Александр Кронос
Эйгор. В мятежах

Глава I

Звук выстрела застаёт меня в метре от виконтессы и я кручусь на месте, машинально доставая из кобуры «Веннингтон». В поле зрения попадает тот самый грузный мужчина, что интересовался именем лакея – сейчас он оседает на пол, держась рукой за бок. Стоящий перед ним слуга в парадной ливрее, тоже достаёт оружие, поднимая его. На мгновение застываю, не понимая, что происходит и слышу новые выстрелы – на пол оседает сопровождавший нас член парламента, сваленный сразу несколькими пулями. Зал быстро наполняется звуками пальбы – лакеи моментально перевоплощаются в убийц, ведя огонь по находящимся в зале гостям.

Один из слуг обращает внимание на нашу небольшую компанию и я жму на спусковой крючок, вгоняя пулю ему в корпус. Следом грохочет «Стинни» Джойла и пуля попавшая в живот ещё одного лакея, сбивает того с ног. К процессу подключаются и остальные гости, пустившие в ход личное оружие. А я, покосившись на Айрин, не подающую признаков жизни, задействую нотную связку с огненными сферами, превращая сразу нескольких противников в огненные факелы. Следом за мной магией бьют Сонэра с Кансом и спустя считанные секунды, в зале почти не остаётся живых лакеев. Несколько человек укрываются за колоннами, пытаясь отстреливаться, но я дотягиваюсь до них айваном – нервное напряжение позволяет использовать талант на полную мощность, превратив хлеб внутри них в тончайшую пыль, после чего пронизать их тела изнутри. Слышатся короткие крики боли и за колоннами больше не остаётся живых.

Одновременно с этим разлетается одна из дверей в стене напротив нас, до того запертая и в зал влетает странное создание – низкий широкоплечий некроконструкт с солидных размеров киркой, в своих руках. Несколько аристократов сразу же накрывают его выстрелами, но пули похоже не берут череп существа – он вполне надёжно удерживается на ногах. Более того – продолжает быстрое движение вперёд. А за ним в помещение продолжают врываться такие же «гномы».

Машинально бью ледяными сферами и те сбивают цель с ног. Сформировав в воздухе целую глыбу льда, обрушиваю её на череп конструкта, надеясь проломить его. Сонэра отправляет вперёд сразу два вихря с вплетениями огня и они оттаскивают к стене ещё две фигуры. Канс же, снова пускает в ход огонь – выглядит эффектно, но не очень результативно – конструкты не желают заниматься пламенем и дымя, наступают вперёд. Справа от меня орёт чернявый парень, меняющий патроны в барабане револьвера.

– Руническими! Это шахтные конструкты – обычные пули не возьмут!

Я же, повернувшись к Эйкару, тоже кричу, обращаясь к старому магу.

– Помоги Айрин! Мы прикроем.

Тот, покосившись на меня, бросается к девушке, рядом с которой, сложившись пополам, блюет кровью призванная, а я вижу, как с пола поднимается тот конструкт, череп которого я надеялся размозжить. Жаль, что мы не взяли с собой винтовку Джойла – «Лоун» вполне мог взять этих ублюдков, даже обычными пулями. Мой «Веннингтон», заряжен обычными и бронебойными, через один. Два патрона я уже успел израсходовать во время короткой перестрелки и сейчас отбиваю ещё два выстрела в голову «шахтёра». Бронебойный рунический патрон всё-таки срабатывает – цель падает обратно на пол. Основная проблема, заключается в том, что конструктов здесь не меньше тридцати, а бронебойных рунических патронов у меня всего несколько. Плюс, три-четыре должно быть у Джойла. Даже если получится перезарядиться под прикрытием магии Сонэры и Канса – всех мы не уложим.

Беря на прицел ещё одного приближающегося конструкта, пытаюсь судорожно придумать как быть. Каких-то специализированных нотных связок против мертвяков мы пока не изучали, стихийные заклинания их только притормозят. У меня и Джойла есть рунные кинжалы для ближнего боя, но на мой взгляд, сходиться с этими мини-монстрами в рукопашной схватке – очень плохая затея. Помимо нас, в зале едва ли десяток уцелевших гостей, чьё число стремительно сокращается – вот ещё один рухнул на пол, с корпусом, пробитым ударом кирки. Брюнет, кричащий о рунических патронах, уже отстрелял барабан и переломив револьвер, вытряхивает пустые гильзы. Закончив с этой задачей, делает рывок в нашу сторону.

– Мои патроны не прошибают их черепа, у вас есть что-то мощнее?

Отрицательно качаю головой, формируя скользкий лёд под ногами трёх конструктов, стремительно к нам приближающихся. Задумка срабатывает – они падают вниз, но почти сразу принимаются подниматься. В распахнутые двустворчатые двери, ведущие на улицу, вваливается группа солдат в серых мундирах и начинают грохотать винтовки. Прикончить они никого не могут, но отвлекают на себя внимание части противников, устремляющихся в их сторону.

Бросив взгляд в сторону Айрин, вижу, как Эйкар чертит на шее девушки какие-то руны, а в воздухе мелькают нотные символы. Остаётся надеяться, что при его уровне владения магией, хватит и половинной силы струны. Призванная всё ещё вне игры – продолжает заливать кровью пол. Выбрасываю экстрактором гильзы и в голову приходит идея, которая, как мне кажется, может сработать. Поворачиваюсь к остальным.

– Держите их на расстоянии магией, не давая подобраться! Попробую кое-что.

Кивнувший Канс, посылает в сторону мертвяков десяток ледяных ядер, а Джойл с Сонэрой используют удар воздухом, подбросивший вверх несколько конструктов. Стоящий чуть правее и по другую сторону стола от нас парень, снова кричит.

– Я тоже помогу, чем смогу – бей своей магией, парень!

Стараясь не обращать внимания на творящийся вокруг хаос, тянусь своим айваном к ближайшему блюду с хлебом, что стоит на столе. Его тут много и в самом разном виде – недостатка в материале не будет. Единственное, чего я опасаюсь – проблем с управлением. Если я верно оценил ситуацию – еда на столах отравлена, что потенциально может помешать. Но как скоро выясняется, этот фактор никак не влияет на эффективность моего айвана.

Сформировав небольшое ядро, запускаю его в ближайшего конструкта, откатив готовое изделие до состояния теста. Когда оно размазывается по лицу противника, использую тот же приём, что совсем недавно задействовал на лакеях – расщепляю материал, практически до молекулярного уровня, чтобы он мог пройти через кости. Голову существа окутывает дымка из тончайшей хлебной «пыли», которая быстро всасывается в череп. Несмотря на всю его прочность, материал такого размера, он пропускает внутрь беспрепятственно. Когда весь «заряд» оказывается внутри, укрупняю его составляющие, формирую куски засохшего и спрессованного хлеба внутри головы конструкта. Где-то там должен находиться материал пропитанные магией – чаще всего остатки мозга мертвеца или он целиком, если за основу брался свежий труп. Судя по тому, что бронебойная пуля в голову их убивает, иного варианта быть не должно.

Спустя пару секунд, некроконструкт застывает на месте, а потом падает на пол, с грохотом уронив кирку. Выдохнув, создаю ещё один шарик из теста и отправляю его вперёд. Проблема только в том, что цели нужно отрабатывать по одной – за это время они успевают перебить солдат, пытавшихся прийти нам на помощь и всех гостей, кроме брюнета, что так и держится рядом, стреляя из револьвера. Когда заканчиваю с последним конструктом, оба крейнера почти на пределе, а струна ходит ходуном – заклинания такой тонкости требуют немало энергии. Окидываю взглядом зал, убеждаясь, что больше целых «шахтёров» не осталось и поворачиваюсь к Эйкару, продолжающему возиться с Айрин. Лицо старого мага покрыто каплями пота, а руки, чертящие руны чуть дрожат – по-моему, он даже не заметил, что бой закончился.

– Что с ней? Как помочь?

Бывший призрак слышит меня только с третьего раза, когда я помимо вопроса голосом, дотрагиваюсь до его плеча. Чуть повернув голову, хрипит.

– Нужна жертва. Быстро. Иначе умрёт. Не смогу держать долго.

Машинально поворачиваю лицо к чернявому парню с револьвером в руке и тот слегка меняется в лице, но быстро находит, как исправить ситуацию. Показывает рукой куда-то в зал.

– Вон там, один раненный рицерёныш – я его сам подстрелил в ногу и брюхо.

Проследив за его взглядом, действительно обнаруживаю ещё живого парня в ливрее лакея, пытающегося отползти в сторону. Спустя десять секунд, мы с Джойлом уже подтаскиваем его к столу. В процессе отмечаю, что снаружи доносятся звуки стрельбы – там явно идёт бой. Поэтому, Канса с Сонэрой оставляю следить за входом. Сам же выполняю указания Эйкара – вспоров на лакее одежду, черчу на коже руны, после чего достаю хьярк и принимаюсь вырезать ксоты. Следующий этап – нанесение рун на тело Айрин, ради чего приходится разрезать брючный костюм у неё на спине. За процессом наблюдает Круацина, сидящая на полу, прижавшись спиной к стене. В ответ на мой вопросительный взгляд, она пытается выдавить из себя улыбку и что-то сказать, но вместо этого снова выплёскивает на пол порцию крови. Что за лютую дрянь подмешали в еду, раз она пробрала даже призванную?

Письменных принадлежностей под рукой нет, поэтому ноты приходится записывать на большой тканевой салфетке, используя для этого кусок шоколада. Закончив, пытаюсь сконцентрироваться и запустив в дело первую комбинацию, всаживаю хьярк в живот жертвы. Неглубоко – Эйкар чётко дал понять, что нельзя ему позволить умереть сразу. Джойл придерживает лжелакея, а я орудую хьярком и поглядывая на салфетку, одну за другой задействую комбинации.

В какой-то момент между телом жертвы и Айрин устанавливается канал связи, в котором плещется жёлто-оранжевая энергия, быстро поглощаемая виконтессой. Снова всаживая лезвие хьярка в плоть, понимаю, что перстень уже начал обугливать кожу на пальце. Пожалуй было разумнее дать сотворить заклинание Джойлу или Кансу, но на тот момент я не думал, что это потребует такого напряжения – сейчас же струна периодически провисает, а оба крейнера критично перегружены.

С трудом сдерживаясь от крика из-за запекаемого пальца, начинаю финальную нотную связку, на середине которой перерезаю жертве горло. Смерть даёт мощный выплеск силы, которая моментально утекает в тело Айрин. Добравшись до последней ноты, отодвигаюсь от иссечённого тела лакея, стаскивая с пальца перстень. А через секунду чувствую, как внутри что-то бешено вибрирует – живот на мгновение пронзает дикая боль, а в голове появляется мысль, что вот так я и сдохну – от перенапряжения струны. Но спустя мгновение меня отпускает и единственное, что остаётся – постепенно уходящее чувство вибрации струны.

Взмыленный Эйкар, со вздохом облегчения садится на пол рядом со мной и вытирая со лба пот, интересуется.

– Почему так скривился? Проблемы со струной?

Крутя в левой руке раскалённый перстень, покачиваю головой.

– На момент показалось, что она лопнула, но похоже всё в порядке.

Маг чуть щурит глаза.

– Попробуй активировать – сколько их чувствуешь?

Сначала не понимаю о чём он, а потом удивлённо пробую активировать струну и понимаю, что их действительно две. Но об этом, можно будет поговорить чуть позже – сейчас есть более важные вопросы. Киваю на Айрин.

– Что с ней?

– Какой-то алхимический яд. Я пробовал помочь, но вышло только поддерживать жизнь – она раз десять пыталась умереть за время схватки.

Опираясь рукой на пол, встаю на ноги, уточняя.

– А сейчас? Ритуал помог?

– В той мере, в которой он мог помочь – изменения её тела заморожены, как минимум, на ближайший день. Потом её нужно будет либо вылечить, либо продлить это состояние, использовав новую жертву. Правда, не могу гарантировать, что второй раз получится так же хорошо – при повторном использовании заклинания, шанс на успех не больше трёх к десяти.

Выпрямившись, опускаю на него взгляд.

– Почему сразу было не использовать что-то более мощное?

Тот хмыкает, по-прежнему сидя на полу.

– Ты и так чуть не погиб – дай я более серьёзный вариант, струна разнесла бы твой разум в клочья.

Стрельба снаружи постепенно затихает, а прислушивающийся к нам брюнет, косясь в сторону двери, пытается подбодрить.

– Если это какой-то алхимический ингредиент, то в лаборатории разберутся за пару минут, не забивайте себе голову.

Бросив взгляд на Круацину, едва не отвечаю, что это точно что-то необычное, но вовремя останавливаюсь. А чернявый решает представиться и обойдя стол, протягивает мне руку.

– Сарт Довано – рад знакомству и тому, что вы так вовремя оказались рядом.

Опускает глаза на мою кисть с обугленным пальцем и смущённо убирает свою руку.

– Извиняюсь, не подумал.

Кивнув ему, тоже озвучиваю своё имя.

– Граф Орнос Вайрьо.

– Да, я уже понял – тот самый посланник регента, что должен заключить соглашение с нашим городом.

Стоящий в стороне от меня Джойл, прислушиваясь к звукам затихающей снаружи пальбы, обводит взглядом зал.

– А эти кем были? Ну, нападавшие.

Брюнет беззаботно пожимает плечами.

– Гхарг их разберёт. Последнее время кто только не пытался поднять свою голову в этом городе и заявить о претензиях на власть. К счастью, не каждый делал это настолько варварским способом. Поэтому, всё что могу сказать – это не мы. А вот кто – станет понятно, когда пойдём по следу.

Выстрелов снаружи почти не слышно и Канс, формирующий в воздухе огненные сферы, уточняет.

– Только если сторонники этих ливрейных стрелков не победили сейчас снаружи.

Брюнет чуть мрачнеет, приглядываясь к выходу и явственно расслабляется, когда там показываются серые мундиры солдат. Я же, напротив, слежу за приближающимися бойцами, с лёгким подозрением. Магию сейчас, пожалуй, пускать в ход не стоит, но вот «Эрстон», поморщившись от боли в обожжёном пальце, я всё же достаю. Шагающий впереди офицер замечает это и поднимает руку в предостерегающем жесте.

– Всё в порядке! Третий отдельный батальон охраны улиц. Мы взяли под контроль ситуацию снаружи. Вы представляете, даже имперцы помогли.

Судя по всему, он не совсем в курсе, кто сейчас перед ним. Довано слегка растерянно переводит взгляд на нас, видимо раздумывая, как сообщить офицеру, что ему выжить тоже помогли «имперцы», а в дверях показывается ещё одна группа солдат – на этот раз в грязно-зелёных мундирах империи. Около двадцати человек с винтовками в руках, среди которых пара легкораненых.

Тоже направляются к нам и их офицер, оказавшись поблизости, рапортует, глядя на меня.

– Обер-лейтенант Гульц Рифнер, господин Вайрьо. Прибыли для вашей охраны и оказали помощь местным воякам в подавлении мятежа. Находимся в вашем полном распоряжении.

Замечаю, как меняются лица «серомундирников». А вот Сарт Довано не сдерживает лёгкой усмешки. Решаю воспользоваться моментом, прояснив ситуацию.

– Что там произошло? Кто атаковал?

– Пока неизвестно. Около двухсот вооружённых людей в гражданской одежде.

– Маги среди них были?

Тот машет головой.

– Никак нет. Только обычные люди с оружием.

Интересно. Как они тогда взяли под контроль некроконструктов, ранее явно работавших в шахтах?

– Что с остальной частью города?

– Была ещё стрельба в районе императорской канцелярии и здания…их парламента, но там тоже всё стихло – думаю мятежников отбросили, либо уничтожили.

