Наталья Корепанова
По следу Жезла. Скользящая сквозь время

Искренние авторские благодарности:

Наталье Фукаловой – за вычитку и советы,

Наталье Шигаповой – за мозговой штурм,

всей семье Вотинцевых – за критику и поддержку

Часть 1. Сны и пророчества

СЕЛЕНА

Мобильник громко заиграл, вырвав меня из боевика, в котором я с успехом сражалась с пиратами. Не открывая глаз, щёлкнула пальцами, и телефон влетел в мою раскрытую ладонь.

Сонно прохрипела, стараясь говорить потише, чтобы не разбудить сладко посапывающего под боком Стэнна:

– Слушаю.

Но, собственно, могла бы и не стараться. Мой любимый умел спать, не обращая внимания на внешние шумы, если они не предвещали опасности.

Тем не менее я, нашарив ногами тапочки, встала и побрела к окну.

– Привет! – голос подруги был свеж и жизнерадостен, как майское утро. – Разбудила?

Кивнула, словно Лариса могла меня увидеть:

– Угу. У нас ещё рань несусветная.

– У нас тоже, – вздохнула та. – Но я всё-таки решила позвонить.

Я насторожилась:

– Что-то случилось?

Сон, помахав пиратам чёрным флагом со скрещёнными костями, растаял в воздухе, и я, наконец, открыла глаза и с удивлением выяснила, что солнце стоит уже достаточно высоко, на деревьях вовсю заливаются птицы, а между кустов роз носятся друг за другом моя кошка Муська и Стэннов гепьерд Мурлыка. Гепьерд был размером с хорошую лошадь, и поэтому наблюдать, как Муська гоняет его по двору, было довольно забавно.

– Случилось то, что я вернулась из Питера и очень хочу с тобой позавтракать в нашей кафешке. Или пообедать. Но можно и поужинать. Без разницы. Ну, вот, прямо очень-очень хочу.

– У тебя какие-то интересные новости?

– Ага, – подтвердила моё предположение подруга. – Давай уже, выбирайся на историческую родину. Мы с тобой месяца два не виделись, если не больше. Сидишь в своём Кэтанге безвылазно.

– Ладно. Стэнн проснётся, поговорю с ним. Может, получится на завтра свободный день взять.

– Да хоть сейчас иди, – не открывая глаз, пробормотал любимый. – Только спать не мешай.

Я фыркнула:

– Слышь, Лар, «добро» получено. Завтра утром увидимся. Позвони мне часа за полтора до встречи, чтобы я сориентироваться по времени успела.

– Хорошо. В это же время позвоню, устроит?

– Вполне.

Мы распрощались, и я, бросив мобильник на стол, забралась обратно в кровать под бок моего принца. Всё так же с закрытыми глазами он обнял меня и притянул к себе:

– А что сегодня не пошла?

– На сегодня у меня другие планы, – промурлыкала ему на ухо.

– Какие? – Стэнн, наконец, открыл глаза и с интересом посмотрел на мою хитрую физиономию.

– Не скажу, сам догадайся, – усмехнулась я и попыталась выбраться из его объятий, но он только крепче прижал меня к себе:

– Не отпущу, пока не скажешь!

– Нет, Стэнн. Так неинтересно, – замотала я головой. Точнее, попыталась замотать, будучи вжатой носом в подмышку любимого. – Если до вечера не додумаешься – скажу. И вообще, мы на работу проспали.

Стэнн подскочил, как пружиной подброшенный:

– А сколько времени?

Бросил взгляд на часы:

– И правда… Первый раз в жизни проспал на работу. Надо же…

– По ночам спать надо, а не третировать молодую жену, – усмехнулась я, вспоминая сегодняшнюю ночь и жмурясь от удовольствия.

Муж горделиво хмыкнул и потопал в ванную, а я, проводив его мечтательным взглядом, потянулась и подумала: а вспомнит ли мой любимый, что сегодня – ровно три года, как я повторно оказалась в Кэтанге? В позапрошлом году день моего появления мы не отмечали: мы только что поженились и как раз в это время отправились в свадебное путешествие на побережье Прозрачного моря. В прошлом – было не до праздников, выполняли очередное задание Богов, о котором, как всегда, и не подозревали, поэтому понять не могли, что за напасти на нас валятся. Ладно, хоть живые остались и даже в регенератор ложиться не пришлось. Конечно, потом Эйдэйлер, один из Древних Богов, всё объяснил, но это было потом…

Так что не удивлюсь, если Стэнн забыл об этом событии. Да и неизвестно, событие ли это для него, или так, проходной эпизод из жизни.

С другой стороны, на память Стэнн никогда не жаловался, а моему появлению в Кэтанге до сих пор радуется.

С третьей – мужчины во всех мирах одинаковы: увлёкшись работой, далеко не всегда вспоминают подобные мелкие даты, дорогие для женщин. Но я недаром бросила Стэнну намёк. Теперь он весь день будет ломать голову над моими словами и, возможно, до чего-нибудь и додумается.

Так что шансов «за» и «против» примерно поровну. Хоть сама с собой пари не заключай.

Я улыбнулась и пошла умываться.

За завтраком муж попытался всё-таки вытянуть из меня, какие таинственные планы я строю на сегодняшний день, но я держалась стойко, и муж отправился на работу, так ничего и не выяснив. А я пошла на занятие к Лэррису, нашему гению-артефактнику.

В честь праздника я решила сделать любимому мужу небольшой, но очень нужный подарок. Недавно Лэррис, Тайный полицейский и мой преподаватель по амулетоведению, показал мне очередное старинное заклинание-плетение под названием «Супружеская верность». Называлось оно так потому, что действовало только между супругами, и древние мужья использовали его для слежки за своей дражайшей половиной. Достаточно было зачаровать какую-нибудь драгоценную безделушку типа броши, кольца или кулона, и супруг в любой момент мог увидеть глазами жены всё происходящее вокруг неё. Впрочем, жена могла отплатить ему той же монетой. Единственная сложность, из-за которой заклинание не получило широкого распространения, заключалась в том, что для его закрепления требовалась кровь того, за кем собирались следить. А подойти к жене и сказать: «Милая, дай-ка я тебе пальчик продырявлю, мне твоя кровь для слежки за тобой нужна», мог далеко не каждый. Эффект неожиданности пропадал. Изворачивались, кто как мог, конечно, но, благодаря этой маленькой детали, повсеместного распространения заклинание не получило. И использовали его, в основном, доверяющие друг другу супруги для подстраховки в дальних поездках: мало ли что может случиться, вдруг любимой или любимому помощь понадобится.

Именно с этой целью я и загорелась изготовить нам со Стэнном по такому амулету. Однажды Стэнн уже исчезал надолго, попав через Портал между Мирами в наш мир, где мы с местными колдунами с трудом его отыскали. А потом в Зачарованных горах пропала я. И теперь уже Стэнну пришлось идти на мои поиски. Повторять подобные подвиги мне не хотелось, а видениями своими полностью управлять я до сих пор не научилась. Несмотря на все мои умения, они по-прежнему появлялись спонтанно, и вызывать их специально получалось через раз. А Стэнн и этого не умел. Поэтому я решила заворожить два кулона, чем и занялась сегодня под бдительным присмотром Лэрриса, придя на занятие в Тайную Магическую Школу. Свой кулон я довела до конца, капнув на него кровью из пальца. Лэррис проверил плетения и остался доволен.

Терпения ждать вечера, чтобы добраться до крови Стэнна, у меня не было, поэтому после занятия я сразу пошла в кабинет начальника и, увидев, что он один, с порога заявила:

– Стэнн, мне нужна твоя кровь.

– Сколько литров? – и глазом не моргнув, выдал муж.

– Стакана вполне достаточно, – серьёзно ответила я.

– Держи, – протянул мне руку любимый.

Его готовность без вопросов довериться мне растрогала меня чуть не до слёз.

– И тебе совсем не интересно, для чего я у тебя кровь прошу? – поинтересовалась я. – А вдруг я тебя со свету сжить собираюсь?

– Интересно, конечно, – улыбнулся Стэнн. – Но я знаю, что вредить ты мне не станешь, а потом обязательно расскажешь, что задумала, верно?

– Верно, – кивнула я и, шагнув ему навстречу, уткнулась носом ему в грудь. – Как я тебя люблю!

– Как? – шёпотом спросил мой принц, обнимая меня.

– Сильно-сильно, – я даже зажмурилась и головой затрясла, показывая силу своей любви, но тут же отшатнулась, не давая ему возможности перевести лирическую сцену в страстную, и деловым тоном продолжила: – Вообще-то, всего несколько капель надо, чтобы заколдовать этот амулет конкретно на тебя. Свой я уже зачаровала.

Я вытащила из кармана кулон с небольшим камушком в резной металлической оправе и протянула его мужу:

– Надень этот кулон. Потрёшь камушек, и сразу увидишь, где я нахожусь и что делаю. А благодаря твоему кулону я смогу выяснить, где находишься ты. Так будет легче отыскать друг друга, если опять что-нибудь случится и нас разлучит.

– Ты что-то почувствовала? – встревожился любимый, надевая амулет.

– Когда почувствую, колдовать поздно будет, – улыбнулась я. – Поэтому решила озаботиться заранее. Кстати, можешь сделать его невидимым и спрятать под одеждой, на его свойства это никак не повлияет. Единственная просьба к тебе: просто так, для развлечения, кулоном не пользуйся. Только если почуешь неладное. Обещаешь?

– Обещаю, – серьёзно ответил Стэнн, пристраивая кулон под рубашку и накидывая на него полог невидимости.

– Спасибо, – так же серьёзно ответила я. – Я тоже даю слово, что не буду за тобой подглядывать.

– Даже если увидишь меня в компании красивой девушки? – поддразнил черноглазый негодник.

Фыркнула, пытаясь не выказывать приступ ревности, кольнувшей сердце:

– Хм… а вот тут – не уверена. Это уже будет разбой с её стороны. Придётся мне спасать наивного мужа, а без кулона тут никак не обойтись!

И насмешливо добавила:

– Что, испугаешься теперь мне свою кровь отдать?

– Бери! И побольше! Иначе как ты меня спасёшь из цепких лапок знойной красавицы? – с преувеличенным испугом воскликнул любимый, снова протягивая руку.

Иголкой проткнула ему подушечку безымянного пальца и капнула на кулон пять капель, мысленно проговаривая дополнительное заклинание. Кровь зашипела и впиталась в мутный камушек, превратив его в сияющий рубин.

– Готово!

Полюбовавшись на дело рук своих, надела кулон.

– Попробуем, как действует?

Закрыв глаза, потёрла камушек. И увидела себя глазами Стэнна, уловив заодно волну нежности и интереса, идущую от него.

Облегчённо выдохнула:

– Работает! Ты тоже проверь.

– Я уже проверил, – улыбнулся муж. – Сразу, как надел. И даже почувствовал твои переживания.

– Какие? – не поняла я.

– Вспомни, о чём мы в тот момент говорили?

Я задумалась, потом покраснела:

– И что ты почувствовал?

– Что я тебя очень-очень люблю, – серьёзно сказал мужчина моей мечты. – И ни на какую знойную красотку никогда тебя не променяю.

У меня защипало глаза. Я отвернулась и с преувеличенной бодростью сказала:

– Всё. Программа минимум выполнена. Можно идти домой.

– Подожди, – удержал меня Стэнн. – А какой будет программа максимум?

– Дома увидишь, – улыбнулась я. – Сегодня тебя ждёт незабываемый вечер.

Муж удивлённо поднял брови:

– По какому поводу?

– Разве обязательно нужен повод? – деланно изумилась я.

– Ну-ну, – задумчиво отозвался любимый. – А если я так и не догадаюсь, в честь чего все эти приготовления, ты меня сильно побьёшь?

– Нет, что ты, – наивно захлопала ресницами. – Пару раз сковородкой огрею, и всё.

– Ерунда какая. Не о чём говорить, – пожал плечами муж, глядя на меня смеющимися глазами.

– Ладно, работай, – тоже улыбнулась я и, помахав ему рукой, вышла из кабинета и бегом помчалась на рынок: надо было кое-что купить для вечерних посиделок.

Вернувшись домой, сразу прошла в бассейн. Бассейн располагался в задней части дома на первом этаже. Стена, выходившая в сад, была полностью, от пола до потолка, из зачарованного стекла: из бассейна очень хорошо было видно, что творится снаружи, а вот из сада увидеть внутренность бассейна было невозможно. Даже ночью, когда в бассейне горел свет. Вечером из бассейна открывался красивейший вид на закат, поэтому я и решила наш праздник устроить именно здесь.

Леди Икэсса, мама Стэнна, с которой мы за это время так сдружились, что перешли на «ты», была в курсе моей задумки и принимала в её воплощении самое деятельное участие. По периметру бассейна мы расставили толстые витые свечи. На дне расположили несколько рядов светящихся ракушек, за которыми мне пришлось, тайно от Стэнна, прогуляться Личным Путём в Сограт – портовый город, с давних пор являвшийся монополистом по разведению удивительных моллюсков, по странной прихоти судьбы больше нигде не желавших размножаться. Невзрачные на воздухе, в воде они начинали переливаться всеми цветами радуги, причём довольно ярко. Их часто использовали вместо ночника, поместив в сосуд с водой. А в бассейне, да ещё в таком количестве (я скупила все, которые на тот момент были на рынке), они очень красиво подсветили воду изнутри.

Обдирать в саду недавно распустившиеся розы, гордость и главную заботу свекрови, стало жалко, поэтому вокруг бассейна и на воду накинула морок розовых лепестков, что не мешало им издавать тонкий, еле ощутимый, аромат

На ажурный столик, стоящий у стены перед небольшим кожаным диванчиком, поставила вазу с фруктами и бутылку вина из королевских погребов. Я попробовала это вино на своей свадьбе, и его вкус меня просто очаровал. Позже выпросила у короля несколько бутылок для торжественных случаев, а сегодня решила, что в честь такого праздника имею право угостить любимого этим напитком. Кормить в бассейне я его не собиралась: семейный ужин, традиционно проходивший в гостиной, никто не отменял. Но и к ужину Икэсса расстаралась и испекла большой торт в виде сердечка, на глазури которого был изображён холм, где мы со Стэнном три года назад встретились, и окружающий его пейзаж. Так что даже если Стэнн так и не вспомнит за день, в честь чего праздник, торт ему об этом напомнит.

Сама я к приходу мужа переоделась в специально сшитое по такому случаю длинное, в пол, платье с открытыми плечами. Чтобы снять его в бассейне, достаточно было расстегнуть пару крючочков.

Закончив все приготовления и накрыв на стол, я ещё раз осмотрела всё сделанное придирчивым взглядом и осталась вполне довольна. Конечно, можно было так и не стараться. Посидеть просто за праздничным столом, попить чаю с тортом и на этом успокоиться. Но Стэнн много работал, постоянно мотался по командировкам. Я училась, как проклятая, стараясь скорее окончить Тайную Магическую Школу. И, чувствуя, как накапливается у обоих усталость, захотела устроить любимому праздник, дать ему возможность расслабиться и отдохнуть в необычной обстановке. А тут очень вовремя подвернулся и повод. Так что о затраченных усилиях я не жалела.

Я повернулась к Икэссе, чтобы поблагодарить её за помощь, но тут вдруг в висках кольнуло, сердце сжалось от внезапно нахлынувшего ощущения приближающейся опасности, а перед глазами на какое-то мгновенье появилось женское лицо. Очень красивое, кстати. Мелькнуло – и пропало. А я, покачнувшись, оперлась на спинку стула, возле которого в этот момент стояла.

– Что случилось, Селена? – встревожено спросила свекровь, взглянув на моё побледневшее лицо.

– Ты ничего не почувствовала? – вопросом на вопрос ответила я.

– Нет, – качнула она головой. – Если бы со Стэнном что-то произошло, я бы поняла.

– Это не со Стэнном, – мотнула я головой, пытаясь собрать в кучу разбежавшиеся мысли. – Пока – не со Стэнном. Но что-то определённо случилось. И это что-то обязательно нас коснётся…

Икэсса обеспокоенно посмотрела на меня. Сомневаться в моих словах она не стала: мои пророческие способности, благодаря которым я и попала в Тайную Магическую Школу, давно были подтверждённым фактом. Другое дело, что не всегда я могла с ходу конкретизировать свои предсказания, как сейчас, например. Но то, что ждёт нас что-то весьма неприятное, поняла сразу. Оставалось только надеяться, что это «что-то» не испортит нам сегодняшний вечер. Зря, что ли, мы старались?

Тряхнув головой, чтобы изгнать неприятные мысли, я повернулась к свекрови:

– Нэнисса, не говори пока никому, ладно? Пусть Стэнн хоть один вечер от забот отдохнёт. Я ему завтра расскажу.

Нэнисса – старшая подруга, наставница. Именно так я уже давно называла свою свекровь, показывая ей своё уважение и любовь.

Та кивнула и повторила мою мысль:

– Конечно. Зря, что ли, мы старались?

Мы переглянулись, как два заговорщика, и выбросили пока из головы моё непонятное предсказание.

– Знаешь, – улыбнулась Икэсса, – Стэнн уже дважды спрашивал меня, в честь чего сегодняшнее мероприятие. Нервничает парень.

– Ну, ещё бы! Кому охота по голове сковородкой получить, как я ему обещала, – рассмеялась я. – Но ты ему не сказала?

– Нет, конечно. Пусть помается.

– Какие вы жестокие обе, – раздался от дверей укоризненный голос. – Вот что я вам плохого сделал?

Стэнн стоял в дверях и с весёлым изумлением разглядывал разодетую меня и накрытый к праздничному ужину стол.

– Я даже не думал, что всё так серьёзно.

Он подошёл ко мне и, поцеловав, шепнул:

– Не смотри.

Я послушно зажмурилась и почувствовала, как ласковые руки, заодно меня поглаживая, застёгивают что-то на моей шее.

– Вот теперь любуйся.

Я открыла глаза и увидела в появившемся передо мной зеркале небольшое, но очень красивое колье – то самое, на которое я давно уже вожделенно поглядывала, но не решалась купить из-за его безумной стоимости. Мы, без сомнения, люди не бедные, но отдавать целое состояние за безделушку, которую надевать буду от силы два-три раза в год на королевские приёмы, мне совесть не позволяла.

Охнула восторженно:

– Как ты узнал, что я о нём мечтала? Хотя, что я спрашиваю! В мыслях пошарился?

– Нет, конечно, – возмутился муж. – Я же обещал тебе, что без твоего разрешения к тебе в голову влезать не буду. Просто увидел, как ты на него смотрела, когда мы маме подарок на день рождения выбирали. Ну, и решил, что куплю при первом же удобном случае. Вот и всё.

– Спасибо, – я никак не могла отвести взгляд от удивительных камушков, сверкающих и переливающихся при свете заходящего солнца. – Что это за камни? Почему они такие дорогие?

– Потому что встречаются только в одном месте – в Хобхорро, в Гномьих горах. Залегают на большой глубине, причём умеют маскироваться под обычный известняк. Найти их сложно, добыть – ещё сложнее. Да и обработать их может только настоящий мастер. Из-за цены их обычно используют только в кольцах или серёжках. Я первый раз вижу целое колье из стразолитов и, честно говоря, несколько удивлён, как его удалось провезти через границу. Но документы на него в порядке, я проверил. Так что носи смело.

– Смело это можно носить только под охраной десятки Королевских Колдунов, – улыбнулась я, поглаживая переливающиеся камушки.

– А то ты, при твоих способностях, разбойников испугаешься, – фыркнул заботливый муж. – И, кстати, Лэррис зачаровал его от кражи и разбоя. Оно так будет плеваться огнём на посмевших на него посягнуть, что и тебя заодно спасёт.

– Удачное решение, – фыркнула я и, наконец, оторвалась от зеркала. – А ты, значит, вспомнил, что мы сегодня отмечаем?

– Скорее, догадался, – улыбнулся любимый. – Выстроил логическое умозаключение.

– И до чего ты доумозаключался? – полюбопытствовала я.

– До того, что сегодня – ровно три года, как ты появилась в Кэтанге. И эти годы были самыми счастливыми в моей жизни. Поэтому это надо отметить. Я прав?

– Абсолютно, – обрадовалась я. – Так что ждём вэнэлда и садимся за стол.

– Не надо меня ждать, я уже здесь.

Лорд Джэффас, отец Стэнна, которого я уважительно называла вэнэлдом – главой рода, быстрым шагом пересёк столовую и сел за стол рядом с женой. Мы со Стэнном уселись напротив них.

– Ребята, – заговорил отец, наполнив бокал вином из Лаверийских виноградников. – Прошло три года вашей совместной жизни. С одной стороны – это уже дата. С другой – только начало долгого пути. Цените и берегите друг друга, и тогда счастье никогда не покинет ваш дом.

Мы закивали, пригубили вино и набросились на вкуснейшие яства, приготовленные Икэссой – лучшей в мире поварихой, которая блюдами, тарелками, салатницами, соусницами и прочими заполненными доверху едой ёмкостями заставила весь стол. Ужин получился на славу.

– А у меня для тебя тоже сюрприз есть, – наконец, сказала я, еле дождавшись, когда доевший торт муж отвалится от стола. – Только он не здесь. Пойдём, я тебя отведу.

– Пойдём, – согласился любимый… и вдруг сосредоточенно замер. Потом резко повернулся к отцу:

– Тебе уже сообщили?

– Только что, – кивнул тот. – Меня вызывают во дворец.

– Меня тоже, – и Стэнн повернулся ко мне. – Прости, любимая, с сюрпризом придётся повременить. В Хобхорро умер король. Власть переходит к его сыну Йонтарресу. Нас вызывают, чтобы дать некоторые указания по этому поводу.

– Я думаю, совещание длинным не будет, – попытался успокоить нас лорд Джэффас. – Другое дело, что, скорее всего, кого-то из нас пошлют на похороны и коронацию. Думаю, нам сегодня об этом скажут.

– Я буду ждать твоего сюрприза, – улыбнулся Стэнн, притянув к себе, поцеловал в макушку, и колдуны вышли из гостиной.

