкрофт, который якобы был в Милане, через два дня вернется на родину и тогда документам будет дан ход. Мориарти был поставлен в условия, когда он должен был действовать немедленно. У него не было времени на долгие размышления.

– А как же ваш визит ко мне? – спросил я.

– Обращение к вам за помощью так же было продумано и запланировано заранее – признал Холмс. – Ко времени моего приезда в Лондон было сделано так, что вашу супругу пригласили родственники к себе погостить, так что я знал о том, что вы один дома и что я смогу вас попросить сопровождать меня в моем мнимом бегстве на континент. Мориарти должен был поверить в то, что я нахожусь в отчаянном положении. К кому бы я обратился в минуты смертельной опасности за помощью? Конечно, только к вам, моему самому близкому другу. С кем бы я попытался скрыться от опасности на континенте? Конечно, только с вами. Только так поступив, я мог убедить Мориарти в том, что в моих действиях нет фальши. И наша задумка сработала. Мориарти попался на крючок и начал преследовать меня. Так мы его и смогли заманить в Швейцарию. Оказавшись там, профессор Мориарти встретился с рядом весьма неожиданных для нас персонажей и попросил их о помощи. Их позже арестовали. Кроме того в наши сети попались крупные ученые, которые вели дела с профессором Мориарти. Но их всех нам пришлось быстро оставить в покое. Это были европейские светила с безупречной репутацией. Все их контакты объяснялись общими научными интересами. Никаких связей с преступным миром у этих ученых обнаружить не удалось.

– Я что-то такое предполагал – сказал я. – Но что произошло в тот день, когда вы якобы погибли?

– Утром я получил известие о том, что профессор Мориарти смог скрыться – ответил Холмс. – Я понял, что ситуация изменилась и теперь мне нужно будет на время стать человеком-невидимкой для того, чтобы продолжить охоту на Мориарти. Поэтому я и инсценировал свою смерть.

– Что было после этого? – спросил я.

– Я преследовал Мориарти и его друзей – ответил Холмс. – Мне пришлось много путешествовать.

– Но стоило оно того? – спросил я. – Почему ради преследования Мориарти вам пришлось столь многим пожертвовать?

– Дело в том, что я привык иметь дело с преступниками двух основных видов – ответил Холмс. – В первую очередь с людьми алчными и преследующими цель обогатиться любым, пусть даже самым преступным способом. Такие преступники ради наживы убьют, ограбят, обманут. Есть другой тип преступника. Это злодеи. Так сказать это идейные преступники. У них своя мораль. Свои представления. Они отрицают существующий закон и порядок и живут по своим преступным законам и порядкам. В 1891 году я воспринял профессора Мориарти преступником, который сумел подчинить своей власти преступный мир Лондона ради собственной наживы. К такому выводу меня подтолкнуло то, к примеру, что его студенты участвовали в разработанных Мориарти, видимо при помощи других математиков, операциях, в ходе которых у крупных казино изымались гигантские суммы. Но это была ошибка. Мориарти не был стяжателем.

– Профессор Мориарти оказался злодеем? – спросил я.

– Да нет же – ответил Холмс. – Он пришел, как вы помните ко мне домой и пытался со мной договориться. Только после того, как я отказался от его предложения против меня были приняты им самые жесткие меры. До этого моей жизни ничто не угрожало. Согласитесь, что это не похоже на поведение злодея. И главное. Мориарти профессор математики. Гениальный мыслитель. Конечно, бывает, что человек меняется не в лучшую сторону. Яркий пример полковник Моран, был отличным офицером, а потом покатился по наклонной и стал преступником. Но Мориарти не полковник Моран, это некое новое явление. Профессор математики приходит из университета и становится хозяином преступного мира Лондона. Он командует каторжниками, ворами и убийцами. И они вынуждены ему подчиниться. Абсолютно непонятно почему. Я много повидал в своей жизни. Прекрасно знаю преступный мир Европы и США, и отчасти Азии и Африки. Мне известны случаи, когда боссами преступного мира были полицейские. Знал я главарей преступного мира генералов армии. Знал банкиров, знал адвокатов. Но профессор Мориарти это нечто отличное от всего, что было раньше. Он провозвестник нового мира.

– Как это? – спросил я недоуменно.

– Мир стремительно меняется, мой друг – сказал Холмс. – Пришли другие времена. Новые люди берут всё в свои руки, это стало доходить до меня, когда Мориарти отправился в Персию с большими деньгами организовывать революцию. Ни злодею, ни стяжателю это не нужно.

– И что вы сами думаете об этом? – спросил я.

– У меня создается такое впечатление, что Мориарти и его соратники, ставят какой-то гигантский абсолютно никому непонятный эксперимент разом над всем человечеством – ответил Холмс. – Эти профессора владеют таким опережающим остальное человечество научным виденьем мира, что способны буквально творить историю по своему желанию.

– Профессора из университетов будущие властелины мира? – спросил я. – Я сомневаюсь в этом. Это не серьезно. У этих людей нет реальной власти. У них нет армии, полиции. У них нет церкви. У них нет и серьезных средств. Банки, биржи, казино они не контролируют. Всё в руках настоящих хозяев мира. Всё в руках представителей знатнейших фамилий Европы и Америки и крупнейших финансовых воротил. Вся власть мира и все деньги мира у них.

– Вы правы – сказал Холмс. – Все деньги и вся власть принадлежат сегодня одной небольшой группе людей, но так не будет всегда. Мы стоим на пороге революционного преобразования мира. В самое ближайшее время власть и деньги мира будут, похоже, перераспределены, потому что появилась новая элита, чей уровень миропонимания выше того, что существовал у прежней элиты. И среди них, новых хозяев мира – профессор Мориарти и его ученые друзья.

– Какова же была ваша роль в этой истории, Холмс? – спросил я.

– Дело в том, что старая элита не хочет перемен, она не хочет отдавать власть и контроль над финансовыми потоками. Поэтому меня и наняли сегодняшние хозяева мира для того чтобы я остановил Мориарти и его соратников. И мне пришлось многим пожертвовать ради этой работы. Но зато теперь я баснословно богат. Могу позволить себе хоть сегодня купить самое дорогое имение в Англии, и уехать туда разводить пчел. Я полностью финансово независим и могу не работать до самой моей смерти. Но с Мориарти мне необходимо еще раз повидаться. Поэтому я и дал свое согласие на работу на графа Путиловского.

– Надеюсь, что вы позволите мне сопровождать вас в этом путешествии? – спросил я напрямик моего друга.

– Ватсон, я не хочу вас обижать, но признаюсь честно, что не уверен я в том, что вы, мой друг сможете мне сильно помочь во время поездки в Россию, – сказал Холмс с виноватой улыбкой на лице.

– Почему? – спросил я обиженно.

– Да потому что я работал в этой стране, я был там несколько раз – сказал Холмс убежденно. – Я знаю русский язык, знаю немного русскую культуру, знаком с жизнью этой страны. А что вы, мой друг? Что вы знаете о России? Эта страна сильно отличается от милой нашему сердцу Англии. Мы можем оказаться в ситуации, когда нам придется прятаться среди местного населения. Не будете ли вы мне обузой там в такой ситуации? Не зная языка и обычаев этой страны, вы в таком случае же сразу выдадите нас! А это может стоить нам жизней обоим. Я не хочу вас обижать отказом, но в сложившейся ситуации считаю, что разумнее мне отправиться в Россию одному.

