Ворон
Исчезновение (переиздание)

Микроавтобус «Газель» разрезал ночную темноту светом своих фар. Дождевые капли растекались по его белым бортам, отчего корпус поблёскивал под фонарными столбами. Встречные машины дальним светом освещали надпись: «Прокуратура».

«Газель» свернула к большому зданию и остановилась, затесавшись между другими машинами с проблесковыми маяками. Боковая дверь отъехала в сторону, выпуская пассажиров. Пара женщин и мужчин, своими большими папками прикрывали головы и, спешили укрыться в здании от мелкого дождика.

Владимир вылез последним. Вдруг он ощутил на себе чей-то тяжёлый взгляд. Глаз опытного следователя окинул окрестности, ища источник своего беспокойства.

У угла здания, прячась в тени, притаилась фигура. Длинный балахон падал почти до самой земли. Капюшон был накинут на голову и не давал возможности рассмотреть лица.

– Володь! Ну что ты там застрял? – крикнула одна из женщин, придерживая входную дверь.

– Сейчас, Галь! – всего на секунду Владимир отвлёкся на неё. А когда снова посмотрел на угол здания, фигуры там не было. А вместе с ней пропало странное ощущение тревоги. – Что за?..

Войдя в отделение, Владимир махнул рукой дежурному и, не останавливаясь, прошёл дальше. Но его окликнул коллега из другого отдела.

– Ну, и что там? – спросил он.

– Да, ерунда. Зря только в такую погоду из кабинета выходил. Подростки попадали с лестницы недостроя. Криминала нет. Никто не пьян и не обколот. Добаловались.

– Не повезло, – хитро улыбнулся коллега. – А у меня вот дело интересней получается.

Владимир посмотрел на него искоса, ожидая продолжения. Коллега открыл папку, которую держал в руках, и протянул ему лист. Владимир направился к лестнице, читая на ходу. Но с каждым шагом он замедлялся, а его взгляд становился всё более удивлённым. Последние строчки он дочитывал уже стоя на месте.

– Это как? – буквально выдохнул он.

– Вот так. Я и сам не знаю, что мне теперь с этим делать. Пошли, в кабинете расскажу все подробности, – он рукой толкнул Владимира в спину.

Входная дверь отворилась. Мощные сапоги тяжёлым шагом ступили на обшарканный линолеум. Высокая фигура в балахоне вошла в дверной проём, чуть не задев верхний косяк.

Дежурный в это время весело разговаривал со своим сменщиком. Выданная им, шутка вызвала громогласный смех у обоих.

Фигура подошла к окошку. Струйки дождевой воды стекали с его балахона. Он держал руки на груди, заправив одну в рукав другой.

– Простите, – сказал он низким голосом даже для баса. Дежурный, уже готовый измениться в лице, сменив веселье на надменную усталость, обернулся. И оторопел. От посетителя повеяло неким холодом. Дежурный почувствовал, как кровь прильнула к его лицу и застучала в висках. Он не видел лица мужчины. Только сухие, потрескавшиеся губы, мощный подбородок и часть щеки с глубоким шрамом.

– Кто занимается розыском пропавших? – спросил посетитель.

– А его нет, – произнёс, заикаясь, дежурный. – Он уже домой ушёл. Подходите завтра.

Он обернулся на своего сменщика, который в отличие от него стоял весь бледный.

– Слышь, завтра заявы принимаем?

Сменщик нервно закивал головой, не сводя взгляда с посетителя.

– Мы их всегда принимаем, – сказал он неестественным голосом.

– Завтра, к девяти… – повернулся дежурный к посетителю и осёкся на полуслове. Никого не было. Тогда он вскочил со стула и прильнул к стеклу, чтобы лучше рассмотреть коридор. Но там было пусто.

Рабочие будни частного сыщика похожи одни на другие. Почти все заказы одинаковы. Неверные супруги, раздел имущества и любовь – неразделённая с одной стороны и ненастоящая с другой.

Вот и сейчас перед Виктором на столе ждёт своего заказчика стопка доказательств неверности супруги клиента. На одной из них Виктор заострил особое внимание. Эта фотография получилась у него идеальной.