– Наш праздничный вечер накрылся медным тазом, – мрачно проговорила я, садясь обратно за стол. – Вот и начало работать моё пророчество. Нас ждут не самые лучшие времена.

– Не нагнетай, Селена, – поморщилась Икэсса. – Ну, умер король соседнего государства. Не он первый, не он последний. Съездят представители на похороны и на коронацию, и будем налаживать связи с новым королём.

– Хорошо, если этим и ограничится, – вздохнула я. – Но чудится мне, что неприятности у нас только начинаются.

***

СТЭНН

Когда начальник Тайной полиции и Главный Королевский Колдун вошли в королевский кабинет, Его Высочество Гэйнис Третий уже был там.

Джэффас, приветственно кивнув кузену, спросил:

– Нас ждут неприятности?

– Скорее всего, – согласился Гэйнис. – Я сам ничего толком не знаю. Сейчас дедушка придёт и всё скажет.

Не успел он договорить, как дверь распахнулась от резкого толчка, и в кабинет быстро вошёл король. Все склонились в поклоне, но он, казалось, и не заметил приветствия. Не замедляя шаг, прошёл к столу, упал в кресло и нетерпеливо поторопил:

– Садитесь.

Все поспешно расселись: Гэйнис по правую руку от деда, Джэффас – по левую, Стэнн – рядом с отцом. И Его Величество заговорил:

– Вы уже знаете, что случилось. Сегодня правитель Хобхорро Йонаратос Великий уплыл по реке Времени. Похороны состоятся завтра, а послезавтра Йонтаррес устраивает коронацию.

– Послезавтра? – изумлённо спросил Гэйнис. – Практически над гробом. Мальчику не терпится занять трон?

– Ну, мальчиком его назвать довольно сложно, – усмехнулся Джэффас. – Ему уже сто восемьдесят два года. Но да, он слишком торопится. Даже положенную по традиции декаду не выждал.

– Йонтаррес боится дворцового переворота. Его отца все любили и уважали, а вот Йонтаррес любовью подданных похвастаться не может. И в свите бывшего короля есть немало людей, которые с удовольствием отправят его вслед за батюшкой. После коронации у принца появится реальная власть, и, мне кажется, вскоре мы недосчитаемся многих верных людей Йонаратоса. Йонтаррес с ними церемониться не будет, – раздражённо пояснил король.

Стэнн с удивлением посмотрел на прадедушку. Он всегда считал его «непробиваемым». Что бы в королевстве или в мире не случилось, Его Величество принимал это с непроницаемым видом. Никто никогда не видел его испуганным или раздражённым. Вот в гневе видели. И видевшие потом боялись на Его Величество лишний раз глаза поднять, чтобы снова не вызвать его неудовольствия. А сегодня монарх был растерян и разозлён, и даже не скрывал этого.

Джэффас с Гэйнисом тоже заметили непривычное поведение деда и недоумённо переглянулись.

Тот, заметив их переглядывания, сердито сжал губы и бросил на стол открытый конверт:

– Вот приглашения на прощание с королём и коронацию нового правителя. Именные. С личной подписью Йонтарреса и Королевской печатью.

Гэйнис взял конверт, достал приглашения, пробежал глазами и, сердито хмыкнув, передал их Джэффасу. На гербовой бумаге были выведены три имени: Его Величества короля Кэтанга Гэйниса Первого, Его Высочества Наследника Престола Гэйниса Третьего и – начальника Тайной Магической полиции лорда Стэнна.

– Стэнну ехать нельзя, – закаменел лицом Джэффас.

Стэнн закусил губу: отец прав. Йонтаррес не простил свидетелей своего унижения на королевской охоте, когда он, на виду у всей свиты, не только свалился с лошади, но ещё и напоролся на сучок и распорол штаны так, что все смогли полюбоваться на сверкающую на голой заднице царапину. Для самолюбивого принца это было несмываемым позором. Гномы вообще добродушием не отличались, но Йонтаррес в злобе и мстительности превзошёл всех. И вскоре все присутствовавшие при этом зрелище погибли от несчастных случаев. А на успевшего уехать обратно в Кэтанг Стэнна произошло покушение прямо на королевском приёме. Правда, сделано было это так, что обвинить Йонтарреса в организации покушения на ненаследного принца не представлялось возможным. Тогда сработала королевская защита, и заклинание не достигло цели. А сейчас он отправится в логово врага, где повторить покушение будет намного легче. Но не ехать тоже нельзя. Йонтаррес сочтёт это оскорблением, и последствия будут непредсказуемыми, вплоть до разрыва дипломатических отношений и военных действий. В отличие от короны, мудрость отца, к сожалению, по наследству к Йонтарресу не перешла.

– Он не может отказаться, – угрюмо подтвердил его размышления Гэйнис. – Если не поедет дедушка, это можно будет объяснить его возрастом и плохим самочувствием. А чем объяснить отсутствие молодого и крепкого начальника Магической полиции? Несварением желудка?

Все помолчали. Потом Стэнн пожал плечами и сказал:

– А, собственно, что он может мне сделать? Насколько я знаю, в его свите нет сильных магов. Точнее, таких же сильных магов, как я. Надену крепкий щит, буду настороже. Стану ходить рядом с дядей, чтобы всегда быть у него на виду. Надо продержаться всего два дня. А рушить ещё не налаженные связи – не самое мудрое решение.

– Не забывай, что как минимум один сильный маг-менталист у него есть. Кто-то же заколдовал Нэзвинга и заставил его совершить покушение? Кто мешает Йонтарресу воспользоваться его услугами ещё раз?

– Попрошу Селену укрепить мой ментальный щит. Чтобы непосредственно на меня воздействовать не смогли. И буду держаться постоянно в людных местах или рядом с дядей Гэйнисом.

Все помолчали. Потом Гэйнис всё так же хмуро спросил:

– Кто доставил приглашения?

– Наши дипломаты. Едва стало известно о смерти короля, к ним прибыл гонец с приказом немедленно покинуть пределы страны, чтобы после коронации заново явиться с предложением дружбы и сотрудничества уже к новому королю. Им даже вещи не дали собрать, так выставили. Сказали: зачем они вам, если вы через два дня обратно вернётесь. Лорд Гантэнно успел только самые важные бумаги взять, да на сейф заклинание наложить и невидимостью накрыть.

– Не нравится мне всё это, – Джэффас снова повертел в руках приглашения, потом отбросил их в сторону, как ненужные бумажки. – Слишком всё демонстративно. Может быть, Йонтаррес к войне готовится?

– Всё может быть. Мудростью и лояльностью отца он не отличается, зато агрессивности и амбиций у него в избытке. А Высокие горы – лакомый кусочек, о котором Йонтаррес давно мечтает.

Король встал, знаком разрешив присутствующим сидеть, прошёлся по кабинету.

– Знать бы, что у него на уме. Но ведь наверняка и щит поставит, и амулетами обвешается – не проберёшься. Ладно, завтра увидим.

– Дедушка, – вдруг решительно заявил Гэйнис. – А тебе лучше не ездить. Скажем, что плохо себя чувствуешь. Они поверят. Всё-таки тебе уже не сто лет.

Король остановился, спросил вкрадчиво:

– Это ради чего это я должен притворяться немощным старикашкой?

Но наследник не испугался, ответил серьёзно:

– Ради королевства и народа, в нём живущего. Если будет покушение, и мы со Стэнном не сможем его предотвратить, нельзя, чтобы страна оставалась без правителя. Слишком подходящий случай для Йонтарреса одним махом расправиться со всей правящей верхушкой Кэтанга.

– Согласен с Гэйнисом, – поддержал кузена Джэффас. – Нельзя рисковать сразу всеми.

Монарх подошёл к столу, постоял, в задумчивости постукивая по столешнице кончиками пальцев, потом горько усмехнулся:

– Какой от меня прок? Я уже стар, ещё одного наследника завести не смогу. И какая тогда разница, сейчас произойдёт смена власти или лет через десять-двадцать?

– У тебя есть наследник, – серьёзно произнёс Гэйнис. – Джэффас будет прекрасным королём.

– Он не сможет встать на трон, – жёстко ответил дед. – И ты это прекрасно знаешь.

– Я знаю одно, – так же жёстко сказал внук. – Нет таких заклинаний, которые нельзя было бы отменить. Ты составил магический договор, ты сможешь и переписать его. Переформулировать. Составить новый, наконец, отменяющий первый. Я думаю, нужда заставит – ты придумаешь, что можно сделать. А вот если ты погибнешь, тогда Джэффас точно не сможет тебя заменить. Признай, наконец, что тогда ты погорячился, и эту ошибку давно пора исправить.

Король помолчал. Потом сел на своё место и деловито, словно продолжая давно идущий разговор, сказал:

– Давайте подумаем, как могут складываться наши взаимоотношения с новым правителем и что нужно сделать, чтобы эти отношения укреплялись, а не разрушались.

– Ему нужны Высокие горы, – вступил в разговор Стэнн. – Я думаю, именно из-за них он и идёт на обострение конфликта. Но отдать их мы ему не можем. Тем более – сейчас, когда именно там оказался Портал между Мирами. Дипломатам теперь сложно будет лавировать между нашими интересами и требованиями нового короля.

– Какие есть варианты развития событий? Предлагайте любые, начиная с покушения на Стэнна и Гэйниса. Будем искать пути выхода из кризисных ситуаций, чтобы быть к ним готовыми и не довести страну до войны.

И совещание вошло в деловую колею, лишённую переживаний и эмоций.

СЕЛЕНА

Стэнн с отцом вернулись поздно ночью. Я дремала в обнимку с подушкой на нерасправленной кровати, когда муж, на цыпочках войдя в комнату, начал раздеваться, не включая свет. Щёлкнув пальцами, я зажгла лампу.

– Ты не спишь? – удивился он.

– Тебя жду, – ответила я, садясь на кровати.

– Зачем? – укоризненно спросил любимый, усевшись рядом и обняв меня за плечи. – Я-то не сплю по долгу службы, а ты почему?

– Не знаю. Неспокойно мне что-то. Тревожусь за тебя. Расскажи, о чём на совещании говорили, почему вас так долго держали?

– Если коротко, нас ждут большие перемены во внешней политике. Король Хобхорро был мудрым правителем и всегда считал, что худой мир лучше доброй ссоры. При нём между нашими странами всегда были хорошие отношения. Его сын совсем не такой. Он амбициозен, жесток и воинственен. И уже давно твердит отцу, что Хобхорро надо вернуть отошедшие нам в очень давние времена Высокие горы. Сама понимаешь, добровольно мы их не отдадим. Они считаются нашими на протяжении многих тысячелетий. Там Трамен и несколько маленьких городков и довольно крупных деревень, в которых живут наши люди. Там – полезные ископаемые, руда, драгоценные камни. Если мы лишимся их, страна потеряет большую статью дохода. Для экономики это будет сильный удар, и неизвестно, сумеет ли она от него оправиться. И к тому же там, как ты помнишь, находится Портал между Мирами. Нам нельзя его потерять. Так что сейчас вся надежда на наших дипломатов: сумеют ли они найти общий язык с этим воинствующим идиотом.

– Почему – идиотом? – не поняла я.

– Потому что, если будет война, ему тоже не поздоровится. У них нет таких мощных колдунов, как у нас. А ты прекрасно знаешь, что может натворить сильный боевой маг, не встречая магического сопротивления. Одна наша Тайная полиция может разметать целую армию, если у той не будет магической поддержки.

– Не думаю, что Йонтаррес – идиот, – задумалась я. – Он не попрёт с голыми руками против боевых магов. Наберёт наёмников, которым без разницы, за кого воевать, лишь бы платили хорошо.

– Вот и король так думает, – вздохнул Стэнн. – Поэтому и сидели мы так долго, разбирали разные варианты событий. Но ни до чего хорошего так и не додумались.

– Ладно, – встряхнулась я. – Хватит на сегодня политики. Ложись спать. Тебе надо отдохнуть.

И, встав, начала расправлять постель.

– Да, пожалуй, – согласился Стэнн и тоже встал. Но внезапно снова уселся на край кровати, перехватил мою руку и притянул меня к себе:

– Подожди. Ты мне так и не показала приготовленный сюрприз.

– Сюрприз? – я грустно улыбнулась, вспомнив, что совсем не так хотела провести сегодняшний вечер. – Он не здесь. До бассейна дойдёшь?

– Дойду, – тряхнул головой любимый, прогоняя сон.

Я взяла его за руку и повела за собой. Перед дверью остановилась:

– Закрой глаза.

Стэнн послушно зажмурился. Я завела его в помещение, щёлкнув пальцами, пустила россыпь искр, зажигая свечи.

– Открывай.

Стэнн замер, разглядывая переливающуюся всеми цветами радуги воду. Потом перевёл взгляд на стену, благодаря моему мороку выглядевшую, как подводный грот. Я снова щёлкнула пальцами, подогревая воду до приятного тепла. Конечно, Стэнну бы сейчас в горячей ванне полежать, но тогда раковины погаснут. Они горячую воду не любят.

– Раздевайся и залезай в воду. Она тёплая. Можешь даже в ней поспать, я покараулю.

Стэнн повернулся ко мне. Глаза его сияли ярче свечей. Не говоря ни слова, он шагнул ко мне и поцеловал – страстно, упоительно. А потом скинул обувь, подхватил меня на руки, прыгнул в бассейн, пустив фонтан брызг, и снова приник к моим губам. Раздевались мы, продолжая целоваться, то и дело уходя под воду, задыхаясь и отфыркиваясь, но боясь и на миг оторваться друг от друга…

Словом, сюрприз удался.

…Когда мы, наконец, выбрались из воды и растянулись на мягком ковре, разложенном вдоль стен всего бассейна, Стэнн, помолчав, тихо сказал:

– Селена, я ведь завтра… точнее, уже сегодня, уезжаю.

– В Хобхорро? – чужим голосом спросила я. Стэнн с тревогой посмотрел на меня:

– Да. Вместе с дядей Гэйнисом. Но не переживай, это ненадолго. Дня на два максимум. Сегодня похороны, завтра – коронация, и я свободен. Дальше уже дипломаты работать будут.

– Почему – ты?

– Король Хобхорро прислал именные приглашения. Я не могу отказаться. Это может привести к дипломатическим осложнениям.

Я вспомнила мелькнувшее передо мной женское лицо. Сердце тревожно сжалось.

– Стэнн, будь очень осторожен. Вы оба сильно рискуете.

Муж приподнялся на локте, заглянул мне в глаза:

– Ты что-то видела?

– Да. Честно говоря, не поняла, что именно, но осталось чёткое ощущение опасности. Большой опасности. И ещё: будь осторожнее с женщинами.

Стэнн улыбнулся и хотел что-то сказать, но я не дала:

– Стэнн, я не смеюсь. И это – не ревность. Там будет женщина, которая втянет тебя в крупные неприятности. Будь осторожен, прошу тебя.

– Хорошо, родная, – муж перестал улыбаться и серьёзно посмотрел на меня. – Я понял. Буду осторожен.

– Как я не хочу, чтобы ты уезжал, – с тоской проговорила я.

– Я тоже не особо рвусь, – пожал плечами Стэнн. – Но что поделаешь – служба.

С тяжёлым вздохом согласилась:

– Служба…

И, взяв себя в руки, улыбнулась встревожено глядящему на меня любимому:

– Всё. Пойдём спать. До отъезда осталось всего ничего, тебе надо отдохнуть.

– Я отдохнул, – муж поцеловал меня в плечо, потом – в шею и за ухом. От этого по телу снова начала подниматься жаркая волна. – Я очень хорошо отдохнул, спасибо тебе. А поспать я и в Хобхорро смогу.

Губы черноглазого принца подобрались к моим губам, и я вдруг коротко застонала и, вцепившись в его плечи, притянула к себе так, что он буквально рухнул на меня сверху, придавив к ковру. А я обвила его руками и ногами и начала судорожно, поспешно целовать, пытаясь передать ему всю мою любовь и нежность, стараясь заглушить заполняющий меня страх перед долгой, что бы он ни говорил, разлукой…

…Стэнн ушёл рано утром. Я проводила его до ворот в королевский парк. Мы специально вышли пораньше, чтобы пройтись пешком, а не идти Личным Путём. Мне хотелось отсрочить минуту прощания, подольше побыть с мужем. Я сама не могла понять, почему я так переживаю. Стэнн, бывало, и на более долгий срок уезжал в свои командировки, но ещё никогда меня так не трясло от одной мысли о расставании. Стэнн чувствовал моё состояние, и оно его серьёзно беспокоило.

– Леночка, что с тобой? – наконец сказал он. – Я уезжаю всего на два дня. Послезавтра утром я буду уже дома. Если хочешь, могу вернуться даже ночью, сразу, как закончится бал в честь коронации. К сожалению, не пойти на празднование я не могу: дядя обязан на нём присутствовать, а, следовательно, и мне не удастся отвертеться. Но прийти пораньше…

– Не надо, не обещай, – перебила его. – Твоё возвращение зависит не от тебя. Дядя может не захотеть возвращаться ночью, значит, и тебе придётся остаться. А я буду ждать и беспокоиться. Нет уж. Послезавтра, так послезавтра. Но не позднее! И будь осторожен! Пожалуйста, будь осторожен!

– Что тебя тревожит, милая? – спросил муж, останавливаясь у ворот в королевский замок.

Отчаяние затопило волной:

– Если бы я знала! Я бы всё сейчас отдала за чёткое, конкретное пророчество: направо пойдёшь – коня потеряешь, налево – голову сложишь. Тогда бы вы ко мне прислушались и, возможно, под каким-нибудь предлогом отказались от поездки. Но у меня ничего нет! Смутные предчувствия, непонятная тревога… которые запросто можно списать на недосып и нежелание с тобой расставаться. Но это не так, Стэнн, поверь! Я заклинаю тебя: будь внимателен и осторожен. Гляди в оба. Не поддавайся на провокации. И, пожалуйста, вернись послезавтра.

– Я вернусь, обещаю, – серьёзно сказал любимый. Поцеловал меня, махнул рукой и шагнул за ворота. Створки с противным скрипом захлопнулись за принцем, и я осталась одна на пустынной улице…

СТЭНН

Во дворце Стэнна уже ждали. Прадед сидел в своём любимом кресле, умеющем принимать наиболее удобную для сидящего форму, и перебирал какие-то бумаги, но было видно, что особо он в них не вчитывается. Дядя Гэйнис стоял у окна, погрузившись в свои мысли и не замечая солнечного зайчика, весело скачущего по подоконнику. Отец устроился за столом и просматривал отчёт начальника охраны королевских ворот, но тоже постоянно отвлекался и бросал встревоженные взгляды то на молчаливого деда, то на задумчивого кузена.

Войдя в кабинет, Стэнн склонился в поклоне:

– Доброго утра, Ваше Величество. Доброго утра, Ваше Высочество.

И, глянув на кивнувшего ему отца, встревожено спросил:

– Я опоздал?

– Нет, – качнул головой король. – Это мы собрались раньше.

Отодвинул в сторону бумаги, взглянул на севшего за стол правнука:

– Не хочется мне вас одних отпускать, ребятки. Может, поехать мне всё же с вами?

– Не выдумывай, дедушка, – сердито проговорил Гэйнис, оторвавшись от созерцания утреннего неба. – Мы уже всё решили. Не будем ничего менять.

Стэнн бросил взгляд на дядю: что-то он разошёлся. Прогневит деда, разругается с ним перед дорогой, а потом переживать из-за ссоры будет, вместо того чтобы настороже быть и к окружающим присматриваться.

Но король словно и не заметил грубости внука. Вздохнул тяжело и, увидев удивлённый взгляд Стэнна, пояснил:

– Сон мне плохой приснился.

Сон… теперь понятно, почему он так встревожен. Сны прадедушке снились редко, но, как правило, были пророческими и всегда сбывались, полностью или частично.

Кивнул:

– Селена тоже нервничает. Просила нас быть очень осторожными. У неё какое-то видение было, но она не смогла в нём до конца разобраться. Поняла только, что нам грозит серьёзная опасность.

– Значит, будем начеку, – Гэйнис подошёл к деду, присел перед ним и, заглянув в глаза, неожиданно ласково сказал: – Дедушка, мы будем очень осторожны. Будем охранять друг друга. Не переживай за нас, мы уже большие мальчики, сможем себя защитить. Да и Вэллэк с охраной с нас глаз не спустят.

Король сурово посмотрел на внука:

– Не надо меня успокаивать. Я тоже не маленький.

Встал, выпрямился надменно и строго сказал:

– Вам пора. Не стоит опаздывать. Послезавтра перед обедом жду вас с полным отчётом о прошедших в Хобхорро мероприятиях.

Посмотрел на склонившихся в поклоне мужчин, задержался взглядом на правнуке, сжал губы и твёрдым шагом вышел из кабинета.

Гэйнис вздохнул, сел в освободившееся кресло и пожаловался племяннику:

– И вот всё утро так. С ума от беспокойства сходит. Чуть не поругались с ним, так стремился с нами поехать. Еле отговорил.

– А Селена что сказала? – повернулся к сыну Джэффас.

– Что нам угрожает опасность. И ещё – что там будет женщина, которая втянет меня в большие неприятности.

– Флиртуй поменьше, – усмехнулся Гэйнис и встал: – Хватит время тянуть. Что бы нас ни ждало в Хобхорро, а ехать надо. До встречи, Джэффас.

– До встречи, – кивнул Королевский Колдун. Обнял Стэнна, похлопал его по спине: – Не задерживайся там, сын. Мы с мамой будем ждать.

И, забрав бумаги, не оглядываясь, вышел вслед за королём.

Мужчины посмотрели ему вслед.

– Не нравится мне всё это, – хмуро перевёл взгляд на Стэнна Гэйнис. – Первый раз в жизни ухожу на королевский приём в такой нервозной обстановке.

В ответ Стэнн только молча пожал плечами.

– Значит, так, – распорядился дядя. – Куда бы нас ни поселили, спим по очереди в одной комнате с помощью заклинания быстрого сна. Друг от друга далеко не отходим, находимся в пределах видимости. С женщинами не флиртуем, держимся от них подальше.

Стэнн усмехнулся, и Гэйнис поправился:

– Стараемся держаться подальше. По крайней мере, первыми на контакт не идём. Еду и питьё перед употреблением проверяем на яды и снотворное.

