Наталья Дёмина
Толстяк для Барби

Жизнь очень часто преподносит нам сюрпризы, даже если они не радуют. Ей абсолютно всё равно, будет человек испытывать счастье или наоборот ввергнет себя в пучину боли и страдания.

Эта история началась одним ярким солнечным осенним днём, когда самый обычный мужчина встретил женщину из своего прошлого. Прошлого, которое он хотел бы навсегда забыть, вырвать из сердца и души. Вот только память… Она постоянно напоминает, что он неудачник. Толстый, обрюзгший, никому ненужный…

Хотя нет. Эта история началась за много лет до сегодняшней встречи…

В то время она была юной красавицей, которая вечно мечтала о принце, о любви, о страсти, как в книгах. А он… Он и тогда был толстым неудачником, к тому же ещё и ботаником, вечно с книжкой, вечно в очках.

– Толстяк! – так чаще всего его называли одноклассники.

Мальчик очень переживал. Какое-то время пытался заниматься спортом, голодал. Но всё это привело только к подрыву его здоровья. А потом он совсем плюнул и махнул на себя рукой.

«Ну, что тут поделать, раз я не такой, как все, – угрюмо вздыхал Толя, когда парни из его класса после школы шли провожать одноклассниц. – Когда-нибудь и мне повезёт. Во мне увидят человека, а не бесполезный кусок мяса…»

Но время шло, а ничего в его жизни не менялось. Вот тогда и появилась она… Елена… Прекрасная… Она перевелась в его класс и сразу же поразила всех своими огромными голубыми глазами, копной длинных волос цвета спелой пшеницы, тонкой талией, длинными ровными ножками и губами, розовыми, как лепестки роз. Кто только не бредил этой красавицей… И наш герой тоже пал жертвой невиданной красоты Елены.

Девушка была яркая, взбалмошная, но добрая. Она никогда не называла Толю «Толстяком». Возможно это и вскружило парню голову, когда он влюбился в неё и решился написать любовное признание.

Но оно осталось без ответа, вернее ответ был, только не такой, каким хотел бы Толя…

– Послушай, – окликнула его после занятий Лена. – Мне, конечно, льстит, что я тебе нравлюсь.

«Нет, – хотел возразить он. – Я люблю тебя!»

– Но ты совсем мне не подходишь, – заявила красавица. – Я мечтаю о любви, как в книгах и фильмах. Красивой и возвышенной.

«Я люблю тебя именно так», – думал Толя.

– Ну, где ты видел, чтобы в кино или романе, главный герой был толстым и некрасивым. Я ничего против тебя не имею. Ты отличный друг. Но не герой моего романа, – пожала она плечами и ушла…

Ушла…

Но не из его сердца, которое и после выпускного, продолжало биться только для неё… Елены Прекрасной…

«Где ты? Как живёшь?» – иногда грустно вздыхал Анатолий, глядя на старые школьные фотографии.

Прошло десять лет, а он так и не смог о ней забыть. Наоборот, ему в последнее время стало казаться, что он всё больше и больше одержим бывшей одноклассницей. Ведь случайно узнав от кого-то из бывшего класса, где она теперь живёт с мужем, стал время от времени приходить в её двор, чтобы посидеть на лавочке, желая поймать взглядом тоненькую фигурку Лены… А каким счастливым мужчина чувствовал себя, когда ему удавалось мельком увидеть её. Вот только для неё он так и остался никем, пустым местом, не героем романа…

Но жизнь, как известно, любит преподносить сюрпризы…

Глава 1

Молодая женщина подошла к окну и осторожно отодвинув штору. Опасаясь быть замеченной, она посмотрела на лавочку, на которой сидел грузный мужчина.

«И зачем он приходит?» – размышляла Лена, изучая его.

У неё не было сомнений в том, кто это… Только Толик, её бывший одноклассник, когда-то очень давно, вот так же, стоял под окнами её дома и ждал, когда она выглянет, чтобы недовольно сморщить свой носик.

«Что ему надо? Сейчас?» – женщина отпрыгнула от окна, когда мужчина поднял голову, устремляя свой взгляд на окна многоэтажки.

Сердце её ёкнуло. Она вспомнила, как спорила с подружками: долго ли Толик сможет простоять на улице, ожидая её. И она всегда выигрывала. Парень мог до позднего вечера стоять, прислонившись к старому тополю, или сидеть на лавочке, вот так же, как сейчас. И ждать… Ждать, когда она пройдёт мимо него или выглянет из окна… Вот и сейчас…

Сейчас…

«Жизнь, такая коварная», – рассуждала женщина.

Когда-то, много лет назад, она мечтала о красавце Принце, о большой любви, о страсти, которая сжигает за собой все мосты. И разумеется она долго искала, выбирала и перебирала среди своих кавалеров, пока не встретила Павла. Красивого. Очаровательного. Ревнивого. Безумно ревнивого. О, как же ей нравилось, что он ревновал её. Ввязывался в драки. Был пугающе красив в своём гневе.

Но флёр влечения и восхищения, да и любви, быстро слетел, когда после регистрации брака, он ударил её, приревновав к своему другу, который был свидетелем на их свадьбе. Парень просто улыбнулся ей, а она имела неосторожность улыбнуться ему в ответ.

– Ты вела себя, как уличная девка! – кричал на неё Павел, когда она ревела в туалете кафе, которое они сняли для празднования мероприятия. – Ты опозорила меня! Приличная женщина не имеет права так улыбаться. Призывно! Сексуально! Развратно!

Лена же только всхлипывала, радуясь, что в салоне ей сделали макияж используя водостойкую косметику.

«Чтобы красота не поплыла от слёз счастья», – произнесла мастер, которая творила волшебство.

От «счастья» невеста проревела почти час. Пока жених, а теперь уже полноценный супруг, не пригрозил ей ещё более сильными увечьями, если она не перестанет сопли по лицу размазывать. Она и перестала, надеясь, что всё произошло только из-за того, что Павел сильно перенервничал.

Но время шло. А ничего счастливого в жизни молодой женщины так и не случилось. Кроме постоянных побоев, вечно недовольного супруга. Теперь последствия его ревности сносила только она.

– Какая же ты развратная, Ленка, – обычно начинал он свою проповедь, по возвращению из гостей. – Все мужики вечно на тебя пялятся и облизываются. А ты, – тут он всегда произносил длинное ругательство, – то задницу отклячишь, то грудь выпятишь.

А она молчала. Вжимала голову, съёживалась в комок, ожидая наказания. Хотя и юбки стала носить до пят, и даже летом ходила или в водолазках или в рубашках. Краситься перестала. Волосы убирала в старческий пучок. И улыбаться… Нет, она давно перестала улыбаться. Даже себе, глядя в зеркало.

«И зачем же Толя приходит? – ныло сердце Елены. – Растревожил мне душу. Не надо мне ни любви, ни воспоминаний, ни жалости бывших поклонников. Ничего не надо. Ничего не хочу…»

Она отошла от окна, но что-то внутри ёкнуло: «Он ждёт… Ждёт её…»

Глава 2.

Женщина уменьшила огонь конфорки и помешала суп половником. Сегодня в меню был борщ, любимое блюдо Павла.

Лена вздрогнула, когда услышала что кто-то открывает входную дверь ключом. Она погасила огонь, накрыла кастрюлю крышкой и поспешила в коридор встречать супруга.

– С возвращением, – тихо произнесла Лена, стараясь понять, в каком настроении вернулся Павел.

– Привет, – небрежно бросил ей мужчина, снимая обувь.

«Он выпил», – сразу определила женщина и внутренне сжалась. Она знала, что в подвыпившем состоянии он становился совершенно неадекватным.

– Устал? – робко спросила у него, помня, что его раздражает, когда она молчит.

– А ты как думаешь? – недовольно проворчал Павел, направляясь в ванную комнату.

– А я сегодня борщ приготовила, – решила она перевести тему разговора в другое русло, поскольку слушать его лекцию о том, что он единственный добытчик в их семье она не хотела. Женщина прекрасно помнила, какие сцены он ей устраивал, настаивая, чтобы она бросила работу. Учитель английского языка не может достаточно заработать. А если так, то и смысла в её потугах муж не видел. Как же ей завидовали сотрудницы, ещё бы, богатый муж, что и работать не нужно. Сиди себе дома, да плюй в потолок. Только никто не знал, что Лена после увольнения стала и домработницей, и уборщицей, и прачкой, и поваром и любовницей, но чаще всего грушей для битья. Лена не знала, кто придумал поговорку: бьёт, значит любит. Видимо, только тот, кого в жизни никто ни разу не ударил. Потому что человек, который хоть однажды испытал насилие над собой, никогда не скажет, что это проявление любви.

– Борщ – это хорошо, – ухмыльнулся Павел, вытирая руки полотенцем.

Он вальяжно прошёл на кухню, сел во главе стола.

– Ну, и долго мне ещё ждать придётся? – нетерпеливо произнёс он.

– Одну минуту, – засуетилась Лена, доставая тарелку и наливая суп.

– Ты же прекрасно знаешь, что я не люблю ждать, – недовольно хмыкнул мужчина, вертя в руках ложку.

– Вот, – поставила она перед ним тарелку.

Павел зачерпнул немного ярко-бордового содержимого из тарелки и сморщил нос.

– Что это за бурда? – он одним движением смахнул тарелку на пол.

«Бах». Тарелка разбилась. Борщ разлился кровавым пятном на полу, забрызгав нижние шкафчики кухонного гарнитура.

– Неумеха и растяпа! – закричал Павел. – Посмотри, что ты наделала.

– Прости, – тихо прошептала она.

– Сколько раз тебе говорить, что в борще ложка должна стоять! А у тебя? Жижа! А жиже самое место под ногами.

– Пашенька, – промямлила женщина, ища, чем можно убрать осколки. – Прости, – не удержалась она и шмыгнула носом.

– Ленка! – схватил мужчина её за руку. – Опять сопли на кулак наматываешь? Ты ведь знаешь, я эту сырость терпеть не могу!

– Знаю, – смахнула она слёзы.

– Ты меня разозлить хочешь?

– Нет, что ты… Я сейчас, быстро всё уберу.

– И котлет пожарь. Надеюсь, хоть они у тебя получатся.

– Да, хорошо, – вздохнула женщина.

– И пиво с чипсами мне в спальню принеси. Я пока спортивный канал посмотрю. И поживее…

Он встал из-за стола и покинул кухню.

Лена шмыгнула носом, а глаза метнулись к окну. Она потихоньку отодвинула шторку.

