Александра Черчень
Хозяйка магической лавки

Александра Черчень

* * *

Глава 1. В которой Адель достается сомнительное наследство и обрисовываются кошмарные перспективы

У меня было много проблем.

Очень, очень, ОЧЕНЬ много проблем.

– Собственно, вот. Твое наследство, Адель.

Дядюшка скалился так многообещающе, что захотелось проклясть!

– Ты довольна? Свобода и независимость – все, как хотела! – не удержалась от зубоскальства стоящая рядом с ним тетушка.

Я стояла на пороге разваливающейся лавочки и понимала, что это все. Это прям вообще все.

Совсем все.

Появилось трусливое желание крепко-крепко зажмуриться, а потом широко распахнуть глаза и увидеть нечто другое.

Для начала – хотя бы целое.

Но я лишь гордо вскинула голову, развернулась на каблуках к поверенному нашей семьи, что смущенно топтался рядом, и спросила:

– Это действительно законно?

– Боюсь, что так, – отводя взгляд, сказал мистер Тордис и, торопливыми, нервными жестами развернув свиток, зачитал: – Согласно завещанию вашего отца, каждый из двух наследников может получить свою часть имущества, а также финансовых активов. Но только после того, как на протяжении года будет успешно вести дела в выбранном старшими родственниками направлении. Этими родственниками являются ваши дядя и тетя. Они выбрали эту лавку. И вы, мисс Норил, должны сделать ее успешной. Только тогда вы сможете самостоятельно распоряжаться своим имуществом.

– Ну или ты можешь выйти замуж за нашего сына и наконец-то перестать страдать ерундой! – громыхнула тетя.

Угу. Рожать детей и не думать о такой низменной вещи, как денежки. О них подумает новоиспеченный супруг, а точнее, его маменька.

Прелесть, да? Интересно, почему я не согласна?

Притом практически уверена, что моему дорогому братцу в качестве базы для развития дела досталось что-то получше.

У моей же лавки приличным было только одно – местоположение.

Она находилась в полусотне шагов от ворот Магического Государственного Университета и по сравнению с его величавыми башнями выглядела форменным издевательством.

Дверь еле держалась на петлях, и я очень надеялась, что она не упадет и не придавит все мечты о будущем прямо вместе со мной. Внутри все также было очень и очень печально. Парочка досок лежала на полу рядом с мешком строительного песка – кажется, какой-то прошлый счастливый обладатель «бизнеса» не завершил ремонт и ушел.

Надеюсь, не на облака, потому что его этими самыми деревяшками и придавило…

В затхлом воздухе однозначно витал аромат «свободы и независимости». Тут точно что-то то ли протухло, то ли сгнило.

Я перевела взгляд на дорогих родственников, которые стояли, злорадно ухмыляясь.

– Спасибо, дядюшка, спасибо, тетушка, за возможность проявить себя, – собравшись с мыслями и перестав изучать лавку, проговорила я. – Я постараюсь в ближайшее время привести помещение в порядок и займусь работой.

– Хватит, Адель, пойдем лучше домой, – сказала тетя обманчиво мягким тоном, – выберем красивую дату для торжества.

– Ты уже проиграла, – вступил в разговор дядя. – Что ты сможешь тут сделать? Ты лишь девушка, Адель. Тебе не справиться.

Угу, я справлюсь только с одной ролью – с ролью жены. А если нет, то мама мужа с радостью подскажет, где я ошиблась! И не один раз…

– Спасибо за ваше мнение, дальше я сама, – вежливо отозвалась я, хотя уже хотелось использовать весь запас проклятий. И не один раз. – Мистер Тордис, где нужно подписать?

Поверенный, худощавый мужчина лет пятидесяти, который уже много лет служил нашей семье, протянул мне стопку листков.

– Вот здесь и здесь, – он указал на нужные ячейки и протянул зачарованное перо.

С помощью такого пера, след которого нельзя было стереть магией, подписывались все официальные бумаги.

Едва я поставила подпись, мистер Тордис вручил мне мой экземпляр предписания.

Все, путь назад отрезан. Но между браком с Кристианом и страшненькой лавкой я выбираю – страшненькую лавку!

– Ну, не будем мешать девочке думать о будущем, Донс, – тетя взяла под руку мужа.

– Она всегда может сделать правильный выбор, – напомнил дядя.

– Удачного дня, мисс Норил, – попрощался поверенный.

– Всего хорошего, – отозвалась я и закрыла дверь.

Она протяжно простонала, отрезая меня от «любезных» родственников, и тут же сверху посыпалась труха с дверной коробки.

Прелестно! С досады я стукнула по стене и тут же об этом пожалела – поднялась пыль, а на мою голову свалились пауки. Очень мерзкие, мохнатые и размером в мой ноготь!

Я еле сдержала крик и с минуту стряхивала с волос живность. Та, потревоженная, возмущенно разбежалась по щелям.

Будь я хоть немного сентиментальной, к примеру, как кузина, моих слез хватило бы, чтобы помыть прилавок, а затем и пол.

Тут просто нечего ремонтировать!

Дом ветхий, я не удивлюсь, если моя нога провалится через пол, а потолок однажды свалится мне на макушку. Вариант один – снести это здание и построить новое. Но поскольку я так же похожа на строителя, как дядюшка – на добряка, который выделит средства на это… Увы, придется работать с тем, что есть!

Самое интересное, что здесь ничего нет, кроме моих рук и надежды не получить сотрясение раньше, чем успею хотя бы убрать палки. Ну и длиннющих лент паутины, смешанных с грязью, бутылками и прочим мусором.

Ладно, хватит предаваться унынию. Если уж так думать, то действительно проще пойти и выбрать красивую дату для свадьбы…

Тьфу! Нет-нет, сплюнь, Адель!

Я щелкнула выключателем, и пространство лавки залил тусклый свет волшебных светильников. К сожалению, несмотря на древний магический род, из которого происходила моя мать, у меня всего три искры способностей. Хватает на мизер.

Впрочем, такая печальная ситуация была у последних трех поколений некогда великого рода Харвисов.

«Вот уже и плюсы пошли! Свет работает, и это очень хорошо», – воодушевленно подумала я, ступая вперед и разглядывая свой «бизнес».

Сквозь пыль и грязь я отметила наличие полок с разными стеклянными бутылочками, стол, стулья, даже обгрызенный диван нашла! Щедрость-то какая! И почему его тетушка не вынесла первым делом?

Окна были заколочены – явно, чтобы прибыльный бизнес окончательно не разнесли на составляющие части криминальные элементы города.

В самом дальнем углу, наполовину скрытом всяким хламом, я обнаружила дверцу, но расчистить путь туда и открыть ее не успела.

– Смотри, Марель, еще одна «хозяйка» явилась, – раздался вдруг приглушенный голос.

Я не смогла точно определить – женский или мужской, просто хриплый и тонкий.

– Снова будешь изживать?

Его собеседницей была однозначно особь женского пола, потому что второй голос оказался высокий и мягкий, чуточку писклявый.

Я на всякий случай взяла в руки деревяшку и сделала несколько шагов назад.

Тут вариантов два: или я все же сошла с ума от счастья, или лавка у меня с сюрпризом. Хотя может ли что-то быть еще сюрпризнее, чем данная ситуация?!

– А зачем? – лениво протянул первый. – Вот увидишь, она сама сейчас убежит.

Я действительно собиралась убежа… совершить стратегическое отступление! Но сразу же передумала, едва услышала подобное. Я ведь упрямая, даже если это чудище какое, и оно меня собирается съесть, я… Я ему изжогу устрою!

– Не убегу, – собравшись с силами, заговорила я. – Кто вы? Выходите! Это моя лавка!

Сама удивилась своей храбрости, но выбора у меня, в целом, нет. Прямо за дверью меня ждут тетка с подвенечным платьем и семейное счастье.

– Ух, какая смелая! – восхищенно проговорил женский писклявый голос.

– Она нас слышит! – это был первый.

Я наконец-то нашла взглядом говоривших… и выпала в осадок.

Потому что на комоде сидел крупный рыжий кот, а рядом с ним расположилась весьма упитанная благообразная мышь в красном платьице, белом передничке и чепчике.

Я ошеломленно выдала:

– Чтоб меня болотные шусы уволокли!

Кот и мышь во все глаза уставились на меня, мышь пошевелила длинными усами и уже знакомым голоском резюмировала:

– Еще и видит.

– И до сих пор не убежала, – почти промурлыкал кот. – Прелестно! Я передумал, она мне нравится!

А мне вот что-то совсем ситуация не нравится! Я потрясенно продолжала взирать на магических существ.

– И мне! – Мышка умиленно на меня смотрела. – Прямо лапочка! Давай оставим ее?

Так как мне в целом показалась подозрительной фраза «давай оставим ее», то я решила вступить в контакт:

– Меня зовут Адель, а вы кто? Вы тут… живете?

– Нет, в гости зашли, – ухмыльнулось существо. – Конечно, живем. Это наш дом.

Рыжий кот мягко спрыгнул на пол и направился ко мне. Когда он подошел поближе и обошел меня по кругу, я еле удержалась, чтобы не отойти подальше. От него исходила сила – старая, даже древняя, его искры уже потихоньку гасли, но еще не до конца потеряли былую мощь. Я поняла, кем являлся тот, кто сейчас явился мне в обличии кота.

Это был домовой.

В детстве мама рассказывала мне и Натану сказки про волшебные дома, в которых обитали добрые духи – домовые. Они защищали здание, так что подобные дома становились практически неприступными и вечными – чем сильнее оказывался дух, тем крепче было его пристанище. Но я считала все это лишь выдумкой, ведь церковная власть твердила: «Не бывает светлых существ, тем более наделенных разумом, так сказал Единый».

– Вкус-с-сная магия, мрр-р, – вынес вердикт домовой, едва закончил ходить вокруг меня, и даже потерся мордочкой о мою ногу.

– Оставляем ее? Ура! – радостно пропищала мышка и обратилась ко мне: – Меня зовут Мареллина из рода Беломышей, но для тебя просто Марель.

– Приятно познакомиться. – Я до сих пор не могла прийти в себя. Что за день! Я с мышью общаюсь! Ущипните меня, кто-нибудь… – А вы… ты тоже дух?

– Вот еще! – фыркнула она и гордо произнесла: – Я нечисть!

– Прекрасно, – нервно отозвалась я, почесав кончик носа, и тотчас заверила: – Очень рада столь необыкновенному соседству.

Как же хорошо, что я все-таки не сентиментальная девица, потому что все происходящее выходило за грани… Да за грани всего!

В голове тотчас всплыло все, что я знала про магически измененных животных, которых сейчас называли нечистью. Если честно, информация изобиловала страшными сказками и жуткими подробностями от жителей глубинки.

– Поверь, детка, все, что о нас говорят, гнусный поклеп! – словно прочитала мои мысли Марель.

– Адель, ты ведь уже поняла, кто я, – сказал кот, перестав изучать меня и несколькими плавными прыжками вернувшись на свое место – на потрепанный комод.

Он вновь там вальяжно расположился, переместив хвостом мышку к краю мебели. Марель возмущенно поправила чепчик и спланировала на пол.

Вот действительно спланировала! Искорки, юбка надувается парусом – и мышь медленно опускается на старый паркет.

Она еще и колдовать умеет?..

Тотчас вспомнилось, что между нечистью и другими разумными, благодаря официальной позиции служителей Единого, конфронтация, и это еще мягко сказано.

Я перевела взгляд с одной живности на другую и растерянно озвучила свои мысли:

– Надеюсь, свидетели у вас живут долго и счастливо.

Домовой хохотнул – и дико странно было слышать, как подобный звук исходит от кота. Вроде живу уже восемнадцать лет в мире, полном магии, но чувствую себя впервые увидевшей волшебство девочкой.

– Не знаю, как насчет долго, но в целом, думаю, счастливо. Если во-о-он та балка из ценнейшего пятнистого дуба упадет прямо в объятия свидетеля, он будет дико счастлив. Кратковременно, правда… Но все же дерево дорогое, я каждый день читаю газету «Новости столичных дельцов» и знаю расценки.

Мозг маленечко вскипел.

Я сглотнула и на всякий случай сделала несколько шагов поближе к духу и подальше от ценнейшего древесного массива.

– Да не бледней, малышка. – Марель мне… улыбнулась. Или оскалилась, потому что стали видны все ее зубы. Многочисленные и достаточно острые. Может, все же стоит рассмотреть вариант с замужеством? Не так страшен жених, как нечисть в свежеобретенном имуществе. – Кот так шутит. Если что, нашего вредного духа так и зовут – Кот.

Кажется, прошлая хозяйка лавки была очень большой фантазеркой. Домовой в теле кота по имени Кот – это ведь верх оригинальности.

– Поняла, спасибо, Марель. – Первый шок прошел, и до меня с опозданием дошло, что правая рука немного болит и ноет. Опустив взгляд, я поняла, что до сих пор стискиваю весьма внушительную палку, и, бросив ее среди другого хлама, растянула губы в улыбке. – Что-то я отвлеклась.

Домовой на меня пристально смотрел, чуть сощурив кошачьи глаза.

– Если, м-р-рр, закончили меня обс-с-суждать, то давай поговорим о тебе, Адель.

– А о чем именно поговорим? – подозрительно спросила я.

Надо сказать, что обсуждать с котами свои проблемы мне еще не доводилось. Пусть они хоть сто раз домовые.

– Как ты здесь оказалась? – подсказала тему мышка.

– Зачем ты здесь оказалась? – промурлыкал дух. – И что собираешься делать?

Последний вопрос однозначно фееричный, потому что я честно не знала, за что взяться. Слишком уж перспективный бизнес! Ну, если только разобрать здание на составляющие и продать все деревянные конструкции – сейчас действительно ценилась древесина, особенно вот такой пятнистый дуб, из которого и построена лавка.

Так что решила, что начну хотя бы с рассказа, как я вообще до такой жизни дошла и до таких размышлений истинных барыг докатилась.

Откровенничать было непросто, но Кот и Марель слушали очень внимательно, и я незаметно все выложила.

– …Вот такие дела. Или успех в деле, или брак. А я замуж не хочу, мне бы полагающуюся часть наследства и тихую независимую жизнь подальше от семейного счастья, – закончила я рассказ, где красочно описала и матримониальные планы тетушки, и то, как брат сдался под натиском кузины и сейчас ухаживает за ней. – Мне нужно сделать лавку успешной и заработать за год сто золотых монет.

Я показала мышке и домовому предписание. Марель забрала из моих пальцев бумаги и принялась изучать. Лист повис перед ней в воздухе, а мышь забавно ходила от одного его конца в другой по мере прочтения.

– Ты умеешь читать? – удивилась я.

– А ты как думала? – фыркнула Мареллина, взмахнув хвостиком, отчего ее фартучек и чепчик забавно колыхнулись в такт. – Я в роду Беломышей лучше всех разбираюсь в бюрократии!

Я решила ей поверить на слово.

По мере чтения мышиная мордочка становилась все мрачнее и мрачнее.

– Мер-р-рзавцы? – поинтересовался у нее Кот.

– Мерзавцы, и еще какие! – возмущенно согласилась она, с досады одернув край фартука.

– А что там? – настороженно спросила я.

– Вот тут ма-а-аленькими буквами написано, что ты во время испытания лишаешься полагающегося тебе денежного содержания, и если не проходишь это самое испытание, то другого шанса уже не будет.

– В смысле не будет? – Я посмотрела на предписание. Вчиталась. – Я потеряю большую часть наследства…

Чтоб их всех… болотные шусы уволокли и хорошенько покусали! Особенно поверенного, потому что он давал почитать мне совершенно другие бумаги! Вот его я обязательно прокляну! Чтобы знал в следующий раз, когда соберется обмануть честную девушку, про последствия. Посидит пару часов в нужнике по острой необходимости – сразу и мозги прочистятся, и совесть проснется.

– Какие добрые родственнички, – хмыкнул дух. – Помнится, точно такие же заботливые тетушки и дядюшки отравили мою первую хозяйку.

– Кот, подобное нельзя оставлять просто так! Они ж… они ж бедную девочку обманули! Аделюшка, Марель с тобой, я уж знаю, как правильно мстить!

Мышка прижалась к моей ладони всем телом и обняла ее лапками. Она была на удивление теплой, будто бы… по-настоящему живой.

Я погладила мышь по мягкой шерстке. Было приятно, что она вступилась за меня, этого уже давно никто не делал – кажется, Натану было все равно, что происходит вокруг, он был занят лишь своей любовью.

– Да зачем месть? Я только поверенного прокляну, и все, – успокоила я нечисть. – Мне бы сейчас лучше помощь в уборке. Как вы в этом бардаке живете?

Кот покрутил головой, будто бы заново изучая свой дом, и вынес вердикт:

– Ну, в целом, да, помахать веником не помешает.

– Да брось, ты ведьзнаешь, веник тут не поможет, – проговорила Маррелин.

Я подалась вперед:

– А что поможет? Надо зачитать какое-нибудь заклинание? Я с радостью! Лавка волшебная же, правда?

А вдруг есть очень простое решение моей проблемы? Во мне тут же ожила надежда на богатое и счастливое без-мужнее будущее. Ну или хотя бы на без-свекровное.

И мышь, и кот посмотрели на меня крайне скептически, а домовой протяжно мяукнул:

– Наивная-у-у-у, если бы все было так просто!

– Сложно будет, да? – малость расстроилась я.

Радужные картины понемногу тускнели.

– Да не очень, – вдруг выдала Марель. – Просто надо в одно место сходить, взять одну вещь. И уже после этого заклинание прочитать.

В душу закрадывалось его величество подозрение, взращенное на детских сказках. Там бедных, но гордых девушек часто посылали непонятно куда и непонятно зачем!

– И далеко ходить? – осторожно уточнила я.

– Да меньше мили! Городское кладбище буквально в трех кварталах!

Я нервно икнула.

– Кладбище?!

Кот укоризненно посмотрел на повелительницу бюрократии из рода Беломышей и заявил:

– Марель, ты не с того начала. В общем, Адель, слушай, да запоминай. На косу в отсутствии уса наматывай.

Марель едва слышно пробормотала, что вообще непонятно, как человеки без усов живут.

– И? – поторопила я домового.

– Видишь ли, я сильный дух, но только в привязке к дому и хозяйке. Без связи… сама видишь, в каком состоянии лавка. Моих сил едва хватает, чтобы поддерживать в порядке свой угол да норы мышей.

– Но, как я поняла, есть шанс это изменить? Правда, я не поняла, причем тут кладбище.

И не хотела понимать, если честно. Но что-то подсказывало, что придется!

– Чтобы стать хозяйкой, тебе нужен гримуар. Магическая книга нашей предыдущей хозяйки, которую положили на ее саркофаг.

– Зачем?!

– Положено, – туманно ответили мне. – Так что забери гримуар у предыдущей хозяйки и проведи ритуал. Если ты достойна, то я и все остальные жители лавки войдем в силу и поможем тебе.

– А предыдущая хозяйка разве отдаст свое?

Я нервно закусила ноготь и тотчас отдернула руку от лица, мысленно проклиная детскую вредную привычку.

– Так она уже лет сто как отошла в Темный мир. Книга в ее склепе. Нужно сходить на кладбище и забрать ее.

– Но это же будет воровством!

Я только книги не крала у мертвых ведьм да по ночам на кладбище не гуляла!

– Так ты попроси и потом забери. – Кот был невозмутим. – Выйдет, что не украла, а тебе одолжили. Навсегда.

– Но хорошие девочки по кладбищам не ходят… – меня еще терзали сомнения.

– Хорошие девушки выходят замуж и рожают каждый год, – прибавила мне мотивации Марель.

Меня перекосило.

В словах мыши определенно был резон! Замуж это навсегда, а на кладбище я проведу всего полчасика.

Глава 2. В которой Адель приходится совершать кладбищенские подвиги и удирать от темного мага

Собирали меня как в поход!

Кот и Марель проводили меня в помещение, которое раньше было кухней и все еще хранило следы былых удобств. Несколько бытовых заклинаний помогли мебели избавиться от пыли, а в магическом кристалле варочной плиты еще остался заряд. Потому чайник весело закипал, домовой расставлял на столе разнообразные варенья и плюшки, а мышь рассказывала, как дойти до склепа.

И не попасться на глаза неблагоприятному кладбищенскому контингенту!

– Ты сразу за оградой сверни с главной дороги.

– Почему?

Оглядев выпечку, я выбрала ватрушку и тотчас откусила румяный бочок. Это было очень кстати, так как зубы уже начинали нервно постукивать.

– Да там в третьей усыпальнице слева такие скандалисты живут… Граф Мортон преставился в прошлом году во время оргии с девицами. Но его даже смерть не исправила, и он теперь пристает к девчонкам с неприличными предложениями.

– Призрак?!

– Угу. А за пять лет до него померла его супруга. И она очень недовольна ветреностью мужа.

К описаниям загробных страстей присоединился домовой.

– Только ты направо не ходи, ты налево ходи. Будет обидно попасться маньяку.

– Маньяку?!

– Угу. Про вестковского извращенца слышала? При задержании убился. Который девок на улицах подкарауливал да плащ распахивал… а там… а та-а-ам…

От накала напряжения у меня дрогнули пальцы.

– А там?!

Кот наклонился и прошептал:

– Естество!

В ответ мышь шлепнула его ложкой промеж ушей и воскликнула:

– Ты пошто, поганец, девочку развращаешь?!

– Я?! Я предупреждаю! А то она не только узнает, она еще и увидит!

Кот поманил к себе чайник, и мы с Марель некоторое время молча наблюдали, как он наполняет кипятком сначала заварник с травами, а после уже переливает настой в круглые пузатенькие чашки.

Кладбища я не любила.

Они и днем в меня ужас внушали, а уж ночью… тем более с таким «населением».

Но свекровь однозначно страшнее. А потому – в путь!

Сейчас вот поем – и сразу в путь…

– А вы проводить меня не хотите? – наивно поинтересовалась я. – Как раз и покажете, куда ходить, куда не ходить… заблужусь ведь!

Домовой лишь усмехнулся и так невзначай, словно в потолок, спросил:

– Марель, а так ли нам нужна хозяйка с топографическим кретинизмом, которая в трех склепах заблудиться способна?

– Да не знаю, не знаю… Как-то уже хочется приличного житья, Котик.

Вот же… животные! Магические.

– Злые вы, – вздохнула я, озвучивая свои мысли.

– Нет, деточка, мы опытные, – покачала головой в чепчике Марель. – Помогали уже… И что? И плохо все закончилось. Новая хозяйка должна вступать в права самостоятельно, иначе что это за ведьма, которая от призраков отмахаться не может.

Если честно, становиться ведьмой не хотелось. Ведьмы у меня ассоциировались с избушками на отшибе, закопченными стенами и бесконечными зельями. Ну и, само собой, со старухами с седыми космами и одним зубом.

Но замуж хотелось еще меньше.

Да и сомневаюсь, что сразу после обретения гримуара я постарею.

Но я все равно уточнила данный вопрос и получила заверения, что все это глупые суеверия. И ведьма – это просто женщина, у которой от природы мало искр магии, но она научилась их грамотно использовать. И да, в основном, путем взаимодействия с природными материалами.

Когда с чаем было практически покончено, а новые знакомые нарисовали мне карту, по которой можно было найти нужный склеп, и снабдили едой в дорогу, я спросила:

– Вот вы говорили, что оказывать помощь нельзя. Но все равно отнеслись ко мне по-доброму и пытаетесь сделать то, что в ваших силах. А ведь мы только встретились… Откуда такое участие к незнакомому, по сути, человеку?

Домовой и нечисть помолчали, переглянулись, а после Марель сказала:

– Посмотри на лавку, Адель. Жить в пыли и грязи нам тоже не очень нравится. А хозяйка все поправит… А если нет, то на нее всегда может упасть балка, а мы подождем новую хозяйку.

Честно. Но неприятно.

Ну ладно. Как понимаю, в самом худшем случае меня тюкнет по маковке раритетным пятнистым дубом.

Так что, воодушевленная этими радостными жизненными перспективами, я вышла из дома навстречу приключениям.

До кладбища я дошагала очень даже бодро и оптимистично.

Видимо, этому способствовали закатные лучи и вечерний мягкий сумрак.

Но, увы, ночи в южных городах наступают стремительно. И к тому моменту, как я шагнула за ограду, солнце словно свалилось за горизонт, и вокруг уже царила ночь. Лунная, светлая… но ночь.

Кладбище атмосферно тянуло ко мне кривые ветви деревьев и жизнерадостно приветствовало загробными плюсами, то бишь крестами.

За спиной протяжно скрипнула-застонала кованая воротина, и я, нервно подпрыгнув, сделала несколько шагов вперед.

Тишина вокруг казалась настолько давящей, что от страха засосало под лопаткой, и очень захотелось услышать хоть какой-то живой звук. Свой голос вполне годился.

Тем более что нужно было как раз принимать решение!

– Так, налево или направо, направо или налево?

Я развернула карту и с ужасом поняла, что мышь и кот почему-то стали рисовать схему прохода не от центральных ворот, а как раз от судьбоносного поворота.

А я начисто забыла, налево или направо.

Вот правда, словно из головы выдуло!

И соображать лучше мне не помогало ничего! Ни темень, ни уханье совы, ни скрип деревьев под редкими, но сильными порывами ветра.

Особенно мешали лезущие мысли про вестковского извращенца, который ждал меня на неправильной тропинке.

– Направо, – наконец решила я и даже сделала несколько шагов вперед. – Хорошие девочки налево не ходят. Так батюшка говорил, пока не помер…

Ну и, в конце концов, если я ошибусь, то усопший маньяк будет достаточно весомым признаком. Просто развернусь и пойду обратно!