– Я, как говорят в России, тоже не лаптем щи хлебаю, я знаю эту страну не понаслышке – ответил я на чистом русском языке. – Во время службы на востоке я много раз сталкивался с русскими солдатами и офицерами. Не всегда в мирной обстановке. Интересы наших стран в Афганистане и в районах, прилегающих к Каспийскому морю расходятся, как вы знаете. Официально война не объявлялась, но военные действия между нашими войсками и русскими войсками велись. В этом вооруженном противостоянии мне пришлось принять непосредственное участие. Сопровождал я, к примеру, как врач группы наших разведчиков, проникавших на территорию Российской Империи. Перед этим я проходил специальную подготовку. Учил язык, знакомился с культурными особенностями жизни в России. Безусловно, я владею русским языком далеко не в совершенстве, но, несмотря на это из-за меня ни одна группа разведчиков, в которой я был врачом, не была разоблачена и уничтожена. Мы, всегда успешно выполнив задание, возвращались к своим товарищам. Так что я уверен в том, что польза от меня в путешествии по России будет весьма внушительной. Поэтому отбросьте все сомнения. Я вам не буду в России обузой.

– Вот ведь интересно как получается – сказал Холмс удивленно. – Не только вы узнали много нового сегодня обо мне, но и о вас я узнал нечто новое для себя. Я знал о том, что вы воевали в Афганистане, но не думал, что вам пришлось побывать в России.

– Я неоднократно посещал южные окраины этой страны и общался там с русскими людьми на их родном языке – ответил я. – Это помимо того, что мне много раз приходилось лечить русских солдат и офицеров. Многим из них я спас жизнь. Общался я со своими русскими пациентами на русском языке. Я уверен в том, что сейчас в России многие бывшие русские солдаты и офицеры, участвовавшие в восточной компании, поминают меня добром, как своего спасителя.

– Раз так, то тогда приношу вам дорогой друг свои извинения, все сомнения теперь отброшены, решено, отправимся в Россию вместе – сказал Холмс. – Так что давайте завершим сейчас все наши разговоры и начнем собираться в дорогу.

В назначенный срок к нам прибыл Потапов. Он сообщил нам о том, что сразу же после того, как покинул нас, тут же пошел на телеграф и отправил подробное сообщение графу Путиловскому. Он сейчас сопровождает семью императора в Крыму. И почти сразу же я получил телеграмму от графа. Граф попросил Потапова передать свою благодарность мистеру Холмсу за то, что он согласился принять его предложение о сотрудничестве. Граф надеется на то, что не только сам мистер Холмс приедет в Россию, но привезет с собой своего лучшего друга мистера Ватсона. Со своей стороны граф Путиловский лично попросил Астраханского губернатора взять под контроль поимку опасного безносого преступника, скрывающегося в калмыцких степях. Мало того. Попросил граф, чтобы после задержания безносого злодея заключили в одиночную камеру и держали там его без всякой возможности общения с другими заключенными вплоть до приезда в Астрахань мистера Холмса.

– Вы молодчина – сказал мой друг. – Сообщите графу о том, что я поеду сейчас в Россию вместе с мистером Ватсоном. Он дал свое согласие.

– Отлично – сказал Потапов. – Мой шеф будет рад.

– Тогда в путь! – сказал Холмс.


## Глава 3

Так мы с мистером Шерлоком Холмсом, моим знаменитым другом, имя которого сейчас известно почти всему миру, по воле небес и благодаря нашей тяге к приключениям, оказались в России в канун рождественских праздников. Императорская семья успела вернуться к тому времени в столицу из Крыма вместе с двором. Так как нам обязательно нужно было перед началом работы встретиться с заказчиком, мы так же отправились в Санкт-Петербург. Сиятельный граф принял нас в своем роскошном имении. Это был человек среднего роста брюнет примерно сорока лет от роду, худощавый, с узким аристократическим лицом. В большой зальной комнате граф выслушал доклад господина Потапова, после чего обратился к нам с небольшой речью:

– Я много был наслышан о выдающихся способностях мистера Шерлока Холмса! Я нахожусь в полном восторге от того, что вы приняли мое предложение о сотрудничестве! Сейчас же я отправлюсь к его императорскому величеству на доклад. Наверное, можно было бы мне сейчас смело предположить, что вас мистер Холмс и мистер Ватсон пригласят завтра на обед во дворец. Надеюсь, что ваши рассказы о раскрытие различных таинственных преступлений придутся по душе высочайшим особам.

– Но мы еще не приступили к работе – робко напомнил мой друг. – Я думал уже сегодня отправиться в калмыцкие степи для того чтобы изловить Мориарти.

– Всему свое время – сказал граф. – Сначала аудиенция во дворце, потом всё остальное. Это не предмет для обсуждения.

– Хорошо – сказал Холмс. – Мы с Ватсоном согласны отправиться на аудиенцию в Зимний Дворец.

– Есть ли у вас еще вопросы ко мне мистер Холмс и мистер Ватсон? – спросил граф. – Может у вас есть предложения? Я готов вас выслушать. Если же вопросов и предложений у вас нет, то тогда мой помощник сейчас вас отвезет в гостиницу.

– Я предполагаю, что у вас ваше сиятельство есть некое предложение, которое касается вашего поручения, о котором вы собираетесь нам поведать, но, похоже, не решаетесь – сказал Холмс. – Это предложение поступило к вам от военного ведомства. И хоть оно вам пришлось явно не по душе, вы всё-таки склонны его принять. Расскажите нам об этом предложении прямо сейчас. Обсудим его и решим вместе принимать его или нет.

– А с чего вы взяли, что я подготовил вам какое-то предложение? – спросил удивленный граф. – Мне очень интересно узнать, как вам в голову пришла подобная фантазия?

– Конечно, я могу вам рассказать о том, как я пришел к такому выводу – сказал мой друг.– Но стоит ли терять на это время?

– Будьте любезны, все же рассказать мне, с чего вы решили, что у меня есть к вам новое предложение, да еще и исходящее от военного ведомства? – спросил граф.

– Я думаю, что вас, ваше сиятельство, сегодня, незадолго до нашего приезда к вам, посетил высокопоставленный чиновник военного ведомства – сказал Холмс. – Разговор у вас шел о нашей миссии. Обсуждение было чрезвычайно бурным. Похоже, дело дошло до рукоприкладства. Но в итоге вы о чем-то с ним предварительно договорились.

– С чего вы это взяли? – спросил граф насторожено.

– Всё очень просто – сказал Холмс. – Во-первых, в прихожей на самом видном месте лежит забытая кем-то шапка барашковая генеральская. Вероятно тот, кто её оставил в приемной, был тут совсем недавно. Иначе бы столь ценную вещь либо отправили хозяину с курьером, либо он сам прислал за ней своего ординарца. Во-вторых, на лице вашем свежие гематомы после удара. Конечно, вы сделали всё, чтобы скрыть их, но от моего внимания они не ускользнули. Мелкие капли крови остались в кабинете, прихожей и на крыльце. Вроде всё.

– Хорошо – сказал граф. – Действительно был тут один генерал из военного ведомства у меня незадолго перед вашим приездом. Мы с ним крепко повздорили. Но, подождите. Как вы, мистер Холмс, узнали о том, что мы все же пришли, в конце концов, к некому пониманию?