«Сидит, – захотелось улыбнуться ей. – Ждёт…»

Но времени на мечты не было, поэтому Лена вернулась к домашним заботам.

Глава 3.

Женщина собрала осколки тарелки и вздохнула, глядя на остатки борща на полу.

«Практически авангардная картина получилась, – поморщилась она, собирая в одну кучу розовый картофель, бордовую свеклу, мутно-оранжевую морковь, серый лавровый лист. – А мне борщ понравился, – утешала она себя. – Оставлю его и съем сама. Не выбрасывать же еду, только из-за того, что у Павла ложка не стоит».

И неожиданно для себя Лена расхохоталась. Громко. Надрывно. До слёз.

Через минуту на кухню вбежал Павел и уставился на неё удивлённым взглядом.

– Что тут… – он осёкся, увидев, что его жена сидит на полу, держа в одной руке мокрую тряпку и хохочет, уткнувшись лицом в кулак другой руки. – Лена? – опешил мужчина. – Ты здорова? В своём уме?

– Я… ик… здорова… – и она снова залилась смехом.

– Лена, я тебя первый раз вижу в таком состоянии! – воскликнул Павел, не зная, что ещё сказать.

– И я… – она, опять, вспомнила его слова о ложке и борще, и хрюкнула от нового приступа смеха.

– Ну, когда у тебя пройдёт истерика, я хотел бы получить свои котлеты.

– Свои котлеты, – задыхалась от смеха Лена, вытирая слёзы, которые текли по её щекам.

– Больная, – фыркнул мужчина и ушёл, что-то бормоча себе под нос.

Смех женщины медленно перерос во всхлипывания, и вот она уже уткнула лицо в ладони и рыдала. Горько. Жалобно. Жалея свою жизнь. Себя. Она подтянула к себе ноги, обняла колени, спрятав в них лицо. Ей захотелось скрыться. Исчезнуть. В детстве она любила забираться в мамин шкаф и там тихонько сидеть, представляя, что она находится в высокой башне и её скоро спасёт принц.

«Бестолковая! – думала она сейчас. – Не о принце надо было мечтать, а о нормальном мужчине, который бы… Что? Любил? Так и Павел её любит. Уважал? Когда-то ей казалось, что любви не нужно уважение. Любовь затмит всё. Вывернет на изнанку… Вот меня и вывернуло», – продолжала плакать.

Как долго она так просидела, Лена не знала. Она вздрогнула, когда на кухню вошёл Павел. Злой и голодный.

– Что это за демонстрация сегодня? – зашипел он на неё. – Или ты забыла, кто в доме хозяин? Могу напомнить!

Женщина подняла на него заплаканное лицо и… улыбнулась…

Павел подавился воздухом и закашлялся. Он и забыл, когда в последний раз видел, как улыбалась его жена.

– Ты… того… этого… – смотрел он на неё и не знал, что сказать. – Отдохни, что ли… – выдавил из себя мужчина и сбежал в спальню, обдумать поведение и состояние Лены.

А молодая женщина дотронулась рукой до своих губ, которые были растянуты в улыбке. Щёки с непривычки болели и чуть дрожали.

Лена вскочила с пола и отдёрнула занавеску.

Там… во дворе, на лавочке, всё ещё сидел он… Толя… Свет от уличных фонарей освещал его немного тучную фигуру. Радость и какое-то непонятное тепло разлилось в груди молодой женщины.

«Зачем? – как сумасшедшая продолжала улыбаться она. – Почему? Именно сейчас?»

Ей вдруг захотелось увидеть его глаза. Она не задумываясь, что делает, направилась к входной двери.

– Ты куда? – окликнул её Павел, выйдя в коридор.

– Подышать воздухом. Мне надо, – ответила она ему.

– Иди, – как-то странно посмотрел он на неё, когда она открыла дверь и вышла из квартиры.

«Больная! – закричал ей мужчина вслед. – В тапках и халате на улицу отправилась! Что теперь соседи подумают!»

Но женщина не могла остановиться. Какая-то неведомая сила толкала её в спину. Ноги сами несли её к лавочке, на которой ссутулившись, опустив голову, сидел Толя.

Мужчина не шелохнулся, когда она подошла к нему. Он будто витал в облаках, где-то высоко-высоко.

– Ну, здравствуй, – чуть запыхавшись произнесла Лена.

Анатолий поднял голову и открыл глаза.

– Привет, – на его лице расцвела счастливая улыбка.

Глава 4.

Неожиданно Лена осознала, что стоит в халатике не первой свежести и дырявых тапочках, поздним вечером перед окнами своего дома. На лице нет макияжа, волосы уложены, если это так можно назвать, в гульку, которая с затылка сползла и изрядно растрепалась.

«Какой позор! – ругала она себя. – Что он обо мне подумает! Что я забитая?»

«А разве это не так?» – задало вопрос её сердце.

«Вот это и есть моё истинное лицо. Пусть он посмотрит. Может быть поймёт наконец, что…» – почему-то ей не хотелось, чтобы он понял, что её не стоит ждать.

– Я думал, ты никогда, – тихо произнёс мужчина, вставая с лавочки и нависая над ней.

Она только сейчас поняла, что в её памяти он выглядит совсем иначе. Мальчиком-толстяком. Неуклюжим. Нелепым, но необычайно добрым.

Человек, который стоял перед ней, был мужчиной. Совсем не мальчиком. Лёгкий холодок страха пробежал по телу женщины. Но она продолжила рассматривать бывшего одноклассника. Несколько грузный, но не толстый, без пивного живота. Намного выше и шире в плечах того Толика, который писал ей любовные письма. Только глаза остались прежними. Добрыми. Необычайно притягательными. И почему-то, какими-то, до боли родными.

– Я тоже, – вздохнула она, – но, как видишь, передумала.

– Вижу, – улыбался он, буквально пожирая её голодным взглядом. Его глаза лихорадочно блестели. В их глубине что-то мелькало. Но она не могла рассмотреть, что именно, не давало ей покоя.

«Ничего не изменилось, – пришёл в восторг он. – Мои чувства остались прежними!»

«Неужели ничего не изменилось? – растерялась она. – Как такое может быть?»

– Как ты жила все эти годы? – спросил он, продолжая ласкать её глазами.

– Я, – смутилась она, не зная, что ответить.

«Как же давно мужчина не смотрел на меня так», – задыхалась она от нахлынувших чувств и воспоминаний.

Ей было душно. По спине покатились капельки пота. Кажется на висках выступила испарина.

«Хорошо, что на улице достаточно темно», – решила Лена.

Мужчина ждал. Ждал её ответ. Он не дотрагивался до неё, а только смотрел, будто пил живую воду из старых сказок и возрождался к жизни.

«Вот оно… счастье, – промелькнула мысль у Толика. – Как же давно я не чувствовал себя настолько живым».

– У меня всё хорошо. Муж, – она запнулась. – Да, муж. Детей только, пока, нет.

«И, слава Богу, – подумала Лена. – Страшно представить, какой была бы моя жизнь, если бы были дети».

– Я рад, – просто и без пафоса ответил мужчина.

Она с недоверием посмотрела на него.

«Рад? И всё? И для этого просиживал часы на этой лавке?» – почему-то разозлилась она на него, хотя сама не знала, какой ответ хотела получить.

– А ты? – резко прозвучал её вопрос.

– А я, – он вздохнул. – Всё жду, как обещал.

Предательский румянец залил её щёки, шею и грудь.

«Как и обещал», – прозвучали слова в её голове.

Толя обещал, что будет ждать её всю жизнь. Сердце ухнуло в пятки. Воздуха катастрофически не хватало. Лена сделала судорожный вздох, немного всхлипывая.

– Ленка! – раздался голос Павла – Ленка!– он открыл кухонное окно и, высунувшись из него, кричал.

– Мне пора, – вздрогнула она, услышав раздражение в голосе мужа.

– Постой, – неожиданно Толя схватил её за руку и прижал ладонь женщины к своей груди. – Я увижу тебя ещё раз?

– Ленка! – кричал её супруг.

– Завтра, – быстро произнесла она и побежала домой.

«Нельзя, чтобы Павел увидел нас вместе. Иначе…» – ей было страшно, осознавать, что может быть «иначе».

Глава 5.

Сердце женщины стучало где-то в горле, а может быть и в висках.

Тук-тук. Тук-тук.

Она тяжело дышала, появилось ощущение, что что-то сжимает грудь в тисках. Во рту всё пересохло. Вязкая слюна встала комом.

Лена запыхалась, пока поднялась на этаж. По спине дорожками тёк пот. Ткань халата неприятно прилипла к спине. Она дышала через рот, но всё равно задыхалась.

Входная дверь в квартиру была приоткрыта.

Молодая женщина замерла перед ней, стараясь привести дыхание в порядок, и вошла внутрь.

– Явилась, – Павел стоял в коридоре у входной двери, прислонившись к стене, – не запылилась.

Она молчала, боясь пошевелиться и ждала. Ждала, как он отреагирует на её возвращение.

– Молчишь! – воскликнул мужчина и схватил её за волосы на затылке, оттягивая назад, чтобы она задрала голову и посмотрела ему в глаза.

Она сглотнула.

– Прости, – хриплым и чуть надтреснутым голосом произнесла в ответ.

– Прости? – наклонился он к ней, обдав нетрезвым дыханием. – Прости! – ударил кулаком в стену, рядом с её головой.

Лена зажмурилась и вздохнула с облегчением.

«Не ударил», – пронеслось у неё в голове.

Мужчина закусил губу от боли и посмотрел на свои сбитые костяшки пальцев.

– Видишь, что ты наделала? – поднёс свой кулак к её лицу.

Она вздрогнула. Её зрачки расширились от страха. Лену начало трясти крупной дрожью. Зубы застучали. Мочевой пузырь заболел.

– Страшно? – улыбнулся Павел и провёл костяшками пальцев по щеке жены.

Она прикрыла глаза, борясь с тошнотой, которая волнами поднималась к горлу.

Мужчина оглядел её сверху вниз и расхохотался, сильнее дёргая женщину за волосы, пока она не открыла глаза.

– Помни, кто в доме хозяин, – произнёс Павел, глядя ей в глаза.

Лена не могла произнести ни слова.

«Кажется, он не видел, что я разговаривала с Толей», – стучало в её голове.

Павел швырнул жену к противоположной стене, обливая грязными ругательствами. Она ударилась плечом, но успела отвернуть голову. Женщина тихо застонала и отскочила подальше от супруга.

– Я есть хочу! – проревел мужчина.

Лена присела от страха и зажала голову руками, на тот случай, если он решит её ударить или пнуть ногой.

