# Коронная роль Козы-дерезы

Дарья Аркадьевна Донцова

Лучше надолго застрять в пробке, чем мчаться по городу без остановок в «Скорой помощи». Тихо проклиная дорожные заторы, Евлампия Романова спешила в магазин за новогодними подарками родным и друзьям. Выходной день обещал быть прекрасным. До тех пор, пока вместо торгового центра Лампе не пришлось отправиться в офис на встречу с Ниной Осокиной. Вот же, именно это имя и стоит в паспорте женщины. Тогда почему внутренний голос в голове посетительницы упрямо твердит, что на самом деле она – Ирина Мальцева? А еще Осокина-Мальцева почему-то совершенно не помнит свою жизнь до тринадцати лет, как будто ей стерли память. И теперь она просит детективов найти… себя! На первый взгляд все просто: женщина попала в аварию, вот у нее и помутился разум. Но только Лампа приступает к выяснению всех обстоятельств дела, как натыкается в телевизоре на новость о том, что Нина найдена мертвой. Так что же теперь – стоп, конец расследованию? Нет, тут что-то не так. Вернее, все не так!

Дарья Донцова – самый популярный и востребованный автор в нашей стране, любимица миллионов читателей. В России продано более 200 миллионов экземпляров ее книг.

Ее творчество наполняет сердца и души светом, оптимизмом, радостью, уверенностью в завтрашнем дне!

«Донцова невероятная работяга! Я не знаю ни одного другого писателя, который столько работал бы. Я отношусь к ней с уважением, как к образцу писательского трудолюбия. Женщины нуждаются в психологической поддержке и получают ее от Донцовой. Я и сама в свое время прочла несколько романов Донцовой. Ее читают очень разные люди. И очень занятые бизнес-леди, чтобы на время выключить голову, и домохозяйки, у которых есть перерыв 15—20 минут между отвести-забрать детей». – Галина Юзефович, литературный критик

© Донцова Д.А., 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

## Глава первая

Лучше надолго застрять в пробке, чем мчаться без остановок по городу в «Скорой помощи».

Я быстро ушла из левого ряда, и через секунду мимо меня, отчаянно воя сиреной, пролетел автомобиль с красным крестом. Всякий раз, когда в голову придет мысль, что твоя жизнь ужасна, подумай о тех, кто сейчас лежит в больнице, и порадуйся, что ты жива, здорова и передвигаешься по городу на личной машине, не в переполненном вагоне метро задыхаешься.

Я посмотрела в окно. Глагол «передвигаешься» лучше заменить на «стоишь». На дворе начало декабря, пятница, вечер. В столице случился полный паралич движения. Если верить навигатору, то МКАД и Третье транспортное кольцо превратились в бублики ярко-красного цвета. А мне, госпоже Романовой, приспичило купить подарки под елку, вот я и решила отправиться в торговый центр. Лампа, скажи, зачем это делать в последний рабочий день недели? Но у меня просто нет возможности шляться по магазинам когда захочу. Работа, хлопоты по хозяйству, Киса, которая ходит в школу, муж… В моем случае надо использовать свободный час, когда тот выпал.

Я уставилась на скопление автомобилей, наверное, у всех те же проблемы. И чем ближе Новый год, тем хуже станут пробки, потому что люди отправятся за презентами. Среди моих знакомых есть только одна личность, которая запасается рождественскими подарочками в конце января, вскоре после того, как народ отметил старый Новый год и пытается выбраться из многодневного запоя. Евдокия Абакина, некогда моя коллега по оркестру, а сейчас владелица агентства, которое устраивает праздники, всегда спешит за сувенирами на предстоящий Новый год в двадцатых числах января. Почему? А кому уже нужны все эти хрюшки, зайки, драконы и прочие символы наступившего года? Кто кинется в конце первого месяца наступившего года приобретать набор полотенец с надписью «Дед Мороз желает вам счастья»? Только Дуся. Она бродит по пустому торговому центру, выбирает нечто с нейтральной надписью без указания даты, например комплект: кухонный фартук и варежки с изображением елок. У запасливой Дусеньки при себе есть список друзей с их днями рождений. Подношения на личные праздники Абакина тоже готовит загодя, и, по ее мнению, лучшее время для этого – январь с середины до конца. Почему? Так я уже объясняла, все Новый год уже отметили! И объявят скидки.

