Борис Хантаев
Хоррор-антология "Доброе Сердце"

Пролог или добро пожаловать в Доброе Сердце.

Добро пожаловать в забытый всеми город Доброе Сердце. Попав в этот райский уголок, нельзя не заметить большое здание в самом центре – больницу, жители называют ее сердцем города. Рядом с больницей расположен морг. Без него не обойтись. Гробовщик и патологоанатом – почитаемые и важные профессии в городе. Как и везде, люди здесь умирают, ведь и в Добром Сердце есть смерть. Но вот что интересно: сколько бы людей ни умерло и сколько бы ни приехало, число жителей от этого не меняется. Их всегда четыре тысячи.

      Но не стоит о грустном. Лучше я расскажу вам о медицинском училище. Сочувствую тем, кто решился стать врачом: методы преподавания довольно жесткие. Консерватизм помогает воспитать в каждом учащемся истинного профессионала.

Недалеко от центра города располагается крематорий, который больше похож на небольшой замок с его пирамидальной крышей и кирпичной трубой. Вид здания будоражил кровь не одного художника, кисти которого пытались воссоздать его образ, однако у них ничего не выходило, словно сам крематорий этого не желал. Поэтому неудивительно, что местные сектанты-сатанисты часто появляются рядом с ним, превращая крематорий в запретное для прогулок место. Да, да, даже в таком милом городке, как Доброе Сердце, они есть.

Если захочется чего-то для души, можно заглянуть в уютную маленькую книжную лавку. Продавец, пожилая старушка с добрыми глазами, непременно поможет вам подобрать что-нибудь увлекательное. Если проголодаетесь, посетите местное кафе. Оно славится на весь городок своими аппетитными пирожками с мясом.

Если захотелось прогуляться и порадовать глаз – отправляйтесь в местный сад. О, этот сад чудесен! Там растут необычные цветы, ведь у каждого садовника свои секреты. Чуть не забыл рассказать о дворце культуры, где по выходным собираются высшие чины города обсудить местные проблемы. Проблемы… Я сказал «проблемы»? Нет, оговорился: они обсуждают только мелкие неприятности, проблем в нашем городе нет. Почти.

Не обходится Доброе Сердце и без экологически чистого завода, который верно служит на пользу жителям. Рядом с заводом находится лес, говорят, что где-то в нем серебрится черной гладью заброшенное озеро. Местные жители боятся туда приходить: по легендам, там обитает королевский сом огромных размеров, которого все почему-то боятся – быть может, это вовсе и не сом?

Недалеко от городка шумит смертью древнее кладбище, где по ночам собираются местные подростки-готы, чтобы в тишине предаться своим темным мыслям.

Но самая важная достопримечательность городка – его жители. Добрые люди, гостеприимные и всегда обходительные. Советую посетить этот тихий, спрятанный от остального мира городок. Его дружелюбные жители всегда будут рады заезжему гостю. Кстати, если не знаете, где остановиться, то в Добром Сердце есть уютная гостиница. Ее хозяин по низкой цене предоставит вам лучшие апартаменты.

Но что это я вам рассказываю… В Добром Сердце есть свой писатель. Он не понаслышке знает всех его жителей, и ему известна история этого покрытого тайнами места. Он расскажет вам о том, что добрая старушка в книжной лавке на самом деле ведьма, а пирожки в кафе такие вкусные потому, что… Он даже поведает, отчего так хорошо растут цветы у садовника и почему хозяин гостиницы так добр… Он расскажет, что скрывается под вывеской «Дворец Культуры»… Он расскажет вам обо всем, что творится в этом городке за завесой улыбок… Местные жители скажут, что он чудак и сумасшедший… НО ВСЕ ЕГО ИСТОРИИ ПРАВДИВЫ…

      Поэтому добро пожаловать в забытый всеми городок Доброе Сердце.