– У тебя полчаса! – продолжил Павел.

Она молчала, сидя на корточках.

– Не слышу! – он опять схватил её за волосы, оттягивая так, чтобы она посмотрела на него. – Не слышу!

– Я поняла, – заикаясь ответила Лена.

– Пошла, – толкнул он её.

Женщина упала на пол, но быстро, насколько могла, поднялась и направилась в туалет так как переполненный мочевой пузырь, требовал облегчения.

«Слава Богу, всё обошлось!» – подумала она через пару минут, когда мыла руки.

Лена вошла на кухню, но вместо того, чтобы начать готовить, подошла к окну и выглянула на улицу. Лавочка была пуста.

«Ушёл», – почему-то стало грустно и слёзы покатились из глаз.

Она достала лук и принялась чистить его. Павел отвёл ей полчаса. Надо поторопиться.

Глава 6.

Когда через полчаса на кухню вошёл Павел, его уже ждала первая порция горячих котлет. Пол был вымыт и от недавно пролетевшей бури не осталось и следа.

Мужчина довольно улыбнулся и сел на своё место за столом. Он внимательно следил, как Лена накрывала для него. Тарелка, вилка, нож, кетчуп, овощной салат. Всё, как он любил. Придраться, пока, было не к чему.

Он разрезал котлету, вдохнул её аромат, проверил степень прожарки, надавив на неё сверху, отмечая, что она получилась сочной.

Теперь можно было перейти к дегустации.

«Ммм, – еле сдержался Павел, чтобы не застонать вслух. – Только этого не хватало! Пусть понервничает», – он посмотрел на жену, которая суетилась у плиты и одновременно, выставляла на стол заварочный чайник, чашку, сахарницу… Женщина знала все его требования и желания.

«Не придраться!» – зло подумал мужчина, сильно сжимая вилку в руке.

Он отхлебнул чай из чашки.

«Горячий, крепкий, сладкий, – анализировал Павел. – И здесь всё идеально. Что ж, – вздохнул он, – видимо, она сделала правильные выводы».

– Я наелся, – отодвинул от себя тарелку и чашку.

– Может десерт?

– Десерт, – улыбнулся мужчина. – Пожалуй, не откажусь.

Лена потянулась, чтобы открыть холодильник, но Павел перехватил её руку.

– В спальне, – облизнулся мужчина, демонстрируя своё хорошее настроение.

– Я только приму душ, – робко произнесла женщина.

– Недолго, – встал он из-за стола.

– Я быстро, – прошелестела она.

Павел по-свойски хлопнул её по ягодице и направился в спальню.

Лена выключила плиту, убрала со стола, спрятала котлеты и оставшийся фарш в холодильник. Потянулась и пошла в ванную комнату. Там она тоже не спешила, тщательно намыливая тело любимым гелем для душа, чистя зубы и расчёсывая волосы.

В длинной сатиновой сорочке она вошла в спальню, освещённую тусклым светом ночника. Супруг её ждал, развалившись посередине кровати. Впервые за долгое время Лене хотелось улыбнуться. Но вместо улыбки получилась кривоватая ухмылка, которую она быстро спрятала, опустив голову.

– Ну, наконец-то, – похлопал он рядом с собой.

– Ты заставила себя ждать!

– Прости.

Она сняла сорочку.

Всё, как он любит…

И медленно подошла к кровати. Медленно легла рядом с мужчиной.

Он улыбнулся и накрыл её губы своими, жадно шаря рукой по её обнажённому телу.

Лена испытала отвращение, когда губы мужчины очутились на её груди, но она громко застонала, выгибаясь.

Всё, как он любит…

Павел потянул женщину на себя, чтобы она оседлала его бёдра. Какая-то внезапная сонливость наползала на него. Мужчина боролся изо всех сил, но… проиграл. Лена замерла, почувствовав тот момент, когда муж уснул.

«Как же долго сегодня», – сползла она с его тела и укрыла себя и Павла одеялом.

Всё, как он любит…

«Надо будет в следующий раз больше капель добавить в чай», – думала женщина, выключая ночник.

«Прости, дорогой, – ухмыльнулась она, погладив по щеке Павла, – но сегодня, опять, будет так, как хочу я».

Глава 7.

Мужчина не мог отвести взгляд от женщины, которая повернулась к нему спиной и уходила. Уходила к другому мужчине. К мужу.

Сердце Анатолия было готово разорваться от боли. Она чужая. Не его. Но сердце… Глупое сердце не понимало. Оно рвалось за женщиной. Чужой, но такой желанной.

«Хватит роптать, – сурово отчитал себя Толя. – Ещё пару минут назад, я даже не рассчитывал, что она заметит меня, а о том, что выйдет и поговорит, мечтать не мог. Может быть завтра я смогу побыть с ней чуть подольше… Как же я соскучился», – вздохнул он, поднимаясь с лавочки.

Мужчина растеряно посмотрел на окно, из которого муж Лены звал её.

«Сейчас она с ним, – будто осколком стекла провёл по венам. – Счастлива. Зачем я ей? Может не стоит унижаться и приходить завтра, вымаливать внимание».

Но где-то в глубине души, мужчина знал, что всё равно придёт, всё равно будет ждать… Её… Елену Прекрасную…

– Это Ленка, что ли, из шестьдесят восьмой? – вдруг услышал, как какая-то женщина поинтересовалась у мужчины, который стоял рядом с ней, держа в руке собачий поводок.

– Кажется, она, – ответил тот.

– Бедняжка, – покачала головой женщина. – Так с мужем не повезло.

Толя хотел было пройти мимо и не подслушивать, но замер, услышав слова неизвестной.

«Неужели Лена несчастлива?» – растерялся он.

– Да, ладно. Не повезло, – махнул рукой мужчина, высматривая своего питомца.

– Говорю тебе, – женщина понизила голос до шёпота, а Толя подошёл поближе. – Моя квартира, как раз над шестьдесят восьмой. Так вот. Я довольно часто, особенно, по выходным дням, слышу, как он её ругает. А иногда она в ванной плачет.

– Так уж и ванной, – недоверчиво посмотрел на неё собачник.

– Точно. Включит воду и ревёт. А по трубам, ого-го, какая слышимость. Но я тебе, вот что, скажу.

– Ну.

– Уверена, что он бьёт её.

Толя крякнул от шокирующего предположения, хорошо, что никто не обратил на него внимание.

– Врёшь! – присвистнул собеседник.

– Как же, – передёрнула плечами она. – Я много раз встречала её с синяками, замазанными тональным кремом.

«Леночка, – защемило сердце Толи. – Почему же ты терпишь это?»

– Ну и дура, – прокомментировал собачник и позвал своего любимца, который не торопился к хозяину, обнюхивая ствол тополя. – Давно бы ушла.

– Это ты дурак, – толкнула его в бок женщина. – Куда она пойдёт? К матери, в двушку? Так там младшая сестра живёт с детьми, после развода. А потом ты, разве, Павла не знаешь?

– Да, характер у него…

– Вот и у меня это слово неприличное на языке вертится. Он же из под земли её достанет.

– Уверен, что при желании всегда можно найти выход.

– Вот все вы мужики так рассуждаете. Можно найти выход. Я со своим Гришей тридцать лет прожила. И только после его смерти вздохнула с облегчением.

– Да он у тебя нормальный был.

– Нормальный, а «закладывал», как ненормальный.

– Гришка? Не может быть?

– Может, всё в этой жизни может быть.

– Развелась бы.

– Развелась, – фыркнула она. – Сам-то смотрю с восьмой живёшь.

– С девятой, – улыбнулся мужчина. – Но думаю, что скоро разбежимся.

– Вот и тебе, говорю…

Но Толя больше ничего не смог услышать, так как собака наконец подбежала к хозяину, который пристегнул поводок к ошейнику, и направился к подъезду, а женщина поспешила за ним, продолжая что-то нашёптывать.

Толя бросил растерянный взгляд на окна Лены. Теперь ему было тревожно за женщину, которую он любил.

«Завтра… – решил он, идя к своей машине, которую оставил за углом дома. – Завтра… я обязан увидеть её… Если всё это правда, то… Что?» – мужчина не знал, но был уверен, что найдёт ответ.

Часть 8.

На следующее утро Лена была тихой и расторопной, как любил Павел. Не перечила ему и даже умудрилась угодить с завтраком.

– Ну, вот, совсем другое дело, – улыбался Павел, наворачивая за обе щеки омлет с помидорами, беконом и сыром, запивая горячим, крепким и очень сладким чаем. – Всё, как я люблю. Молодец, – похвалил он супругу, шлепком по ягодице. – Если и вечером будешь хорошей девочкой, в выходные отпущу тебя в СПА-салон, а то, что-то ты запустила себя в последнее время. Меня бесит цвет твоих волос. Так что, – он поднялся из-за стола и протянул руку к лицу Лены. Она испуганно зажмурилась, но он только потрепал её по щеке.

«Как собаку», – хотела поморщиться она, но сдержалась.

– До вечера, – быстро обнял её Павел, покидая кухню. – Вечером сделай отбивные и картофельное пюре, – прокричал он из коридора.

– Хорошо, – громко ответила женщина, вздыхая и начиная убирать посуду со стола.

Павел не любил, когда супруга мешала ему собираться на работу. Через пару минут хлопнула входная дверь, оповещая о том, что мужчина ушёл из дома.

Лена без сил упала на первый попавшийся стул, облокотилась локтями о стол, спрятала лицо в ладонях и разревелась. Ей было обидно и горько. Сколько раз за прошедшие годы она вот так же плакала? Не перечесть! Женщина жалела себя, жалела, что послушала мать, когда Павел впервые поднял на неё руку.

«Выбрала его – терпи, – сказала она ей в тот момент. – Где ты ещё такого найдёшь? Да с таким доходом? И красивый? И любит. Ну, ревнив. Так у всех бывают недостатки».

И Лена терпела, столько раз, что и не перечесть. Терпела и ненавидела себя, за малодушие. Да, и идти ей было некуда. Мать к себе не пустит, у неё и так младшая сестра живёт с детьми, после того, как развелась с мужем. А квартира двухкомнатная. Маленькая. Денег у Лены не было. А отложить не получилось, ведь Павел любил до копейки проверять счета. Делал это регулярно. В конце каждого месяца.

А потом, одним осенним утром, несколько лет назад, она вдруг поняла, что ей абсолютно всё равно… Ну, бьёт её Павел и бьёт. Орёт и орёт. Принуждает к близости… Именно тогда она и стала время от времени добавлять в его напитки снотворные капли, чтобы хоть как-то обезопасить себя от эротических фантазий супруга.

