Бриллиантовая обезьяна
Ленар Гимазутдинов

© Ленар Гимазутдинов, 2022

ISBN 978-5-0059-3589-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БРИЛЛИАНТОВАЯ ОБЕЗЬЯНА

Глава 1

НАЧАЛО ПУТИ

Была бы привычка каждое утро обливаться холодной водой и делать зарядку. Так нет. С первыми щупальцами ядовитого солнца – сплошной туман… Сначала пытаешься обнаружить свое тело: руки, плечи, значительно позже ноги. Остановить головокружение. Волочишь голову по влажной подушке. Открываешь глаза. Разбитые осколки света проникает в сознание. Впрочем, ненадолго. С третьей попытки удается разглядеть комнату с бледно – синими стенами. Знакомая картина. Значит, дома. Хорошо. Хотя, уже осточертело – каждое утро или день пытаться уточнять собственное местоположение… Подняться с кровати или продолжать бороться со странными снами? Лучше встать. Бредовые полеты надоели уже в тринадцатилетнем возрасте. Ноги безвольно свисли с кровати. Сморщенное лицо привычно уставилось в длинную трещинку, спускающуюся к полу. Утро дарило старость, вечер – надежду, отчего хотелось улыбаться, причем постоянно. Рядом никого. Видать, как обычно, ему намедни досталось больше остальных. Штаны надевать не пришлось, они не снимались со вчерашнего дня. Шаги давались с большим трудом. Выкорчевал из комнаты. К середине просторного зала расходился. Здесь огромный стол, наверное, на пятнадцать человек. Никто не проверял – в их компании всего шестеро, плюс минус три человека. Местная жизнь не предусматривала крепких дружественных отношений. Постоянно кто-то выбывал из этого безумного веселья: либо по глупости, либо из-за мелочной выгоды, либо из-за проблем с законом. Плюхнулся на стул, придвинулся к столу. Кажется, нужно позавтракать. Пытался осмыслить, голоден или нет? Можно вспомнить, когда принимал еду в последний раз – тоже вариант. Кажется, человек должен есть хотя бы раз в сутки… Смотрел на деловые перемещения своих коллег по пагубному пристрастию. Даже в глаза не смотрели. Будто стыдились чего-то. Наркоманы и алкоголики понимают, что их образ жизни заслуживает народного порицания, но…, во-первых, это не служит для них поводом измениться, во-вторых, почему-то, все же заставляет проникаться чувством глубокой вины перед кем-то жутко важным. Люди боятся быть настоящими. Непременно хочется быть героями в глазах общественного мнения. Эй! Репутация, обвешанная флагами и платиной! Будь добра… просто… болтайся где-нибудь рядом… всегда… Майка светло зеленого цвета заслонила образ вяло текущих мыслей.

– Наш великий Тосканец…, – перед ним возник человек, опираясь рукой о стол. – Ты, наконец, проснулся! Как настроение?

– Отлично, великий Суховей, – соврал Тосканец, вдруг обнаруживая полную сухость во рту.

– Наверное… ты совсем не против кофе, со сливками и…

– Не против!

– Хорошо, я тебе сейчас приготовлю, – кивнул Суховей. – А ты пока сгоняй в ванную… Освежись.

Тосканец неохотно поднялся. Дико хотелось пить, но он знал привычки своего друга. Требовалось всегда оставаться человеком. Тогда, тебе будет позволено многое! Это в том числе, значит, быть чистым, гладковыбритым, ароматным, выглаженным, молодым… Помимо прочего, эти привычки заметно отдаляют от них проблемы с милицией и соседями. Суховей всех приучил одеваться изыскано, по последним тенденциям моды. На оригинал не претендовали – катастрофически не хватало денег. Приходилось выкручиваться – использовали турецкие подделки, иногда, фабричный Китай. Даже итальянский Roberto Cavalli выглядит не настолько ярко! Со стороны казалось, что у людей есть вкус и, главное, деньги. Кто пойдет жаловаться на соседей, которые отменно одеваются? И кто к ним будет приставать с вопросами о прописке или регистрации? Хотя, если подумать, именно с них и нужно начинать! Владельцы «Бентли» выглядят, как люди, которым пришлось неожиданно выйти на субботник, в надежде, что веники им выдаст начальство. Так что, спасибо Суховею! Безопасность их конторы во многом зависела от него. И, кстати… он, пожалуй, единственный человек, которому доверял Тосканец. Потому и направился чистить зубки и бриться.