Бессонница Красного Города

Сидя в номере гостиницы с приставленным к виску пистолетом, я думаю о прошедшей неделе и о том, что со мной происходит. Пистолет к голове я приставил сам. Раньше у меня не было суицидальных наклонностей, да и сейчас их особо нет. Просто мне все это надоело. Достало бояться закрыть глаза и увидеть этот цвет, надоела вечная бессонница. Если бы я решил написать предсмертную записку, то написал бы, что в своей смерти виню город. Безумно звучит, но именно город не давал мне спать – во всяком случае, так думал я. Бессонница… Раньше она никогда не посещала меня, но это было в Москве, в моем любимом городе, в котором я вырос и прожил всю свою счастливую жизнь, однако Москва сейчас далеко. Там я всегда крепко спал, иногда даже будильник не мог меня разбудить. И мне часто снились сны… Но все меняется.

Все изменилось, когда я переехал в небольшой город под названием Доброе Сердце. Это место сначала показалось очень милым: добрые, приветливые жители, красивая тонкая архитектура готического стиля, словно этот город из сказки, которую написал хороший человек. Но внешность обманчива, города как люди: хотите узнать их истинное лицо – дождитесь, когда спрячется солнце. Только тьма стирает все краски и показывает истину. И если это сказка, то написал ее монстр, потому что даже самый жестокий человек на такое не способен.

Меня зовут Андрей Безухов. Я полицейский, а точнее, следователь уголовного отдела. Серийные маньяки – моя специальность и мое предназначение; кто-то рожден рисовать, я рожден ловить тех, кто отнимает чужие жизни. В моей любимой Москве говорили: «Андрей Безухов чувствует убийц и может думать как они», – и те, кто так говорил, правы. Недаром мне удалось за год поймать пять самых опасных маньяков России. Но однажды я совершил ошибку, которая сломала мне жизнь. На одном из задержаний я выстрелил не в того. Мне бы машину времени, вернуться в прошлое и все изменить, но это невозможно, мне не верится в перемещения во времени, зато я верю в злые города. Я был известен в Москве тем, что стрелял в убийц, не дожидаясь суда, а дальше все списывал на самозащиту и на то, что преступник оказал сопротивление, с моими заслугами это не доставляло особого труда. Начальство знало о моем методе и не осуждало. «Кто-то просто должен умереть», – так они думали, так думал и я, пока не убил невиновного. Его звали Артем, и ему было только двадцать лет. Этого парня подозревали в убийстве семи человек, все улики тогда оказались против него, что для меня означало «пора действовать», и я действовал, так и не перепроверив доказательства. Но после его смерти убийства не прекратились, а вскоре выяснилось, что парень вообще был ни при чем. Мать погибшего хотела подать на меня в суд, но благодаря моим связям дело замяли. Сейчас я с радостью отсидел бы положенный срок, но вместо этого мне приходится сидеть в богом забытом городе с пистолетом у виска. В тюрьму я не пошел, вместо нее меня решили на время отправить в глухомань, в которой орудовал маньяк. Мне сказали, что как только я поймаю убийцу, то тут же смогу вернуться в Москву. Мое изгнание из столицы обставили как командировку. И я не возражал не только потому, что не было выбора, но и потому, что был уверен: мне дано поймать любого убийцу в любых условиях. Что касается Артема, то он часто приходил ко мне во снах, после которых я просыпался в холодном поту, но даже эти кошмары лучше бессонницы.

      Серийный маньяк олицетворял для меня сам город. Он убивал каждый третий день – выстреливал в голову, а затем хладнокровно вырезал сердце у своих жертв. Местная газета прозвала его «Похитителем Сердец». В этой еженедельной газете была даже посвящена отдельная колонка убийце, в которой сообщались имена новых жертв.

Маньяк в городе был почти звездой, мне даже доводилось видеть майки с его прозвищем на подростках. Дети! Зло им зачастую нравится больше, чем добро. «Похититель Сердец» убивал уже полгода, примерно тогда пропал и местный следователь; ходили слухи, что он стал первой жертвой маньяка, но его тело так и не нашли. За те семь дней, что я находился в Добром Сердце, произошли два убийства.

Первой стала молодая девушка, работающая в доме культуры, ее тело нашли на второй день моего пребывания в городе. Она была по пояс раздета, и я бы мог отметить ее большую грудь, если бы серийный убийца не вырезал ей сердце, раскромсав грудную клетку, словно мясник, который вырезает органы у животных. Второй жертвой стал мужчина пенсионного возраста, его нашли на седьмой день. Сразу стало понятно, что убийце все равно, кого убивать, но зачем он это делает и почему вырезает именно сердце, я не знал. Но мое чутье, которое обмануло меня только раз, подсказывало: это как-то связано с городом.