Вот только не следует считать Дусю женщиной с пустым кошельком. Она жена очень обеспеченного Григория Константиновича Черногородского, он строитель, возвел тьму коттеджных поселков. Долгое время Абакина говорила:

– Замуж? Я? Зверушка по имени Дуся в неволе не живет.

Свою личную жизнь подруга всегда скрывала, никогда даже при мне не говорила о каких-то ухажерах. Наши общие знакомые считали ее старой девой. Но я знала, что это неправда, у Дуси постоянно меняются кавалеры. А потом она вдруг пригласила друзей-приятелей отметить свою свадьбу.

Григорий произвел очень хорошее впечатление. Спокойный, с правильной речью, приятной улыбкой, хорошо воспитанный, он с обожанием смотрел на невесту. И что особенно приятно, жених никогда ранее не состоял в браке, никаких бывших жен, детей от других союзов у него нет.

Учитывая возраст мужчины, который примерно одних лет с невестой, лично я сомневаюсь, что он жил монахом. Но какая разница, что, у кого и когда с кем случалось. Гриша повел под венец Дусю. Точка. И я знаю, что живут они счастливо. Детей у пары нет, Абакина спокойно сказала мне:

– Безумие обзаводиться потомством в нашем возрасте. И вообще мы оба не чадолюбивы.

Евдокия руководит своим агентством, супруг строит поселки. Два кота и четыре собаки исполняют роль обожаемых малышей.

Плавное течение пустых мыслей нарушил телефонный звонок, меня разыскивал Костин, мой начальник и лучший друг.

– Ты где? – спросил он.

– В аду под названием Третье кольцо, – заныла я, – двигаюсь со скоростью больной, беременной черепахи.

– Ужас! – воскликнул Вова.

– Ничего нового, – вздохнула я.

– Пробки ерунда, – не дал мне договорить Костин, – я про больную беременную черепаху. Жаль несчастную. Каково ей, недужной, детей воспитывать? Ты куда рулишь?

– За новогодними подарками, – тихо ответила я. – А что?

– Носки Максу купить успеешь, до Нового года больше трех недель. Жду тебя в офисе, – заявил Володя.

– Если верить навигатору, то я окажусь в агентстве через четверть часа, – объяснила я.

– Супер, – обрадовался Вовка, – клиентка примерно в это же время прикатит. Лампудель, ты любишь шляться по магазинам?

– Почему спрашиваешь? – в свою очередь, поинтересовалась я.

– Декабрь начался, – пустился в объяснения приятель, – в торговых центрах уже сейчас не протолкнуться. Страшно подумать, что начнется после двадцатых чисел. Предлагаю тебе приобрести подарки без суеты и посещения магазинов. Или ты любишь пихаться в толпе?

– Терпеть не могу, – призналась я. – Но как заполучить сувенирчики?

– Онлайн, – засмеялся Володя, – через интернет-магазины.

– Ааа, – протянула я, – никогда ими не пользовалась. И вообще являюсь компьютерной идиоткой. Могу прочитать новости, посмотреть прогноз погоды, еще деньги со счета на карточку перекинуть. Это все.

– А ты попробуй посмотри, что имеется в онлайн-торговле, – посоветовал Костин.

– Наверное, это сложное дело, – сопротивлялась я.

– Легче, чем воды выпить, – возразил Володя, – начни с небольшого, закажи, например, ну… носки Максу. Ты далеко?

– Через пять минут буду на месте, – заверила я, – въезжаю в наш паркинг.

## Глава вторая

– Добрый день, – тихо произнесла женщина, – меня зовут…

Гостья замолчала, некоторое время сидела, ничего не говоря, затем пробормотала:

– Как меня зовут?

В офис детективного агентства, которым владеет мой муж Макс Вульф, приходят разные люди, некоторые из них со странностями. Хорошо помню, как один посетитель вынул из портфеля контейнер и, открыв его, сказал:

– Хочу познакомить всех со своим лучшим другом Чарльзом.

Из коробки медленно выполз здоровенный таракан, размером с мою ладонь. Костин даже не вздрогнул, зато я отличилась по полной программе. С громким воплем:

– Спасите! – Я молниеносно сползла со стула и забилась под стол.

Теперь понимаете, почему сейчас клиентка меня не удивила. Ну забыла она свое имя, эка невидаль. Я сама по утрам не могу сообразить, где я, кто я, зачем проснулась в шесть.

