Кристина Ниакрис
Бессмертные тоже плачут

Офис турфирмы «За тридевять земель»

Директор: Бессмертный Кощей

– Шеф, у нас проблема!

Кощей тихо вздохнул и оторвался от монитора компьютера, одарив помощницу фирменным, годами отрепетированным взглядом очень занятого директора. К сожалению, за все время работы Василиса сумела нарастить толстый и непрошибаемый иммунитет ко всем видам психологического насилия, на которые только Кощей был способен. Иногда он сомневался, что его авторитет распространялся дальше офисной кофемашины.

– Когда ты сказала это в прошлый раз, нас оштрафовали, потому что ты умудрилась поругаться с волшебным зеркалом и выкинула его в окно. Зеркало оказалось очень обидчивым и подало на нас в суд. Кто на этот раз тебе не угодил? Метла, за то, что языком треплет быстрее тебя?

– Ой, хватит уже ворчать как старик. Хотя почему, собственно, как? Ты и есть старик. Вон, уже и лысина имеется. А зеркало получило по заслугам, много болтало. Как будто мне было интересно его мнение по поводу моей новой прически.

Василиса присела на край директорского стола и привычным жестом откинула назад толстую русую косу. Кощей был уверен почти на сто процентов, что косу такой толщины при желании можно было использовать, как мощное оружие, но лучше Василисе эту идею не подавать.

– Лысею я не потому что возраст, а потому что вы меня скоро до психушки доведете! Давай, выкладывай, что там случилось? Мне еще почту надо разобрать и важные взрослые дела сделать. – Мужчина снова уперся взглядом в монитор компьютера, пытаясь призвать обратно свой и без того хрупкий рабочий настрой, но, кажется, тот был безвозвратно потерян.

– Горыныч отказывается людей везти. Не полечу, говорит, и все. – Василиса изобразила на лице недоумение и развела руками. Да, профессию она выбрала явно не ту – ей бы в театре на сцене выступать с такой актерской игрой, а не Кощею в офисе свои таланты показывать.

– Чего это? – опешил Кощей, едва не подпрыгнув на новеньком кожаном кресле. Кресло, кстати, обошлось ему в довольно крупную сумму, и если верить его изготовителю, то было сделано из суперпрочной кожи. Порвать ее было практически невозможно, но Кощею, в принципе, прочность кожи была не так важна. Его больше беспокоило, чтобы однажды кресло не открыло глаза и не начало читать лекции на тему, как правильно офисом руководить. Когда живешь в мире полном сказочных существ, то ни в чем не можешь быть уверен. Каждый предмет может обладать сознанием, скверным характером и стремлением научить тебя уму-разуму.

– Выгорание у него. Вы-го-ра-ние, – как для маленького, по слогам проговорила Василиса. – Не в ресурсе он. Мотивации нет.

– Это что еще за новость?! – возмущенно всплеснул руками Кощей, а он ведь человек совсем не эмоциональный, но работа превратила его в невротика. – А я ведь тебе говорил, к чертям у него интернет отрубить. Насмотрелся всяких коучей, а я теперь страдать должен? Мотивации ему не хватает? Так передай ему от меня мотивацию – пинок под зад. Я ему вообще-то деньги плачу за работу.

Помощница явно получала удовольствие от всей этой нелепой ситуации. Кощей видел в ее глазах искорки веселья и азарта, а должен был видеть панику и беспокойство, потому что если ситуация не разрешится, как можно быстрее, им влепят крупный штраф за невыполнение обязательств по договору!

Эх, разбаловал он персонал. Мягким стал. Раньше от одного только его взгляда даже вороны в обморок на лету падали, а сейчас что?

– Не в деньгах-то счастье, Кощей. Каким ты меркантильным стал, аж тошно. – Василиса легонько крутанула стоявший на столе глобус, и тот пару раз повернулся вокруг своей оси, при этом разразившись первоклассной бранью. Вот именно об этом Кощей и говорил. Глобус он покупал как самый обычный предмет интерьера, а в итоге ему пропихнули очередной волшебный артефакт. Да еще какой! Каждый раз, когда кто-то крутил этот чертов глобус, тот начинал ругаться такой отменной черной бранью, что у него уши в трубочку сворачивались. Да даже Серый волк таких слов не знал, а уж он был первым матершинником на деревне.

– То-то я смотрю, когда тебе в прошлый раз бухгалтерия с заплатой напутала, ты у них в кабинете Горгону изображала. Да так, что охрана прибежала помощь предложить. Думали, нас тут грабят. – Кощей шикнул на девушку, когда та, явно веселясь, снова потянулась к глобусу. Любила Василиса его злить, а Кощею потом приходилось целый день чужую ругань слушать!

– Это дело другое, знаешь ли!

– Коне-е-ечно, – протянул Кощей. Когда дело касалось денег, то милая и улыбчивая девушка превращалась в злую и скандальную ведьму, и не дай бог в этот момент оказаться у нее на пути.

– Так что там с Горынычем? Что делать будешь?

– Я? А помощница мне, простите, зачем? Ты же у нас Премудрая. Так придумай, что-нибудь.

– Кощей. – Василиса внимательно на него посмотрела, наконец вспомнив о субординации, и перестала двигать предметы на столе.

– Это я раньше была Премудрой, а за годы работы с тобой я превратилась в Припадочную. Ты мне еще психолога оплачивать должен.

– Ты мне зубы не заговаривай! Иди к Горынычу и скажи, что если он немедленно не выполнит свой маршрут, то зарплаты ему не видать! Все! – Кощей замахнулся рукой, чтобы как настоящий директор грозно хлопнуть кулаком по столу, но в последний момент передумал, испугавшись, что глобус примет это за призыв к действию, а ведь он только заткнулся. Пришлось просто неловко опустить руку.

– Хорошо, папочка! Только не ставь меня в угол. – Василиса с громким хохотом удалилась из кабинета, а Кощей так и остался сидеть, уныло глядя в огромное окно, которое занимало всю стенку. Когда он только въехал в офис на тридцатом этаже, то это окно, где весь город был как на ладони, внушало ему большие надежды. Он думал, что такой вид станет отличной мотивацией к усердной работе, а на деле окно в пол вызывало лишь желание встать и выйти в него, покончив с этой офисной рутиной.

– Лучше бы я открыл похоронное бюро, ей-богу. С мертвецами было бы намного проще договориться.

– Да, кстати! – Дверь его кабинета снова распахнулась, и в проеме появилось жизнерадостное лицо Василисы. – Ты же помнишь, что к нам едут гости из Лихолесья? Хотят предложить тебе интересный туристический маршрут по их местности?

– Конечно, помню, я же сам им и предложил сотрудничество. – Да, Кощей помнил, как долго ему пришлось уговаривать затворников из Лихолесья хотя бы прочитать его деловое предложение по открытию экскурсионного маршрута. Эти места закрыты для посещения туристов, а, как правило, запретный плод всегда сладок, поэтому каждый уважающий себя путешественник хоть раз в жизни да пытался к ним в лес пробраться. Кощей хотел первым заключить с ними договор и организовать туда интересный и познавательный тур. Вот только местные никак не хотели идти на контакт, и все письма и звонки игнорировали, пока две недели назад, наконец, не пришел ответ с согласием. Теперь он ждал гостей для визита в столицу, потому что таким было условие его будущих партнеров. Нелюди из Лихолесья хотели своими глазами увидеть столицу, офис Кощея и вообще преследовали какие-то свои странные цели, о которых мужчина пока предпочитал не думать. Будет решать проблемы по мере их поступления.