Заминка на слова «парламент» не ускользает от местного офицера, который сразу же хмурится. А в зале появляются новые действующие лица – невысокий мужчина с сединой в волосах, который шагает к нам окружённый десятком солдат и несколькими людьми в штатском, тоже сжимающими в руках винтовки. Кивком головы поприветствовав Довано, обращается ко мне.

– Позвольте представиться – казначей этого города, Ролс Марэто. Можем мы побеседовать в более подходящем для этого месте, граф?

Интерлюдия 1

– Зачем? Ради чего вы отдали приказ арестовать Оттефера?

Побагровевший Фурье, прорычавший эти фразы, смотрит на Морну с яростным негодованием. Девушка, прикусив губу, бросает взгляд на канцлера, но тот бессильно пожимает плечами.

– Я тоже не понимаю ваших резонов – пусть он даже запросил больше, чем мы могли ему дать, поступать так было верхом безрассудства. В конце концов, можно было задействовать канцелярию, а не отдавать приказ военным.

Вспыхнувшая Морна, хлопает ладонью по столу.

– Вы не видели и не слышали, как он вёл себя при встрече! Как будто уже надел на себя корону империи, а меня уложил в постель! Рицеров ублюдочный старикашка! Обратись я к вам, генерал Фурье, вы бы выполнили приказ? Или стали отговаривать меня, ради «интересов государства»? Предполагаю, что второе! Потому я и отправила солдат пятого корпуса – они не стали задавать вопросов.

Граф Реннан поднимает руку, успокаивая Фурье, уже собирающегося что-то ответить и мягко замечает.

– Безусловно, они выполнили ваш приказ. Но при этом не смогли достичь цели и почти все погибли. Рота солдат и трое магов. А Снэс Оттефер благополучно прорвался за пределы столицы.

Регент, на момент смешавшись, берёт себя в руки и разъярённо шипит.

– Ему помогли сбежать! Схердас полон людей, работающих на отребье разного пошиба.

Чуть помедлив, уже более спокойным голосом добавляет.

– И я хочу, чтобы они все сдохли! У канцелярии же есть списки тех, кто подозревается в работе на хёрдисов?

Фурье, лицо которого только начало принимать нормальный цвет, постукивает костяшками пальцев по столу.

– Безусловно, есть. Но в большинстве случае у нас только подозрения, без веских…

Девушка взмахивает рукой, прерывая его.

– Идёт война, генерал – нам не нужны веские доказательства. Начните с полиции и гарнизона, а когда закончите с очисткой их рядов, приступите ко всем остальным. Силами одной канцелярии вы не сможете охватить весь город – вам понадобится поддержка солдат и служителей закона, но сначала необходимо убедиться, что среди них самих не осталось предателей.

– Вы хотите использовать скальпель в качестве топора, Ваше Императорское Величество? Хочу отметить, что для этой задачи мне придётся задействовать весь свободный персонал, фактически превратив ведомство в машину по уничтожению людей.

Лицо Морны кривится в хищной усмешке.

– Это как раз то, что нам сейчас нужно – аресты, допросы и новые задержания по цепочке. Нужно очистить город, иначе получим удар в спину, как только керасовы выкормыши подберутся к стенам Схердаса. Чем больше крови вы прольёте, тем лучше, Фурье.

Глава императорской канцелярии, отчасти ошарашенный словами девушки, замолкает и в дело вступает канцлер.

– Мы уже пытались восстановить порядок во всей империи, задействовав в качестве примера одну из провинций. Из этого не вышло ничего хорошего – не думаю, что сейчас время для повторения этого эксперимента в столице. Если люди взбунтуются, то к ним может примкнуть часть гарнизона и любому из претендентов на престол останется только заявиться сюда с отрядами своих солдат, чтобы заявить права на место регента.

– Я ценю ваши советы, граф, но именно я управляю империей. Не вы. Граф Реннан сможет скрыться в своём имении и договориться с кем-то из мятежников. А вот Морна Эйгор в случае проигрыша, гарантированно умрёт. Наши ставки несоизмеримы, так же, как и наша власть. Мой приказ – очистить столицу. Да и кто станет поднимать восстание из-за ареста пары тысяч мелких аристократов и буржуа? По-вашему, все горожане их так сильно любят?

Пока канцлер раздумывает над ответом, к регенту снова обращается Фурье.

– Вы правы, Ваше Императорское Величество – мы обязаны выполнять ваши приказы, находясь на службе. Но вместе с тем, мы вольны оставить её в любое время. Что я и собираюсь сейчас сделать.

Несколько секунд девушка молча сверлит его глазами.

– Почему именно сейчас, Фурье?

– Вы собираетесь преступить закон. Да, вы уже это сделали, когда обставили своего дядю, но граф Реннан убедил меня, что тот поступок был продиктован исключительно благими намерениями и желанием сохранить династию Эйгоров. Сейчас же, речь идёт о массовых внесудебных казнях, без всяких доказательств.

– Разве канцелярия не занимается таким постоянно?

Старый служака медленно кивает.

– Само собой. Но, как правило, мы располагаем уликами, которых достаточно для нас самих. А в некоторых случаях, дело просто нельзя выносить на рассмотрение суда. Этот же ваш приказ – массовые аресты, пытки и последующая казнь людей, по поводу которых, у нас есть только смутные подозрения – он нарушает все писаные и неписаные законы Норкрума.

Какое-то время девушка размышляет, после чего уточняет.

– И что вы намерены делать после ухода с места шефа императорской канцелярии?

– Не беспокойтесь, Ваше Императорское Величество – я не собираюсь поддерживать никого из мятежников. Ни у одного из них нет законных прав на престол, включая Рихта Эйгора, потерявшего их из-за собственного безрассудства в молодости. Я просто отбуду в своё поместье или уберусь в южные королевства, чтобы ни у кого не возникло соблазна отыграться за всё, сделанное мной по приказу престола.

Чуть помедлив, девушка тянет за верёвку, расположенную под столом и спустя секунду дверь распахивает унтер-офицер в армейской форме.

– Проводите генерала Фурье до выхода из дворца и обеспечьте сопровождение до ворот города. С этой секунды он больше не является начальником императорской канцелярии, но с его головы не должен упасть ни один волос. И немедленно отправьте за виконтом Сорретом – пусть прибудет сюда.

Когда бывший службист покидает кабинет, граф Реннан с лёгким облегчением выдыхает.

– Я было подумал, что вы прикажете расстрелять его за измену.

– По-вашему я сошла с ума, граф? Отнюдь – мне просто хочется выжить и победить. Если ради этого надо лить кровь – я готова. Но Фурье мне точно не враг, напротив – всё это время он служил верой и правдой. Его не за что казнить.

Канцлер чуть склоняет голову.

– Виконт Соррет станет новым главой императорской канцелярии?

– У вас есть другие подходящие кандидаты? В лояльности виконта я уверена – он не станет оспаривать мои приказы. Пока мы его ждём, доложите о текущей ситуации.

Граф на момент заминается.

– Надо признать, у Фурье была куда более полная информация – я озвучу то, что есть у меня.

Сделав короткую паузу, опускает глаза на лежащие перед ним документы.

– Первое официальное заявление сделал дом Оттеферов – они призывают к созыву Большого дворянского собрания и утверждению новой династии. По их мнению, Эйгоры допустившие вторую гражданскую войну в империи, потеряли всякое право занимать трон. Командующий семнадцатым танковым корпусом успешно пережил покушение, организованное нашими людьми и в данный момент готовит войска для броска к столице. К нему присоединились ещё два корпуса и три бригады, отколовшиеся от своих командиров.

Регент переводит взгляд на начальника Генерального штаба.

– У нас найдётся чем остановить его?

Катон, до этого с угрюмым видом молчавший, медленно кивает.

– В теории – да, к столице переброшены пятнадцатый и одиннадцатый корпуса, плюс сводная бригада из солдат герцогов Тохра и Рэффа, а в воздухе гвардейское крыло драконов. К северу от Рэнха находятся владения самого герцога Рэффа, который может выставить ещё до двух бригад солдат, если мы предоставим доступ к имперским арсеналам.

На секунду замолчав, добавляет.

– Есть только две проблемы. Первая – многое зависит от позиции властей Рэнха. По моим данным, они в состоянии развернуть до трёх пехотных бригад, но непонятно на чьей стороне окажутся эти солдаты и станут ли они вообще воевать. Вторая – если мы бросим все силы против Болрона, командующего семнадцатым танковым, то окажемся не в состоянии защититься от всех остальных.

Морна снова переводит взгляд на канцлера.

– Кто ещё наступает на столицу? Не нужно давать мне информацию дозированными порциями – выкладывайте сразу всё!

– Хочу отметить, что это пока не до конца подтверждённые данные, Ваше Императорское Величество. Скорсы готовятся к наступлению с севера, а дом Феррехт – с юго-запада. Ориентировочная численность их собственных войск – от трёх до четырёх пехотных бригад у каждого, плюс одно неполное крыло драконов у Скорсов. Но, по нашей информации, глава дома Феррехт склонил на свою сторону командира третьего армейского корпуса, готового поддержать их наступление на Схердас. А Скорсы ведут переговоры с командованием четырнадцатого. Не стоит забывать об Оттеферах, у которых наберётся пехоты на целый корпус. Техники возможно будет недостаточно, но зато у Снэса имеется сразу два драконьих крыла. Плюс, он практически склонил на свою сторону командование девятого танкового корпуса, а эмиссары Оттеферов сейчас ведут работу по всей империи.

Девушка смыкает ладони вместе и хрустя пальцами интересуется.

– А что с нашими солдатами?

Двое оставшихся за столом членов совета переглядываются и Катон принимается осторожно отвечать.

– За исключением сил, находящихся в районе Схердаса, с нами двадцать первый армейский корпус, разбросанный по северу, второй армейский – под Вергадом, четвёртый танковый и десятый армейский – на южной границе империи. Там же седьмое крыло драконов. Их можно использовать для нанесения удара в тыл Болрону, но не уверен, что оголять границу в такое время, это хорошая идея. Тохра и Рэфф уже укомплектовали по две пехотные бригады из своих людей, у Толлеса три пехотные бригады и два звена драконов, но он слишком далеко, чтобы помочь нам здесь. В лучшем случае сможет отвлечь на себя часть сил Оттеферов или Тонфоев, если те тоже вступят в войну.

Правительница Норкрума цокает языком.

– Немедленно отправьте приказ войскам на южной границе – пусть снимаются с места и ударят в спину этому гхарховому ублюдку! Рэфф пусть готовится к тому, чтобы связать части Болрона боем, когда тот попробует обойти Рэнх. Так же это у вас называется, генерал?

– Можно сказать и так, Ваше Императорское Величество. Но опасаюсь у Рэффа недостаточно сил и ресурсов для выстраивания эшелонированной обороны, да и это невозможно сделать в условиях, когда удар могут нанести с любого направления. А для маневренных действий его пехота не слишком подойдёт.

– Пусть сделает всё возможное – Болрон не должен прорваться к столице до того, как у него за спиной замаячат наши войска с юга. Сколько времени им потребуется на то, чтобы добраться до него.

Начальник Генерального штаба и канцлер снова переглядываются.

– Многое зависит от позиции дома Рояр и местных властей. Если солдаты не встретят сопротивления при транспортировке по железной дороге, то я думаю через два-три дня корпуса смогут сосредоточиться для атаки на Болрона.

– Что по поводу Рояр? На чьей они стороне?

На этот раз отвечает Реннан.

– Официально заявили о нейтралитете. Но вы их знаете – помешанные на войне с югом фанатики, которым всё равно кто окажется на престоле, лишь бы он отдал приказ о начале «последней битвы». Опасаюсь, они воспримут приказ об отводе двух корпусов с границы не самым лучшим образом.

– У нас всё равно нет выбора – без этих войск, столица окажется зажата в тиски со всех сторон. Берн – передай нашему представителю при доме Рояр, что он может обещать им эту самую войну. Пусть говорит всё, что угодно – нам нужна их поддержка. Это обеспечит лояльность южной группировки войск и флота, прибавив ещё четыре крыла драконов хёрдиса.

Канцлер печально усмехается.

– Вы хорошо осведомлены об их силах, Ваше Императорское Величество, но боюсь Рояр будет не так просто уговорить – они прекрасно понимают, что сейчас любой даст какие угодно обещания, лишь бы получить поддержку их дома.

– Значит сделайте так, чтобы наши обещания звучали максимально убедительно!

Граф наклоняет голову в почтительном кивке, а Катон Фост озвучивает вопрос.

– Что по поводу Хёница? Вы же вели с ними переговоры – есть какой-то результат?

Дочь Ланца медленно качает головой.

– В войну они влезать не станут. Какую-то поддержку оказать готовы, но не афишируя это и не участвуя в боевых действиях.

– Жаль. В Войне трёх императоров маго-механические бригады показали себя великолепно.

Девушка, на момент задумавшись, хмыкает.

– В столице немало магов – попробуйте обработать их. Соблазнить деньгами, обещаниями титулов и земель. В конце концов идеей о сохранении целостности империи.

Генерал, помрачнев ещё больше, раздражённо кривит лицо.

– Уже пробовали. Набралось целых одиннадцать человек. Этого хватит от силы на одну маго-механическую роту, не более.

– Почему так мало? Им уже неинтересны земные блага?

– Почему же – ещё как интересны. Но по общему мнению, вы скорее всего проиграете и скоро покинете престол – они не хотят вставать на обречённую, с их точки зрения, сторону. К тому же вы знаете этих магов – они потенциально могут жить почти вечно и каждый мнит, что у него это получится. Не видят смысла участвовать в сиюминутной схватке, когда впереди мерцает дорога в вечность.

На лице Морны появляется нервная усмешка.

– Да вы не лишены поэтического дара, генерал. По поводу магов – жаль, но раз так, пусть сидят в своих домах. Когда-нибудь они горько пожалеют о том, что предали меня. И станут молить о пощаде, умирая на эшафотах.

Граф Реннан пару секунд с сомнением смотрит на девушку, но всё-таки решается задать вопрос.

– Вы сказали, что лично займётесь отправкой своих представителей в вольные города – от кого-то уже поступил ответ?

– На данный момент времени нет, но большинство из них только прибыли – надеюсь, что мы получим какое-то количество положительных ответов.

– Я тоже рассчитываю на это. Но хотелось бы отметить, что профессиональные дипломаты стали бы более лучшим вариантом.

Регент выдаёт короткий истерический смешок, который сразу обрывается.

– Они на то и профессиональные, чтобы оценивать ситуацию и делать выводы. Боюсь, большинство посланников из дипломатического корпуса, попробовали бы использовать данные им полномочиями в своих собственных целях, забыв о том, зачем их отправили. Выбранные мной, возможно не идеальны и не так хороши в переговорах, но я уверена, что они не предадут.

– Как вам будет угодно, Ваше Императорское Величество.

Мгновение Морна смотрит на лицо графа так, как будто видит его в первый раз. Потом, склонив голову набок, начинает говорить.

– Раньше вы не использовали подобных фраз, Берн и не говорили со мной в таком тоне. Понимаю, что сейчас ситуация изменилась, а мои решения, с вашей точки зрения, наверняка не самые лучшие. Единственное, чего я требую от вас, пока вы остаётесь на службе – неукоснительно их выполнять. А как людей, которых я давно знаю, прошу не покидать своих постов, сбегая из столицы. Я не стану казнить вас за желание уйти, но если кто-то из вас двоих примет такое решение – предупредите меня заранее и передайте дела своему преемнику.