Лена подняла голову и вытерла мокрые щёки и глаза, высморкалась в кухонное полотенце.

– Любовь – самое отвратительное чувство, которое только существует на свете, – всхлипнула она. – Как мне жить дальше?

Но никто не мог подсказать ей ответ на этот вопрос.

Почему-то именно в этот момент она вспомнила о Толе. О мальчике, который превратился в мужчину. И ждал её… до сих пор…

Сердце застучало, но как-то радостно.

– Глупая, – ругала себя женщина. – Он любит не тебя, а образ, который запомнил. Я давно не та девочка, да и он не тот мальчик. Пустое всё это. Лучше забыть.

Часть 9.

Весь день Лена провела, как на иголках. Она дела свои ежедневные рутинные делала, а её тянуло на кухню, ведь там было единственное окно в квартире, которое выходило во двор. Женщина придумывала разные уловки для себя, чтобы незаметно выглянуть в него и посмотреть: пустует ли лавочка. А она, как назло, весь день была занята, то мамашами, которые гуляли со своими детьми, то бабками с соседнего подъезда, а после обеда, на ней обосновались подростки, громко хохоча и грызя семечки, за что тут же получили выговор от кого-то из жильцов дома.

Лена ругала себя, убеждала, что всё это самообман, что ей и так хорошо живётся, что… Аргументов было много и каждый раз всё весомее и весомее, но она всё равно шла на кухню, чтобы выглянуть в окно.

Ближе к вечеру женщина стала нервничать.

Вначале она переоделась в домашний спортивный костюм. Тёмно-бордовый. Подошла к зеркалу и недовольно поморщила нос:

– Слишком банально.

Переоделась в серое домашнее платье, длинное и закрытое, как любит Павел.

– Слишком чопорно, – решила Лена.

Переоделась в легинсы и удлинённый топ для йоги.

– Слишком вульгарно, – вздохнула, сев на кровать.

Женщина обвела взглядом спальню. Всё здесь было так, как любит Павел. И обои, и шторы, и покрывало на кровати, и её одежда…

– А если…

Она открыла шкаф и отыскала синее платье в мелкий горошек. Простое. Прямого покроя, с длинными рукавами из мягкого трикотажа, конечно же, длинное с воротником под горло. Но это была единственная вещь, которую она купила сама, без Павла, но опираясь на его пожелания.

Рука смяла нежную ткань.

– То, что надо.

Женщина надела платье. Распустила волосы, которые белоснежным водопадом спустились до поясницы.

Волосы, единственное, что не давала менять в себе женщина, по вкусу супруга. Ему почему-то не нравился цвет и длина её волос. Он настаивал на модной стрижке и рыжеватом оттенке. Поэтому Лена убирала волосы в пучок или гульку, чтобы не нервировать мужчину. А с цветом… Ему приходилось скрипеть зубами, требовать, но она не поддавалась. Пока, по крайней мере.

– Нет. Это слишком смело, – убрала волосы Лена, туго скрутив их.

А потом ахнула, неожиданно осознав, что не для Павла она наряжается.

– Какая же я слабая, – вздохнула. – Польстилась на слова чужого мужчины, который дал понять, что любит и ждёт меня до сих пор.

Она сняла платье и зло бросила его на кровать. Надела халат и решила вымыть душевую кабину. Но уже через десять минут она протирала дверцу холодильника, одним глазом поглядывая в окно.

После холодильника, очередь пришла газовой плиты…

В итоге, Лена пропустила тот момент, когда Толя пришёл и занял место на лавочке, рядом с влюблённой парочкой из дома напротив.

Она вздрогнула, увидев его, судорожно вздохнула и бросилась в спальню, чтобы переодеться в синее платье в горошек.

– Мне всё равно надо в магазин за хлебом сходить, – убеждала она себя, выходя из квартиры.

Часть 10.

Сумерки только начали спускаться на город. То там, то здесь лениво разгорались одинокие уличные фонари, разбросанные друг от друга на довольно большом расстоянии.

Анатолий еле дотерпел до окончания рабочего дня, чтобы превышая скорость и нарушая правила дорожного движения, домчаться до заветного двора. Он ненадолго притормозил у цветочного магазина.

«Купить цветы?» – задумался мужчина.

Через стеклянную витрину небольшого салона цветов он залюбовался белыми, красными и розовыми розами, причудливыми орхидеями.

«Интересно, а какие цветы любит Лена?» – размышлял он. В детстве он дарил ей… полевые ромашки и васильки, да тюльпаны из палисадника соседнего дома, за что был порот отцом, когда его поймал дворник с букетом.

«Нет, – нахмурился он. – У нас не свидание».

Не свидание… Только мужчина не мог объяснить, зачем с утра надел белую рубашку, отутюжил брюки и захватил с собой флакон туалетной воды, который мать подарила ему лет пять назад, кажется на новый год, а он за это время, даже, целлофан с коробки не снял.

«Какой же я дурак!» – ругал себя мужчина вдыхая аромат мускуса, грейпфрута и мха.

Он оставил машину за углом, там же где и вчера. Вытер изрядно вспотевшие ладони о брюки. Обругал себя за это неприличными словами и вышел из машины.

«Эх, была – не была!» – вздохнул и направился к лавочке. Волшебной. Судьбоносной. Ну, он, по крайней мере, так считал.

Однако лавка была занята. На ней сидели, если эту композицию из тел, можно было так охарактеризовать, парень и девушка. Мужчина остановился, чуть было не раскрыв рот от удивления, пытаясь определить, возможно ли это повторить.

«О чём ты? Повторить? С кем? Не с Леной ли?» – ехидно прозвучал голос разума.

Не конкретно ему, а вообще…

– Кхе… Кхе… – дал он понять влюблённым, что они не одни.

Парень махнул рукой, но не отвлёкся от приятного занятия. Девушка, даже, не дёрнулась.

«Молодые. Счастливые. Беззаботные», – улыбнулся Анатолий и сел на край лавки, стараясь не коситься на парочку.

Он вытянул ноги и поднял тоскливый взгляд на окна Лены. Душа болела. Ему вспомнился вчерашний разговор о том, что муж возможно бьёт и оскорбляет женщину. Женщину, которую он любит. Сердце сжалось.

«Почему жизнь такая несправедливая? – мужчина понурил голову. – Как может у мужчины подняться рука на кого-то кто слабее, кто не может дать сдачи, кто находится в моральной зависимости от него. Разве супруги не клянутся любить, заботиться и защищать друг друга? А если не любишь или тебя не любят, так отпусти. Пусть человек ищет своё счастье где-то… Я так и поступил, – угрюмо вздохнул он. – Только вышло так, что и я несчастен, и она. Хотя, она изначально была со мной честна и сразу дала понять, что между нами ничего не может быть. Не может быть… Никогда…»

Он задумался и не заметил, что парочка влюблённых исчезла с лавочки. Сумерки стали гуще. Свет фонарей желтее. В окнах дома загорелся свет.

«Ну, и пусть… Пусть мы не будем вместе. Пусть она меня не полюбит. Но я должен ей помочь. Помочь вырваться из ада. Помочь начать жить. Остальное неважно. Главное, чтобы она была счастлива. Всегда. А я… Мне будет достаточно того, что у неё в жизни всё хорошо».

Анатолий поднял голову, когда в очередной раз заскрипела входная дверь в подъезд, и задохнулся о радости. Из подъезда вышла она… Лена… Нет… Елена Прекрасная…

Чужая, но такая любимая…

Часть 11.

Анатолий растерялся. Он, конечно, надеялся, что Лена выйдет к нему сегодня, ведь она обещала… Но раньше, в юности, ему приходилось всегда долго ждать, несколько раз даже до рассвета. А сейчас вот она… В длинном синем платье. Синий всегда шёл ей. Он делал цвет глаз Лены глубже, насыщеннее.

– Здравствуй, – первая произнесла молодая женщина и воровато оглянулась.

– Привет, – растянул губы в улыбке мужчина.

– Идём, – она снова оглянулась по сторонам и пробежала глазами окна дома, а затем развернувшись на пятках, быстро направилась прочь.

– Лена? – удивился мужчина, вставая с лавки. – Куда ты? – пошёл следом за ней.

Она ничего не ответила, а только прибавила шаг, торопясь поскорее покинуть двор.

«Ну, конечно, – наконец догадался Толя, – она не хочет, чтобы нас видели вместе».

Что-то неприятно зашевелилось в душе. Но мужчина гнал от себя эти безрадостные мысли, теперь точно зная, что Лена многим рискует, встречаясь с ним. Поэтому он не стал догонять женщину, которая готова была сорваться на бег, стремясь убежать от себя и действительности.

– Прости, – запыхавшимся голосом произнесла она, остановившись и переводя дыхание, решив, что они достаточно далеко ушли от дома.

Она нарочно пошла в этот парк, где вечером прогуливались влюблённые. Здесь повсюду росло много деревьев и кустарников, так что большинство лавочек, несмотря на наличие света от фонарей, всё равно оставались в тени.

– Лена, – мужчина пытался распознать эмоции, которые мелькали на лице женщины, но сумерки мешали ему это сделать. – Всё настолько плохо?

Она вскинула на него голову и отшатнулась, прижимая ладонь к губам.

– Лена, – настаивал он, чувствуя её напряжение. – Скажи мне правду.

Она же судорожно искала нужные слова, чтобы извиниться и уйти. Не об этом она собиралась с ним разговаривать. Совсем не об этом. Хотя, и сама не знала для чего привела его сюда, поддавшись эмоциональному порыву. Но всё как-то быстро и неожиданно вышло из под контроля.

«Кто ему рассказал? Я никому никогда ничего не говорила», – запаниковала женщина.

– Лена?

Она дёрнулась, решив сбежать, глупо, но эффективно. Однако, мужчина схватил её за руку.

– Лена, – опять повторил он. – Я не дам тебе сбежать. Не в этот раз. Ты всегда так поступала раньше, когда не хотела давать объяснения.

«Зато ты никогда ни на чём не настаивал!» – хотела она закричать ему в ответ, но вместо этого молча стала вырываться, закусив губу.

– Я же сказал, не в этот раз, – неожиданно Толя прижал её к себе.

– Отпусти, – сдерживая слёзы пропищала она.

– Нет.

– Отпусти, – она ударила его коленом, но попала в бедро.

«Жиртрест!» – ругала его про себя.

– Нет, – он сильнее прижал её к своему телу.

– Отпусти, – извивалась она.

– Нет, – ухмыльнулся он.

«Свинья!» – обзывала Лена его в уме.

– Не отпустишь?

