Мертвая оболочка

Серия: Мертвый цикл

Книга вторая

Меры и величины

1 дюйм = 2,54 см

1 фут = 30,48см

1 ярд = 3 фута ~ 0,91м

1 миля = 1852 м (морская)

1 узел = 1,852 км/ч

1 акр = 4046м2 (0,004км2)

1 фунт = 0,45кг

1 унция = 29,57мл

Звания и армейские подразделения Вайса

Префект – главнокомандующий Острова

Легат – генерал (звено, состоит из легионов)

Опцион – полковник (легион, ~5000 чел.)

Трибун – майор (когорта, ~1000 чел.)

Комит – капитан (манипула, ~200 чел.)

Центурион – лейтенант (центурия, ~100 чел.)

Деканус – сержант (контуберния ~10 чел.)

Магиструс – Начальник (должность)

Глава 1

Где-то на востоке американской акватории.

На глубине трехсот футов в толще океанских вод зависли три больших вихрелета. Массивные силуэты смотрели грозно, и мало кто из океанских обитателей посмел бы к ним приблизиться. Вокруг кораблей кроме всего прочего сновало до двух десятков эсперов – чародеев водной и воздушной стихии, вкупе с несколькими водными фамильярами шаманов, служащие дополнительным рубежом обороны. Впрочем, и без них в этом пустынном уголке Океана не было желающих покуситься на опасную добычу. Три вихрелета класса лайнер были состыкованы друг с другом. Корабль Вайса находился посредине, суда Лемгена и Джузенни – по обоим бокам от него. Выдвижные переходы обеспечивали полную герметичность, через них можно было без проблем попасть на соседний корабль.

В зале совещаний на судне, принадлежащем Вайсу, собралось множество высокопоставленных лиц. Мирна Аушвейс, верховный Префект острова, устало помассировала виски, собираясь с мыслями. Многочасовые дебаты выпили из нее все соки. Среди наиболее важных лиц стоит также отметить премьер-министра Лемгена, Острова единения – тана Вильгельма Нэйманна, и уполномоченного представителя острова Джузенни, солнечного Острова – тана Эмьято Джакопо, племянника его королевского величества Басилио Джакопо. В который раз правитель острова солнца не явился лично на запланированную встречу. С другой стороны, его вполне можно понять – удерживать единоличную власть в таком крупном образовании как Джузенни со множеством врагов и завистников очень непросто. Вероятность различных покушений высока. Если не станет Мирны или Вильгельма, найдется, кому их заменить, и политика островов слабо изменится. Однако в Джузенни многое завязано на нынешнего правителя.

– Итак, таны и тины, предлагаю подводить итоги нашей сегодняшней встречи. Острова действуют согласно ранее одобренным договоренностям и дорожной карте развития. Лемген сосредоточится на технической части и повысит объемы спускаемых на воздух вихрелетов, предварительные отчеты показывают положительную динамику в рамках прогнозов. Джузенни будет занят антипсионской подготовкой своих эсперов, а также обмениваться опытом с другими союзными островами в данном направлении. Вайс… несмотря на недавние неприятные события с Сандаркой, постарается обеспечить требуемую планку по увеличению чародеев водной стихии на сорок процентов, – Мирна не стала произносить вслух, что трагедия с атоллом как раз послужит прекрасной рекламной возможностью для привлечения чародеев боевых направлений к водной стезе. – Это большое и важное событие для союзных островов, поэтому спешка в данном деле недопустима. Слишком многое поставлено на кон. Раскрытие информации среди низших чинов и населения планируется через год, после окончания предварительного этапа подготовки. Далее мы приступим ко второму, активному этапу подготовки. Замечания, вопросы?

– Отсутствуют, шрау Аушвейс, – произнес премьер-министр Нэйманн с небольшим лемгенским акцентом.

Скорее по традиции, вайский язык считался интернациональным. Окенарский не пользовался популярностью из-за сложностей в освоении, несмотря на то, что большая часть населения Земли говорила именно на нем. Впрочем, любой эспер на руководящей должности подобного уровня обязан знать все пять основных мировых языков. Для лервов существовали послабления.

– Все верно, тин Префект, – добавил представитель острова солнца на чистом вайском. – Предлагаю покончить с формальностями и перейти на наш флагман. Джузенни подготовил несколько красочных представлений и фуршет для высоких гостей. Его величество лично отбирал некоторые блюда и лакомства.

Мирна не позволила себе недовольно нахмуриться или поджать губы. Тратить время на подобную ерунду не хотелось, однако отказаться она не имела права. Джузеннийцы те еще любители обсудить насущные вопросы в кулуарах, где подчас демонстрировали совершенно противоположную точку зрения, нежели на публичных мероприятиях. В данном аспекте лемгенцы, несмотря на их сухость и чопорность, вызывали больше симпатии.

– С удовольствием приму ваше приглашение, тан Джакопо, – Мирна продемонстрировала одно из обязательных качеств любого публичного руководителя – фальшивую улыбку, выглядящую вполне естественно.

Вайс, в окрестностях над Пятном Страха

Мою ауру выбросило в верхние слои астрала. Боли почти не было, только порванная аурная цепь нещадно ныла. В остальном мои эфирные оболочки остались неповрежденными – меня ведь просто зубами разорвали, а не Выбросом ударило. Ха, как-то слишком я спокоен для того, кто в ближайшие минуты или даже секунды развоплотится. Слышал, могущественные эсперы способны и десятки минут существовать без своего физического тела. Мое же Сплетение оставляло желать лучшего. Средоточие было пустым, поскольку я использовал весь накопленный дух. Не то, чтобы эфир помог мне дольше продержаться. Разве что дал шанс отбиться от астральных хищников и паразитов. Я полностью ослеп, оглох, потерял все свои физические чувства. Лишь мой Сэнс исправно показывал окружающую действительность: в основном пустоту, внизу чуялось некоторое давление и были заметные легкие завихрения от гравитового островного фона, вокруг плавали мелкие трудноуловимые образования.

Я хотел было предаться уничижительным размышлениям и подумать напоследок о своей недолгой жизни, но мне не дали. Я и позабыл уже, почему меня не пускали на астральную практику. После первого провального выхода в надмир ни у меня, ни у учительницы не появлялось желания повторять урок. Без защитных оболочек я становился лакомой целью для местных обитателей.

Они налетели снова, вцепились в мою ауру и принялись высасывать эфир, которого и так оставалось немного. На этот раз я их отлично чуял благодаря Сэнсу. Астральные паразиты, Аннелидо Аурос, большие и маленькие, разных форм, в основном нейтрального серого цвета с вкраплениями других оттенков. Были размером с ноготь, другие тоньше человеческого волоса, их даже не разглядеть как следует. Мой Сэнс все-таки лишь недавно восстановился и требовал кучу практики и возвышения для улучшения своей работы. Инстинктивно я сжал свою ауру в тугой комок, пытаясь спастись, но это не помогло.

Паразиты облепили мою оболочку – единственное, что от меня осталось, подобно стае рапторов над беспомощным детенышем орнитопода. Было вуйловски больно. И обидно. Я как раз собирался заняться как следует защитными оболочками. Проклятые черви, всю жизнь мне попортили! Даже умереть нормально не дают! В отчаянной попытке избавиться от аурной боли я выбросил вокруг себя небольшое разреженное облако духа, коего совсем немного оставалось в закромах Средоточия.

Боль исчезла. Полностью. Я удивленно… провисел в пустоте, ощущая Сэнсом, что паразиты замерли на некотором удалении от моей оболочки. Постепенно я чуть развернул свою ауру, поскольку сворачивание в комок требовало приложения усилий от Сплетения. Что за хрень? Тин Замали никогда не говорила, что от паразитов можно так легко защититься. Да и в пособиях ничего не упоминалось. Я продолжил держать вокруг себя небольшую частичку энергии духа, хоть это и требовало некоторых усилий от Сплетения. Мой внутренний эфир утекал, будто вода сквозь пальцы. Я буквально чувствовал, как тикают часики, показывающие приближение конца моего существования. Насколько мне известно, из-за недостатка эфира в ауре Сознание борется до последнего, первыми отказывают иные аурные органы.

Нет. Я не собираюсь покорно дожидаться, пока жизнь покинет мою оболочку! Пускай мои потуги окажутся бессмысленны, я буду бороться до конца. Я хочу жить! Милостивая Гайя, помоги и направь меня на путь истинный!

Я осторожно направил мысленный посыл наружу, не прибегая к энергии духа. Паразиты стали снова приближаться к моей ауре, и я было подумал, что ошибся, но нет. Астральные обитатели покорно притормозили на расстоянии, которое я определил, и ни один из них не коснулся моей оболочки. Чем-то отдаленно напоминало способ, с которым мы со Скви обменивались информацией. Множество мыслей проплывало в моем Сознании, однако времени на отвлеченные размышления не оставалось. Нужно действовать. Я направил схожий посыл, и от окружающего меня роя отделилась одинокая особь. Паразит приблизился к моей ауре и завис на несколько секунд. По-видимому, использовал свой природный механизм, позволяющий ему частично имитировать ауру носителя. Именно так некоторые виды астральных червей могли присосаться к ауре человека, даже несмотря на защитные оболочки. Я читал об этом в пособии по анатомии эфирных сущностей. Аннелидо Аурос в этом плане были уникальны – никто больше не мог с такой скоростью подстраивать и изменять свои эфирные узоры.

Затем паразит медленно ткнулся и успешно присоединил себя к моей оболочке. И он не тянул в себя эфир, как я ему и приказал! А теперь, поделись-ка со мной своим эфиром. Ну же. Всего капельку. Прошло время, но ничего не изменилось. Вуйл побери, не время на долгие эксперименты. Передай мне свой эфир, неразумное ты существо!

Или я просто не ощущаю столь незначительной прибавки сил? Я приказал небольшому рою паразитов приблизиться и присоединиться к моей ауре. Инстинктивно отпрянул в сторону и сжался, но постепенно постарался перебороть свой страх и расслабиться, насколько это возможно в подобной ситуации. Несколько секунд прислушиваясь к себе, я подтвердил тот приятный факт, что черви повиновались моему приказу не высасывать мой эфир. Хорошо. Теперь, отправьте мне толику своих внутренних запасов. Ну же. Я приказываю! Повинуйтесь мне, вуйл бы вас побрал!

Я чувствовал и чуял, как моя оболочка истончается. Моему Сэнсу недоставало энергии, и он начал работать с перебоями. Радиус обнаружения и чувствительность значительно снизились. Проклятые паразиты! Тупые безмозглые эфирные сгустки! Почему вы не передаете мне эфир? Думай, думай, дурная башка! Как еще башка, блин?! Нет у меня больше башки! Может быть их внутренний эфир несовместим с моим? Им-то откуда понимать подобные тонкости? Каракатицы плоскозадые! Или у них нет своих внутренних резервов? Передача эфира идет в разрез с их инстинктами? Паразиты могут только потреблять эфир, но выпускать обратно не способны из-за своего строения? Если последнее предположение верно, то шансов что-то придумать катастрофически мало.

Хорошо, вуйл бы вас побрал! Я накормлю вас!

Последние крохи духа ушли на то, чтобы сместиться вниз, где поднимались еле заметные испарения гравитового эфира Пятна. Ха, ведь передвижению в астрале мы должны были обучаться на занятиях тин Замали. Я даже не заметил, как научился перемещать свою ауру, просто не обратил внимание. В экстренной ситуации эсперы способны на многое. Думы об этом следует оставить на потом. Сначала выжить.

В месте, где гравитовые выбросы стихали, колыхался целый бесконечный ковер из астральных паразитов. Они толкались, пытаясь занять место получше, старались пробиться на уровень ниже, с трудом преодолевая давление фона, большие пожирали более мелких, мелкие улепетывали от паразитов-хищников. На ходу я отправил посыл, заставив червей разойтись в стороны, и опустился чуть ниже, чем они были способны. Все-таки моя массивная – по сравнению с паразитной, аура имела здесь некоторые преимущества и легче справлялась с выталкивающей силой гравитового фона. Однако, чтобы держаться на глубине, приходилось прикладывать некоторые усилия, расходуя дух. Прицепившиеся к моей ауре паразиты трепетали, но кое-как удерживались, вцепившись в мои оболочки. У меня в запасе всего несколько секунд.

Договор! Тупые твари, я предлагаю вам сделку! Вы кормитесь здесь, где много еды, но взамен поставляете мне часть эфира. Быстро! Иначе вернетесь обратно наверх – в место, где каждый вынужден бороться за выживание. Выбирайте! Еда и дележ, либо отсутствие корма!

Паразиты, не раздумывая, приступили к сбору дикого эфира, что логично. Думать у них по факту и впрямь нечем. Ну же. Мой Сэнс загнулся, и я погрузился в полнейший мрак. Последние ощущения показывали мне касания чужих сущностей к моей ауре и давление потока эфирного фона. Поняли ли черви мою просьбу-приказ? Могут ли они передавать эфир в мою ауру? На секунду подумалось, что неплохо было бы уметь самому потреблять дикий эфир, но, как я слышал, подобное невозможно с человеческой аурой. Даже возвышение не поможет. Нужно быть кем-то, соответствующим по размерам безмозглым Аннелидо.

Сознание работало с перерывами, то отключаясь, то возвращаясь. Я потерял связность мыслей, начиная впадать в апатичное и безразличное состояние. Нечто ткнулось в мою ауру, царапая и проникая внутрь, напоминая раскаленные иглы. Я молча застонал от боли и неприятных ощущений. Что-то пыталось разрушить мои оболочки в тех местах, где паразиты крепились своими отростками… Кажется, на ужин сегодня будут запеченные целиком реги… Вкуснятина… Идиоты! Я не могу усвоить дикий эфир! Пробилась мысль в момент просветления Сознания. Переработайте его! Вы ведь можете подстраивать свои оболочки, чтобы паразитировать на людских аурах! Сделайте… Сделайте… Что? Зачем что-то делать? Просто расслабиться… Осталось совсем чуть-чуть… Так тихо и спокойно… Милостивая Гайя… Червячки-червячки… Рыбалка… Сейчас бы ухи наваристой… Почему вы меня тыкаете? Мне больно. Хватит! Сделайте, чтобы мне не было больно! Не хочу… не… хочу… бо… ли…

Двиэль

После вежливого стука и разрешения от владельца кабинета в помещение вошел один из преподавателей академии, приближенный к главе школы.

– А, Эрнет, что-то случилось?

– Хм-м, ректор, вы в порядке?

– Почему ты спрашиваешь?

– Неважно выглядите. И обычно вы так плотно не закрываетесь от меня, – объяснил псион.

– Не слишком удачно складываются обстоятельства в последние дни.

– Амассу, вам стоит отдохнуть. Давно вы проходили полный психосмотр?

– Со мной все в порядке. Просто временные трудности. Так что тебя привело ко мне?

– Ничего особенного. Тан Валкрубб отсутствует со вчерашнего дня. Мне доложили, что сегодня он должен быть в составе комиссии, оценивающей дуэльные экзамены. Тан всегда был очень пунктуальным, и не позволял себе прогулы без предупреждения других преподавателей. Скорее всего, еще рано беспокоиться, но мне кажется, лучше сообщить в Контроль.

– Я думаю, что с таном все в порядке. По всей видимости он вчера слишком много принял на грудь, – попытался убедить ректор.

– Тан Валкрубб – учитель практических занятий, он имеет безукоризненную противоядную подготовку, – поспорил псион. – Все-таки мне немного неспокойно. Не то, чтобы я с ним был хорошо знаком, но случай довольно странный. Позвольте, тан ректор, я поспрашиваю обслугу. Возможно, вчера его кто-то видел.

Амассу быстро напряг память. Он постарался, чтобы предыдущим днем их никто не видел, однако в ходе поисков Сотвалле и перехода на стоянку личных вихрелетов они несколько раз пересекались с другими лервами и эсперами.

– Хорошо, Эрнет. Попробуй разузнать, что с ним случилось. Если завтра он так и не объявится, сообщи в Контроль.

– Да, тан ректор. Хорошего дня… – псион собрался уже было уходить, как на полпути из кабинета обернулся и заметил. – Ах да, Амассу, я сегодня не увидел вашего вихрелета. Неужели сломался?

– Что-то барахлить начал. Я оставил его в городе в мастерской механиков для починки.

– Вот как? – несколько секунд псион помалкивал, задумавшись, затем улыбнулся. – Возможно, в этом причина вашего плохого настроения? Если желаете, я могу поработать извозчиком, пока ваш аппарат в ремонте. Хотя мой вихрелет не столь роскошный, как ваш, тан ректор. Зарплаты даже помощника ректора по учебной части не позволяют шиковать.

– Благодарю, Эрнет, обойдусь своими силами.

Псион молча склонился и покинул кабинет главы юниорской академии. Рюйго же прошел к шкафу, вытащил бутылку с лемгенским бренди и осушил в несколько глотков. Затем некоторое время стоял, обводя родной кабинет слегка осоловевшим взглядом. Амассу отлично понимал, что очень скоро его причастность к исчезновению преподавателя со студентом вскроется, а потому ему следует покинуть Двиэль. Однако это противоречит Плану. Около получаса представитель высокого клана Рюйго стоял рядом со своим столом, безучастно осматривая висящие на стенах награды. Наконец, инстинкт самосохранения возобладал. Амассу, пусть и со скрипом, принял решение спуститься на уровень ниже, скрыться и стать простым исполнителем. Отбросить разом все привилегии занимаемой должности ректора и близости с руководством высокого клана Рюйго, что было немаловажно для Плана. Хоть с боевой точки зрения в нем не было ничего выдающегося, мастер-чародеи на дороге не валяются. Ректор тщательно уничтожил всю лишнюю документацию, касающуюся Плана, забрав с собой лишь небольшую папку. По пути к выходу из академии многие знакомые и простые студенты уважительно здоровались с ним. Легкая грусть из-за необходимости покидать родные стены Двиэли продержалась недолго. Впереди у Амассу было много работы.