Мужчины переглядываются и в один голос заверяют девушку, что не станут поступать подобным образом. Когда заканчивают, открывается дверь и в помещении появляется виконт Соррет, которого немедленно подключают к совещанию – Морна излагает ему задачи по зачистке столицы от потенциальных смутьянов и людей, подозреваемых в связях с мятежниками. После, присутствующие обсуждают снабжение армейских частей продовольствием и перспективы диверсионной работы на территории противника. А заканчивают совещание вариантами мобилизации населения столицы и обеспечении их лояльности.

Когда все остальные покидают кабинет, Морна выдвигает небольшой ящик и достав оттуда портсигар, слегка дрожащими руками запаливает сигарету. Выдохнув небольшое облако дыма, с отсутствующим видом произносит.

– Рваные рицеровы выродки, трахнутые гхаргом – чтоб вам сдохнуть в собственном дерьме.

Глава II

Предложение казначея застаёт меня врасплох, но быстро определяюсь с линией поведения.

– Сначала нам нужно урегулировать некоторые возникшие вопросы и потом мы сможем обсудить текущую ситуацию.

На лице мужчины отражается некоторое удивление, смешанное с толикой раздражения, но я уже обращаюсь к обер-лейтенанту.

– Отправьте посыльного в представительство Хёница, пусть передаст устное послание Тескону – Орнос Вайрьо просит его прибыть в…зал, где проходил приём казначея и обеспечить транспортировку раненого студента университета. Будет оптимально, если помимо целителя, он захватит с собой церда и дознавателя. Выберите кого-то из солдат, крепких духом – профессор иногда может весьма лихо проявлять своё раздражение.

Тот коротко кивнув, поворачивается к своим солдатам, объясняя задачу щуплому парню с умным лицом, а казначей, нахмурившись, обращается ко мне.

– У нас есть свои целители, которые смогут вам помочь. И зачем здесь дознаватель Хёница? Эта попытка мятежа – дело исключительно властей Скэррса.

Отрицательно качаю головой, провожая взглядом удаляющегося солдата-посыльного.

– Совершено нападение на студентов университета и один из них находится в тяжёлом состоянии. Сам мятеж – безусловно ваша забота, но вот покушение на одного из нас – под юрисдикцией Хёница и они вправе вести расследование.

Марэто с раздражением фыркает.

– И что они станут выискивать? Организаторов? Так мы их найдём куда раньше.

– Если так – будете обязаны предоставить доступ дознавателю Хёница, который проведёт допрос. Университету необходимо знать, кто покушался на жизнь его студентов и почему.

Теперь на лице местного серого кардинала появляется усмешка.

– У вас есть имперская грамота, но насколько я помню вы студент первого курса, а не должностное лицо Хёница, уполномоченное делать такие заявления. Если таково ваше желание – мы безусловно подождём, пока прибудет упомянутый вами Тескон и обсудим всё с ним.

Стараясь, чтобы моя ухмылка выглядела максимально уверенно, выдаю ответ.

– Безусловно – обсудите всё с профессором. Я всего лишь излагаю вам положения законов империи и договора между престолом и Хёницем.

Казначей на какое-то время замолкает, задумчиво смотря на меня, а со стороны имперского офицера слышится вопрос.

– Требуется ещё какая-то помощь с нашей стороны?

Секунду размышляю, а потом решаю, что стоит сразу взять быка за рога. Если Тескон явится, то это уже отчасти изменит баланс сил. Но чем больше ресурсов окажется за моей спиной, тем лучше. Вернув кольцо на один из целых пальцев правой руки, демонстрирую его Рифнеру.

– В качестве «Защитника империи», я беру под своё командование ваш батальон и местное отделение императорской канцелярии. Первое совещание – сразу после моих переговоров с господином Марэто. Сообщите своему командиру и отправьте кого-то к подполковнику Торку. Наличными силами – обеспечить безопасность этого зала, будучи готовыми к атаке.

Секунду тот всматривается в моё кольцо, после чего берёт под козырёк.

– Будет исполнено!

Повернувшись к явно ошеломлённым солдатам, принимается выдавать приказы, а Ролс Марэто удручённо покачивает головой.

– Мы уничтожили всех нападавших – атаковать некому. А солдаты вольного города не являются для вас угрозой.

Судя по мрачным взглядам, которые «серомундирники» бросают на имперских бойцов, я бы выразился несколько иначе, но мысль казначея в целом ясна.

– Это обычная мера предосторожности. Надеюсь вы меня понимаете.

Воспользовавшись заминкой в беседе, перекладываем Айрин на пол, подстелив свои куртки. Бледная виконтесса дышит, но не проявляет никаких признаков сознания. Пока занимаемся этим, обер-лейтенант расставляет своих людей по позициям, а в зале появляется ещё один человек – среднего роста мужчина в костюме-тройке, с несколькими значками Хёница на лацкане. Подойдя к столу, оглядывает стол и спустя секунду в воздухе уже мелькают нотные символы, а пара блюд окутывается едко-зелёной дымкой. Закончив, раздражённо выдаёт.

– Какой-то неизвестный состав – надо показать алхимикам из лаборатории.

Скользнув взглядом по лежащей без сознания виконтессе и Круацине, что стоит, опёршись спиной о стену, всё тем же тоном интересуется.

– Одну вы значит заморозили, а вторая выжила? Надо бы глянуть, что там у неё внутри.

Вернувшийся на место Рифнер, слегка напрягается, поглядывая на меня, а я озвучиваю вопрос.

– Может быть представитесь, прежде чем напасть на одного из моих людей?

Уголки губ казначея, наблюдающего за беседой чуть дёргаются – как я предполагаю, он весьма неплохо прогнозирует реакцию мага. И тот его не разочаровывает.

– У тебя молоко на губах не обсохло, мальчик, чтобы требовать от меня назваться. Если будет надо покопаться в ком-то, я так и сделаю. Беспокоиться не стоит – потом верну всё на место.

Заметив, что он уже начинает огибать стол, повышаю тон голоса.

– Перед тобой граф Вайрьо, официальный посланник Морны Эйгор и «Защитник империи». Попытку «покопаться» в ком-то из моих людей, я посчитаю агрессией со всеми вытекающими последствиями.

Мужчина чуть притормаживает, бросив на меня взгляд.

– Онкос Мехор – глава службы надзора за магией Скэррса. О каких последствиях ты говоришь, малец? Попробуешь убить меня?

Уже пришедший в себя Эйкар холодно интересуется.

– Мехор? Кто-то из потомков «Унха-лопоуха»?

Теперь во взгляде остановившегося мага появляется самая настоящая злость.

– Мой дед носил титул «Защитника империи» и был удостоен кафедры в Хёнице! Он – «Железная плеть» императора и не носил идиотских прозвищ.

Бывший призрак разражается смехом, а я гадаю, насколько далеко может простираться ярость Онкоса и не спровоцирует ли его Эйкар на открытую агрессию. С учётом весьма жалкого состояния Круацины, противостоять местному магу мы не сможем.

– А ты спроси у Тескона, какое прозвище носил Унх в Хёнице. Он и в тот пустынный рейд отправился только, чтобы от него избавиться. А сами уши исправил ещё на первом курсе, правда это мало помогло.

Мехор делает шаг вперёд, но потом внезапно останавливается, с подозрением смотря на старого мага.

– Это он вам всё рассказал? Профессор Тескон?

Эйкар пожимает плечами, а я внутренне усмехаюсь. Хороший ход – если этот маг решит, что мы на настолько короткой ноге с главой кафедры химерологии, то не полезет в открытую драку.

Собственно так и происходит – пробурчав что-то себе под нос, он отступает назад. Но от реплики не удерживается – махнув рукой в сторону Круацины, замечает.

– Всё равно непонятно, как она выжила. Этот состав должен был убить её.

Теперь в дело вступаю я сам.

– Возможно дело в мастерстве леди Тонфой.

Взгляд мага, сейчас скорее вопрошающий, чем разозлённый, обращается на меня. С лёгким подозрением в голосе он уточняет.

– Какой именно леди Тонфой?

– Той самой, что в юности любила хорошо повеселиться и заслужила прозвище «Кровавой». Круацина – некон-телохранитель её внука, Канса Тонфоя, что прилетел в Скэррс вместе со мной.

На последней фразе киваю в сторону сына хёрдиса и похоже, новые данные изрядно удивляют Онкоса.

– Лэзла… И сын хёрдиса. Вы не могли сразу всё объяснить, граф Вайрьо, а не выставлять меня идиотом?

Как у него разом поменялся тон, стоило намекнуть на тесный контакт с Тесконом и упомянуть, что в деле замешана вдовствующая хёрдиссиня. Насколько я могу судить по лицу казначея, он тоже не был в курсе присутствия тут Канса и теперь находится в смешанных чувствах. Скорее всего в письме местным лоялистам, ушедшему на сторону, была информация только о самом посланнике, но не о его спутниках. Что в целом логично – откуда Морна могла знать, кого я возьму с собой и будут ли вообще сопровождающие.

– Вы сами не дали мне этого сделать, господин Мехор. Если бы задали пару вопросов вместо того, чтобы пытаться надавить на посланника престола, находясь в шаге от вооружённого мятежа, мы смогли бы выяснить всё в куда более спокойном тоне.

Тот хмурится, но предпочитает оставить последние реплики без ответа. А вот казначей, явно впечатлённый тем, как мы отбрили его соратника, снова возвращается к беседе.

– Может быть стоит перенести вашего раненного в более комфортные условия? Тут есть куда меньшие по размеру комнаты, где девушку можно уложить на диван или кровать. Дождавшись там Тескона.

Раздумываю над этим вариантом, но спустя секунду в дверях появляется фигура Тескона и вскоре в воздухе слышится скрипучий голос.

– Я убрался далеко на север, Орнос. В самую глушь. Но вы и здесь умудряетесь достать меня с вашими проблемами. Что случилось на этот раз – очередное восстание мертвецов? Побег дракона? Или вы снова вырезали пачку невинных людей?

Слова звучат, своего рода издёвкой, но вот глаза у старика явно встревоженные. Отмечаю, что следом за ним шагают ещё четыре человека – у двоих замечаю значки целителей, а ещё один чем-то неуловимо напоминает Йорса. Если это дознаватель, то стало быть четвёртый является цердом. Глядя на приближающегося преподавателя, обрисовываю ситуацию.

– Мы прибыли с официальным визитом, от лица Морны Эйгор. В зале было совершено нападение на местную…правящую прослойку и мы тоже попали под удар. Мэно отравилась неизвестной алхимической субстанцией и сейчас заморожена, чтобы сдержать действия яда. Прошу оказать ей помощь на территории представительства Хёница и начать следствие по факту нападения на студентов.

Остановившийся рядом со столом, Тескон окидывает взглядом всех собравшихся.

– Да-да, Хард предупреждал меня, что вы прибудете – совсем вылетело из головы.

Переводя взгляд на виконтессу, машет рукой целителям.

– Посмотрите, что с ней.

Сам же разглядывает столы, уставленные блюдами.

– Значит вся еда отравлена?

Прежде чем успеваю ответить, в разговор влезает недовольно хмыкнувший казначей.

– Простите меня профессор, но я вынужден сообщить, что дело уже…

Старый преподаватель реагирует так, как я и предполагал – крутнувшись на месте, рявкает.

– Для вас, я – господин Тескон, официальное лицо Хёница и маг, обладающий солидными возможностями. Не забывайтесь! Что вы там хотели мне рассказать?

Марэто медленно багровеет, но придвинувшийся к нему Онкос что-то шепчет мужчине на ухо и тот отвечает куда мягче, чем я предполагал.

– Я хотел сказать, что расследование уже ведётся нашими людьми и вам не стоит беспокоиться – мы обязательно выясним, кто это был.

Пару секунд Тескон непонимающе смотрит на него, после чего усмехается.

– Вы про тех дуболомов, что называете следователями? Да моя химера для чистки обуви и та будет сообразительнее.

Обернувшись к паре магов, что застыли неподалёку, меняет тон голоса на приказной.

– От имени Хёница поручаю вам расследование этого дела. Выясните, кто напал на студентов университета и далее действуйте в полном соответствии с законами империи.

Судя по вытянувшемуся лица Марэто, такого он точно не ожидал. А старик возвращает своё внимание к блюдам на столе. Сыпет порцией нотных символов и один из салатов превращается в тончайшую взвесь, которая какое-то время висит в воздухе. Вижу, как из неё выделяются странного вида синие капли, стекающие на скатерть. А вот самого Тескона, результат заклинания, похоже сильно удивляет.

– Что это за состав такой? Басоф – успели что-то выяснить?

Один из целителей, работающих с Айрин, поворачивает голову в сторону старика.

– Распад внутренних органов, отравленная кровь, частичное поражение струны. На мой взгляд, она должна была давно умереть, но кто-то весьма искусно поддерживал жизнь.

На последней фразе косится в нашу сторону, видимо не понимая, как с этим могли справиться первокурсники. Тескон, после секундного раздумья, определяется.

– Забирайте её к нам – попробуем помочь в стационаре. И возьмите образец этого гхаргова дерьма – выясните, что это такое на самом деле.

Целители принимаются за работу, а я уточняю.

– Ей получится помочь?

– Скорее всего да, но не могу ручаться – первый раз вижу алхимический состав, который не могу идентифицировать. Когда закончите со своими делами – зайдите к нам, побеседуем. Думаю на тот момент уже станет понятен прогноз.

Стиснув зубы наблюдаю за тем, как тело девушки плывёт по воздуху, следуя за целителями. Тескон, обратив внимание на выражение моего лица, добавляет.

– Постарайтесь не напортачить Орнос – здесь нельзя убивать направо и налево, всех кого захочется. До встречи.

После того, как он удаляется на пару десятков метров, слышится голос Сарта Довано.

– А где-то можно?

Парень с явным изумлением смотрит на удаляющегося мага, а вот казначей Скэррса впал в состояние тотальной задумчивости. Настолько, что не сразу реагирует, когда прибывший дознаватель Хёница начинает задавать ему вопросы. Против моего ожидания, Марэто не возмущается, а спокойно отвечает, рассказывая всё, что от него требуют. Надеюсь у меня вышло добиться желаемого и теперь наша миссия в его глазах выглядит куда более весомой. А с учётом присутствия здесь посторонних лиц, слухи быстро разнесутся по городу, что поможет в будущем. Как минимум сократит объём потенциальных проблем с которыми мы можем столкнуться. И возможно будет полезно в процессе переговоров.

Ещё один плюс, весомый лично для меня – теперь я кажусь не просто болванчиком-идиотом, прибывшим по хотелке девушки, погрузившей страну в хаос гражданской войны, а относительно самостоятельной фигурой с ценными связями.

После того, как дознаватель заканчивает свою работу, допросив всех интересующих его лицо, казначей, терпеливо ожидавший на стуле, со вздохом облегчения выпрямляется.

– Теперь мы можем поговорить, граф Вайрьо?

Киваю ему.

– Думаю, да. Только сначала заглянем в гостиницу, где остановились.

Не сказать, что Марэто рад этой идее, но возражений не высказывает. В итоге, спустя несколько минут отправляемся к отелю, одолжив ещё два паромобиля для взвода солдат Рифнера. За время нашего ожидания, успели вернуться оба отправленных лейтенантом посыльных, передавших один и тот же вопрос – куда офицерам необходимо прибыть для совещания. В горячке ситуации я забыл указать, место в которое необходимо явиться командиру батальона и главе отделения канцелярии. Обозначаю в качестве такового конференц-зал гостиницы, замеченный при заселении и отсылаю солдат обратно. Время встречи – через два часа от текущего времени.

По прибытию, поручаю обер-лейтенанту организацию охраны и тот выставляет посты на нашем этаже, разместив остальных солдат в холле и около входа. Парень за стойкой пытается выразить слабый протест, но я озвучиваю, что все дополнительные расходы будут оплачены и обращаюсь с просьбой обеспечить бойцов питанием. Сюда бы ещё мага, который станет проверять их пищу, но такового под рукой пока нет. Правда, Эйкар утверждает, что способен справиться с анализом еды, даже при половинной силе струны. Но пусть он лучше сканирует то, что станем употреблять в пищу мы сами.

