Зорислав Ярцев
Байки Тридевятого царства. Как Василиса Премудрая с Бабой-ягой царство спасали да блинный теремок открывали

Глава 1. «НЕ» разрешимая загадка

– Василиса, айда играть!

Девочка глянула в сторону приятелей, подумала было присоединиться к их забаве, но помотала головой.

– Не сейчас! – крикнула она им, и вздрогнула.

По коже словно холодок прошёл, а где-то вдалеке послышался чей-то смешок. Да мерзкий такой, аж описать трудно. А ещё Василисе почудилось в этом смешке протяжное козлиное «не-е-е». Девочка повертела туда-сюда головой, но двор царского терема был совершенно пуст. Даже Добрыня с Алёшей и Алёнкой уже куда-то убежали. Она нахмурилась, потеребила кончик русой косы, потёрла лоб. Но в голове всё путалось и играло в прятки.

– Что же это было? – вполголоса сама себя спросила Василиса, силясь разгадать загадку.

Ответ капризничал и упрямился, выскальзывая из головы, словно заморская рыба угорь, у которой жутко скользкая чешуя. Но Василиса обладала огромным терпением и упорством. Она как-то раз даже столетнего сома уговорила себя покатать. Вот и сейчас она побрела куда глаза глядят, решая новую загадку.

В свои двенадцать лет Василиса уже успела прославиться острым умом и способностью замечать детали. За это её Премудрой и прозвали. Злые завистницы шептались, что это всё за красивые глазки да царское происхождение. Но быть просто дочкой царя в Тридевятом царстве мало. Нужна ещё и голова на плечах. А что до красивых глазок… Ну да. Глазки у неё красивые. Большие да васильковые. Всем девицам вокруг на зависть. Но кто ж за красивые глазки Премудрой-то назовёт? Разве что Иван-дурак. Чтобы плюшку выманить. Но на то он и дурак. Ему только обманывать и остаётся. А Василиса год уж как у батюшки Берендея в старших советницах ходит.

– Вот помру, Василисушка, – на каждом совещании бормочет царь, – все половинки царства тебе оставлю. Только ты и справишься. Кстати, а сколько там у нас сейчас половинок-то?

– Две, батюшка, – привычно вздыхает она. – Раз половинки, значит их только две может быть.

– Две, значит, – чешет лысину батюшка. – А казначей всё о каких-то долях и процентах твердит… Ну ладно. Две, значит две. Обе тебе и оставлю!

Василиса обычно на такое лишь молча кивает. Батюшка у неё только выглядит глупым. А сам тот ещё лис. Только порой уж очень рассеянный и забывчивый. Но это вообще беда взрослых. Матушка вон, прежде Искусницей звалась, а как замуж за Берендея вышла, ателье по пошиву открыла, да салон красоты вдобавок, так всё больше в зеркальце волшебное глядит, которое края дивные да подружек показывает.

Подошла тут недавно к ней Василиса. Посоветоваться хотела. Платье новое для приёма купцов заморских разворачивает и спрашивает:

– Матушка, поглядите, хорошее мне платье пошили?

А Марья одним глазком взглянула на протянутое платье, второй глаз и половинка первого так и остались в зеркальце, и рассеяно молвит:

– Ага, ничего, неплохое.

Василиса аж замерла, вспомнив этот досадный случай. Ей тогда очень обидно, грустно и одиноко стало. А ещё девочка вспомнила, что уже в тот день она впервые что-то такое почувствовала… Ну почти вот как сегодня. Только сегодня совсем жутко было.

– Василисушка! А чегой-то ты такая хмурая да понурая?

Послышался рядом высокий и хрипловатый голос Бабы-яги.

– Потеряла чегой? Али обидел кто? – продолжала причитать бабка, стремясь заглянуть Василисе в глаза. – Ты скажи бабушке-то. Я мигом! Ух!

Яга залихватски взмахнула метлой над своей головой, то ли угрожая кому-то спрятавшемуся, то ли готовясь творить могучую волшбу.

– Что вы, бабушка Яга, – улыбнулась в ответ Василиса. – Кто ж посмеет обидеть царскую дочку? Все вещи тоже на своих местах. Грамоты, отчёты, донесения – всё там, где им и положено быть.