– Словом, переходим на осадное положение, – грустно пошутил начальник Тайной полиции.

– Это было бы наилучшим выходом, – ответил наследник престола. – Увы, мы будем изображать разведчиков в стане врага, а это ещё менее приятно.

– Зато – романтичнее, – усмехнулся Стэнн. – Я думаю, главное – из зала не выходить по одному. В зале, где будет полно народа, на нас вряд ли нападут. Да и щиты наденем. Ничего, два дня продержимся. А после коронации сразу уйдём Личным Путём. Не стоит так переживать.

– Ты прав. Тем более наши переживания ничего не изменят. Так что давай-ка лучше отправляться. Не годится начинать дипломатические отношения с новым королём с опоздания на прощание со старым.

И первым вышел в скрытую мороком дверцу, за которой начинался ещё одни тайный ход, выводящий за стены дворца, где их уже ждала королевская охрана во главе с братом Икэссы лордом Вэллэком.

СЕЛЕНА

Не знаю, сколько я простояла у закрывшихся ворот, пока за спиной не раздался знакомый голос:

– Селена, что ты тут стоишь? Стэнн давно в Хобхорро. А меня уже начальник стражи вызвал с просьбой выяснить, почему ты не уходишь.

Очнувшись от тяжёлых раздумий, я посмотрела на подошедшего ко мне Рэвалли:

– Рэв, Стэнну угрожает опасность. И дяде Гэйнису тоже. А я не смогла их убедить.

– У тебя было видение? – насторожился менталист.

– Было, – кивнула я. – Но какое-то невнятное. Я ничего не поняла и не разглядела. Зато очень хорошо почувствовала опасность. И ещё меня всю ночь мучили нехорошие предчувствия. Но ведь этого мало, чтобы остановить двух могущественных магов, стремящихся исполнить свой долг.

– Будем надеяться, что ты преувеличиваешь, и всё обойдётся, – Рэвалли взял меня под руку и повёл к Дому полиции. – Стэнн предупреждён, будет настороже. Послезавтра он вернётся и расскажет о том, что ему угрожало.

– Да, – покорно согласилась я. – Послезавтра. Будем ждать послезавтра.

И в этот момент запел мой мобильник. Подскочив от неожиданности – вот до чего нервы расшатались! – я выхватила из кармана трубку и нажала на кнопку приёма:

– Слушаю!

– Звоню, как и договаривались, за полтора часа. Встречаемся в кафе в одиннадцать часов по местному времени, – раздался в трубке весёлый голос подруги.

– Ларис… – я хотела отказаться от сегодняшней встречи, но вдруг подумала: если мои подозрения верны, то потом мне тем более будет не до встреч. А сегодня – самое то. Я отвлекусь от своих переживаний… и ещё на всякий случай повидаюсь со всеми. Кто знает, когда в следующий раз я смогу с ними увидеться? Да и вообще, смогу ли когда-нибудь?

Решительно тряхнула головой, словно подруга могла меня увидеть:

– Хорошо, Лар. Я приду. До встречи.

Повернулась к молча шагающему рядом колдуну:

– Рэв, я пойду на Землю. Вечером вернусь.

И, не дожидаясь ответа, Личным Путём ушла к Порталу между Мирами.

О Портале между Мирами мы со Стэнном узнали случайно. Погнались за Гэттором, а он возьми да и прыгни в него. В тот раз Портал отправил нас на Землю, в мой родной мир, где я, в поисках пропавшего Стэнна, познакомилась с Хранительницей Портала Ефросиньей Анисимовной – Бабой Ягой, и с её другом разлюбезным Змеем Горынычем – Степаном Ильичом. А ещё – с российскими колдунами из отдела по раскрытию магических преступлений, которым руководил бывший тогда ещё подполковником Васильев Игорь Николаевич. Служащие его отдела – сильные колдуны, пользующиеся не только своими способностями, но и достижениями современной науки и технического прогресса. Когда выяснилось, что через Портал можно попадать и в другие миры, чародеи Игоря Николаевича с помощью компьютерной магии подобрали пароли-заклинания к нескольким мирам, с которыми мы сейчас начали налаживать контакты. Так что Стэнн прав: отдавать Высокие горы никак нельзя. И не только по экономическим соображениям.

Ходить через Портал очень удобно и просто: говоришь заклинание открытия, своё для каждого мира, проваливаешься в туманную мглу, и через десять секунд вываливаешься в нужном тебе мире. Там, пообщавшись предварительно с Хранителем Портала (в моём случае – с Бабой Ягой), Личным Путём уходишь до места назначения. Так что, в принципе, я могла бы из своего дома в Лэнмаре до кафе в моём городе добраться минуты за полторы. Но выходила всегда за полтора часа. Секунд двадцать уходило, чтобы добраться до Земли, полчаса минимум на разговоры с Ефросиньей Анисимовной – Баба Яга без чаю с пирогами и новостей местных никогда меня не отпускала. Да и Кэтанговские новости слушала с интересом. Особенно после того, как побывала на нашей свадьбе и своими глазами увидела те места, о которых я ей рассказывала. Затем – пара секунд, чтобы добраться до родного города, телепортировавшись в какие-нибудь кусты на окраине, дабы не привлекать к себе внимания. А затем ещё минут сорок-пятьдесят трястись на воняющем бензином автобусе к месту встречи с подругой. Такая вот магическая конспирация. Появляться Личным Путём сразу в центре города, неподалёку от кафе, опасно: слишком много народа, кто-нибудь может заметить. А люди не должны знать о местных колдунах и магах. Ибо чревато… Так что, добираясь на встречу с Ларисой, больше всего времени я трачу на поездку по городу. Но я не в обиде. Всегда приятно посмотреть на родные пенаты, в которых я не так уж часто сейчас бываю.

Впрочем, иногда я телепортируюсь в её подъезд, и в кафе мы идём уже вместе. Но это бывает редко. Как ни странно это звучит, я скучаю по общественному транспорту и никогда не игнорирую возможность прокатиться по городу. Тем более что как бы много ни было народа в салоне, обычно хватает одного взгляда, чтобы какой-нибудь развалившийся на сидении парень уступил мне место.

Как говорится, у каждого свои странности.

Предъявив дежурному колдуну на круглосуточном посту у Портала бессрочный пропуск-разрешение и расписавшись в книге выбытия, я прошла через Портал и оказалась возле избушки Бабы Яги.

Когда я зашла в комнату, Ефросинья Анисимовна, энергичная сухонькая старушка с весёлыми глазами и длинными седыми волосами, собранными в пучок на затылке, радостно поприветствовала меня:

– Кто к нам пришёл! Ты вовремя, мы как раз завтракаем.

Степан Ильич чинно наклонил голову в приветствии. Степенности в этом щупленьком мужичке с козлиной бородкой было с избытком.

Усадив меня за стол, налив чаю и подвинув поближе блюдо с пирогами, Баба Яга цепко глянула на меня:

– Рассказывай, девонька, что случилось. На тебе лица нет.

– Наверное, дома забыла, – грустно пошутила я. – А рассказывать толком и нечего. Ничего не случилось, все живы и здоровы. Пока, по крайней мере. Только вот душа у меня не на месте, это точно.

И я рассказала внимательным слушателям и об угрозе, исходящей от нового правителя Хобхорро, и о своих нехороших предчувствиях.

– Вот и решила на всякий случай с сестрой да подругой повидаться. Кто знает, как потом дело повернётся, – закончила я свой невесёлый рассказ.

– Значит, не поверил Стэнн твоему предсказанию? – задумчиво спросила Ефросинья Анисимовна.

– Поверил, – не согласилась я. – Но отменить поездку не мог. Если бы я смогла сделать точное пророчество, с указанием конкретной опасности, он бы, может, и сумел повлиять на короля. А так…

Я печально посмотрела на нетронутый и уже остывший чай. Заметив мой взгляд, колдунья повела рукой, и над чашкой заклубился лёгкий парок.

– Осторожно пробуй, – озаботилась хозяйка. – Очень уж горячий.

Кивнула в ответ и потянулась за рыбным пирогом. Раз уж я не могу ничего изменить в сложившейся ситуации, глупо ещё вдобавок пытаться умереть с голоду, сидя перед полным еды столом. А в кафе лучше мороженое поем.

– Что ж, дочка, – вступил в разговор Степан Ильич. – Ситуация у вас сложная, ничего не скажешь. Ежели понадобится наша помощь – зови, придём. Да и с Игорем Николаевичем поговорить не помешает. Вдруг что присоветует.

– Ой, – я радостно воззрилась на Горыныча. – Как же я об Игоре не подумала!

И бросила взгляд на висевшие на стене ходики:

– Сейчас не успею, а вот перед уходом обязательно с ним пообщаюсь. Спасибо, Степан Ильич, за подсказку.

– Всегда пожалуйста, – важно погладил свою бородёнку Горыныч и довольно заулыбался.

Дожевав пирог и запив его крепким чаем, я расцеловалась с гостеприимными хозяевами и ушла Личным Путём на окраину города, где прямо рядом с конечной остановкой трамвая росли великолепные кусты, за которые можно было смело телепортироваться, точно зная, что меня там никто не увидит.

В кафе я пришла на десять минут позже назначенного срока. Лариса меня уже ждала, сидя за нашим любимым столиком в конце зала.

– Привет! – жизнерадостно поприветствовала она меня. – Что-то ты сегодня задержалась.

– У Ефросиньи Анисимовны засиделась, – объяснила я своё опоздание. – Так что есть я сегодня не буду, только мороженого пожую.

Мы сделали заказ, и я посмотрела на сияющую подругу:

– Рассказывай, что стряслось. Ты довольна, как мартовский кот.

Подруга внезапно смутилась:

– В общем, так и есть.

– Ты стала мартовским котом? – удивилась я и, прищурившись, окатила её оценивающим взглядом. – Давай угадаю: ты в Питере познакомилась со сногсшибательным мужчиной, который таки сшиб тебя с ног?

– Что уж ты сразу так, – обиженно протянула Лариса. – Я к ней со всей душой, посоветоваться хочу, а она издевается.

– Да кто издевается-то? – поразилась я. – Покажите мне этого гада, я его самолично на лоскутки порву. А я за тебя очень рада. Давно тебе надо было пуститься во все тяжкие. И вообще, рассказывай, давай, пока я от любопытства не взорвалась!

Лариса ещё немного подулась для приличия, потом заулыбалась и начала своё повествование.

– Мы познакомились совсем нечаянно. У моих друзей. Причём он к ним по делу зашёл, не в гости. Даже не к ним, а в кафе. Они с Пашкой, с мужем Светы, у которой я останавливаюсь в Питере, договорились вместе пообедать, чтобы решить некоторые деловые вопросы. А я, нагулявшись, в это же кафе зашла. Не поняла с ходу, что у них деловая встреча, обрадовалась, что Пашу увидела, и подсела к ним за столик. Пашка меня выгнать хотел, а Толя не позволил. И ещё кофе угостил и мороженым. Разговорились, то, сё… Ну, он и пригласил меня вечером поужинать. И завертелось…

Лариса смущённо покрутила головой и, понизив голос, почти прошептала:

– Я даже на работу позвонила и сказала, что на неделю задержусь, чтобы все мои консультации запланированные перенесли. Соврала, что заболела.

Я удивлённо глянула на раскрасневшуюся подругу. Более честного и добросовестного человека я ещё не встречала. Здорово же её этот Анатолий зацепил…

Далее последовал подробный рассказ обо всех прогулках при луне и разговорах о жизни, перемежавшийся томными вздохами и восторженными охами. Словом, было ясно, что подруга влюбилась по уши, окончательно и бесповоротно.

Дождавшись паузы, я задала вопрос, который на данный момент интересовал меня больше всего:

– Ларис, с тобой всё понятно: влюбилась так, что крышу снесло. А он?

– Не знаю, – погрустнела она. – Не могу же я у него напрямую спросить. А он молчит. Но я ему нравлюсь, это точно.

– Чем он занимается?

– У него свой бизнес, небольшая сеть туристических фирм. Сначала было несколько офисов в Петербурге, потом начал открывать в других городах: в Екатеринбурге, в Перми, в Казани. Сказал, что теперь и у нас откроет, чтобы можно было сюда в командировки ездить и со мной почаще видеться.

– Чтоб с тобой почаще видеться, достаточно на тебе жениться. И на новый офис тратиться не придётся.

– Да ты что! – даже испугалась Лариса. – Какое – жениться! Мы ещё слишком мало знакомы.

– А он сам, случаем, не женат? – с подозрением спросила я. – Поди, недавно серебряную свадьбу отметил с детьми и внуками?

– Он – вдовец, – оскорблено заявила подруга. – А сын в Лондоне учится. И Анатолий по сыну очень скучает. Как о нём заговорит, так сразу в глазах печаль появляется. И вообще, я у него дома была. Он мне фотографии показывал – и жены, и сына. Так что свободен он. И очень одинок.

– Это он тебе так сказал? – насторожилась я. Знаю я эти песни про одиночество и родство душ, которые не слишком порядочные мужчины используют для соблазнения наивных девушек.

– Это я так решила, – отрезала Лариса. – Лен, я же психолог, я столько этих одиноких душ за свою жизнь перевидала, что начала чувствовать их на расстоянии.

– На себя в зеркало, что ли, насмотрелась? – проворчала я с сочувствием.

Работая семейным психологом, Лариса сама всю жизнь была одинока. В юности её любимый парень, за которого она собиралась выйти замуж, перед самой свадьбой изменил ей с её лучшей подругой. Простить их она не смогла, да, собственно, они не больно-то этого и хотели: поженились через пару месяцев. А вот у Ларисы с тех пор личная жизнь как-то не складывалась. Замуж она за прошедшие с неудавшейся свадьбы двенадцать лет так и не вышла, пытавшихся ухаживать за ней парней быстро отшивала. «Не родился ещё мой суженый», – отмахивалась она от меня, когда я пыталась обратить её внимание на какого-нибудь симпатичного претендента на её руку и сердце. Так и жила вдвоём с мамой в трёхкомнатной «хрущёвке». А когда я удивлялась, как она умудряется помогать семейным парам выходить из кризисов, не имея в этом личного опыта, она пожимала плечами: «Это – такая же работа, как и все остальные. Для того, чтобы хорошо точить детали в цехе, токарю совсем не обязательно иметь дома токарный станок».

Тем удивительнее было смотреть сейчас на её мечтательные глаза и смущённую улыбку и слушать, с каким жаром она защищает своего бизнесмена от моих нападок.

– Лар, ты моё ворчание не слушай. Я очень за тебя рада, правда. Когда ты меня с ним познакомишь?

– Не знаю, – сразу погрустнела подруга. – Пока у нас общение идёт по телефону и скайпу. У меня – работа, у него – бизнес. Да, собственно, мы и расстались-то три дня назад. А уже – словно вечность прошла.

Вечность… Я почувствовала, как сжалось сердце: как там Стэнн? Сумеет ли он, благодаря моему предупреждению, избежать опасности? И что может угрожать могущественному колдуну в переполненном людьми королевском замке? Я вздохнула, Лариса – тоже. Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Всё, хватит грустить, – я отодвинула уже пустую вазочку из-под мороженого. – Скажи хоть, как фирма у твоего милого называется. Буду знать, куда обращаться, если попутешествовать захочу.

– Ага, тебе только многочасовых самолётных перелётов для счастья не хватает, при твоих телепортационных умениях, – ехидно ответила подруга, но потом сжалилась: – «Межмирия» она называется.

– Чего? – не поверила я своим ушам.

– Межмирия, – повторила она и заученным тоном выдала: – Концепция названия проистекает из того, что перелёт из одной страны в другую – то же самое, что переход в иной мир.

– На тот свет, что ли? – фыркнула я.

– И это говорит мне человек, который чуть не каждый день из одного мира в другой бегает, – закатила глаза Лариса.

– Так и скажи: в другой мир. А то в нашей реальности словосочетание «мир иной» имеет несколько мистический оттенок. А вообще, интересное название, конечно. Ни разу такого не видела.

– Вот откроет здесь филиал – увидишь, – пообещала Лариса.

Мы ещё немного поболтали, потом попросили счёт, и, уже собираясь уходить, я, повинуясь внутреннему чутью, предупредила подругу:

– Лар, может случиться так, что в ближайший месяц я не буду отвечать на твои звонки. Возможно, уеду надолго из Лэнмара, а там связи не будет. Так что ты не беспокойся по этому поводу. Как вернусь, сразу позвоню.

– Куда это ты намылилась? – сразу встревожилась она.

– Да так. Не знаю ещё. Может, придётся по Кэтангу прокатиться.

– Счастливая, – завистливо вздохнула Ларка. – Меня бы кто покатал.

– А ты не упускай своего бизнесмена. Он, с его-то бизнесом, тебя по всему миру повозить сможет, не только по стране, – улыбнулась я.

Мы вышли из кафе и распрощались на автобусной остановке. Лариса поехала домой, а я отправилась к сестре. Просидев у неё несколько часов, вдоволь наигравшись с племяшками и выпив, наверное, чайник чаю со сладостями, я вдруг поняла, что мне пора срочно отправляться к Бабе Яге, чтобы не опоздать на встречу с Игорем Николаевичем, что и сделала, с трудом выбравшись из-за стола. Благо, от своей ближайшей родственницы моё умение телепортироваться я не прятала и ушла Личным Путём, так и не сказав сестре, что, возможно, мы видимся в последний раз. Действительно, кроме моих ничем не обоснованных подозрений, никаких доказательств этого прискорбного факта у меня не было. Зачем человека раньше времени расстраивать?

Полковник, о встрече с которым я договорилась ещё утром, трясясь в трамвае по дороге к кафе, уже угощался пирогами у Ефросиньи Анисимовны. Увидев меня, он встал и, склонившись, поцеловал мне руку:

– Добрый вечер, принцесса. Как Вашему Высочеству спалось?

Глаза его смеялись.

Во время нашей со Стэнном свадьбы, увидев, как передо мной лебезят придворные, Игорь ехидно спросил:

– Что, Елена Викторовна, вы теперь принцессой стали?

– А то! – важно ответила я. – Ныне, Игорь Николаевич, ко мне надо обращаться только «Ваше Высочество» и никак иначе. «Добрый вечер, Ваше Высочество», «Как спалось, Ваше Высочество». И руки при встрече целовать.

– А ноги – не надо? – серьёзно поинтересовался этот шутник.

– Это уже на ваше усмотрение, – снисходительно улыбнулась я. – По этому поводу официальный протокол умалчивает. Хотя… пожалуй, надо его доработать. Мне понравилось ваше предложение.

– Рад служить, Ваше Высочество, – гаркнул Игорь, вытягиваясь и щёлкая каблуками.

– Вольно, – разрешила я. Мы переглянулись, посмотрели на ошарашенно наблюдающих за нашим разговором друзей и – расхохотались. Стэнн, Яга и Горыныч, не понаслышке знакомые со специфическим русским юмором, тоже рассмеялись, а Рэвалли перевёл дух и что-то пробормотал себе под нос. Видимо, он всерьёз испугался, что у меня на почве внезапно появившегося титула крышу снесло.

С тех пор при наших встречах полковник только так меня и приветствует: «Добрый вечер, принцесса. Как Вашему Высочеству спалось?»

Обычно я поддерживала эту игру. Но сегодня я даже не улыбнулась, честно ответив:

– Плохо спалось, Игорь.

– Что-то случилось? – сразу посерьёзнел он.

– Да. И я от этого схожу с ума.

– Ну, это уже лишнее, – качнул головой Игорь. – Рассказывай.

И, усадив меня за стол, сел рядом.

Слушал он очень внимательно, по своей привычке сразу делая какие-то пометки в блокноте. Когда я закончила, он, ещё раз просмотрев свои заметки, спросил:

– Как я понял, пока у тебя нет никаких конкретных зацепок, только твоё непонятное пророчество?

– В том-то и дело! – с отчаянием воскликнула я. – Я сама себя не понимаю. Ты же знаешь, к своим пророчествам я всегда относилась спокойно. Помнишь инцидент в межмирье, когда и к нам, и к вам из Портала вермигулы полезли? Тоже ситуация была опасная, но я к этому как-то по-деловому отнеслась: предсказала и предсказала, хорошо, что вовремя – подготовиться успели. И там, у себя, ещё пару раз тоже предсказывала серьёзные неприятности. Но никогда ещё себя так не чувствовала. Меня просто трясёт от страха. И не могу понять, почему. То ли нервы расшатались, то ли действительно грядёт какой-то ужас, а мы, из-за невнятности моего предсказания, окажемся к нему не готовы. Конечно, есть вероятность, что опасность угрожает не всем нам, а только Стэнну, и именно поэтому я так психую. Но всё-таки решила тебя предупредить. Может, стоит около Портала на пару недель дополнительный пост поставить? На всякий случай?

– Может быть, – задумчиво согласился Игорь. – Бессмысленного паникёрства за тобой раньше не замечалось. Пожалуй, пост мы тут действительно поставим, пока ситуация не прояснится.

И повернулся к Бабе Яге, внимательно слушавшей наш разговор:

– Уж не обессудьте, Ефросинья Анисимовна, придётся вас потеснить немного. Поставим на поляне у Портала палатку, поживут здесь мои парни неделю-другую. Вы уж их не обижайте, обедами покормите. Продуктами мы вас, естественно, обеспечим.

– Конечно, милый, не сумлевайся, – серьёзно ответила колдунья. – Нешто я не понимаю?

Я улыбнулась: не знаю, как там будет с ожидаемым ужасом, а в том, что ребята откормятся на бабушкиных харчах, сомнения не было. На душе немного полегчало. Игорь – хороший начальник и сильный колдун. Организовать охрану объекта сможет по всем правилам магического искусства. Да и его ребята свой хлеб не зря едят. Если что – отпор дать смогут.

– Спасибо, Игорь. Я боялась, что ты тоже мои страхи всерьёз не воспримешь.

– Тоже? – вопросительно поднял бровь полковник. – Неужели Тайные полицейские твоему пророчеству не поверили?

– Да как сказать… Рэвалли, вроде, и верит, но как-то… не до конца. Считает, что опасность Стэнну угрожает. А я чувствую, что Стэнн будет только первой ласточкой, и всё намного серьёзнее. Так что держите ухо востро.