      Эту неделю я практически не спал, мне теперь даже страшно подходить к зеркалу и смотреть на свое отражение. У человека, который не спал три дня, кожа лица становится бледной, глаза обретают проклятый красный цвет, а что происходит с человеком, который не спал на протяжении семи дней? Я не хочу этого знать.

Все началось в первую ночь. Мне любезно предоставили самый лучший номер в местной гостинице со словами: «Все самое хорошее москвичам». Я еще тогда подумал, что Москву здесь не любят, а, может, даже ненавидят, так как в словах услышал сарказм. Но этот номер и правда оказался неплох: в нем был телевизор, личная ванная комната, огромный холодильник и даже мини-бар – всего этого я не ожидал увидеть. Мне нужна была лишь кровать, хотя все остальное – тоже неплохое дополнение. В свой первый день в городе я ознакомился с делом и побывал даже в участке, который оказался совсем небольшим. На весь городок было только четверо полицейских. Если верить, что населения здесь четыре тысячи, то получалось: на тысячу только один служитель закона. В городе убивают каждый третий день, а на защите стоят четверо не особо крепких парней – что тут сказать, городу словно было наплевать на своих жителей. Поэтому спать я тогда лег обеспокоенным, найти убийцу в таком месте было не так просто, как мне изначально казалось.

Огромная кровать с радостью приняла меня, будто ее специально сделали под мой рост и вес. Я уже собрался погрузиться в страну Морфея и пробыть в ней до самого утра, но, как только закрыл глаза, не увидел привычную всем тьму: вместо нее передо мною возник красный цвет. Настолько яркий – до острой рези в глазах. Я сразу почувствовал ужасную боль, словно в зрачки вогнали ножи, а красный цвет – моя кровь, очень яркая кровь. Сейчас, когда я вспоминаю эту боль, мои глаза слезятся, этот цвет выдрессировал их, как Павлов когда-то выдрессировал собак вырабатывать слюну. Тогда мне даже не сразу удалось вернуться к реальности, как будто некая сила держала меня за веки, не давая им раскрыться. Но спустя пару минут мне все-таки это удалось, и боль резко ушла. Я тут же пошел промывать глаза. Открыл кран в умывальнике, и мне на секунду показалось, что вода имеет тот самый красный цвет, но, протерев глаза, увидел: она снова стала бесцветной. Когда же я вернулся в постель, то не смог уснуть. Стоило закрыть глаза, как я тут же вспоминал этот чертов красный цвет и ту невыносимую боль. Сам цвет больше не появлялся, возможно, потому, что он и так уже крепко засел в голове.

На следующее утро после первой бессонной ночи я отправился в морг. Чтобы лично осмотреть жертв маньяка, которых, к сожалению, оказалось очень много. Я надеялся найти хоть какую-нибудь зацепку, которую мог упустить местный патологоанатом. Но меня ждала неудача. Работник морга, отвечающий за тела «Похитителя Сердец», оказался очень опытен, особенно для своего возраста – на вид ему нельзя было дать больше двадцати. Его звали Вячеслав, и он единственный человек, который мне понравился в городе. Этот парень был таким отрешенным, словно из другого измерения, но в тоже время он казался очень простым; с такими людьми интересно разговаривать по душам, потому что они по правде тебя слушают.

Я видел, как Вячеслав переживает за всех, кто был убит, и искренне хочет, чтобы убийца был наказан со всей строгостью закона. Патологоанатом отлично заботился о мертвецах, словно они не были для него мертвыми, он знал всех по имени. Скажу больше: он знал историю каждого покойника. В морге не витал привычный затхлый запах, который сопровождал заведения данного типа, вместо него пахло лавандой. При первой встрече со мной парень сказал вещь, которую я до сих пор не могу выкинуть из головы:

– Я думаю, у убийцы нет выбора – во всяком случае, так считает он. Этот «Похититель сердец» убивает, потому что иначе ему не прожить. Убийство стало для него таким же обычным занятием, как зарядка по утрам. Это привычка, которую он не может просто так бросить. Если узнать причину убийств, тогда можно будет легко найти маньяка. И еще я думаю, что он не просто так убивает каждый третий день, в этом есть некий смысл, который мы пока, к сожалению, не видим.