Быть человеком сложно, вернее, нудно. Приходится делать одно и то же каждый день, порой, по несколько раз. Убивает однотонность! Наличие разума автоматически предполагает стремление к разнообразию, но тут… Периодически приходится быть тупым животным, чтобы оставаться человеком. Тосканец смотрел в свое отражение в зеркале над раковиной. Изо рта вываливалась пена зубной пасты. Заметил морщинки под глазами и довольно крупные грядки на лбу. Остальные складки испарятся в течение дня. Так всегда бывало. Ему всего тридцать два года. Пока он не должен быть старым. В такие минуты хочется остановить время или бросить истязать свое здоровье. После, простой вопрос – для чего? – ставит в тупик. И веселье продолжается! Нужно знать, для чего или кого быть красивым, молодым и успешным. Он пока не знал. Даже не предполагал! Возможно, он не достаточно упорен в своих поисках? Да, и где искать? Это же глупо! Никто не скажет, где твоя любовь или просто причал, в виде отличной работы или еще чего-то там… Тосканец зло сплюнул. Постоянные мысли о вечном! Сколько можно?! Вода из крана показалась источником жизни. Он жадно заглатывал холодную струю, решив избавить себя от жажды. Кофе будет позже – чтобы превратиться в приличного человека. Вода из крана – чтобы не быть животным. Выходя из ванной комнаты, он вытирался влажным полотенцем, пахнущим чем-то кислым. Кислота потом всегда оставалась на лице и проникала в нос, отчего утреннее раздражение удваивалось. Полотенце нужно сушить и стирать периодически! Устал объяснять окружающим. Сейчас просто отнес его к окну – свежий ветер вполне мог исправить проблему. Кофе в большом бокале уже дымился на столе. Приятно. Тосканец расположился на стуле, вытягивая локти на столе. Вдохнул в себя горячий аромат. Закрыл глаза. Пить пока рано – опасно для языка. Пришлось принимать в себя размышление друзей. Стол для многих служил поводом поговорить. Кто-то зашелестел бумагой слева. Тосканец лениво приоткрыл один глаз. Сейчас на это смотреть не хочется, но… ближе к вечеру уже не сможешь жить без этого. Он знал. Выдранный листок из какого-то журнала. На нем непонятная засушенная трава. Рядом нейтральный хозяин добычи. Подозрительно оглядывал свой трофей. Видать, так себе травка… Скучно. Закрыл глаза. Вечер еще далеко.

– Вот…, – протянул хозяин добычи. – Прибарахлился… Оттяпали дельце… получи награду! Только вот… что это? Непонятно… Но говорят… неплохо прибивает!

– Снова неизвестно что?! – рядом приземлился строгий блондинчик.

– А это так… на всякий случай.

– Хочешь, чтобы опять было, как в тот раз?! Что за мусор ты постоянно приносишь?!

– Да, но… ты вообще пока ничего не принес!

– И слава богу! Травить своих друзей – это… как его… нехорошо! Ты книжек не читал?!

– Пока ты по утрам лобзаешь книжки – я работаю! На благо своей отчизны! Мои друзья мне за это благодарны!

– От растерянности! И… кстати, где ты работаешь по утрам?! Куда постоянно ходишь?!

– О… Это, мой юный друг, большая тайна. Может, у приличного человека быть своя тайна?

– Да, хрен с ним, Люцифер! Просто интересно знать, что это за работа по утрам… тебе за нее дают какую-то траву?! Причем, постоянно разную! И каждый раз мы сильно рискуем!

– А… разве наша жизнь… не ради травки? Ты ищешь другие пути? Может… хочешь поскорее жениться, завести… трюфелей?