– Не подумайте, что к вам пришла сумасшедшая, – продолжила незнакомка, – у меня в паспорте указано Нина Тимофеевна Осокина. Вот. Но… Возникла уверенность: она не я! Перед вами сейчас Ирина Петровна Мальцева. Понимаете?

– Конечно, – кивнул Костин, и мне стало ясно, что Володе ничего не ясно.

– Попробую объяснить, – тихо продолжила потенциальная клиентка и завела рассказ.

Есть люди, которые утверждают, что они помнят момент своего появления на свет, могут описать акушерку, которая взяла их на руки. Я не принадлежу к их числу, мои детские воспоминания Лампы отрывочны и хаотичны: прыгаю в кроватке, держась руками за бортик, падаю, раздается вопль. Рву на части газету. Какая-то женщина гладит меня по голове. Гора конфет на полу. Это все. Первые осознанные воспоминания связаны со школой. Сентябрь, льет нудный дождь, мама натягивает на меня куртку, сапожки, завязывает шарф, мы едем в машине, оказываемся в большом дворе, там полно детей и взрослых.

– Стой здесь, Фросенька[1], – говорит Ольга Петровна, подводя меня к толпе незнакомых ребят.

Я пугаюсь, а мама, сунув мне в руки букет из гладиолусов, уходит. Я ринулась за родительницей, но какая-то противная тетка схватила меня и загудела:

– Ты уже взрослая, школьница, пошли в класс.

Я не хотела никуда идти, начала выворачиваться из рук незнакомки, но та держала меня мертвой хваткой.

– Помогите, – заорала я, – больно!

Мамочка оглянулась, бросилась назад, отняла меня у бабы и возмутилась:

– Что вы делаете?

– Звонок прозвенел, первые классы ушли, – ответила та, – а ваша кривляка спектакль устроила.

Я поняла, что меня сейчас разлучат с мамулей, отдадут противной тетке, и заорала во всю мощь детских легких:

– Не хочу туда!

Все взрослые вокруг начали смеяться, кто-то из старшеклассников сказал:

– А уж как я туда не хочу!

Ситуация стала совсем ужасной, я сообразила: дело совсем плохо, и поступила, как опоссум, который в момент опасности всегда прикидывается мертвым. Я упала на асфальт и затихла. Я хорошо знала, что мама не выдержит вида лежащей без движения дочки и вернет ее домой. Так и произошло. В первый класс я пришла в середине сентября после долгих уговоров и обещаний подарить мне на Новый год все, что я захочу. Школьные годы девочка Романова провела, тихо ненавидя учебное заведение, мечтая поскорее его покинуть. Потом, спустя время я сменила имя, стала Евлампией. Но то, что я не один год отзывалась на Фросю, из головы не выбросишь. А у нашей новой клиентки, похоже, беда с памятью.

– Вот смотрите, – продолжала посетительница, – Нина Тимофеевна Осокина.

Гостья протянула Вовке бордовую книжечку.

– Вы абсолютно правы! Именно на это имя выдан основной документ гражданина, – кивнул Костин.

Нина прижала ладони к вискам:

– Внутри головы… голос твердит, что я являюсь Ириной Петровной Мальцевой!

Я быстро взглянула на Володю, тот, сидя с ласковой улыбкой, забормотал:

– Ничего удивительного. Тот, кто живет у нас в мозгу, часто ошибается. Он шутник.

– Вы мне не верите! – с отчаянием констатировала Нина. – Так я и думала! Купила себе какие-то таблетки, но не пью их.

– Почему? – осторожно осведомился Володя. – Лекарства помогают.

– Меня от них в сон клонит, – призналась Нина, – молчу про Ирину, но сердце чувствует: я – она! Ношу не свое имя! Пожалуйста, найдите меня! Найдите! Найдите! Найдите!

Посетительница зарыдала. Я быстро встала, налила из кулера воды, поставила стакан перед гостьей и, решив звать ее Ниной, осторожно спросила:

– Можете рассказать о себе?

– Что именно? – осведомилась женщина.

– Ваши родители, детство, юность, где вы учились, кем работаете, – перечислил Володя и покосился на свой ноутбук.

Я сообразила, что вся информации уже выведена на экран.

– Отец Тимофей Ильич, мама Елена Сергеевна, – начала Нина и ойкнула.

– Что случилось? – насторожился Костин.

Посетительница растопырила пальцы на левой руке.

– Зацепилась за что-то ногтем, испугалась, что сломала!

– У вас красивый маникюр, – похвалила я, – мне тоже очень нравится френч.