В этих словах что-то было – это не просто бессмысленный треп, а логические рассуждения. И я посчитал, что из Вячеслава мог получиться неплохой психолог. В этом всеми забытом городе я мог подозревать кого угодно, но только не его, потому что знал: человек, который хорошо заботится о мертвых, никогда не сможет обидеть живых.

Следующую ночь я также не смог уснуть, без конца ворочаясь в кровати; максимум, что мне удавалось, так это на десять минут провалиться в сон, после которых тут же просыпался. В сумме за вторую ночь я проспал около часа.

То же самое повторилось и на третью ночь. Жуткий красный цвет не покидал мою голову, он, словно огромная опухоль, давал о себе знать, как только я пытался уснуть. От недосыпа появились мешки под глазами, а кожа обрела бледный цвет, стало трудно думать – не мог ни на чем сосредоточиться. Если сначала казалось, что моя бессонница вызвана сменой места проживания, то теперь начало казаться, что все куда серьезней, и я решил обратиться к врачу.

Доктора, к которому меня направили, звали Максим Седов. Мужчина в белом халате выглядел на тридцать лет, у него были длинные черные волосы, и на врача он не очень походил, а больше напоминал рок-звезду – чего только стоила его татуировка в виде китайского символа на шее. Вот этот мужчина вполне мог быть убийцей, его поведение насторожило меня, вел он себя не совсем как врач. Слишком быстрая речь, словно он хотел поскорее избавиться от меня. Было видно, что мое присутствие не доставляет ему удовольствие.

Когда я рассказал о бессоннице, доктор Седов выписал мне снотворное в виде пилюль. Сказал, что таблетки сначала расслабляют, а потом погружают в сон и чтобы я их осторожно принимал и не увеличивал дозу. Сами таблетки не показались мне странными, странным был их цвет – красный. Начало казаться, что этот цвет преследует меня, но об этом я доктору не сказал.

Шла четвертая ночь, часы показывали половину одиннадцатого, и я решил сначала попробовать уснуть без пилюль, что дал мне врач, но ничего не вышло. Глаза словно боялись погрузиться в страну снов, будто там их ожидает красный цвет – цвет этого проклятого города. И поэтому мне пришлось прибегнуть к лекарству, хотя интуиция и подсказывала, что таблетки не стоит пить, что их цвету нельзя доверять.

Я принял только одну пилюлю, и сначала ничего не происходило, никакого расслабления я не чувствовал. Но спустя несколько минут сердце начало бешено колотиться, оно, как моторчик, ускорялось с каждой секундой, и начало казаться, что оно сейчас выпрыгнет. Но затем его бешеный ритм прекратился, словно сердце заглохло. Наступила мертвая тишина, но и она продлилась недолго. Раздался жуткий вой, от которого уши закровоточили. Красная жидкость тонкой струйкой спускалась по шее, но я не чувствовал боли, потому что, как завороженный, смотрел на стены своего номера – те постепенно становились красными. Этот чертов цвет заполнял все пространство. Когда он прикоснулся к окну, то разлетелось на мелкие кусочки, открыв мне вид на город. И то, что я увидел в разбитом окне, совсем мне не понравилось. Красный цвет заполнял собой весь мир вокруг меня. Я видел ярко-алое небо, на котором сверкали кровавые звезды. Вой не прекращался ни на секунду, тогда мне казалось, что от его шума могут лопнуть не только барабанные перепонки, но и глаза.