Пожалуй, единственное, что можно отточить на этой работе – это искусство фотографии. Виктор пытался ловить нужный момент. Затаив дыхание, прикладывал палец к кнопке. Боялся моргнуть. Подобно снайперу он отслеживал биение своего сердца и между его ударами нажимал на затвор.

Всё остальное – малоприятное копошение в чужом грязном белье. Вот и оставалось приобщаться к прекрасному только через фотографию.

Одно из его фото получилось таким, что просто жаль отдавать его заказчику. Неизвестно, что он сделает с ним – порвёт от ненависти, сожжёт или оставить своей уже бывшей супруге. А такая красота достойна, как минимум, галереи. Даже и не скажешь, что она сделана исподтишка.

Виктор смотрел на фото восхищённым и в тоже время печальным взглядом.

Да, такова работа сыщика. Мало приятного, но деньги за это платят хорошие. Хоть какая-то компенсация. Потому появление на пороге его офиса старого друга из полиции Виктор воспринял как отдушину.

Поздоровавшись, Владимир вальяжно расселся на мягком стуле.

– Ну, и как оно? – спросил он с улыбкой.

– Как сам видишь, – вздохнул Виктор в ответ и вновь опустил взгляд на фотографии. Владимир взял одну из них. И тут же ухмыльнулся, поняв, что на ней изображено.

– Всё рогоносцам помогаешь?

– Лучше на эту посмотри, – Виктор протянул ему лучшую из своей «коллекции». Владимир смотрел на неё взглядом настоящего критика, хотя сам мало что понимал в фотографии.

– Талант, – он вернул фото на стол. – Я ещё со школы говорил, что ты не тем занимаешься. Ну, а как сама работа? По глазам вижу, что ни черта не радует.

– Вот тут ты прав. Измены, делёжки имущества, детей, сбережений… Уже поперёк горла это всё стоит.

– А, хочешь дело поинтересней? – глаза Владимира изобразили хитрый прищур.

– Вопрос с подвохом?

– Собственно, за этим я и пришёл. Без вести пропавших искал когда-нибудь? – он полез во внутренний карман своего пиджака

– Было дело. Одна нашлась на даче у любовника, а другой – ушёл в запой и, спустя неделю, явился. Из Иркутска. Зачем туда уехал, сам не помнит.

Владимир достал фотографию. На ней застыл молодой человек. Короткие тёмно-русые волосы с редкой сединой, правильные черты лица. И какой-то отстранённый взгляд серых, безжизненных глаз.

– Мстислав Владимирович Мировой, – сказал он.

– Это он пропал? И ты предлагаешь мне искать его? Разве полиция сама не может справиться?

– Смеёшься? У нас и так дел по горло.

– Ну, ты даёшь, – сказал Виктор. – Мне вас учить? Опросите родственников, друзей, знакомых. Может, где с женщиной завис. А может и враги есть. Тряхни их, они и расскажут, где тело зарыли.

Владимир с нисходительной улыбкой слушал своего друга.

– А если нет никого? Ни первого, ни второго, ни третьего, – спросил он, когда Виктор замолчал.

– То есть, как нет? – удивился Виктор насторожившись.

– Нет родственников. Друзей раз-два и обчёлся. И те знают, что он ценит уединение. А про врагов, вообще, ничего неизвестно.

– А прошлое?

– Ничего, – развёл Владимир руками. – Не привлекался, не замечен, не состоял.

– И кто же подал заявление? – уже серьёзно спросил Виктор, явно заинтересовавшийся этим делом. Владимир с удовольствием отметил это для себя.

– Директор магазина, где Мстислав работал продавцом. Тот не вышел на смену. На звонки не отвечал. Дверь не открывал. Директор выждал три дня, как полагается, и написал заявление. А что самое интересное знаешь?

– И что же?

– Он пропал из закрытой квартиры, – на лице Владимира вновь появилась таинственная улыбка.

– Вы и квартиру вскрыли? – спросил Виктор. Владимир кивнул.

– Его одежда и обувь на месте. Деньги, документы, телефон. Дверь закрыта изнутри. Окна тоже. Даже компьютер работал. Только в спящий режим ушёл.

– И куда он мог пропасть? Твои предположения?