– Вопрос… безопасности наших организмов…

– Твоя взяла, мой юный друг! Пожалуй, я избавлю тебя от этой жалкой картины! – Люцифер торжественно пригнулся к собеседнику. – Я спрячу ее с глаз твоих бесстыжих! Но… вечером, когда приспичит… ты ведь первый потребуешь!

– Вот, поэтому ты Люцифер! – поучительно вытянул вверх палец блондинчик. – Потому что несешь в себе зло! Причем плохо очищенное! Вспомни, когда в последний раз ты приносил чистую травку?!

– Зато… я приношу часто!

Тосканец учуял терпкий запах, похожий на вонь, исходящую от травы. Поморщился. Недовольно глянул. Вот это он точно курить… или еще что они там придумают, не будет! Даже вечером! В ней чернели какие-то странные прожилки. Сам товар местами белел зеленым и желтым. Но удивительно контрастировал с картинкой на листке от журнала. Под травкой угадывались чьи-то волосы, словно умываемые теплым океанским ветром. Тосканец склонил голову, пытаясь разглядеть фото девушки на листке. Потянулся рукой. Придвинул к себе. Отгреб траву. Восхищенно усмехнулся про себя, будто подавился. На него смотрела не просто рекламная женщина… Скорее, чудный и, главное, реальный образ его несуществующей любимой девушки! Откуда… они знали… Вернее, кто знал?!

– Меня вот другое волнует…, – к ним подсел Суховей. – С нас никогда не требуют плату за эту квартиру!

– Что?! – обе головы посмотрели в его сторону.

– Серьезно! – закивал головой Суховей, разводя руки в стороны. – Кто-нибудь из вас когда-нибудь платил за эту квартиру?

– Ну… наверное, кто-то другой…

– Именно! Кто?! Мне все так говорят! Кто-то платит!

Блондинчик прокашлялся, стараясь хоть этим заставить свой мозг работать.

– Ты это к чему?

– А к тому! Я не верю в бесплатно честных людей. Не думаю, что у нас есть скрытый спонсор. Скорее всего… мы платим… пусть и не помним когда… но… платим… А если платим…, – Суховей задумчиво уставился в потолок. – То вполне может быть… несколько раз в месяц.

– Что?! – Люцифер возмущенно вскочил, опрокидывая бокал с кофе. – Как в месяц?! Вернее… по нескольку раз?! Это ж… Это ж… В то время, когда стране не хватает продовольствия! В то время, когда старики сызмальства… можно сказать… не получают положенного… Когда колбаса дорожает…

– Почему ты так подумать? – сдержанно спросил блондинчик. Все знали, что от волнения Люцифер, порой, или почти всегда, начинает нести полную ахинею.

– Сам подумай, Блонди…, – как-то обреченно рассуждал Суховей. – Хозяйка никогда к нам не приходила и не требовала оплаты… Хотя, мы ее довольно часто имеем возможность наблюдать…

– Это еще не повод…

– Далее! Каждый раз, когда она нас видит… ты не замечал? Хитро улыбается! Что это за улыбка?! Чего улыбаться, когда видишь нас?!

– Может… мы ей нравимся?

– А чего не нравится?! Платим в пять раз больше! И это в лучшем случае!

– Что?! – Снова взорвался Люцифер. – И когда я каждое утро… Можно сказать, потерявши сон… А вообще…, – он резко успокоился, присев, – если в пять раз… Откуда у нас такие деньги?! Это кто у нас так зашибает бабло?!

– То, что у нас бывают деньжата… это я в принципе замечал… Да и еда в холодильнике… Там у нас периодически семга появляется… Правда, не знаю, куда она потом… В общем, видимо, за месяц мы не плохо закручиваемся! Если уж нас отсюда никто не гонит!

Тосканец не слышал их. Все это время он смотрел на фото девушки. Траву неосознанно просыпал на пол. Сердце вдруг набрало такие темпы, будто пробежало пару раз вокруг стадиона. Лицо окаменело, словно набрав в три секунды понимание вечного смысла и, теперь, от удивления и осознания того, что все напрасно, не находило сил для полноценного функционирования. Отныне, нужно жить иначе! Даже не так, как самые правильные люди на свете!