Игорь кивнул, а я встала, заканчивая разговор:

– Пойду я. Надо узнать, как у Стэнна дела.

– До встречи, Елена, – кивнул Игорь и, попрощавшись со старичками, исчез. А я, в сопровождении вызвавшейся меня проводить Ефросиньи Анисимовны, пошла к Порталу.

– Слышь, милая, – проговорила по дороге Баба Яга. – Не переживай так. Наладится всё, вот увидишь.

– Надеюсь, – вздохнула я и, обняв напоследок худенькую старушку, шагнула в Портал.

СТЭНН

– Делегация из Кэтанга: Его Высочество наследник престола Гэйнис Третий и начальник Тайной Магической полиции лорд Стэнн Фарроас, – торжественно объявил встречающий прибывающих гостей стражник, и к двери Общественного пути подъехала карета, сопровождаемая пятью охранниками. Один из них спешился, низко поклонился Его Высочеству и почтительно, но твёрдо произнёс:

– Ваша охрана больше не нужна, можете отправить её обратно в Кэтанг. Здесь охранять вас будем мы.

Стэнн переглянулся с дядей и посмотрел на соседнюю дверь. Там как раз прибыла делегация из Лаверии. Стэнн увидел, как гневно нахмурился правитель Тайватис Сиятельный, услышав такой же приказ, как переглянулся он с сыном и начальником своей охраны, но ничего не сказал. Кивком отпустил охрану и пошёл к карете. Впрочем, его и без стражи было кому охранять: приехавшие с ним придворные заполнили восемь карет.

Стэнн снова посмотрел на дядю. Гэйнис повернулся к Королевским Колдунам:

– Отправляйтесь обратно. Ждите нас послезавтра утром.

Вэллэк нахмурился, хотел что-то сказать, но, бросив взгляд на уходящую в двери Общественных путей стражу Тайватиса, промолчал. Посмотрел на остающихся родственников, мрачно вымолвил на мыслеречи: «Не нравится мне всё это. Будьте осторожны, ребята», и первым вышел в двери. За ним ушли остальные Колдуны Короля.

– Что ж, поехали, – Гэйнис решительно забрался в карету, уселся на мягкое сиденье. Стэнн сел напротив.

Карета тронулась, покачиваясь, миновала шлагбаум и начала набирать ход.

Некоторое время седоки хранили молчание. Потом Стэнн начал разговор на мыслеречи, прикрыв её щитом от прослушки:

«Тебе не кажется это странным?»

«Что именно?»

«С Тайватисом приехала толпа придворных, причём все были с приглашениями и внесены в список прибывающих. А мы пришли вдвоём, и охрану у нас отослали. Но ведь у нас тоже есть знатные лорды, которые вполне могли бы прибыть на коронацию».

Гэйнис помолчал, глядя в окно, потом угрюмо ответил:

«Больше всего я сейчас хочу тебя тоже отослать домой. Слишком откровенно нам дают понять, что мы здесь – лишние».

«Я не уйду», – мотнул головой Стэнн.

«Я знаю, – вздохнул Его Высочество. – Поэтому и не отсылаю».

«Я не могу оставить тебя совсем без охраны. Ты – наследник престола, ты должен вернуться в любом случае».

Гэйнис недовольно поморщился:

«Если бы ты знал, как мне надоело это слышать: наследник престола, наследник престола. Какой из меня наследник! Престол должен принадлежать Джэффасу. Вот кто стал бы настоящим королём. А я… Не моё это».

«Отец не может стать королём, – усмехнулся Стэнн. – Значит, и говорить не о чём. Раз другой охраны больше нет, охранять тебя должен я. Так что придётся тебе терпеть моё присутствие».

Гэйнис тоже усмехнулся, скрывая тревогу:

«Перетерплю как-нибудь. Главное, не отходи от меня ни на шаг. Мне почему-то кажется, что охота пойдёт на тебя, не на меня».

Стэнн не ответил.

Остальную дорогу ехали молча. Гэйнис, откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза, на мыслеречи разговаривал с королём и Джэффасом, пытаясь просчитать вероятные варианты нападения на Стэнна. Стэнн, отвернувшись к окну, рассматривал не спеша проплывающие мимо пейзажи и взявших карету в кольцо охранников. Он не вмешивался в разговор волнующихся за него родственников, даже не слушал его. Зачем переживать из-за того, чего изменить не в силах? Вернуться в Кэтанг он не может: не имеет права оставить Гэйниса без охраны и поддержки. А будет нападение или нет, ещё неизвестно. Возможно, Йонтаррес просто решил показать им своё отношение к Кэтангу и дать понять, что любовью и уважением королевская семья в Хобхорро пользоваться не будет. То, что их делегация такая маленькая в сравнении с делегациями других стран, уже достаточное унижение. И, возможно, на этом Йонтаррес и успокоится.

В любом случае они буду осторожны.

Наконец, карета остановилась. Соскочивший с лошади начальник охраны открыл дверцу, и Стэнн, выйдя первым, оглядел окрестности.

Их привезли к самому дворцу. От ступенек широкого крыльца отъезжала последняя карета из кортежа Тайватиса Сиятельного, а сам он со свитой уже поднимался по лестнице.

Дворец был приземистый и коренастый, как сами гномы. Двухэтажный, с высокими узкими окнами, он весь состоял из выступов и углублений, круглых и прямоугольных башенок. Крышу не было видно из-за высоких зубцов, служащих, в случае осады, защитой для стрелков.

Огромные, в два человеческих роста, двери дворца были распахнуты настежь, и в них беспрерывной чередой заходили приглашённые.

Стэнн шагнул в сторону, давая выйти дяде. Гэйнис окинул взглядом дорогу, ведущую к дворцу, на которой через каждые три метра стояли стражники, поднял глаза на крышу, где из-за зубцов выглядывали лучники, и присвистнул:

– Ты смотри, какая охрана.

– Теперь вы убедились, что вам не о чём беспокоиться? – высокомерно спросил всё ещё стоящий рядом с каретой стражник. – Вы в полной безопасности.

А Стэнн подумал, что в случае нападения им через такую охрану не прорваться. Но вслух об этом говорить не стал.

Их провели во дворец, где они долго плутали по переходам постоянно пересекающихся коридоров, пока, наконец, не вышли к левому крылу, где каждому из них были предоставлены покои, состоящие из двух комнат: гостиной и спальни.

– Церемония прощания с Его Величеством начнётся через полтора часа, – объявил их провожатый. – После неё – траурный обед. Затем вы будете свободны до завтрашнего утра. Через час за вами придут и проводят в мемориальный зал. А пока – отдохните с дороги.

И, поклонившись, быстро ушёл.

В свои покои Стэнн даже заходить не стал, сразу прошёл к Гэйнису. Окинул взглядом с порога довольно большую комнату, раскинул магическую сеть внутреннего видения, но никаких необычных заклинаний, кроме стандартных охранных, не нашёл и, кивнув дяде, прошёл внутрь:

– Здесь всё в норме. Сейчас спальню посмотрю.

Открыл дверь в дальней стене, полюбовался на широкую кровать под тёмно-лиловым балдахином. Сразу вспомнилась Селена, но он усилием воли отогнал эти приятные мысли. Сначала надо было убедиться в безопасности этой самой кровати, а потом уже предаваться мечтаниям.

Но и в спальне, и в находящейся рядом ванной никаких дополнительных заклинаний не обнаружилось, и Стэнн с облегчением уселся на кожаный диван в гостиной и, вытянув ноги, с удовольствием потянулся:

– Теперь можно и отдохнуть.

Но Гэйнис прижал палец к губам:

«Разговаривать будем на мыслеречи. Вслух – только на нейтральные темы».

«Думаешь, прослушивают?» – Стэнн снова окинул взглядом комнату, пытаясь понять, куда могли спрятать амулеты слежения. Потом встал и уверенно подошёл к вазе, полной пышных цветов. Осторожно развёл в стороны колючие стебельки и, повернувшись к Гэйнису, кивнул:

«Есть».

Гэйнис усмехнулся и сел в кресло:

– Хорошие покои отвёл нам Его Высочество. Удобные.

– Да, – улыбнулся Стэнн, возвращаясь на диван. – Идти только далековато из зала, но, думаю, не заблудимся.

– Возьмёшь провожатого, если что, – отмахнулся Гэйнис. – Тут прислуги полно.

Они помолчали. Потом Гэйнис встал:

– Пожалуй, надо переодеться. Нехорошо на похороны идти в дорожной одежде.

Стэнн кивнул, и оставленный у входа баул подлетел к нему и опустился на диван.

Переоделись в тёмно-коричневые костюмы – цвета траура в Хобхорро. Потом Гэйнис снова уселся в кресло и начал рассеянно разглядывать оставленный слугой свиток с расписанием мероприятий, а Стэнн, побродив по комнате, остановился перед картиной, изображавшей короля Йонаратоса с охотничьим трофеем. Король стоял, гордо выпрямившись, обеими руками держа арбалет, а ногу поставив на огромного кабана, из-под которого широкой струёй текла кровь, собираясь в большую лужу. И глаза короля как-то неестественно поблёскивали.

Стэнн внимательно рассмотрел картину:

– Хороший художник рисовал. Смотри, Его Величество здесь, как живой.

И добавил на мыслеречи:

«Аж моргать боится, так внимательно на нас смотрит».

Гэйнис встал, подошёл ближе:

«Подсматривают?»

«И ещё как! Глаз не сводят!»

– Да, Его Величество был великолепным охотником, – сказал Гэйнис, с сожалением преодолевая чисто мальчишеское желание показать следящему язык. – Я помню, как он этого кабана завалил. С первого выстрела.

Стэнн улыбнулся:

– Я, увы, на этой охоте с ним не был. Но поверю тебе на слово.

И глянул на висящие на стене часы:

– Что-то наш провожатый задерживается. Пора бы уже ему появиться.

И в этот же момент раздался осторожный стук в дверь, и на пороге появился слуга. Вежливо поклонился и проговорил:

– Прошу вас следовать за мной.

Колдуны переглянулись и вышли следом за провожатым.

Похороны прошли спокойно и пышно. Дорога к фамильному склепу, врубленному в ближайшую к дворцу гору, вся была выстлана коврами, а на обочине, почти вплотную друг к другу, стояла охрана: один человек лицом к дороге, второй – к дороге спиной, чтобы видеть окрестности. Вообще-то, стоять спиной к Королевскому шествию считалось величайшим преступлением, но на сей раз Йонтаррес пошёл на это нарушение закона. Собственная безопасность оказалась для него дороже свода правил. Впрочем, стражники тоже были не лыком шиты и понимали, что настроение короля – штука изменчивая. Поэтому при приближении Его Величества поворачивались и вытягивались в струночку, преданно пожирая его глазами, а потом снова отворачивались, уже не обращая внимания на идущих следом правителей других государств и местную знать.

Сам склеп был довольно ярко освещён множеством настоящих факелов: чадящих, потрескивающих и отбрасывающих на стены неровные тени. Йонтаррес был приверженцем старинных традиций.

«Хорошо, хоть во дворце уже магические кристаллы стоят», – проворчал на мыслеречи Гэйнис, и Стэнн едва сдержал неуместную при этих обстоятельствах усмешку.

Обряд жрецы провели торжественно, но поспешно, опасливо поглядывая на нетерпеливо подскакивающего на месте наследника и, закончив, с облегчением поклонились и отошли в сторону, под прикрытие статуй Богов.

Стража закрыла тело, опущенное в каменную гробницу, тяжёлой каменной плитой, Йонтаррес в последний раз склонил голову перед навеки упокоившимся отцом и, развернувшись, быстро вышел. Свита едва поспевала за новым монархом. Жрецы задумчиво смотрели ему вслед.

Прибывшие на похороны делегации, проводив Йонтарреса взглядом, не спеша вышли из склепа и пошли в большой церемониальный зал на траурный ужин, прошедший в мрачном молчании, а потом разошлись по своим комнатам.

Стэнн, как и договаривались, остался ночевать в покоях Гэйниса.

СЕЛЕНА

В Кэтанге стояла тихая летняя ночь. На небе сияла полная луна, освещая сад лучше всяких фонарей. Я сидела на скамейке у фонтана и, слушая стрёкот цикад, предавалась грустным размышлениям. Стэнн, с которым я только что закончила разговаривать, был спокоен: никаких эксцессов на похоронах не было, всё прошло чинно и значительно. Народ рыдал – усопшего короля действительно любили. Знать скорбела, с опаской поглядывая на преемника, не зная, чего от него ожидать. Сам принц выглядел, скорее, довольным, чем подавленным и с нетерпением ожидал коронации. Словом, обстановка была нервозная, но явной опасности не ощущалось.

«Так что не переживай, Селена. Я думаю, наша миссия завершится благополучно, и послезавтра мы будем уже дома», – закончил он. На этой оптимистичной ноте мы и распрощались. И тем не менее тревога моя никуда не делась. И сейчас я пыталась разобраться, что же меня волнует, почему я так упрямо жду неприятностей, хотя, вроде бы, ничего их не предвещает.

Что привиделось мне в этом злосчастном пророчестве? На осознанном уровне я увидела только женское лицо. Но ведь было ещё что-то… Надо попытаться вспомнить…

Я закрыла глаза и откинулась на спинку скамейки. Итак: я стояла в гостиной у стола… повернулась к Икэссе, чтобы поблагодарить её за помощь… и тут сердце словно ледяной рукой схватили… сжали… вытянули из меня все силы… настолько, что я даже покачнулась и за спинку стула схватилась, чтобы не упасть. Силы вытянули… Силу выкачали… Силу?! Лишили Силы?!

Я резко выпрямилась и открыла глаза. Сердце отчаянно билось. Перед глазами плыли разноцветные круги. Руки тряслись, как у запойного алкоголика.

Лишили Силы… Но кого? Меня? Стэнна? Тайных полицейских? Или вообще всех колдунов? Теперь понятно, почему меня так колотит. Для мага нет ничего страшнее, чем лишиться Силы. Я всего три года побыла колдуньей, но, если вдруг утрачу свои возможности, мне будет очень тяжело. А если их лишится Стэнн? Он не переживёт этого. Жизнь потеряет для него всякий смысл. Как и для любого другого колдуна из Тайной полиции. И что теперь делать?!

– Селена, что с тобой? – раздался над ухом встревоженный голос леди Икэссы. – На тебе лица нет!

– Что-то я сегодня весь день без лица хожу, – пробормотала я, вспомнив, что такими же словами встретила меня утром Ефросинья Анисимовна. И повернулась к свекрови: – Нэнисса, я пыталась разобраться в своём пророчестве.

– Судя по твоему виду, у тебя получилось? – Икэсса присела рядом на скамью, взяла меня за руку. – Ты вся дрожишь!

– Кто-то хочет лишить нас Силы, – сипло ответила я. – Не знаю, кто. Не видела. Но мощи он огромной. Сражаться тяжело будет. Надо сказать Рэвалли.

– Поздно уже, – начала было Икэсса, но, взглянув на меня, махнула рукой: – Зови, а то ведь спать не сможешь.

Через пять минут заспанный Рэвалли стоял рядом со мной, с трудом сдерживая зевок.

– Что случилось, Селена? Что-то со Стэнном?

– Нет, – мотнула я головой. – Пока – нет. Я разобралась в своём пророчестве, Рэв. Я знаю, что нам грозит.

– И что же? – заинтересовался колдун.

– Кто-то очень мощный и агрессивный хочет лишить нас Силы. И самое ужасное – у него это может получиться.

– То есть как – лишить Силы? – недоумённо глянул на меня Рэвалли. – Лишение Силы – сложный и длительный ритуал. Его невозможно провести сразу над всеми. А если этот кто-то начнёт отлавливать колдунов по одному, мы сможем дать ему отпор, кем бы он ни был.

– Я не знаю, Рэв, – устало сказала я. – Больше сказать ничего не могу. Но рада хотя бы тому, что разобралась в угрозе. А то была полная паника, а с чего, понять не могла. Думай дальше сам, я спать пошла. Что-то сегодня совсем вымоталась…

С трудом встала и, пошатываясь от навалившейся внезапно усталости, побрела к дому, оставив Икэссу и Рэвалли обсуждать моё расшифрованное пророчество.

СТЭНН

Ночью спали мало, по очереди, на диване в гостиной. В спальню уходить не стали, чтобы быть всегда под присмотром друг друга. Заклинание быстрого сна позволило каждому выспаться за час, и всю оставшуюся ночь колдуны знакомились с жизнеописанием Йонтарреса Великолепного, которое принёс им слуга в ответ на просьбу дать им почитать что-нибудь интересное.

Получив два экземпляра жизнеописаний, Стэнн и Гэйнис переглянулись, но возражать не стали. Вежливо поблагодарив слугу, уселись за стол и начали изучать полный дифирамбов текст.

Автор явно знал Йонтарреса не понаслышке, видимо, входил в его ближайшее окружение. В книге были описаны все подвиги, совершённые Йонтарресом с самого раннего детства. Такие, как спасение мышки от злой кошки, отданное нищему яблоко, вытирание слёзок у маленькой девочки, разбившей при падении коленку.

«А о том, что девочку наверняка сам Йонтаррес и толкнул, конечно же, умолчали», – подумал Стэнн, но вслух озвучивать мысль не стал, помня о прослушивающем амулете и подглядывающем портрете.

Дальше подвиги шли по нарастающей.

Схватился со злыми мальчишками, обижающими бродячую собаку.

«Интересно, как в заколдованный от проникновений дворцовый сад пробралась бродячая собака, и откуда там взялось столько злых мальчишек? – снова подумал Стэнн. – И куда смотрели стража и няньки, пока этот герой бился сразу с пятью врагами?»

Сразился с вором за семейную реликвию. Наглый вор, забравшись в опочивальню принца, попытался выкрасть древний артефакт, но проснувшийся принц храбро бросился в бой и, безоружный, связал вора и вернул драгоценную реликвию на место.

«А почему она хранилась в опочивальне, а не в сокровищнице или, на худой конец, в защищённом сейфе?» – задумчиво спросил на мыслеречи Гэйнис, и Стэнн, кивнув, усмехнулся: «И куда опять смотрели стража и дворцовые маги? Неужели в спальню принца так легко попасть?»

Посетил детской приют. Наставлял на путь истинный бедных сироток, рассказывая, как должны себя вести добропорядочные граждане.

«Был я в этом приюте, – поморщился Гэйнис. – Лучше бы он им денег на ремонт дал».

Спас от наводнения курабанча – редкого зверя, уже почти полностью уничтоженного из-за своего нежного мяса и ценного меха.

«Угу, – хмыкнул Стэнн. – А потом пристрелил его на ужин. Мясо у него действительно вкусное. Он из-за этого за курабанчем и помчался. Только спасал его не он, а оруженосец. Вымок парнишка до нитки, заболел потом».

«Откуда знаешь?»

«Имел честь присутствовать. Это как раз на той охоте было, после которой Йонтаррес меня невзлюбил. У него тогда невезучий день был. Сперва по кабану промахнулся чуть ли не с двух шагов, пришлось мне его спасать от раненого зверя, потом за оленем погнался – в овраг свалился вместе с конём, опять я их обоих доставал, да ещё и ногу ушибленную ему лечил. А потом он за курабанчем помчался и слетел с коня так, что штаны на заду порвал, да ещё и в лужу сел. И я опять неподалёку оказался. Вот и стал ему врагом злейшим».

– Да-а-а, – протянул Гэйнис, откладывая книгу и прикрывая глаза, чтобы не заметил наблюдатель плещущуюся в них излишнюю весёлость. – Какой замечательный человек Его Высочество Йонтаррес. Недаром носит свой титул – Великолепный. Думаю, он будет великим королём.

– Я в этом не сомневаюсь, – так же серьёзно отозвался Стэнн и сжал губы, чтобы не вырвалась на свободу ехидная усмешка.

И тут в дверь постучал слуга и пригласил сиятельных лордов на завтрак.

Следом за слугой они спустились в столовую, где уже был накрыт огромный стол. Раскланялись с Его Величеством Тайватисом Сиятельным, правителем эльфов, поговорили с Владыкой Дарстена Великим Драконом Дрордэйшкирстрианграхором дер Лордриакрейдривалограсфром, который уже давно разрешил им по-дружески назвать себя просто Великим Владыкой Стрианграхором. Потом пошли к столу, и тут Стэнн услышал:

– Лорд Стэнн? Я не ошиблась?

Стэнн оглянулся.

К нему подходила женщина, притягивавшая взоры всех находящихся в зале мужчин. Идеально правильные черты лица, большие тёмно-серые глаза, глядящие на опешившего принца с любопытством и лёгкой насмешкой, пухлые, чуть приоткрытые, влажно блестевшие губы, длинные густые волнистые волосы, небрежно переброшенные вперёд и прикрывающие откровенно выглядывающую из корсета высокую пышную грудь, тонкая талия, округлые бёдра. И даже короткие ноги, умело задрапированные складками длинного платья, не портили общего впечатления. Не женщина, а мечта… недостижимая мечта. Фаворитка Йонтарреса – леди Йонтисса.

«Её ещё здесь не хватало! – услышал Стэнн встревоженную мыслеречь Гэйниса. – Стэнн…»

«Я не дурак, дядя! – перебил его племянник. – Кажется, начинает сбываться предсказание Селены про красивую женщину».

«Будь настороже!»

Ответить Стэнн не успел. Мягко покачивая бёдрами, Йонтисса подошла почти вплотную, протянула руку для поцелуя, промурлыкала зазывно, так, что по коже мурашки пробежали:

– Лорд Стэнн, доброго дня. Давно мечтала с вами познакомиться…

И, бросив многозначительный взгляд, продолжила, добавив в голос лёгкой хрипоты:

– Поближе…

– Доброго дня, леди Йонтисса, – поклонился Стэнн, прижал руку к губам, почувствовав бархатистость тонкой кожи. – Рад встрече.

– Что ж вы нас совсем не балуете своим присутствием? – укоризненно проворковала леди. – Три года у нас не появлялись.

– Дела, дела, – преувеличенно скорбно вздохнул начальник Тайной полиции.