Несмотря на кровоточащие уши, я поднялся с постели и направился к окну. Улицы, как и здания, были красными, по ним ходили красные люди, и их было очень много; казалось, что их было несколько тысяч, и они практически сливались, образовывая огромное кровавое пятно. Все подчинилось проклятому цвету. Впереди я увидел нечто странное – то, чего раньше не замечал в этом городе. Большой замок возвышался над «Добрым Сердцем», и именно к нему направлялись все эти красные люди. Силуэт замка был мне знаком, но откуда – я не знаю. Его вид был устрашающим, и ничего доброго он не вселял. Неожиданно я увидел еще кое-что странное, нечто черное. Три точки, которые постепенно превращались в глаза и рот. Это было лицо города, оно возвышалось над тем замком и с завистью смотрело на него. Но затем лицо заметило меня и начало смеяться. Спустя какое-то время точки стали приближаться ко мне, я попытался отойти назад, но не смог: позади меня выросла красная стена. Вой прекратился, когда от черных глаз и рта до моего тела осталось меньше сантиметра. Я чувствовал зловонное дыхание города, исходившее из его рта, и уже начинал ощущать, что сейчас задохнусь, как вдруг это лицо поглотило меня, оставив лишь огромное красное пятно.

Я проснулся в холодном поту, на моей шее была кровь, а уши жутко болели. Посмотрев на часы, которые показывали только одиннадцать часов, я понял, что проспал только полчаса.

Мне было неизвестно, кого винить в этом столь реальном кошмаре, от которого у меня так болели уши. Только доктора, который подсунул мне плохое снотворное, или все-таки город? Но больше той ночью я не спал.

На пятый день я начал изучать необычное исчезновение прошлого следователя. И это было нелегко. Когда ты не спишь столько времени, мир, как и ты, становится слегка другим. Мир для меня стал черно-белым, лишь красный цвет выделялся в нем, а я стал чересчур раздражительным. Расследование также осложнял тот факт, что до приезда в город я ничего не знал о своем пропавшем коллеге, кроме имени, поэтому все пришлось узнавать на месте. Следователя звали Сергей Копоть, ему было сорок лет. Как я выяснил, этот Копоть мало кому нравился. Разве что только местному патологоанатому, который считал Сергея отличным парнем, всем остальным тот казался скользким типом, наверно, таким же скользким, как и я. Меня в городе не любили, это было понятно по тому, как на меня смотрели горожане, для них я был чужаком, пришельцем с другой планеты.

Когда настал шестой день, я узнал, что Сергей Копоть был приезжим и тоже приехал из Москвы. Как оказалось, у нас много общего с пропавшим коллегой. Но это все равно мало что мне давало, у меня не было зацепок, а прошлой ночью я проспал только час. Седьмой день также ничего не дал. Нашли новое тело, но убийца не оставил ни улик, ни зацепок, маньяк действовал как профессионал. Патологоанатом был прав: кем бы ни был этот «Похититель Сердец», у него есть привычка убивать.

В конце седьмого дня меня начали посещать мысли о самоубийстве, я думал послать все к черту, а главное, послать этот город и красный цвет, который я стал видеть всюду, куда бы ни пошел. Мало кто замечал, как в мире много красного. Если присмотреться, то можно подумать, что его куда больше других цветов – для меня, во всяком случае, точно. Эту ночь я тоже не спал.

Эта проклятая неделя за считанные минуты пролетела мимо глаз. Самое обидное – я уже плохо помнил свою прежнюю жизнь, я плохо помнил Москву со всей ее красотой. У меня уже начинал болеть висок, видимо, я слишком сильно прижал к нему пистолет. Пора все это заканчивать, жаль, что я так и не узнаю, что означает этот красный цвет. Мой палец спокойно лежал на курке. Сейчас это произойдет, я сосчитаю до трех и усну навсегда.

– Один, – мои глаза закрыты.

– Два, – палец сильнее надавливает на курок.

– Три, – раздается телефонный звонок.

      За всю эту неделю телефон ни разу не звонил, как будто он ждал определенного момента. И вот этот момент настал. Я подошел к телефонному аппарату и снял трубку.

– Вы Андрей Безухов? – спрашивает мужской голос.

– Да, а кто спрашивает?

– Слушайте меня внимательно. Сегодня в семь часов возле крематория, я знаю, кто убийца. – После сказанного в трубке раздались гудки.

Мое сердце колотилось, прям как в том сне, я в ужасе отбросил пистолет, чуть не совершив роковую ошибку. Неужто все может закончиться, неужто мне удастся вернуться в Москву?

Время до семи тянулось очень долго, словно оно стало резко тормозить и в часу вместо шестидесяти теперь сто минут. Ко всему прочему, у меня болела голова, и ужасно хотелось поспать. Кто-то мне рассказывал, что человек без сна может продержаться не больше четырех дней – я же держался неделю. Может, я не человек?