Окрестности над Пятном Страха

Сознание возвращалось долго и муторно. Представления не имею, сколько времени это заняло. Сначала было похоже, будто в бездонную пропасть пробился маленький ручеек света. Я существовал на границе сознательности и тьмы, то скатываясь, то приходя в себя. И даже тогда мои мысли были далеки от адекватных. Через неопределенное время я понял, что мне надо расширить ручеек. Часть его уходила в Сэнс и солидный кусок оставался в Сплетении, поддерживая кое-какую жизнеспособность моих оболочек. Я убрал ручеек из Сэнса, забрал частичку из Сплетения и перевел их на Сознание. Мысли немного прояснились. О чем я почти сразу пожалел. Боль пульсировала в каждом канальчике Сплетения, отзываясь в Сознании раскаленными гвоздями. Чем больше я приходил в себя, чем сильнее приходила боль. Тем не менее, я смог кое-как отрешиться, благо практический опыт противостояния аурной боли у меня имелся.

Внешняя ситуация почти не поменялась. Накопив небольшой запас, я осторожно активировал Сэнс и прощупал окрестности. Слава Гайе меня не выбросило совсем наверх, в слои с наиболее высокой активностью паразитов. Хотя висел я совсем недалеко от них. По-видимому, меня немного оттолкнуло фоном, когда дух кончился и я перестал контролировать свое нахождение в пространстве. Однако объемы моей ауры позволили застрять лишь чуть ниже слоя Аннелидо. Второй хорошей новостью было то, что прицепившиеся с моей подачи паразиты исправно воздерживались от того, чтобы употребить в пищу мою ауру. Однако пока я не приходил в себя, к столь лакомому куску успели прицепиться новые падальщики, пробившиеся на слой ниже. Вероятно, именно так я заполучал ранее отметины из паразитов, когда забирался на высокие здания. Слава Гайе, что их высота не превышала планки, за которую могла пробиться основная часть червей. Иначе меня бы попросту сожрали, что чуть не произошло на тренировке с тин Замали. Казалось бы, почему я раньше не попытался отдать им приказ? Сложный вопрос. Наверное, теоретически, я мог это сделать, но без тренировок со Скви, плохо умел пользоваться данной связью.

Плохой же новостью являлось состояние моей ауры. Я не смог прощупать полностью все Сплетение, поскольку мне недоставало внутреннего эфира. Лишь кратковременное освещение Сэнсом показало, что с моей аурой все очень скверно. И в этом виноват не только недостаток энергии, но и вуйловы паразиты. Немалая их часть вместо запроса о подходящем мне эфире поставляла дикий, необработанный. Если бы моя аура его просто отторгала, еще куда ни шло. Однако они раз за разом дырявили мое Сплетение, мои хилые защитные оболочки. Кусочек за кусочком они уничтожали мою ауру, проклятые безмозглыши! Черви отрывались, когда часть моей ауры испарялась, но прицеплялись обратно, как я им приказал изначально, и продолжали методично долбить ауру. До Сознания и Сэнса дело не дошло, однако Средоточие сильно пострадало. Один из трех мини-резервуаров оказался порван на лоскуты, второй больше походил на решето. Последнему также досталось, но он еще кое-как держался. Думаю, с толикой возвышения смогу восстановить его.

Первым делом я приказал тем паразитам, что били меня негодной энергией, прекратить. Они послушались. Затем я попытался осмотреть разные особи «моих» Аннелидо, что было архи сложно. Сэнс из-за дефицита эфира немного истрепался. Да и в данный момент большая часть поступающей энергии тратилась на Сознание. Даже с этим думалось с большим трудом. Этакими вспышками просветления. Я не мог вспомнить некоторые простые слова и образы, не мог долго держать в голове информацию. Когда же направлял пучок эфира в Сэнс, то чуть ли не отключался. Затем обрабатывал полученные данные, стараясь не забыть. Сэнс – сам по себе сложный орган, он требует развитого и активного Сознания, не имеющего дефицита эфира, а не то, что у меня есть сейчас.

Если заходить вперед, то решение лежало на поверхности, но я просто не мог ничего придумать. Я висел в предпоследнем гравитовом слое, отгонял прибывающих сверху смельчаков-паразитов и пытался хотя бы существовать. Сознание гасло, перемежаясь темнотой. Иногда лишь боль от искалеченных ошметков ауры позволяла мне приходить в себя. Я пытался понять, что вообще происходит, вспомнить, что случилось ранее, сделать какие-то выводы, напрягал Сознание, и снова наступала темнота. И так по кругу, раз за разом. Мне словно не хватало сил, чтобы вырваться из этой замкнутой петли.

В какой-то момент я все-таки смог достаточное время фокусироваться на паразитах и продержать память сквозь провалы помутнения рассудка. И дошел до простой, казалось бы, но очень сложной для меня-нынешнего, мысли. Паразиты разные. Причем различаются они существенно. Не только формой, размерами и цветом, но и своими умениями. Я смог выделить некоторые классы Аннелидо. В пособие про подобное не говорилось ни слова. Просто паразиты и паразиты. Упоминалось, что они могут имитировать чужую ауру, как бы втираться к ней в доверие и высасывать эфир. Думаю, что в пособии для первого курса не было подобных нюансов совсем. Может и во всей юниорской программе. Кому, скажите на милость, могла понадобиться детальная информация про виды и особенности различных червей? Ученым-исследователям разве что. И мне. Возможно, что такая информация есть лишь в университетских курсах, либо специализированных научных трудах. Аннелидо Аурос считались полностью бесполезными существами, слабыми, примитивными и необучаемыми. Я слышал, что очень редким шаманам или колдунам везло найти себе в фамильяры одного из астральных демонов или гончих, как их еще называют. Но подробности мне неизвестны. Хотя на анатомии нам говорили, вроде бы, что паразиты являются любимыми подопытными зверюшками для исследователей астрала. Все-таки их природный механизм сверхбыстрой перестройки оболочек, как и усвоение дикого эфира, представляют неподдельный интерес для ученых.

Что ж. Я разделил паразитов на несколько видов. Всего ко мне по моему приказу прицепилось около двух сотен червей. Аннелидо «волосачи», как я их прозвал, обладали длинным ресничками по всей поверхности своего эфирного тела. Единственная их особенность – они легко цеплялись к любой точке моей ауры. Затем шли «каланчи» – тонкие, длинные и гибкие. Постоянно извивались в поисках куска пожирнее. До сюда эфира долетали сущие крохи – разреженные, непостоянные, и черви выживали каждый как мог. «Толстяки» были противоположны каланчам, их короткие и широкие тельца были статичны. Жгутики захватывали лишь тот эфир, что оказывался непосредственно вблизи пасти. «Пружинщики» являлись теми, кто бесконтрольно насиловал и выжигал мою ауру диким эфиром. Пока я не приказал им остановиться. Дальше шли «клешнезубы». По габаритам они походили на толстяков, за исключением формы их жгутиков: длинные и мощные, по размерам сравнимые с некоторыми каланчами и волосачами. Хищники, как я убедился с помощью Сэнса. Один из клешнезубов набросился на своего, можно сказать, товарища, который висел рядышком на том же участке моей ауры. Он яростно оторвал сопротивляющегося волосача и проглотил, после чего закупорил своими жгутиками ротовое отверстие. Понятие не имею, как он будет затем перерабатывать и переваривать его. Но я порадовался, что подобные особи не вырастают до больших размеров и неспособны спускаться к поверхности к людям. Хотя… если бы при мне было несколько таких, их бы можно было натравливать на других прилепившихся паразитов. Все равно несколько неприятные особи. Я тщательно осмотрел свой выводок Аннелидо и приказал клешнезубам отлепиться от ауры. Около полутора десятков послушно отцепились и поднялись в верхний слой под порывами гравитового излучения.

Были еще несколько различных видов, но они в основном были представлены одной-двумя присосавшимися особями без каких-то выделяющихся особенностей. Поэтому я пока не стал давать им отдельные названия. Ну и наконец мои любимчики, самые полезные и самые восхитительные Аннелидо из всех. «Спиральщики». Как и пружинщики, они были несимметричными. Сбоку у них наличествовал один орган, чем-то напоминающий канал-спиральку, который, как я понимаю, отвечал не только за передачу эфира вовне, наряду с пружинкой их собрата, но и мог изменять свойства поглощенного эфира, приводя к нужному мне показателю. Имелся входной канальчик, переходящий во внешнюю часть спирали. Круги спирали быстро сужались и к центру переходили в выходной канал, который доставлял эфир наружу. Орган выглядел сложнее, чем я описал, вот только мой Сэнс и дефицит эфира не позволяли мне разглядеть детали. Моя аура хоть и неохотно, но принимала переработанный эфир спиральщиков. Если так подумать, то каждый паразит, должен обладать «переваривающим» эфир органом, но только спиральщики могли поставлять вовне измененный эфир. Всего их набралось двадцать три особи. Именно они, родненькие мои, не дали моей душе уйти за грань. Именно спиральщики вытащили меня буквально с того света. Выживу – поставлю им памятник в столице.

Я избавился от остальных лишних паразитов, оставив лишь двадцать три червячка на своей ауре. Однако неожиданно стало хуже. Сознание начало гаснуть чаще. Не мешкая я отправил приказ свободным наверх, но возникли сложности. Не все из паразитов могли пробиться на тот уровень, где находилась моя аура. Черви старались, но лишь самые удачливые пробивались ко мне. Прошла еще куча времени, прежде чем провалы тьмы стали реже, и Сознание стало более-менее функционировать. Лишь один спиральщик смог пробиться вниз, однако стало значительно легче.

Дальше я планомерно, долго и нудно, заманивал к себе новых паразитов, отбирая лишь спиральщиков. Не знаю, казалось, что прошла целая вечность. Я добил количество спиральщиков до ровного счета – целой сотне. Это позволяло моему Сознанию работать практически на полную катушку и даже относительно часто активировать Сэнс. После чего принялся экспериментировать. Убрав всех остальных паразитов, я сразу почувствовал просадку в количестве поступающего эфира. Путем практических опытов, я выяснил, что спиральщикам некомфортно находиться на чистых участках моей ауры при обилии дикого эфирного фона. Не знаю точно причину. Возможно, их естественная среда обитания – более разреженные верхние слои эфира, и они просто не спускаются ниже. У спиральщиков получалось захватывать эфир хуже, если его было слишком много. Поэтому я продолжил эксперименты, разбавляя моих любимых червячков другими особями.

Стоит отметить, что мне было сложно отслеживать изменения в поступлении эфира. Слишком уж разница была незначительна. Я чувствовал небольшой прилив или упадок сил, помутнение или просветление Сознания. Но сказать сразу, что та или иная особь начинала приносить на десять-двадцать процентов эфира больше или меньше, было нельзя. Я не умел чувствовать досконально свой организм, Сэнс в таких тонких материях также был пока малополезен. Нас этому не учили в школе. Однако изменения в поставках эфира от сотни спиральщиков отслеживались намного лучше. Путем различных экспериментов и манипуляций, я наконец добился максимальной прибавки. Я разместил спиральщиков на определенном участке ауры через крохотные равные промежутки, перемежая каланчами. Последние были намного длиннее их, выходили за пределы их радиуса действия и активно собирали эфир. В результате после каланчей до спиральных паразитов долетала лишь некоторая часть, что позволяло им успешнее усваивать его.

Я не уверен, но предположительно, природа Аннелидо запрещает отдавать им всю полученную энергию. Паразиты по моему приказу передают лишь малую часть эфира. Вроде как, они считают подобное расточительство достойной причиной для нахождения в безопасном месте с обилием корма. Но дать что-то сверх того, что в них заложено инстинктами попросту не могут, какие бы приказы я не давал. Подозреваю, что данный спиральный орган на самом деле служит им защитным механизмом, отгоняющим хищников. По факту оригинальное предназначение спирали – преобразование части эфира во вредоносный спектр и атака тех, кто покусился на их жизнь. Мне же удалось своеобразно приспособить их для своих нужд. Не сказать, чтобы переваренный эфир чувствовался стопроцентно родным. Моя аура и Сознание все равно казались немного чужими, действовали заторможенно, с некоторой задержкой и тяжестью. Не знаю, сложно правильно судить о таких деталях, когда твое физическое тело растерзали рапторы, твоя аурная цепь порвана, оболочки повреждены, а сам ты завис на границе жизни и небытия. Может быть, это нормально чувствовать чужеродность переработанного паразитами эфира.

Сами особи не были полностью идентичными. Они отличались размерами, слегка формами или цветом. Как и разные люди, в принципе. Однако я все равно не совсем ожидал, что произойдет в ходе моих наблюдений.

О! Одна из самых больших особей спиральщиков прекратила потреблять эфир и задрожала. По поверхности ее полупрозрачных для Сэнса оболочек, начали проходить волны, тельце колыхалось и видоизменялось. Затем вдруг все составляющие паразита: оболочка, жгутики и отростки, спиральный орган и множество внутренних маленьких эфирных образований – начали раздваиваться. Поразительно, как много сходства с материальным планом. Помню, анатомичка говорила, что клетки в нашем теле размножаются подобным образом. Я с неподдельным любопытством наблюдал за процессом деления, совершенно не испытывая брезгливости. Возможно, некоторые найдут Аннелидо мерзкими и неприятными созданиями, я никогда к ним подобных чувств не испытывал. Хотя жизнь они мне осложнили изрядно, это да.

К моему огорчению, мне не дали досмотреть представление о рождении новой эфирной жизни. Параллельно в фоновом режиме Сэнсом я осматривался кругом. Из-за ковра паразитов сверху и значительного гравитового фона снизу видимость была слабой, с помехами. Однако не заметить приближающееся существо я не мог. Размытая двухцветная серо-желтая клякса по размерам сопоставимая с моей аурой. А значит намного больше, чем остальные паразиты. По форме больше напоминала осьминога или медузу. Она двигалась рывками поверх ковра из паразитов. Приблизившись к месту моего нахождения, существо вдруг замерло на несколько секунд, а затем бросилось в мою сторону.

Я запаниковал. В нынешнем состоянии у меня не было должных возможностей для защиты или побега. Потому использовал единственное доступное средство – отправил в атаку всех содержащихся на моей ауре паразитов. Слава Гайе вовремя спохватился и вернул обратно четыре десятка спиральщиков, а то Сознание мгновенно почувствовало недостачу поступающего эфира. Приказ я отдал в широком диапазоне, и не только «мои» червячки напали на астральную гончую. Радиус действия моих мысленных приказов оказался приличным: целая орда полупрозрачных паразитов устремилась на существо. Ну, продуктивной атаку назвать очень сложно. Из Аннелидо очень плохие бойцы, и даже количество не спасало положение. Плюс, как я понял, многие не понимали самого приказа… либо у них отсутствовали средства для нападения. Все что они могли сделать – двигаться к цели и бесполезно тыкаться, некоторая часть по мере достижения пыталась прилепиться к оболочкам и начать высасывать эфир. На защищенной ауре их укусы оставляли незначительный урон. Еще приходилось корректировать движение Аннелидо. Лишь небольшая часть могла вести цель. Остальные же, в случае, если гончая двигалась, промахивались. Короче, без моего прямого управления и приказов, они были практически бесполезны. Их ограниченного интеллекта или, скорее, набора инстинктов, просто не хватало на мало-мальски сложные команды. Слава Гайе раздача мысленных посылов была действием несложным и требовала лишь некоторого напряжения Сознания. Сорок оставшихся спиральщиков справлялись с обеспечением эфиром.

Демон заметался. Возможно, он был удивлен синхронными действиями паразитов. И тем фактом, что они в принципе принялись атаковать такую большую и опасную цель. Подозреваю, что в естественной программе паразитов отсутствовали самоубийственные атаки. Они должны выбирать либо небольшую цель, либо с плохими защитными оболочками, как у меня. Насчет того, испытывала ли гончая какие-то эмоции, я также затруднялся ответить. Астральное существо ловко отбивалось от прибывающих паразитов, стряхивая прицепившихся. Однако их количество не позволяло ему с легкостью пробиться прямиком ко мне. Несколько секунд оно кружило, пытаясь выискать слабое место, а затем убралось восвояси. Со злорадством я отметил, что оболочки гончей все-таки попортились, и она уходила, неся на себе несколько наиболее удачливых паразитов. Кушайте, мои червячки, кушайте.

Было бы крайне неловко, если гончая желала сблизиться со мной с дружелюбными намерениями. Поговорить, поболтать со мной о нашей тяжелой судьбинушке бестелесных сущностей. Выпить пару-другую эфирных коктейлей. Но я решил руководствоваться основными постулатами о разумной жизни за авторством ученых Шжень и Ли: в ходе Новой Эволюции из неразумного существа не может вывестись разумное. Из этого следовал простой вывод: кроме человека на нашей планете не может существовать разумных рас. Конечно, были кое-какие слухи-предположения, но не слишком достоверные. Если уж гончая желала установить контакт, то это можно сделать и не приближаясь на расстояние прямого удара.

Пока я восстанавливал популяцию спиральщиков с каланчами, активно копался в памяти своего Сознания. Что принесло мне крайне печальные известия. Я потерял обширный пласт своих воспоминаний. Те, что я использовал редко – старые воспоминания в основном. Если бы меня спросили о моей текущей гипотетической ситуации на экзамене, я бы сразу ответил, но оказавшись в ней сам, растерялся. Само собой, со смертью тела я лишился разума, физического воплощения моей личности. Будь я лервом, с высокой долей вероятности, меня бы уже не существовало. Однако эсперы больше полагаются на Сознание, развивают его, хранят здесь многие воспоминания. Но не все. Я потерял немало. Вся моя жизнь у родных родителей будто кас языком слизнул. Образ матери Мешии остался в моей голове, но чем она занималась целыми днями… испарилось из моей памяти. Отец Закари еще больше поблек в воспоминаниях. Я не мог четко вспомнить детали его внешности. Я не мог вспомнить имя нашего деревенского пастора. Вот тин Ханью помнил. Ее я вспоминал относительно недавно, поэтому образ отложился в Сознании.