Круацина, заметив в коридоре еду, которую везут кому-то в номер, буквально отшвыривает в сторону служащего и звеня металлическими крышками, набрасывается на содержимое тарелок. Оттаскивать её бесполезно, да и чревато – легко можно стать инвалидом. Так что Эйкар пускает в дело пару нотных связок и успокаивает нас, заявив, что в тушёном мясе и картофеле нет никакого намёка на яд. Объясняет и причину дикого голода призванной – для восстановления ей нужна масса пищи. Чем больше, тем лучше. Собственно ей требуется большой объём еды, даже для поддержания обычного функционала, а поправка при тяжелом ранении вынуждает есть в несколько раз больше, чем обычно.

Пока он говорит, Круацина успевает запихнуть в себя всё, что было на тележке и бросив зверский взгляд на перепуганного лакея, удаляется в номер. За ней следуем и мы. Если призванной нужно сменить одежду на чистую, то мы захватываем с собой ручные гранаты, а Джойл берёт «Лоун». Теперь можно чувствовать себя чуть более уверенно при возможном конфликте.

У входа в гостиницу нас ожидает паромобиль, присланный казначеем – готов отвезти нас на встречу с неформальным лидером города. Заверяю Рифнера, что сопровождение из числа солдат не требуется и приказываю следить за сохранностью номера, проводив прибывших офицеров в конференц-зал, как только они прибудут. Если мы к тому моменту ещё не вернёмся – пусть ждут, как минимум, в течение двадцати минут.

Ещё одна короткая поездка по городу и мы уже выгружаемся перед зданием ресторана, фасад которого украшен причудливой резьбой. Предупредительный швейцар распахивает двери, а официант ведёт нас в отдельный зал для важных гостей. Перешагнув порог, на момент останавливаюсь – помимо казначея, внутри помещения ещё несколько человек, чьи взгляды сейчас скрестились на мне.

Глава III

Пройдя дальше в комнату, разглядываю присутствующих, а Марэто показывает рукой на противоположную сторону стола, приглашая занять наши места. Как только рассаживаемся, официант обращается с просьбой выбрать какие-то блюда. Желудок всё ещё сводит от голода, поэтому пробегаю глазами по списку вариантов в меню, упакованному в кожаный переплёт. Следом подключаются и все остальные.

Первой свои предпочтения озвучивает Круацина, выбравшая молочного поросёнка на вертеле и утку в яблоках. Служащий ресторана на момент впадает в ступор, но быстро берёт себя в руки, фиксируя заказ девушки в блокноте. После неё, определяемся с едой и мы. В процессе обращаю внимание на предмет, которым парень в ливрее записывает названия блюд – если в Хёнице мы используем перья, обработанные магией, то здесь он орудует чем-то похожим на карандаш.

Когда официант удаляется, Марэто по очереди представляет присутствующих. Солидный мужчина во фраке и с лёгкой полнотой оказывается городским главой, вертлявый худой брюнет – главой местного парламента, а блондинку лет тридцати, в брючном костюме, он называет представителем семьи Лоннейс. Той самой, что контролирует двадцать процентов шахт города. Последним очередь доходит до поджарого мужчины неопределённого возраста в скромном костюме, что курит сигару. Это Хольт Довано – глава криминального клана, тоже приглашённый на встречу.

Следом казначей проходится по нашим именам и я понимаю, что он не предупредил своих соратников о личностях моих спутников – при упоминании Канса Тонфоя на лицах всех, кроме Довано проступает явственное удивление. Вот его бабушку он не упоминает, что немедленно отмечает всё тот же Хольт.

– Ролс, та забыл сказать, что среди наших собеседников некон-телохранитель, созданный вдовствующей хёрдиссиней Тонфой. А в представительстве Хёница сейчас находится раненая Айрин Мэно – дочь главы военной разведки империи.

Марэто, закашлявшись, поворачивается в сторону Довано, взмахивая рукой.

– Это не столь важно для цели нашего сегодняшнего собрания – мы должны обсудить предложение регента, а не родственные связи её посланников.

Тот со скептическим видом выдыхает дым, но отвечать, судя по всему не планирует. Поняв это, казначей поворачивается ко мне.

– Итак, вы прилетели, чтобы предложить нам присоединиться к «Пакту порядка», правильно я понимаю?

Утвердительно склоняю голову.

– Именно так.

– А прислали вас по той причине, что род Вайрьо весьма уважаем горожанами и просто так развернуть вас назад не получится? Плюс, ещё и замок у нас под боком.

Пока местный лидер озвучивает вполне очевидные вещи, так что молча киваю. Тот ждёт пару секунд и удостоверившись, что я не собираюсь ничего отвечать, продолжает.

– Что регент может предложить нам в обмен на поддержку? Присоединившись к «Пакту», мы моментально станем мишенью для всех её противников, а к их числу, как я понимаю, скоро можно будет отнести почти всю высшую аристократию Норкрума.

Произнося последние слова, бросает взгляд на Канса, но парень хранит молчание, с каменным выражением лица, наблюдая за нашими собеседниками. Я же сходу озвучиваю встречное предложение.

– Основной вопрос в том, что именно вам хотелось бы получить. Озвучьте свои пожелание и посмотрим, получится ли их реализовать.

Казначей оглядывается на остальных присутствующих и городской глава делает приглашающий жест рукой – мол, продолжай и дальше сам. Переведя взгляд на меня, Ролс принимается излагать.

– В первую очередь нас интересует вопрос деятельности императорской канцелярии. Понятно, что совсем без неё не обойтись, но хотелось бы сократить их возможности, наряду с ограничением численности личного состава. А значительную часть дел передать городским структурам. Ещё один важный момент – подсудность и подследственность. Сейчас, при совершении преступления членом дома хёрдисов или герцога, следствие в их отношение ведут только офицеры канцелярии, а сам процесс происходит в имперском суде. Само собой, мы хотели бы получить возможность расследовать подобные дела самостоятельно, а рассматривать их в суде Скэррса.

На лице Канса появляется усмешка и парень, не выдержав, вклинивается с репликой.

– И часто у вас совершают преступления аристократы из высшей знати?

Смерив его взглядом, Марэто возвращает ухмылку.

– Деньги притягивают самых разных людей – например племянник какого-то хёрдиса может приехать к нам, заключить сделку на поставку продукции, получить аванс и покинуть город с деньгами. Будь следствие в нашей юрисдикции – за ним бы отправилась наша полиция, которая бы произвела арест и доставила преступника к нам. Но мы, мало того, что не можем действовать за пределами Скэррса, так ещё и в своём собственном городе способны только задержать злоумышленника, отдав остальное на откуп канцелярии.

Пока он всё это рассказывает, понимаю, что несмотря на пафос, требование точно из разряда декоративно-имиджевых. Да, в теории представители пары домов высшей знати могли провернуть сомнительные сделки и сбежать. Но понятное дело, на постоянной основе это невозможно. Да и реальный ущерб от нескольких подобных преступлений, в масштабах Скэррса крохотный. Дело скорее в популистской составляющей – городские власти хотят выглядеть полноценными правителями в глазах местных жителей. Такими, что могут отдать приказ об аресте хёрдиса, если это понадобится. Когда казначей заканчивает, формулирую свой ответ.

– Тут всё понятно. Но может быть обсудим темы, которые для вас действительно критичны? А не те, что годятся больше для предвыборных речей.

Ёрзающий на стуле брюнет, возглавляющий местный парламент, немедленно возмущается.

– Это важное требование! Мы должны быть хозяевами в своём собственном городе, а не бесправной обслугой!

Хочет сказать и что-то ещё, но осекается под взглядом Марэто – кажется даже съёживается на своём стуле, уменьшаясь в размерах. Сам казначей переглядывается с главой клана Довано и поворачивается ко мне.

– Хорошо, давайте перейдём к более масштабным вопросам. Например, отказу от обязательств перед империей в случае войны. Или налогам на экспорт кэррса и содержащих его алхимических составов. Можно обсудить и право ввода имперских войск на территорию города, в случае начала военных действий. Например, как сейчас, когда на наших улицах оказался батальон солдат, хотя все очаги мятежа находятся далеко отсюда.

Сразу после его слов раздаётся осторожный стук в дверь – официанты принесли подносы с едой, что даёт мне возможность обдумать свою реакцию. Если я правильно понял суть имперской грамоты, выданной Морной – мои полномочия распространяются на все сферы жизни города, за исключением армии и безопасности. Поэтому, ограничить полномочия канцелярии или пересмотреть соглашение о военном присутствии я не могу. А вот решить что-то с налогами и экспортной пошлиной – вполне.

Спустя несколько минут официанты удаляются, расставив еду на столе, а комнату оглашают звуки разрываемого поросёнка, которого Круацина, не сильно церемонясь, разделывает голыми руками. Представители Скэррса с некоторой оторопью наблюдают за тем, как красноволосая красотка отрывает солидные куски мяса от ещё горячей тушки, отправляя их себе в рот, а Канс скалится в довольной усмешке. Даже невозмутимый Довано подаётся вперёд, сжимая в пальцах сигару. Эйкар же пускает в дело нотную связку, анализирующую еду и утвердительно кивает мне, давая понять, что пища безопасна. Дождавшись его вердикта по поводу принесённой еды, решаю детализировать их просьбу.

– До какого порога вы хотите снизить экспортные пошлины на сырьё и артефакты? И что именно предлагаете изменить в соглашении с империей о присутствии войск?

К сожалению, Морна не прислали никакой документации на этот счёт. Возможно считала, что бастард Вайрьо, выросший где-то в этих краях, должен быть в курсе положения вольного города и сам отлично разбираться в вопросе. Но это совсем не так – сейчас я чувствую себя, как сапёр, двигающийся по минному полю. Если эта «банда» поймёт, что я абсолютно не разбираюсь в правовых актах, которые сейчас обсуждаются – моя репутация, как переговорщика, моментально рухнет на самое дно.

На этот раз отвечает Сейк Ботоли – официальный глава города. Правда, перед тем как заговорить, обменивается взглядами с Марэто, получив от него подтверждающий кивок. Не знаю как, но казначей однозначно держит их в ежовых рукавицах, не давая забыть, кто тут настоящая высшая власть.

– Вы наверняка знаете, что сейчас пошлина на вывозимый из города кэррс составляет половину от стоимости его продажи. А для алхимических составов, в которые он входит, пошлина и вовсе равна цене продажи. Нас вынуждают продавать добытый минерал, не развивая собственного производства. Из-за размера пошлин, экспорт готовых алхимических составов приносит денег не больше, чем продажа сырья для них. А сложностей, напротив, возникает масса – от оборудования лабораторий, до поиска специалистов и риска происшествий в процессе производства. Сами понимаете, на такое готовы пойти лишь энтузиасты или те, кто рассчитывает на изменения условий в будущем. Это не говоря о том, что наши собственные лаборатории обязаны закупать кэрсс с учётом всё той же экспортной пошлины. Как итог, они влачат нищенское состояние, потому что себестоимость их продукции более чем в два раза дороже, чем у остальных, а вот продают они по той же цене – иначе клиентов не будет вовсе.

Занятная ситуация. Но в то же время, достаточно логичная – власти империи явно не хотели допустить концентрации в одном городе добычи минерала, наряду с производством алхимической продукции на его базе. Переглянувшись с нахмурившимся Кансом, пожимаю плечами.

– Свои предложения вы так и не озвучили. Чего вы хотите?

Ботоли откашливается, косясь на казначея и продолжает.

– Было бы неплохо снизить пошлину на экспорт кэрсса и составов на его основе, до двадцати процентов. При этом, дав нашим лабораториям возможность закупать его без дополнительной наценки, равной этой самой пошлине. Это поставит городское производство в равные условия со всей остальной империей.

Скорее выведет город в явные лидеры, так как по моему подозрению, закупочная цена сырья для местных лабораторий, будет критично ниже, чем для покупателей извне. Но этот очевидный факт, сейчас лучше не упоминать. Вместо этого, задаю совсем другой вопрос.

– Хорошо – я услышал вашу позицию. Что по поводу соглашения между вами и империей на случай военных действий?

Тут слово снова берёт казначей Скэррса.

– Согласно договору, мы обязаны поставлять добываемый минерал бесплатно, в том случае, если Норкрум воюет с внешним противником или в стране имеет место открытое выступление мятежников против императора. Как вы сами понимаете, город в этом не заинтересован.

На несколько секунд замолкает, пристально изучая меня, но не получив ответной реакции, говорит дальше.

– Само собой, мы осознаём, что война – не тот случай, когда можно говорить о сохранении каких-то рыночных отношений. И не собираемся требовать немедленной оплаты за всё поставленное сырьё в то время, как престол и так несёт колоссальные расходы на ведение военных действий. Но хотелось бы получить деньги за поставленные минералы и алхимические составы после того, как война закончится. В оговорённые сроки, которые будут указаны в новом соглашении. Скажем, в течение года.

Всё им сказанное тоже звучит вполне логично. Только вот присутствуют у меня мысли, что будь под контролем Морны больше солдат и острая потребность в кэрссе – девушка бы взяла город штурмом, обеспечив себе поставки сырья. Как и любой другой правитель империи. Но эти парни явно смотрят в будущее и как я понимаю, надеются сформировать достаточно мощную местную армию к моменту окончания конфликта. Конечно, если раньше до них не доберётся кто-то из его участников.

– Это требование тоже понятно. Рискну предположить, что фразу о запрете на ввод имперских войск следует рассматривать, как невозможность армии войти в город, за исключением случая мятежа в нём самом.

Получив подтверждающий кивок со стороны казначея, делаю свой ход.

– Предположим, я могу рассмотреть часть ваших требований. Более того – возможно получится удовлетворить их в полной мере. Но если это произойдёт, то и с вашей стороны потребуется нечто большее, чем присоединиться к «Пакту порядка».

На лице Марэто появляется непонимание, а городской глава уточняет.

– Но ведь вы прибыли сюда как раз с предложение подписать «Пакт», поддержав Морну. Что изменилось?

– Услышал объём ваших запросов. Если с экономической стороной дела всё ещё как-то можно утрясти, то вот ограничение полномочий канцелярии и запрет на ввод в город имперских солдат, потребуют в обмен куда большей самоотдачи, чем простой финансовый транш и открытые пункты по набору добровольцев. Например, вам может быть поручено полностью укомплектовать личным составом несколько армейских бригад, что вступят в войну на стороне регента. Обеспечить их снабжение, пополнение новобранцами, развернуть тыловые госпитали и предоставить командование над всем этим кому-то из присланных генералов имперской армии.

Насколько я могу судить по лицам переговорщиков, такого поворота событий они не ожидали. Только Довано чему-то усмехается, обрезая новую сигару. Да блондинка, представляющую семью Лоннейс, владеющую шахтами, по-прежнему сидит с постным видом. А вот казначей, глава города и спикер парламента явно ошарашены. Впрочем, надо отдать им должное – пауза длится не более пяти секунд, по истечению которых Марэто осторожно озвучивает свою позицию.

– Нам потребуется какое-то время, чтобы всё обсудить. Сами понимаете – к предложению такого рода, мы готовы не были. И скажу сразу – эти четыре требования ключевые, но далеко не единственные.

– Надеюсь остальные не настолько масштабны?

Тот слегка улыбается.

– Абсолютно верно – если мы придём к соглашению по уже озвученным четырём пунктам, то думаю точно договоримся обо всём остальном. А теперь, прошу нас извинить – дела города не ждут. Предлагаю встретиться в этом же зале, завтра в два часа дня. Пока же наслаждайтесь едой и гостеприимством Скэррса. Паромобиль будет ждать вас около входа в ресторан.