– Вчера сходила в салон, – пояснила посетительница, – просидела там три часа! Устала! Зато теперь могу две недели о ногтях не беспокоиться. У меня гель примерно пятнадцать дней всегда держится. Такое покрытие – спасение. Ох, простите, я отвлеклась. Вернусь к родителям, мой папа был оператором на телевидении, снимал всякие передачи. Мама по образованию актриса, но у нее карьера не сложилась, ни в один театр ее не взяли, в телесериалы тоже не попала. Отец пристроил жену на телевидение, туда, где сам работал. Вот там все хорошо сложилось, мамуля стала шефом популярного шоу, нашла себя. Иногда, если нужно по сценарию, сама изображала какого-нибудь гостя. К сожалению, мои родители умерли. Я единственный ребенок. Школу помню смутно, с одноклассниками после получения аттестата не встречаюсь. В институте тоже популярностью не пользовалась. Хотела стать актрисой, но отец воспротивился, поэтому я поступила в институт, изучала иностранные языки. Работаю переводчиком. Живу в квартире, которая по наследству досталась. Собираюсь замуж. Жених – Федор Воробьев, айтишник. Занимается созданием сайтов для фирм и частных лиц, разработкой логотипов и всяким-разным. Федя хорошо зарабатывает, он большой молодец, старается изо всех сил, еще на телевидении подрабатывает. Его туда приятель устроил, он ведущий очень популярной программы, про ДТП рассказывает. Народ такое обожает! Оформить отношения решили, потому что хотим ребенка. Некоторые сейчас и в пятьдесят рожают, но они безумны. Малыша надо на ноги поставить, мы долго тянуть не собираемся.

Нина сцепила пальцы рук в замок.

– О том, что у меня в голове творится, Федя в курсе, давно считаю его мужем, тайн друг от друга у нас нет. Когда после аварии я заговорила про Ирину…

– Подождите, – попросил Костин. – О каком дорожном происшествии идет речь?

– Ой! – воскликнула Нина. – Забыла рассказать. Почему в моей голове голос поселился? Мы с Федей полетели отдыхать на Шри-Ланку. У него там уже много лет живет лучший друг, на местной девушке женился, детьми обзавелся. У Лёни свой дом в селе прямо на берегу океана, до ближайшего городка рукой подать. Мы один раз на базар поехали, сели в тук-тук. Это такая повозка типа мотоцикла, к нему сзади приделан прицеп с лавкой и крышей. Правил дорожного движения там никто не соблюдает, шоферы катят по принципу «еду как хочу». По дороге снуют велосипеды, какие-то повозки, бегают еноты, вараны. Водители гоняют с непозволительной скоростью, ремней безопасности нет. Момент самой аварии вообще не помню. Последнее, что появилось перед моими глазами: слон, который бежал на нас. Я удивилась: на шоссе между населенными пунктами элефанты не редкость. Стоят посередине дороги, машины тормозят, животные хоботы в открытое окно засовывают, просят угощенья.

– Здорово, – рассмеялась я.

– Они милые, – улыбнулась Нина, – вот обезьянки – воровки, уносят все, что им нравится. В дом без стеснения зайдут, утянут еду, вещи. Набезобразничают. Еноты им под стать, они и по городу бегают. А слоны по улицам не маршируют. А тут! Элефант! Бабах! Больше ничего не помню, слышу голос: «Как вас зовут?» Отвечаю: «Ирина». И мой муж возразил:

– Нет, нет! Нина!

Незнакомец ему:

– Подождите. Ирина. А фамилию? Отчество? Помните?

У меня в мозгу четко всплыло:

– Ирина Петровна Мальцева.

Федя опять:

– Ну нет же!

Мужчина его успокаивать начал:

– Главное, она говорит и слышит!

Я в их разговор влезла:

– Ничего не вижу!

Федя перепугался:

– Она ослепла!

Собеседник засмеялся:

– Нина, откройте глаза!

А я лежу и думаю: к кому обращаются?

Федя меня трясти начал:

– Открой глаза, открой глаза, открой глаза.

Я сумела веки распахнуть, муж чуть не зарыдал.

– Жива! Нинуша! Любимая!

Мне так странно стало, я сказала:

– Федюня, какая Нина? Я Ира!

– Интересно, – заметил Костин. – А что с вами случилось?