Достаточно длительное время я предавался мрачным и невеселым думам, проверяя, что уцелело, а что исчезло. Сложно сказать. Сознание и разум – не структурированная картотека, по которой сразу можно узнать, сколько книг хранится внутри. Тем не менее я не забывал наращивать на своей ауре небольшую армию из спиральщиков и каланчей. И долго предаваться унынию не стал. Какой смысл горевать об утерянном, если меня через миг слопает какая-нибудь агрессивная хреновина?

Знал я об надмире преступно мало. Есть паразиты, астральные гончие или демоны, еще слышал про более крупные создания, но они на островах не водились. Почему – не знаю. Наверное, на старших курсах проходят подобное. Какие виды и какими способностями они обладают? Какие из них могут угрожать моему существованию? Как бы то ни было, учебников у меня под рукой нет и не предвидится, так что вариантов действий немного. Первый самый простой – прекратить бороться. Для чего мне существовать в таком виде? Единственным плюсом можно считать, что теперь я остался совсем один – никто больше не будет мне докучать, ни от кого я не буду зависеть, никто не будет издеваться надо мной. Без чувств, в полной темноте, без энергии, без возможности вкусить пищу, почувствовать лучик солнца и даже передвигаться? Немного пожалев себя с разных сторон, я отринул данный вариант. Положение, конечно, незавидное, но так просто сдаваться я не собираюсь. Тем более сейчас, когда открылись кое-какие перспективы.

Второй вариант – искать или, если я так и не найду способ передвигаться в пространстве, просто дожидаться помощи. Пятно активно охраняется кланами и Контролем. Рано или поздно на ошметки моей ауры кто-нибудь наткнется. Можно даже попытаться накопить капельку энергии, а затем выпустить в разные стороны, надеясь привлечь внимание. Но главный вопрос – нужно ли мне оно? Я никогда не слышал, что эспер может поддерживать жизнь в астрале. Вернее, до меня доходили страшилки и слухи, будто сильнейшие из эсперов после гибели тела каким-то образом приспосабливаются к жизни в надмире, но быстро сходят с ума, превращаясь в демонов. Сойду ли я с ума и превращусь в демона? Или это всего лишь выдумки? Как отреагируют живые эсперы, столкнувшись со мной? Они примут меня за демона и уничтожат? Как мне наладить с ними общение в конце концов?! Первое, что приходит на ум – пси-эфир. Именно эта чернильная энергия служит для общения между эсперами на небольшие расстояния. Кроме псионов ей обязаны уметь пользоваться колдуны, чтобы оперативно передавать информацию. Но у меня нет пси-эфира. Я не знаю, как его сделать и как передать другим. Возможно, я смогу использовать паразитов для того, чтобы выложить из них буквы и слова, показать свою разумность? Хотя в Сэнсе они почти прозрачные, и чужак может попросту не обратить на слабые помехи внимания. Или посчитает за атаку. Даже если я смогу с кем-то связаться, я не в силах предсказать их реакцию на меня. Это нервирует. Может есть специальные учреждения для таких, как я? Хотя, зная отношение эсперов к астральным обитателям, меня либо закатают в банку на опыты или попросту уничтожат. Без суда и особых причин.

Третий вариант – попытаться выяснить границы собственной силы и продолжить опыты, надеясь, что откроются новые возможности. Собственно, пока что это самый разумный вариант. Остальные же пока под большим вопросом.

Объяснение для такой послушности астральных паразитов было одно. Вернее, одно довольно правдоподобное, с многочисленными подтверждениями. У меня Сродство к Аннелидо Аурос. Весьма иронично, что именно астральные падальщики ими стали, ведь в школе меня иногда обзывали червяком. Бъерн иногда звал меня «книжный червь», когда я отвлекался на чтение во время наших совместных тренировок. В книге про фамильяров говорилось, что эспер и его питомец имеют особую душевную связь, их души резонируют друг с другом, они имеют схожие черты и качества. Связь с Аннелидо я действительно имею. Правда, в основном одностороннюю. Значит ли это, что у этих примитивных созданий есть душа? Отец Уло бы вряд ли согласился с данным утверждением. И чем я похож на астральных паразитов? В голову ничего не приходит. Они ведь совершенно безмозглые. У них по определению не может быть каких-нибудь сложных черт, присущих людям и животным. То ли дело Скви. Какой-то выверт мироздания, не иначе. Однако я уверен, что узнай кто-то в моем классе о Сродстве, они не стали бы над ним насмехаться… Ну, большая часть… три пятых учеников… наверное. Именно похожесть моего одностороннего общения с паразитами на нашу связь фамильяра со Скви и привела меня к выводу о Сродстве. Только оно позволяет управлять сразу несколькими особями зверей. Правда, как я слышал, обычные животные, подчинялись со скрипом. Невозможно было управлять Сродством стаей из двухсот рапторов также просто, как я это делаю с паразитами. Вероятно, дело в отсутствии у червяков мозгов, разума и желания сопротивляться моим приказам.

Похоже, что мое Сродство стало проявлять себя с раннего возраста. Ну, вроде бы паразиты «любили» меня и до аурной травмы? Хотя теперь я не уверен. Те воспоминания пропали вместе с разумом, остались лишь сущие крошки. Главное, что оно помогло мне, остальное выясню потом.

Ладно, сторонние измышления в сторону. Движение. Один из наиболее насущных вопросов для меня сейчас. Было очень здорово и несложно перемещаться с помощью выпускания и управления эфиром духа из Средоточия, но у меня его больше не осталось. И с восстановлением духа проблемы. Тела, а соответственно пре-духа нет. Ха-ха, вот незадача.

Несколько минут я полуистерично хихикал в своем Сознании, представляя разную нелепицу. Вроде бы у древних было слово для меня. Как же оно там? Призрак. Считать ли меня живым или мертвым теперь? Любой лерв бы сказал, что я мертв. Эспер бы задумался. Служитель Гайи бы сказал, что покуда моя душа в нашем мире, а не на Небесах или в Бездне, то я жив. Последнее объяснение мне понравилось больше всего. Я жив, пока жива моя душа, просто… возникли временные трудности. Ха.

На человеческую ауру действует притяжение планеты, только очень слабо. Вроде бы тин Бриджетт упоминала, что аура взрослого эспера весит меньше тонкого листа бумаги. Эфир в целом – субстанция разреженная и неоднозначная. При каких-то условия эфир действует как материя, при каких-то как энергия, при других как волна. Чем-то напоминает свет с его дуализмом. Ну, про свет я знаю мало. Мы должны были проходить свет в следующем семестре по механике. Я лишь поверхностно пробежался по тексту юниор пособия, не запоминая и не особо понимая.

В астрале не существует давления и сопротивления воздуха, нет порывов ветра, не греет солнце. Температура влияет на цельный гравит, но про разреженный эфир я не в курсе. Однако в астрале есть непрерывный гравитовый фон, исходящий от острова. Я могу это использовать. Если точнее, то раньше я приметил один трюк, а сейчас смог подобрать к нему объяснение. Итак, попробуем.

Я свернул свою ауру в тугой клубок, стараясь не спихнуть дружественных паразитов. Что было непростой задачей, коли они преодолели защитные оболочки. Как и предполагал, я начал опускаться вниз под действием гравитации. Однако очень плавно и неспешно. Глубоко я не опустился – ковер паразитов все еще находился неподалеку. Похоже, это мой предел без выталкивания энергии вовне. Чтобы держать ауру свернутой приходилось затрачивать некоторые усилия – не только эфирные, но и ментальные. Затем я попытался выполнить обратный трюк. Расслабил свою ауру, позволив ей растечься бесформенной аморфной кляксой, и постарался растянуться во все стороны. На манер корабельного паруса. Разреженные эфирные потоки снизу подхватили меня и стали достаточно быстро тянуть вверх. Удерживать такое положение ауры тоже было непросто – сродни с висением на перекладине. По мере приближения к ковру паразитов я послал приказ, чтобы они сделали окошко и не мешали мне. Концентрация сбилась, и мои оболочки принялись сворачиваться в более привычную форму. Я начал снова опускаться. Вуйл побери. Я выровнял свое положение «паруса», но окошко сверху уже заполонили новые наглые Аннелидо, поскольку на несколько мгновений я перестал рассылать свой приказ. Ох, похоже это будет не так просто.

Долго ли коротко ли, через определенное время я смог настроить Сознание, чтобы делать два дела одновременно. Для человека не слишком сложная задача, если дела простые и естественные: идти и говорить, например. Однако управлять своей аурой, растягивать ее, а также постоянно транслировать приказы окружающим паразитам с помощью шаманского Сродства – нифига не были для меня естественными занятиями. Так что пришлось приложить усилия, чтобы привыкнуть и приспособиться.

Я медленно поднялся над ковром из паразитов через широкое окно. Надо сказать, что на этом уровне кроме самого ковра на разной высоте было еще много разных Аннелидо, но по сравнению с копошением на границе эфирного излучения они смотрелись блекло и представляли незначительную угрозу. Тем не менее, мой простой приказ создавал вокруг меня сферу отчуждения, не позволяя никаким паразитам приближаться, кроме тех, что уже находились на моей ауре. Попытавшись задействовать Сэнс, чтобы получить подробную информацию об окружающем, я снова не справился с поддержанием ауры и скатился вниз. У меня имелся всего лишь пассивный Сэнс, только показывающий проходящие сквозь него излучения, но и он требовал толику концентрации.

С третьей попытки я смог подняться и оглядеться. Обзор наверху в более пустом пространстве был лучше. Неподалеку чуялись неясные массивные сгустки, снующие туда-сюда, но прямо ко мне никто не приближался. До поверхности земли моего чуяния не хватало, само собой – слишком мощной была помеха в виде эфирного излучения Пятна. Мне пришла в голову идея имитировать активный Сэнс. Собственно, активный Сэнс выпускал волны особого эфира с определенной периодичностью в автоматическом режиме, не требующим контроля со стороны эспера. По эфирному эху он составлял более подробную картину окружающего, позволял лучше и глубже чуять. Вот только пока энергии в моем Средоточии не было. Наверное, стоит заняться им? Я сделал перерыв в экспериментах, опустился обратно и некоторое время отдыхал, восстанавливая внутренний эфир и популяцию спиральщиков.

С определением прошедшего времени возникли сложности. Вероятно, тело отвечало за эту часть меня? Ну, не то, чтобы совсем потерялось. Мне было не с чем сравнивать. Паразиты двигались в определенных скоростных рамках, но я просто не знал, насколько это быстро по сравнению с привычными вещами. Течением воды в реке, движением животных. Может, они медленнее касов или наоборот юркие, как мелкие птеры? В общем, после потери тела чувство времени утратилось.

Если так подумать, то теперь мне некуда торопиться. Сомневаюсь, что меня найдут, разве что случайно наткнутся. Каких-то экстренных нужд нет. Мне не надо есть или пить. Не знаю, нужно ли мне спать. Паразиты исправно наполняют мое Сплетение и Сознание эфиром. Мне не нужно сосредотачиваться на них. Вероятно, отданный единожды приказ сочетается с их встроенными инстинктами – они просто повинуются им в дальнейшем. Моя аура прекратила разрушаться, когда я остановил пружинных червей. С ней предстоит много работы. Но ведь у меня неплохая скорость восстановления, верно? Если уж я за полгода смог отстроить базовые Сэнс и Средоточие. Тан Жавьен хвалил меня. Но смогу ли я месяцами жить в таком мире? Не свихнусь ли? Почему-то уже сейчас истории про спятивших в астрале призраках-эсперах мне стали казаться не столь неправдоподобными. Настроения не придавала пульсирующая аурная боль. Заняться сначала Сплетением? Или Средоточием? Обоими сразу? Как подумал о предстоящей задаче, действительно стало уныло. Тан Валкрубб рассказывал о разных пытках. Человек не может по природе своей справляться с длительным периодом совершенного бездействия. Поэтому простое заключение в изолированной и полностью темной камере для лерва может стать очень тяжелым испытанием. У меня есть Сэнс хотя бы, но не уверен, что это поможет надолго.

Вздохнув про себя, я решил повременить с мантрами. Все равно мгновенного результата ожидать не стоит. Может червячки меня еще чем-то порадуют? Кроме них мне заняться и нечем, собственно. Было бы круто найти еще кого-то настолько же полезного, как спиральщики.

Ладно, признаю. Пружинщики, искренне извиняюсь, что наговаривал и недооценивал вас. Эти негодники действительно оказались очень полезными, стоило лишь мне пораскинуть моей эфирной головушкой. Пружинщики могли выбрасывать слабый шлейф эфира не только с целью отбиться от хищника, но и удрать от него. Струя эфира незначительно выталкивала тушку паразита в сторону. По сравнению с хиленьким потоком от спиральщиков пружинный орган позволял им выталкивать больше эфира и с большей силой. Хоть сам эфир перерабатывался в один-единственный спекрт и мог использоваться лишь в качестве нападения. Сначала я просто приказал всем прицепившимся ко мне разноплановым Аннелидо двинуться в сторону, не отпуская мою ауру. Они попытались, но потуги их были смехотворны. Лишь когда я усеял свою ауру полностью, началось какое-никакое движение. Хоть по сравнению с астральной гончей я будто полз.

Возможность движения уже меня обрадовала. Ведь рано или поздно я мог добраться куда-нибудь, встретиться с дежурным колдуном или еще кем-то. Затем я вспомнил про пружинщиков и стал экспериментировать. Большая часть Аннелидо представляла собой трубку с двумя ртами и жгутиками на концах. Они двигались путем сокращения этих ртов или с помощью движений жгутиков и щупалец-ресничек. К слову, мои попытки шевелить отростками Сплетения не сдвинули меня с места ни на дюйм, как мне показалось. Пружинный паразит мог выпускать струю лишь в одну сторону, с другой находился рот. Чтобы выпускать эфир, ему надо сначала его потребить, чтобы потребить, рот должен быть свободен, чтобы двигать мою ауру, он должен быть к ней прикреплен. Вот только боком он крепится никак не хотел – то ли строение не позволяло, то ли личные принципы… Если крепить его к ауре ртом – он не сможет есть, другой стороной – он будет выстреливать эфир в мою оболочку. Делать с ней то же, что и при моем прошлом приказе – калеча и разрушая мою ауру. Это совершенно неприемлемо, хоть я и желал двигаться быстро.

В итоге после некоторых размышлений и экспериментов я пришел к некоей сборке из паразитов разных видов. Две каланчи и волосача цеплялись к моей ауре, затем к ним уже цеплялся один пружинщик. Это была странная конструкция, но она работала. Приказав пружинному червяку повернуть в определенную сторону, поесть и выпустить атакующую струю, получалось добиться относительно мощного толчка для моей ауры. Правда, если перепутать направление он мог перебить держащего его волосача, на такой случай имелся дублирующий. Несмотря на Сродство, гибель паразитов меня почти не трогала. Также он мог все-таки слегка ударить по моей ауре, если напутать с расстоянием до нее. Конечно же, я почти сразу, как только конструкция заработала, решил увеличить количество… м-м, движков? Пусть будет «пружинный движок». Короче, увеличив их количество уже на вторую попытку массового совместного запуска я неслабо так опалил свою ауру, не рассчитав с безопасной дистанцией. Долго ругался. Это подсказало мне еще одну идею – использовать пружинщиков в качестве средства нападения. Но сначала решил разобраться с движением.

Несколько часов субъективно я отрабатывал рывок с помощью пружинных движков. Заразы начинали бесконтрольно двигаться сразу после пуска струи в поисках закуски, но кое-как я научился отдавать им приказы. В целом, я мог отдать приказ почти любому Аннелидо, чтобы он полностью переставал двигаться, прекращал любую активность. До тех пор, пока запасы эфира в его организме не подходили к критической отметке. Тогда мои приказы игнорировались, и оно хотело лишь жрать. В принципе логично. Подчиненные плохо работают на голодный желудок. При максимальном скоплении движков на моей ауре рывок был заметным, но затем им требовалось долгое время на перезарядку: отъесться и только затем выстрелить снова. Я пытался продлить конструкцию, добавляя новую пару волосачей с пружинщиком поверх старой, тем самым разгрузив участки своей не бесконечной ауры, вот только с управлением ими возникало слишком много сложностей. Не слишком практично.

Деление было еще одной проблемой, и в то же время открывало большие перспективы. Нарушало стройный порядок работы червей на моей ауре. Во время деления черви отцеплялись от ауры и обнуляли любые приказы. Поделившимся снова приходилось давать указания. А поскольку жрали Аннелидо в три горла с моей помощью, то и делились чаще. Однако один нюанс заставил меня обратить самое пристальное внимание на процесс деления. Дело в том, что спустя несколько поколений я стал замечать, что некоторые особи отличаются. Становятся больше: шире и длиннее, ротовое отверстие увеличивалось. Они превращались в неповоротливых каракатиц. Одно из отверстий на той стороне, которой они крепились к моей ауре, понемногу усыхало, атрофировалось из-за ненадобности. Жгутики превращались в нечто вроде крючков, которыми им было легче держаться за мою ауру. Изменения были не моментальными, да и особи сами по себе имели видимые различия, но я их все-таки приметил. Паразиты быстро умеют приспосабливаться к новым условиям, которые им обеспечил именно я: отсутствие хищников и конкуренции, обилие корма. Они будто становились ленивее с каждым поколением, полагаясь больше на меня и мою ауру. Мне было действительно любопытно, до чего может дойти их эволюция. Разные особи делились с разной скоростью, им требовалось по меньшей мере несколько часов, чтобы вырасти до необходимых габаритов. Поэтому исследования в данном вопросе не будут быстрыми. Обычные Аннелидо делились намного реже – это только мои жрали без остановки, быстро созревая.