– Ох, уж, эти мужчины, – усмехнулась Йонтисса. – Вечно у них какие-то дела. Но сегодня я вас не отпущу. Сегодня вы – мой!

– А как же Его Величество? – осторожно осведомился принц.

– Его Величеству сегодня не до меня, – капризно отмахнулась девушка. – Он будет принимать поздравления, сидеть на троне, наводить какие-то мосты с правителями… Мосты наводить! Можно подумать, что он – мостостроитель. Словом, он сказал, что мне будет скучно это слушать и разрешил выбрать себе на вечер кавалера. Вот я и выбрала вас. На сегодняшнем балу мы будем самой красивой парой, лорд Стэнн. Все только на нас смотреть и будут.

– Все сегодня должны смотреть на Его Величество, а не на нас, – серьёзно ответил Стэнн. – Это его праздник.

– О, о нём не беспокойтесь, он и так всегда в центре внимания, – улыбнулась Йонтисса. – Жду вас на балу, лорд Стэнн. Будьте уверены, мы с вами хорошо проведём время.

И леди, снова зазывно улыбнувшись, провела кончиками пальцев по щеке закаменевшего мужчины и, покачивая бёдрами, не спеша двинулась к началу стола, где сидели ближайшие придворные Его Величества.

Стэнн проводил её взглядом и повернулся к Гэйнису.

«Как по-твоему, Йонтаррес в курсе её действий?»

«Думаю, он её сюда и отправил. Сомневаюсь, что она не знает о его отношении к тебе. Вряд ли бы она по доброй воле рискнула навлечь на себя гнев монарха, флиртуя с его недругом».

«Ты прав», – согласился Стэнн и направился к столу. Пока он разговаривал с фавориткой принца – пока ещё принца! – все уже расселись, и они одни торчали посреди зала, привлекая к себе взгляды окружающих.

Едва они сели, как в зал вошёл распорядитель бала и, встав во главе стола, громогласно объявил:

– Многоуважаемые гости: Ваши Величества, Ваше Высочество, лорды и леди, спешу сообщить вам, что сразу после завтрака в большом церемониальном зале состоится великое событие – коронация Его Высочества Йонтарреса Великолепного, после которой там же, в зале, начнётся бал. Но хочу предупредить: для обеспечения вашей безопасности перед входом в зал вам надлежит сдать всё оружие, а также боевые и защитные амулеты нашим магам. Это касается всех, и вас, Ваши Величества, тоже, – церемониймейстер сделал учтивый поклон в сторону правителей Дарстена и Лаверии. – Не беспокойтесь: перед отъездом домой вам всё вернут в целости и сохранности. Также хочу сказать, что зал защищён от любого магического воздействия, так что колдовать и разговаривать на мыслеречи в зале вы не сможете. Все эти меры, повторяю, приняты лишь для того, чтобы обеспечить вам полную безопасность и дать возможность весело провести время, отмечая с нами великое событие восхождения на трон нового короля Йонтарреса Великолепного.

Зал встретил это сообщение гробовым молчанием. От Владыки пахнуло волной недовольства, но он ничего не сказал, только губы поджал, да прищурился презрительно. Тайватис Сиятельный что-то шепнул своему сыну и снова надменно выпрямился, и Стэнн понял, что эльф, очень трепетно относящийся к своим амулетам, являющимся семейными реликвиями, не простит Йонтарресу подобного неуважения к его святыням.

Впрочем, и он промолчал. Видимо, оба монарха решили пока с Йонтарресом не связываться, перетерпеть церемонию коронации. Но отношения с великими государями Йонтаррес уже испортил, это точно.

«Хорошо, что удалось отговорить дедушку, – проворчал Гэйнис. – Ему бы тут точно не понравилось».

Стэнн усмехнулся, кивнул и порадовался предусмотрительности Селены, зачаровавшей подаренный ею кулон так, что даже отсутствие магии не могло помешать ему быть невидимым. И, отбросив посторонние мысли, пододвинул к себе тарелку с салатом: о неприятностях подумать можно и потом, а завтрак скоро закончится.

СЕЛЕНА

Утром со мной связался Стэнн и предупредил, что они с дядей целый день и большую часть ночи проведут в бальном зале, где сначала пройдёт коронация, а потом – её празднование. Новый король Хобхорро Йонтаррес, судя по беспрецедентным мерам безопасности, которыми окружили предстоящее событие, был параноиком. По всему дворцу на каждом шагу стояла верная стража, маги короля у входа в зал коронации отбирали боевые и защитные амулеты и оружие, а сам зал был полностью блокирован от проявления любых видов магии, в том числе и мыслеречи. Поэтому муж и решил меня заранее предупредить, чтобы я не разволновалась, не сумев с ним связаться.

«А в целом всё достаточно спокойно, – закончил он. – Так что ты за меня не волнуйся. Завтра мы вернёмся, и ты посмеёшься над своими страхами».

«С удовольствием посмеюсь, – согласилась я. – Ты, главное, возвращайся».

На этом мы и распрощались. Стэнн пошёл на коронацию, а я отправилась на занятия в Тайную Магическую Школу. Учиться в ней сейчас было одно удовольствие, потому что большую часть предметов я уже сдала. И если предыдущие три года я целыми днями что-то зубрила: анатомию и зельеварение, законодательства и языки народов Сэлларии, драконоведение и эльфийские руны, и ещё кучу другой информации, то теперь занималась только обязательной физической подготовкой, магическим целительством у Кэрвана, боевой магией у Стэнна и, периодически, когда Лэррис вспоминал ещё что-нибудь интересное, сотворением амулетов. Впрочем, амулеты я уже могла создавать сама, и это было ещё интереснее, чем запоминать кем-то изобретённые. Амулетоведение мне очень нравилось, поэтому, решив отвлечься от тяжёлых дум, я пошла к Лэррису с надеждой выпытать у него ещё что-нибудь новенькое.

Но мне не повезло. Лэррис оказался занят: у него сидел второй и последний на данный момент ученик Школы Нэйтас Джэллиас. Впрочем, я зря сказала о невезении. Нэйтас – человек, которого я всегда рада видеть. Когда-то он работал полицейским в Трамене, после помогал мне искать Стэнна, затем вместе с нами ловил Гэттора. Дважды спасал меня от гибели, а потом и сам едва не погиб, заслонив меня от смертельного заклинания. Так что Нэйтас для меня больше, чем просто приятель. Я знаю, что на него я могу положиться целиком и полностью: он не предаст и не подведёт.

Увидев меня, Нэйтас засиял, словно лампочка изнутри зажглась. Впрочем, это была его нормальная реакция на моё появление. Парень был в меня влюблён, давно и безнадежно. Я об этом знала, он знал, что я знаю… Сначала он переживал из-за того, что не смог скрыть от меня свою любовь, потом как-то попривык… мы оба привыкли к такому положению дел, приняли его, как данность. И теперь просто радовались нашим встречам. Вот и сейчас, увидев этого молодого колдуна, я почувствовала, как потеплело у меня на душе, и даже тревога моя, кажется, уменьшилась, забилась в дальний уголок души, чтобы не мешать нашему нечаянному свиданию.

– Леди Селена, доброго дня! – Нэйтас вскочил, приветствуя меня.

– Доброго дня! – поздоровалась я сразу с обоими мужчинами.

Лэррис кивнул и вопросительно посмотрел на меня:

– Что-то случилось, Селена?

– Нет, – мотнула я головой. – Просто Стэнн уехал, а я за него переживаю.

– Не рассказывай сказки, – поморщился колдун. – Ты вся на взводе. У тебя было видение?

– Какие вы все проницательные, – проворчала я, отводя глаза от сразу встревожившегося Нэйтаса. – Ничего от вас не скроешь. Ну, было какое-то пророчество. Только я ничего толком не поняла.

– Рассказывай, – приказал Лэррис. Внимательно выслушал очередную волну моих причитаний и сварливо прокомментировал:

– Замечательно! На нас тут какой-то Бог войной идти собирается, а она, вместо того чтобы тревогу бить, скромной овечкой прикидывается.

– Да я второй день ко всем пристаю со своим пророчеством, а никто внимания не обращает! – возмутилась я. – И Стэнн, и Рэвалли, и Икэсса в один голос твердят, что я перестраховываюсь и пытаются меня убедить, что всё в порядке будет!

И тут до меня дошло, что именно сказал Лэррис. Я вытаращилась на него и испуганно переспросила:

– Бог? На нас войной? С чего ты взял?

– А кто ещё может отнять Силу сразу у всех? – пожал плечами этот толкователь пророчеств. – Лишать колдунов Силы по одному – бессмысленно: этого мастера сразу вычислят и охоту на него устроят. А вот оставить без магии всю страну или даже планету – такое под силу только Богу.

– Напророчила… – пробормотала я, пытаясь осознать масштаб грозящего нам бедствия.

– Да уж, – усмехнулся Лэррис. – Ты бы как-то поосторожнее с пророчествами.

– И что теперь делать?

– Сейчас – ничего. Подождём, когда Стэнн вернётся, соберём совещание, вот тогда и подумаем. А ты пока угомонись и перестань трястись. Ты своё дело сделала, нас предупредила, дальше уже наша работа.

Он был абсолютно спокоен, и я вдруг выдохнула и села:

– Ты меня утешил, Лэррис. А то я совсем уже извелась.

– Я заметил, – снова усмехнулся артефактник и предложил: – Научи-ка лучше Нэйтаса амулет «Близкая опасность» делать. Да и себе сделай. И, если вдруг куда поехать придётся, обязательно его надень.

– Хорошо, – кивнула я. – А потом я вам покажу способ, как можно под амулет молчания забраться, даже не обладая большой ментальной силой. Я его на днях изобрела. Теперь надо придумать, как укрепить амулет, чтобы этот способ перестал быть действенным.

– Видишь, Нэйтас, как можно себя работой загрузить, не выходя из дома? – съехидничал маг, но потом посерьёзнел и попросил: – Без меня не показывай, ладно? Я сейчас уйду ненадолго, пока вы амулетом заниматься будете, а потом вернусь, и вот тогда – не раньше! – ты нам своё изобретение продемонстрируешь.

– Слушаюсь! – улыбнулась я. – Обещаю подождать твоего возвращения.

Лэррис вышел, и мы с Нэйтасом остались вдвоём.

– Что зачаровывать будем? – села я на стул рядом с парнем.

– Вот, посмотрите, – Нэйтас протянул мне большое массивное кольцо с печаткой. – Такое подойдёт?

– Вполне, – кивнула я. – Но только в том случае, если ты будешь его постоянно носить. Для этого амулета подходит то, что напрямую соприкасается с кожей. Лучше всего – браслеты и кольца. Правда, действие у них немного разное: в случае опасности браслеты будут сжимать руку, а кольца – нагреваться. Так что смотри, что тебе удобнее.

Нэйтас внезапно покраснел и снова полез в карман:

– У меня ещё вот… браслет есть. Его тоже зачаруем, хорошо?

Я с интересом посмотрела на симпатичную безделушку… и удивлённо подняла брови: на витом золотом ободочке сверкал в ажурной оправе довольно крупный стразолит. Хм… браслет, при всей своей кажущейся простоте, стоил дорого, и вряд ли он достался Нэйтасу в наследство от любимой бабушки. Неужели у нашего скромника наконец-то девушка появилась? Что ж, пусть своей зазнобе он браслет сам и зачаровывает. Я перевела взгляд на парня:

– Давай так: я показываю тебе заклинание на кольце, а ты повторяешь его на браслете.

Нэйтас поспешно закивал:

– Я так и хотел.

– Тогда смотри…

Начали мы с самого простого витья, а когда Нэйтас смог его повторить, я усложнила задание и несколько раз показала, как сделать такие плетения, чтобы их не смог распутать самый ушлый маг. Лэррис, этот гений-артефактник, в своё время научился плести заклинания, вставляя в них усиливающие воздействие невидимые нити, догадаться о которых можно было только по неочевидным признакам, а уж найти – и того сложнее. И научил этой премудрости меня. А я сейчас попыталась передать этот способ Нэйтасу, честно говоря, без особой надежды на успех. Но, к моему удивлению, с какой-то несчётной попытки он справился с этим нелёгким делом и, весь взмокший от напряжения, с гордостью продемонстрировал мне зачарованный браслет:

– Вот. Кажется, получилось!

Я осмотрела браслет со всех сторон и качнула головой:

– Молодец! Всё правильно сделал!

– Давайте проверим, как они работают, – предложил парень. – Я надену кольцо, а вы – браслет.

– Давай, – согласилась я, лёгким движением пальца застёгивая браслет на запястье. Вытянув руку, полюбовалась сверкающим камушком – до чего красив! И повернулась к Нэйтасу, следящему за моими действиями каким-то странным взглядом: – Где-то тут у Кэрвана грибочки ядовитые были для настоек, давай их призовём.

И через минуту мы в полной мере насладились ощущениями от зачарованных вещичек: браслет довольно сильно сжал мою руку, а Нэйтас удивлённо воскликнул:

– Так жжёт здорово! Не заметить невозможно.

– Ну и хорошо. Значит, всё правильно сделали, – кивнула я, собираясь снять браслет. Но Нэйтас вдруг поспешно сказал:

– Не надо, леди Селена.

– Что не надо? – не поняла я.

– Не снимайте браслет. Я его для вас зачаровал.

– Что-о-о? – изумление в моём голосе было безграничным.

А Нэйтас, покраснев, как солнце на закате, тем не менее взгляд не отвёл, и твёрдо сказал:

– Леди Селена, скоро исполнится три года, как мы с вами познакомились. И мне захотелось сделать вам подарок. Я понимаю, конечно, что лорд Стэнн… он, наверное, сделает вам подарок побогаче… но я… мне… пожалуйста, леди Селена… не отказывайтесь…

Решимость его убывала на глазах…

– А что скажет Стэнн, ты подумал? – вздохнула я.

Нэйтас отвёл глаза:

– А лорду Стэнну я сам скажу. Когда он вернётся.

Я опять вздохнула. Стэнн и без всяких подарков долгое время ревновал меня к Нэйтасу. Сейчас, вроде, ревность примолкла, но кто знает, что получится, когда муж увидит этот браслет. С другой стороны, и парня обижать не хотелось. Поди, несколько месяцев деньги копил, чтоб не дешёвой безделушкой принцессу одаривать. А ещё… ну, каюсь, грешна… но этот браслет так хорошо будет смотреться вместе с подаренным Стэнном колье…

Я снова вытянула руку и полюбовалась переливающимся на свету камушком, потом повернулась к затаившему дыхание в ожидании моего решения парню:

– Не рановато ли ты мне его даришь? Мы со Стэнном позавчера отмечали третью годовщину моего появления здесь. А ведь с тобой мы встретились намного позже.

– Я помню, – кивнул он. – Но мне почему-то очень захотелось зачаровать его и подарить именно сегодня. Если бы вы сюда не пришли, я бы сам к вам пошёл.

– Даже так? – удивилась я. – Ты что-то почувствовал?

После того, как я поделилась с Нэйтасом полученной мной у Богов Силой, у него появился дар предвидения. Небольшой, правда, слабенький, касающийся только самого Нэйтаса. Скорее, его можно было назвать обострившейся интуицией. Но этот дар уже несколько раз спасал его от неприятностей, и поэтому колдун относился к своим новоявленным способностям очень серьёзно и никогда не игнорировал их проявления.

В ответ на мой вопрос парень только плечами пожал:

– Не знаю. Просто показалось, что с подарком тянуть не надо. Может быть, тут дело не в браслете, а в зачарованном амулете, и можно было подарить любую верёвочку, заколдовав её заклинанием от опасности, но я решил, что браслет будет смотреться лучше.

– Ну, да, – усмехнулась я. – Верёвочку носить было бы не так приятно. Спасибо, Нэйтас. Браслет очень красивый. Я б сама себе лучше подарка не выбрала.

Нэйтас перевёл дух и начал возвращаться к естественному цвету. И тут пришёл Лэррис. Мы похвастались ему получившимися амулетами, потом я показала, как можно проникать под амулет молчания, затем мы все вместе пытались ликвидировать эту прореху в защите. После этого колдун продемонстрировал древний артефакт, нечаянно попавший к нему в руки, и мы долго пытались разобраться, что на нём наверчено и для чего он служил. Словом, домой я вернулась уже под вечер, заручившись обещанием Лэрриса собрать совещание по поводу моего пророчества сразу, как только начальник вернётся с коронации, и, поужинав, завалилась спать…

…А ночью меня разбудила резкая боль, словно под лопатку нож воткнули. Я подскочила на кровати и сначала даже не поняла, где я нахожусь. И безуспешно попыталась вспомнить, что мне приснилось, какие опасности меня подстерегали во сне? Да и во сне ли? А главное – меня или Стэнна?

Так ничего и не поняв, я встала и подошла к открытому окну. На небе сияла огромная Луна, тёплый летний ветер шевелил неплотно задёрнутые шторы, шелестел листьями деревьев. Сад жил неторопливой ночной жизнью: где-то стрекотали цикады, возле прудика квакали лягушки. Неподалёку периодически вскрикивала какая-то птица. Возле сияющего у крыльца фонаря вились ночные мотыльки и мошки. Всё было как всегда. Мирная, спокойная жизнь.

Отчего же мне так тревожно?

Посмотрела на браслет. Камушек мягко светился в темноте, отражая лунный свет. Что ж, непосредственная опасность мне не угрожает, иначе браслет дал бы мне знать. Надо ложиться. Совсем скоро вернётся Стэнн, и хороша я буду, если встречу его с кругами под глазами и заспанной физиономией.

Плотнее задёрнула шторы, чтобы свет полной Луны не навевал кошмары, легла в постель и усыпила себя простеньким сонным заклинанием.

СТЭНН

Бал продолжался уже шесть часов, и Стэнн чувствовал, как накапливается усталость и от постоянного шума, и от танцев, и, главное, от навязчивого внимания леди Йонтиссы, не отходящей от него ни на шаг и постоянно гоняющей его то за вином, то за пирожными. В первый раз, после просьбы Йонтиссы принести ей какого-нибудь сока, Гэйнис пошёл с ним: столы с напитками стояли довольно далеко от диванчика, где пристроилась отдохнуть капризная леди, и дядя не решился отпустить его одного. Оправдал это тем, что тоже хочет пить. Но когда Йонтисса попросила пирожных, а потом – вина, Стэнн понял, что ходить вдвоём – не самое удачное решение. К тому же и леди насмешливо поинтересовалась: неужели начальник Тайной полиции не в состоянии сам принести бокал и нужно для этого тащить за собой Его Высочество?

На этот выпад Стэнн ничего не ответил, усмехнулся только, да ручку даме поцеловал. И, бросив предостерегающий взгляд на дядю, ушёл один.

Когда он вернулся, Йонтисса, легко помахивая веером и отпивая вино из поданного Стэнном бокала, проговорила:

– Вы так напряжены, принц. Вы чего-то опасаетесь?

– Ну, что вы, – улыбнулся тот. – Тут такие меры безопасности приняты. Чего можно опасаться в зале, полном стражников и королевских магов?

– И я так думаю, – радостно улыбнулась леди. – Пойдёмте танцевать!

И утащила его в противоположный конец зала.

Гэйнис скрипнул зубами: не зря она весь вечер рядом со Стэнном вертится. Не зря. А он ничего не может поделать, не знает, как защитить племянника. Не пойдёшь же танцевать третьим в их паре. Скорей бы уже закончился этот бал!

Но бал был в самом разгаре. Ещё только-только звёзды на небе высыпали, а по протоколу праздник продлится до самого утра. И никто не посмеет покинуть зал до тех пор, пока не уйдёт Его новоявленное Величество.

А Йонтаррес сидел на троне, свысока поглядывая на присутствующих, и уходить не собирался. И Гэйнис несколько раз ловил на себе его жёсткий взгляд, от которого ему становилось не по себе, потому что понимал он, что король что-то задумал, но прочитать его мысли не мог. И изводился беспокойством за племянника, постоянно выискивая его взглядом в толпе, переживая, когда тот скрывался в бурлящей массе народа, и облегчённо вздыхая, когда он снова оказывался в пределах видимости.

Танец следовал за танцем, а Йонтисса словно и не уставала. Болтала без умолку разные глупости, посмеивалась над придворными, пару раз прошлась язвительным язычком даже по Его Величеству, но тут Стэнн довольно резко её одёрнул, и она удивлённо посмотрела на него:

– Стэнн, неужели ты его так уважаешь?

И только фыркнула презрительно, когда он строго ответил ей, что Его Величество – фигура неподсудная, и отзываться плохо о государе он не позволит.

Она уже была с ним на «ты», хотя Стэнн разрешения на это не давал. Да она особо и не спрашивала. Прижалась к нему в быстром танце, обвила шею руками и прошептала горячо на ухо:

– Милый, давай перейдём на «ты», зачем нам эти условности?

И продолжила болтать, как ни в чём не бывало, постоянно вставляя в разговор «милый», «дорогой». А однажды заявила: «Ты такой очаровашка, милый!», чем вызвала у «очаровашки» скрежет зубовный.

Главное, что избавиться от неё Стэнн не мог. Несколько раз провожал её на диванчик подальше от Гэйниса и поспешно возвращался к дяде, но, не успевал он и дух перевести, как рядом слышалось капризное:

– Ну, милый. Зачем ты меня бросил?

А на его требование не называть его «милым» и «дорогим» она обиженно надула губки и сердито сказала:

– Какой ты бука, милый! Я на тебя обиделась!

И отвернулась. Но не успел Стэнн возрадоваться передышке, как она повернулась обратно и защебетала, как ни в чём не бывало:

– Не будем ссориться, я знаю, тебе уже стыдно за своё поведение. Так и быть, я тебя прощаю.

И снова потащила его танцевать.

Стэнн только зубы стискивал, чтобы не наорать на эту наглую девицу и не послать её к кимраку, а то и подальше. Он никогда не поднимал руку на женщин, уважать бы себя перестал, если бы ударил человека, который не смог бы ему ответить тем же. Но леди Йонтиссу уже хотелось побить. Стукнуть головой об стену, предварительно засунув в рот кляп побольше, чтобы прекратилась эта беспрерывная болтовня, от которой уже в голове звенело. Разорвать на части и скормить жвангам, пусть полакомятся мягким телом.