Когда представители местной элиты, один за другим покидают помещение, наконец отдаю дань уважения ароматному стейку, который принёс официант. Да и остальные набрасываются на еду – из всех нас насытиться успела только Круацина, сейчас обгладывающая кости утки. Машинально бросаю взгляд на её живот, который на мой взгляд, должен был вздуться от такого количества пищи. Но судя по всему, несмотря на объёмы поглощаемого, призванная постоянно остаётся стройной.

Несколько минут в комнате слышатся только звуки работающих челюстей и звон столовых приборов, которые прерываются голосом Канса.

– Думаешь, Морна пойдёт на такое?

Бросив взгляд в сторону сына хёрдиса, показательно осматриваю стены вокруг.

– Лучше обсудить всё в гостинице, а не здесь.

Эйкар было поднимает на меня глаза, явно собираясь предложить свои услуги, но не думаю, что демонстрировать наши возможности здесь – хорошая идея. Если за помещением наблюдают на постоянной основе, то его заклинание успеют зафиксировать. Что даст потенциальному противнику дополнительную информацию о нашей компании. Поэтому, смотря на старого мага, отрицательно качаю головой и он возвращается к трапезе.

Разделавшись со своими порциями, покидаем здание ресторана, возвращаясь к отелю. По дороге интересуюсь у водителя статусом паромобиля, на которым мы сейчас перемещаемся и тот отвечает, что транспорт в нашем распоряжении до момента отъезда из Скэррса. Когда добираемся до здания отеля, вручаю ему монету в один лар и информирую, что дальше мы будем ездить со своим собственным шофёром, а он может быть свободен.

Когда парень удаляется, прошу приблизившегося обер-лейтенанта подобрать нам водителя из числа его солдат и тот бодро рапортует о том, что приказ будет выполнен. Потом, чуть замявшись, понижает голос почти до шёпота.

– Вас ждут посетители. До совещания ещё больше часа, поэтому я взял на себя смелость, отправить их в конференц-зал.

Сбоку удивлённо хмыкает Канс, а Джойл непонимающе хмурит брови. Я же поднимаю руку, прерывая офицера, уже готового продолжить свой рассказ.

– Сначала поднимемся наверх – там всё изложишь.

Рифнер явно не понимает разницы, но послушно следует за нами на третий этаж, где находится выделенный нам номер. По пути в голову приходит мысль, что было бы крайне неплохо проверить разумы всех солдат его взвода на предмет внешнего вмешательства. Учитывая наличие под властью города магов, с них станется попробовать установить контроль над каким-то числом бойцов.

Оказавшись в холле люкса, киваю Эйкару и тот пускает в ход нотную связку, исключающую возможность прослушки при помощи магии. Когда маг сообщает о завершении процесса, вопросительно смотрю на Гульца и тот называет имена посетителей.

– В конференц-зале вас ждут Сарт Довано и Лика Лоннейс – они прибыли вместе, заранее зная, что вас нет на месте и просили дать им возможность дождаться вашего возвращения.

Удивлённый поворотом событий, уточняю.

– Вот так просто заявились в открытую?

Офицер чуть смущается.

– Не совсем – у обоих были…маски. Или как их правильно назвать? Другие лица, что создаются заклинаниями.

Прислушивающийся к беседе Эйкар, встревает.

– Маскировка при помощи иллюзий.

Рифнер с облегчённой улыбкой поворачивается к нему.

– Вот – точно! Так они добрались до поста на вашем этаже и только потом назвались, показав свои настоящие лица.

Вздохнув, пытаюсь понять, что происходит. Выходит, пока мы были на переговорах в ресторане, Довано и Лоннейсы прислали отдельных посланников, что заявились прямо к нам в отель? Или это частная инициатива самих визитеров?

Глава IV

Ввиду неожиданного визита, приходится отложить посещение представительства Хёница, куда я собирался сразу после возвращения в отель. Собственно и в саму гостиницу мне мне было нужно исключительно для того, чтобы сменить водителя на одного из имперских солдат. Теперь же придётся задержаться, чтобы понять, зачем сюда явилась эта парочка.

Пока, вместе с Кансом и Круациной шагаем по коридору, пытаюсь набросать варианты. Очевидно, что они хотят передать нечто, отличающееся от «генеральной линии партии». Ключевой вопрос – каково именно содержание этого послания? И тут мозг генерирует десятки разнообразных вариантов, на любой вкус. В конце концов оставляю это занятие – меньше чем через минуту, сами всё расскажут. Перебрасываюсь парой фраз с Тонфоем, попросив его, без необходимости не встревать во время беседы с «гостями». На встречу мы отправились втроём – Эйкар сейчас занят тем, что копается в головах солдат, проверяя, не было ли факта вмешательства в их разум. По окончанию маг, вместе с Джойлом и Сонэрой, займётся созданием артефакта, позволяющего установить «сигнальные маячки» в сознании каждого из бойцов взвода, который я решил закрепить за нами, в качестве лейб-гвардии. Если кто-то попытается взять их под контроль, то артефакт даст об этом знать.

Я бы оставили ему в помощь и Канса – сам Эйкар не так много может, с учётом половинной силы его струны. Но Круацина вполне предсказуемо не пожелала отправляться куда бы то ни было, без своего господина. А присутствие девушки необходимо – если визитёры попробуют нас прикончить, это единственная страховка, позволяющая выжить. Призванная по большей части восстановила свои силы и сейчас выглядит куда более бодро. Где-то на заднем фоне мелькает мысль о том, что я не знаю её точных возможностей – надо будет узнать, как далеко они простираются и чего от неё можно ждать в бою. Вся имеющуюся пока информацию можно свести к двум тезисам – призванная невероятно живуча и способна голыми руками разрывать на части химер, которых не берут пули. Ах да, ещё она залечивает раны в процессе секса. Но, как я подозреваю, у неё могут найтись и какие-то иные таланты.

Добравшись до входа в зал, чуть притормаживаю, собираясь с мыслями и тяну на себя дверь. Оказавшись внутри, располагаюсь напротив уже знакомого брюнета и изящной девушки, чертами лица отчасти похожую на ту женщину, что была в ресторане. Только эта лет на десять моложе своей предполагаемой родственницы. Но тоже блондинка, да ещё и голубоглазая – не знаю, как здесь, а в моём старом мире, у неё точно не было бы отбоя от ухажёров.

Когда усаживаемся на стулья, Сарт с ухмылкой представляет свою спутницу.

– Знакомьтесь – блистательная леди Корна Лоннейс, младшая дочь главы семейства и главная красотка Скэррса.

Сама девушка раздражённо морщится.

– Ради болотных гхалтов, будь серьёзнее, Сарт! Речь о судьбе города!

Тот на момент тушуется, но сразу находится с ответом.

– Это не повод сидеть с постной миной, моя обожаемая Корна – в любой беседе есть место для шутки.

Манерами и поведением он отчасти напоминает Канса, который сейчас задумчиво рассматривает парня. Я же перевожу взгляд на девушку, представляясь.

– Орнос Вайрьо – посланник регента и студент Хёница. Рядом со мной – Канс Тонфой, а ещё дальше Круацина, его некон-телохранитель.

Довано снова усмехается.

– Вот так просто? Без всяких титулов? Как там у вас принято – Его Светлейшество, граф Вайрьо, «Защитник империи», наделённый властью Её Императорским Величеством и Канс Тонфой из дома прославленных хёрдисов империи.

Вижу, как на лице Канса появляется усмешка, а вот Лоннейс выглядит так, как будто прямо сейчас отвесит парню затрещину. Я же, пытаюсь перевести разговор в более конструктивное русло.

– С удовольствием обсудил бы с вами напыщенных аристократов, как и многое другое, но у нас не так много времени. Вы же явились сюда не ради светской беседы?

Сарт становится серьёзнее и даже выпрямляет спину, видимо готовясь что-то озвучить, но его опережает Корна.

– Естественно, мы не просто так пробирались к вам в гостиницу, рискуя быть раскрытыми. Только что вы встречались с руководством города, на котором присутствовали люди, представлявшие наши семьи, но они не могли говорить открыто. Поэтому мы здесь. О безопасности беседы можете не беспокоиться – у нас есть артефакт, обеспечивающий защиту от магической прослушки.

Слегка наклоняю голову, вопросительно смотря на неё и девушка продолжает.

– Дело в том, что далеко не все довольны тем, как сейчас управляется Скэррс. Но изменить ситуацию без союзников извне, не представляется возможным. Как нам кажется, вы вполне можете стать таковым.

Пока она не сказала абсолютно ничего конкретного и я со вздохом, пытаюсь подтолкнуть её в нужном направлении.

– Возможно. Вопрос только в том, что именно вы хотите предложить.

Сарт, взяв со стола яблоко, рассматривает его и внезапно выдаёт фразу.

– Всё очень просто – прикончите кусок гхаргового дерьма, что называет себя казначеем и распустите парламент. А город примкнёт к «Пакту порядка» девицы, что сейчас правит империей.

Закончив, он с довольным видом вонзает зубы в яблоко, а в помещении ненадолго устанавливается тишина. Судя по лицу Корны, она планировала куда более мягко подвести разговор к этому варианту, но сделанного не изменить и теперь девушка с ожиданием смотрит на меня, оценивая эффект от произнесённых фраз. Сам я, переварив услышанное, уточняю.

– Прошу извинить – не слишком силён в законодательстве вольных городов, разве у меня есть полномочия распускать парламент?

Корна с облегчением вздыхает.

– Имперская грамота при вас? Я могу её посмотреть?

Переглянувшись с Кансом достаю бумагу, отдавая её девушке. Сбоку от Тонфоя недовольно хмурится Круацина – забирая документ, Корна перегнулась через стол, демонстрируя декольте, в которое немедленно устремился взгляд сына хёрдиса. Лоннейс секунд десять изучает грамоту, после чего возвращает её мне, повторив манёвр.

– Как я и думала – стандартный текст. Вы можете заключать сделки и предпринимать действия от имени регента, в качестве полноправного представителя престола. Единственное ограничение – армия и императорская канцелярия, но парламент к ним не относится.

Видимо заметив на моём лице знак вопроса, объясняет.

– Правитель Норкрума в любой момент может распустить парламент, либо иной выборный орган, любого из вольных городов. В соответствии с грамотой, вы располагаете подобной властью на территории Скэррса.

Киваю ей.

– Пусть так. Но чем вам не угодил казначей? Зачем нужен роспуск парламента? И собственно ключевой момент – как вы планируете всё это провернуть?

Оба визитёра переглядываются и на этот раз говорить начинает Сарт.

– Скэррс всегда был городом со сбалансированной системой политической власти, что обеспечивало максимально эффективное управление и развитие. А сейчас всё идёт к тому, что мы окажемся под властью одного диктатора, привыкшего держаться в полутени, дёргая при этом за ниточки. Марэто надо убрать до того, как он полностью закрепится на своём месте, уничтожив всех остальных. Городское правительство и парламент уже превратились в декорации – единственное, что ему сейчас мешает, наши семьи.

Ситуация относительно ясна. Хотя о факте концентрации власти в руках казначея, я узнал ещё в дирижабле, из документов, присланных Морной.

– Можете как-то более детально обрисовать ситуацию? Сложно делать какие-то выводы, слыша только общие фразы.

Блондинка подаётся вперёд, наклоняясь над столом.

– А о чём тут рассказывать? Этот скользкий ублюдок выполз на место вице-казначея, подложив свою дочку под тогдашнего главу города. Тот был настолько рад юной жене, на тридцать лет моложе него, что сразу взял её отца под крыло. Потом Ролс наладил схему контрабанды кэррса и алхимических составов из города, сформировав вторую, подпольную казну. Это позволило ему покупать лояльность людей и влиять на выборы. Когда у тебя есть масштабный поток неконтролируемых финансов – возможности открываются весьма широкие. Через пару лет он стал казначеем, заменив своего шефа. А потом скончался старый городской глава и власть в семье перехватила дочь Марэто, к тому времени подмявшая под себя всех остальных родственников. Пара из числа тех, кто пытался сопротивляться её влиянию, неожиданно покинула этот мир, а остальные склонили головы.

Делает короткую паузу, переводя дух.

– Дальше всё было просто – за следующие три года, Ролс проник во все сферы жизни города. Он держит в кулаке лаборатории, которые процветают и зарабатывают за счёт контрабанды, отдаёт приказы профсоюзам, каждый месяц получающим солидную пачку ассигнаций, часть из которых доходит и до обычных шахтёров. На месте городского главы оказалась безвольная марионетка – все решения в правительстве принимаются самим Марэто. А подавляющее большинство членов парламента обязаны ему своим местом. Он старается контролировать всё – вплоть до кафе, парикмахерских и борделей. А чёрная казна растёт с каждым месяцем – спрос на рынке растёт и хаос позволяет вывозить всё большие объёмы продукции.

Откинувшись на стул, какое-то время размышляю, оценивая ситуацию.

– Поправьте, если ошибаюсь, но по моей информации, именно Довано держат под свои контролем профсоюзы и значительную часть города.

Сарт печально усмехается, показательно разводя руками.

– Так и было. До того момента, когда каждый шахтёр стал получать от Марэто второе жалование, а лидеры профсоюзов окунулись в роскошь. Единственный сдерживающий фактор – наши отряды в кварталах. У Ролса тоже были люди на улицах, но не в таком количестве – всё-таки он набирал наёмников, которых надо было как-то организовывать. Спрятать структурированные вооружённые формирования от глаз императорской канцелярии не так просто. А наши бойцы – обычные люди, готовые взять оружие в руки, если Довано их об этом попросят. Связи, формировавшиеся на протяжении нескольких поколений. К сожалению, всё изменилось, когда Морна разрешила создавать добровольные дружины для охраны улиц и сняла ограничения на численность полиции. Теперь прятать бойцов нет нужды и у него уже семь тысяч солдат, плюс более двух тысяч полицейских – в полтора раза больше, чем можем выставить мы. Рискну предположить, что во время следующих выборов в парламент, он планирует разделаться с нами окончательно, заодно избавившись от той оппозиции, что есть сейчас среди пайцэров.

Закончив говорить, парень со вздохом откладывает в сторону яблоко, а я интересуюсь.

– И вы хотите, чтобы я помог разобраться с ним? Обещая в обмен присоединиться к «Пакту»?

Оба, почти синхронно кивают, а Корна сразу же принимается излагать варианты.

– Ведь есть же факт контрабанды – одного этого может хватить, чтобы арестовать его и вывезти за пределы города.

Сарт, блеснув глазами, добавляет.

– Или убить его при попытке сопротивления – так будет надёжнее.

Решаю прояснить ещё один момент, который пока не до конца ясен.

– Здесь же присутствует отделение императорской канцелярии – неужели они не замечали вывоз минерала и артефактов, который происходил у них под носом?

На лице Довано снова появляется ухмылка.

– Половина из них в кармане у Марэто, а вторая – дуболомы, которых интересует только оскорбление регента и республиканское подполье. Контрабанда, чёрный рынок, воровство – на эту мирскую суету они смотрят сквозь пальцы. А имперская таможня целиком в деле – некоторые уже настоящие поместья себе отгрохали на те деньги, что получают от Ролса.

– Если так, то задам логичный вопрос – кому из канцелярии можно доверять? Кто точно не работает с Марэто?

Несколько секунд они раздумывают и потом Лоннейс задумчивым тоном отвечает.

– Пожалуй, только Скон Нертон. Но он настоящий фанатик, которого заботит только охота за республиканцами. Все остальные из высокопоставленных офицеров, под подозрением.