Так что шла я, шла…

Любовалась на архитектуру. Склепы периодически попадались просто шедевральные. А уж статуи! Настолько искусно сделанные, что временами хотелось вопить от ужаса из-за их реалистичности.

Особенно от всяких там крылатых посланников Единого или просто скульптур, изображающих усопших.

Притом так хорошо изображающих, что сразу было ясно – скульптор вот вообще не льстил заказчикам!

Но в любом случае тут было красиво. Мне даже захотелось прийти повторно при свете дня и как следует рассмотреть искусные барельефы и чудесные арки и колонны. И культурно просвещусь, и не так страшно.

В общем, я старалась думать о чем угодно, кроме маньяка.

Но не помогло.

Впереди нарисовалась призрачная фигура, кто-то мерзко хихикнул и спросил:

– Девушка, а девушка… а чего это вы тут ночью одна гуляете?

Я потрясенно уставилась на окончательно проявившегося полупрозрачного мужика в широкополой шляпе и плаще, из-под которого кокетливо торчали две тощие ноги. При жизни наверняка волосатые!

– На красоты смотрю, – чуть дрогнувшим голосом ответила я, делая шажочек назад.

– На красоты… Красоты – это хорошо! У меня таки есть, чем вас поразить!

– Очень хорошо!

Так, а щас я разворачиваюсь и даю деру!

– Тогда смотри! – торжествующе завопил мужик и рванул на себе плащ.

Но я уже бежала!

Неправ был папенька. Налево нужно было идти! Хорошим девочкам на кладбищах нужно ходить исключительно налево!

Вот она, главная аллея, а вот и мой вожделенный поворот.

Прямо перед моим носом из воздуха соткался злорадно усмехающийся маньяк, и я, не думая, свернула в сторону и побежала дальше по главной аллее. С тоской вспомнилось, что впереди меня ждали местный ловелас и его ревнивая супруга.

В душе появилась трусливая надежда, что они, возможно, спят. Призраки не спят, конечно, но могу же я надеяться?!

Сегодня однозначно был не мой день, потому что моим даже самым скромным ожиданиям не суждено было сбыться. Только остановилась, чтобы перевести дух – в боку уже кололо от вынужденного марафона – как аккурат рядом возник… призрак почившего лорда Мортона. Он был одет по последней моде аристократии и до возмутительности счастлив меня видеть. Я, к сожалению, не разделяла его чувств.

– Доброй ночи, прелестная девица.

– З-з-здравствуйте, – отозвалась я, думая о том, что ночь таки не самая добрая.

Ну и просчитывая пути отступления. Сзади – призрак-извращенец, спереди – развратный лорд. Куда теперь идти, спрашивается?

– Девушка, а что вы одна гуляете здесь? Я, как истинный джентльмен, должен вас сопроводить, – проговорил он с хрипотцой. И, понизив голос, проникновенным тоном предложил: – Может, хотите полюбоваться на мой склеп? У меня самый удобный гроб, двухместный!

У меня, если честно, уже начал дергаться глаз.

Но я не оценила весь масштаб попадалова.

– Старый кобель! Это позор на мою голову! – послышался высокий визгливый голос слева от меня. – Что ты тут делаешь, а? Гроб у него двухместный! Да я тебя…

– Милая, ты все не так поняла! Положи надгробный камень на место!

Кажется, мне сейчас лучше сбежать и, желательно, очень быстро! Становиться потенциальной жертвой ревнивой женушки сластолюбивого лорда совершенно не хотелось. Свидетелем семейных разборок призраков – тем более. Но я успела сделать только шаг, как рядом возник маньяк.

Весь сюр моего положения просто не описать словами. По крайней мере, приличными.

Что там домовой и Марель говорили?

Что им не нужна хозяйка, которая страдает топографическим кретинизмом? Так вот, скоро у их хозяйки будет еще и напрочь поломанная психика, потому что с ехидной улыбочкой и под ругань леди Мортон вестонский маньяк неумолимо раздвигал плащ!

Прощай, девичья тонкая душевная организация…

Я зажмурилась до белых мушек перед глазами, очень надеясь, что у призрака нет способности показывать картинку прямо в мозг или как-то магией раскрыть мои веки.

Повисла пауза, а после грянул веселый смех лорда.

Интрига нарастала!

– Н-да-а-а… И это вся твоя гордость? – насмешливо спросила леди Мортон.

Кажется, маньяк все же явил свету свое достоинство, и оно не особо впечатлило жену главного развратника столицы.

Понизив голос, леди доверительно посоветовала:

– Дорогой, не позорься. Запахни посильнее плащик и больше никому ничего не показывай.

– Многие оценили! – явно оскорбился вестонский маньяк.

– А многие – это кто? – хохотнул лорд Мортон. – Старушка из во-о-он того склепа? Так она почти слепа и вообще померла девицей!

– Вот язвы! Вы еще меня вспомните! Поймете, что обидели гения, но меня уже не будет! – в сердцах бросил извращенец.

Раздался едва слышный хлопок.

– Надеюсь, что память подведет, и я не вспомню гения, – усмехнулась жена ловеласа и обратилась ко мне: – Все, можешь смотреть. Девичью честь спасли.

Я осторожно открыла сначала один глаз, затем, убедившись, что обнаженных частей тела поблизости нет, раскрыла второй.

– Спасибо, леди!

Я с благодарностью посмотрела на тонкую женщину средних лет в изящной шляпке.

Она сощурилась, разглядывая меня.

– Откуда ты знаешь моего мужа?

– Милая, мы с девушкой не знакомы, – обратился к супруге лорд Мортон. – Я ее встретил, когда она убегала от этого извращенца.

– Да-да, мы не знакомы, – заверила я ревнивого призрака. – Я просто потерялась и оказалась здесь.

Женщина перевела суровый взгляд с меня на мужа и обратно. Кивнула каким-то своим мыслям и спросила:

– И куда ты шла?

Я с радостью показала призракам нарисованную домовым карту и указала на нужный мне склеп.

– Мне вот сюда!

Супруги дружно посмотрели на лист бумаги.

– Склеп ведьмы? – вопросила леди. – Интересный маршрут… Идем, я провожу! А ты, – обратилась она к мужу, – живо домой, в свой удобный двухместный гроб!

* * *

После всех кладбищенских путешествий в склеп к старой ведьме я спускалась, как в дом к любимой бабушке! С радостью и воодушевлением.

Ежели что, она просто меня убьет, но уж точно не будет приставать и всякие естества демонстрировать.

В склепе было внезапно уютно.

Светлый мрамор, просторные ниши с барельефами, а магические светильники под потолком заливали всю эту красоту мягким янтарным сиянием.

Надо сказать, что в момент прихода я вообще не озадачилась вопросом, а зачем, собственно, в склепе освещение.

Главное, что я видела, два больших саркофага в центре помещения. На одном из них лежала большая книга в толстом кожаном переплете с серебряными заклепками.

Мой заветный гримуар!

Резвой козочкой подскочив к каменному гробику, я озадаченно остановилась, вспомнив наставления домового.

Надо попросить книгу у хозяйки. А как? И, самое главное, как получить согласие? Почтенная мадам тоже обретается в виде духа?

Я достала листок с картой, перевернула и, пробежав взглядом по подсказкам, заговорила:

– Приветствую уважаемую… – голос внезапно охрип, и я, откашлявшись, продолжила: – мисс Тервис. Да будет ваше существование благополучным во всех мирах. В жизни и в посмертии.

Тишина. То ли меня не слышат (и, возможно, слава Единому), то ли игнорируют.

– Я, Адель Норис, заявляю свои права на магический гримуар Лианы Тервис. Обязуюсь принять также обязанности и продолжить дело Лианы, пока это будет нужно.

Я достала маленький ножик и, поморщившись, резанула по ладони. Алые капли громко, как бусины, застучали по коже гримуара, скатываясь на светлый мрамор саркофага, рассыпаясь по выемкам узора. Они катились и будто стачивались о камень, становясь все меньше и меньше. Словно впитывались.

Несколько секунд ничего не происходило, а после серебряные застежки на книге щелкнули, и том сам собой распахнулся на титульной странице. На пожелтевшей от времени бумаге медленно выцветало имя «Лиана Тервис» и появлялись новые, совсем другие буквы. «Адель Норис», – гласила теперь надпись.

Обложка с мягким стуком захлопнулась, а после… после вензеля на книжке ожили, складываясь в подобие нарисованных глаз с бровками и ртом, и раздался сварливый голос:

– Хватай меня и пошли, пока маг не появился! Ведьма недоделанная…

Именно в этот момент раздались шаги, и из темного проема на той стороне комнаты шагнула закутанная в плащ фигура. Склеп внезапно оказался двухкомнатным.

Я протянула дрожащие ручки к гримуару, не сводя глаз с теряющегося в полумраке высокого мужчины.

Нет, время от времени в пылу романтического угара я, конечно, воображала, где и как я повстречаю мужчину всей моей жизни. И, разумеется, он будет высок (ставим галочку), таинственен (тоже ставим, так как в темном склепе у мужика в плаще таинственности хоть отбавляй) и красив. Неведомый маг шагнул вперед, и капюшон сполз с его головы. Третья галочка поставилась сама собой.

Дальше в моих фантазиях был мягкий мужской смех, нежные слова и крепкие объятия.

С реальностью сочеталось лишь отчасти.

– Так. Ведьма.

Он шагнул ко мне, разводя руки. Вряд ли для пламенных объятий.

Потому я наконец-то схватила книгу и, развернувшись, птицей взлетела по ступеням. Почти на выходе туфля соскользнула с мрамора, и я едва не полетела обратно.

– Что за невезение-то, а?! – простонала книжка, закатывая глаза. – Хватают, трясут… Стыд какой! Что другие гримуары скажут, когда узнают, что мы от одного мага убежать не можем?!

Ей легко говорить – она вальяжно устроилась у меня в руках, и улепетывала от мужчины как раз я, а никак не «мы».

Вообще, внезапно оказалось, что бегать лунной ночкой по кладбищу – это удобно! Аллеи широкие, кладка на дороге плотная, без выбоин, и опять же – немноголюдно!

Из минусов – магу тоже было очень удобно за мной бежать.

Он не унижался всякими криками в стиле: «Стой, фаерболами стрелять буду!» – или чем-то в этом роде. И от этого было еще более жутко! Единый в свидетели – лучше бы кричал!

Тогда я бы хоть понимала, насколько он далеко.

Зато с криками вполне справлялась книга – она то и дело подавала язвительные комментарии, и я даже задумалась, а может, ее аккуратно вернуть на место? Или просто кинуть и таки сбежать… Стоила ли игра свеч?

– Понежнее держи меня, чай, не мешок с картошкой несешь! И скажи, красиво ли развевается на ветру моя лента?

Короче, мои нервы уже не выдерживали! Хватит, может, приключений? Но семейное счастье за горизонтом однозначно похуже злого мага!

Следующим минусом беспорядочных петляний по тропинкам и аллеям было то, что я снова заблудилась и понятия не имела, в какой именно стороне выход.

Так что когда впереди замаячили знакомые статуи, а также сияние вестонского маньяка, я бросилась к нему как к родному.

– Слава Единому, вы здесь! – заорала я, помахав свободной рукой.

Маньяк, которому никогда еще так темной ночкой не радовались, нервно потускнел и стыдливо запахнул плащ потуже.

– Опять ты!

– Где главные ворота? Подскажите, пожалуйста?

Призрак лишь махнул рукой направо, а благодарная я не преминула оказать ответную любезность.

– Там за мной мужик бежит. Я вот рассказала, какой вы примечательный, и он теперь очень хочет посмотреть. Ну очень!

– Правда?

– Да! – с чистой совестью подложила я магу изрядную такую свинью.

Он как раз вышел из-за поворота и, судя по всему, все время, что я от него удирала со всех сил, он просто быстрым шагом шел за мной.

Стало обидно, потому я указала извращенцу на преследователя и рванула в указанную сторону. К свободе!

– Подожди, я хочу это увидеть! – потребовал гримуар. – Пока пылилась в склепе, наслышалась про этого извращенца! Адель, ну стой!

– Потом посмотрим, без мага, – тяжело дыша, ответила я ей.

За спиной, похоже, разыгрывалось представление. Маньяк со злорадным хохотом приблизился к магу и, судя по звукам, распахнул-таки плащик.

Последовала озадаченная пауза, а после прозвучал голос мага:

– Мужик, вот вообще нечем гордиться, серьезно.

Мне стало жаль вестонского извращенца, ну очень жаль. Бедный! Такой удар по самооценке уже второй раз.

Новоприобретенная магическая книга не разделяла моих чувств. Она раздосадовано выпалила:

– Снова все самое интересное пропускаю!

Глава 3. Где от каждого по способностям и каждому по потребностям!

Я неслась по улицам города так, словно за мной гнались все демоны Подземелий. Но, хвала Единому, не догнали.

Видимо, вестонский маньяк все же задержал мага.

Молодец какой, а?!

Бегу я, бегу… а книга комментирует:

– Да-а-а… как там тебя? – Страницы пошелестели, и раздалось недовольное: – Адель. Что за имя? Как у пастушки!

– Моя мама, между прочим, из благородного рода! – не удержавшись, задыхаясь, парировала я.

– Зато называл тебя, видимо, папа. Беги мягче, обращайся со мной нежнее… И вообще, поверни меня лицом к улице! Мне надоело утыкаться в твои скромные прелести.

Стало даже обидно. Да, в районе бюста у меня нет обширных достоинств, как у кузины, но не так чтобы совсем скромно!

Но книгу я послушно развернула и сбавила шаг. Вроде как оторвалась.

– Ага, что у нас тут… район Висельников? Ты поприличнее маршрут выбрать не могла?!

– Это улица Цветочная, – возмутилась я и, остановившись под фонарем, даже ткнула в сторону дома с говорящей табличкой. – Очень спокойное место.

– Хм-м-м. За годы, что я провела с Лианой, многое изменилось.

– В склепе Лианы, хочешь сказать?

– Ой, ви таки не цепляйтесь к словам, – ворчливо отозвалась книга со странным акцентом. – Куда мы идем хоть?

– В лавку твоей бывшей хозяйки. Она досталась мне после череды других владельцев.

– И ты не нашла ничего лучше, как отпраздновать это визитом на кладбище? Радикально!

За этим беззлобным переругиванием я совершенно забыла, что надо оглядываться. И когда мы добрались до лавки, я зашла внутрь и впервые посмотрела на улицу, то вздрогнула и едва не уронила выругавшийся гримуар на пол.

На той стороне улицы, ни капли не скрываясь, под фонарем стоял темный маг и, скрестив руки на груди, с прищуром наблюдал за мной.

Не то чтобы у меня было совиное зрение, зато имелось отличное воображение! И оно почему-то было уверено в наличии у мага зловещего прищура.

Я с грохотом захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной.

– Вер-р-рнулась, – протяжно промурлыкал Кот, появляясь из темноты и доводя меня до предынфарктного состояния.

– Кошара, ты еще жив! – порадовалась книженция.

– Да и тебя еще крысы не сгрызли, старая перечница!

– Между прочим, не настолько уж старая, – кокетливо донеслось от гримуара. – Кожа моей обложки все еще в прекрасном состоянии, а уголки корешка ничуть не обтрепались. Я тебе потом покажу. Все-все покажу…

Флирт между котом и книгой оказался слишком сильным испытанием для моей психики.

Я задернула занавески, отметив, что под фонарем уже никого нет, и предложила:

– Давайте уйдем в другую часть дома. А то мне беспокойно.

– А есть причины? – тотчас посерьезнел домовой.

– В склепе вашей бывшей хозяйки почему-то был темный маг.

– Именно темный? – уточнил Кот, провожая меня на кухню и развешивая в воздухе светлячков, что помогали обойти горы мусора и не провалиться в гнилые доски.

А по поводу мага… надо сказать, что я даже не сразу сообразила, почему так уверена в принадлежности его силы именно к мраку.

– Ну на кладбище же был, – наконец-то определилась я. – Кто еще может шататься в таких местах и в такое время?

На меня дружно посмотрели. Скептически очень.

Я смутилась, без дополнительных намеков поняв, что на кладбище могу шататься как минимум я…

Обстановку немного разрядила Марель. Выбежав на середину комнаты, она всплеснула маленькими лапками и воскликнула:

– У тебя получилось! Все же получилось! Девочка, я так рада, ты бы знала! Давайте скорее ритуал проводить.

Кот запрыгнул на стол, встал на задние лапы и, подхватив левитацией заварочный чайник, наполнил большую кружку. По кухне поплыл восхитительный и, главное, жизнеутверждающий травяной запах. После недавнего оригинального досуга это было почему-то очень важно.

– Ритуалы подождут – сначала чаю.

К кружке придвинули розеточки с медом и вареньем и блюдо с большими ломтями свежего хлеба.

– Вам лишь бы поесть, – проворчала Марель. Забираясь ко мне на плечо и расправив юбки, мышь наблюдала, как я обеими ладонями обнимаю чашку. – А сначала бы дело! А уж после – развлечения.

– Так дело уже сделано, – махнул хвостом домовой. – Девочка наверняка устала, так что подкрепится – и продолжаем. Вспомни, человеки очень хрупкие. Чуть не поедят – голодный обморок. Чуть упадут – перелом. Чуть ткнут в них ножом – сразу мертвенькие.

Мышка вздохнула, видимо, вспомнив, а я закашлялась.

Меня сочувствующе похлопали по спине хвостиком и заверили, что ценный и хрупкий человек в моем лице может спокойно кушать. Нечисть терпеливая, нечисть подождет.

– Ну, ты ешь тогда, а я пройдусь, косточки разомну, – проговорила Марель и мягко спланировала с моего плеча на пол, отчего ее чепчик забавно колыхнулся.

Я проводила ее взглядом и принялась за перекус.

Ждать меня пришлось недолго, после тех приключений, что случились со мной на кладбище, есть особо не хотелось. Особенно портило аппетит, что темный маг знает, где меня искать. Он ведь аккурат до лавки и проводил. Спасибо, хоть на чай не зашел!

Вопрос, что ему от меня было нужно, оставался открытым.

Размышляя об этом, я допила большую кружку травяного настоя и съела один бутерброд с вареньем. Затем решительно поднялась и спросила у обсуждающих всякую ерунду магических живностей:

– Где будем проводить ритуал? Я готова.

Если честно, мне было очень волнительно. Слово «ритуал» звучит достаточно устрашающе! Вдобавок в этот самый момент протяжно скрипнула та самая балка из пятнистого дуба, которая могла внезапно упасть на голову неподходящей хозяйке… Было бы обидно окочуриться в шаге от победы.

Умирать во цвете лет вообще такой себе сценарий, даже свадьба, и то веселее. Там хотя бы торт будет вкусный.

«И свекровь. Очень дружелюбно настроенная… к моему наследству», – мысленно хмыкнула я.

– Отличненько! Нам нужно в главный зал, там места побольше, – промурлыкал домовой. Он деловито убрал стол, конечно, с помощью магии. Мне оставалось лишь завидовать – мои искры творить подобное не позволяли. – Книженция сейчас покажет схему, которую нужно будет начертить, и заклинание. Ты ведь ножик не потеряла?

Покачала головой, неосознанно коснувшись ладони. Тонкий надрез уже полностью зажил, и даже следа не осталось.

– Тогда доставай, – проинструктировал дух и обратился к гримуару: – Открыла инструкцию?

– Котик, а найди-ка сам нужную страничку для Адель, – кокетливо прошелестела книга. Она вальяжно расположилась на половине стола и продолжала активно флиртовать с домовым. Книга! Если бы все книги так умели, мой брат однозначно бы не вылезал из библиотеки. – Только аккуратненько, у меня тонкие листочки.

Прям идиллия! Но такими темпами мы до утра не справимся.

Выразительно кашлянув, я привлекла внимание воссоединившейся парочки:

– Не мешаю?

– Никакой личной жизни с вами, – недовольно проговорил магический том, сразу открыв нужную страницу. – Вот, читай.

* * *

Итак, ночь. Магические светлячки освещают зал, центр которого я расчистила от грязи и мусора. Атмосфера таинственности вокруг…

– Вот тот угол поправь, – сказала книга и даже любезно указала кончиком закладки. – Ну вот какая приличная ведьма будет проводить ритуал с такой корявой пентаграммой?

Я бросила на книгу очень выразительный взгляд. Попробовала бы она в этой полутьме рассыпающимся мелком рисовать по кривому полу с приличной коркой грязи!

Платье было жаль. Но я разумно посчитала, что принесла его в жертву ради великого дела.

– И там вот еще знак неровный, – продолжала книга. – Котик, почему ты сам не нарисуешь красиво? Я не хочу лежать посередине этого безобразия!

– Книженция, если ты не забыла, у меня лапки, – напомнил дух.

– А у меня кривые руки, – меланхолично пожала плечами я.

Она вздохнула, возведя глаза к потолку, и что-то прошелестела себе под нос… то есть под корешок.

Кажется, слова Мирель о том, что просто не будет, являлись однозначно пророческими. У меня грозили сдать нервы, но я стойко держалась. Тетушкин характер однозначно тяжелее!

Я вывела последние знаки и отложила мел.

Кажется, вот и все.

– Кот, проверишь?

Я уселась прямо на пол, поджав ноги под себя.

– Все правильно, приступай, – дал отмашку он.

– Ох, моя кожаная обложка! – страдальческим тоном протянула книга. – Адель, обещай потом протереть меня спиртом! Какая тут антисанитария…

– Без проблем, да хоть водкой продезинфицирую, – покладисто согласилась я.

Сам ритуал был очень простым. Я села на колени ближе к краю пентаграммы, держа в руках нож, и поместила ворчливый гримуар напротив себя внутри начерченных линий.

– Я, ведьма Адель, заявляю свои права на это имущество и закрепленного за ним домового духа. Привязываю к себе кровью и силой.

Мой голос задрожал только тогда, когда я снова резала кожу ладони. Неприятно.

Однако если на кладбище я ничего такого не почувствовала, то сейчас…

Это было похоже на маленький взрыв. Пентаграмма вспыхнула, все знаки заискрились и поднялись в воздух. Полутьму дома рассеял большой магический шар, который в итоге лопнул на ослепляющие осколки света.

Меня порывом поднявшегося ветра швырнуло к стене. Но я избежала столкновения – меня удержал… Кот. Домовой увеличился в размерах и одной лапой подхватил меня около пола. И аккуратно опустил только тогда, когда все стихло.

– Вау! Какие спецэффекты! – Из оцепенения меня вывел восторженный возглас гримуара. – А с Лианой у нас такого не было! Может, еще раз попробуем?

– Зачем? – гулко промурлыкал огромный кот, которому сейчас в гостиной было тесно. – Ритуал получился, Сарочка. Это главное.

– Сарочка? – слабым голосом переспросила я, не сразу сообразив, к кому домовой обращается.

– Сарочка, – ворчливо подтвердила книга. – Зовут меня так. Или звали, сейчас кто уж разберет. Но, Котик, право, очень хочется еще раз попробовать. Так силой могло шарахнуть, только если магичила сильная ведьма, а у нашей Адель и пары искр с трудом наберется. Потому и чертили пентаграмму с погрешностью на уровень…

Откуда-то с пола раздался писк:

– В любом случае девочке сначала надо отдохнуть! Неужели не видите, что засыпает на ходу?

Я действительно постепенно уплывала в никуда. Мир вокруг рассеивался, голоса сливались в единый неразборчивый гул, и не было ничего в этом мире более привлекательного, чем горизонтальное положение.

Тем более что лапа огромного кота была удобнее самой мягкой, самой роскошной кровати на свете.

Последнее, что я услышала, было басовитое мурлыканье и фраза:

– Спи уж, хозяйка.

И я послушно уснула.

И снилась мне редкостная дребедень!

Словно бегу я опять по кладбищу, а за мной несется маг. А потом догоняет, прижимает к стене склепа, смотрит потемневшим от страсти взглядом и впивается в губы поцелуем.

И уж не знаю, как там обстояли дела в реальности, а в моем сне целовался любитель бабушкиных усыпальниц просто превосходно!

* * *

В моей жизни были разные пробуждения.

Пока отец и мама были живы, наш дом полнился смехом и светом. Мама приходила утром сначала в мою комнату, а после к брату и щекотала, целовала, обнимала. Уговаривала встать и спуститься, наконец, к завтраку, а то каша остынет, а тосты перестанут быть хрустящими.

Наша мама была рыжим солнцем, от которого я унаследовала цвет волос и веснушки, но никак не добрый, милый характер.

Несмотря на благородное происхождение, она никогда им не кичилась. Напротив, ей было неловко лишний раз утруждать слуг, и очень многое она делала сама.

После ее смерти солнце в доме погасло. А когда ушел отец, окончательно наступила ночь.

Не стоит думать, что дядя и тетя были такими уж отвратительными и пытались превратить нашу с братом жизнь в ад. Они желали нам всего хорошего, но в своем понимании.

В их сознании рядом существовали уверенность, что моему брату нужно самое лучшее образование, и такая же твердая убежденность, что мне, девочке, в жизни совсем не пригодятся математика и юриспруденция. Ну а развивать ту несчастную пару искр, что мне досталась? Помилуйте, куда мне с ними идти? Разве что в какое-то ремесленное училище магической уборки.

Так что убираем точные науки и добавляем пару часов музицирования в неделю. Будущая жена их сына просто обязана уметь играть на пианино и рукодельничать.

И, конечно, в доме тети меня будила горничная. Худая, как жертва голодомора, женщина с узким лицом и громоподобным голосом. Ровно в шесть утра она маршем проходила по моей спальне, распахивала шторы и возвещала, что новый день настал. Вставай и радуйся, мисс Адель Норис!

Потому то, что меня до обеда никто не будил, лишь негромко (и пискляво) что-то напевал в отдалении, стало приятной неожиданностью.