– Я предположил, что у вас все же нашлись точки взаимопонимания исходя из того, что у входа в вашу усадьбу увидел в красивой тумбе для мусора ваш окровавленный платок с фамильным гербом. Вряд ли вы, граф, провожали в той ситуации, что оказались, гостя до автомобиля. Значит, это не вы выбросили платок в урну. Бросил его туда генерал, потому что получил ваш платок от вас. Так что я на основе всего этого и пришел к выводу о том, что некое примирение все же у вас с генералом состоялось. Теперь дело лишь за тем, что вы, ваше сиятельство, расскажете нам, о чем вам удалось договориться с военным ведомством.

– Эй, Сергей, что ты на меня смотришь, как баран на новые ворота – сказал граф весело, но глаза его были печальны. – Вон учись у мистера Холмса выводы делать. Взял и прижал меня наш великий гость к стенке своими доказательствами. Придется мне теперь всё выложить вам тут, как на исповеди.

– Прекрасно, облегчите себе душу – сказал Холмс. – Расскажите нам, о чем вы, ваше сиятельство договорились с вашим военным ведомством.

– Скажу, что подрались мы не из-за вас с генералом – сказал граф сконфуженно. – У нас свои давние счеты. Короче, так или иначе, но меня генерал уговорил просить вас уступить поимку Мориарти его людям. Что я и делаю.

– Что предлагает нам генерал? – спросил Холмс.

– Вам ничего – ответил граф.

– Позвоните генералу – предложил Холмс. – Я с ним переговорю. Иначе я разрываю наш контракт.

Граф подошел к телефону и попросил его соединить с генералом.

– Здорово, брат – сказал граф. – Я поговорил со своими гостями. Мистер Холмс хочет с вами поговорить. Сейчас я передам ему трубку.

– Я Шерлок Холмс – сказал мой друг, когда взял трубку телефона и прижал её к уху. – Прошу вас о небольшом одолжении. Распорядитесь, пожалуйста, чтобы к нам в гостиницу в номера прислали ящик хорошей неотравленной водки. И закуски к ней соответствующей.

Я тоже приложился ухом к трубке и услышал, что голос в ней зло сказал:

– Вы что-то напутали, дорогой вы мой человек, ведь вы позвонили ни в ресторан, ни в бордель, и даже не в универсальный магазин, у нас совсем другое ведомство.

– Да я знаю, господин Смирнов, в каком ведомстве и в каком чине вы служите, хотя мне его сиятельство господин граф почему-то это не рассказал, знаю, кстати, что вы только недавно вернулись из Лозанны и знаю, чем вы там были заняты помимо лечения, но что это меняет? – сказал Холмс. – В любом случае с вас водка и закуска.

– Зачем вам столько водки? – спросил насмешливо голос. – Вы же упьетесь насмерть, а потом будут говорить, что мы вас отравили.

– А я не собираюсь всю водку выпить один и за один вечер – ответил Холмс. – Часть выпью сегодня. А вот завтра думаю попить водки вместе с вами. Я ведь частный сыщик. Сегодня работаю на графа. А завтра, чем черт не шутит, вы мне предложите интересную работу за нормальную плату. Почему бы мне не познакомиться с богатым возможным клиентом на перспективу? Вы должны понимать, что водка и закуска это просто предлог для встречи и обсуждения.

– Вот ведь беда какая – приедут эти англичане в гости к нам и начинают брать нас бесцеремонно за глотку, найди им, мол, хорошую неотравленную водку – сказал со смехом голос в трубке. – А где её взять, когда всю отравили уже? Людей то хороших, полно кругом, кого надо паленой водкой угостить. Но раз уж пошла у нас с вами такая перестрелка, то придется оторвать от сердца из личных запасов нормальной водки ящик. Да и с закуской решим. Пока, слава богу, и сами с голоду не пухнем, и гостей есть чем угостить.

– Хотелось бы чтобы к нашему приезду в номера там уже нам столы накрыли – сказал Холмс.

Голос на некоторое время замолк. Потом я услышал:

– Я просто не пойму с чего это я в вас сегодня такой влюбленный. Вы просто вьете из меня веревки. Но так и быть, думаю, что если вы, не спеша скоро отправитесь в гостиницу, то успеют накрыть вам столы в номерах.

После того, как я и Холмс переговорили по телефону с генералом Смирновым, нам пришлось потратить еще некоторое время на уточнение с графом деталей, предстоящей аудиенции во дворце. И лишь после этого мы направились в гостиницу на ночлег. Нам были сняты два номера. Самый большой номер был нанят графом Путиловским для моего друга, Шерлока Холмса. Именно в этом номере был накрыт исключительно богатый стол. На нем был целый ассортимент разнообразных прелестей. Мы с Сергеем Потаповым сели за стол и хорошо поужинали.

А на следующий день состоялась аудиенция в царском дворце. Нас привели в небольшой зал, где был накрыт изысканный стол. Мы заняли свои места за ним, а через несколько минут появился император с семейством; раскланиваясь и улыбаясь, они разместились за столом. С ними вышло несколько первых сановников империи, но не в парадных мундирах. Император сказал:

– Я счастлив, видеть вас у себя! Прежде мистер Холмс уже оказывал услуги русскому царствующему дому, но лично встретиться раньше не приходилось.

Императрица спросила Шерлока Холмса:

– Почему вы скрываете то, что вам удалось выжить после вашей схватки с Мориарти?

– Ловить преступников легче, когда они не знают о том, что Шерлок Холмс жив – ответил мой друг.

Я рассказал за обедом о двух интересных расследованиях, которые недавно были блестяще завершены моим великим другом. Император с интересом выслушал мой рассказ. Потом он спросил:

– Дорогой мистер Холмс. Я, пользуясь, случаем хочу задать вам вопрос. Джек Потрошитель. Этот грозный и неумолимый убийца до сих пор не пойман. Почему? Ведь вы лучший сыщик в мире! Неужели есть преступники, с которыми даже вы не можете совладать? Неужели есть такие преступные умы, с которыми вы не в силах бороться?

– Джек Потрошитель мёртв – сказал Холмс. – В силу ряда обстоятельств мы не посчитали возможным публично объявлять о его смерти. Сложилась ситуация, которая может повториться и у вас здесь. Убийца найден, но осудить его не представляется возможным. Нам пришлось его тихо ликвидировать. Так Джек Потрошитель и остался официально не пойманным убийцей.

– Понятно – сказал император и жестом показал, что аудиенция завершена.

Мы вернулись в гостиницу и в номере Холмса стали обсуждать сложившееся положение. Тут в дверь постучали. Вошла горничная и сказала, что мистера Холмса и мистера Ватсона приглашает к себе в номер генерал Смирнов. Он так же снял себе номер в гостинице и теперь хочет, чтобы к нему на огонек зашли два английских джентльмена. Девушка попросила нас с Холмсом последовать за ней. Когда мы вошли в номер, генерал Смирнов в гордом одиночестве восседал за богато уставленным бутылками с изысканными спиртными напитками и отменной закуской столом. Этот высокий, стройный русоволосый красавец возрастом за сорок лет, одетый по последней парижской моде, как-то по-детски с восторгом посмотрел на нас своими синими, как васильковое поле, глазами. Вся его наружность просто светилась какой-то особенной неподдельной доброжелательностью. Широким жестом генерал пригласил нас занять место за столом.

– Очень рад вас видеть, мистер Холмс и мистер Ватсон – сказал генерал, широко разведя руки.

– И мы, Анатолий Николаевич, рады видеть вас – сказал в ответ Холмс.

– Давайте сначала выпьем за нашу встречу – предложил Смирнов. – А потом поговорим.

– Хорошо – сказал Холмс.