Но только Гэйнис догадывался, какая буря бушует в душе племянника. Остальные придворные, глядя на бесстрастное лицо принца, только завидовали его везению да удивлялись, почему же не радуется он своему счастью, когда льнёт к нему такая красавица.

Но всё когда-нибудь заканчивается. И бесконечный бал в том числе.

За полчаса до окончания праздника Йонтисса подхватила Стэнна под руку и прошептала томно:

– Как жаль, что нельзя выходить из зала. Мне так хотелось остаться с тобой наедине!

«Как хорошо, что нельзя выходить из зала!» – возрадовался, было, Стэнн, но оказалось, что мучения его ещё не кончились.

– Но ничего, – прошептала леди. – Бал ещё не закончен. Пойдём со мной, я тебе кое-что покажу.

И потащила принца за собой так решительно, крепко держа его цепкими пальчиками, что Стэнну ничего не оставалось, как двинуться за ней следом…

СЕЛЕНА

Утро встретило меня ярким солнцем и требовательным Муськиным мяуканьем. Кошка запрыгнула на кровать и, улёгшись мне на грудь, начала тереться о подбородок, громко мурлыча. Я нехотя открыла глаза:

– Муська, кончай мне свои усы в рот пихать. Они невкусные!

Но на кошку моё ворчание не произвело никакого впечатления. Её убеждённость в том, что она – главное существо во Вселенной, чьи желания должны выполняться незамедлительно, была непоколебима. Поэтому она ещё немного потопталась по мне, цепляясь коготочками за одеяло, и снова коротко мявкнула.

– Неужели Мурлыка с тобой едой не поделился? – удивилась я и встала, спихнув кошку на кровать.

Кошка недовольно фыркнула и, видимо, хотела мне пожаловаться на жадного друга, но тут услышала далёкий голос Икэссы, зовущий её завтракать. Все обиды были немедленно забыты. Распушив хвост, кошка, не дожидаясь, пока я открою ей дверь, выскочила в окно на балкон, перескочила на растущее неподалёку дерево, кубарем с него скатилась и помчалась в сторону кухни. Я только головой покачала: да, проживание на свежем воздухе на неё благотворно повлияло. Три года назад моё перекормленное домашнее животное и подумать бы не смогло о таких кульбитах.

Взглянула на часы: и правда, пора вставать. Молодец Муська, вовремя меня разбудила. Стэнн должен вернуться часа через два, надо встретить его во всей своей неземной красоте. Значит, пора под душ. И да, не забыть бы колье надеть. Пусть видит, что его возвращение для меня – праздник.

Улыбнулась и посмотрела на браслет, который так и не снимала со вчерашнего дня. Надеюсь, Стэнн не приревнует меня с ходу, испортив встречу? Но прятать браслет не стану, он у меня не только для красоты. Мало ли… в свете моего пророчества вовремя сделанное предупреждение об опасности будет совсем не лишним. Ладно, объясню как-нибудь. Поймёт.

И пошла в ванную.

… А через час меня вызвал Рэвалли:

«Селена, быстро приходи во дворец. На Стэнна совершено нападение».

Небо обрушилось на меня, и я, не удержав такую тяжесть, рухнула на стул:

«Он жив?»

«Не известно. На них напали, едва они вышли из королевского замка. Гэйнису удалось уйти. Что со Стэнном, он не знает. Приходи быстрее, начинаем совещание».

«Иду!» – вскинулась я и бросилась к выходу, но вовремя остановилась. К приходу Стэнна я надела длинное платье и колье нацепила. А если мы сразу после совещания пойдём Стэнна искать? Хороша я буду в горах в этом одеянии…

На ходу стягивая ненужный уже наряд, добралась до шкафа. Вешать платье не стала – некогда, бросила его на стул. Натянула походный костюм: штаны из плотной ткани и рубаху с длинными рукавами. Колье отправила в шкатулку. Браслет не сняла: сейчас он будет мне необходим. Сунула ноги в удобные кроссовки, которые привезла сюда из родного города, схватила куртку-ветровку, и кинулась на улицу. Уйти Личным Путём из дома или парка было невозможно: после того, как Гэттор выкрал меня прямо из сада, Стэнн с отцом заколдовали дом и прилегающую к нему территорию так, что без позволения хозяев за забор и мышь не могла проникнуть. Ни внутрь, ни наружу. Это было безопасно, но иногда, как сейчас, например, очень неудобно.

Вихрем промчавшись по вымощенной жёлтым кирпичом дорожке, я выскочила за калитку и через мгновение была у ворот в королевский парк. Слуга быстро провёл меня в зал для совещаний, где уже сидели все первые лица королевства: король Гэйнис Первый, Его Высочество Гэйнис Третий, лорд Джэффас – Главный Королевский Колдун, и лорд Рэвалли – заместитель начальника Тайной Магической полиции.

Раскланявшись по всем правилам дворцового этикета, я села и обвела присутствующих вопросительным взглядом:

– Что случилось?

– Давай, Гэйнис, – кивнул король внуку. – Рассказывай во всех подробностях, что произошло.

Тот кашлянул, прочищая горло, и пожал плечами:

– Честно говоря, я сам ничего не понял. Похороны и коронация прошли спокойно, на балу тоже было всё хорошо. Ничего подозрительного я не заметил. Если, конечно, не считать того, что замок был набит стражей, и любая магия блокировалась. Но и это особо не настораживало: мы понимали, что Йонтаррес перестраховывался, опасался дворцового переворота. Бал закончился под утро, часа два назад, так что мы решили не ложиться, а вернуться домой и отдохнуть уже здесь. Попрощались с новым королём, заверили его в своей преданности и прочем, что там положено говорить по этикету, я пообещал завтра прислать новых послов взамен уехавших после смерти старого короля… Словом, всё, как обычно. Мы вышли в королевский сад, но оказалось, что магия и там не действует. Стражник сказал, что уйти Личным Путём можно будет только за воротами замка, за мостом. Это нас тоже не удивило, потому что на похороны нам предлагалось прибыть Общественными путями, а там всех прибывших ждали кареты и охрана. И сейчас нам тоже предложили карету, чтобы добраться до Общественного пути, но мы отказались.

Гэйнис замолчал, встал, прошёлся по кабинету, снова сел и продолжил, уставившись на свои сжатые в кулаки руки:

– Возможно, нам надо было воспользоваться предложением стражника, но почему-то мне кажется, что это бы не помогло. Что нас ждали. Именно нас. Едва мы вышли за ворота и ступили на мост, как увидели, что на той стороне рва в окружении своей охраны прогуливается леди Йонтисса. Очень надоедливая леди, честно говоря. Она всю ночь не давала Стэнну покоя, всё вокруг него вертелась. Увидев нас, подождала, пока мы пересечём мост, подошла к Стэнну, начала сожалеть, что мы так рано покидаем дворец, уговаривать остаться ещё на день. Мы отвлеклись на неё… и прозевали нападение. На меня накинули магическую сеть такой силы, что с первого рывка я выпутаться из неё не смог. Стэнн понял это, послал в мою сторону мощный импульс, разорвал сеть и крикнул: «Уходи!» Я шагнул Личным Путём… и оказался здесь, около ворот дворца. Позвал Стэнна, он не ответил. Я сразу вызвал Джэффаса, и мы с несколькими Королевскими Колдунами вернулись к дворцу, но Стэнна там уже не было. Будить Йонтарреса придворные отказались, посочувствовали нам, скрывая усмешку, посетовали, что надо было воспользоваться предложением и ехать со стражей… И на этом, собственно, всё и закончилось. Обыскивать окрестности без разрешения короля мы не могли, а король изволил почивать и принять нас не мог.

Наследник трона опять вскочил, отошёл к окну, постоял, постукивая пальцами по подоконнику.

– Гэйнис, успокойся. Ты не виноват в исчезновении Стэнна, – тихо, но твёрдо сказал Главный Королевский Колдун. – Стэнн выполнил свой долг, спас тебя. Если бы ты не ушёл, неизвестно, что стало бы с тобой. Ты – будущий король, твоя смерть больно ударила бы по королевству. Замены тебе нет.

Гэйнис бросил взгляд на хмуро молчащего короля:

– Да, замены мне нет. К сожалению.

Джэффас подошёл к двоюродному брату, похлопал его по плечу:

– Жениться тебе надо, Гэйнис, да наследника поскорее родить. Иначе можешь не дожить до коронации.

– Самое время сейчас мою личную жизнь устраивать, – хмуро усмехнулся тот.

– Твоя личная жизнь становится общегосударственным делом, – пожал плечами Королевский Колдун. – Так что подумай об этом.

И лорд Джэффас повернулся ко мне:

– Что скажешь, Селена? Стэнн жив, или…

Он не договорил, и все сразу посмотрели на меня, ожидая моего вердикта. Я закрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Тревога, волнение, беспокойство… но отчаяния нет, как нет и придавливающей к земле тяжести, вызванной гибелью близкого человека. Стэнн определённо жив.

Но почему тогда он не даёт о себе знать? Ведь мыслеречь ещё никто не отменял! И вообще, история его исчезновения производит странное впечатление.

– Скажу, что таинственные исчезновения начинают входить у Стэнна в привычку, – сердито проворчала я, пытаясь понять, что мне кажется неестественным в рассказе Гэйниса.

– Тебя что-то смущает? – догадливо спросил лорд, и украдкой перевёл дух, поняв, что ещё не всё потеряно, и сына можно спасти. Остальные тоже облегчённо выдохнули и немного расслабились.

– Меня всё смущает, – процедила я. – Почему покушение произошло так демонстративно, прямо перед дворцом, на виду у стражи? Вам не кажется, что во время бала выкрасть наследника было бы легче? Там такая сутолока, что вывести человека из зала можно совершенно незаметно. Но нет, бал прошёл спокойно, а вот утром, на виду у всех, похитители решили рискнуть: и леди всем известную привлекли, которую стражники могли узнать, и случайных прохожих в расчёт принимать не стали. Или их тоже убрали, как нечаянных свидетелей? И почему стража ничего не видела и не вмешалась? Ведь наблюдать за мостом – их прямая обязанность, особенно когда по нему кто-то идёт.

Я встала и, взявшись за спинку стула, посмотрела на внимательно глядящих на меня первых лиц государства:

– Знаете, я сейчас, конечно, скажу очень крамольную мысль… – помолчала, пытаясь понять, почему у меня появилась эта идея, но, кроме смутной уверенности в том, что здесь что-то нечисто, опять ничего не уловила. И, тряхнув головой, отбрасывая сомнения, продолжила: – Вы уверены, что покушение было на лорда Гэйниса?

Король, Гэйнис и Джэффас переглянулись с таким видом, словно я озвучила их тайные опасения, и вопросительно посмотрели на меня.

– Ты хочешь сказать… – начал, было, лорд Джэффас, но я не дала ему закончить:

– Я хочу сказать, что Его Высочеству на редкость легко удалось уйти. Создалось ощущение, что его не особо и держали. Нападавшие не могли не знать, что начальник Тайной полиции – мощный колдун и приложит все силы для освобождения королевского наследника. Но, тем не менее, они всего лишь накинули на лорда Гэйниса магическую сеть, которую Стэнн смог разорвать одним ударом. А вот самому ему вырваться не удалось, значит, к нему были применены намного более сильные заклинания. Почему, как вы думаете?

Лорды снова переглянулись, и у меня создалось впечатление, что они знают больше, чем сообщили мне.

– Я понимаю, если бы Стэнна убили. Йонтаррес злопамятен и не простил ему ту охоту. Но кому и зачем понадобилось его похищать? – начал рассуждать Рэвалли. – Отношение к королевской семье у него чисто номинальное, трон он занять не может, на внешнюю политику не влияет…

– Он очень сильный маг, – вполголоса сказал король. – Если заручиться его поддержкой, можно совершить дворцовый переворот.

– Он не может его совершить, – резко ответил лорд Джэффас. – Вы же помните условия договора. Стэнн не дурак, чтобы так рисковать.

«А и правда, не может», – я тоже знала эти условия. Лет триста тому назад бабушка Стэнна, принцесса Лорэссия, влюбилась в бедного студента и ушла из дворца. Король согласился с её выбором, но заключил с ней договор, в котором принцесса обещала, что её потомки никогда не будут стремиться к трону и подрывать устои королевской власти, король же от имени всех его преемников обещал всегда поддерживать её род и даровать ему монаршескую милость. Договор был скреплён магической печатью, заколдованной так, что нарушителя этих договорённостей ждал скорый и бесславный конец. Стэнн знал об этом договоре и нарушать его не собирался. К тому же дворцовая жизнь его не прельщала, дворцовые интриги раздражали, к власти он не стремился, его вполне устраивала его нынешняя должность начальника Тайной Магической полиции. Так что похищать его, чтобы заставить участвовать в дворцовом перевороте, было бессмысленно. А вот с целью шантажа…

– Может быть, его похитили, чтобы за его жизнь что-то с вас вытребовать, Ваше Величество? – озвучила я пришедшую в голову мысль.

– Шантаж? – задумался король. – Вряд ли. По крайней мере, сейчас я не вижу, что могли бы с меня потребовать шантажисты в обмен на его жизнь. Иностранные шпионы и государственные преступники сейчас в тюрьме не сидят, важных документов я тоже не подписывал…

– Я не настаиваю, – пожала я плечами. – Это просто мои предположения. Возможно, я и не права. Но скидывать эту версию со счетов тоже нельзя.

– А Высокие горы? – внезапно спросил лорд Гэйнис, обернувшись к деду. – Чем не повод для шантажа?

– Высокие горы – за жизнь Стэнна? – задумчиво спросил король, и у меня замерло сердце. Я поняла, что на такой обмен правитель не пойдёт, а значит, шансов у Стэнна нет. Если, конечно, мы сами не предпримем каких-либо действий по его освобождению.

А король, подтверждая мои слова, резко встал:

– Джэффас, вы должны найти Стэнна как можно скорее. Казна, все колдуны, всё, что понадобится – в твоём распоряжении. Даю тебе неограниченные полномочия. Лорд Рэвалли, на время отсутствия Стэнна вы исполняете обязанности начальника Тайной полиции, работаете под началом лорда Джэффаса. Все ваши колдуны должны участвовать в операции, кроме одного дежурного. Всё, совещание закончено. Действуйте!

И король, не прощаясь, вышел из кабинета. Я понимала его чувства: он любил правнука, и ему было тяжело сознавать, что он сам приговорит его к смерти, не согласившись отдать Йонтарресу Высокие горы. Но что было делать мне? Короля могло утешить осознание королевского долга перед страной. А что должно было утешить меня?

– Вам не кажется, что для подобного шантажа лорд Гэйнис подошёл бы больше? – угрюмо пробормотала я, глядя на закрывшуюся за королём дверь.

– Сейчас это уже не важно, Селена, – ответил лорд Джэффас, вставая. – Приказ получен, полномочия даны. Идём в Тайную полицию, будем вырабатывать план действий.

И снова, как три года назад, мы сидели и думали, как отыскать пропавшего Стэнна. Только тогда мне было легче: у меня была твёрдая уверенность, что я обязательно его найду. Сейчас такой уверенности у меня не было.

И амулет «Супружеская верность», сделанный специально для такого случая, мне не помог. Я уже не один раз потёрла камушек на кулоне, но так ничего и не увидела. Полная темнота и тишина. Как в гробу. Либо Стэнн без сознания, либо…

Стараясь отогнать мрачные мысли, я оглядела внимательно слушающих Рэвалли лордов.

Вот нахмурил брови красавец Харрит – самый молодой из Тайных полицейских. Обычно восторженно-улыбчивый, сейчас он необычайно серьёзен и часто потряхивает пышной гривой длинных волнистых волос, что говорит о крайней степени встревоженности. Харрит – лучший специалист по созданию фантомов и иллюзий. Однажды созданный им фантом целый день ходил с ним по городу под видом присланного на стажировку полицейского, задавал всем вопросы и делал покупки, пока не встретил меня… Нет, я не стала рассеивать его взмахом руки. Просто остаток дня мы ходили уже втроём: мне тоже стало интересно, кто и когда сможет его распознать.

Вот Кэмбис – коренастый крепыш с рельефной мускулатурой, лучший фехтовальщик, стрелок и борец Кэтанга. Этот и без магии сможет справиться с любым нападающим. Его всегда посылают на задания, где надо до времени скрывать свои магические умения, но при этом постараться не отдать концы при нечаянной встрече с разбойниками. Хотя, и как боевой маг, он тоже великолепен. Впрочем, в Тайной полиции других и не держат.

Рядом с ним Кэрван – маленький толстенький колдун с пухлым детским личиком и добрыми глазами, наш лучший целитель. Кажется, что и мухи не обидит, но посмотрели бы вы на него в бою… Прекрасный знаток анатомии, убить может, послав тонкий луч в одну из тридцати шести смертельных точек на теле человека, причём никогда не промахивается, из какого бы положения не пришлось стрелять. Впрочем, его любимая поговорка: «Сам убил, сам и воскрешать буду». Лучшего лекаря на поле боя не сыскать.

А вот сидит, сведя в задумчивости густые брови, Йохтра Морр, единственный иностранец в Тайной полиции. Впрочем, иностранцем его назвать можно только с большой натяжкой. Уже несколько поколений его предков живут в Кэтанге, перебравшись сюда из Хобхорро лет восемьсот назад и смешав кровь с высокими и длинноногими жителями Кэтанга. Поэтому, хоть Йохтра и считается гномом, но в действительности на них он совсем не похож. Среднего роста, тощий, наголо бритый, от своих далёких предков он оставил только занудность и ворчливость, которые именует обстоятельностью и стремлением к истине. Йохтра – законовед, прекрасно разбирается в тонкостях юриспруденции всех стран Сэлларии и не раз уже выручал Тайных полицейских, да и самого короля, в сложных юридических спорах с соседними странами.

Вот Лэррис, мой любимый маг-артефактник. Когда увидела его первый раз, даже испугалась. Выглядел он тогда, как настоящий колдун из детских сказок: высокий, бледный до синевы, с огромными чёрными глазами, мрачно глядящими из-под густых бровей, с крючковатым носом и узкими кистями с длинными нервными пальцами, выглядывающими из широких рукавов чёрного длинного плаща. Но, как говорится, внешность бывает обманчива. При более близком знакомстве Лэррис оказался ехидным весельчаком и очень добрым человеком. А ещё – гениальным артефактником, способным как создать любой амулет, так и распознать и обезвредить любой артефакт. Специалистов такого уровня нет на всей Сэлларии, поэтому Лэрриса частенько приглашают на консультации в другие страны.

Вот Нэйтас – мой поклонник и лучший друг. Умница и трудяга. Высокий, широкоплечий шатен, с волосами до лопаток и постоянно лезущей в глаза чёлкой, которую он небрежным движением кисти периодически забрасывает назад. Раньше у него была скромная короткая стрижка, а волосы он отрастил уже здесь, в Тайной Школе, когда подружился с Харритом и насмотрелся на его шевелюру. Карие глаза всегда смотрят серьёзно и внимательно, темнея до почти чёрных в минуты волнения. Вообще-то, пока он является учащимся Тайной Магической Школы, он не имеет права присутствовать на совещаниях и участвовать в сложных делах, связанных с риском для жизни, но я попросила за него, и Рэвалли согласился нарушить установленные правила. А мне становилось легче, когда я смотрела на его сосредоточенное лицо и ловила его решительный взгляд. Я хорошо помнила, как он помогал мне в розыске Стэнна в прошлый раз, и надеялась, что его самоотверженность поможет мне и в этих поисках.

Напротив меня сидит лорд Джэффас – отец Стэнна, Главный Королевский Колдун, внук короля и двоюродный брат Его Высочества лорда Гэйниса. Чёрные глаза прищурены, губы крепко сжаты. Стэнн очень похож на отца, но лорд более мужественен и энергичен. Он – как стрела в натянутом луке, в любой момент готов к бою. Он весь словно сделан крупными мазками: чёткие черты лица, волевой подбородок, прямой нос. У Стэнна всё мягче, спокойнее, линии лица более плавные. Но, когда они стоят рядом, ни у кого не возникает сомнения, что это – отец и сын. Лорд Джэффас – сильный боевой маг, один из самых мощных в Кэтанге, и свой пост начальника королевской магической охраны занимает по праву.

Во главе стола, на месте Стэнна, расположился Рэвалли – заместитель начальника и его лучший друг, опытный маг, прослуживший в Тайной полиции более двухсот лет. Высокий, стройный, подтянутый, он всегда и во всём служит примером для Стэнна – от манеры одеваться, одновременно строгой и стильной, до умения безупречно владеть собой в любых обстоятельствах. Никто и никогда не видел Рэвалли нервничающим или возмущённым. Но своим безукоризненно-вежливым холодным тоном вкупе со стальным блеском, который приобретают в минуты гнева его голубые глаза, он в одно мгновение может усмирить самого буйного хама. К тому же он великий менталист. Прочитать мысли или подправить воспоминания сумеет, ни на миг не прекращая любезную беседу. Укрыться от него ментальными щитами пока ещё ни у кого не получалось. Кроме меня, правда, но я не в счёт. Благодаря всем этим умениям Рэвалли часто приходится участвовать в различного рода переговорах, на которые его приглашает Его Величество король. Стэнн старается подражать ему в манерах и поведении, и у него это периодически даже получается, несмотря на его чрезмерную эмоциональность. Единственное, чего так и не сумел Рэвалли – это уговорить Стэнна подстричься. Сам он ходит всегда с аккуратной стрижкой, уложенной волосок к волоску парикмахерским заклинанием, а вот Стэнн с детства бегает с длинными волосами, отросшими почти до пояса, которые он небрежно собирает в хвост на затылке. Трудно найти более разных людей, чем Стэнн и Рэвалли, но, возможно, именно в этом и заключается залог их верной дружбы?

Я вдруг поняла, что, разглядывая колдунов, слишком отвлеклась от разговора и прислушалась к голосу Рэвалли, который сжато и по-деловому рассказывал сосредоточенно слушающим коллегам о сложившейся ситуации.