– Нет, – улыбался он.

Но улыбка быстро сошла с его лица, когда женщина укусила его за грудь, чуть выше левого соска. Он застонал, но вместо того, чтобы отстраниться, продолжал её удерживать.

«Вот ты и заклеймила меня, – терпя сильную боль думал Анатолий. – Наш первый поцелуй. Такой страстный!»

«Ненавижу! – рвались из неё слова. – Ненавижу!»

Она разжала зубы и снова попыталась ударить мужчину коленом, но опять безуспешно. И тут волна жалости к себе накрыла её с головой. Её тело обмякло и слёзы рекой хлынули из глаз. Она всхлипывала, слушая биение сердца Толи, чувствуя, что его рубашка становится мокрой.

Мужчина стоял не шелохнувшись, жалея, что не может забрать всю боль любимой женщины себе.

«Поплачь, Леночка. Поплачь, – крепко держал он её в своих объятиях. – А потом ты всё равно мне всё расскажешь. Мы больше не дети. И сбежать просто так тебе не удастся».

Часть 12.

Женщина прижималась к мужчине в поиске тепла, поддержки и понимания. Как же долго она не плакала, вот так, от души, чувствуя, что не одна, что кто-то может разделить с ней её боль.

В памяти всплыл момент из прошлого, когда она на уроке физкультуры неудачно упала и поцарапала коленки. Ох, и ревела же тогда девочка Лена. И никто не мог её успокоить, пока Толя не обнял её. Просто, сгрёб в свои медвежьи объятия. Девчонки хихикали, парни поддразнивали, а учительница молча развела руками, мол, успокоилась девочка и ладно.

Вот и сейчас, как же приятно было, когда тебя обнимают. Нежно, ласково поглаживая, как маленькую девочку.

Именно маленькой девочкой она себя сейчас и ощущала. Девочкой, которая потерялась в огромном мире взрослых и никак не может найти дорогу домой. Домой, где её кто-то должен ждать…

– Лена, – мягко вытер мокрые щёки женщины Анатолий. – Ну, что ты. Я уверен, что из любой ситуации всегда есть выход.

– Его нет, – неожиданно для себя произнесла она.

– Идём сюда, – мужчина потянул её в заросли невысокого кустарника, за которым находилась лавочка «для поцелуев», скрытая от любопытных взглядов.

Она не сопротивляясь села на деревянную лавку всю истерзанную любовными надписями и сердечками. Толя сел рядом, не выпуская ладонь женщины из своей руки, осторожно поглаживая большим пальцем запястье, там где бился её пульс.

Лена вспомнила, что в прошлом от делал также, когда успокаивал её.

Мужчина молчал. Он не торопил Лену. А её, почему-то, стало угнетать молчание. Нет оно не было неловким, но тишину хотелось заполнить… Хотя бы, словами…

– Всё, что ты спросил правда, – заикаясь и задыхаясь выдавила из себя Лена. Слёзы с новой силой побежали из глаз. И откуда они только берутся? Солёные. Горячие. Ядовитые.

Толя другой рукой прижал её к своему плечу. И молчал, не мешая ей изливать душу.

– Я и уйти не могу, – всхлипывала она.

– Понимаю, любишь, – прошептал он.

– Нет, – замялась Лена, судорожно вздохнув.

– Тогда почему? Из-за денег?

– Нет, – замотала она годовой.

– Тогда, что тебя держит около него?

– Ничего.

– Ничего? Но…

– Мне некуда идти. Мать не примет меня. У неё уже живёт сестра с детьми, после развода. Денег у меня нет. Я не работаю.

– Ну, а паспорт?

– А что паспорт? – посмотрела она на него.

– Он у тебя или твой муж его отобрал?

– Мой паспорт ему без надобности.

– Так это же отлично! – воскликнул Толя.

– И что я буду делать на улице с паспортом? Без денег? Без крыши над головой? Одна?

– Ну, – мужчина притянул её снова к своему плечу. – Во-первых, ты не одна. А во-вторых, крыша над головой у тебя тоже есть.

– Нет, – отодвинулась она от него. – Я не могу. Это не правильно. Что люди подумают.

– Какие люди, Лена? Те, которые вас обсуждают на лавочке?

– Твои родные. Ты же мне у себя жить предлагаешь. Или я что-то не поняла?

– А я, Леночка, давно живу один. Конечно, не элитный район. А частный домик на окраине города, но зато свой собственный.

– Я… Не могу… – заладила она.

– А теперь почему? – удивился Толя.

– Ты же мужчина, – выпалила Лена и почувствовала, как впервые за долгие годы, кожа щёк стала наливаться жаром, краснея.

– Это хорошо, что ты видишь во мне мужчину, – улыбнулся он. – Но я в первую очередь твой друг. Ты же помнишь?

Она помнила… Помнила, как сказала ему, что мечтает о принце и сказке, а он не герой её романа. Добрый, но толстый и неуклюжий.

«Из таких, как ты, – улыбаясь бросила девочка Лена ему в лицо, – получаются отличные и верные друзья, не более».

«Господи, – думала она сейчас. – Какой же глупой, пустой и меркантильной я была!»

– Лена, – ровным голосом произнёс Толя, – ты сама должна принять решение. Ни я, ни твоя мать, ни твой муж, – проскрипел он зубами, – ни соседи. Только ты.

Она молча кивнула головой.

– Я бы тебя прямо сейчас забрал, – вздохнул он. – Но уйти тебе надо самой.

Часть 13.

Лена и сама понимала, что никто кроме неё не может принять это трудное решение. Но она не была готова сделать его прямо сейчас. С бухты барахты. Нет. Ей необходимо всё обдумать.

«Смогу ли я? – рассматривала она дерево, растущее справа от неё. – Должна ли довериться Толе? – в том, что она могла ему доверять, у неё сомнений не было. – Не будет ли это выглядеть так, будто я его использую? Ведь мне придётся жить за его счёт. Значит, я опять буду в зависимости. А это страшно. Очень страшно».

Мужчина тихо сидел рядом. Он ни о чём не думал. Толя, как губка, впитывал в себя драгоценные мгновения рядом с Леночкой.

Женщина вдруг подскочила, будто её кто-то неожиданно укусил.

– Боже мой! – запричитала она. – Который час!

– Без десяти десять.

– Паша! Он сейчас вернётся, а меня нет дома, – запаниковала Лена. – Мне надо, – заломила женщина руки, – вернуться домой.

– Лена, – схватил её Толя за запястье. – Обещай подумать.

– Обещаю, – тихо ответила она.

– Я буду приезжать каждый день. Слышишь?

– Да.

– Ты можешь не выходить. Просто знай, что я рядом. Я жду тебя. Я хочу тебе помочь.

«Я люблю тебя!» – чуть не сорвалось с его языка.

– Не торопись, – вздохнул он. – Обдумай всё, хорошенько.

«И брось этого мерзавца!» – кричало его сердце.

– Хорошо. Спасибо.

– Не надо меня благодарить.

«Я люблю тебя! И хочу, чтобы ты была счастлива», – думал Анатолий.

– Я твой друг, – тихо добавил он.

– Спасибо, – она обняла его. – Спасибо, – и пошла прочь.

Он направился за ней следом. Ждал на улице, пока, она была в продуктовом магазине. Шёл тенью до самого её дома. А потом ещё долго сидел в машине, будто парализованный, потирая ладонью мокрые пятна на рубашке, которые остались от слёз Лены… Елены Прекрасной…

Лена же в это время открывала входную дверь в квартиру ключом и… чуть не запрыгала от радости, когда обнаружила, что Павла ещё нет дома.

«Спасибо, Господи!» – повторяла она про себя, переодеваясь в зелёное домашнее платье. Переделала гульку, чтобы она была более «зализанной» по бокам, как любил муж, и поспешила на кухню, чтобы успеть нарезать хлеб. Единственное, что её пугало – это то, что белого хлеба не было и она взяла батон и бородинский.

«Господи, – взывала она к Богу, – помоги мне сегодня. Пусть у Павла будет хорошее настроение и он не станет придираться к тому, что на столе нет белого хлеба».

Женщина поставила на стол салатницу со свежими овощами, заправленными сметаной, как любил Павел, когда входная дверь открылась.

– Я дома, – прозвучал голос мужчины.

Лена набрала побольше воздуха в лёгкие и направилась встречать супруга.

Часть 14.

– С возвращением! – произнесла ритуальную фразу женщина.

Она появилась в коридоре в тот момент, когда супруг снял обувь и надел тапочки.

– Ну, привет, – улыбнулся ей в ответ Павел, окинув Лену жадным взглядом. – Молодец. Сегодня ты выглядишь, выше всяких похвал.

Он обвёл пальцем овал её лица от уха до подбородка.

– Ведь можешь, когда хочешь, – мужчина одобрительно хлопнул её по ягодице. – Что у нас пожрать сегодня? – направился на кухню.

– Отбивные и картофельное пюре.

– Класс! – потёр руки от удовольствия Павел. – Всё, что я люблю.

Он вымыл руки и сел на своё место. Придирчивым взглядом проверил сервировку стола, наличие в салате достаточного количества сметаны, вдохнул аромат куска мяса, разрезал его, нажимая ножом сверху, отмечая, что отбивные получились достаточно сочные и хорошо прожаренные.

– Ммм, – улыбнулся, когда кусочек оказался у него во рту. – Великолепно!

Сегодня у тебя всё на «отлично» получилось.

«Я, вообще, хорошо готовлю, – хотела возразить ему Лена. – Причём всегда. Только у тебя всё зависит от настроения».

Мужчина прожевал мясо и принялся поглощать картофельное пюре, мягкое, горячее, воздушное.

Женщина задержав дыхание смотрела, как ест Павел. Но тревога нарастала с каждым мгновением.

– Подай хлеб, – ровным голосом приказал мужчина, смакуя очередной кусок мяса.

Лена с замиранием сердца поставила на стол плетёную хлебницу. Супруг выгнул бровь и отложил в сторону приборы.

– А где белый хлеб? – прищурив глаза поинтересовался он.

– Его нет, – сжалась женщина, уловив, как вспыхнул гнев в глазах мужа.

– Нет? – зашипел Павел вставая из-за стола и приближаясь к ней.

– Нет, – сделала она робкий шажок назад.

– Почему ты не купила хлеба?

– В магазине не было.

– Пошла бы в другой, – навис над ней Павел, тяжело дыша.

– Я поздно спохватилась, – честно призналась она.

– Поздно, – схватил её за волосы мужчина, оттягивая за них голову назад. – Ты выходила вечером на улицу? В этом виде? – пристально смотря в её глаза.