Периодически я всплывал над ковром паразитов, чтобы оглядеться. Мне показалось, будто мое местоположение изменилось, а фон повысился. Дальше в стороне фон повышался еще выше. По всей видимости, там находился центр Пятна. Сложно определить место, поскольку никаких ориентиров для моего Сэнса попросту не существовало. Ковер паразитов колебался, словно поверхность океана. До дна мое чуяние не доставало. Походило на то, будто я находился посреди пустынной водной стихии, не имея ни малейшего представления о том, где я. Если поразмыслить, то меня вполне может сносить в сторону. Здесь нет ветра, только слабое эфирное излучение, направленное вверх в основном. Однако мне известно, что Вайс постоянно движется, и сейчас у меня нет никакого сцепления с островом. Он проносится мимо меня, пока я стою на месте? Ну не думаю, что в центре Пятна ситуация будет безопаснее, так что мне следует двигаться прочь от него. В стороне Пятна я чуял неясное большое скопление астральных существ. То ли скопище паразитов, то ли демонов. Полагаю, мне сначала надо освоиться, прежде чем бросаться на исследование потенциально опасных мест. Смогу ли я поддерживать скорость, с которой движется остров? Интересный вопрос.

Пока я висел наверху, чуял округу и размышлял, в мой радиус обнаружения вошло массивное существо. Оно значительно превосходило по объему мою ауру, величаво и лениво плыло над ковром из Аннелидо. Чувствительности моего Сэнса не хватало, чтобы рассмотреть подробности. Неожиданно от него отделилось несколько существ меньшего размера, которые стали быстро приближаться ко мне.

Вуйл бы их побрал! Я быстро нырнул обратно вниз и приготовился обороняться. Было немного страшно, но не то, чтобы у меня оставалось много вариантов. По скорости я с ними явно не смогу соревноваться. Я разослал приказ, стягивая над собой плотный слой из разноплановых Аннелидо. Твари бросились напролом, не сбавляя скорости. Я приказал атаковать. Первая гончая завязла в плотном слое облепивших паразитов, словно в густом киселе, но вторая смогла прорваться на нижний слой. Дерьмо! В последний момент я активировал движки, и меня отбросило в сторону. Гончая пронеслась мимо. Как и паразиты, она с трудом проникала на глубину, но ей было проще, поскольку ее аура была тяжелее, по весу сопоставима с моей.

На мгновение я обратил внимание на первую тварь, отбивающуюся от наседающих червяков. Они смогли ее задержать и потрепать, но гончая справлялась. Слишком массивная и юркая цель для маленьких паразитов. Я отдал приказ по связи усилить напор и повторно показал ее местоположение потерявшим ее Аннелидо. Вокруг меня слишком мало червяков. И им сложнее проникнуть на наш уровень. Поэтому я принял решение подняться к ковру. Не мешкая, я чуть развернул ауру в стороны, попутно приказывая «моим» паразитам также двигать меня наверх. Я быстро достиг края, и сходу начал окружать себя барьером из новых Аннелидо. Вовремя. Обе твари сориентировались, и целенаправленно двинулись на меня. Но не тут-то было. Теперь я собрал вокруг себя поистине впечатляющее количество червяков – всех, до куда дотягивался мой мысленный приказ. Это даже создало внушительную прореху в паразитном ковре, не спешащую затягиваться.

Гончие несколько раз ткнулись в барьер в лоб, но не смогли пробиться. Я сконцентрировал большую часть паразитов в их направлении на манер своеобразного щита. Астральные демоны меня даже разочаровали слегка. Они не додумались обойти с двух сторон, вместо этого бездумно бросаясь почти в одном месте. Было несложно сдерживать их атаки. Я приказывал паразитам по возможности атаковать и цепляться к ним. Те из свободных пружинщиков, что были сыты, несколько раз успешно попали струей эфира. Но больший урон нанесла совокупная масса толкающихся, облепивших их паразитов. Аннелидо тоже погибали, оседая безвольными тушками или растерзанными клочками эфира. Но перевес был на нашей стороне. По возможности я мысленно дотягивался до новых особей, сходу посылая подкрепления в бой. Гончие сражались до самого конца. Ослабив и истрепав их защитные оболочки, паразиты проникали внутрь ауры, высасывали их внутренний эфир, разрывали каналы жгутиками и ртами. Вполне солидный урон наносили наевшиеся пружинщики, забравшиеся вглубь их оболочек. Я приказывал им атаковать внутри ауры, терзая ослабевающих гончих. Я даже начал испытывать своего рода уважение к напавшим на меня астральным существам: они сражались яростно и самоотверженно, совершенно не боясь смерти. Которая в итоге и свершилась. Их ауры были растерзаны на лоскуты и отдельные куски оболочек, представляя собой дырявое месиво. Часть эфирных обрывков гончих еще трепыхалось, но угрозы для меня они уже не представляли.

Это была славная битва, из которой я вышел победителем. Что нечасто случалось в моей жизни само по себе. Я мысленно отдал почести поверженным противникам. А также пожелал уничтоженным Аннелидо достойного посмертия. Очень много моих воинов пало в отчаянной рубке. Я гордился ими, гордился моими солдатами, беспрекословно исполняющими почти любую мою команду. Пускай у них недоставало инициативы и мозгов, они не боялись гибели. Ну, наверное, они не понимали, что могут погибнуть, когда я приказывал им бросаться в сторону гончих, но какая разница?

Вы достойно поработали, мои верные слуги. Командование в моем лице не забудет ваших действий. Во славу меня, Червячного Префекта, и его бесчисленного смелого воинства. Гип-гип-ура-а-а!!! Ура, ура, ура-а-а!

Я хихикал и водил хороводы из плавающих вокруг меня Аннелидо. С почестями похоронил останки гончих. Отдельный большой паразит-толстяк выступал у меня в роли пастора. Он произнес короткую проповедь и помолился Богине за души усопших. Затем я отпустил оболочки гончих в свободное плавание эфирного излучения. Пусть в следующей жизни вам повезет больше.

Я постарался собрать с помощью других червей останки моих павших воинов, после чего и с ними провел похожую уводненную службу. Только на сей раз речь произносил я. Мысленно, конечно, а не вслух. Это была глубокая и прочувствованная речь, я выложился на полную. Выразил надежду, что всех погибших ждет место на Червячных Небесах, если таковые существуют. Мне кажется, что слушающие меня солдаты, были впечатлены и растроганы таким заботливым командиром. Я буду оберегать вас и заботиться по мере сил, мои верные защитники! Ура!

Где-то на краю моего Сознания мелькали мысли, что я веду себя не совсем нормально, но надолго подобные проблески не задерживались.

Глава 2

Поразмыслив, я пришел к выводу, что необходимо разработать какое-нибудь боевое умение. Либо специальную конструкцию, либо попытаться восстановить эфир в моем Средоточии. Ячейки-резервуары, напоминающие соты, были растерзаны, и для начала их требуется восстановить. Это потребует значительного времени на медитации. И я далеко не уверен, что из этого выйдет что-либо толковое. Ведь дух обычным способом мне никак не получить без тела. По идее, я могу хранить внутри Средоточия любой тип эфира, даже дикий. Вот только будет ли от него польза с атакующей точки зрения, остается загадкой. Могу ли я хранить внутри агрессивный для моей ауры эфир пружинщиков – тоже большой вопрос. Мое Сплетение и вся моя шаманская аура в целом готова работать только с духом. С другими типами и стихиями наверняка будет очень сложно. Недаром на начальном этапе эсперы старались развивать только одно направление магии.

С другой стороны, у меня есть спиральщики. Восстановив Средоточие, можно попытаться заставить их переработать эфир в подходящий мне дух. Но все это требует времени, а надежный способ защиты нужен уже сейчас. Поэтому я снова взялся за пружинщиков. Спиральщиков также можно было использовать в роли атакующих единиц, но их мощность оставляла желать лучшего по сравнению с собратьями. Эксперименты проводились на тех же паразитах, которые гибли пачками под смертельными эфирными выбросами. Ваши смерти послужат на благо науки, мои верные последователи!

Пружинщики обладали довольно мощной атакой, способной убить даже клешнезуба и представителей других видов червей-хищников. На близкой дистанции струя повреждала целое скопище выстроенных рядом целей. Так что даже защитные оболочки гончих должны почувствовать удар.

В общем-то, итоговая конструкция, к которой я пришел, оказалась незамысловатой: ровная прямоугольная плоскость из стройных рядов пружинщиков, сцепленных между собой волосачами. В отличие от «движков», данное образование не нуждалось в креплении к моей ауре. Я подумал над различными тактиками боя, и все-таки решил держать на своей ауре одну такую колонию… Надо бы как-то назвать ее сокращенно. Пусть будет «залпострел». Одну большую плоскость залпострела я сформировал на моей поверхности, сделав пустотную прослойку из каланчей. Цеплять пружинщиков прямо к моей ауре было нельзя – атакующая сторона должна быть направлена вовне, в потенциального противника, другая свободна для того, чтобы вкушать эфир и вырабатывать силы для атаки. Но в итоге разобрался. Их эффективность была низкой из-за невысокой концентрации эфира, но на один выстрел хватит. Также я сформировал еще с десяток залпострелов, свободно плавающих вокруг меня. Они будут наиболее эффективны лишь в нижнем эфирном слое, их совокупная масса позволяла им дрейфовать чуть ниже соплеменников.

Управлять такой оравой донельзя изматывающе. Я уже немного приноровился, но все равно приходилось постоянно отвлекаться. Поддерживать много залпострелов или движков было сложно. Конструкции рассыпались со временем по разным причинам. В основном из-за деления или голода.

Залпострелы получились достаточно маневренными, быстро поворачивались. С наводкой никаких проблем не возникало по той простой причине, что радиус поражения у них был невелик. Фактически, лучшая стратегия по их использованию – это плотно облепить залпострелом цель и активировать пружинщиков. Если кто-то приблизится к моей ауре, я попытаюсь использовать цепляющегося к моей ауре обширного залпострела. Он также сгодится в роли дополнительного мощного движка и внешнего слоя обороны. Я думал о том, чтобы использовать паразитов в роли брони, но по факту возможно создать только один-два слоя – у червей дальнейших внутренних слоев уже случается голод из-за недостатка эфира. Да и в целом данный способ был не особо эффективен. Большинство свободных участков моей ауры было занято спиральщиками, движками и залпострелом, и всем им нужен был свободный доступ к эфирному излучению. На броню просто места не оставалось.

С увеличением количества залпострелов я понял, что достиг предела. Все время мне приходилось «ремонтировать» конструкции, удалять старые особи, искать и добавлять новые. Это отнимало слишком много внимания моего Сознания. Поэтому я решил снизить количество залпострелов до шести. Остальное количество буду наращивать из ковра во время прямого столкновения. Правда, стоит сказать, что спиральщики и пружинщики совсем не были многочисленными, и мне требовалось прилично времени, чтобы собрать достаточно особей. Залпострел мог атаковать каждые десять-двадцать минут в идеале. Однако я не питал иллюзий. Скорее всего, внешние залпострелы окажутся одноразовыми, поскольку подразумевают тесное столкновение с противником.

Первые практические испытания я не стал откладывать в долгий ящик. Поднявшись над ковром, я отыскал ближайшую крупную ауру и медленно направился в ее сторону. Астральная гончая была одинока и пассивна. По-моему, она умирала, медленно и неуклонно – по неизвестным мне причинам. В какой-то степени избавление от мучений было милосердным с моей стороны. Хотя не знаю, испытывают ли они какую-либо боль или что-то похожее. Первая атака залпострелом снесла с нее все имеющиеся защитные оболочки, бывшие в плачевном состоянии. Далее гончая попыталась улизнуть, но я приказал Аннелидо окружить ее и не давать прорваться. Залпострелы были медленными и не поспевали даже за такой слабой астральной тварью, поэтому я их сходу усовершенствовал, просто перевернув на сто восемьдесят градусов часть пружинщиков. Таким образом образовались пружинные движки, которые обеспечивали залпострелу стартовый рывок. Если повезло с наведением, слой паразитов облепливал цель, будто рыболовная сеть, после чего я сразу активировал атакующий выброс. Второй залп моего паразитного оружия нанес гончей значительные повреждения, еще четыре окончательно завершили разгром. Покойся с миром, астральное существо. Твоя гибель послужит на благо моим научным изысканиям.

Воодушевившись результатами, я еще помотался по округе, разыскивая противников для схватки. Гончие очень редко объединялись, в основном нападали поодиночке. Было несколько мощных в аурном плане демонов, но я смог их всех одолеть, используя щит в виде простых Аннелидо, а также залпострелы, не дав ни одному приблизиться на расстояние удара. Щит, кстати, я также усовершенствовал. Поскольку это было временное сооружение, я не переживал насчет его долговечности и распада из-за голода отдельных особей. Все просто: паразиты в виде цепочек соединялись жгутиками один к другому, цепочки между собой скрепляли волосачи, слои щита сцепляли они же. Чем-то напоминало занятия по плетениям у тана Вика. Несмотря на простоту, щит останавливал любых гончих, но также он требовал времени для формирования. В отличие от простого неорганизованного скопища Аннелидо, которые я бросал в бой ранее, крупные астральные сущности не могли преодолеть новый щит с наскока. Могли пробить несколько слоев, но непременно вязли. А там уже их облепливали подоспевшие залпострелы, превращая противника в решето.

Еще одна гончая преподнесла мне не слишком приятный сюрприз в виде магической эфирной атаки, которая выглядела в Сэнсе волной золотистого цвета, напоминая заклинания волшебников. Она пробила щит, но я быстро сориентировался и «заштопал» прореху, не дав гончей просочиться. В общем, я остался более чем доволен своими новыми возможностями.

Меня по ощущениям стало относить прочь от центра Пятна. Уровень излучений понижался, ковер паразитов редел, гончих становилось меньше. Я пока не собирался бросаться прямо в центр Пятна, опасаясь повстречать хищников, которые мне не по зубам. К сожалению, мне так и не удалось придумать что-либо для ускоренного передвижения. Движки давали неплохие рывки, но за десять минут, что они перезаряжались, любая гончая могла легко меня догнать. Я немного приспособился к движению под самым ковром. Идея очень простая: я запускал движки и в ходе полета сразу их отцеплял приказом, формируя в месте моей примерной остановки новые свежие движки из ковра Аннелидо из наиболее сытых. Таким образом, меняя движки, мне удалось слегка повысить скорость, но ненамного.

После проверки боевых качеств я занялся селекцией. Данное направление казалось мне наиболее перспективным, но в итоге вышел пшик. Поначалу все шло хорошо: паразиты росли и крепли, изменяясь с каждым поколением. Но в один момент после деления два здоровенных спиральщика оказались недоступны для моих приказов. Они перестали мне повиноваться, я не чуял их своим Сродством. Ну, это было логично. На гончих мое Сродство не распространялось от слова совсем, а ведь они тоже были астральными сущностями, только намного больших размеров. Поделившиеся особи стали слишком отличными для моего Сродства. Я испытал разочарование, но решил, что лучше не зацикливаться на негативе. В конце концов, мое Сродство могло сработать только на определенном виде паразитов, а не на всех. Без спиральщиков я бы давно испустил дух. Предположительно, мое Сродство имеет следующие критерии: астральная бестелесная сущность маленького размера без зачатков Сознания и собственной воли.

Два поделившихся паразита, упорхнувшие из-под моего крыла, оказались… неприспособленными к внешнему миру. Они были массивными, неповоротливыми, потребляли прорву эфира и могли нормально существовать только в плотных слоях. В червячном ковре они не выдерживали никакой конкуренции, не могли убежать от клешнезубов и других хищников.

Я внимательно следил и экспериментировал с первыми двумя особями спиральщиков-гигантов, не давал им погибнуть, защищал от хищных паразитов, периодически подкармливал, спуская их на глубину. В итоге немного привязался. Они были беспомощны и почти безобидны. Я опутал их несколькими каланчами и волосачами и прицепил к своей ауре, таская за собой повсюду. Я назвал спиральщиков Прилипала номер один и Прилипала номер два. Номер Второй чуть лучше потреблял эфир, был слегка больше размерами – так мне удавалось их различать. Я решил посмотреть, что с ними в итоге получится. Спиральщиков-ветеранов у меня было в достатке, и вскоре многие из них начали эволюционировать в аналогичные нежизнеспособные в дикой природе особи, неподвластные моим приказам. Их я отпускал в свободное плавание, не сильно сожалея. Каждый выживает, как умеет.

У меня еще оставалось много идей насчет селекции паразитов с разными свойствами. Например: выведению пружинщиков, способных поставлять мне внутренний эфир или эфир духа для Средоточия. Все-таки они были мощнее спиральщиков. Также размышлял о специальных сэнсорных паразитах; червяках, реагирующих на контакт с гончей – этаких датчиках; паразитах, способных сохранять запас эфира; имеющих возможность запоминать сложные команды; или таких, которые могли становиться проводниками моего Сродства. Последнее было уж слишком маловероятным. Как бы то ни было, мои предварительные попытки не принесли результата сходу. Отбор и выведение новых паразитов потребует большого количества времени, сил и ресурсов. И самое печальное, я не представлял себе, как поддерживать условия для сохранения устойчивого вида. Аннелидо эволюционировали быстро, как, например, спиральщики. Новые виды могут точно также исчезнуть, выпав из поля моего Сродства. И начинай все заново. Какой-то тупиковый путь. Намного проще и продуктивнее использовать уже существующих Аннелидо, благо их было множество видов, и не все я еще успел подробно изучить.