В шесть, покинув гостиницу, я направился к крематорию с надеждой, что мое самое трудное дело сегодня закончится. Хотя не было гарантии, что звонивший не лгал и что это все не сон. Я терял реальность, терял ту грань, которая отделяет нормальную жизнь от безумия. Со мной был заряженный пистолет, тот самый, которым я себе чуть башку не прострелил, мне казалось, что сегодня он все-таки пригодится.

Возле крематория было пусто, и мне по правде начало казаться, что тот звонок родился в моей фантазии. А что, если я уже умер, прострелил себе голову и мой труп сейчас лежит в номере гостиницы? А все, что сейчас происходит – мой ад? Нет, это невозможно, я просто схожу сума.

– Вы Андрей Безухов? – раздалось за моей спиной, и я обернулся. Ко мне шел мужчина лет сорока, в хорошей спортивной форме; странно, но его внешность мне была знакома.

– Да, а кто Вы?

Мужчина остановился в метре от меня и молча за мной наблюдал, словно пытался что-то понять.

– У Вас бессонница, я прав? – снова спросил он, отчего мне стало не по себе.

– Откуда Вы это знаете?

– Это видно по Вашему лицу, а еще я знаю, что Вы из Москвы. Если сегодня не поспите, то, скорее всего, умрете. Человеку необходим сон.

– Кто Вы, черт побери, такой? И при чем тут вообще Москва? – Не знаю, почему, но этот мужчина начал меня раздражать, и мне хотелось побыстрей закончить разговор, который толком еще даже не начался. Странно, но в голове я слышал странный шум – всему виной бессонница, из-за нее я схожу с ума.

– При чем здесь Москва?!

Мужчина стал смеяться, будто я рассказал ему анекдот. Мне захотелось достать свой пистолет и выстрелить в него.

– В Москве все и дело, – продолжил незнакомец. – Этот город ненавидит москвичей! Для него мы отбросы общества. Скажите, разве красный цвет не преследует вас?

Откуда он знает про красный цвет? Ладно бессонница, о ней он мог узнать от врача, но про цвет я никому не говорил.

– Кто Вы такой, откуда Вы все это знаете?! – я перешел на крик, мое сердце колотилось, как бешеное, а тело покрыли мурашки; черт, мне становилось страшно.

– Потому что я через все это уже проходил. Мое имя Сергей Копоть, – сказал мужчина, и теперь я понял, почему его внешность показалось знакомой: я видел снимки пропавшего следователя – и сейчас он стоял передо мною.

– Я, как и Вы, когда-то приехал сюда из Москвы, – продолжил говорить Сергей, – и, как и Вы, ловил убийцу. Этот город живой – но, думаю, это Вы уже поняли, – и он завидует Москве. Она как-никак столица нашей необъятной родины, а этот город находится в заднице, его даже на карте не всегда можно найти. Поэтому он заставляет всех москвичей мучиться, заставляет не спать по ночам. От бессонницы я практически умер, хотел покончить собой. И, когда я уже приставил к голове пистолет, в мой номер вошла горничная. Испугавшись, я дернул оружие и выстрелил ей в грудь; это была случайность, несчастный случай, так сказать. Когда я увидел ее кровь, то понял, что теперь смогу уснуть – бессонница ушла. И я стал убивать каждый третий день, потому что больше трех дней без сна не выдерживаю. Убивать, чтобы спать, спать, чтобы жить. Конечно, сначала я хотел покинуть это место, но потом понял, что лучше города не найти. Вы это тоже поймете, когда начнете общаться с ним, а Вы начнете, я Вам обещаю. Когда я узнал, что в этот город приехал еще один москвич, то решил Вам помочь. Как-никак мы не чужие друг другу люди.

Господи, мне не верилось своим ушам, так как это все казалось нереальным. Хотя о реальности речь тут и не шла: город по правде был непростым – но я не верил, что убийство может помочь мне уснуть и что причиной бессонницы является Москва.

– А при чем здесь красный цвет, почему он преследует меня? – Всё сильней хотелось выхватить свой пистолет, будто мне кто-то приказывал убить следователя, но я старался держать себя в руках. Ко всему прочему, мне было интересно, что же Копоть ответит.