– Пока нам ничего не известно, – закончил он своё выступление. – Мы не знаем, кто и зачем похитил Стэнна. Но, в любом случае, мы должны его найти до того, как похитители решат им воспользоваться для шантажа или выкупа. Или, тем более до его гибели, потому что нельзя исключать и возможность того, что новый король Хобхорро просто решил ослабить магические силы Кэтанга, лишив нас самого мощного колдуна. В этом случае это похищение будет не последним, поэтому надо быть настороже.

Колдуны помолчали, обдумывая полученную информацию. Потом заговорил лорд Джэффас:

– Сложность операции заключается в том, что похищение произошло на чужой территории, в государстве, с новым королём которого ещё не налажены дипломатические отношения. Прежние послы уже выехали, новые ещё не прибыли. Поэтому мы можем полагаться только на добрую волю Йонтарреса. Если он запретит нам находиться на территории его страны…

Лорд замолчал.

– И что тогда? – настороженно спросила я. Неужели отец бросит сына в беде из-за дипломатических заморочек?

Лорд Джэффас пожал плечами:

– Придётся работать тайно, по одному, и под мороком, изменяя внешность, без возможности обратиться за помощью и избегая контактов с местной полицией. Это будет сложнее.

Я облегчённо вздохнула: слава Древним Богам, об отступлении речи не было. Ну, а по одному и под мороком… подумаешь, беда какая. Я на всех такие мороки наложу – мама родная не узнает, не то что какой-то там Йонтаррес.

– Пока план такой, – снова взял слово Рэвалли. – Сейчас лорд Джэффас, я и Селена идём в Хобхорро. Идём вполне официально, через Общественные пути. Добиваемся аудиенции короля, просим разрешение на расследование, уповаем на его защиту и помощь, ну, и всё в таком духе. Королевского советника я о нашем прибытии уже уведомил. Вы пока ждёте нас в Трамене. Если король соглашается на наше расследование, вы тоже вполне официально идёте через Общественные пути, и мы начинаем работать. Если же Йонтаррес разрешения не даёт, вы идёте Личным Путём в Гномьи горы, там мы все встречаемся в охотничьей избушке в Ущелье Скелетов, накладываем мороки и работаем уже под ними или под завесой невидимости. Другие предложения есть?

Колдуны переглянулись, и Лэррис озвучил общее мнение:

– Пока нет. Начнём с этого.

– Тогда – за работу, – лорд Рэвалли встал и повернулся к Харриту. – Харрит, ты останешься дежурить.

– Почему я? – вскинулся молодой колдун. – Пусть лучше Нэйтас остаётся, он вообще учащийся.

– Ты собрался со мной спорить? – поднял бровь Рэвалли, и Харрит сразу словно сдулся, опустился на стул и, уткнувшись взглядом в столешницу, хмуро ответил:

– Нет. Простите. Я остаюсь дежурить.

А Рэвалли, усмехнувшись одними глазами, сменил тон и деловито сказал:

– У тебя – важный пост. Случиться может всякое. Мы не знаем, почему похитили именно Стэнна, а не Его Высочество. Возможно, похитителям нужны не Высокие горы, а какой-нибудь артефакт из нашего Хранилища. Ты же знаешь, сколько всяких опасных игрушек у нас там хранится, и помнишь, как Гэттор рвался за Жезлом. Если будет нападение на Хранилище, Нэйтас не справится. А у тебя хватит сил продержаться до прихода помощи. Поэтому не думай, что тебя тут отдыхать оставили. Не расслабляйся, гляди в оба. Из здания не выходи, каждый час проверяй все подходы к Дому магическим взором. В случае нападения не геройствуй, сразу вызывай помощь. Задание ясно?

– Ясно! – настроение у Харрита заметно изменилось.

Рэвалли окинул взглядом стоящих рядом колдунов:

– Встречаемся у Общественных путей в Трамене.

И мы пошли к выходу из Дома полиции.

Когда Харрит закрыл за нами дверь и запечатал её дополнительным заклинанием, реагирующем на появление колдуна, а остальные полицейские отправились Личным Путём в Трамен, я, задержав Рэвалли, спросила его:

– Ты действительно считаешь, что Стэнна похитили, чтобы напасть на Хранилище?

Рэвалли усмехнулся:

– Сбрасывать со счетов и эту версию не стоит, но я бы сказал, что на неё приходится полшанса из ста.

Я тоже усмехнулась:

– Харрита успокаивал?

– Да. Молодой он ещё, душа подвигов требует, а его дежурить оставляют. Сидел бы, скучал и обижался, а теперь хоть делом займётся и будет считать, что не зря тут штаны просиживает.

– Хитрый ты гусь, Рэв, – рассмеялась я и шагнула в Трамен.

В Трамене мы простились с остающимися ждать наших указаний колдунами, вошли в дверь, ведущую в столицу Хобхорро, и через мгновение вышли на площадь у Общественных путей в Маррудо. Видимо, Общественные пути во всех странах устроены одинаково, потому что оказались мы точно на такой же площадке, с которой ушли в Трамене: большом, хорошо укатанном поле, по периметру которого на расстоянии пяти метров друг от друга стояли, привинченные к высоким крепким столбам, широкие двустворчатые двери. На каждой двери – табличка с названием города, в который она вела. В этом и было чудо Общественных путей: не было ни стен, ни потолка, вокруг закрытой двери можно было ходить, за ней прекрасно были видны окрестности, но когда дверь открывалась, внутри оказывалась Тьма, шагнув в которую вы мгновенно оказывались в другом месте. Хотя, конечно, гулять вокруг дверей никто не разрешал: на краю поля, у перегороженной шлагбаумом дороги, ведущей в город, стояла будка стражников, дотошно проверяющих приезжих и не пропускающих на поле праздных гуляк.

Мы остановились у двери, через которую появились, и стали ждать идущего в нашу сторону стражника. Местные жители, приезжающие из городов Хобхорро, сами шли к будке и их проверяли у шлагбаума. Но мы были иностранцами, и для нас порядок прибытия был иной. А мы решили пока строго придерживаться буквы закона.

Стражник, совсем ещё молодой парень, худенький и светловолосый, совершенно не похожий на коренастых брюнетистых аборигенов, не торопился, не бежал бегом, как положено по Правилам встречи высокопоставленных особ, и это наводило на некоторые мысли. Он не мог не понять, что мы – не простые торговцы или крестьяне, но, тем не менее, в нарушение всех правил, шёл лениво, едва переставляя ноги, поглядывая по сторонам и даже, кажется, что-то насвистывал. Наконец, подойдя к нам почти вплотную, страж окинул нас хмурым взглядом и, даже не представившись и не ответив на наше приветствие, жёстко спросил:

– Имя, должность?

Мы представились по всей форме, со всеми регалиями.

– Цель прибытия? – наши должности, казалось, не произвели на стражника никакого впечатления.

– Аудиенция у Его Величества, – коротко ответил лорд Джэффас.

– Вам назначено? – стражник говорил, будто цепной пёс гавкал.

– Нет. Но дело не терпит отлагательств.

– Ждите, – стражник развернулся и пошёл к будке.

Я проводила его недоумевающим взглядом и повернулась к колдунам:

– Что это было? Что за хамство по отношению к представителям дружественной державы?

– Судя по всему, мы уже для них не настолько дружественные, как было раньше, – задумчиво сказал Рэвалли, провожая стражника взглядом. – Они знали, что мы придём, ждали нас. У стражей задание – тянуть время. Мы можем простоять тут до вечера.

– Мы не будем стоять тут до вечера, – жёстко отрезал лорд Джэффас. – Мы – первые лица государства, и если они этого ещё не поняли, надо им это внушить. Ещё не хватало, чтобы рядовой стражник разговаривал с нами, как с бродягами, просящими подаяния.

Лорд вытянул руку, щёлкнул пальцами, и ничего не подозревавший стражник вдруг развернулся и бегом побежал обратно. Запыхавшись, остановился перед Джэффасом, вытянувшись в струночку и не в силах пошевелиться. Встретил стальной взгляд заместителя начальника Тайной Магической полиции, увидел закаменевшее лицо Главного Королевского Колдуна, и удивление от собственной пробежки на его лице сменилось страхом, а потом, когда он понял, что приезжие настроены более чем серьёзно – откровенным ужасом.

– Рассказывай, – приказал Рэвалли.

– Ч-ч-что? – испуганно выдавил парень.

– Кто дал приказ тянуть время, держать нас здесь?

– Ни-никто.

– То есть это ты сам решил нахамить первым лицам соседнего государства? – поднял бровь Рэвалли. – Что ж, мы сообщим об этом Его Величеству.

Стражник дураком не был и сразу понял, чем это ему грозит: по местному закону невежливое обращение с высокопоставленными лицами каралось каторжными работами от пяти лет и выше. А ещё он понял, что оказался крайним в неведомой ему игре и защищать его никто не будет. Он побелел и удержался на ногах только потому, что заклинание лорда Джэффаса не дало ему упасть, продолжая держать его по стойке «смирно». Я заглянула в его мысли. Хм… а ведь испугался он не за себя. Точнее, не только за себя. Отца нет – погиб год назад. Зато есть мать, резко постаревшая от горя, и две маленькие сестрёнки. Парень-то, оказывается, единственный кормилец в семье. Что будет с ними, если его отправят на каторгу?

Посмотрела на Рэвалли:

«Рэв, ты это видел?»

Рэвалли кивнул.

«Да. Но парень сам виноват».

«Он получил приказ. Он – солдат, он обязан выполнять приказы».

«Не повезло ему… Ладно, посмотрим, что можно сделать».

И вслух продолжил:

– Ты ввязался в чужую игру, в которой ты – мелкая пешка и никто за тебя не заступится. Хоть о семье подумай. Рассказывай, пока мы тебя на каторгу не отправили.

И мальчишка заговорил:

– Ночью, перед началом смены, нас с напарником вызвал королевский маг и сказал, что сегодня на наш пост придут несколько человек из Кэтанга. Из высшей знати. И приказал мне задержать их… то есть вас… до прихода королевской стражи. Она будет здесь минут через пятнадцать. И ещё…

Стражник вдруг покраснел, и я уловила волну стыда, затопившую его резким всплеском.

– И ещё? – вопросительно повторил Рэвалли.

– Ещё мне сказали вести себя так, чтобы они… то есть вы… в общем… ну… так, чтобы…

– Чтобы сразу поставить нас на место и заставить почувствовать себя назойливыми просителями, – закончил за него лорд Джэффас.

Парень кивнул и опустил голову, боясь встретиться взглядом с разозлёнными колдунами.

– У тебя хорошо получилось, – усмехнулся одними губами заместитель начальника, продолжая холодно и надменно смотреть на мающегося стыдом парня.

«Смотри-ка, а ему ведь и правда стыдно, – удивилась я. – Рэв, может, он ещё не совсем пропащий?»

– Хочешь совет? – вдруг спокойно произнёс Рэвалли.

Парень поднял голову и вопросительно взглянул на колдуна.

– Беги! Сдашь нас на руки страже – и беги. Ты будешь виноват в любом случае. Если мы скажем королю, что ты нас встретил неподобающим образом, тебя сошлют на каторгу. Если скажем, что ты был вежлив и предупредителен, тебя убьют за нарушение приказа и за то, что ты слишком много знаешь. Так что хочешь жить – уходи из города. Понял?

Стражник кивнул, не сводя отчаянных глаз с человека, так круто меняющего его жизнь. Спорить он не стал, видно, и сам понимал, что спокойно жить ему теперь не дадут.

– А сейчас пойдём к будке, – щёлкнув пальцами, лорд Джэффас снял заклинание, и парень, получив свободу, от неожиданности с трудом удержался на ногах. – Там вы окажете нам все полагающиеся почести, сообщите о нашем прибытии и дословно передадите полученный ответ.

И лорд, надменно выпрямившись, пошёл вперёд. Стражник, закусив губу, посмотрел ему вслед, потом рванулся, обогнал лорда и, придерживая висящий на поясе меч, зашагал перед ним, показывая дорогу, как и было прописано в Правилах встречи высокопоставленных особ, прибывающих без личного транспорта.

Из будки с круглыми от ужаса глазами выскочил второй стражник: парень, чуть постарше первого, с длинными светлыми волосами, кудрями спускающимися до плеч.

«Рэв, – мысленно позвала я. – Они – не местные, не коренные жители. Смотри, оба – белокожие, светловолосые, худощавые. Выяснить бы, может, это неспроста? Специально подставляют чужаков?»

«Вполне возможно, – согласился Рэвалли. – Кстати, для Йонтарреса это будет хороший повод устроить чистку в рядах стражей и полиции. Под лозунгами: Хобхорро – для гномов, иноземцы – не умеющие себя вести невежды, позорящие страну. Ну, и всё в таком духе. Жаль парней, пострадают ни за что».

Пока мы общались, второй стражник, видимо, тоже начал разговор с напарником на мыслеречи, потому что первый вдруг отвёл от него глаза и чуть заметно пожал плечами. Я быстренько подключилась к их разговору и услышала окончание фразы:

« …расстреляют. И меня за компанию».

«Я не смог ничего сделать. Они – сильные колдуны».

Второй стражник с отчаянием посмотрел на нас и, поняв, что изменить уже ничего не получится, вытянулся перед идущим впереди лордом Джэффасом:

– Страж Общественных путей Хэйрис Мэйр. Как прикажете доложить?

– Доложите, что Главный Королевский Колдун Кэтанга со спутниками требуют немедленной аудиенции у короля. Подчёркиваю – требует, а не просит. Передавайте, иначе я сам свяжусь с Его Величеством.

Побледнев, как мел, и почти слившись с белой стеной будки, страж Общественных путей начал передавать наше сообщение. Мы, не мудрствуя лукаво, незаметно подключились к каналу передачи.

«Ваша Светлость, – даже на мыслеречи чувствовалось, как испуган стражник. – Главный Королевский Колдун Кэтанга со спутниками требует немедленной аудиенции Его Величества».

«Что?! Требует?! Как он…»

Внезапно возмущённый голос замолк, а через секунду продолжил уже совсем другим тоном:

«Передайте лорду Джэффасу, что мы с радостью примем его, как только Его Величество примет ванну и позавтракает. А пока мы вышлем королевскую стражу для препровождения его самого и его спутников во дворец».

Мы переглянулись: интересно, королевский маг почувствовал наше присутствие в разговоре, или просто подстраховался, не дав воли чувствам? И лорд Джэффас, едва заметно усмехнувшись, включился в разговор:

«Не стоит, Хэнсис, мы прекрасно доберёмся самостоятельно, Личным Путём. Ты, главное, Его Величество о нас предупредить не забудь».

Маг помолчал, видимо, онемев от такой наглости, потом взял себя в руки и весело хмыкнул:

«А ты совсем не изменился, Джэффас. Всё такой же нетерпеливый».

«Зато ты, судя по всему, стал другим. И не скажу, что меня это радует», – припечатал лорд.

«Ну, что ты, Джэф, я тоже остался прежним. Помнишь наши попойки в Высшей Школе? Может, вечерочком тряхнём стариной? Посидим, вспомним годы молодые».

– Тянет время, – тихо предупредил Рэвалли. – Нам пора уходить.

«Может, и вспомним, – согласился лорд Джэффас. – А пока встречай нас у ворот, если не хочешь, чтобы мы оказались сразу в покоях короля».

И, прервав связь, оглянулся на нас:

– Стража уже близко. Уходим. Встречаемся у главных ворот дворца.

И посмотрел на понуро стоящих стражников:

– Ребята, вы крупно влипли. Будет чудом, если вас сейчас не убьют. Но, если это чудо всё-таки случится, очень рекомендую домой не возвращаться. Уходите из Маррудо, и чем быстрее, тем лучше.

И тут мы увидели вынырнувших из-за поворота и несущихся во весь опор всадников.

– Уходим! – гаркнул Рэвалли, хватая меня за руку. Я ещё успела увидеть летящую прямо в меня стрелу, пущенную из арбалета меткой рукой лучника, и мы шагнули Личным Путём к воротам замка.

– Вам не кажется, что встреча была чересчур горячей? – дрожащим голосом спросила я, пока с лязгом и скрипом открывались тяжёлые створки ворот.

– Я тоже не ожидал такого откровенного нападения, – удивлённо качнул головой лорд Джэффас. – Зря мы тебя взяли с собой, Селена. Надо было тебе остаться в Трамене.

– Надо было, – согласилась я. – Но сейчас поздно об этом говорить.

В этот момент ворота открылись, и высокий колдун в длинном плаще с широкими рукавами наклонил голову, приветствуя лорда Джэффаса.

– Его Величество примет вас через полчаса, Джэффас. А пока пройдёмте в мои покои на рюмочку Лаверийского.

– Хорошо живёшь, Хэнсис, если Лаверийское пьёшь, – усмехнулся лорд, проходя в ворота и направляясь к замку.

Колдун, развернувшись, пошёл рядом:

– Не жалуюсь, Джэф. Его Величество меня ценит и прислушивается к моим советам.

– И зачем же ты посоветовал ему нас убить? – с искренним любопытством поинтересовался лорд.

– Что? – изумился маг. – Когда это я ему советовал?

– То есть ты сам дал королевской страже такое распоряжение? Король о нём не знает? – лорд Джэффас просто лучился доброжелательным интересом.

– Как ты мог подумать, Джэф! – колдун запылал негодованием. – Зачем мне тебя убивать?

– Вот и меня это интересует, – невозмутимо ответил Главный Королевский Колдун. – Хорошо, что мы решили идти Личным Путём, потому что стража, едва приблизившись, начала обстреливать нас из арбалетов. Так кому это надо, Хэнсис? Кому мы тут дорогу перешли?

– Я обязательно это выясню, Джэффас, – пылко пообещал королевский маг, излучая на весь парк искреннее возмущение. – И казню негодяя!

– Цирк уехал, клоуны остались, – пробормотала я себе под нос, но идущий рядом Рэвалли услышал и улыбнулся:

– Главное представление ещё впереди, Селена.

И перешёл на мыслеречь:

«Но он действительно верит в то, что говорит».

«Думаешь, он не знает, кто устроил нападение?»

«Похоже на то. И это – очень странно. Надо быть настороже».

Мы поднялись по широкой лестнице и мимо вытянувшихся стражей прошли по длинному коридору в покои королевского мага.

– А ты неплохо устроился, Хэнсис, – присвистнул лорд Джэффас, оглядывая большую комнату, оформленную в тёмно-красных тонах. Пол был покрыт огромным багровым ковром с золотистым узором. Посередине стоял стол, покрытый скатертью в тон ковру. Её длинная бахрома свисала до самого пола. Вокруг стола и вдоль стен стояли такого же цвета широкие низкие кресла с позолоченными подлокотниками и ножками. С потолка свисала массивная люстра, естественно, тоже с позолотой. Стены были украшены барельефами: на золотистом фоне распластались какие-то странные то ли насекомые, то ли растения красно-коричневого оттенка. На потолке – роспись: весьма фривольные сценки из пасторальной жизни. Две двери – одна справа, вторая – напротив входной, были задрапированы бархатными шторами всё того же багрового цвета. Я, конечно, люблю подобные оттенки, когда-то мечтала о бордовом бархатном платье для выступлений, но здесь был явный цветовой перебор. Если бы мне пришлось постоянно жить в такой комнате, я бы, наверное, через неделю кусаться начала от переизбытка энергии. Теперь понятно, почему королевский маг нас пристрелить захотел…

Хэнсис достал из притулившегося в углу небольшого шкафчика длинную бутылку с витым горлышком – знаменитое Лаверийское вино, стоящее бешеных денег и, наверное, поэтому так уважаемое знатью всех стран. Другой причины я не вижу. Вино было приятное, но и только. Никаких особых послевкусий и тонких ароматов в нём не было, зато запечатывалось оно в красивую бутылку, которую не стыдно было поставить на королевский стол, и продавалось в корзиночке, туго оплетающей бутыль. Корзиночка делалась из ветвей редкого дерева, растущего только в Лаверии. И деньги, пожалуй, брались именно за это, а отнюдь не за «неземной вкус».

Маг разлил вино по бокалам и жестом пригласил нас к столу:

– Прошу вас.

Мы уселись в глубокие кресла, я взяла переданный мне магом бокал… и чуть не уронила его, так сильно сжал мне запястье до того мирно дремавший браслет. Интуиция Нэйтаса не подвела, зачарованный подарок пришёлся кстати.

– Стойте!

Я успела крикнуть в последний момент: лорд Джэффас уже поднёс бокал к губам, но после моего возгласа поставил его обратно и повернулся ко мне:

– Что, Селена?

Я улыбнулась самой милой из своих улыбок и, взяв свой бокал, подошла к королевскому магу:

– Лорд Хэнсис, вы мне так понравились, что захотелось вспомнить древний обычай: гость и хозяин меняются бокалами, чтобы показать, насколько они доверяют друг другу.

– Вы хотите сказать, что я пытаюсь вас отравить? – вполне искренне удивился маг.

– Что вы, – ещё шире улыбнулась я. – Просто стараюсь воспроизвести древнюю традицию.

Маг раздражённо пожал плечами:

– Ну, знаете ли… Джэффас, что эта девчонка себе позволяет? Зачем ты притащил её сюда?

– Эта, как ты выразился, девчонка – жена моего сына, и ей очень захотелось посмотреть место, где пропал её муж. Решила, понимаешь, экскурсию устроить, а заодно и поискать тех, кто это безобразие сотворил, – с лёгкой издёвкой ответил лорд Джэффас. – И, как я понимаю, её поиск увенчался успехом? Что ты подмешал в вино, Хэнсис? Какой яд?

– Ничего я не подмешивал! – хмуро ответил тот и, взяв мой бокал, принюхался к содержимому. – Вино мне сегодня доставили из королевских подвалов специально к вашему приезду.

– То есть король был готов убить тебя, лишь бы избавиться от нас?

– Нет, – королевский маг капнул на руку вино, ещё раз понюхал, чуть лизнул: – Здесь снотворное. Поспали бы пару дней и всё.

– Ну да, – кивнул Джэффас. – Только ты бы спал в своей постели, а мы – в королевских казематах на соломе. Что ж, пора навестить Йонтарреса и задать ему пару вопросов. Можешь сообщить ему, что мы идём, и нам плевать, успел ли он доесть свой последний пирожок.