– В тук-тук, на котором мы ехали, врезался местный автобус, – пояснила Нина, – колымага развалилась на части. Но всем повезло. Водитель отделался ушибами, Федя ссадинами. Я вылетела из тук-тука, упала на дорогу и потеряла сознание, но совершенно целой осталась, без травм, только сотрясение мозга получила.

## Глава третья

– Вы попали в аварию, – повторил Володя. – И после этого стали считать себя Ириной?

– Я не стала считать себя Ириной, – тут же возразила женщина, – я Ирина. Тимофей Ильич и Елена Сергеевна не мои родители.

– Так, – пробормотал Володя.

– В какой семье я родилась, не знаю, – продолжала посетительница.

– Вы полагаете, что муж и жена Осокины удочерили вас, – осенило меня, – и дали вам иное имя. В детдоме вас называли иначе.

– Нет, – отрезала собеседница, – дома есть альбомы с фотографиями, имеется снимок: Тимофей встречает Елену из роддома. Вы в детский сад ходили?

– Нет, – ответила я.

– Да, – одновременно со мной произнес Володя.

Нина обратилась к Костину:

– Наверное, в вашем семейном архиве есть жуткие фотки праздников, которые устраивали в детском учреждении? Новый год. Вы зайчик!

– Нет, – засмеялся Володя, – снимки имеются, но я на них несколько лет подряд наряжен умывальником. Наша воспитательница всегда в конце года готовила с детьми спектакль «Мойдодыр». Роль без слов – рукомойник, который выбегает из спальни, всегда была моя.

– Но у Чуковского он бойко болтает, – удивилась я, – если я правильно помню, слова такие: «Ах ты, гадкий, ах ты, грязный, неумытый поросенок…»

– Наверное, но не мог текст выучить, – развеселился Костин, – просто стоял, стихи тараторила Маша Васильева. А вас, Нина, как наряжали на праздник?

– Не помню, – поморщилась посетительница, – вопрос про снимки я задала, потому что в семейном альбоме их полно. В нашем садике почему-то всегда ставили сказку про Козу-дерезу. Мне доставалась главная роль.

– Значит, какие-то воспоминания детства все же присутствуют, – обрадовалась я.

– Фото есть, – отрезала Нина, – я смотрю на них и понимаю, что всегда играла Козу. А больше ничего не помню.

Володя взял телефон.

– Андрей Петрович, зайди к нам.

Дверь в кабинет почти сразу распахнулась, появился мужчина средних лет при полном параде: костюм, галстук, однотонная рубашка.

– Здесь я, – весело сказал он. – Лампа опять забыла где-то сумку и не помнит где?

– Проблема у нашей гостьи, – объяснил Володя. – Садись, расскажем.

Минут через десять Андрей увел Нину, мы остались вдвоем.

– Возможно, она больна, – вздохнула я.

– Подождем, что Андрюша скажет, – ответил Костин. – Пошли поедим.

– Не хочется что-то, – возразила я, – посижу, пороюсь в ноутбуке, хочу научиться делать онлайн-покупки.

– Это очень просто, – хихикнул приятель. – У нас в поселке живет Инесса Альбертовна, злые языки бормочут, что она родилась накануне войны тысяча восемьсот двенадцатого года. Врут, поди.

Я рассмеялась:

– Думаю, да.

– Дама уверяет, что хорошо помнит, как большевики брали Зимний дворец, она в тот день во второй раз замуж выходила, – дополнил Костин. – Так вот, Инесса Альбертовна все себе заказывает в сети, к ней постоянно доставщики приезжают. А ты молодая, резвая, научишься.

– Покупку привезут домой? – уточнила я.

– Зайди в магазин, там указано, как получить товар, имеются разные варианты, – посоветовал Володя и ушел.

Я включила компьютер и притихла. Как ищут в сети лавку? Наверное, надо просто написать в строке поиска, ну, например, «Купить платье на Новый год». Вообще-то я собиралась найти сувениры, но сейчас сообразила: у меня красивого наряда нет. Экран мигнул, появился список. «Платья для женщин», «Одежда для всех», «Счастье можно приобрести». Я нажала на последнее название, увидела слово «Каталог», ткнула в него пальцем, обнаружила позицию «Одежда для леди» и обрадовалась: Лампа, да ты прямо хакер, без задержек бежишь к своей цели. На экране возникли фото. Я начала их рассматривать и через некоторое время сообразила: не надо сразу приобретать дорогую вещь. Лучше потренироваться на чем-то маленьком, дешевом. Если наделаю ошибок, потеряю деньги, то тысяча рублей не разорит. Но что можно купить на этакую сумму?