– А Вы подумайте: какая в Москве главная достопримечательность? Этот город – настоящий шутник, но я его раскусил, мне это удалось.

Мне в голову ничего не лезло, бессонница давала о себе знать, думать было тяжело. Но внезапно я понял, о чем говорил мой коллега, и меня словно накрыло волной. Я вспоминал тот красный замок, который тогда показался таким знакомым, потому что я видел его раньше. Видел у себя в Москве. Это был Кремль, как же я раньше это не понял? А красный цвет… он был пародией на Красную площадь. Красная также означает красивая. Красивая площадь, так ее могли назвать только лицемеры. Господи, мне кажется, я начинаю ненавидеть Москву с ее людьми, которых очень много. Другое дело – этот городок с его четырьмя тысячами, все здесь куда спокойней, чем в быстрой столице.

– Зачем ты вырезаешь сердце у убитых тобою людей? – спросил я, на секунду забыв о своих мыслях, которые теперь не казались мне полностью моими.

– Это самое интересное. Раньше я просто их убивал и был убийцей без названия. Но потом решил добавить некий элемент в убийства, сделать их интересней. И у меня тут же появилось имя «Похититель Сердец» – так они меня зовут. Я стал, можно сказать, Джеком Потрошителем этого города. Но убивать одному скучно, мне нужен напарник, с кем бы я мог поговорить по душам.

Теперь я понял, зачем он мне позвонил. Меня вербовали в ряды убийц, но Андрей Безухов не убийца.

«Ты не убийца, но тебе нужно убить», – услышал я внезапно в своей голове. Голос был прекрасен, и я не мог ему сопротивляться. «Давай, убей его, сделай это ради меня. Он убийца, его нужно убить, а еще он лицемер – вырезать сердца ради славы! А ты же не любишь лицемерие».

Я действительно ненавидел лицемерие. Достав все-таки свой пистолет, я выстрелил своему бывшему коллеге в грудь, и тот упал. Я слышал, как он хрипит и что-то бормочет, Копоть был еще жив, а это нехорошо: людей нельзя заставлять мучиться. Поэтому я подошел к нему и выстрелил в голову. Сергей умер, а мне пришлось стоять в луже крови. Алая жидкость снова напомнила мне о Москве, городе, прогнившем в лицемерии. Теперь мне не хотелось туда возвращаться, все, чего мне сейчас хотелось – это спать, и я знал, что это мне удастся. Убивать каждые три дня, чтобы уснуть – не очень высокая цена за жизнь в столь прекрасном городе. Нет, я не убийца и никогда им не стану. Убийство ради сна не считается убийством. Человек, страдающий бессонницей, это поймет.

Я отправился обратно в номер гостиницы. Мне перестал видеться красный цвет, но я знал, что стоит мне вернуться в Москву, как он снова поглотит мое сознание. Красная площадь не даст мне о нем забыть. Я ошибочно думал, что цвет крови – это цвет этого города. Нет, он принадлежал Москве. Но теперь мои глаза широко раскрыты, и я вижу куда больше, чем когда-либо видел. Теперь все изменится.

– Правда? – спросил я.

– Правда, – ответил голос в голове.

Защитница зверей.

Если человек всю свою сознательную жизнь провел дома, любая, даже самая тихая улица покажется ему полной опасности. Но иногда то, что кажется, и есть реальность, и тут крестись, не крестись – не поможет. Юля всю свою жизнь провела под присмотром родителей, которые уж очень сильно о ней заботились. Девушка никогда не выходила на улицу, а лишь постоянно слушала истории о том, какой же все-таки опасный город Доброе Сердце. Но, когда ее родители были зверски убиты, ей пришлось выйти в мир. Юле нужно было отправиться в морг и опознать тела мамы и папы.

Дорога до места назначения девятнадцатилетней блондинке с длинными волосами давалась нелегко. За каждым углом она слышала шорохи, за каждым поворотом видела опасность. Юля была уверена, за ней наблюдает монстр, тот самый, что убил ее драгоценных родителей. Его узкие зеленые глаза она видела всю дорогу до морга. И, лишь оказавшись на месте, девушка вновь почувствовала себя в безопасности.