По моим очень и очень примерным прикидкам прошло четыре-пять дней с момента моей «смерти». И мне захотелось спать. Сначала я подумал, что спиральщики стали сачковать и перестали давать годный моей ауре эфир. Слишком уж ощущения в Сознании были специфические, отличались от привычного в физическом теле. Чем дальше, тем сильнее становилась апатия и желание забить на все и просто постоять на месте, свернув свое Сознание. Несколько часов я успешно сопротивлялся, пытаясь разработать какой-то предупредительный и защитный комплекс, но не преуспел. Паразитам требовалось давать сложные команды исключительно лично. Не помогало и сонливое состояние. В итоге я сдался, понадеявшись на авось. Создал вокруг своей ауры широкий и слабый защитный кокон из паразитов (чтобы часть эфира долетала и до спиральщиков), после чего провалился в серый полумрак. Последние мои мысли были про текущую ситуацию и паразитов. Я много чего пережил в прошлом, однако Гайя не оставила меня, дала мне свою помощь и свет. Ну, странный свет, конечно, но какой есть.

Мое состояние напоминало нечто среднее между дремотой и полноценным сном. Я будто плавал на поверхности, иногда прислушиваясь и осматриваясь Сэнсом, но в то же время никаких активных позывов к действию не появлялось. Сновидений не было.

Очнувшись, я лихорадочно огляделся. Большинство моих конструктов из паразитов распалось на части. Колония спиральщиков на моей ауре поредела из-за поделившихся особей. Я спешно восстановил популяцию, благо рядом со мной их сновало немало. Починил движки и собрался уже было заняться залпострелом на своей ауре, как заметил рядом неясное шевеление. Чуть сместившись и раскрыв Сэнс, я почуял нерядовую для надмира картину: длинная тонкая эфирная веревка вилась откуда-то с земли, оканчиваясь в большом смазанном образе. Когда от существа изошло несколько специфичных эфирных волн, до меня дошло. Хотел было сказать, что по мне пробежала стадо мурашек, но тела у меня отсутствовало. Разве что эфирные мурашки, если такие существовали. Веревка – это аурная цепь, а размытая аура принадлежит эсперу. Который имеет внушительные маскировочные оболочки. Вероятно, колдун. И он точно заметил меня.

Я потерянно застыл, вспоминая свои мысли насчет вероятной встречи с эспером. Попытаться наладить коммуникацию с помощью визуальных образов? Я немного потренировался ранее в составлении вайских букв и слов из Аннелидо – это было не особо сложно.

Объективно, никаких шансов против взрослого эспера с полным резервом у меня нет. На стаю Аннелидо он не обратит внимания, создав вокруг себя защитный кокон. Залпострелы слишком слабы, хотя теоретически смогут повредить защиту. Но дальше пойдут его аурные защитные оболочки, способные надолго задержать любое количество Аннелидо. Однако главное преимущество эспера по сравнению с гончей – он умеет думать и анализировать. Отступить, перегруппироваться, поставить новую защиту, атаковать кукловода вместо отвлекающих целей и многое другое. Правда, у эспера имелась и огромная уязвимость – аурная цепь. Тин Замали говорила, что опытные астральщики способны накрыть ее магической защитой на всей протяженности, но в любом случае она всегда будет оставаться самым слабым местом эспера, решившего попутешествовать отдельно от тела. Плюс, смерть наступает не мгновенно, а лишь когда вся энергия в его теле подойдет к концу. То есть, навалять мне после уничтожения цепи, отомстив таким образом, он вполне может.

Наверное, если эспер не будет ожидать и не заметит, я смогу приблизиться и атаковать его цепь. Однако радиус действия моих мысленных «сродственных» приказов был много меньше, чем радиус даже моего пассивного Сэнса. У взрослого эспера Сэнс разработан значительно лучше, не говоря уже про активные волны. Он засечет меня за многие ярды и не даст подобраться достаточно близко к его цепи. Хм. Хотя у основания цепи, то есть, ближе к его физическому телу, его Сэнс уже не будет столь всесилен. Правда, если его тело лежит на земле, то моей ауре просто не хватит «веса», чтобы пробиться на самые нижние слои гравитового излучения. Или опытный колдун может иметь сэнсорные эфирные узлы по всей протяженности аурной цепи, что должно быть полезно. Короче, лучше не доводить до активного противостояния. Кое-какие варианты имеются, но очень сомнительные и требующие проверки.

Я осторожно поднялся поближе к ковру Аннелидо и принялся неспешно формировать отдельные залпострельные и щитовые батальоны. Если мои конструкции отличались разве что излишней упорядоченностью и плотностью по сравнению с ковром, то вот моя аура наверняка была очень приметной. Гончие тоже на фоне Аннелидо выделялись моментально. Спрятаться здесь просто невозможно. Я наблюдал за эспером и ничего не предпринимал. Он частенько выпускал сэнсорные волны, чтобы почуять округу. Немного полетал на разных уровнях, не сильно удаляясь от центра, откуда исходила его цепь. Два раза выпустил чернильную пси-волну по направлению к земле. Пробыл наверху около часа, после чего свернул свою аурную цепь и вернулся в тело на поверхность, насколько я могу судить с высоты. Но так ничего и не предпринял в моем отношении.

Это было странно, но в ходе размышлений и построек различных теорий я нашел более-менее логичное объяснение. Моя аура отчасти походила на ауру гончей, и у меня не было аурной цепи. Значит, кто я такой с его точки зрения? Правильно, еще одна гончая – неагрессивная. Такие тут встречались. По-видимому, перед колдунами не ставилось задачи уничтожать каждую попавшуюся на пути крупную астральную дичь. Ну, либо мне попался ленивый колдун.

Обдумав различные варианты, я решил в дальнейшем не выдавать себя перед эсперами, коли такие встретятся рядом. Прикинуться ветошью, образно выражаясь. Я не знал, как они отреагируют. Мне не хватало информации. Возможно, я излишне осторожен, и мне сразу окажут помощь, но верилось с большим трудом. Что-то никогда не слышал правдоподобных историй о погибших эсперах, которые потом чудесным образом воскресали.

– Прилипалы, что думаете? – обратился я мысленно к своему «балласту». Конструкция, удерживающая спиральщиков-переростков, только чудом не распалась на части во время моего сна. Иначе парочку бы отнесло далеко от моей дрейфующей ауры или хищники бы сожрали в верхнем слое. Я обновил и значительно усилил их крепления.

Прилипалы ничего не ответили, как и следовало ожидать. Хотя мне показалось, будто Второй неодобрительно покачал жгутиками.

После ухода эспера я двинулся прочь, подальше от едва долетавших до меня активных сэнсорных волн. В этом был также их минус: чтобы эфирное эхо добралось обратно до эспера, требовалось посылать мощные волны. Противник заметит тебя раньше, чем ты его. Однако активные волны все-таки увеличивали радиус действия Сэнса, поэтому его использовали частенько.

Я не мог сориентироваться по сторонам света, поэтому двинулся «куда чует Сэнс». И почти сразу обнаружил, что гравитовый слой уменьшился. Я стал чуять верхушки самых высоких деревьев. Их внутренний эфир был слабым и разреженным, но плотнее воздуха. Преобладали золотисто-зеленые цвета. Деревья были разной высоты и формы, поэтому у меня наконец-то появились какие-никакие ориентиры. Похоже, меня отнесло на достаточное расстояние от Пятна, где излучения значительно меньше. Если подумать, то вероятнее всего, на юг от Пятна. Остров все еще должен двигаться в северные акватории, где находились наши относительно богатые месторождения гравита. Длинная зима надолго убьет земледелие. А очень длинная может и весь скот погубить. Впрочем, в Аспекте Благости не идиоты сидят – они не допустят критического положения на Вайсе. Да и какое мне дело до ситуации с фермерами? Сотвалльских мне никого не жалко. Какое мне дело до Вайса? Разве есть причины, по которым я должен его лелеять и защищать, а не ненавидеть? Может, родись я на Джузенни или Лемгене, Гайя была бы более милостива ко мне?

Мысли про Скви, Калема и ректора мелькали иногда в моем Сознании, но я их старательно отгонял. Не хотелось думать о чем-то неприятном. Желание отомстить было слабым. Калему, в основном. Рюйго вряд ли имел против меня что-то личное. Наверное, мы со Скви раскопали в той расщелине нечто, что нам раскапывать не следовало. Дать показания Контролю с проверкой правдивости у псиона, выдвинуть обвинения ректору по нападению на меня и тана Валкрубба, а дальше пусть сами судят. Ну, если я вообще решусь открыться властям – наверняка из меня вытянут все и про мое Сродство. А вот с Калемом хотелось разобраться лично. Ведь вряд ли ему назначат какое-либо серьезное наказание за гибель молодого фамильяра безродного эспера.

Э? На секунду странная дымка заволокла мое Сознание, но почти сразу прояснилась. Внимательно осмотревшись и не заметив ничего необычного, я продолжил свое неспешное путешествие.

Несмотря на мои размышления, возможностей вернуться к жизни на горизонте не показывалось. Я перепробовал различные конструкционные варианты паразитов, совмещая разные особи между собой, я изучал поведение и свойства новых видов, проводил селекцию. Вдали от центра Пятна излучение было не столь интенсивным, основное покрывало из паразитов поредело, видовое разнообразие снизилось. Зато появилось несколько видов, которых не водилось в Пятне.

Придется приступать к долгосрочной программе. Я надеялся, что на восстановление Средоточия не уйдет больше пары месяцев – все-таки большая часть сот уцелела, нужно только подремонтировать их. Параллельно надо восстановить Сплетение до прежнего уровня. Дальше заняться, наконец, защитными оболочками, как следует. Маскировочными и ментальными. Усилить Сэнс. Усовершенствовать до активного. И наконец то, на что я питаю наибольшие надежды – Смещение. Не путать со Смешением. Без физического тела Смешение бесполезно. А вот Смещение работает по принципам спиральных или пружинных органов у одноименных паразитов. Оно меняет эфирный спектр. Например, оно может создать дух из моего внутреннего эфира. Ну, я предполагаю. Хотя и не уверен, удастся ли закачать свой внутренний эфир в резервуары Средоточия. Будет ли Смещение работать с моим внутренним эфиром, или он только может менять типовую магию на другую? Например, дух на ману? Вопрос на века, как говорится.

Однако ж, это реальный шанс получить развитие. Необходимо использовать возвышение на полную катушку. Честно говоря, срок исполнения моих планов был таким долгим, даже с учетом моей высокой скорости восстановления, что я неосознанно гнал от себя мысли о медитациях. Словно, если я начну, ничего изменить уже будет нельзя. Придется долгие и долгие месяцы просиживать в нудных медитациях. Хотя возвышение и можно приостановить в любой момент.

– Ну что же, братцы-Прилипальцы, предстоит долгий путь. Полгода, год? Надеюсь, мне удастся не свихнуться в процессе, – обратился я к своим питомцам. Первый мягко извернулся в мою сторону, словно подбадривая.

– Спасибо, – поблагодарил я. – Ладно, начнем со Средоточия. Хм-м… Я хочу восстановить Средоточие – начну с первого, наименее поврежденного резервуара. Хочу… – краем Сэнса я заметил некоторое шевеление вблизи, но не придал значения, сосредоточившись на мантре. – Очень быстро убрать повреждения моего Средоточия, чтобы иметь возможность хранить магию. Я буду иметь рабочее Сред… Что?!

Я резко активировал движки, бросив себя в сторону. Залпострелы по моей команде подтянулись ближе. Что за вуйловщина происходит?! Паразиты, не выказывавшие ранее никаких признаков непослушания, неожиданно задвигались, ломая мои тщательно выстроенные формации. Возле ковра Аннелидо происходило оживление. Паразиты пытались пробиться на нижний слой ко мне, и у многих это получалось. В основном это были каланчи, волосачи и безымянный пока вид паразитов. Последние были, пожалуй, наименее прозрачными червями из всех, что мне встречались в дикой природе. Прилипалы, к примеру, были мощнее и не столь прозрачными. Я решил назвать данный вид – «монолитным». Они выглядели, будто имели прочную шкуру. Вероятно, в качестве защитной меры от хищников и в виде повышения своего веса, что позволяло им кормиться на нижних уровнях.

Без какого-либо вмешательства с моей стороны шевеление пошло на спад. Паразиты вернулись обратно в ковер, «мои» червячки перестали тыкаться в мою ауру и ушли в свободное плавание. Я заметил, что несколько особей смогли проникнуть через многие мои оболочки глубоко внутрь ауры. С толикой брезгливости я приказал им убираться, и Аннелидо поспешно выпорхнули наружу. Нет, я понимаю еще, если червяки лежат на твоей ладони. Причем не просто так, а с целью подпитки твоего организма. Но когда они пытаются забраться к тебе под кожу… чувства возникают не из приятных.

Во второй раз я смотрел внимательнее. Уже при первых частях мантры у себя в голове, паразиты снова принялись активно шевелиться, желая пробиться ко мне. Особо удачливые пытались просочиться через внешние оболочки ауры. Я не особо представлял себе, что происходит, но решил провести эксперимент. Хуже то вряд ли будет. Подвесив одну особь монолита, я продолжил читать мантру, одновременно распространяя приказ не приближаться. За исключением единственного монолита. Вокруг меня создался купол отчуждения. Новый приказ немного сбил программы других червей, цепляющихся за ауру. Но спустя какое-то время мне удалось научиться транслировать правильные мысли, допустив внутрь лишь одного червя. Признаюсь, было не совсем приятно. Я чувствовал Сплетением копошение внутри своей ауры, чуял Сэнсом. Чувствовал неуютную помеху, словно соринка в глазу.

Монолит добрался до моего Средоточия, благо я не сопротивлялся, расслабив ауру. И затем вцепился жгутиками в стенки самого целого сота, закрыв собой одну из прорех. Я сбился и перестал читать мантру, наблюдая за наглым вторженцем в мое личное пространство. Спустя несколько секунд монолитный паразит заворочался и отцепился. Теперь же он самостоятельно искал место к выходу из лабиринта моей ауры. Я вернулся к медитациям по восстановлению Средоточия, транслируя прежние ограничения. Монолит резво двинулся обратно, цепляясь к резервуару и прикрывая прореху. Я продолжил читать мантру.

Читал я около часа, как это обычно принято в академии. Затем обратил наипристальнейшее внимание на монолита. Твою мать. Он словно врос краями в мою ауру. Но при этом продолжал напоминать живой астральный организм, живого Аннелидо! Очень неприятная картина. Однако я мысленно стиснул зубы и продолжил читать мантры.

Спустя еще примерно два часа монолит полностью сросся с моей аурой, залатав своим телом одно из повреждений. Часть тушки паразита осыпалась эфирной шелухой: некоторые крошечные органы, лишние каналы и ткани. Я мог легко его различать с помощью Сэнса: во-первых, он находился близко, во-вторых, отличался в чуянии цветом и фактурой. Будто заплата на штанах из иного материала.

Я провел еще примерно столько же медитаций на Средоточие, не подпуская паразитов и специально стараясь не обращать внимание на интересующее место. Да, как я и надеялся, заплатка из монолитного паразита немного поблекла, почти сравнявшись в чуянии с окружающими тканями резервуара. Это вуйлов червяк действительно стал частью моей ауры, чтоб меня Семеро схарчили!

Теперь… теперь становится понятной моя якобы выдающаяся скорость восстановления. Я вспоминал и находил все больше подтверждений новой теории. Естественно. Прогресс появился только после того, как я стал медитировать в церковной башне Колотонвилля. Не знаю, как высоко там пролегает ковер из Аннелидо, но по всей видимости, некоторым особям удалось добраться до меня. И помочь мне в восстановлении ауры. О-ох. Тупые безмозглые маленькие пронырливые ублюдки, как же я вас обожаю!

– Номер Второй, что думаешь? – обратился я.

Прилипала добродушно покачал усиками, словно давая мне свое разрешение.

Около суток мне потребовалось, чтобы полностью восстановить все три резервуара Средоточия. И то, большую часть времени я осторожничал и экспериментировал. Оказалось, что каланчи самостоятельно образовывали нечто вроде формирующего каркаса в тех местах, где имелись совсем большие разрывы. Кое-где пристыковывались волосачи, помогая фиксировать прибывающих паразитов. Но именно монолиты стали основой для ремонта моего Средоточия. Мне пришлось немного полетать по округе, поскольку они водились в очень ограниченных количествах.

Мой первый массовый эксперимент показал себя просто сверхуспешным. Скорость восстановления была невероятной… Не знаю. Не думаю, что на такое способен кто-либо в мире, не обладающий аналогичным Сродством. Я получил множество полезных данных, сделал выводы. Во-первых, для лечения моей ауры подойдут абсолютно любые паразиты. Но для разных участков лучше использовать тех Аннелидо, что по своей структуре ближе к желаемому аурному отрезку. Монолиты лучше всего подходили для Средоточия. Сравнивая с каланчами, им требовалось раза в четыре меньше времени возвышения, чтобы стать практически неотличимыми от моего родного Средоточия. Волосачи «усваивались» и того дольше. Тем не менее, если, к примеру, в округе не будет монолитов или другого подходящего вида, то можно использовать и других. Скорость лечения ауры упадет, но по сравнению с естественным возвышением это все равно Небеса и Бездна.

Понаблюдав за механизмом, я пришел к простому сравнению. Допустим, что развитие эспера походит на постройку дома. Обычному эсперу требуется обжечь кирпичи, замесить раствор и затем аккуратно выложить стену. На окна и крышу приходится собирать иные материалы, снова тратить возвышение. Я же могу взять любой строительный материал фактически из воздуха, бесплатно. Мое возвышение тратится лишь на скрепляющий раствор, коего ничтожно мало по сравнению с объемами аурного строительства. Ну и еще немного на подгонку характеристик кирпичей к требуемому виду. Второе – самое ресурсозатратное. Скрепить Аннелидо для меня не составляет проблем, а вот на преобразование уходит время и силы. О, если у меня получится отыскать идеальный вариант паразита, подходящего для моего Средоточия, я могу… отстроить у себя такое Средоточие, что все мастер-эсперы обзавидуются!!!