Лорд встал и, уже не обращая внимания на бывшего однокурсника, двинулся к выходу. Мы с Рэвалли заторопились следом.

Хэнсис догнал нас уже перед самыми дверями в королевские покои и попытался перекрыть нам вход:

– Подождите, я должен доложить.

– Ничего, не беспокойся, мы сами доложим, – отодвинул его с дороги Главный Королевский Колдун и распахнул створки.

Мы вошли в большой зал, прошли по длинной ковровой дорожке и остановились в нескольких шагах от величественного сооружения, исполняющего роль трона.

Да… наш король в этом отношении был намного скромнее…

Начать с того, что трон был вырезан из цельной каменной глыбы высотой чуть не с двухэтажный дом. Трёхметровая спинка, по центру затянутая зелёным бархатом, подлокотники шириной с полметра каждый, по бокам – небольшие площадки, на которых возлежали два огромных каменных льва. И всё это великолепие – на полутораметровом постаменте. К трону вели высокие ступеньки, обитые болотного цвета ворсом, и по этим ступенькам сейчас карабкался Его Величество Йонтаррес Великолепный, не успевший принять подобающую сану позу для приёма нежеланных гостей.

Йонтаррес был чистокровным гномом: невысоким, кряжистым, черноволосым, с крепкими мускулистыми руками и довольно короткими ногами. Королевская династия всегда строго блюла закон, запрещающий лицам королевской крови жениться на иностранках и простолюдинках. Иногда это приводило к трагедиям: один из предков нынешнего короля был казнён за связь с принцессой из Лаверии, а их малолетний сын был похищен и убит. Сама принцесса спаслась чудом, но до конца жизни ей пришлось жить под мощной охраной и в постоянном ожидании арбалетного болта в спину. Больше никто не пытался пойти против законов рода. Сам Йонтаррес всегда гордился своей «чистопородностью», часто упрекал отца за его «чрезмерную» терпимость к живущим в Хобхорро иностранцам, и поэтому предположение Рэвалли о возможном начале гонений на «инородцев» было не лишено здравого смысла.

Король, наконец, забрался на трон и, умостившись на мягкой подушечке, положенной на каменное сиденье, сделал вид, что только что заметил наше вторжение.

– Какая неожиданная встреча! – в голосе короля было столько сахарного сиропа, что к нему прилипнуть можно было. – Лорд Джэффас, лорд Рэвалли, чем обязан столь неожиданному визиту? И что за прекрасную леди вы привели с собой?

Мы склонились в глубоком, положенном по этикету, поклоне, а затем Главный Королевский Колдун ответил с не меньшей приторностью:

– Ваше Величество, эта леди – жена лорда Стэнна, а пришли мы, чтобы, припав к вашим благородным стопам, молить о Вашей высочайшей милости.

– Какой же? – с любопытством заёрзал на подушечке Йонтаррес.

– Я думаю, вы уже в курсе, Ваше Величество, – посерьёзнел лорд Джэффас, – что сегодня утром, после бала, на Его Высочество, принца Гэйниса Третьего, было совершено подлое нападение прямо у ворот вашего дворца. В результате этого столкновения пропал лорд Стэнн, охранявший принца. Мы просим вашего разрешения начать его поиски.

– О, да, – нахмурился король. – Мне доложили об этом прискорбном происшествии. Но, как мне стало известно, они сами виноваты. Зачем они отказались от охраны?

– Я понимаю ваше негодование, Ваше Величество, – лорд Джэффас был невозмутим. – И полностью с вами согласен. Но, тем не менее, мы не можем оставить в беде начальника Тайной Магической полиции. Наш король этого не поймёт.

– О, да, – усмехнулся Йонтаррес. – И ваша жена тоже.

– И она – тоже, – согласился лорд с прежней невозмутимостью. – Поэтому мы просим вашего высочайшего разрешения на участие в поисках.

– Это – совершенно лишнее, – махнул рукой венценосный гном. – Мои люди прекрасно справятся без вас. Я уже приказал начать расследование. Так что, лорд Джэффас, вы можете не беспокоиться: мои воины быстро найдут и казнят виновного в сём коварном преступлении.

– Нам нужна не казнь виновного, а найденный лорд, – резко ответил Джэффас. – Невелика заслуга – казнить первого встречного, выдав его за похитителя.

– Лорд Джэффас, вы забываетесь! – в голосе короля зазвучал металл. – Если вы и дальнейший разговор продолжите в таком тоне, вы об этом пожалеете!

– А если вы не предпримете необходимых мер для поиска высокопоставленного лица соседнего государства, – так же жёстко ответил Главный Королевский Колдун, – то Вашему Величеству до конца жизни придётся оглядываться, гуляя в собственном саду, чтобы не повторить участь лорда Стэнна.

– Это угроза? – взъярился король, глядя на нас с высоты своего постамента. Весь разговор мы смотрели на него снизу вверх. Но это была не та поза, которая необходима для разговора на равных, поэтому перед следующей фразой лорд Джэффас сделал то, чего Йонтаррес от него никак не ожидал – он взлетел. Немного было на Сэлларии колдунов, способных к левитации, но Джэффас владел ей в совершенстве. И король испытал пару неприятных минут, когда непокорный лорд вдруг оказался прямо напротив него и, зависнув в воздухе, ответил, глядя ему в глаза холодным недобрым взглядом:

– Нет. Это – предупреждение. И в ваших интересах, Ваше Величество, найти лорда Стэнна как можно быстрее.

Они ещё некоторое время буравили друг друга колючими взглядами, но переглядеть начальника Королевских Колдунов было невозможно, и Йонтаррес сдался первым. Отведя глаза, он сказал тоном обиженного ребёнка:

– Ну, что вы сразу со своими угрозами. Найдём мы вашего лорда, никуда он не денется. А вы пока поживите во дворце, попользуйтесь нашим гостеприимством.

– Благодарю, Ваше Величество, – усмехнулся Джэффас, плавно планируя вниз. – Мы им уже насытились. Пожалуй, с вашего разрешения, мы лучше уйдём в Кэтанг и там будем ждать результатов ваших поисков.

– Мудрое решение, – похвалил его Йонтаррес, и мы, снова поклонившись, пошли к выходу.

«Как только выйдем из зала – немедленно уходим в Трамен! – услышала я мысленный приказ лорда Джэффаса. – Иначе придётся прорываться с боем».

Рэвалли подобрался, став похожим на гончую, почуявшую след, и взял меня за руку. Я не стала сопротивляться и шуметь, что сама умею ходить Личным Путём. В сложной обстановке боевой маг в любом случае сориентируется быстрее колдуньи-менталистки, а под защитой Рэвалли я чувствовала себя в безопасности.

Лорд Джэффас оказался прав. Едва шагнув за распахнувшуюся перед нами дверь, мы увидели стоящих полукругом лучников с натянутыми арбалетами. Рэвалли резко задвинул меня себе за спину, Джэффас встал рядом с ним, и остальное я только слышала, не видя ничего из-за широких спин моих защитников:

– Джэффас, смирись, – раздался голос королевского мага. – Ты не сможешь уйти отсюда Личным Путём, замок заколдован. Если вы не будете сопротивляться, вам ничего не сделают. Вас проводят в мои покои, поживёте там, пока идёт следствие. Его Величество просто опасается, что вы вмешаетесь в ход расследования, и не хочет рисковать вашими жизнями.

– Вот как? – хищно улыбнулся лорд. – И ты действительно веришь своим словам? Ты думаешь, что эти лучники пришли, чтобы нас защитить?

– Конечно, – воскликнул Хэнсис, а я сообщила моим защитникам:

«Он правда так думает. А вот лучникам дан приказ стрелять на поражение при малейшей непокорности».

«Понятно», – ответил Джэффас, а Рэвалли добавил:

«Что ж, придётся повоевать».

«Не надо! – мысленно вскрикнула я. – Рэв, давай их лучше перепрограммируем!»

«Пере… чего?» – не понял менталист.

«Залезем к ним в мозги и поменяем приказ. Пусть они нас охраняют, пока мы за ворота не выйдем».

«Хм… – услышала я в ответ. – Мои – четверо справа, твои – четверо слева. Кто быстрее. Начали!»

«Интересное соревнование», – усмехнулась я, быстро меняя воспоминания о приказе первому слева лучнику. Тот вздрогнул и опустил арбалет. За ним последовали остальные.

«Всё! – одновременно выдохнули мы с Рэвалли и рассмеялись: – Ничья!»

Я вышла из-за спины своих охранников и, улыбнувшись королевскому магу, взяла его под руку:

– Пойдёмте, лорд Хэнсис. Мы полностью доверяем вашему слову.

И мы пошли в сопровождении лучников по длинному коридору, спустились по лестнице вниз и двинулись к выходу из дворца. Увидев, куда мы свернули, Хэнсис хотел, было, возразить, но Джэффас подхватил его с другой стороны и еле слышно пробормотал:

– Не дёргайся, Хэн. У лучников новый приказ – защищать нас от любой напасти. Как бы тебе не пострадать ненароком.

И королевский маг, сжав до желваков зубы, пошёл с нами.

Выйдя за ворота, мы отпустили лучников, поспешно миновали мост и остановились у края рва.

– Прости, Хэнсис, – Главный Королевский Колдун положил руку на плечо королевскому магу. – У нас не было другого выхода. Йонтаррес не хотел нас отпускать, и ты напрасно так уверен в его благородстве. В твоих покоях мы бы не дожили до рассвета. Зря ты служишь ему. Боюсь, что ты ещё об этом пожалеешь.

Хэнсис сбросил руку:

– А это уж не твоя забота. Лучше о себе подумай.

– Именно это я и делаю, – кивнул Джэффас.

И мы шагнули в Трамен…

Мы сидели в кабинете начальника траменской полиции и обсуждали случившееся с нами в Маррудо. Остальные колдуны внимательно слушали наши рассуждения.

– Почему они так неприкрыто пытались нас убить? – задумчиво спросил лорд Джэффас, обращаясь к Рэвалли. – Неужели верна твоя версия о том, что они решили ослабить магический резерв Кэтанга и убрать с дороги всех сильных колдунов? Они готовятся к войне?

– Возможно, – кивнул Рэвалли. – Надо сообщить королю.

– Я уже сообщил, – ответил Королевский Колдун. – Король возмущён. Сейчас его мудрецы составляют протестное письмо Йонтарресу.

– Им надо быть осторожнее в выражениях. Нельзя допустить войну. Йонтаррес чересчур нагло действует. Возможно, у него появился сильный союзник, о котором мы пока ничего не знаем. Нам не нужны неожиданности. И, кстати, при том, что Йонтаррес очень слабый колдун, как и все чистокровные гномы, на нём был мощный ментальный щит. Я не смог его с ходу взломать, а ковыряться времени не было. А у тебя, Селена, получилось?

Я почувствовала, что начинаю краснеть:

– Мне почему-то даже в голову не пришло у него в мозгах пошарить. Ты б мне сказал, Рэв.

Рэвалли улыбнулся:

– Да, моя оплошность. Не подумал, что в военной разведке ты ещё не участвовала, зато хорошо усвоила, что короли неприкосновенны.

Я кивнула, продолжая пылать, как помидор.

– Не расстраивайся, Селена, – попытался успокоить меня лорд Джэффас. – Мне кажется, мы не последний раз видимся с Его Величеством. А пока запомни: среди врагов неприкасаемых нет. А Йонтаррес – враг, в этом ты уже убедилась. Только благодаря твоей находчивости нам удалось уйти без боя.

– Так что нам сейчас делать? – включился в разговор Кэмбис. – Как будем искать начальника?

Я, наконец, справилась со смущением:

– Знаете, что мне показалось странным? У моста я не почувствовала его след. Ощущение, что Стэнна там не было.

– То есть как – не было? – высказал общее удивление Лэррис. – Его же там захватили.

– В том-то и дело! Он освобождал лорда Гэйниса, сражался, должен был остаться его магический след. Но я ничего не почувствовала. Даже эха его магии нет.

– Там было эхо, – лорд Джэффас внимательно посмотрел на меня.

– Было, – согласилась я. – Но – не его. Его магию я ощущаю даже на расстоянии. У неё особый звук, очень красивый, насыщенный. Я его чувствую издалека.

– Слышишь издалека, – поправил меня зануда Йохтра.

– Нет. Именно чувствую. Не знаю, как объяснить… Впрочем, это неважно. Я просто хочу сказать, что магия на мосту была не его.

– Как это может быть? – недоумённо спросил Нэйтас, не сводя с меня потемневших от волнения глаз: распереживался от мысли, что я рисковала жизнью, а он был далеко и не мог прикрыть меня собой.

– Не знаю. Ещё одна загадка, на разгадывание которой у нас остаётся не так уж много времени.

Слава Древним Богам, никто из Тайных полицейских не усомнился в моих словах. Они уже давно знали, что моя любовь к Стэнну, помноженная на магическую Силу, позволяет мне чувствовать всё, что с ним связано, намного сильнее, чем это чувствуют все остальные.

– Значит, начать поиск Стэнна с обследования моста мы не сможем? – решил прояснить ситуацию до конца Кэрван.

– Значит, не сможем, – согласилась я.

– Тогда где мы будем его искать?

Колдуны погрузились в невесёлые раздумья.

– Есть один способ найти его след. Но он очень опасный, и мне бы хотелось оставить его на крайний случай, если больше ничего не придумаем, – наконец, сказал Рэвалли.

– Какой? – повернулись к нему полицейские.

– След надо искать во дворце. Там мы сможем понять, когда и куда он делся.

– Правильно! – вскинулась я. – И искать его пойду я. Я лучше всех вас чувствую след Стэнна. Любой: хоть земной, хоть магический. Морок накину, да ещё невидимостью прикроюсь – никто и не почувствует моего присутствия.

– Я с вами! – решительно заявил Нэйтас, и я поняла, что он останется здесь, только если его магическими наручниками к стене прикрутят.

– Ты забываешь, что в Хобхорро, судя по всему, появился какой-то сильный колдун, и это – не Хэнсис, – вступил в разговор лорд Джэффас. – Хэнсис, как я понял, просто пешка в разыгрывающейся партии, хоть и считается королевским магом. И нам неизвестно, кто в действительности стоит за спиной Йонтарреса. Мы не знаем его возможности. Идти во дворец при таком раскладе – страшный риск.

– Кто не рискует, тот не пьёт Лаверийское, – улыбнулась я, с ходу переделав популярную в нашем мире фразу. – Мне кажется, Рэвалли прав. Только так можно разобраться в ситуации.

Сыщики снова задумались. Наконец, Кэмбис нехотя сказал:

– Пожалуй, это – единственный выход. Но будет лучше, если пойду я, а не Селена.

– Почему? – возмутилась я.

– Потому что у меня больше шансов ускользнуть: я не только боевой маг, но и хороший воин. Даже если попаду в зону, где магия не действует, всё равно смогу дать отпор.

– Зато я – отличный менталист и смогу приказать тюремщикам меня отпустить, – парировала я.

– Да, сможешь, – согласился Кэмбис. – Если в сознании будешь. Они на примере лучников поняли, каковы наши силы, и наверняка сделали правильные выводы. Опоят настойкой оллехиума и вытрясут из тебя все сведения, а ты и не поймёшь ничего. И потом даже не вспомнишь об этом.

– А тебя будто не опоят, – сердито засопела я.

– И меня могут, – кивнул колдун. – Но меня поймать труднее.

Я вздохнула. Крыть было нечем. Хотя…

– Зато я след Стэнна лучше тебя чувствую. Там его почую, где ты запросто мимо пройдёшь.

– Всё, хватит спорить, – вмешался в разговор лорд Джэффас. – Вы оба правы, поэтому пойдёте вдвоём. И…

– Втроём, – перебил его Нэйтас. – Я тоже пойду.

Лорд Джэффас удивлённо посмотрел на парня: немного существовало людей в Кэтанге, имеющих право перебивать Главного Королевского Колдуна во время его речи, и Нэйтас в их число точно не входил. Рэвалли нахмурился. Полицейские с усмешкой переглянулись. Я глянула на молодого колдуна. Он сидел, набычившись, вызывающе глядя на Джэффаса из-под сползшей на глаза чёлки, и от всей его фигуры веяло такой непоколебимой решимостью, что Джэффас вдруг махнул рукой и сказал Рэвалли:

– Пусть идёт. Лишние руки не помешают.

– Он ещё неопытен, – возразил тот.

– Сюда же ты его взял. Значит, подразумевал его участие в деле. Вот пусть и поучаствует.

И перешёл на мыслеречь:

«Иногда беззаветная преданность бывает важнее, чем боевые умения. Пусть Кэмбис воюет, а Нэйтас будет Селену из-под огня выводить, если такое случится. Защитить её он сможет, не так уж он неопытен. Ты же сам говорил, что он многому научился».

Рэвалли перевёл взгляд на меня:

«Как, Селена? Возьмёшь Нэйтаса в сопровождающие?»

«Возьму. Мне с ним даже спокойнее будет».

– Хорошо, – поставил точку в разговоре заместитель начальника. – Нэйтас, пойдёшь с ними. Но по возвращении получишь выговор за пререкания с начальством.

– И дополнительное дежурство, – просияв, радостно закивал парень.

Колдуны расхохотались:

– Выговора ему мало.

– И дополнительное дежурство, – пряча улыбку, согласился Рэвалли. – А сейчас давайте обсудим, как вам пробраться во дворец.

Обсуждение затянулось часа на три. Колдуны наперебой придумывали всякие ужасы, могущие свалиться на нашу троицу, и пытались найти выход из самой безвыходной ситуации. Наконец, когда у меня уже волосы дыбом стояли от предсказываемых нам неприятностей, и я всерьёз начинала жалеть, что не ушла на поиски тихо, не привлекая ничьего внимания, Главный Королевский Колдун поднял руку, призывая к молчанию. По его сосредоточенному виду мы поняли, что он с кем-то разговаривает. Мы замолкли, вопросительно глядя на нахмуренного мага. А Джэффас, кивнув пару раз невидимому собеседнику, поднял на нас задумчивый взгляд:

– Дипломаты короля отослали Йонтарресу протестное письмо с перечислением всех нападений на первых лиц дружественного соседнего государства, выразили надежду, что король не причастен к этим покушениям, и творились они без его ведома, удивились, что за его спиной в его собственном государстве совершаются подобные вещи, и потребовали расследования всех происшествий и наказания виновных. Также они уповали на то, что Его Величество проявит свойственное ему великодушие и разрешит служащим Тайной Магической полиции участвовать в поисках пропавшего сегодня утром их начальника. В случае проявления доброй воли Его Величества в выполнении всех этих требований, ему пообещали не прерывать дипломатические отношения с Хобхорро и даже не увеличивать количество боевых магов на границе с его государством, что, конечно же, с болью душевной пришлось бы сделать, если бы великодушие Его Величества было чуть меньше, чем оно есть в действительности. Словом, как я понял, дипломаты в завуалированной, но вполне понятной форме помогли Йонтарресу уяснить, что безнаказанными эти нападения не останутся.

Вскоре они получили ответное письмо, в котором Йонтаррес активно возмущался творящимися на подвластной ему территории безобразиями и клятвенно обещал принять все меры для их искоренения. А буквально пять минут назад пришла депеша, в которой Его Величество радостно сообщил, что разбойники пойманы и уже даже казнены, а нас ждут для важного разговора, в ходе которого нам скажут, где находится лорд Стэнн, потому что люди Йонтарреса, которые «не даром едят свой хлеб», после энергичных поисков нашли убежище, в котором «подлые предатели», как он выразился, держали своего пленника. Сообщить же о его местонахождении Йонтаррес хочет нам лично, дабы продемонстрировать свою полную лояльность к нашему королю и Тайной полиции.

– Они нашли Стэнна? – обрадовалась я. – Так чего же мы ждём? Пойдёмте скорее!

– Не торопись, Селена, – поморщился лорд Джэффас. – Это может быть очередная ловушка.

– Не думаю, – качнул головой Рэвалли. – Йонтаррес должен понимать, что сейчас мы подстрахуемся и сможем очень жёстко ответить на любую провокацию.

– Что ж. Тогда – рискнём, – деловито согласился Королевский Колдун. – Сейчас я сообщу Хэнсису о нашем приходе, пусть встречает. А вы будьте наготове, – обратился он к полицейским. – Если нас опять попытаются заманить в ловушку, сбегать не будем, дадим бой. И вы должны нас поддержать. Так что не расслабляйтесь.

Колдуны кивнули. Весёлые болтуны в мирной жизни, они становились немногословными и собранными в опасных ситуациях. Да и о чём было говорить? Они хорошо знали ценность каждой секунды в неравном бою, и я была уверена, что никто из них лишнего мгновения здесь не задержится, если нам понадобится помощь.

А лорд Джэффас, переговорив с королевским магом, улыбнулся:

– Хэнсис в полной растерянности и ничего не понимает. Хотя и ждёт нас. Надо же, раньше он был главным советчиком Йонаратоса, а новый король, видимо, нашёл себе другого помощника, но Хэнсиса в известность об этом не поставил. Интересная складывается ситуация…

И обернулся к нам с Рэвалли:

– Ну, что? Идём?

В этот раз мы не стали заморачиваться правилами этикета и, проигнорировав Общественные пути, оказались сразу у ворот королевского замка.

– Селена, – повернулся ко мне Рэвалли. – Держись между нами.

И вдруг удивлённо приподнял бровь:

– А ты чего тут делаешь?

Я обернулась, уже зная, что, а точнее, кого я сейчас увижу. Но всё равно не удержалась от укоризненного вздоха: позади, отступив от меня на шаг, в настороженной позе телохранителя стоял Нэйтас.

– Какого… – Рэвалли успел поймать себя за язык, но его гневный взгляд был весьма выразителен.

– Вы сами разрешили мне охранять леди Селену, – упрямо ответил парень.

– Оставь. Не до него, – лорд Джэффас не сводил глаз с открывающихся створок. Рэвалли отвернулся, но так сверкнул глазами, что я поняла: когда наша эпопея закончится, моему сверхзаботливому защитнику не поздоровится, и одним дежурством он не отделается.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.