Генерал разлил вино по бокалам, и мы все выпили. Потом Смирнов сказал:

– Я долго думал над тем, как вы узнали, что я недавно был в Лозанне, а потом понял. Ботинки, ведь так?

– Так – подтвердил Холмс. – По следам я определил, что обувь была произведена совсем недавно в Лозанне. Вашу фамилию и должность я узнал из приглашения ректората университета Лозанны на лекцию профессора Парето. Оно лежало на столе у графа. Соединить эти два факта – след и приглашение не составило мне никакого труда.

– Вот ведь не обратил внимания на подошву ботинка, когда забирал заказ у мастера в Лозанне, а она меня с головой выдала – признал генерал. – А приглашением я похвастался перед графом до того, как мы повздорили.

– Теперь, когда мы разобрались в несущественных вопросах, поговорим о наших проблемах – предложил Холмс.

– Насколько я понимаю, вас интересует Мориарти – сказал Смирнов. – Именно ради встречи и продолжения вашего поединка с этим господином вы, мистер Холмс и приехали в Россию, приняв предложение графа Путиловского.

– Возможно – ответил мой друг.

– Мориарти поймает мой человек – сказал генерал. – Предупреждаю, если вас, не дай бог, понесет туда, где идет охота на Мориарти, мы вас остановим. И очень жестко. Я не пугаю вас, так и будет. Занимайтесь разгромом преступных сообществ. Но только в столицах. И будет вам счастье.

– Но позвольте мне поинтересоваться, Мориарти насколько я знаю, не могут найти уже больше года – сказал Холмс. – Откуда у вас уверенность в том, что вашему человеку удастся сейчас найти профессора? Может он, тоже не сможет найти Мориарти? Что тогда?

– Активных поисков профессора на самом деле до самого последнего времени не велось – сказал Смирнов. – Теперь же мы бросили на поимку Мориарти своих лучших волкодавов. Они прочешут все заросли камыша и отыщут профессора. Не сомневайтесь в том. И еще они смогут не пустить вас туда, поэтому не суйтесь туда, куда вас не просят. Я вас умоляю! Мне не нужны неприятности. У меня их и без вас хватает. Я жду вашего ответа, мистер Холмс.

– Дайте подумать – сказал мой друг. – Я должен взвесить всё, что узнал от вас, господин Смирнов, сейчас.

– Вы, мистер Холмс, насколько мне известно, не в первый раз посещаете Россию, знаете не понаслышке, как мы тут живем – сказал генерал. – А вот вы мистер Ватсон официально никогда не посещали нашу страну. Однако мои люди убеждены в том, что вы были раньше в России. Мои ребята люди опытные и ошибиться не могли. Вы знаете, что шпионов у нас отправляют на каторгу в соляные рудники? Смертность там очень высокая.

– Насколько я понял, граф Путиловский, наш заказчик нашел с вами общий язык – сказал мой друг.

– Да – ответил генерал.

– Хорошо, раз заказчика устраивает ваше предложение, то и мы его принимаем – сказал Холмс.

– Давайте выпьем, друзья за взаимопонимание – сказал Смирнов, встав с места. – Со своей стороны обещаю вам, что после того, как мы поработаем с Мориарти, вам разрешено будет встретиться с ним в моем присутствии.

После того, как мы стоя осушили бокалы, Холмс сказал, что нам пора заняться своими делами. Генерал проводил нас до двери, вручив на прощание две корзинки с закусками и вином.


## Глава 4

Так или иначе, но Холмс и я приступили все же к выполнению поручения графа Путиловского. Признаюсь, нам пришлось изрядно потрудиться для того чтобы с честью исполнить порученное нам задание в российской столице. Преступному миру здесь был нанесен мощный удар. Не буду хвастаться, но признаюсь, успех был полным. Мой друг в этом деле выказал все лучшие черты своего дарования. Позднее, исполняя поручения графа, мы из Санкт-Петербурга перебрались в Москву, где изрядно досадили крупной местной преступной организации. Несколько главарей этой банды были схвачены непосредственно под руководством Шерлока Холмса. После завершения дел с разгромом преступных сообществ в Москве мы вернулись в Санкт-Петербург. Нас принял в своем особняке граф Путиловский. Он долго восторженно благодарил Холмса и меня, а потом щедро оплатил все наши услуги.

На следующий день после возвращения от графа я проснулся, как обычно рано, спустился в общий зал гостиницы, где потребовал себе крепкого чаю и яичницу с беконом и стал завтракать. Во время завтрака я долго рассматривал через большое гостиничное окно праздничную толпу, которая шла по улице бесконечным потоком. Потом попросил принести пишущие принадлежности, и написал сначала письмо младшему брату Эдуарду, а потом старинному своему приятелю мистеру Бимсу. Окончив письма, я прогулялся до почты, расположенной в ста метрах от гостиницы, где купил марки и отправил письма в Англию. Время шло чрезвычайно быстро. Когда я направился в номер к Холмсу, было уже четверть одиннадцатого. Я остановился у дверей на минуту для того чтобы собраться с мыслями и услышал шаги.

– Добрый день! – произнес знакомый голос.

Я обернулся. Это был Сергей Потапов.

– Я не нашел вас в номере, – сказал он. – И решил, что вы здесь.

– Я склонен думать, что нам пора повидать мистера Шерлока Холмса, пусть даже для этого нам придется его разбудить – сказал я.

– Хорошо, – сказал Потапов с улыбкой. – Стучите. Вам, как лучшему другу великого сыщика можно взять на себя смелость прервать его сон.

Я начал стучать. Дверь открылась.

– Какого черта вы будите меня в такую рань, – сказал зло Холмс. – Вы что с ума сошли?

– Странно, но уже половина одиннадцатого – сказал я.

– И что это повод врываться ко мне? – возмущенно произнес Холмс. – Я первый раз после того, как вы, господин Потапов появились в моей жизни, нашел возможность от души выспаться в спокойной обстановке. И на тебе! Меня будят самым беспардонным образом!

– Простите великодушно – сказал с поклоном Потапов.

– Хорошо, я через пять минут выйду из номера, встретимся в общем зале – сказал мой друг и закрыл дверь.

Вскоре мы все встретились в общем зале. Холмс и Потапов заказали себе еды, я ограничился стаканом чая с булочкой.

– Хочу вас предупредить уважаемый господин Потапов – дела наши в России завершены, оплата по договору получена, мы с Ватсоном уезжаем в Лондон – сказал Холмс.

– А как же ваш недруг? – спросил Потапов. – Как же профессор Мориарти?

– Договор дороже денег – сказал Холмс. – Генерал Смирнов заключил с нами соглашение, по которому я не должен ехать в калмыцкие степи и разыскивать в них своего давнего недруга. Так что делать нам в России больше решительно нечего. Мы с Ватсоном возвращаемся в Лондон.

– Что же – сказал Потапов. – Наверное, вы правы. Жаль, честно говоря, мне с вами расставаться, но ничего не поделаешь. Займусь сегодня подготовкой к вашему отъезду в Париж. Куплю билеты и прочее.

– Спасибо, дорогой друг за заботу о нас – сказал Холмс.

– Вам спасибо дорогой вы мой человек и вам, мистер Ватсон – сказал Потапов, и глаза его увлажнились.

Мы некоторое время сидели молча за столом. Тут в общий зал гостиницы вошел мужчина и, окинув взглядом зал, направился к нашему столику. Подойдя к господину Потапову, он передал ему конверт и удалился. Тот вскрыл конверт и внимательно прочитал находившееся в нем письменное сообщение.

– Что опять случилось? – спросил мой друг насторожено.