Время шло, я рылась в интернет-лавке и в конце концов сделала выбор: теплые носочки из ангорской шерсти и зубная щетка. За все вместе хотели тысячу, со скидкой – девятьсот девяносто девять рублей. Следующие полчаса ушли на то, чтобы понять, как оплатить товар. Потом возникла новая задача, следовало выбрать пункт доставки. Но с ней я справилась живо. Оказалось, что заказ можно получить в торговом центре, который расположен неподалеку от нашего офиса.

Я ткнула пальцем в нужную строку, появилось окно: «При добавлении товара из категории «Костюмы для Нового года» скидка двадцать процентов от стоимости первой позиции заказа». Во мне проснулась элементарная человеческая жадность, я кинулась изучать другие наряды. Сразу решив не наряжаться зверушкой из китайского Нового года, я углубилась в изучение сказочных героев. «Баба-яга, метла в подарок». Моя алчность сначала заликовала: веник в хозяйстве всегда пригодится. Но потом рациональность победила жадность. К чему инвентарь для подметания дорожек? У нас нет загородного дома, мы живем в центре столицы, и я не дворник. Спасибо за хорошее предложение, но оно не для меня. Я продолжила изучать каталог. Красная Шапочка. Ну, это хорошо для Кисы, но не для меня. Золушка тоже не подойдет. Русская печь, Щука, Емеля, Царевна Лебедь, Несмеяна, Машенька и три медведя, Щелкунчик… Чем дольше я смотрела список, тем больше расстраивалась. Все перечисленное подходит для школьников младших классов. Да, имеются костюмы черепахи Тортиллы, бабушки Красной Шапочки, мачехи из Морозко. Но первые адресованы пенсионеркам, а исполнять роль злой тетки совсем не хочется. Ну почему мне не везет? Я перелистнула страницу, и хорошее настроение вмиг вернулось. Добрая волшебница! Сколько ей лет, никто не знает, но понятно, что фея не имеет возраста, она вечно молода, определенно не девочка и уж точно не бабуся.

Я пришла в полный восторг и стала рассматривать фото моделей. Мини-платье с глубоким декольте и разрезами по бокам плюс шляпа мне совершенно не понравились. Зачем показывать ноги до пояса? Не такие уж они у меня стройные. И на мой вкус, длина наряда не должна быть равна размеру полей головного убора. Второй вариант: совершенно закрытое, с длинным рукавом, юбкой в пол, на макушке треугольное сооружение, из которого ниспадает до пола нечто вроде занавески, тоже не впечатлило. Третье подозрительно походило на одежду Красной Шапочки, только вместо яркого берета была панамка кислотно-розового цвета. При взгляде на нее делалось понятно: девочка с корзинкой пирожков выстирала свой головной убор, а он полинял.

Я опять перелистнула страницу и заликовала. Вот то, что надо! Небольшое декольте, пышные рукава, верхняя часть сидит по фигуре, ее украшают яркие, «брильянтовые» пуговицы. Юбка умеренной ширины достигает щиколоток девушки-модели. К наряду прилагалась волшебная палочка, и здесь же имелось предупреждение: батарейки А4 продаются отдельно! Я внимательно изучила руководство к аксессуару и пришла в полный, щенячий восторг. Оказывается, если прикоснуться им к человеку, животному и любому предмету, то из острого края начинают вылетать искры. Никаких болезненных ощущений тот, кого «заколдовали», не испытывает.

Я ткнула пальцем в слово «купить». Фото исчезло, появилась надпись: «Три предмета в корзине». Так, что дальше? Способ оплаты, где оформить доставку. С каждым пройденным этапом покупки вещей онлайн мое самоуважение росло. Когда я увидела сообщение: «Ваш заказ номер 757аГ оформлен. Возможна быстрая доставка в течение часа», я чуть не завизжала от восторга. Ай да Лампа, ай да молодец! Все сделала сама, не запуталась, лично разобралась с проблемами, оплатила. Я гениальна! Я герой! Я умею делать онлайн-покупки. И конечно, я непременно, обязательно желаю как можно быстрее получить свои покупки: носочки плюс наряд феи! Палец нажал на кнопку «да», появилось сообщение «Спасибо за покупку, всегда ждем вас», я ощутила себя гениальным компьютерных дел мастером и увидела, что в кабинет входит Костин.