– Кто это? – он сумел это выдавить тихим голосом.

– М…, – задумчиво отреагировал Суховей. Хотел удостовериться, что Тосканец что-то спросил. Одновременно пытался переключиться на другую тему. Но как можно?! Когда в стране такие дела происходят?!

– Вы только вдумайтесь! – возмущенно вопил Люцифер. – Какая-то сволочь зашибает деньжата, а я в то самое время вынужден волочить свое жалкое существование! И потом еще я же угощаю народ продовольствием!

– Кто это? – с нажимом повторил Тосканец, прихватывая рукав Люцифера.

– Вот именно! Кто?!

Тосканец притянул Люцифера к себе, показывая фото.

– Кто это?!

– Что?! О чем ты? Что ты с травой сделал?! Где она?! – Люцифер кинулся на пол, собирая драгоценный товар. – Дай бумажку! – Он собирал траву на столе.

– Девушка! Ты ее знаешь?!

– Какая девушка?! Дай бумажку?!

Тосканец отдергивал страницу, чтобы Люцифер не дотянулся до нее. Народ с любопытством наблюдал за развитием событий. Определенно, кто-то летал в небесах и еще не успел вернуться.

– Ты ее знаешь?

– Кого?!

– Девушку на фото.

– Какую девушку?! Где фото?!

– Вот! – Тосканец продемонстрировал страницу на расстоянии. – На фото девушка! Ты ее знаешь?

– Да, я даже не знал, что там есть фото! Ты… ты за кого меня принимаешь?! Зачем траву скинул?!

– Теперь знаешь… Посмотри на нее… Узнаешь?

Люцифер прищурился, приближая лицо к фото.

– Да, не знаю я ее! С чего?!

Тосканец продемонстрировал всем.

– Кто-нибудь знает?

Все и с интересом приблизили мордочки. Покачали головами.

– А что случилось? – Суховей тревожно поинтересовался.

– Ничего…, – задумчиво буркнул Тосканец, поворачиваясь в сторону Люцифера. – Кто тебе это дал?

– Что ты от меня хочешь?! Это просто бумага! А в ней… Ты только вдумайся! Была травка! А ты ее…

– Тут внизу написано Римма… Ее зовут Римма?

Люцифер побледнел от негодования.

– Я не знаю ее! Мне нужна была травка! Мне просто дали эту бумажку! И все!

– Кто дал?

– Очень серьезные люди!

– Они же выдернули ее из журнала? Где этот журнал?

– А! – Люцифер схватился за голову. – Я сейчас сдохну! А вы чего молчите?! Не видите, друг в беде?! Спасайтесь, кто может! – Он бросился в соседнюю комнату и бросился в кровать.

Тосканец смотрел в пространство, усыпанное тысячами огней. Хотелось собрать их, будто цветы на лугу и прижать к уставшей от бессмысленной жизни душе.

– Ты в порядке? – Суховей участливо прикоснулся к его плечу.

Тосканец постепенно вернулся к реальности, слабо кивнув.

– Вполне…, – он сложил страничку и спрятал ее в кармане брюк. – Пойду… прогуляюсь.

Улица встретила его влажным, будто бросившего слезу, ветерком. Солнышко мягко грело. Люди шли ему навстречу, не подозревая о своей роли для него. Он всматривался в их лица. Высунул страничку и развернул. Показал первому встречному.

– Вы ее знаете?

Мужчина в дешевом пиджаке инженера испуганно отпрянул. Несколько успокоился, когда увидел перед собой фото девушки. Отрицательно закачал головой, поспешно отходя в сторону.

– Посмотрите внимательно! – крикнул ему вслед Тосканец. Сбоку обнаружилась женщина лет пятидесяти. Он направил фото в ее сторону. – Вы ее знаете?

Женщина от неожиданности приостановилась. Глаза округлились. Посмотрела на него. Пришла в себя.

– Молодой человек! – нравоучительно проговорила она. – Пить надо меньше! Займитесь чем-нибудь! – И направилась дальше.