Лена молчала, не желая злить его ещё больше.

«Дура, – ругала она себя. – Какая же я дура! Подумать захотела! Доброты Толи испугалась. Страшно стало жить за чужой счёт. А сейчас это жизнь? – зажмурилась она и закусила щёку изнутри, чтобы не всхлипнуть, когда получила увесистую пощёчину. – Господи, о чём тут думать! Бежать надо, пока хоть кто-то хочет мне помочь. Ни мать, ни сестра не поддержат меня. Они боятся, что Павел может прийти и расправиться с ними, если они приютят меня. А Толя? Он готов рискнуть, – Лена прикрыла голову руками, когда мужчина отшвырнул её от себя. Она ударилась плечом о дверной косяк и застонала от вспышки боли. – Господи, – молилась Лена, – дай мне сил продержаться эту ночь…»

Павел что-то кричал ей в лицо, размахивал руками, брызжа слюной, но женщина не слушала его, она знала наизусть всё, что он мог ей сказать или сделать. Единственное, что пугало её, так это то, что чай со снотворными каплями он так и не выпил, а значит инцидент найдёт своё продолжение и в спальне.

«Ничего, – утешала она себя, глядя пустыми глазами на Павла. – Тело это оболочка. Оно всё стерпит. А душу я оставлю себе…»

Лена не сопротивлялась, так как знала, что сопротивление только вызовет всплеск агрессии у Павла, а так…

Но мужчина за волосы потащил её в сторону спальни…

Часть 15.

Лена скрючилась, подтянув под себя ноги. Тело ныло, болело, дёргалось, дрожало… Слёзы… Если бы они могли облегчить страдания женщины. Если бы могли. Но они не могли, хотя текли и текли. Лена не всхлипывала, она плакала молча, открыв рот, ловя обжигающий лёгкие воздух. Сопли, размазались по подбородку.

Женщина не могла встать, но и не могла своими звуками злить мужчину, который распластавшись на спине, положа руки под голову, мирно спал. Уставший. Обмякший. Удовлетворённый.

Лена закусила губу, силясь приподнять голову, чтобы посмотреть который час.

«До того, как Павел уйдёт на работу, – судорожно вздохнула она, закрывая рот рукой, – ещё три часа. Столько я не выдержу. Надо, как-то подняться. Привести себя в порядок».

Но тело сопротивлялось желаниям разума. После нескольких попыток, стерев испарину со лба, она перестала возиться.

Женщина закрыла глаза, но сон не шёл к ней. Да, и какой может быть сон, когда тело пульсировало в такт сердцу. Тук-тук. Тук-тук.

Мыслей в голове Лены не было, только молитва о возможности освободиться, о ещё одном шансе, последнем…

Сколько их было? Этих последних шансов? Но сейчас она чувствовала, что если не вырвется из этого ада, то не выживет в нём. Сил, чтобы терпеть, больше не было. Она, словно глиняный сосуд, пуста. Толкни и черепки рассыплются… Безжизненные. Сухие. Никому не нужные.

Через какое-то время мужчина за её спиной завозился, потянулся, сладко зевая.

– Доброе утро, – как ни в чём не бывало, произнёс он и обнял Лену, чмокнув в затылок.

– Доброе, – выдавила она из себя, помня, что надо отвечать. Павел не любит, когда она молчит.

– Я в душ, – легко покинул он кровать, сверкая обнажённым, гибким, тренированным телом.

Женщина не успела ничего ответить, как он вышел из спальни.

Лена закусила край летнего одеяла и не сдерживая стон, который вырвался у неё из груди, поднялась на ноги. Разжала зубы, чтобы одеяло не тянуло её вниз. Два шага до полки, где стоит баночка с обезболивающим лекарством. Давясь слезами, она проглотила несколько таблеток.

Выдохнула.

С прикроватной тумбочки взяла упаковку влажных салфеток и вытерла ими лицо, шею, грудь, руки, живот… Ниже дотянуться она не смогла, так как каждое движение доставляло боль.

Пять шагов до шкафа.

Вдох. Выдох.

Она выбрала тёмно-серое домашнее платье в пол, с воротником гольф и длинными рукавами. Трусики надеть не смогла, да и под платьем не видно, что на ней нет белья.

«Надену позже, когда обезболивающее подействует», – решила для себя.

Самым трудным оказалось, собрать в аккуратный пучок взлохмаченные и спутавшиеся волосы.

– О, – улыбаясь вошёл в спальню Павел, совершенно не стесняясь своей наготы. – Ты сегодня хороша!

«Только не шлёпай по ягодице», – взмолилась про себя женщина.

Мужчина подошёл к ней вплотную, ласково провёл по прилизанным волосам и прильнул к губам Лены в нежном и трепетом поцелуе.

– Ты ведь не сердишься на меня, – скорее утверждал он, чем спрашивал.

– Я сама была виновата, – тихо ответила она, сдерживая рвотные позывы.

– Умница моя, – чмокнул её мужчина.

Часть 16.

Женщина отстранилась от Павла и сжав губы направилась выполнять свои ежедневные утренние обязанности. Она знала, что хорошее и благодушное настроение супруга может также легко развеяться, стоит только ей сделать что-нибудь не так, как он любит.

Лена сосредоточилась на омлете и беконе, боясь думать о том, что уже этой ночью её не будет здесь. Сердце тревожно ёкнуло: «Страшно…»

«И мне страшно, – подумала она. – Очень страшно. Но другого выхода нет. Паша не изменится. Наоборот, он с каждым разом всё злее и жёстче становится».

Лена вздрогнула, когда неожиданно брызнуло горячее масло ей на руку, которой она держала за ручку сковороду. Это быстро вернуло женщину на землю.

«Спасибо, Господи, – стала перекладывать она омлет на тарелку. – Ещё чуть-чуть и скандала за подгоревший завтрак мне было бы не избежать».

– Как вкусно пахнет, – улыбаясь вошёл Павел, но Лена не обратила на его похвалу никакого внимания, она знала, что каждое утро, после подобных ночей, он пребывал в хорошем настроении.

Мужчина сел за стол и провёл свой обычный ритуал по определению съедобности приготовленной пищи.

– Неплохо, – ухмыльнулся он, принимаясь с аппетитом есть. – Очень неплохо, – произнёс отпив чай из стакана. – Может тебе встряски не хватает? – прищурил глаза, рассматривая супругу, которая жалась у раковины. – Ты скажи, я могу…

Она растерялась.

– Чего молчишь?

– Не надо встряски, – сжалась Лена. – Я всё поняла.

«Когда же ты уйдёшь наконец», – думала женщина, боясь чем-нибудь разозлить Павла.

Тело невыносимо болело, даже обезболивающее не смогло снять неприятные ощущения.

– Не надо, говоришь, – поднялся мужчина из-за стола. – Что ж это твой последний шанс, дорогая, – приторным голосом произнёс он. – Поняла? Больше миндальничать с тобой я не собираюсь.

– Поняла, – опустила она глаза, как он любил.

«Это мой последний шанс, – повторила она про себя. – Действительно, последний».

– Вечером посмотрим, – хлопнул её по ягодице мужчина и быстро покинул кухню.

Лена закусила ладонь, чтобы не закричать от пронзившей её боли и согнулась над раковиной. Открыла холодную воду и несколько раз намочила лицо. Её руки дрожали, а в голове билась только одна мысль: «Последний шанс».

Через пару минут хлопнула входная дверь

– Ушёл, – выдохнула Лена.

Она вымыла посуду и пошла в спальню, чтобы собрать вещи, которые возьмёт с собой.

Но спустя десять минут поняла, что ей и брать-то с собой особо нечего. Однако, думая о том, что лето рано или поздно закончится, женщина решила взять с собой куртку, пуховик и хотя бы зимние сапоги. Ведь она не знала, удастся ли ей найти работу. Павел безусловно будет её искать, он сам много раз её запугивал рассказами о том, что сделает с ней, если она решит сбежать от него. Да и друг у него есть, бывший одноклассник, который сейчас в органах работает… Так что официально на работу не устроишься.

Женщина достала чемодан, который супруг купил несколько лет назад, когда они летали на отдых, и стала складывать в него вещи.

Всё это заняло полчаса.

Лена вздохнула и села на край кровати.

Тело просило отдыха, поэтому женщина забралась в постель под одеяло.

«Немного посплю, – уговаривала она себя. – Совсем чуть-чуть».

Часть 17.

Лена распахнула глаза и дёрнулась, желая вскочить с постели, но завалилась обратно, когда сильный приступ боли прокатился по телу.

– Ох, – кое-как поднялась она. – Сколько же я спала? – бросила взгляд на зашторенное окно. Так любил Павел. Он ненавидел, когда солнечный свет пробивается в комнату сквозь занавески.

Женщина взяла с прикроватной тумбочки телефон и посмотрела на экран.

Восемь часов.

– Боже мой! – теперь уже волна паники охватила её. – Надо скорее уходить. Вдруг Паша раньше вернётся с работы. Он часто так делает, после… – договорить не смогла.

Она снова посмотрела на свой телефон.

«Взять его с собой или оставить? – задалась вопросом. В памяти возник любопытный рассказ друга мужа, о том, что сейчас можно выследить человека по телефону, даже если он вставит в него другую телефонную карточку. – Нет, – бросила гаджет на кровать. – Мне такого счастья не надо. Пусть ищет. Долго. А я буду молиться, чтобы не нашёл».

Она вздохнула, обвела спальню взглядом.

Её смутило, что телефон лежит на видном месте, поэтому она засунула его в нижний ящик прикроватной тумбочки.

– Вот и всё, – предательские слёзы наворачивались на глаза. – Нет! Я не буду плакать! Не должна! Иначе, не смогу уйти. А пожалеть себя можно и позже.

Женщина дошла до входной двери, с трудом таща за собой чемодан.

«Хорошо, что он на колёсиках», – тяжело дышала она.

Но у двери задержалась, чтобы в последний раз посмотреться в зеркало, которое висело справа от входа.

Вдохнула. Выдохнула.

И неожиданно вспомнила, что не оставила записку.

Сердце ёкнуло. Страшно. Очень страшно идти в неизвестность. Но и остаться здесь невозможно…

Вдохнула. Выдохнула.

Она понимала, что муж в любом случае обратится за помощью к другу, который работает в органах, а значит…

«Никаких записок! – решила Лена. – Чем позже он поймёт, что я ушла, тем лучше для меня».