– А чегой тогда хмурая? – продолжала допытываться глазастая бабка.

Внимательности у Бабы-яги было целое море-океан. Такого добра в щуплой старушке хватило бы на десятерых шпионов, да ещё на парочку счетоводов осталось бы. Ведьмам внимательность и наблюдательность ой как важна!

– Загадку я одну решить не могу, бабушка Яга, – тяжело вздохнула Василиса.

И стоило девочке произнести эти слова, как по её коже снова холодок пошёл, а Баба-яга вскинулась и повела чутким носом, любая собака обзавидовалась бы.

– Чую! Чую! – встревожилась она. – Мерзким духом запахло откуда-то. Словно издох где-то кто-то мелкий, но противный.

– Вот и мне тоже тревожно, – обрадовалась пониманию Василиса. – А почему тревожно – никак взять в толк не могу.

– Опять! – вскинула костлявую руку Баба-яга, поводя туда-сюда своим носом.

Девочка молча кивнула и тоже осмотрелась по сторонам. Но везде было спокойно.

Царский терем скрылся за лесом. Дорожный тракт выложен камнем ровным. Обычно тракт людный, но сейчас в оба конца до горизонта чисто. Ступа бабушкина в сторонке стоит. Трава под ногами, ромашки, одуванчики, колокольчики всякие. Вон там клевер раскинулся. Для грибов ещё рано. Лето только-только к середине подошло. Птахи всякие поют. Пчёлы жужжат. Бабочки пёстрые порхают. Ветер играет ветвями берёзок. От нагретых летним солнышком сосен идёт одуряющий аромат. Где-то в стороне слышится лёгкий шум, похожий на шум дождя. То другой ветерок играет с листиками осины.

– Вроде тихо всё, – с сомнением сказала Василиса, глядя на Бабу-ягу.

– И я больше ничего не чую, – энергично кивнула Яга, но тут же осеклась.

Чуткий нос старухи снова задвигался, ловя мерзостный след. А Василисе снова послышался противный смешок и протяжное блеянье: «Не-е-е».

– А ну-ка! Посторонись, Василисушка!

Баба-яга вновь залихватски взмахнула над головой своей метлой, но всё осталось по-прежнему.

– Хм, – нахмурилась Яга. – Чегой-то странное. Леший иначе озорует. Горыныч за три версты громом грохочет да жаром пышет. Колдунья, что ль, на моих землях залётная завелась… Али Кощеюшка за старое взялся. Этот скелет может. Этот может. М-да.

Она решительно тряхнула головой, от чего выбившиеся из-под косынки седые волосы взметнулись аж до самой макушки, и скомандовала:

– А ну-ка полезай в ступу! Слетаем ко мне. Там спокойно помозгуем, что к чему.

Василиса пожала плечиками и залезла в ступу Бабы-яги. Она любила эту старушку, которая приходилась ей далёкой роднёй. С ней было интересно. Бабушка много всякого знала да ведала, и охотно болтала со смышлёной девочкой. Даже к себе в ученицы сманивала. Василиса всякий раз вежливо отказывалась, но всё чаще и чаще задумывалась о том, чтобы согласиться. Уж очень надоели все эти грамоты, указы, книжки счётные да послы важные. А скоро ещё и женихи поедут… Брр!

Баба-яга лихо заскочила в ступу, задвинула девочку себе за спину и напоследок ещё раз окинула окрестности внимательным ведьминским взглядом. Шмыгнув носом, она взмахнула метлой, и ступа стремительно взлетела к самым облакам.

Василиса ойкнула. Настолько быстро земля ушла вниз. Даже уши заложило и к горлу подкатило. Но девочка любила летать. И к высоте она относилась спокойно. Да и ступа у Бабы-яги была очень надёжной. Даже надёжнее заморских сундуков. Те как раз порой лопались или присылали важных послов, которые гнусавили что-то вроде:

– Наш король велеть передать ваш король, что ваш счёт покрыть сильный мороз. Вы отдать наш король земля у границ. А за это мы согреть ваш счёт малый весна.