Открыв глаза, первое время я никак не могла понять, где нахожусь.

Комната была идеально чистой, вылизанной до блеска.

Просторная спальня, оформленная в зеленых тонах и обставленная изящной мебелью, большие окна, что выходили на внутренний дворик. Пышные ветки, усыпанные яблоневым цветом, почти касались распахнутых ставень. А на подоконнике сидела черная мышь и выжидающе смотрела на меня.

Вернее, сидел. Он.

Так как был в костюмчике и берете. Красненьких таких, с щегольской золотистой отделкой.

Я нервно подтянула одеяло к голой груди (к Коту появляются вопросы!) и проговорила:

– Доброе утро.

Мышь тотчас вскочил, стянул беретик и отвесил мне такой поклон, что все аристократы разом могли бы удавиться от зависти при виде изящества его движений.

– Счастлив приветствовать прекраснейшую Адель, преемницу и новую хозяйку этого дома и лавки!

– Я тоже рада познакомиться… – повисшая пауза была истолкована правильно.

– О, Единый, где же мои манеры? Позвольте представиться, Олис из рода Черномышей к вашим услугам.

– Адель Норис.

– Барышня, ваше имя нам известно. Я пришел от нашей семьи и был бы счастлив получить подтверждение того, что вы умная и справедливая хозяйка.

Я разом обеспокоилась, так как у меня не было ни единой идеи на тему того, как подтверждать наличие у меня мозгов и справедливости.

Потому решила начать с ответной атаки!

– Уважаемый Олис, я буду счастлива с вами побеседовать, но в других обстоятельствах. Например, когда оденусь.

Морда мыши вытянулась, после озарилась пониманием, и он рассыпался в витиеватых извинениях. И, пообещав зайти попозже в мой кабинет… пропал.

Вот действительно пропал. Просто шагнул в засветившийся оконный косяк.

Я нервно потискала одеяльце, но оно, к сожалению, не дало мне ответов. Пришлось вставать.

Моя одежда, уже чистая и выглаженная, обнаружилась на кресле возле кровати. Я быстро облачилась и задумчиво провела ладонью по потертой ткани обивки.

Судя по всему, магия домового заключалась в том, чтобы очистить все от грязи и немного подлатать.

Но сделать старые вещи новыми он, конечно же, не мог.

Любопытно.

А еще любопытно, что, по словам Олиса Черномыша, у меня есть кабинет!

Надо бы его поискать, не так ли?

Когда я вышла из спальни, прикрыв крепкую дубовую дверь, то обнаружила коридор с еще несколькими точно такими же.

Я поочередно открыла их все!

Огромная комната с ванной на витых позолоченных ножках, гостиная с прилегающей к ней маленькой библиотекой и венец этого всего – кабинет с огромным лакированным столом и большим кожаным креслом.

Кресло было однозначно королевских размеров и очень удобное, я как села, так едва уговорила себя встать. Дядюшка бы обзавидовался! А уж если бы брат увидел!..

Коридорчик заканчивался винтовой лестницей, ведущей на первый этаж, который тоже изменился.

Преображение лавки мне очень и очень нравилось! То, что тетя с дядей считали полной рухлядью, которую я сама не смогла бы превратить во что-то путное, за ночь превратилось в приличный дом. Второй этаж, как водится, был жилым, а нижний – торговым.

Мой восторг просто не описать словами! Осталось только начать дело – все остальное уже было готово. Прощай, неминуемая участь быть замужней и безденежной…

Но когда я спустилась вниз, меня ждал сюрприз!

Даже не знаю, хороший он был или не очень.

По полу сновала разная живность! Белые и пятнистые мышки, одетые по дворцовой моде в костюмы и платья, пауки разных размеров в вязаных свитерах и даже летучие мыши в рубашках и хлопковых штанишках.

Спросите, как я увидела модный наряд паучков?

Так они решили пройтись аккурат по перилам передо мной и напугать нестройным хором!

– Доброе утро, хозяйка!

– Доброе!.. – выдохнула я, подавляя приступ паники.

Это ведь не настоящие пауки! Точнее, пауки, но магически измененные. Они точно ничего мне не сделают! Даже если их тут шесть, и один очень даже большой – почти с мою ладошку.

– Простите, что свалились вам на волосы, – виновато произнес самый большой из них, шаркнув ножками. Сразу тремя. – Мы не хотели вас пугать!

– Да-да, не хотели, – поддержал другой паучок, чуть поменьше.

А вот совсем маленький представитель членистоногих в забавных тапочках на все восемь лапок ляпнул:

– Мы ведь не знали, что вы наша хозяйка, и думали вас прогнать! Но вы стойкая!

– Элвис!.. – шикнули на него собратья.

Вот ведь какие хитрые! Но отчего-то мне стало весело, потому я с улыбкой проследила за тем, как малыш закрывает рот передними лапками.

– Все хорошо, я не испугалась, – заверила их я.

Немного слукавила, но нужно же сохранить репутацию бесстрашной хозяйки?

– Ну да, по сравнению с другими не испугались, – сказал тот же Элвис. – Многие орали и убегали сразу же, не доходя до главного, и…

– А нам уже пора, – перебил маленького один из пауков в синей кофточке. – Дела не ждут, сами понимаете. Прекрасного дня вам, хозяйка!

И они утащили Элвиса, пока тот не разболтал все секреты.

Кот ждал меня на первом этаже. Он, уже прежних размеров, возлежал на большом кожаном кресле. Рядом с ним расположились Книженция и Марель.

Едва я подошла ближе, Марель восторженно мне заявила:

– Я горжусь тобой! Я верила, что у тебя все получится!

Она поднялась и спрыгнула на пол, придержав лапкой юбки.

– Смотри теперь, что я снова могу делать!

Она взмахнула хвостиком, и в воздухе заискрились цифры, которые собрались воедино и отпечатались на возникшем листе бумаги. Таким образом быстро возникла целая стопочка исписанной бумаги, которая потом спланировала мне в руки.

– Это что? – удивилась я, рассматривая полученное, и даже прочитала один из листов вслух: «Остаток нераспределенной прибыли составляет сто двадцать золотых, резервный капитал – сто золотых, просроченные обязательства перед налоговой…»

– Бухгалтерский отчет, – пояснила счастливая мышь. – У нас, между прочим, не какая-то забегаловка, а приличная лавка ведьмы! Здесь все по закону, а я уже говорила, что Мареллина из рода Беломышей лучше всех разбирается в документах!

Становилось все интереснее! Если все по закону, то, выходит, мне отдали лавку вместе с долгами? Но радует, что хоть что-то осталось от прошлой хозяйки.

– Мур-р, оставь девочку пока, – сказал домовой. – Нам сначала нужно сначала решить другие вопросы.

– Да-да! – включилась магическая книга. – Кто продезинфицирует мою великолепную кожаную обложку водкой? Всю ночь не могла найти покой – как представила, сколько на том полу было вирусов! Это кошмар! Почтенный гримуар положить на грязный пол!

Глава 4. О нечисти и разбитых мужских мечтах

Так как водки у меня не было, я ведь приличная девочка, а приличные девочки пьют чай, я предложила протереть просто водичкой. Но книгу это не устроило, и она на меня обиделась.

– Да ты водой меня от страшных микробов не отмоешь! Разве что утопить в ванне, тогда, может, я вместе с этими вирусами таки отойду в мир иной. И виновата будешь ты! А я ценнейший гримуар! Во мне столько знаний, что мир не выдержит моей потери!

– Да-да, так много знаний! – с долей иронии поддерживала Книженцию Марель.

Мне подумалось, что мир, скорее, не выдержит ее скверного характера, но я решила смолчать. Целее буду!

Под причитания магического тома Кот провел мне лекцию о лавке и ее жителях. Сам домовой был в роли управляющего и в целом отвечал за все и за всех – то есть следил как за всеми сущностями, так и за домом. Марель была нашим бухгалтером и даже юристом, а Олис из рода Черномышей, с которым я утром познакомилась, занимал пост дворецкого.

Выходило очень занимательно! У каждой нечисти была своя работа, нужная и важная.

У меня появился один вопрос, который я тут же задала:

– Кот, скажи, а я всем жалованье платить должна, выходит?

Нет, я ни в коем случае не жадная! Но нужно получить ответ и исходить уже из него.

– Можно и так сказать-рр-р, – протянул домовой.

– Но не золотом, – добавила Марель. – Ты подумай, зачем нечисти бесполезные железки?

– Ну, я бы не сказала, что они бесполезные, – отозвалась я. – В нашем мире без этих железок тяжело. За воду ту же нужно платить, за хлеб, другие продукты, одежда…

Кот потянулся, взмахнул хвостом и сказал мышке:

– Глупые люди, да? Зачем платить за воду, которая и так дана природой?

В этом был резон, но в природе вода не течет прямо к каждому дому, причем и холодная, и горячая. Это удобство, а за удобства мы обязаны платить.

– И не говори, Котик, – пропищала в ответ Мареллина и обратилась ко мне: – Нам нужно другое, Адель. Особая магия, которой нас питает сам дом. Ты думаешь, зачем нам лавка?

– Чтобы содержать от выручки дом? – неуверенно предположила я, уже понимая, что это не совсем так.

Кот кивнул.

– И это тоже, но основная причина в другом.

– Для того чтобы эта особая магия возникала, нужны люди с потенциалами искр, а может, и вовсе без них. – Марель махнула хвостиком, и в воздухе возникли разноцветные всполохи. – Вот так примерно выглядят чувства, которые испытывают человеки. И это очень ценная энергия для нечисти.

Она понизила голос и продолжила:

– Но заметь, мы не высасываем ее, как темные нечисти и ведьмы. Нам достаточно того, что само копится. Без вмешательств.

Переварить подобное было достаточно сложно. Особенно про то, что нечисть питается эмоциями! А если попасться к темным, так они и целиком скушают, причем без соли!

Так что я решила пока сменить тему:

– А чем занимаются паучки?

– Как чем? Они на страже беспорядка! – ответил Кот.

– Оказалось, что у всех криминальных элементов города жуткая арахнофобия, – хохотнула Марель. – Так что наша маленькая армия еще ни разу нас не подвела – ни один вор не зашел к нам… красть нашу дорогую Книженцию.

Гримуар, которая от обиды молча дремала в углу, встрепенулась, пошевелила листочками и сонно проговорила:

– Да-да, вот именно!

– Спи-спи, дорогая, – Кот лапкой ласково погладил кожаную обложку книжки.

Та чуть ли не заурчала от удовольствия и прикрыла глазки.

Короче, меня после такого ничем не удивить. Только я об этом подумала, как в холл залетел Олис.

– Хозяйка, к вам тут гость! Очень, скажу вам честно, настойчивый! Двери наши дергает уже десять минут. Открыть ему?

Первая мысль – тетушка! Она же думала, что завтра из руин лавки заберет согласную на все невестку, наверняка всю ночь к свадьбе готовилась, а тут на тебе! И вместо рухляди целый крепкий особнячок.

– Открывай, – согласилась я и поднялась с дивана, чтобы встретить почтенную родственницу.

– Кстати, Адель, это не старая грымза, – лениво отозвался Кот, продолжая гладить гримуар уже хвостом.

Та пребывала в блаженстве.

– Мужчина, причем молодой! – Марель подалась вперед и спросила проникновенно: – Ухажер?

Теперь я шла к двери настороженно! Очень! А вдруг темный маг решил все же заглянуть к непутевой ведьме?..

Но в лавку широкими шагами вошел всего лишь кузен.

И по лицу было видно – крайне раздосадованный.

– Здравствуй, Адель. – Он огляделся и помрачнел еще больше. – Вижу, ты уже хорошо обустроилась.

– Добрый день, Кристиан, – вежливо проговорила я. – Почти. Еще много всего нужно сделать.

Кузен прошел вперед, посмотрел на холл, но, судя по тому, как он просто скользнул взглядом по дивану, моих помощников он не видел.

– Какой наглый! По чистому полу уличной обувью! – прошипел домовой. – Я б его хорошенько стукнул по маковке за такое!

Никакой реакции не последовало, так что кузен наверняка его еще и не слышал.

Кузен приближался. С характерной для хорошо тренированного тела грацией движений и огнем в зеленых кошачьих глазах.

Эх, если бы Кристиан был типичным маменькиным сынком, насколько все было бы проще!

К моему огромному сожалению, драгоценный родственник являл собой образчик интересного и местами даже жесткого мужчины.

Высок, красив, состоятелен, образован. Служит начальником отдела юриспруденции при мэре нашего города.

Примерно полгода назад ему пришло в голову, что искать жену на стороне – вот вообще не обязательно. И тетушка с радостью приветствовала эту идею.

Кристиан приблизился, усмехнулся и, подхватив меня под локоть, сообщил:

– Думаю, ты с радостью предложишь мне чашку чая, а я, конечно же, соглашусь.

И не успела я даже рот открыть, как кузен безошибочно увлек меня в сторону кухни.

– Хрена си, – ошеломленно выдала Сарочка где-то за моей спиной. – В моем прежнем мире таких мужиков называли «властный герой»!

Не успела я опомниться, как уже разливала по чашкам душистый чай и… злилась. В этом весь Кристиан!

Настолько уверен в себе, настолько четко показывает свои желания и границы, что не успеваешь опомниться, как идешь у него на поводу. Все это усугубляло особое ментальное поле, что окружало любого законника. Особенно такого сильного, как Кристиан.

Кстати, про границы… не помешало бы и мне вспомнить о своих, не так ли?

Со стуком поставив перед Крисом кружку, я сообщила:

– В будущем было бы чудесно, если бы ты не принимал за меня решения.

– Я сделал что-то некорректное? – Кузен поднес чай ко рту и с удовольствием сделал глоток. – Прости, Адель, я подумал, что ты растерялась и потому не проявила любезности.

Угу, именно растерялась. Вовсе не из-за того, что видеть тебя не хотела.

– Кстати, ты действительно проделала большую работу. – Он огляделся, провел большим пальцем по краю чашки. – Но не буду скрывать, что это все усложняет.

В груди вспыхнула злость, словно угли под порывом ветра.

– А тебе хотелось, чтобы ты пришел с утра, а я после ночи в развалюхе бросилась на твою широкую грудь, поливая ее слезами радости?

– Да, именно так, – ни капли не постеснялся кузен, а потом неожиданно подмигнул. – Но я рад, что ты считаешь мою грудь широкой и мощной. Хочу заметить, что это синоним надежности.

Я покраснела. А со шкафа раздались комментарии перебравшихся туда мышей и домового:

– Вот это самец! – непонятно чему восхитился кот.

– Вот это самоуверенная сволочь, – не согласилась с ним Марель. – Пялится на нашу девочку, как ты – на сметану. И, главное, свято уверен в своей победе. Адель, только кивни, и мы уроним на него полку!

Я покачала головой, не планируя заниматься членовредительством. Но Крис снова открыл рот, и я передумала!

– Солнышко, я думал, что ты поиграешь в независимость, довольно быстро получишь по носу, и этим все кончится. Но, к сожалению, кажется, ты нашла помощь… причем магическую. Потому агония затянется. Это плохо и для тебя, и для меня.

Мыши испуганно запищали, а Кот напрягся.

– Я не понимаю, о чем ты, – с каменным лицом отозвалась я.

– Можешь не откровенничать. – Еще одна бесящая меня усмешка мелькнула на красивых губах, а после взгляд стал ласковым. – Адель, я предлагаю не тянуть. Нам будет хорошо вместе. Тебе будет хорошо. Я все продумал и готов на многие уступки.

– Да неужели?

Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, с интересом слушая, как кузен щедро обещал вернуть… часть из того, что планировал отнять.

– Хочешь лавку – будет лавка. Тебя еще не покинула идея насчет учебы – я найду преподавателей… и даже готов обсудить посещение академии. После свадьбы, разумеется.

– Нет.

– Адель, – в мягком голосе смешалась укоризна, ирония и даже щепотка угрозы.

Демоновы менталисты-законники! Кристиан идеально владел решительно всеми своими инструментами.

Настолько идеально, что мои приятельницы не раз шептались, что было бы интересно проверить на предмет совершенства, весь, так сказать, функционал.

– Нет.

– Ладно, зайдем с другой стороны. Ты ничего не знаешь о бухгалтерии, налогах и даже о том, чем планируешь заниматься. С твоими-то тремя курсами лекарского дела в пансионе благородных девиц ты хочешь развивать магическую лавку?

Если честно, про это я уже думала и уже ужаснулась. Но решать данный вопрос планировала позже, благо, были идеи.

– У меня есть год, Кристиан. И я планирую взять от него все.

– Что все? Нервы, проблемы? Солнце, ты же домашняя девочка. Тебе не бизнес нужен, а муж, который сможет обеспечить любые прихоти. А я, как уже сказал, готов на многое. Найму тебе нужный персонал… все будет в порядке. Только скажи мне «да».

Угу. «Ты же мой домашний цветочек, ты такая нежная и беззащитная. Пойдем обратно в тепличку».

А вот и нет!

– Я останусь тут.

Книженция, которую неведомым образом переместили все на тот же шкаф, утерла закладкой слезу возле нарисованного глаза и патетически выдала:

– Прям как моя бабка! Так и помню, что говорила: «Останусь здесь. Буду поднимать целину!»

О происхождении книги появлялось все больше и больше вопросов.

– Я вижу, что ты приняла решение, – внезапно отступил Крис и задал странный вопрос: – У тебя в доме сколько спален? Есть гостевая?

Я вытаращилась на кузена и не придумала ничего более информативного, чем уточнить:

– Э-э-э?

– Адель, ты же понимаешь, что я не могу оставить тебя одну? Вдруг грабители?

– То есть ты сам собираешься со мной жить?!

– Да.

Марель хихикнула и выдала:

– Ничего себе у него фантазия. Очень целеустремленный молодой человек.

Кот добавил:

– Самый злобный грабитель тут он.

– Охотник за девичьей честью, – томно протянула Сарочка, пошелестев страничками.

Я потрясла головой и даже сильно зажмурилась. Но когда открыла глаза, Крис все еще сидел напротив и явно ожидал моего положительного ответа.

– Ты с ума сошел?

– Напротив, я очень разумен. Ты юная девушка, наследница состояния. Тебе никак нельзя проживать в еще вчера заброшенной лавке в компании мышей и пауков.

Я даже нервно рассмеялась оттого, насколько в точку попал Кристиан.

– То есть тот факт, что ты, взрослый мужчина, собираешься тут быть, вообще тебя не смущает?

– Я жених.

– Напоминаю, что нет!

– Упрямая же ты, Адель. Ладно. Тогда дуэнья?

– Муенья! Иди восвояси, а тут я справлюсь.

– Как грубо. – Мне укоризненно погрозили пальцем. – Приличия нельзя игнорировать. Ты молода и одинока. А тут куча студентов.

– Мне все равно.

– А как же род?

– Род, – свистящим шепотом повторила я. – Вы все цепляетесь за сухие корни некогда могучего родового магического древа. А я уже – дочь купца, пусть моя мать и была наследницей. Но что там сил – две капли, которые с выгодой продали. Благо брак, основанный на расчете, все же стал счастливым. И сейчас вы цепляетесь за наследие Харисов и непонятно на что надеетесь.

– Я бы не хотел сейчас с тобой спорить. – Кристиан отставил кружку с недопитым чаем, встал, одернул сюртук и добавил: – Думаю, рано или поздно этот юношеский максимализм пройдет. И мне кажется, что в данный момент ты не готова к диалогу, потому вернемся к этим темам позже. Когда ты соприкоснешься с реальностью.

Я тоже встала, сжимая кулаки и задирая подбородок, чтобы смотреть в глаза Кристиана.

И все равно это было катастрофически снизу вверх. Хоть на стол залезай, чтобы ощущать себя более весомой. Но не поможет.

– Провожать меня не надо. Хорошего дня, Адель.

Впрочем, я не сильно расстроилась – провожать Криса большого желания не было. За кузеном метнулся Олис, решив удостовериться, что тот точно найдет выход, и закрыть за незваным гостем дверь.

Я осталась сидеть и думать, как быть.

После разговора прошлый флер уверенности в том, что у меня все, несомненно, получится, развеялся и оставил после себя множество вопросов.

Большую часть из них подбросил, разумеется, Кристиан.

Вот так всегда, стоит мне размечтаться, как приходит кузен и рушит все иллюзии!

Самой главной проблемой было то, что у меня нет лицензии, позволяющей продолжить дело прошлой хозяйки лавки.

Знания-то есть, хоть и не ведьминские. А вот диплома… увы.

Даже те отвары, которым меня научили в пансионе и которые у меня очень хорошо выходили, я не могу готовить и продавать. Очень уж быстро окажусь на мушке магического контроля, и самое легкое, что мне тогда будет грозить, это очень приличный штраф и административные работы.

– Адель, о чем задумалась? – рядом устроился домовой и погладил меня хвостом, привлекая мое внимание.

– О чем тут еще думать? – раздался мечтательный голос гримуара с полки. – Конечно, о свадьбе! Когда мужик вот та-а-ак смотрит, нужно бежать, теряя тапки, замуж! Вот моя прабабушка так и замуж вышла… Правда, развелась прямо через неделю, но какая это была любовь! Так она даже пятого мужа не любила!

Интересно, как «та-а-ак» смотрел на меня Кристиан? Задать вопрос не успела, потому что в разговор вступила Марель.

– Пудрит он тебе мозги, Адель! – заявила мышка решительно. – Мужикам, даже таким симпатичным, нет веры. Навешают на твои аккуратные ушки лапши, уведут в замуж, а потом думай, как из этого замужа выпутываться! Лучше работать, золотые монетки, по крайней мере, наследство не заберут и до слез не доведут!

Я была полностью согласна с мудрой Мареллиной. А уж учитывая, какие перспективы у меня после замужества, так сразу становишься очень меркантильной и работящей.

– Фи! Каждой девушке в жизни необходим свой властный герой! Хотя бы на недельку… – вынесла заключение Сарочка.

– Не знаю, как у вас, а у нас если властный герой появляется всего на недельку, то про девушку потом плохо думают! – наставительно заметила Марель, неприязненно покосившись на Книжулю.

– Скучная ты, Марелька. Словно мышь церковная.

Тут вступил только-только вернувшийся Олис Черномыш и заметил:

– Так она и есть церковная, разве вы не знали? Сбежала после того, как в амбарах Единого отраву раскидали. Приблудилась вот к предыдущей хозяйке. Кстати, госпожа Адель, если вы уже пришли в себя, то могу ли я напомнить про свою просьбу о конфиденциальной беседе?

Марель уставилась на мыша в высшей степени подозрительно.

– А зачем тебе аудиенция, старый прохвост?

– Да я моложе тебя на полтора дня!

Мышиную перепалку прервал Кот.

– А ну хватит! Вроде бы грызуны, а собачитесь, как последние шавки, уже сколько лет! И прицепились, главное, к дням этим… словно после перерождения в нечисть это хоть что-то меняет!

– Да потому что он…

– Да она!

Я устало закатила глаза, полюбовалась на вычищенные до блеска балки из пятнистого дуба… и впервые поймала себя на мысли о том, что если бы такая на меня упала еще в первый раз, то все бы закончилось быстрее. И не исключено, что благополучнее!

– Кот, объясни мне все.

– Ну-у-у… в общем, слушай.

И я слушала. И смотрела на балку со все возрастающей надеждой!

Потому что в моем новообретенном доме проживало два клана мышей, и они состояли… В чем бы вы думали? В кровной вражде!

Черномыши и Беломыши.

Главами кланов-родов были соответственно Мареллина и Олис.

Долгая история включала многочисленные пакости, жалобы друг на друга и подставы разной степени изящности. Также имела место темная история, произошедшая между мужем Марель и женой Олиса. Которые не то друг друга убили, не то друг с другом сбежали.

И, как я поняла, Олис рассчитывал, что если преподнести это все новой хозяйке в нужном свете, то можно получить некоторые дивиденды.

Марель предсказуемо возмутилась.

Мышиные страсти в моей лавке потрясали воображение.

Повернувшись к домовому, я с надеждой спросила:

– Пауки-то между собой не враждуют?

– Нет, они дружные.

Ну, хоть что-то хорошее!

Боюсь, клановые войны пауков моя нежная психика бы не выдержала.

После всех обсуждений мы забрали гримуар, до сих пор вещающий о любви и полезности отношений, даже тех, которым суждено продлиться всего день, направились в холл и оттуда разделились. Домовому нужно было подлатать фасад дома, Олис полетел заниматься своими, неведомыми мне делами, а Книженция и Марель пошли со мной проводить инвентаризацию.

– Ты знаешь, Лиана была очень запасливой ведьмой. Я точно помню, что она заготовила приличный запас самых разных зелий! – говорила мне по пути мышка.

– Но у меня же нет лицензии…

– А для продажи она и не нужна, – парировала она. – Хватит и того, что лавка у нас сертифицирована.

– Но готовить зелья для продажи ты не можешь, если запас Лианы закончится, – добавила Сарочка, вальяжно устроившись у меня в руках.

У меня появилась надежда, что я все же смогу продержаться до того момента, как найду решение своей проблемы.

Неприметная дверца, расположенная в торговой части этажа, вела прямиком в подсобное помещение.

Я щелкнула магическим выключателем, и мягкий свет залил комнатку. Мы вошли внутрь.

Здесь все было заполнено ящиками. Они лежали везде – на полках, на полу, запечатанные сургучной печатью прошлой владелицы лавки.

– Вот это да-а-а! – прокомментировала увиденное Марель и задумчиво продолжила: – Мы эти зелья будем дольше месяца продавать! И как раз закроем долги перед налоговой и управляющей компанией…

– Вот чертовка! Я думала, чего это она мне страницы гладила так часто! Так Лиана зелий из запрещенного раздела рецептур наготовила! – Магическая книга зло прищурила глазки, явно выискивая еще бутылочки. – Чтоб Лиане гроб был мягок!