Она открыла входную дверь и вышла из квартиры. Автоматический замок защёлкнулся за её спиной, будто отрезав от прошлой жизни…

Сдерживая слёзы, Лена вызвала лифт. Её сердце стучало, как сумасшедшее. Она боялась столкнуться с Пашей внизу или около дома. Почему-то на сердце было тревожно. Слишком тревожно. Слишком волнительно. Страшно.

Но ни в подъезде, ни во дворе Павла она не встретила. А сделав пару шагов в сторону детской площадки, поняла, что и Толика на лавочке нет.

«Господи! – заметались мысли в её голове. – Что же делать?»

Сидеть во дворе было опасно, как и прятаться за деревьями.

Лена оглянулась. Во дворе никого не было, но это не означало, что её никто не видит из окон дома. Она знала, какими излишне любопытными бывают люди.

Больше находиться здесь, как бельмо на глазу, она не могла, поэтому направилась в сторону соседнего дома. Там было единственное место, где она могла спрятаться и подождать Толю.

«Только бы он пришёл!» – повторяла она про себя.

Часть 18.

Как назло этот день у Анатолия не задался с самого утра. Накануне вечером, он вернулся домой достаточно поздно, так как всё никак не мог собраться с силами, чтобы покинуть двор дома, в котором возможно садист, опять, издевался над Леной.

«Как же она так живёт! – злился он, ворочаясь в постели, всю ночь. – Почему мать и сестра не пытаются ей помочь? Она ведь не чужая им…»

Мужчина задремал только под утро и конечно же проспал. Долго копался в ванной, всё размышляя о том, как провела ночь Елена. А засовывая телефон в карман брюк, вдруг, осознал, что они не обменялись номерами телефонов.

«И хорошо, что не обменялись, – убеждал он себя. – Страшно представить… Может этот псих проверяет, кто ей звонит».

Он как-то видел передачу о патологическом ревнивце, который постоянно контролировал женщину, с которой жил, и жестоко наказывал её за любую провинность.

По телу пробежала дрожь. Неприятна. Мелкая. Обжигающая внутренности.

«Леночка, – закрывал он входную дверь своего неказистого домика, – ты только уйди от него. Главное, решись. А я приложу все усилия, чтобы у тебя всё было хорошо. Пусть ты и не сможешь полюбить такого, как я, зато я всегда могу быть твоим другом. Помогать и защищать. Главное, прими это сложное решение».

Конечно же он выехал позже, чем планировал, и опоздал на работу. Весь день думал о Лене и только о ней. Как она там! Что делает? И ругал себя, что не может позвонить ей…

А вечером, выходя из офиса, мужчина разразился непечатными ругательствами, когда подойдя к автомобилю, заметил, что переднее левое колесо спущено. Запаски у него не было. Правда ближайшая ремонтная мастерская находилась через два дома.

– Что за невезение! – почему-то начал нервничать Анатолий.

Он потихоньку добрался до ремонтной мастерской. Оказалось, что в колесе застрял гвоздь. Ремонт произвели быстро, но мужчина всё равно переживал, что потерял сорок минут драгоценного времени.

«Заметила ли Лена моё отсутствие? – размышлял он, стоя в длинной пробке, которая образовалась из-за аварии где-то впереди. – Вначале люди торопятся, – вздыхал он, проезжая участников происшествия, – а потом им и торопиться уже некуда». Мимо проехала машина скорой помощи, с визжащей сиреной.

Сердце Толи сжалось: «Леночка!»

Руки стали подрагивать. В голове возникли смутные и отвратительные образы, как огромный, мускулистый мужчина сжимает руки на шее хрупкой женщины.

Анатолий резко затормозил, чуть не врезавшись в автобус, который перестраивался из соседнего ряда.

– Держи себя в руках! – несколько раз повторил он. Но совесть продолжала мучить его. Пока он спокойно жил, развивался, делал карьеру, вздыхал в сторонке, Лена погибала в аду. Одна. Он злился на себя, что был слишком нерешителен и труслив все эти годы, на родных Лены, ведь они лишили женщину поддержки, на соседей, которые только распространяли сплетни.

Серые сумерки спустились на город, когда Толя остановился за углом дома, в котором жила Лена. Он быстрым шагом направился к заветной лавочке.

Во дворе было темно и тихо. Сегодня не горели лампы над подъездами. Двор был пустой и мрачный. Низкие тёмные облака заволокли безлунное небо. В окне, из которого в прошлый раз кричал муж Лены, не горел свет.

– Неужели что-то случилось? – упало сердце, будто в пропасть. Мужчина посмотрел на часы. – Может она вышла в магазин? Или?

В голове снова возникли грязные и страшные картины…

«Нет, – мотнул он головой. – Я обещал. Буду ждать. Сегодня. Завтра. Каждый день».

Часть 19.

Лена доплелась до соседнего двора, который был проходным и примыкал ко двору её дома. Она спряталась между гаражами, втиснувшись в узкое пространство. Стоять было невыносимо трудно, поэтому женщина изогнулась так, чтобы упереться ягодицами о стену одного гаража. Тело болело всё сильнее и сильнее.

Находясь в тени, она хорошо видела лавку, на которой обычно ждал её Анатолий.

Часов у неё не было, поэтому она не могла сказать как долго ждала. Но ей пришлось дважды за это время проглотить обезболивающие таблетки. Ноги налились свинцом. Тело стало неметь от неудобной позы.

Сумерки становились всё темнее и темнее. Лена нервничала, постоянно смаргивая слёзы. Она старалась держаться.

«Господи, – молилась женщина, – не отворачивайся от меня».

И вот, когда её отчаяние достигло апогея, в густых тёмных сумерках появилась высокая фигура мужчины. Он постоял немного у лавки, а потом сел на неё, вытягивая свои длинные ноги.

«Толя! – затрепетало сердце, и тут же ужас охватил её. – Только бы с Павлом не столкнуться!»

Она смотрела на мужчину и дрожала, не в силах заставить себя сделать даже маленький шажок.

«Он же уйдёт! – паниковала Лена. – Что же делать?»

– Эй, – вдруг перед ней возник мужчина в грязной куртке, замызганных джинсах и рваных кроссовках. От незнакомца исходил неприятный запах чего-то протухшего. – Здесь занято!

– Простите, – задрожала женщина и всхлипнула.

– Да, не бойся, – угрюмо посмотрел на её чемодан мужчина. – Я баб не трогаю. Что первый день на улице? – почесал он небритую скулу.

Лена не знала, что сказать.

– Шла бы ты отсюда, – продолжал он. – Через час наркоманы из аптеки придут. Вот они могут и, – он запнулся.

Женщина бросила взгляд на лавочку.

– Помогите мне, пожалуйста.

– Я бы помог, но улица не место для таких, как ты. Да, и здесь все места уже заняты. А к себе чужих брать не принято. Закон улицы: каждый сам за себя.

– Нет, – робко подняла на него глаза Лена. – Вон на той скамейке, – она указала рукой, – сидит мужчина.

– Ну, допустим.

– Попросите его подойти сюда.

Незнакомец молчал, обдумывая.

– Вы не думайте, я вам заплачу, – добавила Лена.

Незнакомец покачал головой:

– Деньги вперёд.

Лена протянула ему две бумажные купюры.

– Щедро. А не боишься, что я с деньгами сбегу?

– Вы кажетесь честным человеком.

– Ой, наивная, – рассмеялся он. – Честным. Где ж ты, девочка, на улице честных нашла.

Лена прижала руки к груди.

– Стой здесь, – хмуро бросил ей неизвестный.

– Его Толей зовут.

Незнакомец хмыкнул и направился в сторону лавки, продолжая хихикать.

Лена затаила дыхание, когда мужчина подошёл к Анатолию.

Толя в очередной раз смотрел на часы, когда к нему подошёл грязный и дурно пахнущий мужчина.

– Эй, – обратился он к нему. – Ты Толя?

– Да, – насторожился Анатолий.

– Там тебя баба зовёт.

– Баба? – он обернулся, но никого не увидел.

– Женщина, – хмыкнул незнакомец. – Красивая.

– Лена? – вскочил Толя с лавки.

– Да, кто ж её знает.

– Где?

– У гаражей.

– Спасибо, – мужчина бросился бегом в указанном направлении.

Часть 20.

Лену затрясло, когда Анатолий оказался около гаражей. Ей показалось, что тяжёлый камень навалился на плечи, пригибая её к земле. Дыхания не хватало. Сердце… непонятно билось ли оно или остановилось. Тело стало липким от страха. Она не знала радоваться ей или нет.

«Сколько раз я пыталась уйти от Павла. Особенно в первые два года. Но дальше, чем вызвать такси у меня смелости не хватало. Да и сейчас, я вышла к Толе. Ухожу с ним. Не одна. Одной мне не удалось бы и дверь в квартире открыть», – пришла она к неожиданному выводу.

– Толя! – хрипло воскликнула Лена, не в силах пошевелиться. Её ноги будто приросли к земле. Слёзы хлынули из глаз. Она вытирала ладонями мокрые дорожки на щеках и изо всех сил сдерживала всхлипывания.

«Господи, – молилась она. – Дай мне сил довести начатое до конца. Дай мне смелости и решительности. Я хочу освободиться от боли. Увидеть свет в конце мрачного туннеля, как бы пафосно это не звучало».

– Леночка! – Анатолий остановился около неё. Убрал в сторону чемодан и протянул женщине руку.

Но она не могла протянуть свою в ответ. Страх, боль и непонятная робость завладели ей.

«Дай мне сил, боже!» – умоляла женщина.

– Лена! – Толя дотронулся до её плеча.

– Я не могу, – просипела она, так как рыдания рвались из груди.

– Не можешь?

– Не могу.

– А это? – мужчина покосился на чемодан.

– Тело не слушается, – прошептала она.

– Я не пролезу к тебе, – вздохнул он, – погладив её по плечу. – Давай, ты должна это сделать сама, – настаивал мужчина.

– Хорошо я попытаюсь.

– Не торопись. Закрой глаза. Вдохни. Выдохни.

Лена последовала его совету.

– Вот так, – подбадривал он её. – А теперь потихоньку выбирайся оттуда.

Женщина открыла глаза и, с трудом передвигая ноги, вылезла из своего убежища.

– Умница, – подхватил её на руки Толя.

Лена застонала от боли, которая не просто прострелила её тело, а заставила выгнуться в руках мужчины.

– Спасибо, – выдохнула она, обнимая его за мощную шею.

– Лена? Что произошло? – напрягся мужчина.

– Всё потом, – ответила она, не желая вдаваться в подробности.

– Готова? – тихо спросил он у неё.

– Не знаю.

– Не знаешь?

– Наверное.