Перспективы открывались поистине потрясающие. Я игрался с возвышением, но старался не забывать об осторожности. Например, не допускал никаких Аннелидо до своего Сознания. До такой формы сосуществования я пока не дорос. И так все это копошение червей внутри моей ауры отдавало мерзостью и вуйловщиной. Да еще внимательно осматривался Сэнсом.

Следующим наступил черед Сплетения. Это оказалось еще легче, чем Средоточие. Для Сплетения, основы всей ауры, подходили толстяки, достаточно многочисленные и большие Аннелидо. Взрослые толстяки формировали основу для каналов Сплетения большого диаметра – центральных каналов. Детеныши толстяков шли на маленькие канальцы. Работа шла так споро, что я решился провести усовершенствование всего моего Сплетения. Подумать только. Я развивал Сплетение всю свою жизнь, с момента рождения. Сознательно или бессознательно – не важно. И теперь планирую просто отбросить, как… ненужную кожу. Обновить полностью, отказаться от тонких каналов и потрепанных отростков.

Я провозился со Сплетением около трех дней, прежде чем не отрубился. Выспался славно – Сознание отлично отдохнуло. Снова без сновидений.

Утром, если его можно так назвать, я обдумал прошедшие события и тщательно осмотрел сделанные изменения. В ауре виднелись многочисленные следы вмешательства, но никакого отторжения не произошло. Наоборот, за время моего сна многие свежие заплатки лучше усвоились. Кое-где отрезки Сплетения еще напоминали по форме толстяков, они скреплялись некрасивыми, но надежными рубцами. К их работе нареканий не возникло. Полагаю, что покуда свежие образования не прижились окончательно, их не следует слишком напрягать. Вспомнил тана Жавьена и его слова о заметных наростах в моей ауре, соответствующих очень быстрому возвышению. Ха, знал бы он, что на самом деле представляли эти наросты.

На свежее Сознание я решил не торопиться, а все обдумать и взвесить. Во-первых, меня беспокоила моя маскировка. Мне кажется, с развитой аурой я стану значительно заметнее, что не может не привлечь внимания разных нежелательных личностей и существ. Поэтому маскировочные оболочки должны быть в приоритете. Еще немного поразмышляв, я решил усилить Сэнс, а затем уже заняться маскировкой. Тут темпы возвышения явно замедлились. Сэнс являлся сложной системой из нескольких отличных органов и разветвленной сетью узлов-датчиков по всей ауре. К сожалению, ни один из Аннелидо не подошел к восстановлению Сэнса также, как толстяки для Сплетения или монолиты для Средоточия. Замедлились, ха! Да скорость развития моей ауры все равно превосходила других эсперов в сотни раз! Совсем зажрался.

Через два дня я решил, что с Сэнсом хватит. Монструозные по размерам сети каналов и узлов, а также несколько различных центральных органов сформировались в моей ауре. Теперь у меня имелся и активный Сэнс, но сильно я на данную часть не налегал, делая ставку на пассивность. Активный Сэнс демаскирует любого, какие бы эфирные волны ты не выдумывал. А мне в первую очередь нужна незаметность.

Затем я перешел на маскировочные и защитные оболочки, намереваясь заняться ими всерьез. Время пролетало моментом. Столь заметные и быстрые изменения в собственной ауре радовали взор и заставляли стараться еще больше. Была мотивация двигаться все дальше и дальше. Некоторые части оболочек брались из подходящих по составу паразитов, некоторые нет. Поэтому возвышение продвигалось с замедлениями или ускорениями. Как и большинство юных эсперов, я плохо представлял себе из чего состоят и как работают внешние аурные оболочки. Помнил, конечно, типы оболочек и сферу их ответственности, благо незадолго до смерти как раз сдавал экзамен по анатомии, но как именно они работают, не имел понятия. Маскировочные и защитные нескольких видов, резонансная, ментальная, лабиринтная, цельная и защита Сознания. Это была общепринятая классификация, но эспер мог совмещать некоторые типы с помощью возвышения. Да, я решил, что резонансная оболочка мне также необходима. Шаман, как никак. Хотя никакого желания заводить нового фамильяра не появлялось – все еще были свежи воспоминания о гибели Скви. Если так подумать… то паразиты ведь вроде моих фамильяров, которыми я управляю с помощью Сродства. Смогу ли я устроить с ними резонанс, как с обычным фамильяром? И сколько их поместится в оболочке? Любопытно.

Перед сном я активировал свой обновленный Сэнс. Ранее трогать боялся, поскольку аурный орган претерпел колоссальные изменения, и многие заплатки еще не усвоились моим возвышением. Ого! Радиус обнаружения вырос раза в три! В основном это достигалось за счет повышения чувствительности к тонким отголоскам энергии и фильтрации помех. Теперь разрешение моего Сэнса стало достаточным, чтобы почуять почти любой крохотный орган паразита. Или гончую на таком расстоянии, на котором она меня попросту не чуяла. Или очень слабые частички эфира стихии света, что позволяло мне приблизительно определять время суток. Великолепно.

Разбудила меня атака какой-то заблудшей гончей. Я не успел вовремя прикрыться щитами или активировать движки. Астральная тварь столкнулась со мной и попыталась пробить ауру, что у нее получалось из рук вон плохо. Свежепостроенные защитные оболочки: гибкая, упругая и монолитная (черви-монолиты к данной оболочке не подошли, как ни странно) показали себя выше всяких похвал. Первый удар оставил лишь царапину на внешнем слое, а затем я активировал залпострел, крепившийся к моей ауре. Гончую окатило эфирными струями, нас с ней отбросило в сторону. Далее я привычной тактикой выставил между нами серию щитов и последовательно забил неприятеля залпострелами и простыми паразитами. Ну вот, даже поспать не дают.

Подумав, я решил вернуться к Сэнсу. Опытные эсперы использовали еще и авто-Сэнс, которые сам выставлял защиту в случае угрозы. Данный вариант в моей ситуации, когда я больше полагался на маскировку, не совсем подходил. Но я слышал, что эсперы могут сформировать Сэнс, который и во сне обеспечивает защиту. Мне не нужна активация заклинания, достаточно просто разбудить в случае приближения цели. Поэтому я начал медитации на развитие Сэнса в нужном мне направлении. Заодно и дальше улучшая его чувствительность. Сэнса много не бывает. Я, конечно, почти не разбирался во всех этих аурных механизмах. Откуда о них известно моему возвышению – вопрос, над которым ломают головы многие изыскатели. Возвышение тесно связано с душой, которую исследовать практически невозможно. Не мне искать ответы на подобные вопросы. Мое Сродство не имело ничего общего с душой, восстановление ауры никак не затрагивало мою душу. Как мне кажется.

Я заметил, что у меня стали появляться странные мысли. Иногда я отвлекался на совсем уж незначительные мелочи. Просто летал, рассматривая разных астральных обитателей и иногда подшучивая над гончими. Разговоры с Прилипалами не способствовали возвращению к нормальному состоянию. В общем, я стал замечать, что со мной что-то не так. Если сразу после смерти я списывал все на шок и смену формы жизни, то теперь начал осознавать. Дело в поступающем эфире от спиральщиков. Он не был стопроцентно идентичен моему внутреннему, представлял очень грубую замену. Спиральщики все же могли изменять эфир в довольно ограниченном спектре. Переработанный эфир позволял моей ауре функционировать, но медленно отравлял Сознание. Не только Сплетение и другие органы, но и мое Сознание им питалось. Это один из наиболее сложных органов ауры, и даже с улучшенным Сэнсом было непросто подметить изменения и разрушения. Все это было на уровне неясных ощущений и догадок. Возможно, мне просто казалось.

Двиэль, трибун Меддер Джу-сен

Магиструс четвертого отдела Аспекта Контроля бесстрастно наблюдал за проводимым допросом. Мастер-псион умело допрашивал ученика академии, стараясь не давить, дабы не вызвать скандал. Допрашиваемый являлся членом высокого клана Астонис, прямиком из главной ветви. По докладу школьного психолога имел серьезную предрасположенность к «темному» Безумию Довольства. Оказывал серьезное давление на свой класс. Психолог подозревала многочисленные акции запугивания, позволяющие ему выходить сухим из воды после большинства его проделок. Был не в самых дружеских отношениях с искомым Эваном Сотвалле, судя по последним отчетам психолога. Ученик явственно нервничал под пристальным вниманием мастер-псиона, чья дымчатая энергия разлетелась по всему помещению, не давая Астонис ни единого уголка спокойствия. Разумеется, глубоко лезть мастер-псион не имел права: допрашиваемый был кроме клановой принадлежности несовершеннолетним, к тому же не имел за собой никаких серьезных преступлений. Поэтому многие его выходки останутся в тайне. Четвертый отдел не интересовали отдельно взятые случаи Безумств. Составить рапорт Аспекту Здравия – пусть у них самих голова болит.

Как и предполагалось, ничего существенного Астонис не было известно. Сотвалле вообще был очень замкнутой и необщительной личностью. Впрочем, чего еще ожидать от Безумия Одиночества? Однако для чего он понадобился тану ректору Рюйго и тану Валкруббу, ныне бесследно исчезнувшим? Меддер не имел ни малейшего представления. Была разве что единственная тонкая ниточка – показания школьного волшебника, тана Жавьена. Он утверждал, что у Сотвалле обнаружилась феноменально высокая скорость восстановления ауры. Медик даже вызвал его лечащих специалистов из клана Ликовинд, танов Стамофера и Гилля, которые прибыли спустя всего пару дней после пропажи пациента.

Однако мотивы все равно не складывались. Предавать Вайс и искать протекцию на другом Острове? Неужели обнаруженное ими стоило того? Нет, больше походило на то, что ректору нужно было избавиться от свидетелей. Это подтверждало его необычное поведение, замеченное помощником ректора по учебной части, таном Эрнетом.

Обычно пропажей эсперов занимался второй отдел Аспекта Контроля. В некоторых случаях подключался третий. К Меддеру согласно его же последним распоряжениям стекалось множество отчетов по всем странным случаям. И данное дело чем-то его зацепило. Слишком высоко сидел Амассу Рюйго, слишком обширные связи имел в своем клане и не только. Ради чего он мог бросить все одномоментно? Причина должна быть поистине веской. Есть, конечно, вероятность, что его кто-то по-тихому убрал, но трибун был склонен довериться чутью тана Эрнета. Рюйго определенно был в чем-то замешан. Отдаленно напоминало случай Торана – весьма уважаемого и сильного мастер-шамана, в один момент резко поменявшего привычное поведение. Ну и наличие его дочери Леоки в классе Сотвалле также сказалось на том, что трибун решил заняться делом лично. Впрочем, последнее он считал в большей степени совпадением – отчеты по Леоке Брейсс не выявили каких-то откровений.

Свидетели утверждали, что видели, как Валкрубб, Сотвалле и Рюйго садились в личный ректорский вихрелет. Причем Сотвалле находился в крайне подавленном состоянии, как уверил один из очевидцев. Его опоили дурманом? Что же скрывалось за посредственным на первый взгляд учеником-первокурсником? В архиве Контроля имелись заметки о случаях краж, но ничего достойного внимания. Разогнав Сознание, трибун свернул на достаточно неожиданное направление. Вискуччи. Правящий дом на территории Джузенни, с которым у официальной власти случился конфликт много лет назад. Чуть ли до переворота не дошло. Вискуччи – древний род, имевший значительные права на престол, но их обошел Джакопо. Сейчас Вискуччи считаются полностью уничтоженными. Возможно ли, что один из наследников уцелел? Меддер не одобрял подобной зацикленности джузеннийцев на передаче власти и полномочий исключительно своим прямым потомкам. На Вайсе в первую очередь решали твои личные способности, хотя и случаев коррупции, семейной и клановой протекции было немало. Прошло уже три десятка лет с гибели дома Вискуччи. Имеет ли смысл использовать наследника для возрождения захиревшего рода?

Трибун отбросил гипотезу, решив поручить проверку подчиненным. Биологические и аурные образцы ученика были в наличии. Необходимо раздобыть образцы кого-то из Вискуччи. Может быть, у Изыскателей где-то хранится кусочек-другой. Конечно, по ним невозможно точно определить родство между дальними родственниками – слишком велика значимость мутаций и возвышения, особенно среди эсперов. Но пусть попытаются.

Покинув временную допросную, Меддер двинулся к кабинету, где находилась Джина Ромили, дававшая показания при появлении новых вопросов. Школьный психолог выглядела подавленной. Ее можно понять. Смерть члена клана Бе-ко-фе от заклинания дочери Торана Брейсса поставила ее карьеру под угрозу. Теперь же Меддер почти не сомневался, что женщину ждет увольнение. Хотя конкретно в данном случае особой вины за ней не числилось.

– Тан трибун! Вы узнали что-нибудь новое?

– Не особо, тин. Вы ведь в курсе, что Астонис систематически издевался над Сотвалле и другими одноклассниками?

– Я принимала все возможные меры, тан! Но что я могла поделать?!

– Что ж, отчет от мастер-псиона набрался внушительный. Возможно, его на год-другой отправят в Ин-дарт, это уже не мне решать.

– Как же так… – со вздохом протянула психолог. – Этот курс был худшим из всех, что мне только доводилось видеть…

– И все-таки, вы имели возможности проявить большую активность и настойчивость, тин.

– Нет! То есть… вероятно, вы правы, – глухо обронила Ромили, опустив глаза в пол.

– Возможно, у вас есть еще, что можно добавить по нашему делу?

– Сожалею, трибун. С таном ректором я виделась редко. Тана Валкрубба знала плохо. Представить не могу, что могло произойти…

– Благодарю, тин Ромили. Вы очень помогли нам. Всего вам наилучшего.

– Взаимно, тан Чжу-сен…

– Сотвалле? – переспросил Шугго Брейсс, преподаватель теории магии. – Ничего особого по нему сказать не могу. Мозги есть.

– Вот как? Разве вы с ним не находились в натянутых отношениях? – поддел Меддер.

– Разумеется! Этот идиот потащился в юниорскую академию с аурной травмой! Нет, вы только представьте, тан трибун! У него не было ни единого шанса пройти практические экзамены. В теории у него также были пробелы, но учился он быстро. Я, вуйл побери, не от хорошей жизни здесь который год ошиваюсь! Пока не поправлю ауру, проку от меня в полевой работе нет. Меня раздражает, что разные наглецы лезут туда, где им быть не положено. Лет через десять-пятнадцать, когда бы он восстановился до приемлемого уровня, я бы и слова ему не сказал. Но нет, вздумалось ему поступать именно в таком состоянии!

– Однако к концу семестра ему удалось восстановить Сэнс и Средоточие?

– Повезло, – буркнул Шугго недовольно.

– Что-то еще?

– Я уже все выложил вашему псиону, трибун.

– Ваше личное мнение и предположения?

– Мнение? Сотвалле и Валкрубб мне никогда не нравились, – беспечно заметил представитель рапторов. – Полагаю, что-то могло произойти во время учебной поездки в Пятно.

– Почему вы так решили?

– Больше каких-то значимых событий в последнее время не было. Валкрубб должен был принимать практические экзамены у первокурсников, но не явился. Вероятно, в той поездке они последний раз контактировали.

– Интересно. Можете ли вы рассказать подробнее про поездку?

– Вам лучше спросить тин Замали, они с Валкруббом были ответственными.

Колдунья Замали действительно припомнила, как Сотвалле обращался к ней по поводу увиденного в Пятне, но учительница не придала его словам большого внимания. К ней каждый час подходили ученики с вопросами, особенно те, кто посещал Пятно впервые. В тот раз она отправила его именно к Валкруббу.

Это была зацепка. Немногочисленные свидетели утверждали, что вихрелет ректора двинулся на северо-запад. Дальше движение судна отследить не удалось, к сожалению. Примерно в той стороне от Блайншвика располагалось Пятно Страха. Обыскивать Пятно в поисках улик – затея бесполезная чуть более, чем полностью. Даже найти следы лагеря после прошедших недель будет невозможно, не говоря уже о телах. Животный мир Пятен суров, он не оставляет следов. Мощное гравитовое излучение также надежно скрывает оставшиеся эфирные искажения после битв эсперов.

Трибун отдал распоряжение прошерстить Пятно, не особо надеясь на результат.

Спустя несколько дней Меддер восседал за большим овальным столом на внеочередном совещании магиструсов Аспекта Контроля. Складывающаяся ситуация заставляла серьезно задуматься. Хотя и не все подходили к ней, как к проблеме.

– Что с того, что идет спад криминальной активности? Это естественный процесс. Из-за беженцев с Сандарки нам пришлось попотеть. Но теперь напряжение спало, многие вернулись на атолл. Мало ли куда члены банд снимаются. В пираты подаются? Или наемниками на другой Остров. Зачем нам переживать о них?

– Затем, что мы до сих пор не знаем причин. Разведка не нашла следов пребывания большого числа наших граждан на других островах и пиратских коммунах, – парировал второй магиструс первого отдела.

– По грубым подсчетам исчезла почти пятая часть банд. Это не просто бандитские разборки. Не осталось ни трупов, ни погромов. Да в трущобах даже пустые кварталы стали попадаться! Тан Вонсмелл, мы обязаны знать причины. Причем, пропадают не только лервы, но и эсперы. В основном юниоры и приоры, но сигнал все равно очень тревожный.

– Тан Чжу-сен, вы полагаете, исчезновение тана Рюйго как-то связано с этим?

– Да. Пока что я придерживаюсь версии Пятна в его деле. Если принимать во внимание банды, то неясно, что могло их привлечь. Лес, плодородная почва, звери – все это не облагается большими налогами. Они могут вполне законно заниматься промыслом.

В зале повисло молчание.

– Гравит? – неуверенно предположила третий магиструс первого отдела, молодая женщина-лерв.