Берендей тогда славно посмеялся. А отсмеявшись, предложил послу перейти к делу и сказать, когда ж пройдёт порученный платёж. Посол с кислой миной повторил шутку. На что батюшка осерчал и велел спустить посла с крыльца, да наподдать тому так, чтобы тот до самой проруби доехал и туда бултыхнулся.

– Пускай охолонётся и настоящего морозца похлебает. Авось поумнеет, – сказал тогда Берендей.

Король заморский, правда, на эдакое нарушение норм международной политики осерчал. Пришлось даже чуть-чуть повоевать. Но на то богатыри и есть, чтобы интересы земли родной защищать. Зато новый посол каждый день теперь улыбается и заверяет, что весь счёт согревать вечный лето, а их король любить вечный мир с такой славный и добрый сосед.

Глава 2. В гостях у Бабы-яги

Полёт до избушки Бабы-яги закончился быстро. Василиса даже чуточку пожалела, что ступа у бабушки такая быстрая. Всего пару минуточек-то и прошло. А уже, глянь, вокруг ёлки до облаков, полянка чистая, и на полянке той избушка на курьих ножках. Старенькая уже. Но Баба-яга наотрез отказывается её менять по программе реновации на хоромы каменные в благоустроенном городе. Да Василиса и сама бы отказалась. Это с виду избушка потемнела, да местами мхом обросла. А внутри – диво дивное. Раз в десять больше, чем снаружи. Тёплые полы, деревянные стеклопакеты с подогревом, два санузла, три спальни, гостиная, рабочий кабинет, кухня с печкой да приборами разными, спортзал, баня и кладовая. На чердаке гараж для ступ всяких: грузовых, пассажирских али скоростных. На все случаи транспорт имеется. Терем батюшкин, конечно, побольше будет. Но бабушке ведь и такой избушки хватает.

Провела Баба-яга Василису на кухню. Принялась туда-сюда бегать, чтобы гостью вкусненьким угостить. В аппарате специальном, заморском, как раз тесто для блинов поспело. Но выпекать всё же Яга в русской печке любила. Дунет на поленья берёзовые, загодя уложенные. Руками по печке хлопнет. Огонь внутри жаром запышет. Вот уже всё и готово! Быстрей всяких грилей печка у Бабы-яги работала. На зависть даже царской поварне.

Сунет бабка нос в печку, жар понюхает, кивнёт довольно да за работу принимается. Руки, даром что костлявые, а так и порхают. Плеснёт тесто на сковороду чугунную, на под горячий поставит, минута-другая, и блинчик готов. Пока следующий жарится, Яга сноровисто начинку на первый блин выложит, завернёт аккуратно, рядышком с другим чуток подогреет, чтоб вкуснее было, да на стол подаст. Василиса тоже по кухне помогала. Начинку смешивала и бабушке подавала.

Старенькие ходики на стенке едва полчаса показали, а на столе у Бабы-яги уже пир горой. Блины с бужениной да хреном, с рыбкой солёной, с ветчинкой, картошечкой да огурчиками. На сладкое блинчики с малинкой душистой, мёдом тягучим, клубникой сахарной. Да запить всё это кваском свежим, сбитнем горяченьким иль чайком, родным али заморским. У Яги всякого добра вдоволь имелось.

Василиса лопнула бы даже от четвертинки всех приготовленных вкусностей. Но бабушка и сама покушать любит. Так что вместе они живо управились.

– Уф! – тяжело выдохнула наевшаяся Василиса. – Вкусные же у вас блины, бабушка Яга.

– Ага! – довольно кивнула польщённая бабка.

Девочка вытерла губы салфеткой и добавила:

– Надо вам свою блинную открывать. А то по трактам одни заморские булки с котлетами продают. А потом за снадобьями к лекарям очереди в версту длиной стоят.

– Ох, Василисушка, да хотела я, – пригорюнилась Баба-яга, подперев голову рукой. – Да вишь, какая загогулина выходит… Отписки мне главнюк по харчевням местным всё время пишет. Да срамные такие, аж стыдно становится за царство родное.