– А где они? – тут же вопросила Марель, с любопытством разглядывая плетеные коробки.

Я тоже навострила ушки. Что там могло быть в запрещенном разделе?

– Да вон, самая верхняя полка напичкана всякой дрянью типа «Слепой страсти» и «Безумного притяжения», – выплюнула Книженция. – Во времена моей молодости так называли романчики интересного содержания, так сказать, для поддержания девичьей романтичности. А сейчас… эх!

Действительно, на самой высокой полке в достаточно закрытых ящиках я увидела красивые пузыречки с разноцветной жидкостью внутри.

Кажется, я поняла, что там.

– Приворотные зелья? – уточнила у Сарочки.

– Приворотная гадость! – согласилась она. – Марель, достань коробку, все выльем к чертовой бабушке!

Мышка магией притянула на пол ящик. Я тут же сорвала печать и взяла в руки несколько бутылочек, вчиталась в надпись:

– «Легкая страсть». Мило! – Отложила и взяла по очереди другие. – «Флер любви», «Лепесток нежности», «Любовная феерия», «Жгучая страсть»… Слушайте, у меня фантазии не хватит столько пузырьков подписывать!

Книжка махнула закладкой:

– Все придумано еще до тебя, девочка. Главное, научиться ингредиенты соединять, поварешку удерживать и честный гримуар за нос не водить!

– Угу. Очень опрометчиво со стороны Лианы было делать подобную закладку! – Марель тоже залезла в ящик и извлекла новое зелье. – «Темное влечение». Слов нет! А уж «Полное подчинение» вообще запрещено законом!

– В тихом омуте, как говорится! – покачала закладкой злая Книженция. – А я ведь этой старой мымре все свои странички давала массировать! Вот встретимся на том свете, я ей все волосы пообдираю! Почетный гримуар обдурить и всякой гадости приготовить в приличной-то лавке!

Вообще, я понимала негодование магических существ. Приворотные зелья любой силы запрещены, даже такая штука, как «Минутная слабость страсти», найденная у меня, может привести к очень плохим последствиям.

– Пойдем, Марель, выльем все это в нужник, – предложила я мышке, поднявшись с пола и оставив книгу на одном из ящиков.

– Да-да, вылейте все! – велела она. – А я пока успокоюсь, приведу в порядок свои шелестящие от нервов странички. Посмотрю тут, нет ли другой гадости какой.

Выкинув все напитки страсти, мы вернулись в подсобку и достали остальные коробки. И принялись раскладывать их содержимое по полкам. Завтра я уже планировала открыть лавку.

– Так, туда зелья бодрости, – командовали другие мышки, подоспевшие на помощь.

В принципе они делали большую часть работы, я лишь считала пузырьки, а цифры Марель записывала в отчетность.

– Как криво поставили, – покачал головой присоединившийся к нам Олис и лапой поправил и так ровный бутылек. – Вот так, чтобы название к названию. Чтобы вам, хозяйка, было легче!

– А Адель не слепая, и так все увидит! – недовольно ответила Мареллина.

Я лишь закатила глаза. Нашли причину для перепалки!

– Спасибо, мышки, спасибо, Олис, без вас я бы не справилась! Марель, давай дальше. Зелья «Бодрость» восемьдесят пять штук…

Глава 5. О пользе образования, тетушках и темных магах

Уже вечерело. Какой-то безумный художник будто разукрасил голубое летнее небо мягкими красными мазками, яркие лучи солнца смешал с оттенками оранжевого, отчего на горизонте словно пылал пожар. Облака стали розоватые и теперь больше походили на пушистую сахарную вату, которую папа покупал нам на ярмарке. Кажется, это было в какой-то другой жизни, где не было проблем.

Я задумчиво брела по улице, разглядывая людей вокруг, студентов в форме Академии, детей, гуляющих по площади. Там недавно установили фонтан, и по вечерам родители приводили туда своих малышей – есть мороженое и сидеть на лавочке, подставляя лица под водную пыль.

Я вздохнула.

За несколько дней моя жизнь совершила резкий поворот, и я несколько раз то падала на дно от, казалось бы, безвыходности ситуаций, то поднималась к небесам на крыльях эйфории.

Но сейчас меня отпустила радость от первых успехов, и… много вопросов, так много вопросов в голове!

Что делать? Мне просто необходима лицензия, чтобы стать свободной. А я сейчас чувствовала себя загнанной в клетку. Ее прутья не давали мне расправить крылья и взлететь.

В этой клетке было тепло, вовремя кормили, но… Как так жить, если душа просится на волю, туда, где ты сам все решаешь? Где никто не ставит условий, не думает, что раз ты носишь юбку – твой удел стоять за плитой и вынашивать детей.

Мама когда-то очень давно, выслушивая мои планы на будущее – тогда отчего-то я хотела сразу стать мэром города, чтобы быть главной – с грустной улыбкой отметила, что я должна была родиться мальчиком. В этом мире так проще.

Что мне делать, когда закончатся запасы Лианы? Вырученных за зелья денег не хватит, чтобы отдать их дядюшке и получить положенное мне наследство. К тому же я должна работать год. Целый год, а не полтора месяца!

Также не будем забывать, что налоговые отчисления еще никто не отменял!

Переквалифицировать лавку будет затратно, а у меня денег нет.

Я просто не видела выхода.

И потому бродила кругами.

Оставаться в лавке было невыносимо. Еще с детства я не могла сидеть на месте, если передо мной стояла проблема.

Я обязана ее решить.

Задрав голову, я смотрела на башни академии магии, что сверкали в лучах заходящего солнца.

Ноги невольно понесли в ту сторону, благо, в академический парк был доступ и простым, праздно шатающимся людям. Ну, тем, кто имел хотя бы одну искру и мог пройти сквозь зачарованные ворота, конечно же.

Наверное, сегодня меня вела сама Фарта, богиня удачи и риска, потому что, подойдя к вратам, я зацепилась взглядом за красиво оформленную доску с объявлениями, на которой висел большой лист. По бумаге вилась затейливая вязь букв, которая складывалась в мое спасение.

«Внимание!

Столичная Академия Стихий открывает набор в группу зельеваров на заочно-вечернее обучение.

Сертификат об окончании первой ступени вы сможете получить уже через два месяца! Уникальный шанс освоить новую для себя профессию!

Требования: возраст от 18 лет, наличие базового образования, знание азов лекарского дела. Для поступления требуется минимум 2 искры общей магии.

Обращаться в администрацию.

Стоимость обучения первой ступени – 20 золотых»

Прогулка откладывается! Мне срочно нужно домой.

Ну и прикинуть, где взять двадцать золотых…

* * *

– Сколько, говоришь? – уточнил Кот, щуря зеленые глазища и обмахиваясь хвостом.

Мы сидели в моем свежеобретенном кабинете и держали совет.

Я, домовой, представители обоих кланов, то есть Марель и Олис, а также незнакомые мне еще пауки и летучие мыши.

Ну и Книжуля, конечно, куда без нее. Но если учесть, что Сарочка умудрилась за все время беседы не проронить ни слова, у меня закралось подозрение, что гримуар уснул. Если такое в принципе возможно.

– Двадцать, – вздохнула я, возвращаясь в реальность, и повернулась к Марель. – Ты говорила, что у нас есть определенный профицит бюджета.

– Я говорила, что у нас много долгов перед налоговой, коммунальными службами и некоторое количество товара в наличии, – педантично поправила меня мышь.

– Отлично, – несколько приуныла я. – А наличных вообще нет?

– М-м-м…

На белой мордочке появилось озадаченное выражение, тонкий хвост сделал затейливый кульбит в воздухе, и с полки вспорхнули аккуратно сложенные бумаги. Развернулись, зависли перед мышью.

Полминуты она их смотрела, тасуя перед собой в воздухе в произвольном порядке, а после сообщила:

– Тут сказано, что в кассе оставалось десять золотых на момент смерти нашей предыдущей хозяйки. Но где они сейчас – неизвестно.

– Не исключено, что ее на них и похоронили, – добавил свое веское слово Олис. – Между прочим, похороны – не дешевое мероприятие, так что вполне возможно.

Я загрустила.

– У меня есть три монеты, – наконец, выдала Марель. – Я готова вложиться в твое образование.

– У меня еще пять, – промурлыкал домовой.

– Две! – пискляво добавили паучки.

– И у меня пять, – заявил Олис. – Ну и остальное мы вполне сможем заработать. Но для этого надо завтра открыться!

Я переводила удивленный взгляд с одного представителя нечисти на другого и ощущала, как глаза щиплет от еле сдерживаемых слез благодарности.

– Вы… – Голос предательски дрогнул. – Вы действительно поможете мне?

– Конечно! – дружно заявили мои помощники.

– Но почему?.. – я все еще не понимала.

Хотя бы потому, что даже самые близкие люди готовы были положить на алтарь своих интересов мои чувства, а тут полузнакомые существа… помогают.

Они переглянулись, и озвучил Кот:

– Мы уже говорили, Адель. У нас только-только началась новая жизнь с новой хозяйкой. И нам очень не хочется вновь жить в разрушенной лавке. Ты девочка приятная, мы не откажемся помочь… ну и кому, как не нам, знать, насколько успешным может быть дело по продаже зелий.

Марель резюмировала:

– В общем, отдашь деньги, не переживай. И заработаешь еще больше!

На том мы порешили. Нечисть принесла свои монетки, и я их все пересчитала, мечтая, чтобы они вдруг удвоились. Чуда не случилось. Но зато у меня в руках было уже целых пятнадцать монет! Я еще раз поблагодарила своих новообретенных друзей и пошла спать.

Следующий день обещал быть очень насыщенным.

* * *

Ровно в шесть тридцать утра ко мне постучались в дверь. Аккуратно, однако очень настойчиво.

Но так как я продолжала спать, то ко мне завалилась Марель и принялась трясти меня за плечо. Весьма своеобразным способом – она на нем прыгала. Никогда не думала, что в моей жизни случится такой своеобразный опыт, как скачущие на мне мыши.

– Вставай, нам пора работать!

– Угу, – очень бодро пробормотала я, кутаясь в одеяло и пытаясь отползти от новых впечатлений.

Впечатления были непреклонны и магией стягивали с меня одеяло.

– Нет, ну что за лежебока! А зелья кто продавать будет? – возмутилась мышка. – А ну поднимись, а то Книженцию позову! Она-то прочитает тебе лекцию, как нужно работать в приличной лавке приличной ведьме, чтобы почтенный гримуар не краснел перед подругами.

Угроза мышки мгновенно подействовала! Я тут же села на постели.

– Доброе утро, – потянувшись, поздоровалась я.

– Доброе-доброе, – торопливо сказала Марель. – Собирайся скорее, тебя ждет Кот на кухне с завтраком. Ой, сколько всего нужно сделать! Я побежала, Аделюшка, мне срочно нужно все бумаги поднять, потом все-все квиточки из налоговой сложить… Да что я болтаю? Потом тебе все отчеты отдам!

И мышка быстро спустилась на пол и побежала к двери. Та мягко открылась, пропуская нечисть, а затем закрылась за ней.

Я тут же встала на ноги и пошла в ванную. Кот ждет меня с завтраком!.. Звучало очень необычно и очень… уютно так. Меня в последний раз так ждала разве что мама…

Домовой уже накрыл на стол. В блюдце лежали свежие булочки, в вазочках были конфеты, рядом стояла масленка, а розетках варенье, мед и джем из тутовника. В пузатом чайнике томился отвар, судя по нежному запаху, исходящему от него, ягодный.

– Ну что, готова р-р-работать? – почти промурлыкал рыжий кот, наливая в пиалу настой.

– Готова, – кивнула я и, сощурившись, спросила у Кота: – Я же зелья продаю, да? А то вы с Марель так нагнетаете, что я уже начала напрягаться…

– Продаешь и консультируешь, – хитро ответил он и пододвинул ко мне еду: – Ешь-ешь. Ровно в семь мы открываемся!

– А почему так рано? – я послушно намазала булочки маслом и откусила кусок.

– Так у нас больше всех студенты берут. Часто перед парами заходят. А лишний час поспать – клиентов потерять.

Мне позиция домового понравилась. Встать пораньше для меня не проблема, а монетки, точнее, их отсутствие, как раз уже большая проблема.

Итак, открытие прошло грандиозно: под воодушевленными взглядами нечисти я повернула на двери табличку «закрыто» на «открыто». Мне радостно похлопали даже паучки.

– Я сейчас расплачусь, – язвительно протянула Книжуля, – скорее уже заносите меня обратно в дом, дует ужасно! Не хочу еще простудиться, и так корешки ломит временами.

– Сарочка, смею напомнить, тебе уже не грозит простуда, – подал голос Домовой.

– Лет так триста уже, если не больше, – сказала Марель.

Книжка тряхнула закладкой:

– Но мои листочки могут испортиться! И так пыль села на мою кожаную обложку, а кое-кто меня так и не протер водкой. Несите уже!

Я сделала себе пометку купить-таки водку и протереть книжку, раз так просит. Не обеднею же, если потрачу парочку серебряных. Мы вернулись в лавку и принялись ждать первых покупателей.

Едва вошел первый потенциальный клиент, я поняла, почему вся нечисть терпеливо ждала вместе со мной в холле. Так они хотели увидеть мою реакцию!

Студент в форменной мантии Академии сначала полностью рассказал обо всех своих страданиях: девушки отшили, преподы поставили «неуд», на носу курсовая, мир не радует, солнышко ярко не светит. Когда сеанс психологической поддержки закончился, парень вспомнил, что ему нужно кое-что для здоровья. Мужского!

– Чтобы вы быстрее справлялись с физическими упражнениями? – непонимающе переспросила я.

– Да нет же, чтобы как раз подольше… – тихо проговорил он.

На фоне хохотала Сарочка, Марель спрятала мордочку в фартуке и тихонько смеялась.

– Аделюшка, ему нужно средство, чтобы не было стыдно, как вестонскому маньяку, – тоже веселясь, сказал Кот. – Ы-ых! В первый день – и такое! Ай, не могу с твоего выражения лица… Ха-ха!

Я на этом моменте зависла, перебирая в голове весь ассортимент. Мы что, и такие непотребные вещи продаем?!

– Так у вас есть что-нибудь? – поторопил меня студент.

Мне терять клиента, а в особенности деньги, не хотелось. Поэтому, переступая через стыд и достаточно строгое воспитание, я заверила его:

– Конечно, в нашей лавке есть все!

Подошла к высоким полкам… Хм! Что бы ему предложить? Вон те яркие витамины отлично подойдут – и организму польза, и клиент доволен. Состав у зелья был очень полезный, так что никакого вреда парень не получит. Взяла один пузырек и магией заменила надпись «Витаминный комплекс» на «Сила любви». Кажется, была права Книженция, когда говорила, что это проще простого! Слова просто всплыли в голове, затуманенные мыслями о выручке.

– Вот. Вытяжка жень-ханя из далекой Восточной империи. Очень действенное средство, всего две капли в день, и вы будете бодрый, сильный и э-э-э…

– Выносливый! – подсказала Сарочка. – Аделюшка, что ж ты раньше про свои умения не рассказала? Так даже моя прабабушка Серафима не смогла бы, а то точно продала бы перед смертью свои съемные зубы!

– И очень выносливый! – повторила я. – Подобное зелье вы больше нигде не найдете, уверяю вас.

Студент на радостях взял целых два бутылечка и, расплатившись, ушел.

Я наконец выдохнула. Если каждый день станут ходить подобные индивиды, я буду вынуждена добавить услугу «продавец-психолог» и буду очень внимательно слушать все проблемы, но уже за деньги!

Первый рабочий день меня однозначно вымотал.

К счастью, другие клиенты не требовали настолько экстравагантных зелий. В основном, требовались средства для улучшения памяти, повышения жизненного тонуса и кратковременного увеличения магических сил. Такие тоже были и, в целом, не особенно одобрялись, так как за минутную вспышку искр потом приходилось расплачиваться сутками физической слабости.

Организм – штука хитрая. Если в одном месте взять больше, чем есть, то в другом обязательно обнаружится дефицит.

К счастью, лавка моя оказалась действительно стоящей на золотом, в самом прямом смысле, месте. С утра ко мне забегали студенты, а после обеда заходили степенные мадам и, поправляя воротнички или шали, просили притирания для кожи или капли для блеска глаз.

У запасливой ведьмы Лианы было все!

Так что уже после обеда у меня в кассе поблескивала парочка золотых монет, а также россыпью лежали денежки номиналом поменьше.

На стойку забрался Олис, поправил свою шапочку, чуть сползшую на покрытый шерстью затылок, и сообщил:

– Я все узнал! Сегодня приемная комиссия работает до восьми вечера. В виде исключения можем закрыться в семь, и ты пойдешь в Академию. Поступать!

– Да, – согласно пискнула Марель, которая как раз заканчивала считать наши россыпи мелочи. – Ровно шесть золотых, Адель. Хватит и на оплату обучения, и на ужин. Кот у нас, конечно, талантище, но готовить из отсутствующих продуктов еще не научился. А содержимое кладовок на исходе, утром последнюю муку извел!

– Все куплю! – заверила я свою прекрасную нечисть, пребывая в радужных мечтах.

– Довольная такая, – ехидно проскрипела Сарочка, переместившись со шкафа на стойку. – О чем думаешь?

Я с чистой совестью озвучила:

– Мы сегодня наторговали на шесть золотых! Шесть! Получается, я совсем скоро смогу покрыть все долги. Сто золотых можно заработать за…

– Стой-стой-стой, – прервала мои грезы Марель. – Солнышко, ты забываешь такую важную вещь, как производственные расходы.

– Налоги, – добавила Сара.

– Долги, – вновь вступила Марель. – У нас их прилично. В нашем государстве как, если хозяин помер, это не освобождает его от ежемесячных платежей. За землю там, за лавку…

– Оплата коммунальных услуг, – произнес Олис, с сочувствием глядя на меня глазами-бусинками.

– Расходные материалы.

– Отчисления в Ковен ведьм. Ты же теперь ведьма, потому надо платить.

Каждая новая фраза нечисти прибивала мои только-только расправившиеся крылья к земле.

– И сколько чистой прибыли?

– Считать надо. Плюс мы сейчас распродаем запасы, а потом надо будет варить новое. А ценник на расходные материалы в данное время нам неизвестен.

Взрослая жизнь начинала удручать своей сложностью.

Именно в этот момент, когда мне и так было непросто, дверь лавки распахнулась и впустила… Кого бы вы думали?

Нет, к сожалению, не нового клиента.

А мою прекрасную, замечательную тетку!

С чемоданом.

И очень довольным выражением лица.

Я даже не знаю, какая из этих деталей пугала меня больше!

– Здравствуй, Адель! – голос тетушки был прям медовый.

Я от удивления только лишь кивнула. Если бы у меня была вставная челюсть, как у прабабки Сарочки, то сейчас она валялась бы на полу. Потому что родственница прямо лучилась довольством! И это было подозрительно.

– Что, за два дня забыла правила приличия, деточка? – покачала она головой и решительно заявила, заходя с чемоданом в холл: – Ну ничего! Тетушка здесь, тетушка научит, направит и поможет!

Меня от подобного счастья немного перекосило.

– Здравствуйте, тетушка, – опомнилась я и пошла за ней. – А вы куда-то уезжаете?

У меня была надежда, что она пришла просто попрощаться.

– Ну что ты, Адель! – Родственница со стуком поставила чемодан на пол и вальяжно села на диван, моя нежить еле успела пододвинуть Книженцию, иначе случился бы грандиозный скандал. – Мне, конечно, не помешал бы отдых где-нибудь на Бирюзовых островах, я ведь столько работаю, чтобы все мои детки и сиротинушки моей драгоценной сестры были устроены и счастливы! На моих плечах столько ответственности, милая, и одна из них – беречь тебя, пока не передам в руки мужа. Так что я буду жить с тобой, пока ты работаешь в лавке!

– Что за бесцеремонная тетка? Почти сесть на бесценный гримуар! – недовольно завопила оскорбленная Сарочка. – Я ей так просто это не оставлю!

– Какая патетическая речь! Я поражен до глубин своей сущности! – иронично отозвался Кот.

– Какой пренеприятный сюрприз! – вздохнула Марель.

Меня тоже новость не порадовала совершенно! Потому что я ощущала, что проживание тетки рядом грозит мне неприятностями.

– Я знаю, ты очень рада, что тетушка будет рядом и поддержит все твои начинания!

Сейчас, только свалюсь в обморок от счастья, а потом как начну радоваться!

Она обвела взглядом весь холл и задумчиво вопросила:

– Интересно, как ты здесь все поменяла? Если мне не изменяет память, лавка была немного потрепанная.

Домовой откровенно захохотал, Марель тоже прыснула, а гримуар отметила умение тетушки подбирать слова.

– Мой двоюродный дядька так и говорил: «Я не бездомный, я житель города, я не безработный, я просто в активном поиске себя и не нуждаюсь в такой блажи, как деньги!»

– Уборка творит чудеса, – пожала я плечами.

– Даже диван латает? – вскинула бровь родственница.

– Вы просто плохо разглядели лавку и не подумали, что грязь может скрывать былое убранство. А я все отмыла и сделала небольшую перестановку.

– За сутки?

– А я очень трудолюбивая, тетушка. Прям как вы! Глаз не сомкнула, пока не закончила!

Я с улыбкой уставилась в прищуренные тетушкины глазки. Глазки сверлили меня злобным взглядом, но доказать ничего не могли.

Мы были в патовой ситуации.

Родственница прекрасно понимала, что дело нечисто, но никаких конкретных обвинений предъявить не могла.

Ну а я… что я? Я скребла в себе моральные силы на скандал! Так как выставить Ханну Моллс, в девичестве Харвис, без выяснения отношений точно не получится.

А ведь мама рассказывала, что в юности они были очень дружны, но вот как все обернулось.

На этом моменте, к моему удивлению, тетя Ханна пошла на мировую. Огляделась и сказала:

– В любом случае, у тебя тут очень мило. Отлично потрудилась, Адель. Где говоришь, тут кухня?

– Зачем? – нервно спросили мы хором с котом.

Тем временем мыши с помощью магии перелетели на торговую стойку, что стояла напротив диванчика. Следом за ними парила Книжуля. Вся компания с удобством расположилась на дубовой столешнице. Гримуар поставили, Беломышь села с краешку, расправила пышные юбки платья и достала из передника крупную семечку подсолнечника. Рядом с ней устроился Олис. Ему тоже предложили семечку.

Кажется, моя нечисть планировала наблюдать за представлением!

И оно не замедлило последовать.

– Ты же целый день работала, деточка! – всплеснула пухлыми руками собеседница и потрепала меня по щеке. – Вот как осунулась! Ведь наверняка не обедала.

Домовой стыдливо потупился, видимо, ощущая вину за то, что я и правда не обедала. Я в утешение погладила кота, которого тетка видела, но, к счастью, как и ее сын – не слышала.

– Я рада, что вы так за меня переживаете, но…

Тут меня прервал мурлыкающий, коварный дальше некуда, голосок гримуара:

– Аделька, деточка, ты не торопись.

Ее поддержала Марель, которая отвлеклась от семечки и заявила:

– Действительно, хозяйка. Оставь нам тетеньку.

В глазках-бусинках было столько предвкушения, что страшновато стало даже мне.

– Мы давно не развлекались, – сказал Олис, оценивающе глядя на тетю Ханну. – А тут такой шикарный повод. Не переживай, через день-другой она сама сбежит так, что чемодан по дороге потеряет!

– Пусть лучше не теряет, – встряла Сарочка. – А то вернется.

Я лишь кивнула и повернулась к родственнице. Как можно наивнее хлопнула ресницами, сжала пальцы на ее ладони и сообщила:

– Буду очень рада вашей поддержке!

– Ну и чудесно, ну и прекрасно, – засуетилась Ханна, поднимаясь и хватая саквояж за ручку. – Куда мне отнести вещи?

Я посмотрела на нечисть и содрогнулась от многозначительных ухмылок на их мордочках.

– В голубую спальню пусть несет! – после краткого шушуканья вынесла вердикт Марель.

Я озвучила это тете и тоже поднялась.

– А ты куда, деточка? – тотчас обеспокоилась тетя.

– Поступать в академию, – спокойно заявила я, быстрым шагом направилась к кассе и выгребла всю наличку.

Глаза у тети алчно блеснули, потому я поскорее ссыпала денежки в мешочек и, махнув рукой, практически бегом рванула на выход.

– До скорой встречи! А вы пока за продуктами можете сходить – надо же из чего-то готовить ужин.

И коварная я была такова.

Оставлять лавку на тетку я совершенно не боялась. У меня там такая маленькая армия проживает во главе с домовым, что драгоценная родственница точно не сможет сунуть свой нос в запретные места.

Разве что Книжуля на видном месте оставлена… хотя она же магический гримуар как-никак! Ну и опять же – о ней всегда позаботится Кот.

Так что я энергичным шагом двинулась к воротам академии, прижимая к себе сумочку с документами, что схватила еще раньше, и денежки.

Денежки-денежки. Мой пропуск в жизнь!

Глава 6. О поступлении и невероятно востребованном у женщин темном маге

Массивные ворота Академии пропустили меня без проблем – в них была заключена особая магия. В темном кристалле, вмонтированном в постамент, сразу же вспыхивали искры по количеству дара. Я и так знала, что у меня всего две искры, поэтому прошла вперед, даже не вглядываясь в магический артефакт. Но все же периферийным зрением заметила в нем какую-то странную вспышку, однако не придала этому значения. Может, просто показалось, или же это была затейливая игра света.