– Генерал Смирнов приказал нам всем долго жить – ответил Потапов.

– Это, что шутка? – спросил я.

– Нет, не похоже – ответил помощник графа. – Мой хозяин обычно шуточных сообщений не шлет.

– Как это произошло? – спросил Холмс.

– Я думаю, что сообщение об этом трагическом событии уже есть в прессе – сказал Потапов и громко потребовал свежие газеты. Получив, от служки газету, Сергей придвинулся к нам поближе и начал тихо читать:

– При пожаре на даче погиб крупный военачальник, дипломат, ученый князь Анатолий Николаевич Смирнов. Ему было 47 лет. Дачу генерала Смирнова охраняли. Двенадцать человек охраны так же погибли во время пожара. Директор департамента полиции Степан Колчаков уточнил, что пожар начался около часа ночи. «Все выгорело. Когда приехали пожарные, спасать уже было некого». Вместе со Смирновым при пожаре погибли члены его семьи. «Все выгорело дотла. И работы, и библиотека, и переписка. И ведь абсолютно все хранилось дома», – сказал Колчаков. Он назвал случившееся трагической случайностью и не исключил, что огонь мог вспыхнуть от рождественских свечей, которые, по словам соседей, были зажжены в доме во множестве. «Анатолий Николаевич занимался подготовкой издания книги своих воспоминаний о встречах и беседах с великими людьми нашего времени. Со многими из них он вел переписку. Можете себе вообразить: в его даче три самые большие комнаты было отведено под письма и бумаги " – рассказал друг погибшего Станислав Коняев.

– И это всё? – спросил Холмс.

– Да – ответил агент русской охраны.

– Негусто – сказал мой друг. – Пока ясно только одно – генерал имел основания чего-то опасаться, раз так много людей его охраняло в эту ночь. А так же понятно, что это очень странное происшествие, если не сказать больше.

– Предлагаю сейчас выехать на место происшествия – сказал Потапов. – Возможно, там нам удастся узнать какие-то новые подробности этого трагического происшествия.

– Хорошо, давайте так и сделаем – согласился Холмс.

Мы вышли из гостиницы. Наняли экипаж и отправились к даче генерала Смирнова. Добравшись до места, мы получили разрешение осмотреть место происшествия. Холмс тщательно осмотрел дачу генерала.

– Какие выводы вы сделали, мистер Холмс? – спросил Потапов у моего друга, когда тот завершил осмотр места происшествия.

– Ничего сказать пока не могу – ответил мой друг. – Мне необходимо видеть трупы.

– Я в Санкт-Петербурге дома, здесь у меня везде друзья – сказал помощник графа. – Так что смогу вам организовать посещение морга без проблем. Давайте поедем туда прямо сейчас.

– Давайте – согласился Холмс.

Мы сели в экипаж и тот отвез нас в морг. После того, как Холмс осмотрел там трупы, он сказал:

– К сожалению никаких сомнений, теперь быть не может, генерал Смирнов действительно мертв. Если честно, то я немного сомневался до последнего момента в его смерти. Мне казалось невероятным, что этот опытный и исключительно осторожный человек мог погибнуть в цвете лет. Надеялся на то, что известие о смерти генерала мистификация.

– Ужасная смерть – сказал я. – И тем более эта смерть ужасна тем, что вместе с генералом погибла вся его семья. Жена, три сына, дочь генерала. А так же мать генерала. Как же могло так случиться, что столько народа погибло разом в одном месте?

– В то, что генерал погиб в результате несчастного случая, никто не верит – сказал Сергей Потапов. – Действительно все убеждены в том, что так не должно было статься, чтобы разом сгорело столько народу, и никто не выжил. Но в тоже время никаких следов насилия на трупах не обнаружено. Полиция просто в тупике.

– Это неудивительно, ведь для расправы над генералом и его семьей была проведена целая боевая операция с участием исключительно искусных профессиональных убийц – сказал мой друг.

– Что же теперь с вашим договором? – спросил Потапов. – Ведь теперь, когда генерал Смирнов мертв действие договора, можно считать оконченным.

– Ничего не могу сказать пока о судьбе нашего договора – ответил мой друг. – Подождем. Генерал явно действовал не в одиночку, с кем-то согласовывал свои решения. Так что возможно кто-то из его руководителей пошлет нам весточку в ближайшее время.

– А если нет? – спросил я.

– Тогда действительно можно будет считать договор, заключенный нами с генералом Смирновым недействительным – сказал Холмс.

– А это значит, что мы отправимся в калмыцкие степи – сказал Потапов. – Было бы хорошо. Вы бы там разобрались с профессором Мориарти по-мужски.

– Не будем забегать вперед – сказал Холмс. – Подождем, что скажут командиры Смирнова, но билеты на завтра для нас на поезд до Парижа пока не берите.

– Как скажете – ответил с довольной улыбкой помощник графа.

– Может быть, нам стоит посетить графа Путиловского? – предложил я.

– Путиловский сейчас точно в департаменте полиции – сказал Потапов. – Занимается делом генерала Смирнова. Можем его навестить там.

– Давайте так и сделаем – предложил я. – Неизвестно сможем ли мы пообщаться с графом в иное время теперь.

Мое предложение было принято, и мы отправились все в департамент полиции. Граф был там.

– Друзья, я временно занимаю этот кабинет – сказал Путиловский, приветствуя нас. – Так уж получилось, что с генералом Смирновым было у меня всегда много хлопот, и его смерть так же принесла мне много забот. Головоломка. Ясно, что это хорошо спланированная акция по устранению генерала. Не несчастный случай. Но никаких следов насилия на трупах не обнаружено. К сожалению, я не могу привлечь вас, мистер Холмс официально к расследованию. Дело засекречено. Но вы все видели своими глазами. Подскажите.

– Похоже на то, что убийство генерала связано с его профессиональной деятельностью – сказал Холмс. – Так как провести такую операцию может только организация располагающая группой профессионально подготовленных убийц. Тут явно действовал не одиночка, а несколько человек. Раз так, то начальство генерала должно быть в курсе, кто мог с генералом Смирновым так жестоко расправиться.

– Вы еще скажите, что начальство и организовало расправу над генералом – сказал недовольно граф.

– Это не похоже на правду – сказал Холмс.

– Это почему же? – спросил граф.

– Тут есть нечто личное в этой расправе по моим ощущениям – сказал Холмс. – И еще. Похоже на то, что данное убийство есть еще и акт устрашения. Послание к тем, кто понимает, о чем идет речь. Вы не шутите с нами, иначе с вами будет так же, как со Смирновым. Погибнете не только сами, но и еще и ваши семьи разделят с вами вашу трагическую судьбу. Так что скорей всего начальство генерала Смирнова не имеет к его смерти никакого отношения.

– И я в этом убежден – сказал Путиловский. – Но давайте пока оставим дело генерала Смирнова. Есть у меня для вас, мистер Холмс, важное известие.

– Что за известие? – спросил Холмс.

– Я буквально перед вашим приходом получил телеграмму от астраханского губернатора – сказал граф. – Поймали они вашего профессора Мориарти. Как и просил я, держат его в одиночке. Пишет губернатор, что профессор плох здоровьем. Но местные врачи убеждены в том, что выживет он до вашего приезда. Если, конечно, вы поторопитесь с приездом в Астрахань. Я в курсе, что у вас был договор с генералом. Но теперь его нет с нами, так что берите Сергея и поезжайте в Астрахань. Дело это я продолжаю оплачивать, так что не беспокойтесь.