## Глава четвертая

– Разобралась с магазином? – спросил Володя.

– Конечно, – фыркнула я, – нет проблем. Все купила. Спасибо за совет. Огромная экономия времени, нет необходимости тудасюда ездить, толкаться в бутике, стоять в очереди в примерочную кабину.

Дверь снова открылась, появился Андрей Реков.

– Клиентка отдыхает, – быстро объяснил он, – чай пьет. Скоро ее Марина к вам приведет. Что могу сказать. Я с таким не сталкивался. Если коротко: создается впечатление, некто «вынул» из мозга Нины все воспоминания до тринадцати лет. Как я ни старался, но у нее в памяти провал. Никаких, даже отрывочных сведений. Ни праздников, ни скандалов, ни проблем в отношениях с родителями – ничего этого я не нащупал. Пытался идти разными путями, но везде дорога закрыта. От применения гипноза посетительница категорически отказалась. После тринадцати лет полный спектр воспоминаний. Я спросил про школу. Нина рассказала, что поступила в другую гимназию в седьмом классе. Дождь первого сентября шел, она промокла, мама вырядилась в нелепое для такой погоды белое платье, да еще с короткой юбкой, на нее остальные родительницы косо смотрели. Учителя показались ей уродами, одноклассники – тупыми. Контакта ни с детьми, ни с педагогами так и не случилось. Класс жил своей жизнью, Нина существовала отдельно. Она троечница по всем предметам, кроме иностранного, русского языков, истории и литературы. Поступила в вуз, там тоже одни придурки учились, в голове у студентов пьянка, гулянка. Нина опять ни с кем не подружилась. Единственная радость: театральный кружок. Его вел Эдуард Дормидонтов-Вольский. Актер благоволил к Нине, считал ее очень талантливой, а его мама, звезда популярного столичного театра, советовала девочке стать актрисой. Нина сама мечтала оказаться на сцене и сообщила об этом родителям. Но те живо задули огонь желания, велели учить иностранные языки. Девушка смирилась, но у нее появилось новое хобби, Осокина начала посещать студию, где учили рисовать, теперь она захотела стать художницей. Но старшее поколение снова оказалось недовольно. Делать нечего, Нина покорно стала студенткой вуза, где готовят переводчиков. Когда девушка перешла на пятый курс, отец и мать погибли в ДТП. После получения диплома Осокина устроилась на работу. Внимание! Ее, сироту, взяли в престижное место, толмачи, состоящие там в штате, летают по всему миру, работают с высокопоставленными лицами. Вам это не кажется странным?

– Мне – нет, – ответила я, – наверное, в конторе ценят не то, из какой ты семьи, а знание иностранных языков.

– Возможно, – не стал спорить Андрюша, – но Нина подробно рассказала мне о коллегах. Ей в коллективе очень неуютно. Почему? Среди сотрудников сын посла, дочь очень известного художника, жена академика, внучка всенародно любимого актера. И все остальные тоже не из простых. Если закрыть глаза на происхождение и оценить их образование, то каждый член коллектива владеет двумя-тремя и более языками. Кое-кто имеет ученые степени. Почему-то у нас принято считать, что дети из чиновных богатых фамилий, наследники великих музыкантов, писателей и ученых обязательно мажоры, наркоманы, лентяи, которые живут на родительские деньги. Да, такие имеются, они герои желтой прессы. Но большинство – нормальные люди, которым достались таланты родителей, им дали хорошее воспитание, внушили, что папа-академик, а мама – певица Большого театра – твоя большая удача, но и огромная ответственность. Нельзя запачкать имена родителей гадкими поступками. И ни в коем случае не следует считать себя выше тех, кому не достались такая генетика и обеспеченные детство-юность. В организации, где служит Нина, все сотрудники из непростых семей. Все, кроме Осокиной. Ее покойные родители были хорошие, честные люди, но самые обычные, без орденов, медалей, погон с большими звездами. И родни, которая выходит на сцену МХАТа или придумала новый вид ракеты, у Нины нет. Поэтому Осокиной неуютно. Она удивлена, что ее взяли в штат, и постоянно задает себе вопрос: «За какие заслуги я попала в элитное место?»

– За идеальное знание двух языков, – подсказала я.