Главный корпус моей будущей альма-матер все приближался и приближался. И в этот раз я уже не сворачивала на дорожку в парк, а прямо шла по аллее.

Дубовые исполины высились надо мной, переплетая ветви и создавая ажурную тень, в которой временами плясали проскользнувшие сквозь листву солнечные лучи.

Сказать, что мне было волнительно – ничего не сказать!

Ладони потели, и я даже остановилась, вытирая их о юбку и нервно прикусывая губу. Тотчас в голове появилась мысль, что я выскочила из лавки в чем была, причем после длинного рабочего дня, полного волнений.

Платье не сменила, оно как было, так и есть – простенькое и зелененькое.

И волосы в обычную косу убраны, притом, судя по тому, как пряди обрамляют лицо, выгляжу я согласно своему имени.

Пастушка пастушкой, как говорит Сарочка.

К тому же я подсознательно ждала, что тетка сейчас опомнится и побежит за мной, голося, что образование – совершенно не нужный девушке атрибут.

Кстати, Ханна Моллс вовсе не была плохой женщиной.

После смерти родителей они с мужем действительно взяли нас под свою опеку и ни единого золотого из наследства на себя не потратили.

И для детей умершей сестры она хотела всего самого лучшего.

Просто весьма своеобразно это видела.

Счастье для девочки, в глазах тети Ханны, заключалось в браке.

Ну и ко всем прелестям, она была отличной матерью для своего ныне почти родного ребенка.

Ханна Харвис вышла замуж на первый взгляд не так выгодно, как моя матушка. Ее взял в жены вдовец. И не просто вдовец, а с новорожденным сыном на руках.

Дело в том, что магически одаренные дети без связи с матерью… довольно часто умирают. А Кристиан еще в младенчестве обладал сразу шестью искрами.

Потому его отец и ныне мой дядя искал одаренную жену, чтобы она создала с ребенком магическую связь.

Вот так и получилось, что Крис у нас магически Харвис, а вот биологически – нет.

Пока я блуждала мыслями по нашему затейливому родовому древу, огромные ступени главного крыльца академии буквально бросились мне под ноги.

Так задумалась, что споткнулась!

Над головой тотчас раздалось хриплое карканье, подозрительно напоминающее злорадный хохот. Я огляделась, но увидела только крупного ворона, что сидел на голове одной из статуй магов прошлого, что стояли по обеим сторонам крыльца.

На хохотуна он не был похож, потому подозрительно покосилась на птицу, что поблескивала на меня бусинками глаз.

Я выдохнула, взбежала по ступеням и решительно вошла под своды главной академии королевства!

* * *

Примерно через полчаса выяснилось, что если ты поступаешь за деньги на какой-то факультатив, то никакой торжественной встречи можно не ожидать.

Даже тестирования способностей не было!

Да что тестирования – в мои документы едва заглянули!

Я ощущала себя несколько разочарованной, так как очень готовилась и очень боялась, а в итоге… в итоге оказалось, что это никому не нужно.

Ты вот денежки плати, и все.

Кроме плюсов, также нарисовались и минусы.

Платить денежки полагалось ежемесячно. По двадцать золотых, да-да!

Нет, я, конечно, слышала, что учение – свет, а знания – сила, но никогда не думала, что это все настолько дорого!

– Но ведь в объявлении написано «двадцать» – и все!

– Так точно, – скучающе, но несколько ехидно посмотрел на меня мужичок из принимающей комиссии. – За раз.

– Но ведь написано…

– А там мелкими буквами внизу про трехразовый платеж.

Жуть какая, никому верить нельзя!

Я нервно потискала кошелек.

– Так будете оплачивать? – устал от моих метаний маг.

Видимо, тоже не особо одаренный, раз тут сидит!

В голове тотчас закрутились шестеренки.

Как я эти деньги заработаю?! Мне и сейчас почти все дали мыши!

Кому скажи – засмеют…

А потом вызовут карету с целителями. Душевными. И духовными до кучи.

– Буду! – решительно заявила я и плюхнула перед уже не очень уважаемой мной приемной комиссией свой мешочек.

Высыпала на деревянный поднос все, нажитое непосильным трудом. Лица магов вытянулись еще сильнее, так как положенный платеж еще нужно было дополнительно отсчитывать.

Но мы справились!

– Держите. – Маг заполнил нужные поля в каком-то бланке и передал мне. – Поздравляю вас, Адель… э-э-э Норис тэ Харвис, вы теперь зачислены на факультатив зельеварения. Учитесь, помните о том, что магия – вот оно самое главное. Ну и не забывайте вносить платеж каждый второй понедельник месяца, это тоже важно.

Было странно слышать это обращение «Норис тэ Харвис». Но в случае с древними семействами у мага в документах всегда указывалась еще и та фамилия, со стороны которой он получил силу. Я – от матушки.

Но в обычной жизни использую фамилию Норис, что досталась от отца.

– Прекрасно, – мрачно откликнулась я, глядя на бумажку.

Королевская академия, как же. Даже пергамент так себе качества!

Кажется, на зельеварах совершенно подло экономят.

– Харвис? – внезапно оживился какой-то древний дедок, который весь прием продремал в сторонке, сидя в дальнем углу стола. – Те самые Харвисы? Сильный род, мощная магия… всем бы так.

– Те самые? – на меня уставились с интересом.

И вот тут я поняла, что такое настоящий стыд и бессилие. Уж не знаю почему, но эмоции накатывали волнами.

– Те самые, верно. Но наш род выродился несколько поколений назад.

– Профессор Турган, мы сидим в приемной комиссии у зельеваров, – громко прошептал сидящий рядом маг помоложе прямо под шляпу дедка в область уха.

– Ась?

– Зельеваров! У девочки две искры!

Я сжала бумажку о поступлении и, развернувшись, вышла.

Вот вроде ничего такого не случилось, а… слезы закипают.

Вытерла влагу из уголка глаз, гордо выпрямилась и, опустив взгляд на листок, бережно расправила скомканную было бумагу.

– Ничего-ничего, – пробормотала я, вставая к подоконнику, там этим заниматься было удобнее. – Амбиции это хорошо, но не все магами рождаются и нормально живут.

И сейчас важны не эмоции и даже не магия, а дело.

Я начала движение по дороге самостоятельности, и мой следующий шаг – деканат.

Окончательно выправив документ, я несколько раз громко вдохнула и выдохнула, а после развернулась и решительно направилась по направлению к холлу.

Оттуда точно будет проще найти секретариат.

В целом, мой расчет оказался верен.

Дошла, нашла.

– Здравствуйте, – поздоровалась со степенной женщиной весьма странного вида.

Даже не взглянув на меня, та вскинула руку и погрозила мне костистым пальцем, а потом низким грудным голосом сказала:

– Жди.

Ну я и ждала, параллельно рассматривая саму обстановку приемной (довольно роскошную) в целом и секретаршу в частности. Та обладала весьма внушительной статью, но смутило меня не это.

Что именно в ней необычного, я поняла лишь спустя минуту разглядываний.

Кожа сидящей за столом и сортирующей бумаги женщины была буро-зеленоватой, а волосы так вообще насыщенно-изумрудными. Но стало понятно это, когда она повернула голову, и та попала под луч света, пробивающийся из-за занавесок.

Дриада, надо же.

Еще и такая… необычная. Лесные девы преимущественно, во-первых, тонкие и звонкие, а во-вторых, нежные, что кружево на дорогих бальных платьях.

К весьма нервному секретарскому делу не предназначены, в общем.

– Все, – кивнула женщина и, подняв на меня взгляд, стащила очки на кончик длинного прямого носа. – Чего вам нужно, девушка?

– Сдать документы, – я потрясла в воздухе кипу бумажек.

– А что ко мне пришли?

Идеально выщипанная темно-зеленая бровь на круглом лице изумленно выгнулась такой сильной дугой, что это смотрелось неестественно.

– Ну… а к кому? – чуть запуталась я, полагая, что пришла как раз по адресу. – Это же секретариат?

– Нет, милая, это ректорат. Тебе не совсем ко мне. Но давай свои бумажки, так и быть – засвидетельствую и положу в нужную папку. Все равно как раз новичков подшиваю…

– О, спасибо огромное! – искренне обрадовалась я и положила перед дриадой листочки.

В этот момент дверь в противоположном конце кабинета распахнулась, и на пороге появился… маг! Тот самый!

В этом не могло быть никакой ошибки, действительно, именно этого мужика я повстречала в склепе, когда забирала Сарочку. Именно ему обеспечила незабываемые впечатления от вестонского маньяка.

Именно его видела на той стороне улицы ночью, когда вернулась в лавку.

К счастью, он меня пока не заметил, так как был занят прощанием с, очевидно, ректором.

И голос такой мягкий, бархатный, обладающий странным воздействием. Он к ректору обращается, а к каждому звуку я прислушиваюсь.

– До встречи, магистр Виртон. Я рад, что у меня получится поработать в вашем учебном заведении.

– Что вы, магистр Рейвенс! В свою очередь благодарю, что вы согласились преподавать нашим студентам, пусть пока и не на полную ставку. Для юных умов заниматься у вас – огромная честь.

Не знаю, как остальные юные умы, а я нервно дернула глазом и захотела сбежать. Хоть в окно! Вот в это самое окно, которое столь привлекательно приоткрыто за спиной у монументальной дриады, глядящей на мага с поволокой в глазах.

К сожалению, ничего сделать я не успела.

Мужчина развернулся, и мы встретились взглядами.

Я с ужасом осознала, что, во-первых, у мужика возмутительно красивые голубые глаза (это на случай, если кому-то мало правильного лица с благородными чертами, высокого роста и весьма спортивного телосложения). А во-вторых, он смотрит на меня… и смотрит… трогается с места и начинает надвигаться на меня с неотвратимостью огненного шторма.

Колени дрожали. Ладони взмокли, и несчастный кошелек, к сожалению, почти пустой, вновь был безжалостно скомкан.

Зачем он идет в мою сторону?!

А-а-а!

Каким именно чудом я не натворила глупостей за эти несколько секунд, знает разве что весь божественный пантеон разом!

Потому что маг хитро усмехнулся, а потом просто прошел мимо меня и вышел из приемной.

Дверь ректорского кабинета громко хлопнула, закрываясь, и мы с дриадой остались одни.

– Вот это мужик, да? – томно вздохнула монументальная мадам и, на удивление грациозно выйдя из-за стола, налила в стакан водички. Сначала себе, потом мне. – На вот, выпей. Лорд Рейанар Рейвенс из тех мужчин, которые оставляют после себя россыпь разбитых женских сердечек. Притом не прилагая для этого никаких усилий.

– Но я… – попыталась слабо возмутиться в ответ и поведать, что мое сердце трепетало вовсе не из-за высоких чувств, а из-за банального страха.

Так как с этим в высшей степени примечательным образцом мужчины я познакомилась не где-нибудь, а на кладбище. И после он бежал за мной минут двадцать!

Наверное, есть, чем гордиться… За мной бегал сам магистр Рейвенс! И плевать, что между крестов, усыпальниц и до маньяка.

Так что я попила водички, раз уж предложили, и решила позадавать секретарю вопросики. Раз уж она очевидно не против того, чтобы поболтать о магистре. Который еще и лорд!

Ну да, а кто он еще? Конечно же, жутко сильномогучий чародей!

– И знаешь, деточка, он представляется только теми титулами, которые заслужил и заработал сам! Сам король пять лет назад даровал ему княжество на юге страны, потому что магистр жил в казарме как самый простой солдат. Эх, как работать, когда ходит рядом такой мужчина и возмутительно холостой? А еще…

По мере того, как секретарша называла все титулы мага, мне становилась все дурнее и дурнее. Итог выходит неутешительный: за мной, самой обычной девушкой, бегал сам магистр Рейвенс, единственный наследник самого большого герцогства королевства, один из семнадцати архимагов и, что самое главное, член Ордена Защиты Королевства от тварей темного мира. А именно страшных существ Нижних миров и подвластных им нечисти и темных ведьм.

Про темных ведьм я знала очень мало, потому что об этом не принято говорить в приличном обществе. Если предыдущие хозяйки лавки варили лечебные зелья и витамины, следили за доброй нечистью и ухаживали за садом, то темные… Они проводят темные ритуалы с жертвоприношениями, выпивают людей, попросту иссушают, и от мага или просто человека остается лишь горсть черного пепла.

Темные ведьмы, говорят, сошли с ума от силы, которую им даровали твари Нижнего мира. В них не осталось ни капли сострадания.

Выходила из Академии я с туманом в голове после большого потока информации.

Так же меня мучила пара вопросов: что делал маг подобного уровня на кладбище и почему за мной погнался?

Едва я зашла в лавку, ко мне тут же подошла тетушка.

– Адель, ты вернулась! – проговорила она торопливо. – Ну что там? Не взяли в академию?

– Ну что за карга, а? – прошипел домовой, приветливо погладив подол моего платья пушистым рыжим хвостом.

– Нет, как раз приняли, – опровергла я ее ожидания, испытывая особое удовольствие от кислого лица маминой сестры.

Правда, не стала говорить, что поступила всего лишь на платный курс.

– Поздравляю, милая, – суховато произнесла она. – Пошли тогда на кухню, я уже на стол накрыла!

Мой кот покачал головой:

– Хоть бы раз искренне порадовалась за племянницу! Потом тогда расскажешь, как все произошло.

– Как тетеньку спать уложим, – елейным голоском проговорила возникшая буквально из-под пола Марель. – Книжуля обещала найти для нее самую интересную сказку на ночь!

Мне отчего-то стало жалко родственницу – гримуар собиралась мстить за то, что та едва на нее не села. И, учитывая характер тетушкин и характер Сарочки, надеюсь, они не взорвут мне лавку!

На кухне действительно был накрыт стол.

– Она сделала сортировку в холодной кладовой. Теперь мне все исправлять! – пожаловался Кот, проходя вперед и устраиваясь на столе. – Безобразие! Какая-то человечка командует в моей кухне!

– Ничего, Котик, зато мы Адель поможем, – утешала его Марель.

Судя по тому, что они пошли за мной и устроились в первых рядах, то ожидали представление. С чего бы?..

– Так, Адель, садись, я сейчас тебе положу супчика… Даже не представляю, что ты здесь ела! Одна вредность – сахар да мука! Ну ничего, тетушка приготовила полезнейший щавелевый суп. Очень питательный и не нагружает желудок.

Я грустью посмотрела на тарелку, которую поставили передо мной. Если честно, я только начала радоваться вкусной пище. Варенье нам запрещалось есть – сахар очень вредный! Мучное – ты видела, как выглядит мука в наше время, лучше злаки и отруби!

Короче, нас всех в семье связывало одно – любовь к колбасе, которую втайне от тетушки контрабандой притаскивал дядя. Ночью, как только жена крепко засыпала, он доставал очень вредные продукты и делал нам всем бутерброд. Исключительно потому, что ему было жалко нас – он-то на работе успевал поесть и выбросить правильные обеды тети Ханны, а вот мы с кузиной были полностью в ее власти.

Иногда от очень правильного образа жизни не хочется жить. Потому что я сейчас не отказалась бы от мяса. И потом выпила чай с вкусным абрикосовым вареньем и свежей булочкой… Эх.

– В здоровом теле немного полудохлый и голодный дух, – прокомментировал мой ужин домовой.

Я вздохнула и, поблагодарив тетушку, принялась есть.

Мы быстро закончили с едой – кроме водно-овощного супа без капли бульона и намека на мясо, больше ничего и не было, и принялись пить чай с домашней пастилой.

Тогда же тетя Ханна пренебрежительным жестом указала на рыжего кота и сказала:

– У тебя какой-то очень странный кот.

Опаньки? Домовой показался ей?

Я удивленно вскинула бровь и вопросила:

– Почему это?

– Он почти не мяукает.

Домовой пристально так посмотрел на мою тетю и специально для нее протянул:

– Мя-я-яу-у-у! Мя-яв! Мяумля-я-я!

Потом уже спросил у меня:

– Достаточно? Или мне всю ночь ей под ухом орать, как дворовой кот во время мартовских гуляний?

– Вот же, мяукает, – парировала я, погладив Кота.

– Но не мурчит! – не сдавалась она. – Ты бы попросила Криса, он бы тебе купил изящную кошку с хорошей родословной. А ты подобрала вот это…

– Что там еще делают самые правильные коты королевства? – протянул дух.

– Обязательно совершают свои дела в тапки очень вредных женщин, – прозвучал откуда-то голос гримуара.

Кажется, подслушивали нас все жители лавки, а первый ряд достался Марель и духу.

– Не волнуйтесь, тетя Ханна, я довольна своим питомцем, – заверила родственницу. – Умение мурчать и мяукать не самое главное, главное, что мой Кот меня радует.

Тетя сощурилась, вновь пристально разглядывая домового, и задала еще один вопрос:

– А как ты его назвала?

– Кот… – стушевалась я под ее взглядом.

– Чтобы точно не забыть его принадлежность к кошачьим и собственно пол? – усмехнулась она и резко сменила тему: – Ну, хватит уже говорить о твоем комке шерсти. Вот буквально вчера Кристиан получил повышение на работе! Представляешь? В двадцать шесть-то лет! Его успехи впечатляют, верно?..

И пока тетка перечисляла все-все достоинства Криса, из-за которых мне тем более нужно скорее надеть фату и бежать под венец, я слушала ворчание Кота:

– Нет, у меня было к ней сострадание, две капли всего, но ведь что-то же! Однако она сейчас перешла все границы! Старинного духа с очень древним именем, имеющим важное значение на забытом языке, так оскорбить! Да я… Да я просто не знаю, что даже говорить!

– Лучше помурлыкай, милый, – хохотнула Марель.

– А ты не издевайся! Видела бы тебя грымза – сразу бы везде крысиного яда насыпала или вовсе крысолова вызвала бы! – ехидно парировал дух.

Марель вскинула носик и, отдернув передник, возмущенно проговорила:

– Между прочим, я мышь, а не крыса! Между нами огромная разница! Если это кто-то не видит, значит, ему к мозгоправу! Адель, ты со мной согласна?

Мне пришлось кивнуть, потому что досталась незавидная роль слушателя. Но так как при этом продолжала говорить тетя Ханна, то вышло небольшое недопонимание, потому что мой кивок тетушка расценила в свою пользу:

– Так тебе нравится Крис?! Почему сразу не сказала? А-ах, понимаю, девичья стеснительность и все такое, сама будто недавно замуж выходила. Да я прямо сейчас выберу дату для торжества и…

– Нравится! Как брат! – тут же спохватилась я, иначе сейчас бы уже замужем оказалась.

Вдруг у нее в чемодане священник, Крис с кольцом и белое платье в придачу? И по ее отмашке моя независимость превратится в тыковку… ну, то есть канет в пучину замужней жизни. Бр-р! Лучше болотные шусы меня покусают!

– Но вы не брат и сестра, даже не кузены, – в голосе тетушки слышалось неприкрытое разочарование. – Ты приглядись к нему, Кристиан так к тебе относится…

– Зато мы росли вместе! – нашлась я.

Моя нечисть перестала шушукаться между собой (я надеюсь, о коварных планах по выдворению моей родни), и Кот громко сказал:

– Вот это она тебя подловила, Адель! М-да, даже кивать нынче опасно! Не успеешь очнуться, как окажешься кому-то должным.

– Или замужем, – сказала Марель.

Не упустила вставить свой медяк и Сарочка:

– Вот так мой внучатый племянник оказался счастливым обладателем ипотеки на тридцать лет. Раз кивнул, потом подпись, не подумав, шлепнул – и пожалуйста!

Я не успела спросить, что такое ипотека, вовремя прикусила язык. Но за меня спросила Марель. Ей в подробностях объяснили.

Я с трудом успевала слушать на два фронта. На одном тетка мне живописала все прелести брака, а на другом Сара рассказывала леденящие душу истории про иномирную недвижимость.

Марель всплеснула лапками и озвучила наше общее мнение:

– Это форменное издевательство! Выгоднее душу продать и не париться, чем тридцать лет банку платить за комнатушку на окраине города.

В общем, вот так и проходил мой вечер. Сначала в невкусных разговорах и невкусной еде, а потом в уборке.

* * *

Когда мы уже закончили наводить порядок на кухне и помыли посуду – это делала я под словесную поддержку родственницы, я проводила тетю в гостевую спальню. Там она склонилась ко мне и отчего-то шепотом спросила:

– Адель, а ты странные звуки не слышишь? Голоса там, шум…

В этот момент в располагающейся в паре шагов от нас кладовой что-то смачно грохнуло.

– Вот как сейчас! – нервно уточнила тетка.

Парящие вокруг нас мыши вредно захихикали и предложили:

– А ты открой. Покажи!

Я не поленилась распахнуть дверь и продемонстрировать идеально убранную комнатушку. Все стояло по своим углам, ничего не валялось.

– Вот видите?

– Вижу, – грустно признала тетя. – Но… ты уверена?

Пф-ф-ф! Конечно!

– Вообще ничего не было, зубы даю!

Вот же ж темная нечисть, уже и заговариваться начинаю. От старания, вестимо.

– Прямо все? – округлив глаза, спросила Ханна Моллс.

– Все-все, – заверила я.

И тут снова раздался голос Сарочки:

– Сплюнь, Аделюшка! Ты таки не знаешь, за шо нам обходится хороший зубной врач! Так я тебе скажу: всей лавки не хватит, чтобы сделать один качественный ряд зубов, а ты старой грымзе все тридцать два обещала! Вот мой дядя помер лет сорок назад, а правнуки до сих пор отдают кредит за его вставную челюсть!

Она золотая была, что ли?.. Видимо, у меня было достаточно говорящее выражение лица, потому что Книжуля ответила:

– Нет, просто качественная. А стоматолога звали Давид, и этим все сказано, моя дорогая.

Я уж не знаю, что там можно было сказать именем, да уже и не важно.

Поселив тетушку и сердечно пожелав ей спокойной ночи и добрых снов, я поспешно удалилась в свою комнату.

Глава 7. Про душевные выступления и благодарных зрителей

– И что сейчас будет? – нетерпеливо спросила я, устраиваясь на кровати и сдвигаясь к центру, чтобы освободить место своим союзникам. На покрывало забрались Марель, Олис и Кот. Оглядевшись, я спросила: – А где Сарочка?

– Пожелала лично участвовать в изгнании тетки, – протяжно промяукал домовой, а после утер кончиком хвоста несуществующую слезу в уголке хитрого глаза. – Она у меня такая затейница!

Кот у меня тоже, если честно, тот еще затейник… но я про это промолчу!

Олис одернул свой сюртучок и заявил:

– А я, как и Марель, отдал распоряжения членам клана, а также паукам. И понаблюдаю отсюда.

– Да, – вздохнула мышка, кокетливо поправляя чепец. – Стара я уже для таких развлечений. Полюбуюсь.

Я озвучила самый актуальный на данный момент вопрос:

– А как мы будем, так сказать, наблюдать?

– Очень просто, моя дорогая. Магия нам поможет.

Рыжая шерсть домового заискрилась, все эти огоньки собрались в воздухе и превратились в… картину в неровной золотистой рамке. Только изображена на ней была гостевая спальня моего домика и тетка Ханна, что как раз повязывала спальный чепчик и укладывалась в пуховую постельку.

То, что тетя Ханна иногда разговаривает сама с собой, секретом не было, так что я не особо удивилась в отличие от нечисти.

– Неплохая лавочка все же. Надо будет подумать, как потом ее использовать, зелья это совершенно не то…

Тетка огляделась и хлопком погасила все магические светильники в комнате. Так что сейчас спальня была подсвечена лишь льющимся из окна янтарным светом фонаря, смешанным с серебром лунных лучей.

– Зелья ей не то, – возмущенно пропищала Марель. – Лавку она захотела!

Олис погладил мышку хвостом по спине и успокаивающе сообщил:

– Не переживай, это человеческая жадность. Никто ей лавку не отдаст.

– Ага…

Мы с Котом удивленно переглянулись. Кажется, клановая мышиная вражда не так проста, как могло бы показаться.

Тем временем тетя устроилась поудобнее, подтянула одеяло к груди и, закрыв глаза, громко засопела. Дыхание ее становилось все глубже и ровнее… а странные шумы в спальне все слышнее.

Маленькие лапки бегали по полу, окошко скрипело на ветру, а едва слышное бормотание становилось все отчетливее и отчетливее.

Топ-топ-топ-шмяк!

– Расставили тут своих тапок – честной нечисти не пройти!

Тетя Ханна так широко распахнула глаза, что мне на какой-то миг даже стало за них страшно – вдруг выпадут?!

– Кто здесь?!

– Никто, – пискляво ответили тете.

Топ-том-топ-шурх-шурх.

А неведомый голос все отчетливее обретал интонации Сарочки.

– …и вот после этого ты должна отдавать ей своего сына? Этой неблагодарной девице – ну вообще же кошмар. Ладно бы еще красивая была, так ни фигуры, ни грации. А грудь? И этими комариными укусами она собирается кормить твоих внуков?!

Я оскорбленно посмотрела вниз.

Между прочим, тут все в порядке! Да, не так как у кузины, родной дочери тети, но если раздеться, то все очень даже видно! Это просто одежда такая, для моей груди неподходящая!

– Ты кто? – сиплым голосом спросила родственница.

– Твой внутренний голос, – любезно пояснила ей Книжуля.

– А почему снаружи?

– Чтобы ты лучше меня слышала, конечно же!

Тетка Ханна послушно замолчала, слушая свой «внутренний голос».

– И ведь главное, сколько для них делаешь, а никто не ценит, никто! Супы вот готовишь, ночами не спишь, рецепты ищешь… а сын из дома сбежал, лишь бы мамину еду не кушать!

– Так он переехал, потому что…

– Я – твоя интуиция, и мне виднее. Сбежал он!