Владимир развёл руками и покачал головой.

– Вот я и хотел попросить тебя о помощи, – сказал он. – Криминалом тут и не пахнет. А ты мне уже много раз жаловался, что ещё ни разу не получал настоящего дела. Вот тебе и загадочное исчезновение.

Он ещё раз покосился на стопку фотографий на столе. Виктор проследил его взгляд.

– Выбор за тобой, – добавил Владимир.

Они поднялись на пятый этаж, где Владимир аккуратно сорвал с двери бумаги с печатями и надписями: «Опечатано». Виктор сразу обратил внимание на раскуроченный дверной замок и помятый возле него косяк.

– Это мы. Говорю же, дверь была закрыта изнутри. Защёлка там есть, – Владимир пальцем указал на пустое отверстие в замочной накладке. – Вернее была. Её только изнутри закрыть можно.

Обычная двухкомнатная квартира. Ещё советская мебель. Пол покрывала пара, давно не пылесосных, дорожек. Вместо компьютерного стола в углу, стоял обычный письменный стол с персональным компьютером. В противоположном углу висела хоругвь с Ликами Богоматери и маленького Иисуса.

Виктор осмотрелся. За исключением обычного, бытового беспорядка, квартира выглядела целой. Владимир провёл пальцем по полке шкафа и показал густой налёт пыли.

– Холостяк.

– Да, – кивнул Виктор. – Женской руки тут явно незаметно. Да и одежда в прихожей рассчитана на одного. Получается, не врали тебе его знакомые. Он действительно жил один.

– Это так. В общем, как видишь, квартира цела. Ни следов борьбы, ни крови. Отпечатки исключительно хозяина квартиры. А его самого нет. Просто растворился в воздухе.

Виктор подошёл к книжному шкафу. На одной полке стояли труды по истории вместе с книгами в стиле фэнтези, по чёрной и белой магии и альтернативной физике. Одна из них выдавалась из общего ряда. «Никола Тесла: гений или безумец». Виктор открыл её на закладке. Пара строк в тексте была подчёркнута авторучкой:

– …вступление в резонанс электромагнитного поля с природным эфиром может привести к его воспламенению и выжиганию. Что, в свою очередь, приводит к понижению электропроводности воздушного пространства.

Виктор выпятил нижнюю губу и покачал головой.

– Интересно, что было у него в голове?

– Вот и разберись, что у него там творилось, – Владимир кивнул на столик в центре комнаты.

На нём, среди листов бумаги, лежал некий прибор. На куске дерева, перепачканного термоклеем и со следами ожогов от паяльника, были неаккуратно приклеены высоковольтные модули, медные пружины, боксы для батареек, колодки. И всё это было окутано целой паутиной проводов.

– Что это? – спросил Виктор.

– Не знаю. Наши технари даже голову ломать не стали. Сказали что это просто конструктор. Куча проводов и деталей, сваленных вместе. Никакой функциональности этот прибор не несёт. Зато телефоны портит на ура.

– То есть?

– Создаёт мощное поле, которое выводит электрику из строя на расстоянии с десяток метров, – ответил Владимир и пожал плечами. – Наш малыш решил поиграть в электрика.

– Почему малыш? – Виктор посмотрел на него с некой укоризной.

– Потому что все, с кем нам довелось говорить, описывают Мстислава, как сильно выросшего ребёнка. Мы даже его учительницу физики отыскали. Она потому и запомнила его, что он мог стать вполне успешным учеником, если бы проявлял больше интереса к учёбе.

Виктор взял один из листов, лежавших возле прибора. Там карандашом были зарисованы схемы. Не чертежи со всеми полагающимися обозначениями, а обычные рисунки. На других листах были изображены изгибы, напоминавшие текст.

– Даже и не пытайся. Там не по-русски, – сказал Владимир.

– Расшифровали?

– А чего там расшифровывать? Парень просто изгибал проволоку и повторял тексты на древних языках. Там и латынь, и руны, и даже клинопись. Приклеивал к доске, а потом пропускал через неё электрический ток. Чего он добивался, понятия не имею.

– По крайней мере, хобби нашего клиента ясно.