– Так… вы ее знаете?

– Нет!

Тосканец медленно шел по мостовым, показывая фото девушки каждому встречному. Сегодня все подозрительны, несколько пугливы и отрицательно загруженные…

Глава 2

ОСТАНОВКА ПЕРВАЯ: РИММА

Приятно только то, что отныне каждое утро стало больше напоминать чистую речную воду, из которой совсем не тяжело, скорее, приятно выбираться. Появилась цель в жизни. Значит, есть повод стать обычным человеком. В его кругах это означало сделать огромный шаг, если не вперед, то в сторону. В общем, подвиг. Кофе уже готовил сам и не только себе, но и прочим нуждающимся. Энергия била через край. Даже помыл однажды полы во всей квартире, вне своей очереди. Народ понимал, что теряют соплеменника. Не понимали другого, что делать? Смириться или наставить на путь прежний, пусть не совсем истинный. Так же приходилось задумываться, насколько это заразно? Жить реальной жизнью – безрассудство! Знает даже ребенок. Никаких психологических сил не хватит! Поэтому принято начинать пить с детства. Так сказать, вырезать реальность под корень. Эта зараза все равно будет пробиваться в течение всей жизни маленькими росточками, но работы никто не боится – просто нужно обзавестись ножничками и каждый день подрезать то, что повылезало наружу. В колокол тревоги не били – занятие поверженного друга носили не совсем традиционное направление. Нормальные люди этим не занимаются. Получалось, что человек, хоть и несколько поменялся, но и переметнуться к другому сословию еще не успел. Завис. Ну, хорошо, что хоть полы всегда чистые.

– Ты куда? – Суховей спросил спину Тосканца.

Тот остановился в дверях. Несколько стеснительно пожал плечами.

– Прогуляюсь…

Суховей оказался рядом.

– Снова ее идешь искать?

Тосканец рассматривал пол. Молча.

– Ты не находишь это… странным?

– Искать свою любовь?

Суховей глубоко и резко вздохнул, словно говорил со своим глупым сынком.

– Во-первых… еще не известно… любовь она или… А, во-вторых, кажется… не так ищут свою любовь…

– Ты ведь понимаешь… по-другому не получится…

– Кто знает? Но… Слушай… ты уже неделю ее ищешь и… пока никаких вариантов… До сих пор веришь в эту схему?

– Схема постепенно усовершенствуется! Я понял, что нужно подходить к женщинам! Они, скорее всего, читают такие журналы…

– А если это старый журнал… Или, если даже кто-то ее вспомнит… Что она сделает? Даст ее адрес?!

– Пока я не вижу других способов!

– Может интернет?

– И что ты там напишешь?! – Тосканец почти перешел на крик.

– Ладно…, – Суховей одобрительно закивал. – Иди… прогуляйся…

Тосканец, удивительное дело, совсем не чувствовал в ногах усталости. Уже три часа он штурмовал человеческую память или какие-то другие возможности прохожих, но энтузиазм не пропадал! Значит, он на правильном пути! Так он думал.

– Вы ее знаете? – он остановил женщину.

Она ела банан. Спокойно покачала головой и направилась дальше. Перед ним возник мужчина. Стоял и смотрел куда-то вверх. Явно никуда не спешил. С ним можно поговорить намного дольше и продуктивнее. Уже имелся опыт.

– Вы ее знаете? – Тосканец поднес фото прямо к его носу.

Мужчина несколько оторопело глянул на девушку, после, на Тосканца.

– Что нужно? – тихо спросил.

– Девушка… Вот на фото… Вы ее знаете?

– Нужна девушка?

– Да! Ее!

– Как имя?

– М… Римма.

Мужчина лениво отвернулся.

– Есть человек… Подойдешь к нему, скажешь, что нужно найти… Римму… Он обычно помогает…

– Что за человек? – с надеждой выпалил Тосканец.

– Кафе «Фрегат». Он там часто обедает… Вокруг него всегда компания… Спроси Колумба… Не ошибешься.

– Колумб? Это его имя?

Мужчина слегка улыбнулся, демонстрируя в глазах иронию.