– Но…

– А еще вдруг, пока ты тут, новая горничная закрутит шашни с твоим мужем?!

– Но у нас нет новой горничной.

– Так он наймет и закрутит с ней шашни! Тоже мне нашла логическую нестыковку.

– Но у меня верный муж.

Сарочка чуть подумала и милостиво позволила корректировки:

– Хорошо, тогда горничная соблазнит его.

– Но…

– Поздно, спать пора.

На какое-то время все затихло. Тетя встала, сначала долго не решаясь опустить ноги с кровати, а после все же поднялась и включила свет. Немного подумала и направилась к дверям.

Я панически заметалась по кровати, а после нырнула под одеяло. Раздался глухой стук и голос:

– Адель, ты спишь?

– А что? – «сонно» поинтересовалась я.

Створка скрипнула, и в комнату просочилась тетушка. Нервно запахнула на груди пуховый шарф, поправила чепец и спросила:

– А ты тут ничего не слышишь?

– Ну… на улице топот копыт, скрип колес…

– Нет, я про то, что в доме.

– Вам опять кажется? – со всем возможным сочувствием спросила я. – Это все нервы, тетушка.

– Ну да… пожалуй, пойду я спать.

– Идите. Сладких снов! Интересных!

– Лучше просто спокойных, – нервно ответила мне родственница и все же покинула мою комнату.

Тотчас на кровать запрыгнул загибающийся от смеха домовой и мои Беломыши и Черномыши.

– Скоро будет гвоздь программы! – пообещал Олис. – Мы все согласовали! Утром она убежит, сверкая тапками!

– Жду с нетерпением, – с чистым сердцем ответила я.

Кот вновь наколдовал зеркало, и мы увидели уже знакомую спальню, освещенную всеми светильниками. В данный момент тетя зажигала уже третью свечу из тех, что лежали в ящике стола на случай отключения магической энергии.

– Эк ее впечатлило… А ведь даже ничего не делали.

Тетка походила по комнате, заверила себя, что она сильная, она справится, и легла на кровать.

– …и вот, значит, говорю я им, что сильная и смогу, а они что? Не верят!

– Кто? – практически смирившись, спросила тетя.

Светильники медленно и довольно зловеще гасли. Пламя свечей трепыхнулось и потухло, словно кто-то резко на него дунул.

– Все! А сейчас спать, – велела Сарочка.

Глаза родственницы мгновенно опустились, и она начала тихо, но с каждым мгновением все громче посапывать.

На этот раз Книжуля появилась, так сказать, лично. Зависла над кроватью, приветственно помахала нам ленточкой-закладкой, а после зашелестела страницами, что-то тихо бормоча:

– …Так, это совсем уж жуткие кошмары, это антизапорное, а это заклинание быстрого поиска… Где же «темные сны»? Ага! Лион-тир-шарс!

В воздухе соткалось зеленоватое облачко и плавно опустилось на тетушкину голову.

Сон явно стал беспокойнее. Она вздрагивала, металась и говорила что-то про неравный брак и непослушных детей.

– Проснись! – рыкнула Сара и тотчас пропала.

Тетя резко села на постели, испуганно оглядываясь и прижимая ладонь к груди:

– Ух, сон, всего лишь сон!

В этот момент свет вновь зажегся. Но не весь, а лишь подсвечивая клозетку, что стояла в ногах кровати и была чуть выше ложа. Потому вид на нее открывался отличный. Как и на то, что там происходило.

Мои паучки переоделись во что-то беленькое, напялили на все лапки сразу подобие пуантов и… танцевали.

– А-а-а-а! – во весь голос заорала тетка так, что на чердаке всполошились голуби. – Что это?!

– Паучий балет, – любезно просветила Сара. – Трагедия, между прочим. Вот тому черному паучку не дают жениться на красной паучихе. Адюльтер и все такое.

– А-а-а!

– Совсем плохо у вас с искусством, я смотрю! Ладно, спать!

И тетя снова рухнула на постель.

Окошко погасло, и я ошеломленно уставилась на чрезмерно довольных собой представителей нечистой коммуны моего дома.

– Ну как?! – радостно уточнила материализовавшаяся Сара. – Согласись, все были на высоте?

– Несомненно, – нервно отозвалась я.

– А ты оценила номер пауков? Я день и ночь репетировал с ними! – заявил Олис.

– Но тетушка же всего полдня с нами…

– А мы заранее готовились, на случай важных переговоров, так сказать, – ничуть не смутился мой дворецкий.

Если честно, то мне даже стало жаль тетю Ханну. Но я тут же напомнила своей совести об очень ловко исправленном предписании, о матримониальных планах родственницы, а также о ее планах прибрать лавку к рукам. Так что все моя нечисть правильно сделала – нам всем нужно работать, а не обсуждать каждый день, что мне срочно нужно замуж, причем обязательно за Кристиана Моллса.

– Если ты захочешь посмотреть продолжение паучьего мюзикла о невозможных отношениях, то они готовы.

– Так они еще и поют?!

– И неплохо! – восторженно отозвалась Сарочка. – Я была в шоке, когда смотрела! Такая страсть, такая экспрессия! В последний раз со мной подобное было очень давно! Вот помнится, не уступили мне место в автобусе в шестидесятом году, и я таки все всем высказала!..

На мой вопрос, что такое этот загадочный «автобус», Книженция махнула закладкой и проговорила:

– Пыточный механизм, который именуется общественным транспортом.

Я ответила многозначительным «а-а-а» и зевнула.

– Все на выход, – сказал мой понимающий домовой. – Адель пора на боковую, самое главное ведь утром начнется.

– Вторая часть Марлезонского балета! – злорадно протянула Сарочка. – Ты прав, Котик, мне как главному действующему лицу нужно хорошенько отдохнуть!

Дверь моей нечисти была не нужна: они, попрощавшись и пожелав хороших снов, просто исчезли.

Я быстро переоделась, подавляя очередные зевки, сходила и умылась, а затем легла спать. Мягкая постель после трудного и очень длинного дня – что может быть лучше?

* * *

Утром я проснулась сама. Даже оделась, привела себя в порядок и спустилась вниз.

Тетушка уже была на кухне. И Сарочка. Всячески помогая тетушке морально.

Та стояла за небольшой печкой и нервно пекла очень полезные блины – на воде, миндальной муке и без сахара. Ее движения были дергаными и резкими, а часть блинов безвозвратно подгорела.

Кажется, мой желудок ждут испытания!

– Доброе утро, тетя Ханна, – вежливо поздоровалась я, стараясь не смотреть на летающую вокруг Книжулю.

– Да-да, – рассеянно отозвалась она. – Ты и сейчас ничего не слышишь, да?

– Вы снова про звуки? – Я состроила удивленное лицо и невинно проговорила: – Ничего не слышу.

Но на самом деле я, конечно же, слышала причитания Сарочки:

– …Что за молодежь пошла, да? Отрекаешься от дома, чтобы за племянницей следить! Закрываешь глаза на мужниных любовниц, лишь бы детишек устроить! А все равно не ценят и даже родной-то матери не пишут! Вот чем сейчас моя дочь занята? Наверняка ничем важным!

– Я пока на стол накрою, хорошо? – осторожно вмешалась в монолог «внутреннего голоса» я.

– Да-да, дорогая, я уже почти закончила, – таким же нечитаемым тоном ответила тетушка. И шепотом принялась отвечать на выпады Книжули: – Время сейчас такое, сами понимаете, воспитание уже не то…

О, кажется, это тот самый вариант, когда внутренний монолог становится внешним диалогом!

– Знаю-то я эту молодежь! Только отвернешься, а они уже сидят!

– Где? – удивленно пролепетала Ханна Моллс.

– На ком, глупая женщина! – поправила ее Сарочка.

– Неужели… ах! – возмущенно ахнула она. – Не может быть!

– Может, еще как может!..

Дальнейшую беседу я не слушала, потому что меня поманил из кухни рыжий хвост домового.

– Доброе утро, Аделюшка. Ты там корреспонденцию разбери, а я сам стол накрою. Я тебе там пирожков оставил на столике, – промурлыкал кот, едва я подошла к нему.

Я готова была его расцеловать! Выпечка это то, что мне нужно, потому что мой ужин был крайне ужасным и не питательным. А жевать подгорелые «правильные» блинчики как-то не хотелось.

– Спасибо, Котик!

– Не благодари, – отмахнулся от меня хвостом он, – сытая хозяйка равно здоровая хозяйка. Иди-иди, пока Сарочка грымзу отвлекает!

С благодарностью погладив пушистого кота, я побежала в холл. Там на столике действительно стояла целая тарелка с ароматными пирожками и даже травяной чай в большой кружке. На диване вальяжно расположилась с письмами крайне озадаченная Марель, отбивающая хвостом похоронный марш.

– Привет, Аделька, – сказала она, протягивая мне сразу два письма. – Это тебе из Академии. В одном список необходимых принадлежностей, а в другом многоразовый допуск в библиотеку, чтобы ты хрестоматии по зельеварению забрала.

– Привет. – Я села рядом и тут же притянула к себе блюдо и чай. – Агась, а что в остальных?

– Ничего хорошего, – вздохнула мышка. – Квиточки за магосвещение и воду. А еще гневные письма из налоговой. Но ты кушай-кушай, я пока ответ составлю. Надо с этим разобраться! Такие долги накапали за десять лет! Вот скажи, нечисти вода нужна? Так почему тут такие цифры, будто мы устроили вечеринку, причем не одну, в морском стиле и затопили всю лавку?!..

Я сделала себе пометку все же посетить ММФЦ (магический многофункциональный центр) и вгрызлась в теплый бок пирожка.

Ом-ном-ном! Ням-ням.

Прислушалась к гомону на кухне и булькнула в кружку чая от смеха. Все же Книжулю стоило вытащить с кладбища хотя бы ради всех этих перлов! Ну и для того, чтобы провести ритуал, и Кот готовил мне эту богичную выпечку.

– Адель, ты где? Кушать подано! – раздался голос тети, и сытая, довольная я отправилась на кухню.

Итак, мой второй завтрак. Нечисть в том же составе, что и вчера за ужином, сидит на передовой и ждет развязку концерта.

Через стул от меня расположилась тетушка и поливает свой очень правильный прием пищи, пускай и подгорелый, шпинатным сиропом. Я пью чай и тоже жду представления.

Гримуар левитирует над столом и тихонько хохочет. Она только-только закончила изображать внутренний голос моей родственницы.

Марель поболтала лапками, подтянула завязки чепца и, покосившись на гримуар, ехидно вопросила:

– Сарочка, а чего тетка не бежит, теряя тапки? Что, хватку растеряла?

– Да щаз! – гордо фыркнула в ответ магическая книга. – Я ее просто до кондиции доводила. Теперь смотри.

Книженция подплыла к уху тетушки и мягко зашелестела листиками:

– Бу!

– А! – крикнула в ответ тетя, подскакивая на месте.

А после ее взгляд остановился на… выводке мышей на полке. Кроме мышей там же сидели пауки. Они застенчиво улыбнулись (даже мне стало жутковато) и помахали тете Ханне передними лапками.

Некоторое время царила тишина.

Потом тетя нервно улыбнулась и, наклонившись ко мне, сообщила:

– Так больше не может продолжаться.

– Эм-м-м… – Я покосилась на домашнюю нечисть, не поняв, с чего это они показались. – Ну да.

– Не может, совсем не может, вообще не может… – говорила тетя, вставая из-за стола и быстрым шагом удаляясь из лавки.

– Вы куда, тетушка? – Я рванула за ней, сама не понимая, чего же во мне сейчас больше, радости, злорадства или иррационального сочувствия. – А кто же будет мою честь беречь? Вы в домашнем платье и тапочках! Что люди скажут?

Схватив с вешалки хотя бы плотный тетушкин платок, я выскочила на улицу и завертела головой в разные стороны, но тети уже не было. Люди ходят, снуют… а вот ее нет.

– Ну вот, прогнали, – промяукал домовой, тоже выходя из лавки и садясь у моих ног.

– Зачем вы показались? – со вздохом спросила я. – Ну и не слишком ли это? Одно дело – просто ее фантазии, а другое дело – настоящая нечисть, которую она видела.

– Ты забываешь, что твоя тетя хоть и слабенький и необученный, но все же маг. То есть под влиянием эмоций ее потенциал искр повышается. Ну и магия от нервного возбуждения вообще творит чудеса. Так что она сама нас увидела, вот.

– Эх, беспокоюсь. Куда она побежала в таком состоянии? До дома ей далековато.

– Благо, не совсем босая. Все в порядке, Адель. И вообще, ты слишком трясешься над тем человеком, который хочет у тебя наследство отобрать и тебя, перевязанную ярким бантиком, сыночку подарить.

Я лишь вздохнула в ответ.

И уже собралась было возвращаться в помещение, чтобы приступать к работе, как за спиной раздался знакомый голос:

– Моя милая невеста подскакивает ни свет ни заря. Это, право, даже мило.

– Кристиан, – процедила я, поворачиваясь к кузену.

– Доброе утро, Адель, – он сверкнул белозубой улыбкой и коснулся кончиками пальцев широких полей своей дорогой синей шляпы.

– Что ты тут делаешь?

У меня в голове звенел колокольчик тревоги. Успел ли Крис заметить его улепетывающую в домашнем маменьку или обошлось?

– Пришел пожелать тебе доброго утра, хорошего рабочего дня и подарить небольшой вкусный презент к чаю.

Мне протянули перевязанную пурпурной лентой коробку с моими любимыми эклерами из кондитерской мадам Зорсе. От одного воспоминания об этой пище богов у меня рот слюнками наполнился, несмотря на все слопанные пирожки!

– Спасибо, – руки невольно потянулись к вкусняшке.

Да, меня очень просто купить! Будем считать, что это развился травматический синдром после проживания с тетей и ее очень здоровой едой. Настолько здоровой, что она точно была здоровее, чем я.

– Всегда пожалуйста, милая. Хорошего д…

– Доброе утро, мисс Норил! – за спиной послышался низкий мужской голос с бархатными, словно мурлыкающими интонациями. – Я правильно понял, что лавка ваша и обращаться теперь к вам?

Ножки ослабли сами по себе. Вот честное слово без малейшего со мной согласования!

А после сами собой развернули меня к говорившему, и ручкам стало сложно удерживать коробку с пироженками.

Так как напротив стоял и улыбался (очень подло с его стороны) герцог, великий маг, архимаг, инквизитор и демоны его ведают кто еще – мой знакомец по кладбищенскому забегу.

И если вы думаете, что колени у меня ослабли от невиданной красы его улыбки – очень ошибаетесь.

– Ведьма? – нахально улыбаясь, спросил маг.

– Ведьма, – дрогнувшим голосом подтвердила я.

– Ну и отличненько, – резюмировал маг и смерил меня критическим взглядом, а после забрал пирожные, второй рукой подхватил меня под локоть и увлек в дверной проем лавки. – Тебя-то мне и надо.

Зачем?!

– Адель, что это за джентльмен?

Голосом Кристиана можно было заготавливать лед для холодильных шкафов. Причем в промышленных масштабах!

За меня ответил маг, даже не думая отпускать мою руку и так же продолжая тащить в лавку:

– Клиент! А дела любовные подождут, верно?

Я растерянно кивнула, но все же сказала:

– Он мой кузен.

– Ну, тем более, – бодро подытожил маг.

Судя по шагам, очень недовольно топающим, Крис шел за нами. К счастью, молча.

Я пришла в себя только в лавке. Выдернула локоть из его хватки и, вскинув голову, чтобы смотреть не на живот и грудь темного мага, а на лицо, спросила:

– А что вам нужно от меня?

Он приподнял темную бровь, мол, что мне от тебя еще нужно, кроме:

– Зелье, госпожа ведьма. Ничего другого вы ведь не продаете?

И в глазах такое доброжелательное внимание… что аж подозрительно!

Я покачала головой. Это что, проверка?!

Или… или лорду Рейвенсу, магу высшего уровня, действительно нужны какие-то настойки из самой простой лавки? Учитывая нашу очень необычную первую встречу, во второе верилось слабо. А если припомнить все-все регалии магистра, то тем более!

– А какое именно зелье? – осторожно поинтересовалась я и принялась расхваливать арсенал, изготовленный Лианой: – У нас есть серия очень хороших витаминов, подходят как для профилактического приема, так и для курса при недостатке железа, кальция и эм… всего остального.

– С этим у меня все в порядке, – заверил меня маг. – Что у вас еще есть?

Я потупилась и принялась смотреть, что там еще на полках… Так, «Ясный взгляд», «Тонкий слух», «Мягкая поступь» – эти зелья помогали временно улучшить зрение, слух, сделать шаги неслышными, но вряд ли что-то из них понадобится магу.

Тут подплыла Сарочка, мягко хлопая страничками, и влюбленным голосом пропела:

– Для такого мужчины я готова таки сварить все приворотные из своего арсенала… А-аах… Адель, милая, я передумала насчет сыночка грымзы! Бери этого красавчика, пока он тут! Да к шусам, если у него матушка тот еще монстр! Тут такой генофонд, не жаль хоть каждый год рожать!..

И вот нужно бы снова перевести взгляд на мага, чтобы любезно улыбнуться и перечислить названия снадобий, а у меня не получается! Просто физически!

Книжуля не переставала расхваливать стоящий рядом генофонд, притом в таких выражениях, что я покраснела до корней волос! Рыжие вообще очень легко краснеют, а тут еще и все предпосылки. Ну, Сарочка!

– С вами все в порядке? – вдруг обеспокоился маг, а после… протянул руку и приложил восхитительно прохладную ладонь к моему лбу.

Я вытаращилась на него так, что забыла о том, что вообще-то смущаюсь.

– Мисс Норил, вы очень покраснели, – пояснил он свои странные действия. – Проверял, нет ли у вас жара.

Но если я думала, что хуже быть не может, то крайне недооценивала уровень своей невезучести.

Стыд накрыл с головой, когда в лавку ворвался еще один мужчина – тот самый студент с истинно мужскими трудностями. Под веселым взглядом лорда Рейвенса и под очень злющим – Криса он радостно приветствовал первого:

– Магистр, и вы здесь! Если честно, я не думал, что у вас такие же проблемы, но я заверяю – вам помогут! Госпожа ведьма меня буквально спасла! Все-все поняла по подробному описанию и выписала такое шикарное средство! И вас спасет, магистр! Вы только не стесняйтесь!

Я бы тихонько сползла под стол, но там столпилась вся моя нечисть и бесстыдно хохотала. Даже Сарочка потеряла равновесие от смеха, упала на пол и уже веселилась оттуда.

– Ы-ы-ы! Говорила мне мудрая бабушка, что от возвышения до падения лишь один шаг… Ы-ы-ы! Правда, тетушка говорила другое, не менее мудрое! Что падших женщин не бывает, бывают лишь немного опустившиеся ниже плинтуса!

Я трусливо решила последовать ее примеру. Фальшиво ойкнула, снесла стопку бумаги и от всей души пользовалась ситуацией, медленно их собирая.

Ужасу положению придавал тот момент, что кузен все еще был тут. Стоял у стены. Молча, но очень многозначительно. И судя по тому, что уходить не планировал, после того, как маг нас покинет, Кристиан захочет побеседовать.

В этот момент сверху постучали. По торговой стойке, да-да.

Вылезать отчаянно не хотелось, но вся моя нечисть дружно меня выпихивала, намекая, что деньги не пахнут, и вообще ты ведьма, а не институтка какая.

В общем, я грустно встала.

Давешний студент нервно мне улыбался и периодически дергал глазом. Правым.

– Мне бы еще того средства!

– Зачем? – осторожно спросила я.

– Кончилось! Но очень нужно, прямо необходимо.

– Как это кончилось?! – ужаснулась я. – Вы взяли два бутылька. А доза – чайная ложка три раза в день!

– Так получилось. Ведьмочка, миленькая, не губи, не дай пропасть – продай еще!

И снова глазом дерг. На этот раз левым.

Маг прислонился к противоположной от Кристиана стене, скрестил руки на груди и с доброжелательной улыбкой за нами наблюдал.

Я вновь обратила свое внимание на очень денежного, но очень дурного клиента:

– Молодой человек, у меня есть для вас кое-что получше! Как вы знаете, часто быстрый темп нашей жизни отражается на телесных реакциях.

– Знаю, – мученически подтвердил студентик.

– Так вот, все болезни от нервов!

– Даже такие?

– Любые, – непреклонно отрезала я. – И потому я рекомендую вам вот что… на дальних озерах в гористой долине Хар растут чудесные растения валеаниус и путынкус. Из них местные девушки делают вытяжку, которая вам обязательно поможет.

Сбегала к стеллажу, обойдя магистра по широкой дуге, и достала бутылек с подписью «Озеро спокойствия». Со стуком поставила перед студентом.

– Спасибо!

Чуть подрагивающими руками он расплатился, а после ушел, по дороге сообщив магистру, что стесняться тут совершенно нечего, и прекрасная мисс Норил сможет решить все мужские проблемы. Разом.

Дверь стукнула, закрываясь за парнем, и мы остались в гнетущей тишине.

Я, Крис и Рейвенс.

– Итак, мне бы что-то… тонизирующее, – подошел к стойке маг и усмехнулся. – Раз уж вы специалист по решению мужских проблем.

Из-под стойки пропищала Марель:

– Аделька, выдай-ка ему что-то максимально безопасное. С самым слабым составом. А то подозрительный он – жуть прям.

Сарочка вновь вспорхнула в воздух и, покружив вокруг магистра, протянула:

– Это да. Но как хорош! Эх, где мои… ну хотя бы сорок лет. Ну и человеческое тело.

– Сара, что же ты такое говоришь?! – возмутился Кот.

– Да шучу я, милый, шучу, – тотчас пошла на попятный Книжуля.

Покопавшись на полках, я достала матовый флакончик с настойкой эхилиоцеи, от которой еще никому плохо не было, и торжественно вручила магу.

– С вас десять серебряных.

– Не вопрос. – Он достал из кошеля золотой, подбросил на ладони, а после положил передо мной со словами: – Сдачи не надо. Всего доброго, мисс Норил.

Когда дверь хлопнула второй раз, сигнализируя, что маг ушел, я уж думала расслабиться.

Но рано.

– Интересные клиенты, Адель, – мягко протянул Кристиан, подходя к многострадальной стойке с клиентской стороны и распластав по ней ладони. – Очень интересные.

– Ну да, – промямлила я, ловя себя на желании отодвинуться, – маги всякие, чародеи. Странные они, что поделать.

Так как кузен продолжал на меня смотреть очень недобро, я ему тихонечко предложила:

– А тебе не надо никакие проблемы помочь решить, а?

– Скажешь про мужские проблемы, и я тебя все же придушу! – прошипел он. Но быстро взял себя в руки и проговорил опять мягким тоном: – Адель, милая, пошли-ка сядем, поговорим, чай с эклерами выпьем.

– У меня столько дел, столько дел…

Короче, в итоге я оказалась в холле с коробкой пирожных, которые есть уже расхотелось.

– Итак, как это понимать, Адель?

Я тоже не знала, что и как понимать, поэтому пожала плечами.

Пока я страдала, моя нечисть нагло устроилась смотреть второе представление… или третье уже за день?

– Да-а-а! Знала бы, что у нас начнется настолько веселая жизнь, я бы сама сопроводила Лиану на кладбище! – пропела Сарочка.

– Тихо-тихо, тут сцена ревности началась, – шикнула на нее Марель.

– Да пока еще нет бразильских страстей, – отмахнулась Книжуля. – Вот как раз таки в бразильских сериалах… Даже богобоязненная тетя Шурочка не отлипала от экрана, когда Хулио горячо признавался в любви своей Гваделупе и…

Я выжидающе посмотрела на гримуар, ожидая развязки.

– И маленьким ведьмочкам еще рано знать, что там дальше! – отрезала она.

Ну, Сарочка! Как замуж выходить за идеальный генофонд и рожать каждый год, так это не рано, а как знать, что там этот Хулио сделал, так рано? Но даже ведь не повозмущаешься под пристальным взглядом кузена.

– Кто был тот маг? – не унимался в свою очередь Крис.

О, Единый! Когда уже закончится этот день, а?

– Клиент, – устало ответила я, подпирая щеку кулаком. – Крис, я всех покупателей не знаю и тем более их имена не запоминаю!

Кристиан явно готовился озвучить тираду, но тут многострадальная входная дверь хлопнула, и через несколько секунд к нам пожаловали…

Так, зря я обращалась к Единому, ой как зря!

– Вот, святой отец, здесь обитает нечистая сила, – тетушка прошла вперед и размашисто указала на всю лавку.

За ней вплыл низенький пузатый мужчина. Толстые пальцы, которые только и торчали из черной безразмерной рясы, перебирали четки, глаза очень странно блестели, а зрачки бегали туда-сюда.

Святой отец мне сразу же показался несколько… странным. А учитывая, что в храмах Единого служат только женщины, значит, он из многочисленных частных организаций. Это подтверждало в том числе и то, что звезда Единого на его груди была пятиконечной. Изначальные последовательницы бога, которого сейчас называют Единым, носили на груди знак с четырьмя лучами.

– О, сектантов у нас в гостях еще не было! – обрадовалась Книжуля. – Адель, ты ж где так долго была?

– Кот, ты это, не отсвечивай, а то святой водой еще тебя окропят, – хихикнула Марель из-за укрытия. – Мол, не мяукаешь, значит, в тебе демон!

Тут поднялся кузен. Смерил процессию внимательным взглядом и возвестил:

– Мама, что здесь происходит?!

Глава 8. О священниках, магии и дальнейших планах

– О, сынок, ты даже не представляешь, какое отвратительное место мы вручили бедной девочке!