– Очень сомнительно, – протянул Меддер. – Для кражи гравита в Пятне требуется широкая сеть, эсперы и лервы с развитой аурой, налаженное крупное промышленное предприятие по добыче и транспортировке. Однако нельзя сразу исключать данную версию. Я уже направил приказы охранению Пятна Страха, туннельщикам и Аспекту Обороны, но есть вероятность, что контрабандисты уже сменили место деятельности. Второй и третий отдел, нам с вами следует заняться доскональной проверкой всех Пятен. Распоряжение будет подписано Префектом на днях.

В зале сразу стало шумно. Некоторые возражали Меддеру, напоминая о недопустимости распыления сил Аспекта Контроля, другие задавали вопросы, уточняя задачу. Тан Балседис Ву, магиструс третьего отдела, резонно заметил:

– Таны, мы с вами вот уже одиннадцатый год не можем поймать Крота. Каким образом мы собираемся вести подземные поиски? Оба наших арха стихии земли, мягко говоря, не относятся к боевой направленности. Юниоры и приоры до наступления критичных холодов будут заняты на полях. Мастера до сих пор восстанавливают Сандарку или срывают грунт на возвышенностях Вайса. Кто будет прочесывать землю в Пятнах?

– Это одна из проблем, Балседис. Я обсужу вопрос с Префектом. Сейчас я готов выслушать ваши конструктивные предложения, таны и тины. Каким образом нам провести глубокий обыск почти пятой части площади Вайса?

Где-то в западной части территории клана Рюйго.

Не знаю почему, но Сэнс меня зацепил надолго. Прошло двенадцать дней с начала моей второй попытки заняться им всерьез. Теперь я научился чуять смену дня и ночи, даже с учетом возможной облачности. К слову, на сон уходило около шести-восьми часов, определить время точнее по степени концентрации эфира света сложно. Я не остановился, пока не понял, что все основные узлы и каналы разработаны и не требуют существенных улучшений. Дальнейшие совершенствования будут давать прирост, но незначительный. Ну и еще одним немаловажным фактором явилось то, что Сэнс стал поистине огромным – он затмевал собой все прочие органы. Сплетение еле справлялось с управлением им. Да еще и потреблял прорву эфира. Мне пришлось расширять Сплетение и привлекать новые колонии спиральщиков. По сравнению с тем временем до начала моих медитаций количество спиральщиков выросло на порядок как минимум – моей разросшейся ауре требовалась мощная подпитка. Радиус Сэнса же вырос еще примерно в полтора раза. Немного, по сравнению с первоначальным трехкратным улучшением, но в противостоянии с другим эспером один-единственный дополнительный ярд Сэнса может спасти тебе жизнь. Хотя опять же, если эспер использует маскировочные оболочки и глушит собственные излучения, то такая аура будет представляться в чуянии черной дырой. А уж если он способен пропускать через себя любые дикие волны, то станет совсем невидимкой. Однако некоторые потоки пропустить через свою ауру было проблематично, как я слышал. Я надеялся, что новый улучшенный Сэнс позволит мне обнаруживать любых скрытых эсперов.

Сейчас я в легкую добивал чуянием до земли. Хоть от Пятна с его усиленным эфирным фоном я отдалился, но уверен, что и там бы не оплошал. Я постоянно натыкался на разные людские поселки, но близко не подлетал, опасаясь, что меня заметят. Пускай в лервских угодьях эсперы водились редко, я иногда с ними пересекался. К моей вящей гордости, я замечал их первым с помощью Сэнса и умело избегал сближений.

Моя аура заметно потяжелела, но мне все равно не хватало веса опуститься до самой поверхности. Со скрипом мне удалось добиться заполнения своего Средоточия внутренним эфиром. Пришлось сформировать с помощью червяков и возвышения несколько дополнительных каналов к Смешению. Так я мог передавать значительные объемы эфира из Сплетения в Средоточие через Смешение. Однако практика показала, что мой внутренний эфир практически бесполезен. Он крайне разреженный и не спешит концентрироваться, несмотря на мое улучшенное Сплетение. Для передвижений он также малопригоден.

Размышляя над дальнейшими планами, я двигался вдоль канала или речки, не забывая осматривать округу пассивным Сэнсом. Стихия воды поблескивала в моем Сознании слабыми голубыми искорками. С новым Сэнсом мне открылось много деталей и особенностей. Эфир был неоднороден. В воде, например, присутствовали элементы стихии земли, воздуха и еще множество разных малозаметных эфирных образований. Для такой детализации приходилось осторожно применять активный Сэнс, когда я был уверен, что никого нет поблизости.

– Первый, как думаешь, мне теперь Смещением заняться? – задумался я.

– Давай-давай! – ответил мне Прилипала.

– Ну не знаю. Может Средоточие расширить?

– Давай!

– Бесполезная тушка. Дай мне хоть один нормальный совет!

– Дай-дай-дай!

– Ох, смотри-ка, вихрелет с эсперами на борту. Интересно, кланы или Аспекты?

– Давай!

– Не переживай, они слишком далеко и не смогут меня обнаружить. Не зря я ведь налегал на маскировку.

– Иди-иди! – ответил вдруг другой Прилипала.

– Второй, а ты что в нашу беседу вмешиваешься? Не видишь, я с твоим братом разговариваю? Как вы до сих пор живете? Все ваши младшие собратья давно поделились. Сколько ж вам эфира надо набрать, проглоты?

– Дай-дай-дай!

– Да замолкните уже… Хм.

Я остановился над руслом реки на высоте примерно пятидесяти ярдов – здесь на таком расстоянии проходила основная граница эфирных излучений от поверхности Острова. То есть, на данной высоте располагался ковер из Аннелидо, с которыми я старался держаться рядом.

Что-то было не так. Я тщательно осмотрелся, подмечая любые несоответствия. Правда, такой мощный Сэнс был для меня в новинку, и вопросы возникали постоянно. Поодаль в стороне, выше меня примерно на двадцать ярдов, висело неизвестное образование. Мне так показалось, по крайней мере. В чуянии виднелись лишь незначительные искажения эфира. Со старым Сэнсом я бы их точно не заметил. Никакой аурной цепи или следов физического тела не чуялось. Значит, не эспер. Неужто гончая, способная так мастерски маскироваться? Это интересно.

Я уже не боялся гончих. Даже самые большие особи не представляли особых проблем. Тактика отработана, пополнять боезапас из паразитов несложно. А с новыми мощными защитными оболочками я им был не по зубам. Осмотрев округу Сэнсом, я приметил множество лервских хозяйств по обе стороны реки или канала. Ни одного эспера рядом не было. Поэтому я решился включить активную часть Сэнса на незначительную мощность. Особая волна плохо проходила сквозь плотные ауры, что посредством эфирного эха давало много детальной информации и помогало раскрывать замаскированные сущности. Чем-то напоминало сонар, имеющийся у некоторых видов птеров.

Оп, эфирная струя в момент преодолела разделявшее нас расстояние, пролетела чуть дальше и сошла на нет по естественным причинам. Данные вышли странные. Я подтвердил наличие наверху неизвестного объекта. Он не отражал эфирного эха совершенно, но пропускал через себя активную волну хуже, чем окружающее его пространство. В результате Сэнс передал в мое сознание картину блеклого участка шарообразной формы.

Пока я раздумывал над тем, следует ли мне послать еще несколько волн, сблизиться или убраться подальше, шар начал действовать. Быстро, без какой-то видимой подготовки или предупреждения он выпустил короткую и мощную волну из черных сгустков. Я не успевал среагировать, да и сомневаюсь, что мог помешать атаке в том случае, если бы мне дали время. Задействованные движки чуть запоздали. Темный эфир вонзился в меня и проник в центр ауры. Защитные оболочки пси-энергия прошла играючи, что и не удивительно. Однако легкость, с которой заклинание прошило мою ментальную, лабиринтную и цельную оболочки вызвало недоумение. Но лишь на краткий миг. Затем мой разум заволокло дымкой.

Я обнаружил себя находящимся в неизвестном месте. Сознание нещадно ныло. Какого вуйла, спрашивается?! Что произошло? Меня атаковал псион? Память о последних минутах находилась в раздрае. Я вроде бы что-то собирался исследовать, а затем темнота. Но как они смогли обойти мои оболочки?! Я ведь не просто слегка восстановил защиту. Я хорошо помнил свою беспомощность перед Калемом, поэтому постарался как следует. Ментальная оболочка являлась самым внешним слоем, должна была ослабить большую часть пси-эфира. Лабиринтная оболочка, если упростить, шифровала каналы и сигналы, с помощью которых мое Сознание получало информацию и управляло аурой. Дабы пси-заклинание не проникло через незащищенные входы. Вроде как. Цельная оболочка представляла собой последний рубеж обороны, закрывая полностью все мое Сознание. Она должна была выдержать! Должна! Хоть я и не проверял на практике…

Ну и последняя оболочка – это защита Сознания. Скорее не оболочка, а отдельный небольшой орган в Сознании, ответственный за выведение чужеродного эфира из каналов. Нечто вроде насоса и фильтра, процеживающего мой внутренний эфир и вымывающего все лишнее. Защита Сознания располагалась вплотную к самому Сознанию, и мне пришлось скрыть неприязнь и поступиться своими принципами не допускать паразитов близко. Без Аннелидо усовершенствование бы шло месяцами или годами.

Похоже, я оказался слишком беспечен и самоуверен. Мне нужно еще больше защитить свои ментальные оболочки. Так, чтобы ни единый чернильный сгусток не проник внутрь! Проклятые псионы. Вроде бы ничего важного я не потерял и не забыл. Даже кое-что помнил о странном замаскированном объекте. Может, с моими оболочками все в порядке, и мне просто не повезло наткнуться на арха? Вроде бы на Вайсе нет архи-псионов. Сильный мастер или иностровной разведчик? Но как тогда он так умело спрятал аурную цепь и свое тело? Или это было какое-то новейшее изобретение механиков? Вообще про астрал я знал очень мало, поэтому всякое возможно.

Следующие несколько заходов бодрствования, в среднем из четырех дней, я провел за совершенствованием моих оболочек. Хрена с два я еще позволю кому-то манипулировать моим Сознанием, эмоциями или воспоминаниями. Я и так потерял многое после смерти.

Моя аура по моему субъективному мнению стала напоминать ауру взрослого опытного эспера с некоторыми перекосами. Средоточие значительно отставало, Сплетение было весьма достойное, зато по Сэнсу и оболочкам я мог дать фору многим. Ну и за Смещение еще даже не брался. Не то, чтобы я ранее был знатоком аур эсперов – как следует попользоваться Сэнсом в Двиэли мне не довелось. Плюс большинство взрослых в той или иной степени использовали маскировочные оболочки, сквозь которые мой слабенький Сэнс не чуял.

Теперь, будто зная, куда смотреть, я начал встречать аналогичные замаскированные объекты чаще. Они не нападали и ничего не предпринимали, правда, в последующие встречи я довольствовался пассивным Сэнсом и держался на приличном расстоянии. Возможно, они просто не могли меня учуять на такой дистанции. Гадские «псишары», как я их окрестил.

Потихоньку я позволял себе приближаться к крупным городам, наблюдал издалека за эсперами и лервами. Найти заселенную землю на Вайсе легко – она практически везде, за исключением Пятен. Жаль я не понимал, где конкретно нахожусь. Ни услышать разговоры людей, ни узнать, что написано на вывеске. Даже прочитать газету в таком состоянии было невозможно. Я лишь слегка разбирался в местности родного Пятна Грома, поэтому не представлял себе, где именно оказался.

Чувство дискомфорта из-за чужеродного эфира появлялось все чаще и чаще. Сознание сбоило. Я иногда бесконтрольно засыпал, а очнувшись, не помнил, что делал до этого. Мне нужен человеческий эфир. По крайней мере, я надеялся, что мне подойдет человеческий. Зверей можно отбросить сразу: у них иное строение аурной цепи. Сомневаюсь, что смогу адаптировать свой огрызок цепи под животные нужды. Большинство из них и Сознания не имеют. Лервы – также не самый удачный вариант. Слишком плохо разработана аурная цепь, слишком короткая – они ведь никогда не путешествуют в астрал. Боюсь, что не смогу соединить свою ауру с телом.

Ладно, мне нужен свежеубиенный эспер, желательно шаман. Или какой-нибудь несоображающий овощ с поврежденным Сознанием и разумом. Кто б мне такой подарок сделал? Эсперов на Вайсе не казнили. Публично, по крайней мере. Ха, было бы довольно забавно вселиться в тело только что убитого эспера только затем, чтобы тебя казнили повторно.

На всякий случай я решил заняться разработкой цепи. Вдруг мне повезет, и я наткнусь на подходящее тело? Все-таки я старался чтить заветы Гайи. Непросто принять решение лишить жизни ни в чем не повинного человека. Хоть и мотивация имелась стоящая – моя собственная жизнь. Около недели ушло на то, чтобы восстановить себе достаточно длинную и крепкую аурную цепь. Это был сложный процесс, затребовавший множество различных видов паразитов. Аурная цепь ведь не только передает эфир, но и обеспечивает связь телесных органов чувств с Сознанием.

Следующим пунктом шло Смещение. С ним я справился за сутки. Моментное Смещение было мне пока без надобности, обошелся обычным небольших размеров. Внешне оно ничем не напоминало орган спиральщиков.

Промучившись несколько часов, я так и не смог обработать свой внутренний эфир. Это был полный провал. Похоже, не существовало органа, который бы менял спектр столь радикально. Следующим шагом я принялся за дрессировку Аннелидо: дал приказ части спиральщиков вырабатывать эфир, максимально схожий с шаманским духом. То, что получалось на выходе, назвать духом можно было лишь с очень большой натяжкой. Я не мог им как следует управлять, однако в Средоточие запихать удалось. И снова со Смещением возникли сложности. Похоже, ему не нравился имеющийся тип эфира. Замкнутый круг какой-то. Если бы не скорость моего возвышения, я бы наверняка бросил затею. Ведь на выращивание нового Смещения или модернизацию старого требуются годы. Только я мог справиться с подобной задачей за несколько дней. Представляю себе разочарование эспера, который потратил годы непрерывных медитаций, но по итогу получил совершенно бесполезный орган.

Ладно, мне снова пришлось расширять Сплетение. Новая версия Смещения вышла какой-то донельзя монструозной, переплюнув даже Сэнс. Моя текущая аура по средним показателями, была на уровне мастера, как мне кажется. Вот только фактически вряд ли я дотягивал до такого звания. У меня было мало практики пользования собственной аурой, я каждый день открывал новые грани. Плюс аура моя развивалась крайне неравномерно, с большими перекосами. Возможно, что построенный мной Сэнс был излишне громоздким и только зря тратил дополнительный выделяемый эфир. То же можно сказать и про Смещение. Возможно, было более изящное или простое решение? Я просто не знал и не имел возможностей спросить у кого-либо.

Через некоторое время я запустил обновленное Смещение, направив его усилия на переработку недо-духа в резервуаре Средоточия. Получающийся эфир складировал во втором пустом резервуаре. Да, на выходе получился дух! Причем, именно мой привычный дух! На этом приятные новости заканчивались. Скорость переработки эфира Смещением была низкой. Образовывалась куча отходов в виде негодного эфира серо-гнилого цвета. По грубым прикидкам выходило лишь около пятой части от первоначального объема.

Я снова дал задание спиральщикам, теперь имея четкий образец «правильного» духа, но паразиты не смогли поставить аналогичную энергию. Похоже, их спиральный орган имеет свои ограничения при переработке дикого эфира. Лишь двойная фильтрация и перегонка – сначала паразитов, затем моя, смогла привести к хоть какому-то успеху. Хм-м, сомневаюсь, что кто-либо сможет использовать подобную технологию. Без Сродства с паразитами, первоначальный эфир в любом случае не получить.

У меня сразу возникла дельная идея – создать Смещение, которое бы повышало качество моего внутреннего эфира. Это бы положило конец моим мучениям и мягко подбирающемуся сумасшествию. Ничего не вышло. Возвышение не могло построить Смещение нужного мне типа. Либо во мне не хранилось необходимой информации, либо это было невозможно в принципе.

Было еще много более мелких идей и экспериментов, не принесших значимого результата. На самом деле работы тут непаханное поле. Если бы мое Сознание еще не выкидывало разные фортели и не забывало только запомненную информацию.

Я переключился на Средоточие и на его наполнение. Смещение работало на максимум. Я добавлял новые резервуары, расширял Средоточие и Смещение. Колония спиральщиков покрыла все доступные участки моего Сплетения, поставляя дух на переработку. У взрослых эсперов до двух десятков резервуаров. У тех, кто нацелен на боевое развитие – до сотни. Так мне говорили. Приснопамятный «друг» Бъерн, без пяти минут юниор-волшебник, упоминал однажды, что у него двадцать семь сот.

Параллельно я исследовал поселки и города, надеясь наткнуться на гибель эспера. Когда я раздумывал над разными мелочами вселения, чуть не хлопнул себя по лбу. Что если я прицеплюсь к мертвому телу или значительно поврежденному? В таком случае мне необходим запас ци. Я не умел пользоваться ци, но вроде бы даже полный бездарь способен закрыть рану, если будет иметь в своем распоряжении нужный тип эфира в достаточном количестве. Так что свой первый крохотный (относительно последующего) вариант Смещения я поставил на переработку духа в ци. Энергия шаманов – наиболее универсальная из всех, поэтому отходов было не так много. Скорость была приемлемой.

– Выходит, эфир тройной перегонки, да, Второй?

– Да-да-да!

– Спиральщики из дикого эфира в «грязный» дух, затем большое Смещение в «чистый» дух, после чего малое Смещение переводит в ци.

– Ци-ци-ци!

– Интересно, Средоточия в три сотни сот мне хватит? Или лучше сделать побольше резервуаров? Или наоборот не выделяться и не отсвечивать?

– Хватит-хватит-хватит! Две сотни хватит!