Ее большие голубые глаза искали хоть одну живую душу в обители мертвецов, но в морге царила тишина, и живыми здесь даже не пахло. Юле снова стало страшно, она не спеша прохаживалась вдоль тел, которые лежали на металлических столах и были повсюду. Странно, но в морге пахло лавандой, этот запах нравился девушке, но доверия это место все равно не внушало.

Юля уже хотела повернуться и убежать, снова оказаться снаружи под пристальным взглядом зеленоглазого монстра, как вдруг услышала шаги. Сердце девушки начало бешено колотиться, ей показалось, будто трупы, мимо которых она проходила, сейчас лежат иначе. А шаги, что с каждой секундой становились все отчетливей, принадлежат ожившему мертвецу. У себя в голове она уже представила, как покойники встают и идут к ней, как их мерзкие руки рвут ее плоть, своими пальцами выкалывают ей глаза, а затем поедают их. Свое бренное тело она видела сверху, словно из-под объектива видеокамеры, ведь у себя в голове все мы великие режиссеры, этакие Квентины Тарантины и Джеймсоны Кэмероны, и все, что мы представляем, есть не что иное, как самый великий фильм. Но страхи девушки, к счастью, быстро развеялись, а мертвяки ушли из головы, когда из-за угла показался вполне живой на вид молодой человек. У него были темные волосы и выразительные карие глаза. Парень не был красавцем, но Юле он показался достаточно симпатичным – не таким, чтобы выйти замуж, а таким, чтобы долго дружить.

– Ты Юля Соловьева? – спросил парень в белом халате.

– Да, – ответила девушка. – Я пришла опознать… – На секунду повисла пауза, Юля будто забыла слово, которое должна сказать, но память быстро вернулась, и она не без боли произнесла: – Тела, я пришла опознать тела.

– Хорошо, думаю, много времени это не займет и ты сможешь скоро вернуться домой.

– А что, если я не хочу возвращаться домой? Теперь там одиноко, и мне страшно. Страшно находиться одной в этом огромном особняке, в котором я кажусь такой маленькой и беззащитной, – опустив глаза, произнесла Юля.

Такого ответа парень в белом халате точно не ожидал, но он не растерялся.

– Понимаю, не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Меня, кстати, зовут Вячеслав, но зови меня Слава. – После сказанного патологоанатом протянул девушке руку, и та застенчиво пожала ее.

Родители Юли лежали в самом конце морга, и от них шел неприятный запах горелого мяса. Их тела были накрыты белыми простынями, и девушка пока не могла видеть, что с ними все-таки произошло.

– Ты готова? – спросил Слава, его руки уже лежали на простыне, готовясь в любую минуту стянуть ее с металлического стола.

– Нет, – прикрыв нос руками, произнесла девушка. – Я не хочу, не могу видеть их такими.

– Я все понимаю, но тела нужно опознать. Полиция пока не уверена, что погибшие – твои родители. По протоколу на досмотре должен быть полицейский, но наш единственный следователь сейчас занят поисками серийного убийцы, что убивает каждый третий день и которого уже прозвали «Похитителем Сердец». Поэтому я сегодня, можно сказать, за двоих.

– Хорошо, что нет полицейского. Мои родители говорили: «Людям нельзя доверять».

– У тебя, наверное, были умные родители, но кому-то в этом мире все равно нужно верить, иначе человек сойдет с ума. Без веры мы станем скульптурами, бесчувственным мрамором на ветру. И, даже если все врут, даже если все думают только о себе, ты все равно должна кому-нибудь верить, – сказал парень в белом халате, а спустя пару секунд добавил: – Ну что, ты готова?

Юля лишь кивнула, также прикрывая свой нос. И Слава отдернул простыню. Запах горелого мяса ударил с новой силой. Перед девушкой лежал мужчина, кожи на нем не оказалось, она все обгорела, придав его внутренностям темно-красный цвет. Затем Вячеслав также отдернул и вторую простыню, под которой лежала сгоревшая женщина. Юля почувствовал, как рвота подбирается к ее горлу, как она толкается, желая высвободиться, обрести столь желанную свободу. Но девушка выдержала, не позволяя желудку выпустить на пол морга свой сегодняшний обед.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.