– А глава отделения? Подполковник Торк?

– Сложно сказать – он нередко бывает у казначея в гостях и присутствует на всех его приёмах. Если и не подкуплен, то находится с ним в неплохих отношениях.

Непроизвольно выдаю про себя пару матерных фраз. Вот тебе и вторая моя опора в этом городе. Тут же на ум приходит имперский инспектор – перед нападением, он как раз покинул зал и не совсем понятно, что с ним случилось дальше. Если погиб, то нужно будет связаться с кем-то из его помощников – мне точно потребуется больше информации, да и нужда в финансах скорее всего возникнет.

– То есть вы предлагаете арестовать или ликвидировать Марэто, после чего распустить парламент и дать вам возможность перехватить управление городом?

Снова получаю два синхронных кивка. Корна осторожным тоном дополняет мою формулировку.

– Ещё было бы неплохо убрать вице-казначея и дочь Ролса – Квэну Марэто. У неё в руках тоже немало власти.

Довано, уловив выражение моего лица, тоже подключается к обсуждению.

– Командующего охранными батальонами мы берём на себя – его выведут из игры сразу за казначеем. Все остальные его соратники – простые пешки, никто из них не рискнёт попробовать перехватить бразды правления, заняв место Ролса. А вот кто-то из этой троицы, наверняка попробует, как только их босс исчезнет.

Какое-то время обдумываю расклад, изучая собеседников.

– Как можно держать связь с вашими семьями?

Лоннейс в первый раз за встречу усмехается.

– Мы остановимся в этом отеле, под своей маскировкой. Как старая супружеская пара. Среди персонала есть преданные нам люди, которые обеспечат нашу связь с лидерами семей, а вы можете передавать сообщения через нас.

Ещё минут десять обсуждаем схему передачи посланий и детали обстановки в городе, после чего они покидают комнату, перед этим надев на свои пальцы кольца-артефакты. Как только те оказываются на месте, внешность обоих собеседников немедленно меняется – перед нами стоит пожилая благообразная пара, которая принимается ковылять к выходу. Теперь осталось урегулировать вопрос с солдатами, что их видели и в целом, с конспирацией можно закончить.

Бросив взгляд на часы, понимаю, что до визита обоих приглашённых офицеров осталось ещё около сорока минут – в теории можно успеть добраться до Айрин.

Выйдя в коридор, сразу сталкиваемся с Эйкаром, которого сопровождает Рифнер. Старый маг выглядит измотанным, но заявляет, что закончил с проверкой разума солдат – ни один из не подвергался внешнему воздействию. А сейчас, после того, как они привязаны к артефакту, созданному по его инструкции Джойлом и Сонэрой, шанс на превращение одного из бойцов взвода в «куклу» околонулевой – если кто-то попробует провернуть подобное, мы немедленно узнаем.

Интересуюсь у обер-лейтенанта, как далеко находится представительство Хёница и услышав, что до него семь-восемь минут на паромобиле, приказываю готовить транспорт. Времени вполне достаточно, чтобы узнать о состоянии Айрин и перекинуться парой фраз с Тесконом. Перед тем, как спуститься вниз, кратко объясняю офицеру ситуацию с нашими визитёрами – о них не должен узнать никто из числа посторонних. Как выясняется, реальные лица явившейся пары, помимо самого лейтенанта видели только двое солдат, дежуривших около лестницы на нашем этаже. Обоих он характеризует, как надёжных и не способных на предательство. По-хорошему, стоило бы подправить им память, а заодно и самому Рифнеру. Но судя по внешнему виду Эйкара, на это он сейчас точно неспособен. Если вообще сможет потянуть такое заклинание, с настолько слабой струной.

Поэтому просто отправляемся вниз, где загружаемся в уже заведённый паромобиль, выдвигаясь к зданию представительства университета. По дороге обдумываю ситуацию. Моя формальная задача состоит в присоединении Скэррса к «Пакту порядка». И с этой точки зрения нет никакой разницы, кто именно подпишет документы – старая власть в лице Марэто или новые хозяева города, оказавшиеся у руля после его ликвидации. Но если взглянуть на ситуацию под другим углом, то лояльность Довано мне точно не помешает. Не знаю, как насчёт ресурсов Лоннейсов – насколько я понял, семья имеет немалый вес в местной политике, но пока непонятно за счёт чего. Сомневаюсь, что казначей стал бы церемониться с ними, будь их единственным активом двадцать процентом шахт Скэррса. Если только Довано обеспечили им прикрытие, чтобы получить хотя бы какого-то союзника.

Во всей этой истории меня смущают два факта. Первый – возможная недооценка противника. У казначея семь тысяч солдат, карманный парламент и лояльные министры. В случае, если Довано и Лоннейс ошибаются, кто-то из них вполне может попробовать взять власть в свои руки. И тогда противостояние наверняка выплеснется на улицы, чего совсем не хотелось бы. Второй момент – всё это может быть приманкой со стороны самого Марэто. Спровоцировать посланника Морны на агрессивные действия в его отношении и предъявить этот факт населению, оправдав в их глазах поддержку кого-то ещё из претендентов на престол, с которым он уже договорился о расширенной автономом Скэррса.

Последний вариант отчётливо отдаёт параноидальными нотками, но имеет право на существование. Несмотря на контроль всех формальных структур, такие как Марэто всегда опасаются потерять поддержку населения – если на улицы выкатится хотя бы процентов десять населения города, то никакие охранные батальоны, сформированные из тех же местных жителей, ему не помогут. Поэтому, возможность подставы не стоит сразу сбрасывать со счетов.

Отвлекаюсь от своих размышлений из-за того, что паромобиль тормозит около красивого каменного здания на пять этажей, напоминающего скорее изящное укрепление, чем жилой дом. На входе нас встречает некон в ливрее Хёница, а сразу, как заходим внутрь, в холле показывается молодой парень с уставшим лицом.

– Прошу следовать за мной, Тескон ожидает вас в лаборатории.

Глава V

Лаборатория оказывается на третьем этаже здания, куда нас и провожает парень, выглядящий так, как будто не спал уже несколько лет. Ввалившись внутрь, сталкиваемся с Тесконом, который стоит около стены небольшого холла, просматривая какие-то бумаги. Увидев нас, взмахивает рукой.

– Уже прибыли? Как всё прошло?

– Сложно. Но в целом, решаемо.

Тот внезапно кривится в усмешке.

– Значит лучше, чем у меня. Сколько я их обхаживаю, а эти гхарховы идиоты по-прежнему стоят на своём.

Либо старик забыл, для чего мы приехали, либо не считает это важной темой.

– Как себя чувствует Айрин? Ей смогли помочь?

Профессор моментально мрачнеет.

– И да, и нет. Мы стабилизировали её состояние, использовав некоторые ингредиенты и растянули время заморозки тела – теперь заклинание должно продержаться около трёх дней. Но избавить её от яда не получилось. Мы так и не смогли идентифицировать его – или это что-то новое, или искусно изменённое старое. В любом случае, не зная чем именно нанесено поражение, невозможно восстановить тело.

Бросаю косой взгляд на Эйкара, но сейчас он точно ничем не сможет помочь, не раскрыв своей личности.

– Разве для лечения требуется знать, чем именно отравили человека?

– Не пытайтесь казаться более тупым, чем вы есть, Орнос! При использовании обычного яда – нет. А вот если кого-то отравили алхимической дрянью, засевшей в клетках и воздействующей магией, то надо понимать, при помощи чего её вывести и как нейтрализовать воздействие. Мы испробовали все самые распространённые варианты, но пока ни один из них не дал нужного результата. Если быть более точным – они совсем не подействовали.

В голову приходит новая идея и я её немедленно озвучиваю.

– А если задействовать кристалл разума?

– Во-первых, откуда вы его собираетесь взять? Купить у одного из магов? Так они вам не продадут – это запрещено правилами Хёница. Или у вас есть триста тысяч свободных ларов? Во-вторых, никто не делал слепок тела Мэно. Даже если вы достанете кристалл, придётся использовать заклинание сейчас – неизвестно, как это отразится на теле, поражённом алхимией.

Чувствую, как внутри начинает постепенно полыхать огонёк беспокойства. Тескон специализируется на химерологии, но он крайне опытный маг. Да и в представительстве наверняка есть алхимики, разбирающиеся в предмете лучше него. Раз они не смогли понять, чем отравили девушку, то у кого это получится? И что за непонятное вещество подсыпали в еду на приёме, раз его невозможно определить?

– Что тогда делать?

Тескон пожимает плечами.

– Пробовать рандомные составы на опытных образцах и надеяться, что один из них сработает. Либо найти того, кто это сделал и вытрясти из него все данные об отраве – зная что это, мы сможем помочь девушке.

Вижу, как вытягиваются лица всех остальных – задача кажется слишком нереальной. Наверняка, кого-то из мятежников взяли живым, но не думаю, что в число пленных входил алхимик, создавший яд. Хотя, поговорить с местной полицией, однозначно стоит. На этом моменте вспоминаю, что по следу отправился и дознаватель Хёница, но не успеваю задать вопрос – меня опережает Канс.

– Вы же отправили дознавателя расследовать это дело. Он что-то обнаружил?

Преподаватель отрицательно качает головой.

– В руках полиции только несколько человек и все они из рядовых бойцов. Им неизвестны даже остальные участники подполья за пределами их собственной ячейки. Кто может стоять во главе – тоже не представляют. Рицеровы республиканцы!

Переглянувшись с Тонфоем, уточняю у профессора.

– Может есть возможность отыскать какие-то следы при помощи магии? Установить место, в котором создавался яд и отталкиваться от этого?

– Не считай нас гхарговыми придурками, что выжили из ума, Вайрьо! Поисковые заклинания были задействованы сразу же. И к моему сожалению, не дали никаких зацепок. Кто бы не организовал эту атаку, он весьма тщательно подготовился с ней, со всех точек зрения.

– То есть единственный вариант вылечить Айрин – выяснить, чем именно она отравилась? Либо достать кристалл разума и рискнуть, создав слепок её тела в нынешнем состоянии.

Секунду помолчав, профессор добавляет третий вариант.

– Или положиться на удачу и надеяться, что один из алхимических коктейлей, которые мы сейчас пробуем, сработает. Сомневаюсь, что вы найдёте человека, создавшего яд, а кристалл разума вам просто не по карману.

Стиснув зубы, уточняю.

– Сколько кристалл стоит на самом деле? Если исключить из уравнения правила Хёница с их ценой в триста тысяч.

– Студенты второго и третьего курсов получают их бесплатно, в ходе обучения. Выпускники, после сдачи экзаменов, могут приобрести за сумму от десяти до тридцати тысяч ларов, с возможностью рассрочки или кредитования со стороны университета.

– От чего зависит стоимость?

Старик пару мгновений внимательно изучает меня взглядом.

– Цена привязана к сроку работы кристалла. Те, что служат два года, стоят десять тысяч. Если срок функционирования составляет пять лет, нужно выложить уже тридцать. Но никто не позволит первокурснику Хёница приобрести кристалл за обычную стоимость.

Рядом тяжело вздыхает Канс, а я озвучиваю свои соображения.

– Студентам с айванами завязанными на некромантию и ритуалы, выдали кристаллы ещё на первом курсе. Значит, ректор может делать исключения из правил.

Взгляд профессора становится ещё более заинтересованным.

– В теории – может. Но подобное происходит крайне редко. Хотя, с учётом вашего тесного общения с Хардэном, возможно он и даст своё разрешение.

– Я могу отправить ему сообщению отсюда? Опасаюсь, что обычная корреспонденция будет просмотрена.

После короткой паузы, Тескон кивает.

– Безусловно. Можете воспользоваться нашей системой связи.

Спустя пару минут выясняется, что под последней имеется в виду артефакт для отправки письменных сообщений. Весьма простой и незатейливый – кладёшь в выемку письмо и оно сразу растворяется, появляясь уже в Хёнице, рядом с адресатом. Тот может сразу ответить, используя такой же артефакт. Более того – к нему даже ходить не надо, достаточно задействовать нотную связку, которая перебросит послание к артефакту, а тот уже направит его в нужное место.

Всё это нам выкладывает молодой артефактолог, тараторящий буквально без умолка – похоже у парня выходит не так часто с кем-то побеседовать. Или остальные просто прячутся от него, зная, насколько тот любит поболтать.

Составляю короткое послание с описанием ситуации и опускаю его в нишу, где письмо моментально исчезает. Около минуты уходит на то, чтобы окончательно отделаться от артефактолога, но как только мы скрываемся за дверью, слышится его крик.

– Письмо от Хардэна Столька – Орносу Вайрьо. Только что пришло.

Вернувшись назад, выхватываю из его рук небольшой конверт и вскрыв его, застываю в разочаровании. Ректор отказался считать ситуацию с Айрин особым случаем – кристалл по обычной стоимости нам не получить. Только за непомерные триста тысяч ларов, которых ни у кого из нас точно нет. С трудом сдерживая рвущиеся с языка ругательства, покидаю помещение, игнорируя попытки местного смотрителя за артефактами, заговорить. В коридоре сталкиваюсь с Тесконом, понимающим всё по моему лицу.

– Видимо в этот раз ректор всё-таки отказал. Сожалею и обещаю, что мы сделаем всё возможное для спасения жизни Мэно. А сейчас у меня другой вопрос – у вас есть немного времени для беседы?

Проверяю прицепленные к поясу часы – офицеры должны вот-вот прибыть в гостиницу и нам стоит возвращаться. Вместе с тем, игнорирование профессора на пользу тоже не пойдёт. Да и как знать, что он собирается предложить – в конце концов Тескон провёл в этом городе какое-то время и должен лучше ориентироваться в ситуации.

– Время есть, но совсем немного – скоро мне надо быть в другом месте.

Преподаватель успокаивающе кивает.

– Много и не потребуется. Идёмте, Орнос – перекинемся парой фраз.

Когда следом за нами начинаю шагать все остальные, на момент притормаживает, оборачиваясь.

– Я пригласил только Вайрьо – остальные могут подождать в холле.

Слышится возмущённое шипение Круацины, явно раздражённой тем, что кто-то в таком тоне обращается к Кансу, но к счастью парень быстро её успокаивает. А через несколько секунд вся компания скрывается за поворотом. Мы же добираемся до небольшого помещения с письменным столом, которое видимо служит кабинетом Тескону, на время его пребывания в городе. Расположившись на стуле, вздохнув смотрит на меня.

– Постараюсь быть лаконичным. Вопрос – как вы считаете, у вас выйдет добиться расположения местных властей?

Пожимаю плечами.

– Ситуация сложная, но велика вероятность, что в итоге мы придём к соглашению. Уточню – эта комната защищена от прослушивания извне?

Во взгляде профессора проступает недоумение.

– Как и всё здание представительства.

– Боюсь, я не совсем корректно выразился. Защищена ли она от других магов в этом здании?

Пара мгновений уходит на то, чтобы Тескон понял о чём я говорю, после чего старик достаёт из кармана металлическую пирамидку, с вырезанными на ней рунами. Активирует артефакт, пустив в дело короткую нотную связку и переводит взгляд на меня.

– Действительно думаешь, что нас станет подслушивать кто-то из своих? Зачем?

– В городе слишком острая конкурентная борьба – подозреваю, что какая-то из сторон вполне могла заняться вербовкой магов Хёница. О чём вы хотели побеседовать?

Какое-то время он молчит, как я предполагаю – решает, стоит ли уточнять о чём я говорил и кого подразумевал в качестве потенциального вербовщика. В итоге всё же переходит к своей изначальной теме беседы.