– Две сотни? Хорошо, Второй. Надо же, иногда и вы можете давать дельные советы, – мысленно похвалил я. Братья-Прилипалы довольно задергались в своей «люльке».

Глава 3

На Средоточие у меня ушло две недели. За время возвышения успел заполнить все резервуары. Уходило приблизительно по полчаса на каждое. Очень долго, но другого способа добычи качественного эфира не придумалось. Сто семьдесят я определил под дух, двадцать пять под ци и пять под свой внутренний эфир – про запас. Последнее позволит моей ауре функционировать долгое время в случае, если спиральщиков с моей ауры сметет или размажет. Или мне придется подниматься в верхние разреженные слои, где спиральщикам было сложно кормиться, а значит и поставлять нужный эфир.

Заполучив такую прорву духа, я взялся за тренировки. Главное – я наконец-то мог передвигаться по астралу как эспер, а не ползать, как нализавшийся в трактире пьяньчуга. Сложно сравнивать, но мне кажется, летать получалось довольно быстро. Помогало развитое Сплетение, способное с силой выталкивать сразу большое количество духа, а также отталкиваться от него же, распыленного в пространстве. Да, подобное возможно только с аурой – физическое тело таким образом фиг сдвинешь с места. Был и один весомый минус, как в прямом, так и переносном смысле. Моя располневшая аура весила во много раз больше старой. Она стала тяжелее, поэтому на движение приходилось тратить больше духа. Впрочем, с моим запасом не критично.

Радость от долгожданной возможности полета омрачалась тем, что полет был фальшивым. Без органов чувств не было тех самых ощущений. Больше напоминало плавание в воде. Или невесомости, не знаю. Я мог взбираться на самые верхние разреженные слои или опускаться к самой земле. Ради интереса я попытался войти в толщу грунта. Не без труда, но мне это удалось. Правда, чем глубже, тем больше усилий приходилось прикладывать. Гравитовое излучение на глубине выглядело даже мощнее, чем на поверхности Пятна, оно охотно выталкивало меня прочь. Ощущения были такие, будто плаваешь в чуть более плотной субстанции, чем обычно. Моя аура с трудом проходила через твердый и неподатливый эфир земляной стихии.

Теперь гончие казались мне безвредными, медленными и неповоротливыми каракатицами. Хотя к псишарам я приближаться не рисковал. В целом было сложно перестроиться психологически. Мне все еще казалось, что я прежний увечный ученик, неспособный на простейшие заклинания. Я не мог принять, что моя новая аура на уровне умелого взрослого эспера. Наверное, это к лучшему. Я буду более осторожен в случае столкновений с другими эсперами.

Полетав по округе, я обнаружил достаточно крупный город. Явно меньше Блайншвика, но деревней его не назовешь. Даже с таким поселением мне приходилось держать Сэнс востро: разные летающие фамильяры и птерьи наездники, многочисленные вихрелеты и воздушные эсперы. Пространство над городом временами становилось оживленным местом. Кто-нибудь мог случайно засечь меня. В центр я не совался, обитая на окраинах на высоте более полутора-двух сотен ярдов. На такой дистанции мой Сэнс более-менее улавливал картину внизу, а вот меня вряд ли кто мог заметить. Из-за гравитового излучения острова эфир с гораздо большей охотой двигался в попутную ему сторону, и быстрее стихал в обратной.

Состояние мое было еще терпимым, так что я предпочел наблюдать. Было в какой-то мере забавно следить за людьми и животными внизу, пытаться понять, чем именно они заняты, представлять их разговоры и действия. Хорошо удавалось различать драки: когда какая-то из аур резко падала к поверхности, и ее начинали пинать другие ауры. Хотя, возможно, человек просто поскользнулся, и ему помогали подняться. Периодически астрал над городом патрулировали колдуны, но я старался сразу отходить, только почуяв активные волны чужого Сэнса, так что близко не познакомился с ними.

Изучив вблизи несколько лервов, я понял, что даже тело имеет в себе множество крохотных эфирных элементов. Настолько незаметных и испускающих так мало эфира, что даже мой Сэнс на дальнем расстоянии их не видит. Ауры по сравнению с ними светились ярче костра на день равноденствия. Вообще, многие материальные вещи были невидимы или плохо различимы Сэнсом – дикий эфир проходил через них, почти не задерживаясь и не оставляя эха.

Я стал «чуятелем» смерти лерва. Его жалкое подобие ауры выбросило наверх на границу эфирного слоя. Оболочки лерва трепыхались без какой-то видимой цели. Несколько Аннелидо сделали попытку прорваться на нижний слой и прицепиться к добыче, часть – успешно. Я без особого сочувствия наблюдал за тем, как аура быстро хиреет без подпитки и из-за набросившихся голодных червей, а затем и бесследно растворяется. Пусть твой путь к Небесам будет чист и безоблачен, незнакомец. Судя по чуянию, у данного лерва не было развитого Сознания, а значит всплывшие оболочки являлись просто пустым панцирем. Вот значит, как происходит типичная гибель лерва. Интересно, как умирают разные эсперы? С мощной аурой, особенно в случае полного резерва, они могут довольно долго еще прожить в астрале. Есть ли среди них кто-то с таким же Сродством? Или они нашли другой способ восполнения энергии?

Ну, если совсем станет худо, можно попробовать вариант лерва. Вряд ли моей ауре что-то грозит, поэтому можно и попытаться. С другой стороны, тела лервов оставляют желать лучшего. Я за свою жизнь никогда не болел, был сильным и здоровым – до аурной травмы. В академии быстро набрал форму. Эх, где же мое тело сейчас? С такими приятными чертами лица раньше, красивыми светлыми волосами и яркими зелеными глазами? С появившимися мускулами, закаленное в изнурительных противоядных и противоболевых медитациях? Оказывается, я по нему соскучился. Отличное у меня тело было. Если смогу найти хорошее новое вместилище, надо будет постараться беречь его. Хотя с моей формой существования и…

Вуйл меня за ногу! Определители! Контроль сразу объявит тревогу, как только я пройду через один из них. А ведь данные артефакты есть в каждом городе и в большинстве общественных заведений. Я уверен, что в моем случае разницу в отпечатках ауры покажут настолько огромную, что меня арестуют на месте.

Как же много мне надо еще учесть… Все граждане Вайса также имеют отпечатки ауры в базе. Однако мне было известно, что существуют и нелегалы. Жить им непросто. Одна ошибка, и тебя могут забрать полосатые, сразу выкинув с Острова. Ох-ох, ну почему не существует доступных справочников по присвоению чужого тела? Желательно написанного эфирными буквами, чтобы астральные существа вроде меня могли ее прочуять. Блин, сейчас бы почитать что-нибудь расслабляющее и отвлекающее от остовуйловшей ситуации. Но вместо этого я вынужден наблюдать. Наблюдать и ждать подходящего случая.

– Верно, Прилипалы?

– Не дрейфь, прорвемся!

Сегвейн, здание Верховного совета

– Как это понимать, таны и тины?! Откуда взялся огромный дефицит гравита?! Недостача за последние три месяца составила двадцать семь сотых процента от общих островных запасов. Вы осознаете масштаб проблемы? Четверть процента – это больше годового бюджета Аспекта Контроля, Хранителя вам в жены!

– Тин Префект, отчеты Аспе…

– Отчет Аспекта Благости был перепроверен трижды на множестве уровней! В нем было учтено перемещение большого количества гравита на восстановление Сандарки. Было учтено и снижение массы Вайса путем удаления грунта. Было учтено временное снижение эффективности Аспекта Поиска в первые месяцы. Но сейчас Аспект Поиска приносит большую прибыль в казну острова, идет разработка больших месторождений. И вместо профицита мы имеем дефицит в двадцать семь пунктов. Двадцать семь! Кто-то перестал ловить крысоидов, тан Чжу-сен? Что с расследованием террористических атак? Где результаты, трибун? Если так продолжится и дальше, я подниму вопрос о вашей отставке на следующем Совете!

Меддер нахмурил брови и уже собирался ответить, но первым подал голос его коллега, магиструс третьего отдела Аспекта Контроля:

– Осмелюсь заметить, тин Префект, именно тан Чжу-сен первым сопоставил пропажу членов банд, а также множество других мелких деталей, с контрабандой гравита. Контроль уже несколько недель занят масштабным и глубоким обыском Пятен при содействии других ведомств.

Трибун с легким удивлением кивнул Балседису, своему давнему знакомому. Их отношения нельзя было назвать дружескими. Однако магиструс третьего отдела был человеком принципиальным и не судил человека исходя из личного отношения.

– Да, мне докладывали ранее о проводимой операции, – поморщилась Мирна. – Но двадцать семь сотых процента?! Вы хотите, чтобы Вайс превратился в плавучий атолл?! Или, быть может, желаете отпилить еще часть острова? Поставить десятки тысяч наших граждан на грань выживания и изгнания?

– Тин Префект, Аспект Контроля делает все возможное, чтобы обнаружить утечку гравита, – спокойно произнес Меддер. – Я подготовил несколько предложений по расширению области поиска и привлечению всех возможных специалистов. В основном нам нужны сэнсоры и чародеи стихии земли. Предлагаю на время приостановить восстановление Хэкли-бэйс, а также привлечь личные клановые войска.

Аушвейс недовольно постукивала пальцем по столешнице. Меддеру подумалось, что «психи» не прогадали. Нынешний Префект была выходцем из не слишком богатой или влиятельной семьи. Она не была гением или сильным эспером, но этого от Префекта и не требовалось. Что у нее отлично получалось – мотивировать подчиненных, устраивать разносы за промахи или наоборот хвалить и награждать за удачные дела и упорный труд. Поговаривали, что этому она научилась у своей единственной дочери, которая росла весьма проблемным ребенком.

Трибун никогда не болел Безумием Власти и не особо цеплялся за свое нынешнее место. Ему было безусловно приятно встать во главе самого многочисленного ведомства, чувствовать ответственность и свою значимость, но он также прекрасно понимал, сколько дел все еще оставались нераспутанными. Его бзик не давал ему забыть о любом неразгаданном случае. Так что свое смещение с должности он бы принял достаточно ровно и даже с некоторым облегчением. Только вот достойных кандидатов на замену Меддер видел немного. Сейчас ему нужно показать реальные результаты.

– Хорошо, – хлопнула Префект по столу. – Мы обсудим ваши предложения в конце совещания, тан Чжу-сен. Аспект Благости, Аспект Изысканий, вам удалось определить конкретные места пропажи? Каким образом паршивцы смогли вывести такое количество гравита с Острова? Куда смотрит Аспект Обороны, в конце концов?

На окраине города Шинсвик, территория клана Рюйго

Неожиданно на границе действия моего пассивного Сэнса показалось сразу два псишара. Необычно. Данные конструкты не приближались к городам, держались рядом или в сельской местности. Да и при каждой нашей встрече они чаще всего парили на одном месте. А тут весьма активно перемещаются очень близко к крупному городу.

Я до сих пор терялся в догадках насчет них. Может, псишары являются частью обороны Вайса? Специально обученные эсперы или астральные гончие? Какие-то секретные артефакты? Если так, то выходит, что мне не стоит беспокоится. Однако их действия выбивались из данного предположения. Если судить по нашей первой с ними встрече, то они пытаются стереть память о них любому, кто их заметит. А заметить их очень непросто, с такой-то маскировкой. Удалить поверхностные, недавние воспоминания или эмоции с помощью пси-заклинаний проще, нежели старые. Атакуют ли они других эсперов или только астральные сущности? Если учесть, что их атака направлена на Сознание, то первоочередные цели – именно эсперы. Возможно меня за него приняли из-за активного Сэнса. А может они нападают на всех подряд, стирая память.

Размышляя, я очень осторожно следил за парой псишаров на максимально возможной для моего Сэнса дистанции. Они двигались без видимой закономерности. Я слишком расслабился. Сзади вынырнул еще один псишар. Я некоторое время не двигался с места, поскольку только так можно было поддерживать максимальный разрыв между всеми тремя существами. Псишары обменивались короткими и почти незаметными посланиями из черного пси-эфира. Неужели они кого-то разыскивают? Неужели… меня?

Спустя некоторое время один из шаров слегка приблизился и резко остановился. Я выругался про себя. Остальные два шара также остановились. Я рванул в сторону и вниз, стараясь обеспечить между нами максимальную дистанцию. Позади меня проискрило несколько выпущенных пси-заклятий. На такой дистанции по движущейся мишени им было непросто попасть.

Вуйл побери! На моем пути появилось еще пара шаров. Они заранее снизились, собираясь перехватить. Нет времени на долгое маневрирование – сзади тоже напирают. Я уклонился от одного темного заклинания, но второе попало в мою ауру. Ха! Не зря я провел много дней, работая над усилением защитных структур. Атака завязла в цельной оболочке, не дойдя до Сознания. Я выпустил мощный концентрированный пучок духа в противника, который стоял у меня на пути. Моя атака была всего лишь грубым ударом – примитивным и незамысловатым, однако я потратил на нее одну пятую своего резерва. Луч легко вспорол защитные оболочки существа и покромсал внутренности. Наконец я смог поглядеть на то, что скрывалось за его маскировочными оболочками. Человеческую ауру это не напоминало – единственное, что мне удалось уяснить. Времени разглядывать покалеченного противника мне не дали, бросаясь пси-заклинаниями. Я не стал испытывать на прочность свои оболочки и быстро покинул опасную область.

На счастье, псишары не были столь же мобильными, как моя аура. Или, возможно, это я был чрезмерно подвижен с моим усиленным Сплетением и большими запасами Средоточия. Другие эсперы-колдуны в основном путешествовали небыстро, не удаляясь далеко от своего тела, поэтому сравнивать мне себя не с кем. Полагаю, что, если бы проводились островные соревнования по скоростным полетам в астрале, я мог бы надеяться пробиться в финал.

Спустя несколько десятков минут я остановился, чтобы перевести дух и восполнить потраченную энергию. Это был мой главный недостаток перед другими эсперами – регенерация духа с помощью спиральщиков проходила преступно медленно. Наверное, даже при поступлении в академию, я быстрее производил эфир, чем сейчас. Я спрятался вблизи самой поверхности в какой-то канаве между двумя лервскими владениями: во-первых, тяжелый земляной эфир заметно снижал радиус обнаружения Сэнсом, во-вторых, мои червячки кормились вдоволь в насыщенном нижнем фоне и охотнее делились энергией. Я спрятал основную часть своей ауры в канаве, наверх же лишь вытянул пару тонких отростков Сплетения, имеющих чувствительные датчики Сэнса. Так я отлично чуял окружение, но меня можно было почуять, только подлетев ближе.

Ничего необычного не произошло. Псишары на горизонте не чуялись. Я успел пересчитать все население окружавших меня хозяйств: не только лервов, но и касов, пазов и даже регов. У регов была очень слабая аура, и мне с трудом удавалось их чуять на расстоянии. В одном касе неподалеку я обнаружил странное паразитическое образование. Будто бы что-то прицепилось к основной ауре и тянуло из нее энергию. Дошло до меня довольно быстро. Касы в отличие от большинства ящеров и птеров были живородящими. И сейчас эта конкретная особь была беременной.

Что-то мне не очень понравилась тенденция с проклятыми надоедливыми астральными шариками. Что если ими заполнен весь остров, а не только округ? Что если они соберутся и скопом возьмутся за мои поиски и устранение? Надо действовать. Не думаю, что им удастся сходу обнаружить меня, если я стану обычным эспером: с аурной цепью и телом. А там, наверное, следует сообщить в Контроль? Подумаю об этом как-нибудь потом.

Несколько часов я летал над землей, старательно избегая встречающихся псишаров. Впрочем, мне попалась всего парочка – не так уж и много их в данных провинциях. И наконец набрел на достаточно крупный город. Поскрипев эфирными извилинами, я вспомнил название города, если, конечно, я правильно определил свое местоположение. По моим прикидкам я вернулся к Пятну Страха и сейчас находился в его Южной провинции. Здесь, вдоль окружного пуганого тракта раскинулся город под странным названием Бесто-кулча. По размерам приблизительно с Тытлаг. Да и функции исполнял схожие. Большинство населяющих лервов работало в предместьях Пятна: валили лес, собирали дрова, охотились, добывали шкуры и мясо, искали разные редкие растительные ингредиенты, произрастающие только в Пятнах. Подобные города разбросаны по периметру всех Пятен. Я, конечно, не мог наблюдать глазами, но сдается мне, что ничего особенного в Бесто-кулче не было.

Эсперов тут проживало или просто появлялось проездом немало. Вот только помирать так просто никто из них не собирался. По крайней мере, при мне. Кто знает, вдруг, пока я торчу в одной части города и созерцаю окрестности Сэнсом, в другой начался массовый падеж эсперов? Мое чуяние покрывало далеко не всю Бесто-кулчу.

Приступы помешательства и провалов памяти участились. Поэтому я принял решение переключиться на лервов. Мне так и не удалось уговорить себя лишить жизни безвинного эспера. Нет, моя душа будет чиста перед Гайей.

Лервов в Бесто-кулче было намного больше, чем эсперов, само собой. Умирали они регулярно. Кое-как я выделил район трущоб: здесь ауры селились кучнее, строения были ниже, помещения с невысокими потолками, и с более тонкими стенами. Я кое-как научился отличать дерево от камня, но детали было все равно невозможно оценить. Деревянная резьба, какие-то щели или гравировка – все это было недоступно даже для моего Сэнса. Кое-какие объемные вывески заведений мне давались, но что-нибудь наподобие книг – без вариантов. В аурном зрении бумага была сплошной субстанцией без следов эфира чернил. Я резонно решил поискать донора среди бедняков, дабы ни у кого его смерть не вызвала больших вопросов, чтобы не привлекать к себе внимания. Я опасался, что в обществе богачей будут чаще оказываться эсперы, способные меня легко вычислить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.