– Нет, – сухо произнёс мужчина. – Если у тебя есть сомнения, то лучше остаться. Ты должна быть уверена в своём решении.

Лена закрыла глаза и прижалась к Толе, ища защиту у него.

«Сама бы я никогда не осмелилась уйти от Павла. Даже сейчас, от волнения и страха, я не могу устоять на ногах. Если бы не ты, то я…» – мысли жужжали в её голове.

– Я уверена, – прошептала она. – Но мне всё равно страшно.

– Всё будет хорошо, – улыбнулся мужчина.

Он вытянул ручку чемодана, до самого конца, продел в неё свою руку, одновременно, перехватив по удобнее женщину.

– Тогда идём.

– Погоди, – остановила его Лена.

– Передумала?

– Нет. Нам лучше выйти через этот двор.

– Но машина там, – махнул головой Толя в сторону её дома.

– Я подожду тебя в арке. Не хочу случайно встретиться с Павлом.

– Понимаю, – широкими шагами зашагал мужчина, легко неся женщину и чемодан.

Часть 21.

Павел выходил из своего автомобиля, который он обычно оставлял за углом своего дома, в небольшом импровизированном кармане между двумя многоэтажными зданиями, когда на него налетел громила, явно страдающий лишним весом. Мужик тяжело дышал, пыхтя, как паровоз.

– Простите, – пробормотал незнакомец, втискиваясь в свою машину.

«Однако, – хмыкнул Павел, – отбросы общества разъезжают на неплохих машинках. Пусть и не новых, но весьма впечатляющих. Небось бабу только машиной и может привлечь. Кто на такое убожество посмотрит. Хотя, – неожиданно отметил для себя, – а рубашка и брюки у него классные. Да и туфли от известного бренда».

Тем временем неизвестный завёл двигатель своего автомобиля и стал разворачивать его в сторону соседнего дома.

«Неужели квартирку тут прикупил? Надо будет к Ваське заглянуть. Он обо всех соседях знает. Может стоящим мужиком оказаться, со связями. Таких упускать нельзя», – хмыкнул и насвистывая что-то себе под нос пошёл домой.

Квартира встретила его темнотой и тишиной.

– Ленка! – громко крикнул он.

«Спит что ли?» – разулся мужчина и прошёл в ванную комнату, чтобы вымыть руки.

– Ленка! – повторил он.

Но никто ему не ответил.

Павел зашёл в спальню и обомлел. Жены там не было. Он бросил на кровать пиджак и кинулся в зал, на кухню, но и там её не оказалось.

– Видимо она так ничего и не поняла, – сделал он для себя вывод. – Ничего, мне не трудно напомнить, – ухмыльнулся.

Мужчина помялся на кухне. Есть очень хотелось, но не обслуживать же себя самому…

В животе что-то заурчало и забулькало.

– Будь она неладна! – раздосадовано Павел поднял крышку кастрюли, которая стояла на плите.

Пусто.

Он долго смотрел внутрь пустой кастрюли, не веря своим глазам.

– Ну, вернись только, Ленка! Я с тебя три шкуры сдеру, – швырнул на пол крышку и открыл дверцу холодильника, в надежде, что там есть что-нибудь.

Холодильник ломился от изобилия продуктов. Но домашней еды, приготовленной руками его жены, не было.

Павел кипя от негодования вытащил ветчину, сыр, майонез. Он тоскливо посмотрел на яйца, но самому готовить… Зачем? Если для этого у него есть Ленка…

Он протянул руку к хлебнице и замер. Белого хлеба не было.

– Что за бестолковая баба! – его затрясло.

Так он не злился очень давно. Энергия, что бурлила в нём, требовала выход.

Мужчина схватил заварочный чайник и бросил его в стену. Чайник жалобно звякнул и плюясь своим содержимым упал, разбившись. Плитка на стене не выдержала столкновения и треснула.

– Что за невезение!

Мужчина вылетел из кухни.

Он зашёл в спальню и из внутреннего кармана пиджака выудил телефон. Павел набрал номер жены, выходя из спальни. Находиться в замкнутом пространстве было выше его сил. Он, как дикое животное, метался по квартире, пока в трубке раздавались длинные гудки.

– Возьми трубку! – кричал он. Сердце билось где-то в горле, дыхание стало частым и поверхностным. Он так сильно сжал гаджет в руке, что побелели костяшки пальцев.

Мужчина вернулся на кухню, достал из холодильника маленькую бутылочку холодной минеральной воды и залпом осушил её. Но это не помогло успокоиться.

Он ещё раз набрал номер жены.

– Решила гонор свой показать, Леночка, – Павел сбросил вызов. – Я предупреждал тебя, – в этот раз он набирал номер тёщи, – что ты не спрячешься от меня! Алло! – рявкнул в трубку.

Часть 22.

Толя так торопился, что подходя к своему автомобилю случайно налетел на франта в неплохом костюме и с суровым выражением лица.

«Тоже мне, конь в пальто, – промелькнула мысль в голове Анатолия. А таких «коней» «в пальто» и «без» он повидал достаточно, чтобы с первого взгляда разглядеть в незнакомце циничную и эгоистичную натуру. – Вот и у Лены такой же муж».

Он вдруг осознал, что за всё то время, что ждал у подъезда, так и не увидел мужа Елены, не считая того раза, когда тот звал женщину из окна. А так… Он только смутно представлял себе, как выглядит её муж. Красивый? Высокий?

«Как же я так опростоволосился?» – удивился сам себе мужчина. Но, на самом деле, он прекрасно знал ответ на этот непростой вопрос: ему не хотелось видеть, не хотелось знать, кого, в конце концов, выбрала любимая женщина.

«Но теперь я должен знать в лицо того, кто издевался над Леночкой», – решил он.

Анатолий поспешил извиниться и поскорее пройти мимо недовольного жизнью человека. Он не заметил, каким оценивающим взглядом окинул его незнакомец, все его мысли были заняты только Леной, которая ждала его в арке соседнего дома. Женщина даже отказалась расставаться с чемоданом, чтобы Анатолий не привлекал излишнего внимания.

«Хотя, – не понимал он, – какое может быть внимание к нему, а тем более с чемоданом? Ну, – усмехнулся мужчина в тот момент, – если только чемодан дорогой и из какой-нибудь лимитированной коллекции».

Пока он заводил мотор и делал разворот, Лена вздрогнула, когда в арке появилась Ольга, жена Васьки, одного из закадычных друзей её мужа. Сердце женщины упало и замерло.

«Господи, помоги!» – запаниковала она.

– О! Привет! – произнесла Ольга и покосилась на чемодан. – Куда-то уезжаешь? Отдыхать? С Павлом?

– Привет, – улыбнулась ей в ответ Елена, стараясь, чтобы улыбка выглядела не напряжённой. – Нет. Это сестра со своими детьми решила в деревню к тётке махнуть. Вот, – продемонстрировала чемодан, – хочу ей свой одолжить. А то у неё много вещей, сама понимаешь, дети.

– Да, – мечтательно протянула собеседница. – Дети, они такие, – и погладила свой огромный живот. – А вы что? Ребёночком никак не обзаведётесь? Тебе давно пора родить.

«Я сама не знаю, как выжить, а ребёнку это вообще было бы не под силу», – отвела Лена взгляд.

– Ну, – она пожала плечами, – пока не торопимся. Павел карьеру делает.

– Нет, подруга моя, ребёнок карьере помешать не может. Ребёнок он… – но договорить она не успела, так как за её спиной остановился автомобиль Анатолия.

– Такси вы вызывали? – не растерялся мужчина, быстро оценив ситуацию.

– Да, я, – тут же отозвалась Лена.

Мужчина вылез из машины и молча подошёл к ней.

– Едем? – тихо спросил он.

– Да, – кивнула она.

Он забрал из её рук чемодан и засунул его на заднее сиденье.

– Ну, пока, – произнесла Ольга. – Заходите с Павлом к нам в субботу после обеда. Мой давеча утку на охоте подстрелил. Будет хвастаться, – закатила глаза.

– Обязательно, – кивнула ей Лена и быстро, насколько это было возможно, заняла пассажирское сиденье рядом с водителем.

Ольга проводила отъехавший автомобиль взглядом и вздохнула: «Эх, подруга, врать-то ты никогда не умела. Так я и поверила, что ты к сестре на ночь глядя поехала. Будто я твоего мужа не знаю. Ох, надеюсь, что тебе хоть с этим мужиком повезёт, больно он на тебя страстно смотрел. Так таксисты на клиентов не смотрят, а только те, кто любят. Пойду, пожалуй, домой, – улыбалась она себе, поглаживая живот. – А ты Леночка не волнуйся, о том что тебя видела, я даже Васеньке не скажу. Мало ли, вдруг проболтается. Это будет наш секрет, правда, малыш?» – снова погладила свой живот.

Часть 23.

Женщина напряжённо смотрела через лобовое стекло автомобиля. В её голове мелькали страшные сцены… Павел злой тащит её за волосы по двору дома в подъезд… Она вздрогнула, от воспоминаний пятилетней давности. Тогда она наивная сбежала к матери, а через полчаса заявился Павел. Лена долго не могла простить ей, что та позвонила ему, не желая вмешиваться в семейные разборки дочери.

«Каждая женщина должна сама нести свой крест», – заявила ей в тот вечер мать. А спустя несколько месяцев в квартире поселилась сестра Лены с детьми. И её, почему-то, никто не выгонял и не учил жизни, ведь у неё были дети. «Дивиденды», – как их любя называла сестра Елены. А у неё не было этих самых… «дивидендов».

Со временем женщина перестала часто наведываться к матери и сестре, так как все разговоры сводились только к тому, что ей необходимо срочно родить ребёнка, чтобы дальше тянуть деньги из благоверного. Они видимо забыли, что из Павла невозможно ничего тянуть, он сам при желании жилы вытянет и в узел завяжет. Ведь всё должно быть так, как он любит.

– Замёрзла? – спросил Толя, заметив, что Лена слишком тихо себя ведёт. Она даже не поинтересовалась куда он её везёт. Складывалось впечатление, что ей абсолютно всё равно.

Мужчина сильно сжал руль, когда она только пожала плечами.

На очередном светофоре, он протянул руку назад и из кармана, что находился на спинке пассажирского сиденья, на котором сидела Лена, достал тонкий мягкий плед. Он зачем-то купил его, ещё в тот вечер, когда впервые пришёл во двор дома, в котором жила любовь всей его жизни.

– Спасибо, – прошептала Лена и закуталась в нежно-серый материал. Ей действительно было холодно. Холодно от страха, что в любой момент Павел может догнать её.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.