– Как ты знаешь, ректор отправил меня сюда с заданием – получить доступ в законсервированный ствол шахты с изменённым кэррсом. Минерал подвергся какому-то неизвестному магическому воздействию, из-за чего его свойства стали абсолютно иными. При разработке забоя, где его обнаружили, произошёл несчастный случай – погибло несколько десятков шахтёров. И власти просто завалили вход, никого туда не допуская.

Сделав короткую паузу, косится на дверь, за которой кто-то проходит и продолжает.

– Хёницу нужно получить доступ к изменённому минералу, с целью исследований. Это абсолютно новый алхимический ингредиент, который может обладать весьма интересными свойствами. Но городские власти упорно отказываются пускать нас в шахту. Я уже обещал им всё, что мог – начиная от денег и заканчивая приоритетом для местных студентов при поступлении в университет. Они стоят каменной стеной. Может быть у тебя выйдет помочь с этим вопросом?

Несколько секунд обдумываю услышанное, после чего озвучиваю своё предложение.

– Вполне может быть, что у меня получится это сделать. Но, как вы прекрасно понимаете, это не самая простая задача, раз у вас ничего не вышло. И я хотел бы получить ответную услугу.

Профессор усмехается и подаётся вперёд, положив руки на стол.

– Кто бы сомневался, Орнос. Чего ты хочешь?

– Первое – чтобы вы связались с ректором и помогли убедить его выдать разрешение на покупку кристалла разума. Уверен – мы сможем собрать десять тысяч ларов, поэтому пусть просто даст нам возможность приобрести артефакт по той же цене, что и выпускники Хёница. Второе – мне может понадобиться ваша помощь на территории города. Скажем так, если вдруг возникнет потребность арестовать кого-то из представителей местной власти или подавить мятеж.

С каждой новой фразой, лицо профессора становится всё более серьёзным. Когда я заканчиваю, он чуть наклонив голову набок, интересуется.

– Не подумай, что я свысока отношусь к твоим достижения, но…тебе власть в голову ударила Вайрьо? Или съел что-то не то на завтрак? Тебе не добиться присоединения города к «Пакту порядка», если ты попробуешь арестовать кого-то из представителей городской власти. Хорошо, если получится просто выбраться живым. А уж втягивать в этот конфликт Хёниц… Я был лучшего мнения о твоих умственных способностях.

– Ваши слова верны. Но только в том случае, если я буду действовать самостоятельно. Давайте предположим, что в городе есть фракции, готовые перехватить управление и обладающие для этого необходимыми ресурсами. Всё, что им требуется – расчистить дорогу, убрав несколько фигур с доски. И раз мы с вами фантазируем, то можно допустить, что новая власть согласится на многие условия – например, присоединится к «Пакту» или даст Хёницу допуск в шахту с изменённым кэррсом.

Задумчиво поджав губы, Тескон откидывается на стуле, вперив в меня взгляд.

– А не великоват масштаб для первокурсника? Справишься?

– Если вы согласитесь помочь, то шансы на это многократно возрастут. Правда не уверен, что получится задействовать остальных магов из представительства – любой из них может работать на городские власти.

Старик медленно кивает.

– Хотелось бы услышать от вас более подробный план действий. Пока же считайте, что у вас есть моё предварительное согласие. Когда появится что-то конкретное – приезжайте, обсудим всё в деталях. Письмо по поводу Мэно я отправлю незамедлительно, но не уверен, что это поможет – случаи, когда ректор давал поблажки для приобретения кристаллов можно пересчитать по пальцам одной руки.

Стараясь не показать своего удивления, благодарю его и попрощавшись, направляюсь к выходу. Выходя к лестнице сталкиваюсь с магом, несущим под мышкой пару книг. Смерив меня взглядом, смотрит в сторону коридора и усмехается.

– Вайрьо, правильно? Что, старина Тескон, уговаривал помочь с его заданием?

Заметив мой удивлённый взгляд, разражается смехом.

– Да он уже всех здесь достал с этой гхарговой шахтой. Мы несколько месяцев пробовали добиться разрешения и всё безрезультатно. Теперь Стольк прислал его, поручив оставаться в городе, пока не добьётся успеха и бедняга боится застрять здесь надолго. А когда Тескона отрывают от его химер и студентов – он становится весьма раздражительным и опасным. Хотя, надо признать – мотивация у него тоже растёт.

Пожав плечами, стараюсь сформулировать ответ, так чтобы он не звучал слишком обидно.

– Могу лишь сказать, что у нас была частная беседа, распространяться о которой будет элементарно невежливо. А сейчас прошу меня извинить – внизу ждёт паромобиль и мои люди.

Тот лишь качает головой, ухмыляясь во весь рот, так что я просто устремляюсь вниз по ступенькам. Слишком много непонятных моментов в этом городе – неизвестный состав, которым собирались отравить гостей на приёме, алхимический минерал, на который что-то подействовало так, что он полностью изменил свои свойства. Какое может быть магическое воздействие в горной толще? Откуда там вообще источник какой-то магии? Внутри горы?

На последней мысли уже добираюсь до холла, где ждут все остальные. Джойл беседует с Сонэрой, Канс что-то выговаривает Круацине, а Эйкар, прислонившись к стене, создаёт перед собой огненные сферы, заставляя каждый раз дёргаться служащего, что стоит в паре метров от него.

Через минуту мы уже движемся назад, а я снова возвращаюсь к мыслям об Айрин. Три дня. Вернее, уже чуть меньше – с момента инцидента в зале, уже успело пройти какое-то время. Если обращение Тескона не поможет и Хардэн снова ответит отказом, то единственным вариантом будет поиск алхимика, создавшего состав для отравы. А это значит, что нам потребуется вскрыть всю систему подполья. Только вот как это сделать? Теоретически, в моём распоряжении отделение императорской канцелярии и батальон солдат для их силовой поддержки. Но почему-то мне кажется, что этого недостаточно. А ещё во всей этой истории с отравлением еды на приёме, есть что-то странное. Какая-то нестыковка, постоянно крутящаяся на задворках сознания, но никак не желающая показываться на виду. Это здорово раздражает.

К моменту, когда мы останавливаемся перед гостиницей, мозг успевает слегка раскалиться от попыток анализа, а сам я изрядно зол. Когда поднимаемся по ступенькам, один из солдат, шагнув вперёд, сообщает.

– Наш командир и подполковник Торк прибыли. Ожидают вас в конференц-зале.

Кивнув ему, прохожу дальше, оказываясь в холле отеля. Пока поднимаемся по лестнице, распределяю обязанности.

– Эйкар – вы с Джойлом и Сонэрой займётесь стационарной защитой нашего номера от прослушки. В идеале нам бы не помешал защитный артефакт, выставляющий щиты в случае атаки. Получится придумать что-то?

Старый маг отзывается, спустя секунду.

– Думаю, да. Но это займёт немало времени. И ты начинаешь путать имена Орн – меня вообще-то зовут Сонром.

На момент даже останавливаюсь, а поняв, что он имел в виду, матерю себя. Гениальная мысль – называть студента именем старого и давно пропавшего мага, находясь при этом в месте, где нас как раз могут подслушать. Мозги явно дали сбой, из-за ситуации с Айрин и общего бардака, творящегося вокруг.

– Извини, Сонр – голова слишком перегружена происходящим.

Обернувшись, бросаю быстрый взгляд на мага, который хмуро кивает и обращаюсь к Тонфою.

– Канс – ты и Круацина идёте со мной. Неизвестно, что может выкинуть эта пара и как повернётся разговор.

Красноволосая девушка недовольно хмурится, а парень отвечает, подтверждая своё согласие.

Поднявшись на этаж, сталкиваемся с обер-лейтенантом, тоже спешащим сообщить о прибытии обоих гостей, после чего направляемся к конференц-залу. Внутрь с нами заходит и Эйкар, который покидает помещение сразу после того, как использует нотную связку для установления защиты. Ради этого снова приходится задействовать руны, так что угол стола оказывается изрисован магическими символами. Двое офицеров молча наблюдают за работой мага и начинают беседу, только когда я усаживаюсь на стул напротив.

Первым меня приветствует солидный черноволосый мужчина в бирюзовом мундире – глава городского отделения канцелярии. Приподнявшись, протягивает руку.

– Рад приветствовать вас на территории Скэррса, граф Вайрьо. Смею вас заверить – мы находимся в вашем полном распоряжении.

За ним, с места поднимается офицер в грязно-зелёном полевом мундире с погонами майора. Относительно молодой – лет тридцати пяти на вид, с резкими чертами лица, при взгляде на которые, машинально возникает желание отодвинуться подальше в сторону. Отдав честь, представляется.

– Майор Григ Савальо – командир второго батальона пятьдесят шестой бригады. Готов выполнить любой приказ.

Вижу, как на лице канцеляриста появляется ироничное выражение и он чуть-ли не закатывает глаза – если я правильно понимаю, подполковник считает армейского офицера туповатым солдафоном. Когда майор усаживается на место, задаю первый вопрос, обращаясь к начальнику местного отделения императорской канцелярии.

– Вы что-то выяснили об утреннем мятеже?

Тот на секунду заминается.

– Пленных оказалось всего несколько человек и все они находятся у городской полиции. Нашим офицерам позволили допросить некоторых из них, в присутствии полицейских, но никаких ценных сведений получено не было.

– Что с алхимическим ядом, которым отравили людей?

Подполковник поднимает вверх палец правой руки.

– Прошу заметить – пытались отравить. От яда практически никто…

Не сдержавшись, рявкаю.

– В Скэррсе произошёл мятеж, господин подполковник. Дочь главы военной разведки империи отравлена и находится в смертельной опасности. А вы смеете встревать с подобными замечаниями? Если мне, хотя бы на секунду покажется, что вы саботируете расследование – последствия для вас наступят незамедлительно. Я выпотрошу ваш разум до самого дна и потом брошу тело в камеру, где оно будет гнить, пытаясь собрать воедино обрывки воспоминаний.

Лицо Торка становится изумлённо-раздражённым.

– Боюсь вы переоцениваете свои возможности, граф. В моём распоряжении полсотни офицеров и группа магов и они не станут слушать приказы мальчишки из Хёница, размахивающего бумажкой.

– Да что вы? Они рискнут стать предателями и нарушат присягу, попробовав убить посланника правителя Норкрума? Или может быть пойдут против магов Хёница, некоторые из которых учили их в прошлом? И всё это ради вас? Сильно в этом сомневаюсь. Давайте сразу разберёмся с нашей цепочкой подчинения – либо вы воспринимаете меня, как своего командира, который может вздёрнуть вас за измену, либо я сменю вас на другого человека. А вы сами отправитесь в столицу – объясняться с регентом.

На момент смешавшись, офицер уже не так уверенно, спрашивает.

– С чего Хёницу помогать вам?

– Я только что прибыл из представительства университета. Как вы помните, согласно договору между империей и Хёницем, его маги обязаны оказывать империи всю возможную помощь в случае мятежа. А при саботаже с вашей стороны, логично будет предположить, что вы каким-то образом связаны с мятежом и я смогу запросить их помощи на вполне законных основаниях. Более того – нападение на студента университета официально расследуется дознавателем университета, что тоже открывает немало возможностей. И если вы помните, я получил титул «Защитника империи» за спасение жизни регента, во время покушения на неё. Как считаете – мог студент-первокурсник провернуть такое самостоятельно?

Уверенность в незыблемости своей позиции постепенно сползает с лица мужчины и тот беспомощно оглядывается на сидящего рядом армейца. Но майор смотрит в одну точку, упорно изображая каменное изваяние. Только в глубине глаз, как мне кажется, мелькает выражение полного удовлетворения. А вот подполковник, решает перейти к более конструктивному общению.

– У нас нет никаких данных по поводу алхимического состава, который использовали для отравления еды на приёме. Допрошенные пленники не смогли указать на своих лидеров – только на командиров ячеек, все из которых погибли в ходе уличных боёв. Кто находился на самом верху их организации – неизвестно. Мы занимаемся анализом имеющихся данных, но пока не пришли ни к каким выводам – мятежники были из самых разных районов города и социальных слоёв, от шахтёров до мелкой буржуазии.

С трудом подавляю вздох разочарования, но в голове формируется внезапная догадка и не сводя глаз с офицера канцелярии, уточняю.

– Как именно действовали мятежники и какой численностью?

– Атаковали здание парламента и городского правительства, плюс ещё один отряд был около здания, где проводился приём. Каждый численностью около ста пятидесяти человек. Ещё одна небольшая группа пыталась взять штурмом нашу канцелярию, но там было не больше тридцати бойцов.

Пришедшая в голову мысль начинает обретать детали и я продолжаю.

– Поправьте меня, если ошибаюсь, но все атакованные здания находились под постоянной охраной, верно?

Торк медленно кивает, пока не понимая, к чему я клоню.

– Естественно. У правительства и парламента постоянно дежурит по роте местных солдат, а канцелярию охраняют наши бойцы. Что касается приёма, то в прилегающих кварталах было размещено два охранных батальонов Скэррса и взвод имперской армии.

– Могу поспорить, когда завязался бой, к ним быстро подошло подкрепление?

Тот снова кивает, а я окончательно формирую в голове картину происходящего. У мятежников не было ни единого шанса на успех – пятьсот вооружённых бойцов, это ничтожно мало для того, чтобы установить контроль над городом. Единственное, что они провернули максимально эффективно – атаку на приёме. Неизвестный алхимический состав, заменённые лакеи, отряд некроконструктов с шахт, которые судя по всему, должны были перебить тех, кто останется цел. Этот компонент операции был максимально проработан – если бы не тот неизвестный мужик, что решил поинтересоваться личностью подставного лакея и не наша оголодавшая компания, то у них всё бы получилось.

Но даже в случае такого локального успеха, в целом мятеж был обречён на поражение – три небольших отряда никак не могли справиться с семью тысячами солдат охранных батальонов. А если включить в это уравнение пару тысяч полицейских, офицеров императорской канцелярии и армейский батальон – шансы скатываются до полного нуля. Такое ощущение, что атаку в зале планировал один человек, а действия уличных отрядов – совсем другая личность. Но это маловероятно – действия мятежников явно были скоординированы и работали они вместе. То есть некий организатор отлично продумал нападение на приёме у казначея, но абсолютно бездарно подошёл ко всему остальному.

И вот тут пазл, наконец складывается. Неизвестный одинаково хорошо подошёл ко всем частям плана, но он и не рассчитывал, что мятеж удастся. Основной целью была ликвидация городской элиты, оказавшейся на приёме. И по большому счёту, единственным важным объектом там мог быть Марэто с его соратниками. Плюс, глава клана Довано, в случае присутствия последнего. Кстати, хороший вопрос – собирался ли он приезжать. Оторвавшись от своих размышлений, озвучиваю вопрос.

– У вас есть список гостей, которые должны были присутствовать на приёме? Они как раз должны были направляться к зданию – возможно кого-то видели солдаты?

Перед тем, как ответить, Торк делает короткую паузу, явно задумавшись.

– Я могу запросить информацию у охранных батальонов Скэррса – моих офицеров там практически не было, только пара человек в качестве наблюдателей. И, если признаться, подобных вопросов я им не задавал. Один из них обмолвился, что наблюдал за паромобилем городского главы, да ещё заметил кэб с Хольтом Довано. Вы считаете, что в этом может быть замешан кто-то из городских чиновников?

В глазах подполковника появляется лёгкий интерес – видимо он тоже сейчас переосмысливает произошедшее и если не совсем идиот, то начинает обнаруживать очевидные нестыковки.

– Пока не уверен, кто мог бы в этом участвовать, но хочу предупредить – разглашение любой информации о предмете нашей беседы или моих указаниях, я посчитаю государственной изменой. И буду вынужден отдать приказ проверить вашу память, господин подполковник.

Тот, чуть побагровев, всё-таки не выдерживает.