– Это верно, – вздохнул Владимир. – И всё, что ты видишь перед собой, было заказано по Интернету. Он даже и не знал, что этот хлам продаётся в торговом центре, в паре кварталов отсюда. Друг его мне это сказал. Мы посмотрели его заказы в интернет-магазинах. Тысяч на десять назаказывал. А потом ещё и ждал, пока это всё поставит дружественный Китай. Короче, наш Мстислав не от Мира сего.

– Ага, – задумался Виктор. – Книги по альтернативной физике, схемы и прибор.

– Думаешь, зацепка?

– Не знаю. Я могу забрать это с собой?

– Забирай. Там, правда, аккумуляторы разряжены.

Виктор в очередной раз оглядел комнату. На тумбе он приметил ещё одну книгу. Это оказался ежедневник. Внутри он весь был исписан заклинаниями и правилами проведения ритуалов, которые соседствовали с иллюстрациями в виде оккультных схем. Виктор перелистывал страницы и бегал глазами по тексту.

– И это тоже можешь взять, – сказал Владимир, видя его интерес к записной книге. – Слово против тебе может сказать только хозяин. А я даже рад буду, если он прибежит к нам с жалобой, что его квартиру вскрыли и обнесли.

Виктор повернул к нему голову, а тот в ответ грустно улыбнулся.

– На квартиру никто не может претендовать, – сказал Владимир, когда они вышли в парадную. – Мстислав единственный владелец. Никаких дарственных ни на кого, он не составлял. Поэтому имущество сразу отметается.

– Врагов, говоришь, тоже не было.

– Он пользовался двумя сим-картами. Посторонних звонков ни на одну не поступало. Так, что и угроз с врагами не было.

Тут им преградила дорогу, поднимавшаяся, бабушка.

– Ой, – расплылась она в улыбке, узнав Владимира. – Вы же из полиции?

– Да, – кивнул тот и прошептал Виктору на ухо. – Это соседка с третьего этажа. Зоя Фёдоровна.

– А Мстислава так и не нашли? – спросила бабушка.

– К сожалению, нет. Вот, дело передаю другому сотруднику.

– Ох, как жаль, – покачала стврушка головой. – Такой хороший мальчик был. Всегда поздоровается, спросит, как дела, а о себе и слова не скажет.

– Вы уж, извините, Зоя Фёдоровна, – Владимир спустился на ступень ниже. – Нам бежать надо. Дел много.

– Конечно-конечно, – залепетала старушка, посторонившись. – А я вот только из ЖЭКа. Хотела спросить у Мстислава, что со светом происходит.

– А что со светом? – остановился Виктор.

– Да, как-то ночью просыпаюсь. А у меня люстра горит. Только свет какой-то странный. Зелёный такой. А сегодня заискрило. Электрика вызвала. «Ничего поделать не можем, бабушка. Это у вас уже проводка погорела. Менять надо. Обратитесь в ЖЭК».

– Мы правда спешим, – сморщился Владимир и за рукав потянул Виктора. – До свидания.

Наконец, заказчик покинул офис Виктора. Проклиная и понося свою, некогда горячо любимую, супругу, он хлопнул дверью и растворился на просторах бульвара, унося с собой одну из лучших фотографий, сделанных Виктором. Сам Виктор только тяжело вздохнул с грустью в душе. Его шедевр отныне отсчитывал последние минуты своего существования.

Сейчас он даже немного завидовал Мстиславу. И ему захотелось кануть в неизвестность.

Поднявшись со стула, он подошёл к входной двери, повернув защёлку в замке, выключил свет в прихожей и вернулся к столу, на котором лежал прибор, взятый из квартиры пропавшего. Простота конструкции вместе с её бесполезностью не давали покоя.

– И что же это такое? – спросил он сам себя, внимательно разглядывая изгибы проводов. Грубая пайка, криво приклеенные кнопки и оплавившиеся части от корпусов гелевых авторучек. Виктор нажал на одну из кнопок. Но ничего не произошло.

– Точно, – вспомнил он о словах Владимира о разряженных аккумуляторах.

Через минуту в розетку воткнулось зарядное устройство. Сыщик бросил взгляд на загоревшийся красный светодиод и повернулся к столу.