– Тогда мы отправимся в гостиницу, соберем вещи и в путь – сказал мой друг.

– Счастливого пути – сказал граф. – Сегодня вы уже не успеете на поезд. Но не беда. Отдохнете немного, а завтра отправитесь в Астрахань.

Мы вернулись в гостиницу, и я поднялся в свой номер. Открыв дверь в спальню, я вошел туда и включил свет. Вдруг я увидел, что в углу комнаты на кресле сидит эффектная молодая женщина примерно двадцати пяти – тридцати лет от роду, одетая в великолепное вечернее платье. На голове у неё была шляпка с вуалью, скрывавшей лицо. Казалось, что девушка только что вернулась домой с шумного бала и только собиралась начинать раздеваться и готовиться лечь спать. Я остановился и вопросительно посмотрел на девушку, та знаком попросила меня говорить тише, а потом сказала:

– Меня зовут Анна, я пришла сюда, исполняя последнюю волю моего шефа. У меня его письмо к мистеру Шерлоку Холмсу от генерала Смирнова.

– Но почему вы пришли сюда, а не сразу к моему другу? – спросил я.

– За номером вашего друга, как мне кажется, ведется постоянная слежка – ответила девушка. – Я не стала рисковать.

– Хорошо давайте письмо я отнесу его к моему другу – сказал я.

Девушка вручила мне конверт. Я пошел в номер к моему другу. Там Холмс с Потаповым вели обсуждение завтрашнего отъезда в Астрахань. Я молча протянул конверт Холмсу. Он открыл его, а потом прочитал вслух:

– Если вы читаете это письмо, мистер Холмс, значит, меня уже нет на этом свете. Сообщаю вам, что заключенный мной с вами договор более не действует, так как я не смогу исполнять взятые на себя обязательства. Можете действовать далее без оглядки на него. Предупреждаю вас, что мои сослуживцы и мои руководители сильно испугаются моей смерти и поэтому постараются сделать все, чтобы вы не раскрыли дело профессора Мориарти в калмыцких степях. Они пошлют убийц на все вокзалы, и те будут караулить вас там, у поездов, которые будут идти в сторону юга. Учтите это обстоятельство при планировании вашего путешествия в калмыцкие степи. Теперь о моей личной просьбе к вам, мистер Холмс. Найдите моего убийцу и покарайте его. В письме чек швейцарского банка на три тысячи фунтов стерлингов. Это плата вам за работу. Помогите мертвецу, и вам за это воздастся на небесах. С уважением Смирнов. Чуть не забыл. Моя помощница изъявила желание помочь вам. Примите её помощь. Она придет к вам с этим письмом.

– Да уж – сказал Потапов. – Дело серьезное. Вряд ли генерал Смирнов просто пугал нас. Нужно придумать, как незаметно покинуть гостиницу и выехать на юг. Но не беда. Есть у меня один вариант. В гостинице живет купец по фамилии Кузнецов. С ним меня связывает давняя дружба. Сейчас я его приглашу сюда в гости. Надеюсь, что он в номере у себя. Может он нам что подскажет?

Потапов вышел из номера и вскоре вернулся со своим другом. Господин Кузнецов предложил нам отправиться с ним в Тверь. Оттуда он собирался на пароходе добраться до Рыбинска. А там сесть на пароход до Астрахани.

– Документы новые для путешествия я вам утром выправлю – пообещал господин Потапов.

– И для помощницы Смирнова наверно тоже понадобятся новые документы – сказал я.

– Да, это верно – сказал Потапов. – Не забуду. Отправлю вас, а сам на сутки задержусь в столице. Буду изображать, что вы находитесь в гостинице. Думаю, что за это время граф решит вопрос с военным ведомством. Позже я выеду на поезде в Астрахань. Встретимся уже там.

Я вернулся в свой номер и рассказал о нашем разговоре моей гостье. Она сказала, что заночует у меня в номере. Уходить из гостиницы, а потом возвращаться опасно. Её могут выследить. Так она может навести убийц на всех нас. Делать было нечего, пришлось оставить молодую женщину у себя в номере. О дальнейшем я деликатно умолчу.


## Глава 5

На следующий день Сергей Потапов с новыми документами для нас появился в номере у моего друга примерно в полдень. Холмс до этого усиленно поработал над изменением своей внешности, и когда остался, им доволен, он занялся моим видом. Работал мой друг упоенно. Нас обоих теперь было не узнать. Мы походили на русских приказчиков, которых мне довелось видеть в больших магазинах. А Анна сама прекрасно справилась с изменением своей внешности. Она стала выглядеть теперь, как зажиточная мещанка, супруга приказчика. Ничего общего её новый облик с её прежним видом не имел. После прихода агента русской охраны мы собрали наши вещи и погрузили их в конный экипаж. На нем мы и отправились в Тверь. В этом городе началось наше путешествие по великой русской реке Волга. До Рыбинска добирались мы на небольшом судне. А дальше путешествовали на достаточно комфортабельном трехэтажном пароходе. В дороге Кузнецов представлял Шерлока Холмса своим приказчиком, а меня его помощником. Господин Кузнецов оказался человеком с большими связями. Везде где бы мы ни оказывались, у него были торговые интересы. Он встречался с местными купцами и вел с ними дела, каждый раз, как пароход делал остановку. Шерлоку Холмсу и мне приходилось участвовать в этих встречах и подолгу вести разговоры о торговых делах. Холмс и Кузнецов жили в одной каюте, а я с Анной в другой. В первую ночь нашего путешествия по Волге я попросил свою спутницу рассказать о себе.

– Я давно работала на Анатолия Николаевича, была командиром особого подразделения, которое выполняло ликвидации опасных для нашей страны людей по всему миру – сказала Анна. – Поэтому много о своей работе я рассказать вам не смогу. Это государственный секрет.

– Вы говорите о том, что вы были командиром в прошедшем времени – сказал я. – Получается, что после смерти вашего руководителя ваш отряд прекратил деятельность? Я правильно вас понял?

– Нет, не так – сказала моя собеседница. – Мой отряд был полностью уничтожен в калмыцких степях. Только я осталась в живых. Меня пощадили для того чтобы я сообщила моему руководителю о том, что он приговорен к смерти. Как вы знаете, враги смогли добраться до генерала Смирнова. Несмотря на то, что я передала ему предупреждение, он не смог спасти себя и свою семью.

– Всё это ужасно – сказал я и больше вопросов о ее прошлом Анне не задавал.

Наконец наш пароход добрался до Астраханского порта, где нас уже дожидался на пристани господин Потапов. Он поинтересовался тем, как мы себя чувствуем, и что планируем предпринять.

– Я рад видеть вас – сказал Холмс. – Без вас я чуть было не умер от скуки во время этого путешествия. Но надеюсь, на то, что теперь нам опять не придется скучать.

– Это я вам гарантирую – сказал Потапов.

– Как переговоры графа с военным ведомством? – спросил я.

– Они прошли успешно – ответил Потапов. – По этой линии теперь тоже нет никаких препятствий.

– Тогда я предлагаю, чтобы прямо отсюда, не заезжая в гостиницу, отправиться в местную тюрьму и повидать таинственного её узника – сказал Холмс.