Я скрестила руки на груди, прислонилась бедром к стойке и не удержалась от замечания:

– Странно, тетушка, что вы только сейчас это заметили. Когда документы мне отдавали и видели, что лавка в ужасном состоянии, никто на эту тему не переживал.

– Так мы ж думали, что ты сразу откажешься! – взвилась тетя Ханна, всплеснув руками.

– Так… – Кристиан очень нехорошо посмотрел на матушку. Настолько нехорошо, что та потупилась и начала теребить пояс домашнего платья. – Мама, о том, что вы вручили Адель эту лавчонку в надежде вынудить выйти за меня замуж, мы поговорим дополнительно. Хотя уже сейчас хочу добавить, что я несколько недоумеваю… С каких пор вы начали решать мои сложности в личной жизни?

Я кашлянула. Крис повернулся ко мне.

– Адель?

– Ну, вообще давненько! – с чистой совестью сдала я тетушку. – Только за то время, что я с вами жила, тетушка отвадила двоих неподходящих, по ее мнению, девиц.

Про то, что она лично ездила к какой-то театральной певичке, с которой, по слухам, спутался драгоценный сын, я говорить не стала. Тем более что слухи не подтвердились, и тете было стыдно за скандал.

В этот момент в кармане у кузена что-то завибрировало. Он торопливо потянул за цепочку, и на свет божий выскочил круглый камень в металлической оправе. Почти как часы, но не часы.

Он-то и вибрировал, а также светился неприятным красным светом.

– Мне пора, – нахмурился Кристиан, а после обвел тяжелым взглядом всех присутствующих. – Но мы еще побеседуем. Маменька, вас это особенно касается. И распустите уже этот балаган!

После кузен подошел ко мне, обнял и быстро поцеловал в щеку, зловеще сообщив, что встретимся вечером.

– Нет! Меня дома не будет.

– Тогда завтра вечером.

И, не дожидаясь ответа, вышел из лавки.

Я повернулась к тете и по-прежнему стоящему с отрешенным видом святому отцу и спросила:

– Ну так что, как жаль, что вы наконец-то нас покидаете?

Тетя топнула ногой и заявила:

– Это все сейчас не важно! Главное – нечисть.

Священник поправил звезду на груди и густым басом сказал:

– Истинно так. Где вас подвергали искушениям и сомнениям, достопочтенная миссис Моллс?

– Я сейчас все покажу! Пройдемте!

И, не спрашивая (!), они проследовали мимо меня к лестнице на второй этаж. Я проводила парочку задумчивым взглядом, ощущая, как в душе поднимается злость пополам с усталостью. Столько событий, столько испытаний… ни единого дня на отдых! Постоянно что-то случается.

– Вот наглые, конечно. – Марель выбралась на свет божий, отряхнула юбочку и сказала: – Пойду, проверю этого священника.

– В смысле проверишь?

– В прямом. Видишь ли, Адель, нас могут видеть не все служители Единого, а только те, в ком тоже есть магическая сила. А… вот, Сарочка все объяснит.

Мышка скрылась из вида, а книжка с кряхтением взлетела, с громким шлепком рухнула на столешницу и, обмахивая себя закладкой, сообщила:

– Экзорцисты – это те же маги, но с проблемами в башке, ну и другим профессиональным профилем. Но этот конкретный мужчинка на экзорциста не похож. И знак какой-то странный.

То есть чтобы быть сильным экзорцистом Единого, надо обладать искрами, а не просто верой?

Я озадаченно нахмурилась, но почти сразу меня осенило.

– М-м-м, при жизни Лианы, наверное, это еще не было так распространено. В общем, этот священник из какого-то частного прихода. Решил открыть церковь, платит взносы в основную организацию.

– Ага. Ну и хорошо! Если бы это был настоящий служитель Единого или, не дай магия, служительница – нам могло бы быть плохо.

– Почему? Вы же не темная нечисть.

На меня посмотрели с отчетливой жалостью, как на слабую мозгом оптимистку.

– Аделюшка, они далеко не всегда разбираются. В основном, священным орденам, а особенно ордену Единого, просто очень не нравится нечисть. Как они считают – проще сразу истребить, чем ждать, пока нечисть перейдет с пассивного питания на активное. Непосредственно от людей.

– Слушай, если следовать такой логике, то можно сразу всех собак перестрелять. Они же могут заболеть бешенством и покусать!

– А никто не говорил про справедливость, Адель… никто не говорил.

Некоторое время мы помолчали. Но окончательно погрузиться в размышления о несправедливости этого бренного мира мне не позволил размеренный речитатив, раздающийся откуда-то со второго этажа.

Кажется, святой отец начал изгонять нечистую силу.

Эта самая нечистая сила в лице Олиса спустилась по лестнице, запрыгнула на стойку передо мной и деловито спросила:

– Ну, вы идете? А то там такое занятное представление начинается!

– Снова от пауков? – с опаской поинтересовалась я.

– Та зачем? – воодушевленно пошевелил усами мышь. – Батюшка сам отлично справляется. Мы просто смотрим.

– Ну, хорошо. – Я протянула руки, и дворецкий забрался в сложенные ладони. – Просто я подумала, что, может, лучше не высовываться…

Надо сказать, что нечисть не нечисть, а волшебный мышь оказался очень приятным на ощупь и внезапно довольно тяжелым.

– Адель, он все равно не одаренный, потому нас не видит. Но мы же не дурачки тут, мы понимаем, с кем можно шутить, а с кем не стоит.

– Кстати, а почему маг не видел Сарочку? Он же очень сильный.

– А мы тоже не простые. Нас прикрывал Кот, а он дух на своей территории и скрыть может практически все, что угодно. Поверь, мы на таком… хм… собаку съели. Просто в то время, когда Лиана творила себе помощников, такая деятельность была запрещена, и поверь, инквизиторы в то время были гораздо более глазастыми – это раз. И два – в подобные места совались обвешанные амулетами, как ель на Изломе Года. А этот просто зашел… ну и может, не так он хорош, как ты думаешь?

Я лишь пожала плечами в ответ и озвучивать свои мысли не стала, благо, уже почти поднялась на второй этаж, и меня могли неправильно понять.

В том и сложность, мой дорогой Олис. Так думаю не я, а вся магическая общественность.

Но ладно, пока мы не получили доказательств противоположного, стану считать, что мой домовой – самый лучший домовой в этом городе!

Шум, причитания и странные глухие плюхания раздавались из-за чуть приоткрытых дверей в ту комнату, которую этой ночью занимала тетушка.

Сунув в нее нос, я изумленно округлила глаза, а Олис перебрался ко мне на плечо и тихо захихикал.

И таки было отчего, как сказала бы Сарочка, чей странный акцент оказался прилипчивее морового поветрия.

Тетя сидела на стульчике в углу, а в центре служитель Единого танцевал какой-то странный танец.

Три прыжка в одну сторону – воздевает руки.

Три прыжка в другую – опускает руки.

Дальше два круга по комнате и один оборот вокруг себя.

Вся нечисть устроилась на кровати и с огромным интересом наблюдала за святым отцом. Молча, что удивительно!

– Что вы делаете? – не удержалась я спустя три минуты такого непрекращающегося представления, которое, судя по всему, и не думало подходить к концу.

– Нас ищет, – хихикнув, пояснила висящая в паре сантиметров над кроватью Книжуля.

– Сканирую пространство на предмет нечистой силы! – подтвердил батюшка.

– И таки ежели вы миня спросите, то я скажу, шо непонятно кто выдавал этому поцу диплом! – вновь блеснула Сара.

Я почесала бровь и спросила:

– И как успехи?

– Чую темные эманации, но они рассеяны, и пока не выходит определить их источник!

– Отец Боррель, я в вас верю! – всхлипнула из угла тетя.

– Не переживайте, у меня есть очень качественные инструменты поиска. Но этот ритуал не входит в базовую стоимость экзорцизма.

– Я доплачу! – заверила Ханна Моллс.

Марель же негодующе пошевелила белыми усами и, всплеснув лапками, воскликнула:

– Шарлатан! Он еще и деньги за это берет!

Тем временем отец Боррель прекратил свои занятные физические упражнения и направился к лежащей возле кровати объемной сумке. Скорее даже суме!

Некоторое время он в ней копался с неразборчивым бормотанием, а после просто перевернул над кроватью.

Марель и парочка пауков едва успели шарахнуться в сторону и сейчас пищали что-то тоже неразборчивое, но явно ругательное.

– Вот! – Священник откопал в горе вещей тонкий металлический прут с выбитыми странными символами на ручке и что-то, похожее на кадило. – Можем также окурить дом. Нужно?

– А что это дает? – робко спросила тетя.

– Защиту!

– Давайте!

– Пятнадцать серебряных.

– Хорошо.

И пока батюшка набивал кадило какой-то сухой травой, Сарочка вспорхнула с кровати, облетела вокруг него и проговорила:

– Кажется, в прошлой жизни я чем-то не тем занималась. Да и в этой…

– Тебе кажется, – успокоил ее Кот.

Пока нечисть обменивалась мнениями по качеству ее изгнания, отец Боррель закончил приготовления.

– Все, пройдемте, дочери мои!

Я промолчала! Я молодец!

Хотя мне было, что сказать на это. Хотя бы то, что за пятнадцать серебряных я бы сама и станцевала, и пустила бы дым во все углы лавки.

В общем, дальнейшее представление оригинальностью не отличалось. Мы прошлись по всем помещениям лавки с этим странным прутом и отчаянно чадящим кадилом, от едкого дыма из которого я периодически кашляла. Из-за чего служитель Единого косился на меня с подозрением и даже пробормотал что-то о том, что это так тьма из меня выходит.

Вот боги знают, как там с тьмой, но дым заходил отлично и даже выедал глаза.

В итоге мы остановились на первом этаже возле невзрачной двери, за которой скрывалась холодная. Ну, то есть как погреб, но не в подвале, а просто зачарованная комната.

– Там!

– Точно? – озадаченно спросила тетя. В ответ на нее так посмотрели, что она тотчас добавила: – Ну, если вы так говорите, то да!

М-да… все же служитель Единого был очень странным человеком!

– Бесово искушение, нечистые происки. – Священник заглянул в погреб, посмотрел на красиво висящую там колбасу и быстро отвернулся. – Бесово искушение!

– Где? – с опаской осведомились мы с тетушкой.

– Везде! – потряс в воздухе пухлым кулачком священник. – Но я стоек! Моя вера крепка!

Летающая вокруг Марель хихикнула и прокомментировала:

– Судя по его виду, сражения с искушениями постоянно чередуются со свальным грехом.

– Свальным? – изумилась Сарочка, а после игриво добавила: – А ты шалунья.

– Конечно, свальным. Это когда и сыры, и колбасы, и вина, и варенья – все в одну кучу.

– Скучные у вас в этом мире свальные грехи, однако, – глубокомысленно откликнулась Сара.

Тем временем отец Боррель отложил прут и, сжав одной рукой звезду на груди, отважно шагнул в погреб. Во имя борьбы света и тьмы. Побеждать искушения!

Дверь с грохотом захлопнулась, и мы с тетей остались одни. Ну как одни… из людей одни!

– Адель, а откуда у нас мясо? Я готова поклясться, что еще недавно холодная была пуста.

Я бы тоже не отказалась от этой информации, но так как мыши молчали, лишь многозначительно рассматривали потолок, то пришлось выкручиваться самой.

– Принесла вчера.

– Я что-то не заметила.

– Так бывает.

– Ну да, наверное.

За дверью же битва добра и зла, судя по звукам, набирала обороты. Слышались громкий голос, что читал молитвы, и звяканье металла о металл.

Через несколько минут запыхавшийся отец Боррель открыл дверь и порадовал нас тем, что силы добра одержали победу. Мы все дружно за них порадовались, а потом тетушка честно внесла свою лепту в их восстановления после нелегкой битвы. Аж целый золотой!

Мы проводили батюшку до двери лавки, и летающая вокруг Марель негодующе пропищала:

– Адель, ты представляешь, он упер у нас кольцо колбасы!

Тетушка вздохнула и сказала:

– Устала я что-то. Пойду отдохну, пожалуй.

– Конечно, идите. А я пока снова открою лавку – надо работать.

– Трудись, деточка, трудись…

И тетя пошла на второй этаж, сопровождаемая Сарочкой:

– Ну и таки зачем ты пыталась от меня избавиться? Такая умная женщина, а упорно не желает слушать другую умную женщину.

– Ну я же не знала, что не поможет.

Улыбнувшись, я отправилась за стойку. А спустя час сверху спустилась тетя. В городском платье, с чемоданом в руках и очень фальшивой улыбкой на лице.

– Знаешь, милая, я тут подумала, посовещалась и решила, что нужно давать детям свободу. Ты умница, ты справишься… а я буду иногда приходить к тебе в гости!

– Хорошо, тетя, как скажете!

Я едва удержалась, чтобы не завопить и не исполнить дикий танец поскакун от переполняющей меня радости.

– И ты к нам заходи. Мы скучаем.

– Обязательно. Я совсем скоро за вещами приду.

– Вот и договорились, – и, сердечно попрощавшись, тетя вышла из лавки.

Я стояла за стойкой и смотрела ей вслед. На столешнице сидели Кот, мышки, лежала Сарочка и даже один паучок.

– Наверное, я даже буду скучать, – вдруг сказала Сара.

– А я нет! – совершенно чистосердечно ответила ей я.

– Лучше давайте покушаем, – внес еще более конструктивное предложение Кот. – Как раз время ужина.

– Откуда у нас продукты, кстати?

– Я решил, что вполне могу взять нужное из соседней лавки, если вместо еды оставлю деньги. Благо, в кассе у нас немного было.

– Но в следующий раз я лучше сама буду ходить за всем необходимым, ладно? Боюсь, если на постоянной основе еда начнет исчезать, а на ее месте станут появляться деньги, этим явлением могут заинтересоваться нормальные священники Единого. Или вообще жрицы.

– Не дай боги!

Остаток дня прошел очень серо по сравнению с его первой половиной. Потихоньку шли покупатели, а пока их не было, Марель учила меня бюрократическим моментам. А именно, как высчитывается счета за воду и маг. свет, как и где платить, плюс мы высчитывали, сколько могло потратиться за десять лет простоя, и в какую это сумму выльется. Наши расчеты не совпадали с квиточками, которых накопилось изрядно за эти годы.

– Кто-то насчитал лишнее в фонд новой кареты управляющему, – очень недовольно проговорила мышка. – Сволочи! Бедных ведьм обворовывают!

Но так как я не только бедная, но и очень настойчивая ведьма, к тому же с недавних пор студентка, мы так просто не сдадимся!

– Я возьму штурмом ММФЦ, – пообещала я и клятвенно заверила: – Я достойно выстою очередь и, если меня не снесут пенсионеры и те, кому очень нужно просто спросить на целый час, добьюсь справедливости!

– Аминь! – шутливо добавил Кот.

Особых происшествий не было, и я этому очень обрадовалась. Ни мага в лавке, ни Криса у дверей, и самое главное – тетушки тоже не было! Поэтому пошла пораньше отдыхать – набираться сил и укреплять нервы, пока родственники не придумали что-то новое. Я не удивлюсь, если вдруг обнаружу завтра на пороге почтенную женщину, которую мне наняли в дуэньи-няньки-шпионки.

От подобной мысли передернуло.

* * *

Первым делом, когда проснулась и оделась, я пошла проверять, нет ли кого за дверью.

Кажется, тут до паранойи недалеко, не иначе!

– Ждешь интересный подарочек от р-р-родных? – промурлыкал Кот.

Он вальяжно расположился на диване.

– Угу, – подтвердила я. Села рядом и принялась гладить мягкую рыжую шерстку. – Мало ли, у тетушки не получилось, так она наймет кого-нибудь! Или того хуже… дядю пошлет!

В тот же миг Сарочка левитировала прямиком на низкий столик, со стуком плюхнулась и зашелестела страничками:

– Я тут услышала, шо кое-кто таки не уверен в моих способностях! Адель, я таки не поверила своим ушам и пришла удостовериться! Я шо, не справилась?

– Справилась, очень хорошо! – заверила я магический гримуар.

– Тогда и говорить не о чем, – махнула цветастой закладкой она. – Будем решать проблемы по мере поступления и не париться. А много нервничать будешь – состаришься раньше времени.

Я во всем согласилась с мудрой Книженцией. Себе дороже с ней спорить! И в целом она была права. Потому, отбросив ненужные мысли прочь, я спросила у домового, что нужно купить. Он еще вчера вечером говорил, что даже те запасы, которые были, иссякли. Оставалось лишь чуть-чуть травяного сбора Лианы, но ведь на одних чаях долго не проживешь.

– А сейчас Марель придет со списком, – сказал дух. – Мы с ней с утра провели ревизию на кухне и в кладовой. Вот и она!

Действительно, со стороны кухни к нам шла, дергая хвостиком, мышка из рода Беломышей. Рядом с ней летел большой лист бумаги, полностью исписанный.

– Всем доброго утра. – Она резво запрыгнула на мягкий диван. – Что за совет? Почему нас с Олисом не позвали?

Пока ей что-то начала говорить Сарочка, отчего-то громким шепотом, я взяла прямо спланировавший в мои руки список.

«Важное. Адельке в Академию.

1. Четыре толстые тетради в 150 листов

2. Перья, чернила и грифель для рисования

3. Альбом с чистыми листами

Важное. Еда

1. Мука 25 кг

2. Масло 5 л

3. Сахар 2,5 кг

4. …»

Список был увесистый и поделен на подпункты по уровню необходимости. Сладости, к примеру, были записаны в самом конце, чтобы мы купили, если останутся монеты. Но в этом я сомневалась. К счастью, я обнаружила вчерашний золотой от мага – это оказалось очень и очень кстати.

– Ты знаешь, Адель, – тяжело вздохнула Марель, – я уже не могу это держать в себе!

Я, более чем заинтригованная, подалась вперед.

– Что?

– Мне всю ночь снилось шусово кольцо колбасы! Ах, свежая, копченая, с пряностями… – прикрыв глазки, перечислила мышка. – Чистейшая говядина!

У меня рот тут же наполнился слюной, а желудок напомнил, что его давно не кормили, причем именно мясом.

– Это был жестокий прием, – вздохнула я, тоже вспомнив сочный кусок, который бессовестно забрал с собой святой отец. – Мне тоже дико жаль колбаску. Это ведь мы за нее заплатили!

– А свальным грехом занимается священник, – подлила масла в огонь Сарочка.

Я тяжело вздохнула и поднялась. Сегодня было слишком много планов для воздыханий по поводу утраченной вкусняшки.

Итак, на рынок со мной пошла только Марель. Домовой, взмахнув пушистым хвостом, объяснил, что не может далеко удаляться от дома, но обязательно меня защитит и в целом будет рядом – через мышку.

– Все, идите-идите! Хватит мешать уже мне личную жизнь строить, – проворчала Книженция, когда прощальная процессия немного растянулась, потому что Кот еще раз повторял правила безопасности для Марель.

Мол, из корзинки не высовываться, оттуда не торговаться и не возмущаться, тихонько говорить лишь со мной и вообще «не отсвечивать».

– Так, это возьмите, и точно все! – сказал дух, и к нам подплыл небольшой амулет на тонкой цепочке.

Ух! Кажется, нас собирали будто не за покупками, а на сражение!

Но в целом опасения домового я понимала: нам могут встретиться жрицы Единого, а это уже не похитители колбасы, а серьезные маги. А без Марель были опасения, что меня просто обманут. К сожалению, максимум, куда я ходила что-то покупать – это в галантерею за «булавками» под пристальным взором тетки. На рынок всегда ездили слуги.

Все прошло на удивление очень гладко. Марель тихонько возмущалась и учила меня торговаться, поэтому даже крепкие торговцы, которые за медяк были готовы стоять до заката, удивленно мне уступали в цене.

Я, довольная, закупила всего вдоволь! И даже хватило на магическую телегу, которая послушно ехала за мной, нагруженная уже купленными продуктами.

В лавке нас встретил Олис, таинственно ответив на наш вопрос о том, где же Кот, что домовой и Сарочка уединились наверху. Я удивилась, но виду не подала, а Марель лишь хохотнула:

– А они время не теряют!..

На языке крутился вопрос, как же они могут «уединиться» и в целом «не терять время», но я решила его не задавать. Мало ли, Сарочка нас подслушивает одной страничкой.

Быстро позавтракав купленной на оставшиеся медяки булочкой и чаем, который заботливо заварил дух и запечатал заклинанием сохранения теплоты, я открыла лавку.

Первый покупатель пожаловал спустя целый час. Я уже откровенно скучала, но продолжала перебирать разноцветные бутылочки. Читала состав, свойства и применение – мне же продавать, я должна знать ассортимент.

Дверь открылась, и через порог переступил сухонький старик лет шестидесяти, одетый в темный камзол и с расписной тростью в руках. Вошел, огляделся, начал изучать полки, поправив пенсне на носу.

– Доброе утро! – вежливо поздоровалась я. – Могу вам чем-то помочь? Может, подсказать нужно…

– Дайте мне что-нибудь от боли в спине, барышня, – проскрипел клиент.

Я тут же нашла нужную вещицу и поставила на прилавок бутылек.

– Девственницы собирали? – деловито поинтересовался он, глядя на просвет зелье.

– Э-э-э?! – несколько ошалела я от вопроса и удивленно уставилась на старичка.

– Я читал, что наибольшую целительную силу имеют травы, собранные на рассвете руками девственниц.

– Нет, это девственники собирали, – вредно пояснила я. – Эффект тот же.

– М-да… – загрустил дедок. – А девственниц нет?

– Есть, но на золотой дороже.

– Сколько?! – ахнул покупатель и вынес вердикт: – Да это же грабеж!

Во мне уже проснулась предпринимательская жилка, потому я тут же парировала:

– А вы знаете, как сложно найти в наше время девственниц в нужных для изготовления количествах?!

Он проникся, закивал, мол, в наше время, конечно, уже сложно найти приличных девушек, которые ради зелий и помощи честным жителям честь берегут и с утра травы собирают.

– А дайте тогда мне два пузырька. И зелье от несварения желудка возьму, тоже собранное девственницами.

Так как под начало беседы явились Сарочка и Марель, то едва старичок ушел, они принялись живо обсуждать, сколько можно заработать, если завести девственницу.

– Ну смотри, как это таки выгодно! – не унималась Сарочка. – Нужно еще одну ведьму найти, мы озолотимся! С умением Адельки-то продавать!

– Еще скажи, что надо сертифицированную девственницу найти, – хохотала Мареллина, комкая в лапках фартучек. – Чтобы штампиком подтверждать подлинность!

– А такие есть? – с надеждой вопросила Книженция, но по нашему громкому смеху поняла ответ. Махнула закладкой и возмутилась: – Ну а шо? Я ж уже прикинула, что мы тогда сможем купить мне новую кожаную обложку. Между прочим, негоже приличному гримуару столько лет в одном и том же ходить!

Я скромно промолчала на тему своего девичества, так как со штампиком ходить совсем не хотелось.

Глава 9. Об исключительной невезучести и о мужчинах

Я едва дождалась обеденного перерыва. Но часы все же пробили заветные два после полудня, а я с чистой совестью повесила табличку на двери и направилась на кухню. Там меня ждали обед и кое-кто из моей нечисти.

С инструкциями.

– Так, вот в этом конверте пропуск в библиотеку и список книг, – Кот указал хвостом на лежащий на столе сверток.

– Жаль, я не могу пойти с тобой, – вздохнула Мареллина. – Я бы с книжками помогла… Ну и так хочется увидеть академию. Там, наверное, библиотека огромная!

– Я же еще не на учебу, – напомнила я и пообещала мышке: – И я все тебе подробно расскажу, как приду.

– Конечно, расскажешь. Куда денешься? – улыбнулась Марель, что на мышиной мордашке выглядело весьма своеобразно. – Ешь, пока не остыло!

Кот тут же магией пододвинул ко мне тарелку с супом и кружку со свежесваренным компотом. Я откусила кусок хлеба и приступила к трапезе.

Быстро расправившись с едой, я взяла со стола конверт, рукой поправила прическу и побежала к выходу, на ходу хватая тряпичную сумку.

Надо поторопиться! Мало ли, там будет очередь, а мне еще лавку открывать. И желательно вовремя! Хвала всем богам, что еще не во все заведения столицы пришла традиция работать без обедов и выходных, и в основном люди знали, что если они попадают на временной интервал между двух и трех – лавки могут быть закрыты.

– Не беги так, по сторонам смотри! – вслед прокричал мне домовой.

Я действительно сбавила ход и невольно улыбнулась. Было очень приятно, что обо мне так все беспокоятся. Кот, Марель, Олис и даже ворчащая Книженция – они стали мне очень близкими… существами. И то, как они проявляют заботу, очень трогательно.

Да что там, даже семья в лице тети, брата и того же Кристиана были гораздо менее душевными людьми. Брат так вообще даже не зашел ни разу!

Ощутив, как от этой мысли начало портиться настроение, я потрясла головой, пытаясь вытрясти из нее негативные мысли. Не сейчас!

Итак, здание академии преодолела очень быстро, потом свернула к нужному корпусу и увидела небольшую толпу студентов. Возможно, это даже мои будущие однокурсники! Но у меня времени на знакомство не было, поэтому бросила любопытный взгляд и продолжила путь. Библиотека находилась в западном крыле. Большая двустворчатая дверь из темного дерева вела в просторный зал, и едва я переступила порог, как дыхание перехватило от увиденного.

Здесь были сотни тысяч книг. Десятки стеллажей уходили в высоту и терялись там в стремлении достичь потолка, скрывавшегося в туманной дымке. Кажется, именно так проявляется измененное пространство. Удобное все же дело – магия! Р-р-раз и библиотека занимает один этаж, а не целую башню, как могло бы показаться. Хотя, как я слышала, такие ритуалы сложные и требуют, во-первых, много сил, во-вторых, расчетов, а в-третьих – участия мага на всех этапах строительства здания.