Зачем Мстислав собирал его? Он явно пытался получить какой-то результат. Много раз его переделывал, о чём говорил помятый вид доски, тратил деньги на детали. Для него это был не просто клубок проводов.

Но сейчас Виктор не мог посмотреть, что это за вещь такая. Он подвинул его на край стола и взял папку с личным делом Мстислава. Папка оказалась на удивление тонкой. Краткая запись перечня его документов. Биография, составленная со слов людей, знавших его. Весь текст занял собой меньше половины страницы. Список его знакомых. Здесь дотошный Владимир отметил напротив каждой фамилии статус её носителя по отношению к пропавшему: знакомый, коллега по работе, сосед.

Виктор пробежался глазами по статусам. Сразу бросилось отсутствие родных и друзей. А, нет. Одно имя нашлось. Артём – школьный и лучший друг.

Дальше показания выше перечисленных лиц. Виктор внимательно вчитывался в строки, составляя картину произошедшего.

Последний раз пропавшего видели на работе, в магазине, двадцать пятого числа. В социальной сети, где он был зарегистрирован, вход выполнялся двадцать третьего. Двадцать восьмого он должен был выйти на работу, но так и не появился. Сосед не видел его уже неделю. Спустя двое суток, тридцать первого числа, директор магазина подал заявление о пропаже его сотрудника.

Виктор задумался. Неужели больше никто не отреагировал на пропажу Мстислава? Почему только посторонний человек побеспокоился о нём?

Под показаниями шёл акт вскрытия квартиры. Ничего постороннего или подозрительного обнаружено не было. Потом акт о принадлежности квартиры и просмотра рынка недвижимости. Безрезультатно.

Более никаких бумаг не было. Виктор закрыл папку, убрав внутрь всё её содержимое. Только лист с перечнем лиц оставил на столе.

Он ещё раз пробежался глазами по именам и фамилиям. Первой в списке значилась Екатерина. А в скобках была приписка: «Сотрудница статистического агентства. Коллега Мстислава».

– Ну, что ж, – выдохнул Виктор и потянулся за смартфоном. – Пойдём по порядку.

Он набрал указанный номер и стал слушать длинные гудки.

– Да, алё, – послышался в трубке женский голос. И даже в этой короткой фразе засквозило надменностью.

– Здравствуйте. Меня зовут Виктор. Я частный детектив. Скажите, пожалуйста, вы работали в статистическом агентстве вместе с неким Мстиславом?

На том конце послышался гневный выдох.

– Вы опять? Я же вам уже говорила, что год этого козла не видела.

– Это вас, наверное, из полиции опрашивали. Просто так получилось, что его дело передали мне.

– Да? И что же такое случилось с этим вашим Мстиславом, раз к нему столько внимания?

– Он пропал. И мы пытаемся найти его.

– Вот и чудно! – гаркнула Катя. – Пусть и катится ко всем херам! Для меня он пропал ещё год назад. Знать его не хочу! И не звони мне больше, Джеймс Бонд недоделанный! Понял?!.

Вызов оборвался. Виктор удивлёнными глазами посмотрел на смартфон.

– Почему Джеймс Бонд? Может, она его с Шерлоком Холмсом перепутала? И что это такое было? Неудачный служебный роман? Ладно, зайдём с другого начала. Кто там заявление подавал?

По тропинке на, начавшем желтеть и жухнуть, газоне от крыльца магазина до автостоянки прогулочным шагом шли двое. Виктор составил кампанию пожилому мужчине.

– Скажите, а почему вы подали заявление в полицию? – спросил он.

– А что мне ещё оставалось делать? Продавец не вышел на смену.

– Но почему сразу в полицию? Есть же много причин не выйти на работу – загулял, заболел.

Директор улыбнулся.

– Понимаете. Надо знать Мстислава. Он не такой. Да. Он рассеянный, забывчивый, постоянно летает в облаках. Но ответственность есть у него. Просто так он никогда не потеряется. А болезнь? Да, он болел. Но всегда болезни переносил на ногах. Нет. Прогулы не его конёк.

– Это понятно. Но откуда такая забота о нём? Я понимаю, обучить нового сотрудника дело хлопотное. Но писать заявление о пропаже постороннего человека…