Никто из нас не стал возражать и мы все вчетвером сразу же с пристани, на экипаже отправились в городскую тюрьму. По дороге к нам присоединился местный агент русской охраны, который по приезду на место первым подошел к охранникам у тюремных ворот. И вступил с ними в переговоры. После короткого разговора с тюремной охраной, агент позвал нас, и мы вошли в здание тюрьмы. Тут нас встретил начальник тюрьмы, который лично сопроводил нас до той камеры, в которой был заключен профессор Мориарти. Когда мы вошли внутрь тесного помещения, то увидели лежащего на нарах мужчину, невероятно изможденного и худого. Лицо его было сильно изуродовано. Нос на нем отсутствовал. Он тихо стонал. По всему было видно, что состояние арестанта критическое.

– Что с ним? – спросил Холмс.

– Это профессор Мориарти – ответил начальник тюрьмы. – Он был арестован неделю назад и помещен сюда, в одиночную камеру, так как так распорядился губернатор. Его суда уже доставили в таком состоянии. Врачи осматривали его и сказали, что он какое-то время еще проживет.

– Вы точно уверены в том, что это профессор Мориарти? – спросил мой друг. – Вам довелось допросить арестанта?

– Никаких сомнений быть не может! – воскликнул начальник тюрьмы. – Все приметы совпадают. И рост, и телосложение и отсутствие носа. А допросить арестанта мы пока не могли. Он постоянно в беспамятстве.

– Кто этот человек сейчас мы не будем выяснять – ответил резко Холмс. – Нужно понять, как спасти его от смерти. Ватсон, можно ли его перевезти в больницу или пока нельзя и лечить его придется здесь?

– Больного нужно срочно оперировать – сказал я. – Так что необходимо его перевезти в больницу. Иначе никак. Если не перевезти его, то он скоро умрет.

Холмс посмотрел на начальника тюрьмы и сказал:

– Нужно спасать человека. Организуйте перевозку его в больницу. Ради бога.

– Будет сделано – ответил начальник тюрьмы.

Затем Холмс обратился ко всем нам.

– Нам следует ждать нападения. Необходимо принять меры безопасности.

После короткого обмена мнениями мы все покинули здание тюрьмы. В течение часа нам удалось перевезти арестанта в больницу, где я его прооперировал. Положение больного вызывало у меня серьезные опасения, и я решил лично понаблюдать за ним ночью после операции. Оставив свои вещи в гостинице, я вернулся в больницу.

По просьбе Холмса ко мне был приставлен вооруженный агент русской охраны. Он одел халат, и всё время находился рядом со мной. И кроме того к больному арестанту были приставлены два солдата. Они охраняли его палату. Но, несмотря на все эти меры предосторожности на душе у меня было не спокойно. Я всё время был настороже. При каждом шорохе хватался за пистолет, который располагался у меня кармане халата. Так прошло несколько часов. Сначала больной не подавал признаков жизни. Потом он стал стонать. Я сделал укол, и больной снова уснул. Дыхание его стало ровным. Это был хороший знак. Меня, после того, как стал очевиден прогресс в делах моего пациента, стало тянуть в сон, и не диво, так как до рассвета по моим ощущениям было чуть больше часа. Я зашел в ординаторскую и прилег на кушетку. Агент, приставленный ко мне сел на стул рядом со мной.

И тут раздались выстрелы. Я выхватил пистолет и выскочил в коридор больницы, вслед за агентом. Первое, что я увидел, это распростертые на земле тела двух солдат и нескольких мужчин в крестьянских одеждах. Но дальше я увидел Анну, которая вела стрельбу по трем противникам, которые пытались её застрелить. Я без раздумий выстрелил в одного из тех, мужчин, который пытался убить девушку. Агент застрелил второго мужчину с оружием, а сама Анна застрелила третьего. Когда я подошел к ней, то на полу перед ней лежало, помимо убитых солдат, шесть трупов, напавших на больницу боевиков. Сама госпожа Анна так же сильно пострадала. У неё было несколько огнестрельных ранений. Она присела на стул и с улыбкой на побледневшем лице сказала мне:

– Наша семейная жизнь оказалась такой короткой, Ваня. Ведь Джон по-русски Иван.

– Довольно слов – сказал я. – Тебе следует беречь силы. Я попрошу подготовить операционную. Тебя нужно срочно оперировать. Ты будешь жить.

– На Холмса так же вероятно напали – сказала Анна. – Тебе нужно поспешить ему на помощь.

Между тем на шум стрельбы в больницу прибежали полицейские. Я объяснил им, что здесь произошло. Потом приказал сотрудникам больницы начать готовить Анну к операции, а сам вместе с местным агентом русской полиции верхом на лошадях понесся к гостинице. Когда я ворвался в номер Холмса, там так же была полиция. На полу в луже крови лежали трое мужчин с ярко выраженной азиатской внешностью. На кресле сидел, прижимая руку к огнестрельной ране в боку, господин Потапов. Холмс спокойно вел беседу с полицейским чином. Увидев меня, он сразу же спросил:

– Как вы? Что с арестантом и госпожой Анной?

– Они живы – ответил я. – Анна ранена. Я её буду оперировать.

– Вам придется прооперировать и нашего друга – сказал Холмс.

– Давайте мы сейчас перевезем господина Потапова в больницу – сказал я полицейским. – Жизнь его находится в опасности.

Вскоре я снова оказался в больнице. Сначала я прооперировал Анну, а потом Потапова. После этого мы с Холмсом расположились в палате рядом с койкой, на которой лежал прооперированный мною арестант. К этому моменту тот уже проснулся. Услышав наши шаги, больной открыл глаза и еле слышно сказал:

– Где я?

– Вы в больнице – ответил я.

– Кто вы? – спросил Холмс.

– Я майор Ковалев – ответил арестант. – Я служу у генерала Смирнова. Обратитесь к нему, он подтвердит.

– Как вы тут оказались в таком ужасном виде? – спросил Холмс. – Куда подевался ваш нос?

– Я пока слаб, потом расскажу – сказал майор Ковалев.

Холмс попросил пригласить в палату начальника местной полиции. Тот вскоре пришел, и Холмс представил ему майора. Личность его была подтверждена, так как полицейский чин сразу узнал голос Ковалева.

Когда я пришел в гостиницу, то Холмс мне рассказал о том, что произошло во время моего отсутствия. Господин Потапов заметил подозрительных людей рядом с гостиницей и тут же поделился этим известием с моим другом. Стало ясно, что готовится покушение. Холмс предложил Потапову вооружиться прекрасным британским карманным бескурковым револьвером «Веблей», недавно приобретенным им в Лондоне. Такой же был у него самого. Потапов предположил, что убийцы сначала попробуют убить Холмса. И лишь после этого займутся им. Так что засаду нужно организовывать именно в номере у великого сыщика. Холмс, немного поразмыслив, согласился. После обсуждения разошлись по своим номерам. Соблюдая все меры предосторожности, Потапов незаметно перебрался на балкон номера Холмса. Здесь они оба стали ожидать нападения. Ждать пришлось долго. Убийцы появились в номере у Холмса примерно в то же самое время, когда напали на больницу. Дальше всё решали доли секунд. Холмс зажег свет в номере. Воспользовавшись секундным замешательством противника, мои друзья первыми открыли огонь. Все трое преступников были убиты на месте. Но кто-то из них все же смог серьезно ранить господина Потапова. Холмс тут же спустился вниз и приказал вызвать к нему в номер полицию. А вскоре в номер пришел и я.