– Это не редкость, – опять возразил психолог, – и у нее английский плюс испанский. А в конторе упор не на Европу, Америку, Англию. Основная сфера интересов организации: Индия, Китай, Япония, Шри-Ланка, Сингапур. И Нина, пожалуй, самая слабая в языковом плане. Там у каждого английский, но он как бы не считается. К нему непременно прилагается китайский, да не один диалект. Например, все северные плюс кантонский. Те, кто специализируется по Индии, в совершенстве владеют хинди. Но в Индии говорят на множестве языков, и диалектов около двух тысяч. Каждый переводчик из фирмы работает на семи-восьми национальных языках. Согласитесь, Нина на их фоне бледно выглядит. Но она работает в элитном коллективе, куда без протекции старших и собственных глубоких знаний никогда не попасть. Почему ее взяли? Этот вопрос не дает Осокиной покоя.

Мы с Костиным переглянулись.

– С кем-то спит, – сделал вывод Володя, – путь на экран часто лежит через диван.

– Не новая мысль, – хмыкнул Андрей, – но, умея лишь выкаблучиваться на диване, скоро слетишь с экрана. Одна плохо сыгранная роль, и, как следствие этого, пустая касса театра или отсутствие кинозрителей, тогда тебя, несмотря на все пролежанные матрасы, более ни в один проект не пригласят. Нину кто-то продвигал. Почему благодетель предпочел остаться в тени? По какой причине не сообщил Осокиной: «Я тебе помогаю»? И повторю, после тринадцатого дня рождения у нее воспоминания как у всех. А до него – пустая яма. Она просто молчала, не имела ответов на мои вопросы.

– Мы тебя поняли, – кивнул Костин. – Что думаешь по сему поводу?

– Есть лишь предположения, – предупредил Реков, – размышлизмы.

– Докладывай, – велел Володя.

– Есть особая техника блокировки травмирующих воспоминаний, – завел Андрей, – психотерапевт не имеет права подсказывать клиенту, как ему следует поступить, чтобы решить некую свою проблему. Например, мужчина сидит дома, работает онлайн, выходит из квартиры раз в неделю, едет в офис на машине, на службе у него контакт только с двумя коллегами сильного пола. Он жалуется психологу: «Хочу жену, детей, но где найти супругу?» Твой ответ, Вова?

– Выползи из своей норы, запишись в фитнес-клуб, самодеятельный театр, на кулинарные курсы, – быстро заговорил Костин, – выйди из тьмы на свет, общайся с людьми и найдешь пару.

– Подобный совет психотерапевт не имеет права давать, – заявил Андрей, – но он должен повести себя так, чтобы клиент сам принял решение: пора вылезти из раковины. Навязанная кем-либо, пусть даже и очень умным человеком, модель поведения не сработает. Личности следует созреть до принятия стратегического решения. Но иногда психолог действует напролом. Происходит это в экстремальных обстоятельствах. Например, девушка, жертва изнасилования, сделала несколько попыток самоубийства. Время идет, а ее воспоминания о преступнике только крепнут. Психологическая травма больнее физической и труднее зарастает. Лекарства пациентке не помогают, немедикаментозная терапия эффекта не дает. Родные и друзья следят за бедной постоянно. Но уберечь человека, который тверд в своем желании покончить с собой, невозможно. В этом случае с согласия близких родственников может быть применено стирание воспоминаний. Плюсы этого решения. Человек реально не помнит о психологической травме. Все забыл, ведет нормальную жизнь. Минус. Если с больным занимался не профессионал, а трехнедельный душекопатель…

– Кто? – удивилась я.

– В интернете сейчас расплодилось всякой твари по паре и еще немножко мышей к ним в придачу, – вздохнул Андрей, – большое количество «гуру» предлагают за три недели сделать из любого человека, даже если он читать, писать как следует не умеет, великого психотерапевта. Он вмиг начнет зарабатывать миллионы в интернете. И ведь кто-то на самом деле начинает работать, берет за сеанс десятки тысяч. Не советую никому обращаться к такому «Фрейду». Психолог из того, кто за двадцать один день обучения получил диплом, как из дерьма котлета. А стирать воспоминания способен лишь человек, который серьезно, не один год изучал психологию, потом работал ассистентом у мастера. И не каждому дан талант для подобной техники.

## Глава пятая

– Полагаешь, что с Ниной работал некто, убравший травмирующие воспоминания? – уточнил Костин.

# Примечания

1

Родители назвали Лампу Ефросиньей. О том, как и почему она поменяла имя, рассказано в книге Дарьи Донцовой «Маникюр для покойника».