Но в любом случае сейчас речь не об этом, а о книгах!

Святилище знаний, кажется, не особо пользовалось популярностью. Я думала, здесь будет не протолкнуться! Ох, если бы я могла приходить хоть каждый день, то отсюда не вылезала бы! Столько книг, такая атмосфера!..

Мой восторг не описать словами! Вот напродам зелий, рассчитаюсь с долгами, заплачу все налоги, за коммуналку и выйду в прибыль! А потом начну копить на загородный дом. Большой такой. И когда куплю его (говорят, что в лучшем случае к пенсии), то первым делом соберу библиотеку хотя бы очень издалека напоминающую эту.

Стойка библиотекаря располагалась в центре зала. Вокруг нее были расставлены столы для жаждущих знаний студентов, и за ними даже занималось несколько человек.

Вообще, планировка была необычная. Площадка как центр солнышка, а от нее лучами расходились в стороны ряды стеллажей. Кстати, интересно, как тут ищут книги? Ведь стеллажи такие высокие, не лезть же под потолок?

– Добрый день, – я приблизилась к стойке, за которой сосредоточенно что-то писала на удивление молодая девушка.

Лакированный значок, приколотый к ее блузке, гласил: «Харриет Тиола. Старший библиотекарь».

– Здравствуйте, девушка, – она подняла на меня взгляд на удивление ярких зеленых глаз, которые за толстыми линзами очков казались неестественно огромными.

Как у жабоньки, луп-луп.

– Не подскажете, а где найти книги для курса по зельеварению? Я поступила на платный факультатив, и меня направили к вам за материалами.

– Давайте сюда направление. – Тонкие пальцы, испачканные чернилами, схватили мой листок. – Ага, поняла. Ничего сложного.

Такая… типичная библиотекарша, как бы это ни звучало. Темное платье, выделяющееся лишь белым воротничком таких строгих очертаний, что ни о каком украшательстве не было и речи.

– Отлично. Где я могу это найти?

– Вас проводит один из библиотечных духов.

Она щелкнула пальцами, но ничего не произошло. Она озадаченно нахмурилась, а после бросила взгляд на огромные круглые часы на одной из стен и вздохнула:

– Обед же. А я снова заработалась. Пойдемте… – Она заглянула в мою карточку, где, кроме курса и группы, было написано имя. – Адель Норил-Харвис. Я провожу вас лично. Но в следующий раз лучше не приходите во время обеденного перерыва.

– Я постараюсь, – вздохнула в ответ, мысленно переживая на эту тему. – А вы работаете в выходные?

– В воскресенье библиотека открыта, но в ней находятся лишь духи. На входе есть большая табличка, если придете в воскресенье, то сначала изучите ее.

– Хорошо, спасибо.

К счастью, это многое решало.

Сразу же, как девушка сошла с кафедры, в глаза бросилось, что она хромает. Не то чтобы сильно, но заметно. Хотя на скорость передвижения это не влияло.

Харриет быстрым шагом двинулась по одному из лучей и в середине ряда раскинула руки, касаясь корешков.

Пальцы ее засветились, и это сияние, словно путеводная нить, перемещалось от томика к томику, ведя нас за собой. Пока не остановилось на одной из книжек.

– «Первые шаги Зельевара», – озвучила девушка, доставая книгу и передавая мне. – И вот рядом как раз «Лунные циклы трав».

Харриет перемещалась между стеллажей, подбрасывала себя левитацией до верхних полок и доставала справочник за учебником и пособие за монографией. К «Лунным циклам» добавились «Солнечные циклы», а после и «Особенности заготовки», а также на удивление толстая брошюра под названием «Начала техники безопасности».

И надо сказать, что из странной серой мыши в очках здесь, в своей стихии, она превращалась… в книжную ведьму! Эффектную, с горящим взглядом и чуть растрепавшейся строгой прической, из которой выбивались темные волосы.

Как же красит человека любимое дело.

– Вроде как все, – критически взглянув на стопку в моих руках, проговорила библиотекарша. – Разве что… этого нет в списке, но я советую взять «Сочетание магических веществ». Тут очень удобное оглавление, и когда вы станете экспериментировать, то можно сразу посмотреть, не взорвется ли ваш котел, например, от сочетания мандрагоры и пыльцы ивестника.

– Но я не…

– Вы станете, – усмехнулась девушка. – Обязательно станете экспериментировать.

Ну, раз говорят… в общем, взяла я книжку!

Стопка в итоге получилась немаленькая, но вполне подъемная. Мы вернулись обратно к кафедре библиотекаря, за несколько минут Харриет завела на меня читательскую карточку, и я с интересом смотрела, как она выводит на ней мою двойную фамилию, а потом и весь список взятой мной литературы.

Если честно, смотреть на это было весьма волнительно, притом по очень забавной причине. Раньше все в моей жизни решали старшие, да это и неудивительно, мне ведь всего восемнадцать лет. Но вот этот документик – свидетельство о том, что я приняла на себя ответственность.

Сама. Взяла и приняла. И буду выполнять.

Шаг, конечно, маленький, всего лишь книжки, но ведь у меня все впереди.

Главное – самостоятельность.

Сначала это, а потом я и налогового дракона побежу… победю… в общем, одержу над ним победу!

– Вот, распишитесь, – передо мной положили карточку, передали артефактную ручку, и я вывела свою закорючку напротив каждой позиции.

А как закончила, отложила ручку и недоуменно посмотрела сначала на нее, а после на ладонь, которую по-прежнему чуть покалывало, но с каждым мгновением все меньше. Притом и чернила в ручке были какими-то странными. По синему базовому цвету то и дело пробегали золотистые искорки.

Видимо, мой интерес и недоумение читались достаточно ярко, потому что Харриет пояснила:

– Это перо-артефакт, оно делает оттиск силы мага на чернилах. То есть в дальнейшем только ты сможешь писать на этой карточке, и только ты сможешь сдавать и брать книги.

– Ого… а зачем такие сложности?

– У академии открытая политика, и мы достаточно много книг позволяем брать на дом, даже редкие и дорогие издания. Но и спрос за их порчу или потерю строгий. Так что мы постарались обезопасить студентов, и никто не сможет взять на чужое имя какой-либо дорогой том.

– Действительно отличная идея. – Я огляделась и, поймав себя на том, что очень не хочу вот так вот сразу уходить, спросила: – Извините, а могу ли я немного погулять по залу самостоятельно?

– Конечно. Если что, на каждом стеллаже есть вот такой символ. – Девушка начертила светящуюся в воздухе закорючку. – Если заблудитесь, то коснитесь ее, и появится указатель к центру зала.

– Поняла, спасибо!

И, оставив взятые книги на столе, неподалеку от стойки Харриет, я углубилась в книжное царство.

С каждым мгновением это захватывало меня все больше и больше. Я, конечно, не могла летать как библиотекарь, но даже того, что наблюдала на уровне своего роста, хватало за глаза.

И да, собрание тут было очень богатым и, главное, разноплановым. Я то и дело касалась корешков книг и благодаря этому выяснила, что не ко всем полкам у меня есть доступ. Например, книги по боевой магии оказались закрыты какой-то сверкающей сеткой, которая больно жалила пальцы при попытке к ним прикоснуться.

Но мне хватало всего остального.

История нашего государства, история мира, первая ступень магической алгебры, лантуанский язык, который издревле использовали в магических ритуалах, на этом же языке читались все заклинания. Кстати, у меня в курсе лантуанского как языка не было, лишь маленькая брошюра, и в ней написаны ритуальные закорючки, которые нужно было просто зазубрить, а не понять.

Впрочем, чему я удивляюсь. Курс зельеваров длится всего ничего. Это не пять лет высшего образования в самой академии.

Как жаль, что не с моим уровнем силы сюда поступать.

Но ладно, сейчас мы не про это. Сейчас мы про книги!

В данный момент я торчала возле стеллажа, несколько полок которого были посвящены… та-дам – нечисти! Самая нижняя полка с «Боевыми видами нечисти и методами их использования» была для меня закрыта, но вот все остальное – бери не хочу!

А я хотела и потому цапнула томик, который назывался «Разновидности нечисти и домовых духов». Так что я взяла книжку и, зажав подмышкой, поняла, что пора возвращаться. Тем более что книги книгами, но мне еще работать надо. А стало быть, забирать все выданное и бежать в лавку!

Прибегать к путеводной руне не пришлось.

Оказывается, по всей библиотеке висели указатели, да и сами книги сортировали очень удобно. Я быстро поняла, куда идти, и даже очень бодро шла в ту сторону, но…

На нужном мне повороте стоял мужчина. Лица я не видела, но по обтянутой дорогой темной тканью крепкой спине сразу поняла – это магистр Рейвенс.

Об мою везучесть можно сломать лопату, пока это самое везение откапываешь. Потом споткнуться, разбить нос, а при попытке подняться уже и ноги. Даже обе ноги.

Вздохнув, я сделала несколько шагов назад, развернулась, чтобы сделать небольшой крюк, но все же обойти мага. Так, Адель, на цыпочках и едва дыша… валим-валим-валим!

Только обрадовалась, что ушла незамеченной, как при повороте врезалась в широкую грудь. Я так озиралась, опасаясь, что маг пойдет за мной, что проворонила его появление впереди.

– Какая интересная встреча! – расплылся в многозначительной улыбке магистр, герцог, инквизитор и так далее, и тому подобное.

– Ой, а я вас не заметила, извините, – тотчас отпрянула я.

На меня так посмотрели, что я разом без лишних слов осознала, что мои маневры явно не прошли мимо внимания магистра Рейвенса.

Чтоб его.

– Ничего, зато вас заметил я, – ничуть не смутился мужчина. – Зашли за учебниками, значит.

Он не спрашивал, а констатировал факт. Мне оставалось лишь кивнуть и виновато улыбнуться:

– Да, забежала во время перерыва, но уже пора открывать лавку. Если вы позволите, я пойду. Покупатели заждались…

Магистр смерил меня внимательным взглядом и вновь расплылся в широкой улыбке.

– Понимаю. Но все же я настаиваю на том, чтобы вас проводить. Вам определенно будет тяжело нести книги.

– Ну что вы, не хочу вас задерживать и…

– Я все же настаиваю, мисс Норил. Не могу позволить такой прелестной девушке таскать тяжести.

Я предприняла последнюю попытку:

– А давайте я попробую понести и если не смогу, то вы мне поможете? – А потом бодро соврала: – Просто не хочу вас отрывать от дел.

– Что же вы такая упрямая, а? – усмехнулся маг и уже твердо проговорил: – Я уверяю вас, книги тяжелые. И мне как раз идти в сторону лавки, а в вашей компании я точно не заскучаю.

В итоге я шла с пустыми руками, несколько озадаченная повышенным вниманием магистра, а сам лорд Рейвенс нес мою поклажу. Это выглядело крайне необычно. Высокий статный мужчина, одетый с иголочки в дорогую, но самую простую одежду – темный камзол без опознавательных знаков, штаны ему в тон и простую белую рубашку; черные волосы мага собраны на затылке в низкий хвост, и весь этот изысканный образ «спотыкался» об мою простую тканевую сумку в цветочек, которую Рейанар закинул на одно плечо.

А уж как на нас смотрела Харриет, когда вписывала в мою читательскую карточку пособие по домовым и нечисти! Конечно, она явно не была отчаянной сплетницей, которой любая новость в радость, но увиденное ее точно удивило.

– До свидания, магистр Рейвенс, до встречи, Адель, – растерянно произнесла она, но тут же принялась дальше что-то изучать в своих записях.

Кажется, она сразу о нас забыла.

Я вздохнула и прошла вперед, чтобы открыть двери… Но это не понадобилось: они распахнулись сами. Магией, естественно, темного мага.

– Прошу, мисс, – сказал он.

Я прошла вперед, чувствуя спиной его взгляд и нервничая все больше. Да что уж! Я была взвинчена до предела, еще немного, и точно брошусь на мага с воплями: «Что вам от меня нужно?!».

Или от него. Впрочем, такой опыт в нашем знакомстве уже был и ничем не закончился.

Столь повышенное внимание и в целом такие частые встречи с лордом Рейвенсом напрягали. Что-то мало верилось в счастливую случайность. Ладно, первый раз на кладбище. Может, он пошел бабушку навестить, над могилой от души помолиться Единому, а потом на обратном пути заблудился? И забрел в склеп ведьмы! А в Академии просто работает чисто из альтруистических соображений. Но как объяснить его посещение моей лавки? Мало верится, что ему слишком уж захотелось тонизирующего зелья. С таким состоянием он может запросто купить несколько лавок разом без вреда бюджету герцогства…

– О чем так сосредоточенно думаете? – весело спросил маг.

В отличие от меня, у него было прекрасное настроение.

«Да так, просто о том, что вы странный!», – очень хотелось ответить мне, но пришлось придумывать что-то другое.

– О погоде, – ляпнула я первое, что пришло в голову.

– О погоде, значит, – протянул мужчина хитро. – И что у нас с погодой?

– Э-э-э… Вот проблема в том, что ничего! – тут же нашлась я и стала вдохновенно нести ерунду: – Вот когда был в последний раз дождь? Очень давно, хотя уже осень, между прочим! Я читала недавно одно исследование про то, что в нашем мире наступил период глобального потепления. Наверное, вам неинтересно слушать подобное…

Я хотела мягко закончить эту тему, потому что смутно помнила, что там излагал писака в своей скучной статье на несколько страниц. Еще бы, ведь я ее читала несколько лет назад, подражая манере дяди читать очень умные газеты о науке. Но магистр Рейвенс сделал очень сосредоточенное лицо и заверил меня:

– Ну что вы, мне давно не было так интересно. Продолжайте-продолжайте.

Мне подумалось, что он, кажется, немного издевается. Но слушал мужчина внимательно. Очень! И это напрягало! Мало ли, он меня в запрещенной магии подозревает и… Или мою нечисть выслеживает! Он ведь состоит в Ордене Защиты Королевства от тварей темного мира.

Чтоб его болотные шусы уволокли, не может он уже сказать, что ему нужно?!..

– Тогда ладно, я продолжу, – нервно прикусила я губу и набрала побольше воздуха, чтобы хватило на весь мой корявый пересказ.

И сама не заметила, как мы вместе начали обсуждать это дурацкое глобальное потепление. Маг приводил очень весомые аргументы из своей магической практики.

– Понимаете, мисс Норил, эта гипотеза никогда не станет фактом по нескольким причинам, а главная – магические потоки постоянно двигают озоновый слой, и, соответственно, из-за магическо-химических реакций он обновляется. Это доказано мэтром Америго еще несколько десятилетий назад, как и то, что именно этот слой вокруг нашего мира защищает нас от солнечного излучения.

– Но как же то, что неизменно возгораются леса от повышения температуры? А как же то, что тают ледники Вечнохолодного океана? – перечислила я главные проблемы магэкологии.

– Это все легко объяснить, составитель данной статьи лишь сотрясал воздух, – спокойно отозвался Рейанар.

Так как он объяснял очень интересно, я уже приготовилась слушать, но тут поняла следующее.

Мы уже зашли во двор, всего несколько шагов отделяли нас от дверей моей лавки и…

Очень злого Кристиана с пышным букетом алых роз в руках.

Он с прищуром смотрел на мага, который даже не изменился в лице и продолжал нести мои учебники. Потом перевел взгляд на меня, отчего я вдруг почувствовала себя виноватой. Но в чем?

Кажется, надо мной смеется сам Единый! Это уже походит больше на злую шутку: Крис с подарком, очень наглый маг и посреди огня бедная я, которой нужны всего лишь деньги и самостоятельность, а не отношения! Причем второй вообще непонятно, что от меня хочет!

Невнятная вина сменилась на злость, причем очень жгучую. Захотелось отобрать свои книги, войти в лавку и закрыть перед носами мужчин двери. Громко! Со стуком! С размахом!

Пусть выясняют отношения и разбираются без меня!

Это я и собралась сделать, как бы это ни выглядело невоспитанно, но тут напомнил о себе магистр Рейвенс.

Вручил мне мою сумку и очень постным тоном проговорил:

– Ну что ж, мы пришли. Спасибо, что составили мне компанию, Адель. – Затем выразительно посмотрел на кузена и продолжил: – Если ваш «родственник» и дальше будет вам досаждать, стоит только об этом сказать.

– Кому? – раздраженно спросила я, не понимая его странных слов.

– Можно просто вслух, – отчего-то улыбнулся наглый аристократ и даже подмигнул мне. – Иногда и этого достаточно.

Тут выступил вперед злой Крис, сделал несколько резких твердых шагов и вкрадчиво спросил:

– Что здесь происходит? Я что-то не понимаю.

Лорд Рейанар снисходительно на него посмотрел и усмехнулся:

– И неудивительно, мальчик. – Затем повернулся к растерянной мне: – Мне пора. До встречи, Адель.

И быстрым шагом покинул территорию лавки. Я тяжело вздохнула и поняла, что не желаю никаких встреч с ним! Хватит с меня! Но учитывая, что он преподает на моем курсе…

Также вдруг пришла в голову мысль, что думать вслух и даже про себя как-то после слов темного мага стало малость нервно. Мало ли какие неожиданности меня караулят!

Кристиан, провожавший тяжелым взглядом мага до самой калитки, перевел его на меня. Ну уж нет, я оправдываться не буду!

Я уже набрала побольше воздуха, чтобы произнести целую тираду о том, что я думаю о его ухаживаниях, и заодно еще раз повторить, что не желаю никаких отношений, но тут же закрыла рот, едва кузен совершенно спокойно, с умиротворенным лицом вручил мне букет.

– Я ждал тебя довольно долго, Адель, поэтому цветы несколько приуныли. Поставь в воду, и они вернут свой первоначальный вид.

И, не дав сказать ни слова, продолжил:

– Мама сказала, что ты хотела поехать домой и забрать вещи. Я вызвался организовать твой переезд и заказал карету, чтобы с комфортом доставить тебя до дома. Там нас ждут слуги, которым тебе нужно лишь пальчиком указать, что ты хочешь взять. Мне подумалось, что кое-что из мебели тоже понадобится, стало быть, сама не справишься.

Под конец его речи мне стало совестно за то, что я собиралась сказать. Да, мне очень нужно было забрать вещи – необходима сменная одежда, белье и еще некоторые женские мелочи. Мне также очень не хватало любимого туалетного столика – подарок отца на мое четырнадцатилетие, там я хранила косметику и всякие нужные штучки.

Оказывается, свидетелями этой сцены была вся моя нечисть, потому что пришла в себя я от громкого восклицания Сарочки:

– Ва-а, таки так жарко не было даже в очереди за горячей кукурузой и чурчхелой по акции от бабы Мони!

– Кот, ты видел, как они на нашу Адель смотрят? – вторила ей Марель.

Домовой меланхолично бил хвостом подоконник, на котором и восседала вся компания. Даже паучки пришли смотреть на представление! А благодаря тому, что окна были открыты, и вид, и звук оказались потрясающими. Прямо первые ряды в театре!

– Ага, видел. И взгляд у обоих, как у того священничка на копченую колбасу, – промурлыкал дух.

Лично мне ни капельки не нравилось чувствовать себя колбасой!

Пусть даже той колбасой, которую конкретно Кристиан готов был холить и лелеять до конца дней. По его словам, разумеется.

Тьфу ты, что за аналогии?

Так что я решительно повернулась к кузену и сообщила:

– Да, конечно, я приеду.

– Отлично, тогда позволь сопроводить в карету.

Эм-м-м…

Я нервно потискала платочек, а после сообщила, внутренне ожидая бури:

– Ты не понял. Я… приеду. Сама. Вечером.

Серо-стальные глаза так многообещающе сощурились, а губы сжались в нить, так что у меня прямо в животе похолодело. Настрой Криса ощущался всей кожей.

Но он лишь спросил, притом максимально нейтральным тоном:

– Почему? Это как-то связано… с тем, кто тебя провожал?

Я даже расхохоталась от такого предположения. О да, приеду я вечером из-за своего кладбищенско-академического знакомца, ну конечно.

– Крис, ты не поверишь, но сейчас у меня есть работа. – И я кивнула в сторону только-только открытой лавки. – И обеденный перерыв закончился. Причем даже без обеда, хочу заметить, так как я бегала в академию за учебниками.

– А, точно. – Лоб мужчины разгладился, а по губам скользнула едва заметная усмешка. – Это не проблема. Во сколько ты заканчиваешь? Я заеду.

Вот настырный, а?

– Я приду сама.

И вновь этот замораживающий взгляд…

– А сейчас почему?

Ответить было еще сложнее.

Так как в этот раз у меня даже не было логических аргументов, кроме моего собственного желания.

– Потому что я так хочу?

Ну вот. Хотелось сказать твердо, независимо и дерзко глядя в глаза, а получилось скорее вопросительно.

Со стороны двери раздался вздох Книженции.

– Счастливая ты девка, Аделька. Такой мужик, такой мужик…

В дискуссию с ней, как обычно, вступила Марель.

– Какой? Стоит и взглядом морозит! Явно не нравится ответ.

– Если бы я приперлась к бабе с цветами и сладостями, а возле нее который раз подряд ошивался весьма рейтинговый конкурент – у меня бы тоже был холодный взгляд! А этот ничего, держится.

На них шикнул Кот:

– Сплетницы! Брысь в лавку и хватит подглядывать за девчонкой.

В ответ раздалось невнятное, но очень возмущенное бормотание, которое сразу стихло, едва компания вернулась в дом.

А Кристиан вдруг протянул руку, сжал мои холодные пальцы и сказал:

– Я стараюсь понимать, Адель. Действительно очень стараюсь. – А после он внезапно наклонился и коснулся моей щеки губами. – До вечера, милая.

И ушел. Я некоторое время смотрела вослед его высокой фигуре, которая непринужденно двигалась между прохожими. И почти все встречные отходили в сторону, без слов отдав пальму первенства этому высокому, по-хищному гибкому молодому мужчине.

А щека полыхала на том месте, где ее коснулись чужие губы, словно на коже остался ожог. Я прижала пальцы к этому участку, а после помотала головой и заскочила в лавку.

И почти сразу погрозила пальцем сидящей на стойке продавца нечисти. Мыши воодушевленно блестели глазками, Кот обмахивался хвостом, а паучки… паучки обсуждали мою личную жизнь!

– Лично я считаю, что мага брать нельзя! – пискляво комментировал кто-то из малышей, разводя передними лапками.

– Почему это? – ответствовал ему кто-то из мышек. – Ты его видел вообще? Высок, красив!

– Кристиан тоже симпатичный, – робко пискнула одна из клана Беломышей, расправляя юбочку. – И заботливый. Цветочки опять же…

– Маг книжки донес! – ответили ей из… стана сторонников мага?!

Как это вообще случилось, что моя живность разделилась на две команды?!

– Маг проблематичен, – веско резюмировала Марель. – Напомнить, какие могут быть последствия, если он нас обнаружит?

Сарочка томно вздохнула и обмахнулась закладкой.

– Как обнаружит, так и защищать станет.

– Или сожжет Адель вместе с лавкой, – стращал нас по-мужски суровый Олис.

Но Сарочку интересовали немного другие материи.

– Да ладно, он не выглядит кровожадным злюкой. А еще из плюсов – он богатый. Явно богатый, ребятушки! И шо я вам скажу – это важно! Таки был в моей жизни один мужчина…

– Один? – ехидно вмешалась Марель.

– А ви меня все завидуете, як посмотрю!

– Девочки, – вмешался домовой, приобнимая Книжулю хвостом. – Не ссорьтесь. Что ты там говорила, милая?

– Уже ничего, – поджала нарисованные губки магическая книга. – Ежели ви таки хотите знать, то в таких условиях никак не посплетничаешь. Но я согласна с пауками, как бы это ни звучало. Маг – возможные проблемы.

– Нас не увидел!

– Стало быть, возможно, не так он хорош… – зловредно заметил кто-то из группы поддержки Кристиана.

– Ваш вообще с мамой живет!

Я не выдержала и откашлялась:

– Попрошу внимания! Итак, во-первых, маг просто помог. Во-вторых, Крис живет один и уже давно. И в третьих – не надо меня никуда сватать! Я хочу свободы и независимости. А то выйду замуж, рожу детей и все.

– Что все?..

– С лавкой все. Кто мне даст колдовать и зелья варить с пузом?

Нечисть задумалась, а потом кто-то из мышей пискнул:

– Магички продолжают. И вообще, есть же хорошие мужья.

– Сейчас мы вообще не говорим про мужей. Мы говорим о делах!

К счастью, дискуссия свернулась сама собой, так как дверной колокольчик зазвенел, оповещая о новом клиенте.

Глава 10. Про работу, мам и вещички

Я с дежурной улыбкой повернулась к новоприбывшей.

Девушка стояла на пороге, нервно сжимала сумочку и очень неуверенно глядела по сторонам.

Девушка производила весьма двойственное впечатление. С одной стороны она была ОЧЕНЬ, просто ОЧЕНЬ скромно одета. Длинное платье скучного мышиного цвета, застегнутое под горло до последней пуговицы. Простая прическа, заплетенная настолько туго, что у несчастной девчонки наверняка должна была болеть голова. Притом волосок к волоску, ничего не выбивается!

Одновременно с этим ткань платья была дорогой. Не просто добротной, а именно дорогой. И простенькие сережки-гвоздики, что сверкали в ушах, явно были золотыми, а камешки очевидно являлись алмазами. Достаточно крупными для такого украшения.

Завершали ансамбль качественные туфли и сумочка. Заметив эмблему фирмы, я мысленно присвистнула.

– З-з-здравствуйте, – запнувшись, поздоровалась она, а потом сделала шаг назад. – Я, наверное, пойду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.