Выслушав Холмса, я на некоторое время забылся сном в своем номере под охраной двух полицейских. Проснувшись, я вернулся в больницу. В целом дела наши были не так плохи, как можно было ожидать. Ковалев чувствовал себя вполне сносно. Впрочем, как и господин Потапов и Анна. Они тоже пришли в себя после операций. И я понял, что жизни их теперь вне опасности. Они постепенно стали на путь выздоровления после операций. Мы все время общались. Наконец, Ковалев рассказал о том, что с ним произошло. Прибыв в Астрахань, он взял с собой небольшой отряд полицейских и начал розыск профессора Мориарти. Долгое время поиски не давали никакого результата. И наконец, Ковалеву повезло. Один местный житель, калмык, рассказал о том, что видел безносого человека в Элисте, в поселении в глуби калмыцких степей. Отряд Ковалева сразу же направился туда. На месте Ковалев опросил всех кого смог. Люди говорили, что время от времени в селении появляется безносый мужчина. Или точнее мужчина с изуродованным лицом, поскольку на нем постоянно одета маска на пол лица. Но откуда он приходит и где обитает, никто не знал. Двое суток отряд провел в Элисте. Безносый не появлялся. Тогда майор решил отправить отряд в соседнее большое село. А сам остался в Элисте. Чтобы выследить профессора Мориарти.

Но это была ошибка. Ковалева похитили боевики Мориарти. А его отряду передали записку о том, что майор был отозван в столицу. И решил с попутным транспортом отправиться в город Царицын. Полицейские вернулись в Астрахань, а Ковалев провел некоторое время в каком-то закрытом помещении в укрепленном городище в степи. Вначале ничего не происходило. Затем в городище приехали какие-то иностранцы. Майору дали какое-то наркотическое средство. Он потерял сознание. Очнулся он через сутки от страшной боли. Лицо его было изуродовано. Нос теперь у него отсутствовал. Никакой врачебной помощи ему не оказывали. Состояние Ковалева становилось с каждым днем всё хуже и хуже. Через некоторое время его вывезли из закрытого помещения в степь. Насколько майор понял, его использовали как наживку, на которую ловили крупную дичь. Ковалева везли на телеге под охраной пяти воинов. На этот отряд было совершено нападение. Но нападавшие не знали, что в засаде находятся еще бойцы. В степи состоялся бой. Все кто нападал, были убиты, кроме одной женщины. Это была Анна, как он сразу понял. Что было дальше с нею, Ковалев не знал, так как его снова отвезли в закрытое помещение. А через некоторое время, его повезли в сторону Астрахани. Там и было сделано так, что майора арестовали. К тому времени он уже практически не мог ничего сказать о себе.

После завершения этого разговора мы вернулись в гостиницу, и Холмс сказал мне:

– Жизнь ваших пациентов, насколько я понимаю, вне опасности.

– Да, они на пути к полному выздоровлению – ответил я. – Операции прошли успешно. Беспокоиться не о чем.

– Ваша помощь сейчас им не требуется? – спросил меня Холмс.

– Нет – ответил я. – Медицинский персонал больницы прекрасно справится и без меня. Больным нужен сейчас только уход и покой. Остальное приложится.

– Прекрасно – сказал Холмс.

– К чему вы завели весь этот разговор? – спросил я.

– Я хочу предложить вам отправиться в Элисту, в то самое место, где был захвачен Ковалев – сказал Холмс. – Я уверен в том, что профессор Мориарти пока находится там.

– Но это опасно – сказал я.

– Вы предлагаете сидеть тут без дела и только, и ожидать пока все ваши пациенты окончательно поправятся и смогут нас сопроводить в Элисту? – спросил Холмс.

– Но мы же не можем только вдвоем пуститься в дикие степи – сказал я. – Нам нужна охрана.

– Наш хороший знакомый Кузнецов завтра отправляется в Ставрополь – сказал Холмс. – По дороге он собирается остановиться на пару дней в Элисте. Купец возьмет с собой надежную охрану. Так что бояться нам особо нечего будет в пути.

– Я понял, что сидеть в этом продуваемым холодными морскими ветрами городе вам наскучило, дорогой друг – сказал я. – Хорошо. Я так же думаю, что пора нам покинуть этот город.

– Возьмите с собой все необходимые медицинские материалы и инструменты – сказал Холмс. – Я уверен в том, что в Элисте вас попросят посмотреть больных в местной больнице. И там точно вам придется оперировать.

– Вы, как всегда правы – сказал я и отправился готовиться к отъезду из Астрахани. Несмотря на все протесты Анны и Сергея мы все же решили не отказываться от задуманного нами путешествия. На следующий день мы с купцом Кузнецовым оставили Астрахань и отправились в глубину первобытных калмыцких степей.


## Глава 6

Как только мы покинули обжитые места, перед нами раскинулась калмыцкая степь. Огромная и совершенно безжизненная. Так мне показалось поначалу. Кругом на многие версты не было видно признаков человеческого жилья. Несмотря на это обстоятельство, мы продолжали упрямо свой путь по величественной равнине. Вид у нас у всех был самый героический. Мы были полны энтузиазма, хотя продвигались вперед, конечно, с черепашьей скоростью, так как весенняя распутица мешала лошадям тащиться по дороге. И нас это поначалу совершенно не огорчало. Мы были очарованы красотами здешних мест. Но после нескольких часов нашего путешествия по степи погода неожиданно испортилась. Началась снежная буря.

Первым делом, мы очень скоро потеряли дорогу. Никаких отметок, путевых столбов больше не было видно. Куда двигаться стало совершенно непонятно. Даже просто вернуться назад мы теперь не могли, поскольку не понимали, где находимся. Оставаться на месте было так же невозможно. Мы бы тогда точно погибли от холода в этой снежной пустыне. Оставалось только идти вперед и надеяться на чудо. Мы двигались сквозь пургу и буран, сражаясь с непогодой. И еще необходимо отметить. Поскольку лошадям было невыносимо тяжело тащить свою ношу через снежные заносы, мы вышли с теплой кареты и стали так же толкать её вперед. На улице был сильный мороз, а ураганный ветер пронизывал нас насквозь. Так что мы быстро заледенели. Мы падали, поднимались, и снова падали и поднимались, но упрямо шли вперед. А что было делать? Только сейчас мы с другом по-настоящему осознали, что находимся в совершенно диких краях. Мы на себе испытали суровость местного климата, мы поняли, как здесь уязвимы люди, и насколько они зависят от капризов погоды. Нас вскоре охватил ужас, мы впали потихоньку в полное отчаяние.

Так в невероятном напряжении наших сил в борьбе за право остаться в живых, проходили наши часы в тот день. Время остановилось для нас. Мы потеряли счет времени, мы не знали, какой был час. Пурга была такой сильной, что день для нас буквально превратился в ночь. Когда мы уже совсем обессилили и уже начали в душе смиряться с тем, что дни наши сочтены, я услышал сквозь вой бурана, как Холмс воскликнул:

– Собаки! Я слышу собачий вой. Мы спасены! Радуйтесь. Мы будем жить!

– Может это волки воют, радуясь тому, что скоро они отобедают нами? – зло воскликнул я. – Как вы смогли отличить вой собаки, от воя волка?

– Я эксперт в этом вопросе, отличу по лаю более ста пород собак – ответил Холмс.

– Может собака потерялась в степи и теперь воет от ужаса – не сдавался я.

– Молчите невежда – воскликнул вновь Шерлок Холмс. – Собаки, умные животные. Они в такую погоду сидят дома и не высовывают свой нос за пределы своих теплых конур, где грызут припасенные заранее кости. А хозяева их всегда находятся поблизости. Раз я слышу вой собак, это значит, что мы находимся рядом с каким-то населенным людьми селением. Так и есть! Селение это расположено слева от нас.