– Я офицер императорской канцелярии, а не какой-то бандит из подворотни! Попросил бы вас общаться в более уважительном тоне!

С усмешкой киваю ему.

– Вы действительно офицер императорской канцелярии. Наладивший крайне тесные связи с местными властям. Или вы думали, что седьмой департамент зря получает своё жалование и совсем не следит за ситуацией в вольных городах?

Отчётливо вижу, как в глазах главы местного отделения канцелярии, мелькает откровенный страх – значит неформальные контакты с Марэто, на взаимовыгодной основе, всё-таки имели место быть. Сразу же закрепляю эффект.

– Если вы хотите сохранить свой пост, как и свободу – не пытайтесь помешать мне выполнить распоряжение регента. Что произойдёт в противном случае, вы и сами должны отлично понимать.

Судя по его лицу, он прекрасно всё осознаёт, вот только не знает, как озвучить ответ, чтобы дать это понять и одновременно не признавать своей вины в открытую. Секунд десять сидит с мечущимся взглядом, в конце концов выдавливая из себя куцые фразы.

– Как я и сказал – вы можете рассчитывать на мою полную поддержку.

Кивнув ему, перевожу взгляд на армейского офицера, который продолжает тщательно изображать из себя статую.

– Какие задачи поставлены вам командованием?

Подняв на меня глаза, чеканит.

– Не допустить перехода города на сторону противников Её Императорского Величества и обеспечить поддержание порядка. В целом – действовать по ситуации, отталкиваясь от приказа и руководствуясь здравым смыслом.

– Какие настроения среди солдат? Марэто уже пытался вас купить?

Отвечает без малейшей паузы, выдерживая ровный тон голоса.

– Нижние чины отчасти смущены происходящими событиями, но в подстрекательстве к измене никто уличён не был. Офицеры твёрдо настроены сражаться на стороне Её Императорского Величества. Что касается подкупа – ко мне и двум ротным командирам уже обращались с подобными предложениями.

– Что вы им ответили?

– Взяли деньги – лишними они точно не будут. Но нарушать присягу не собираемся.

Подполковник чуть поворачивает голову, удивлённо смотря на майора, а тот невозмутимо взирает на меня. Усмехнувшись, озвучиваю свои соображения.

– Хорошо. Если вам попробуют передать какие-то указания – немедленно информируйте меня. Вы слышали всё, что я сейчас сказал, в том числе о поддержке со стороны Хёница. И надеюсь, понимаете, что в случае открытого противостояния, мы разнесём половину города, наводнив уцелевшие улицы поднятыми мертвецами, но не сдадим Скэррс.

Армейский командир едва заметно кивает.

– Как я уже сказал – мы намерены следовать приказам Её Императорского Величества, Морны Эйгор. Если какие-то тупоголовые рицеры, не понимая этого, всучивают нам свои деньги – мы с готовностью их возьмём. Жалование последнее время выплачивают не слишком регулярно, надеюсь, вы нас понимаете.

Договорив, делает короткую паузу и задаёт внезапный вопрос.

– Вы задействовали обер-лейтенанта Рифнера и взвод солдат его роты в качестве личной охраны. Я так понимаю, он останется в данном статусе на всё время вашего пребывания в Скэррсе?

– Да. Более того – как только я урегулирую вопрос с размещением, прошу вас прислать всех остальных бойцов его роты, чтобы они были поблизости. Они могут потребоваться. Как, собственно и весь ваш батальон.

Савальо снова чуть наклоняет голову.

– Как вам будет угодно. Вы предполагаете, что это столкновение – не последнее в городе?

– Думаю это только начало потрясений, которые ожидают Скэррс.

После секундного раздумья, снова обращаюсь к Торку.

– Когда прибудете в канцелярию, в течение пары часов, под любым удобным предлогом пришлите ко мне Скона Нертона. С письмом, поручением или чем вам будет угодно. Ключевой момент в том, чтобы остальные офицеры не поняли, что мне нужно с ним поговорить – обставьте это, как исключительно свою инициативу.

Чуть помедлив, подполковник подтверждает, что постарается всё организовать. А взгляд у него становится всё более задумчивым – видимо подобного напора он от молодого студента Хёница точно не ожидал.

Ещё какое-то время обсуждаем с ними детали наших дальнейших действий и вариантов связи, после чего оба офицера покидают гостиницу. А я, вместе с Кансом и Круациной, шагаю в номер – активно работающий мозг требует порции крепкого сорка для подпитки. Сейчас надо определиться с планом действий и решить, когда начинать – этим вечером или следующим утром.

Интерлюдия 2

– Что станем делать с этим Вайрьо?

Невысокий мужчина, заросший чёрной щетиной, раскачиваясь на стуле, смотрит на старичка с окладистой седой бородой, что задумчиво перебирает в руках серебряную цепочку, сидя напротив него за столом, вытесанным из цельного камня.

– Странный он. И спутники у него…неправильные. Веет чем-то непонятным.

Прекратив качаться на стуле, мужчина вздыхает.

– Ты старейшина, Кольд и все мы следуем твоим приказам, но порой мне кажется, что ты смотришь совсем не туда, куда надо.

Немного помолчав, добавляет.

– Они сорвали наш план – а ведь успех был, считай обеспечен. И продолжают мутить воду – наверняка попробуют ударить по Марэто, смешав нам все карты.

Старик, которого он назвал Кольдом, поднимает левую руку, оглаживая свою длинную бороду.

– Ты хочешь убить его, Ронас? Вместе с теми, кто собрался за твоей спиной и шепчут, что старейшина одряхлел, а нам давно пора заявить о себе?

Со стороны его собеседника слышится ещё один тяжёлый вздох.

– Никто не желает твоего смещения или смерти – нас осталось слишком мало, чтобы затевать внутренние дрязги. А ты – один из последних с чистой кровью. Но надо понять и остальных – сколько мы уже ждём? Плетём сети, налаживаем связи, вербуем людей, собираем информацию, проделывая всё это в тени. А сейчас, когда успех был настолько близко – всё пошло прахом из-за нескольких грязнокаменных выродков! Их надо убить, хотя бы из-за мести!

– И как ты хочешь их прикончить?

Кольд, продолжая перебирать в руках цепочку, с интересом взирает на мужчину, ожидая ответа. Тот, на момент смешавшись, озвучивает вариант.

– Ударим гайренгой. Пригласим их в дом, из которого они уже не выберутся.

– У тебя есть кто-то согласный рискнуть своей жизнью? Выступить проводником?

Ронас, стиснув зубы, цедит слова.

– Я пойду сам. Они всё равно не смогут выбраться – риска тут нет.

– Не будь так уверен, мой юный друг. От этой компании несёт чем угодно, но только не обычными людьми.

Скривившийся собеседник, уточняет.

– А чем же тогда?

Несколько секунд старейшина молчит, раздумывая.

– Иномирьем. И тем, к которому мы привыкли, и совсем другим – неизвестным. Призрачной тканью, что срослась с живой плотью. А ещё веет непонятной мне силой – совсем чуть, но она прослеживается. Гайренга убийственно эффективна, но не думай, что эти люди будут обречены.

К концу короткого монолога, мужчина снова принимается раскачиваться на стуле.

– Ты говоришь загадками, Кольд. Вспомни, к чему это привело старейшин, когда мы сражались в Древней войне – тогда ничем хорошим это не кончилось. Пришло время измениться и стать похожими на этот мир.

– Те, кто желал этого – уже подстроились и их кровь растворилась среди миллионов людей. Мы – одни из последних сохранивших чистоту и какие-то знания. Ты прав – меняться надо. Только совсем не в ту сторону.

Качнувший головой Ронас поднимается со своего места.

– И снова загадки. Я разберусь с этим заезжим бастардом, а потом мы столкнём лбами Марэто и Довано. Убрав в этом хаосе, их обоих. У тебя ведь нет возражений, Кольд?

Седой старик слегка улыбается, с оттенком печали смотря на собеседника.

– Никаких. Хочу только напомнить тебе, что Древняя война была проиграна не из-за старейшин, а по вине тех, кто хотел быстрой победы любой ценой. Именно они обрекли всех нас на забвение.

Его более юный соплеменник, пару мгновений стоит на ногах, покачиваясь и смотря на старика, но в конце концов выходит из небольшой каменной кельи, оставив его в одиночестве. Тот, печально улыбнувшись, продолжает перебирать в одной руке звенья серебряной цепочки, скользя пальцами второй по столешнице, испещрённой рунами.

Глава VI

Добравшись до номера, застаю там, выжатого как лимон, Эйкара, устало показывающего рукой в сторону стола.

– Артефакт готов – номер полностью защищён. Пробиться, конечно, можно. Но если кто-то это сделает, мы однозначно будем в курсе. Вот защиту от магических атак выставить не получилось – струны и так на пределе.

Бросаю взгляд на изделие его рук – небольшой камень, позаимствованный из декоративного фонтана и сейчас покрытый со всех своих граней рунами. А Сонэра, усевшаяся на диване, рядом с Джойлом, интересуется.

– Договорились о чём-то? Как будем действовать?

Обведя взглядом остальных, вижу явный интерес на их лицах и приглашаю всю компанию за стол, что находится в соседней комнате. Там пересказываю содержимое всех переговоров сегодняшнего дня Эйкару, Джойлу и Сонэре. А следом излагаю и свой план действий, который остальные встречают достаточно настороженно. Приходится объяснять, что помимо смены власти в городе, нам нужно выяснить, чем именно отравили Айрин, чтобы спасти её. Судя по отсутствию посланников от Тескона, ректора всё-таки не согласился сделать исключение для покупки кристалла разума. Значит остался только один вариант – определить состав, попавший в организм девушки, положившись затем на магов Хёница.

После этого, все имеющиеся возражения отпадают. Около часа проводим отдыхая и прорабатывая детали плана. А потом в дверь стучится Скон Нертон, оказавшийся офицером в чине капитана. Торк прислал его со списком гостей бала, чем относительно молодой парень сильно недоволен. Несколько минут уходит на то, чтобы объяснить ему настоящую причину прибытия и ещё двадцать требуются для убеждения в том, что истоки республиканского подполья кроются среди высшего истеблишмента города. Имперский инспектор был прав – Нертон озабочен исключительно охотой на сторонников республики, считая их основной угрозой империи. Заодно проясняется и судьба самого барона – он получил тяжелое ранение и сейчас находится у себя дома, на лечении. Схватил сразу три пули во время перестрелки и чудом уцелел.

Заканчиваем беседу на том, что Скон прибудет в гостиницу утром, взяв с собой ещё троих офицеров канцелярии, которым всецело доверяет. Оповещать о планируемой операции кого-то ещё, я строго запрещаю. Только он сам и люди, что пользуются абсолютным доверием с его стороны. Правда, среди троицы названной им, нет ни одного мага, но поддержку с этой стороны нам компенсирует Тескон. Послание с просьбой явиться к нам следующим утром, я отправляю ему, как только канцелярист покидает номер. В роли посыльного выступает Канс, вместе с Круациной отправившийся в представительство Хёница. А сам я, пытаюсь отыскать вариант для размещения роты Рифнера – в самом отеле сделать это невозможно, ввиду отсутствия достаточного числа номеров. Да и руководство гостиницы, в данном вопросе занимает весьма жёсткую позицию – они вполне справедливо считают, что жильцам не понравятся солдаты, заполонившие коридоры. А если сюда прибудет ещё сотня бойцов, то результат будет именно таким.

В результате, получается заключить соглашения об аренде двух пустующих особняков, находящихся по соседству. Оба принадлежат имперской аристократии и сейчас там только управляющие, которых выходит убедить при помощи кольца «Защитника империи» и небольшой суммы денег, что перекочёвывает в карманы каждого из них. Подписываем договора, по которым полная оплата будет произведена в течении пары суток и спустя полтора часа, неподалёку от здания гостиницы, размещается вся рота обер-лейтенанта. К этому моменту возвращаются и Канс с Круациной, которым пришлось дожидаться, пока Тескон освободится. Преподаватель не сильно доволен бесцеремонностью моего приглашения, но обещает прибыть к утру.

Закончив со всеми делами, вливаю в себя ещё одну чашку сорка и принимаюсь изучать списки гостей приёма. Уже пробежавшаяся по ним Сонэра, озвучивает найденный ею вариант – начальник штаба охранных батальонов. Трижды прошерстив всех приглашённых, соглашаюсь с девушкой. Полковник Кернэй, являющийся вторым лицом в местной армии, действительно идеально подходит на роль «спасителя города». Вот его мы и навестим завтра утром, прихватив с собой группу офицеров канцелярии, Тескона и взвод солдат. А после этого, станем разбираться с Марэто и его оппозицией – несмотря на очевидный соблазн помочь Довано и Лоннейсам, я пока не определился, стоит ли это делать. Многое будет зависеть от того, что завтра выложит начштаба. Конечно, если он действительно тот, кто нам нужен.

Вечером, когда мы окончательно вымотавшись располагаемся в номере, на пороге внезапно появляется солдат, сообщивший, что нам передано письмо от Марэто. Сам посыльный, оставив его на посту, уже покинул гостиницу, видимо решив, что его задача выполнена.

Осмотрев конверт, действительно вижу там сургучную печать казначея и хмыкнув, вскрываю его. Внутри короткий текст – приглашение для приватной беседы, с указанным адресом. Зачитываю письмо вслух и остальные озадаченно переглядываются. Первым своё мнение озвучивает Канс.

– Может уже принял решение и хочет предложить присоединиться к «Пакту» в обмен на экономические уступки?

Эйкар задумчиво вздохнув, цокает языком.

– Или узнал о визите Довано с Лоннейсами и теперь хочет объяснить, что нам лучше не соваться во внутригородские разборки.

Джойл, перед этим увлечённо беседовавший с Сонэрой, тоже присоединяется к обсуждению.

– Матушка говорила – никогда не ходи на гхарга, коли не уверен, что вернёшься живым.

Когда на нём скрещивается несколько вопросительных взглядов, добавляет.

– Вдруг, казначей этот местный, разделаться с нами задумал. Или ещё чего – ночь на дворе вот-вот наступит, кто в такое время на встречи зовёт?

Тонфой ухмыляется.

– Вся аристократия Норкрума плетёт заговоры под покровом ночи. А безродные рицеры вроде Марэто, копируют благородную кровь во всём.

Здоровяк хмурится, а сын хёрдиса, сообразив, что именно он сейчас выдал, спешит исправить ситуацию.

– Не обижайся только – это так, шутка. Да и ты сам точно не так прост, как кажешься – со всеми этими рассказами о Хельгинских болотах и мёртвом графе, что по ним бродит. Могу поспорить, среди твоих предков могут встретиться весьма занятные личности.

Пока Джойл переваривает услышанное, решая оскорбление это было или наоборот, похвала, принимаю решение.

– На этот раз отправимся все вместе. Не думаю, что он действительно задумал нас прикончить, но если вдруг так – будет надёжнее быть в одном месте.

Резон очень прост – сейчас, наш единственный серьёзный боец, это Круацина. И её точно придётся взять с собой, как и Тонфоя. Оставить всех остальных в гостинице – значит, поставить их под возможный удар. В случае нападения магов, солдаты могут не справиться – какие-то защитные артефакты есть только у обер-лейтенанта, все остальные от магии никак не прикрыты. Конечно, есть ещё Эйкар, но в его текущем положении, старый маг может не так много, как хотелось бы. Сейчас он скорее играет роль живого банка данных, с громадным массивом информации.

Когда все расходятся по комнатам, приступая к сборам, Эйкар, оглянувшись по сторонам, подходит ко мне.

– Мы же будем немало убивать в ближайшее время, правильно?

Пожимаю плечами.

– Всё зависит от ситуации. Возможно да, но может выйти и так, что крови почти не будет. Ты к чему интересуешься?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.