– А расскажите-ка подробнее, бабушка Яга, – встрепенулась на это Василиса. – Что это за срамные отписки такие?

– Да долю этот главнюк с харчевен заморских имеет, – грохнула в сердцах кулаком по столу Яга. – Енти, как его?… Ахции! Во!

Бабкин костлявый палец уставился в потолок, от чего одинокая муха, сидевшая на белёных досках, покраснела и скрылась за печкой. Яга проследила за мухой внимательным взглядом, хмыкнула, но опомнилась и вернулась к разговору.

– И теперь этот злыдень всякие прошения о новых харчевнях назад поворачивает. Чтоб у него повылазило! А в отписках пишет, мол – так и так, харчевен хватает, люд доволен, кормят там вкусно и, вишь, точка. Жабу ему в кисель! Вкусно! Да он сам-то хоть это пробовал?! – разбушевалась старушка, но вдруг резко успокоилась и деловито спросила Василису: – Ты сама вот пробовала?

– Пробовала, бабушка Яга, – честно ответила Василиса.

– И как? – вкрадчиво поинтересовалась бабка.

Глаза её пристально изучали девочку. Но Василиса лишь улыбнулась и совершенно искренне заверила:

– Ваши блины гораздо вкуснее.

– То-то! – вздёрнула нос довольная Баба-яга. – А я ж и ещё лучше могу. Мне только мой блинный теремок открыть дайте.

– Но ведь у нас в Тридевятом царстве действует программа поддержки отечественного производителя, – нахмурилась Василиса, припоминая указы да уложения царские.

– Есть-то она есть, да про чужую честь! – фыркнула Яга. – Батюшка твой в тереме сидит и указы оттуда шлёт. А главнюк тот на другом конце столицы. И царю хвалебные отписки пишет, мол, всё в царстве-государстве преотлично: куры колосятся, коровы несутся, пшеничка доится, а отечественный делец сыт и доволен на печи.

Ещё больше нахмурилась на это Василиса. Странным ей такое показалось. Но она и сама уже начала что-то эдакое замечать. Словно кто-то воду мутит в Тридевятом царстве.

– А вы, бабушка Яга, говорили ему об указе царском? – осторожно спросила девочка.

– А-то ж! – гордо выпрямилась бабка. – Я, чай, грамотная да образованная. Указы читать умею.

– И что он? – заинтересовалась Василиса.

– А он тогда меня по-другому душить, кровопивец, начал! – вновь разбушевалась Яга. – Бумажки ему, вишь, всякие подавай! Да хитрые такие… То проект теремка унитаз…, – старушка запнулась, затем быстро зашарила в карманах, вытащила помятый листок, сунула в него нос и протараторила: – санитарные нормы нарушает. Вот! Это мой-то проект санитарные нормы нарушает?! Да на нём мох стерильный. Он, эту, эхолохию поддерживает! А брёвнышки все один к одному, морёные. В них волшба так и дышит. А он мне запрет на волшбу, мол, ГОСТ нарушает! Это моя-то волшба ГОСТ нарушает?! Да это он мои права нарушает!

Баба-яга снова внезапно успокоилась и вкрадчиво спросила Василису:

– А на днях он знаешь чегой удумал, охальник?

– Что? – в конец разволновалась девочка.

Яга демонстративно вытащила из очередного кармана ещё один листок и голосом казённого служащего зачитала:

– Санитарная карточка у вас, гражданка Яга, просрочена 202 года и 3 месяца назад. Извольте пройти новую комиссию, расположенную в Змей-граде, и получить бумагу современного образца.

Баба-яга сунула Василисе злосчастную бумажку и выжидательно уставилась на девочку. Та внимательно изучила гербовую печать, подпись, завитушки всякие и многозначительно кивнула:

– Да, бабушка Яга. Карточку вам придётся обновить. Но это и в столице сделать можно. Тут вам соврали.

Старушка самодовольно хмыкнула.

– Вижу я, что кто-то, и впрямь, ваш блинный теремок серьёзным конкурентом себе считает, – продолжила Василиса. – Палки вам в колёса вставляет. Сильно вас на рынке видеть не хочет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.