– Он открывает для людей новые горизонты! – театрально проговорил, разводя руки в стороны.

– Нет… мне только ее…

Мужчина отключился и снова уставился на какую-то цель сверху. Тосканец кивнул и двинулся на поиски кафе «Фрегат». Несколько позже осознал, что совершенно не знает, куда идти. Пришлось по привычке обратиться к прохожим. На этот раз они оказались более сговорчивыми.

Сквозь окна кафе пробивалось жгучее солнце. Видимо здесь не любили занавески. Вместо столов – аквариумы. Не исключено, что по многочисленным просьбам странных рыбок в них – искусственным освещением пользовались только ночью. Тосканец прошелся по залу. Возле углового столика увидел группу людей. Главенствовал весьма довольный собой, упитанный мужчина. Совсем непохожий на Колумба. Впрочем, кто знает, как выглядит Колумб? Перед ним недопитый бокал с пивом и какими-то блюдами. Сбоку человек, с виновато опущенной головой. Рядом на стульях равнодушно настроенные мужчины, комплекцией напоминающие то ли борцов, то ли боксеров… Тосканец приблизился. Главный улыбнулся ему навстречу, будто тут же узнал. Впрочем, молчал. Смотрел, скорее, вызывающе.

– Мне поговорить с Колумбом, – потерев подбородок, проговорил Тосканец.

Колумб играючи взялся за бокал, с удовольствием отпил несколько глотков и шумно выдохнул.

– Что у тебя? – спокойно спросил.

– Мне нужна Римма. Мне сказали, что…

– Зачем она тебе?

– М… Хочу поговорить.

Колумб усмехнулся.

– Поговорить с Риммой?!

Мужчины вокруг заулыбались.

– Да, – растерянно пожал плечами Тосканец. – А что… нельзя?

Колумб перешел на веселый смех.

– Ну… не знаю. Может, у тебя получится!

На столе задергался его сотовый.

– Да, – он тут же ответил. – Сациви? – Он обратился к мужчине с виноватым лицом. – Ты знаешь сациви? – Увидев кивок мужчины, ответил в трубку. – Да, он знает. А, ну да! Он знает, я его на прошлой неделе угостил! Точно знает! Ага… Теперь, слушай! Босния – «турлу – турлу». Ну! Я тебе говорю «турлу – турлу»! Давай. – Он отложил телефон, продолжая улыбаться. Посмотрел на гостя. – Так значит… м… нужна Римма… зачем – не говоришь…

– Я же говорил… Поговорить! Для начала…

– Ах, значит, что-то еще будет?!

– Ну, кто знает?! Как это обычно бывает у людей?! – Тосканец начинал терять терпение.

– У людей?! – снова смех. – Не знаю… Смотря каких людей… – Колумб успокоился немного, почесывая затылок. Попил пивка. – Ага… Значит, тайные делишки… Жаль, я о них ничего не знаю… Чует мое сердечко, что это что-то очень интересное… – Его телефон снова задрожал, слегка ударившись о вилку. – Да. Что?! Откуда он знает?!… Босниец?!… Чего не предупредил?!… Что?! Ах ты… змееныш неблагодарный! Ну, смотри! Давай, что там у тебя?… Камбоджа… рыбка тетра… что?… тетрадонт? Вашу мать! Сейчас… – Он посмотрел на мужчину с виноватым видом. – Знаешь эту рыбку? – Тот отрицательно покачал головой. – Н, все пиз… ц! Поедешь в Камбоджу, есть рыбку… эту мать ее… тетрадонт! В общем, он не знает… Ага… Давай… Чего народ?.. Думают, сдохнет?.. А я не… Поставлю, что выживет… Я его знаю! Ага! Соточку! Я его сейчас тут подготовлю, он у меня выживет! Ну, ладно, подавиться тебе с твоим боснийцем! Жду! – Он удовлетворенно отложил телефон, обращаясь к виноватому мужчине. – Ты это… Не пей там воды из кранов! Камбоджа это… в общем, хреново там! Антисанитария!

– А как без воды три дня? – пробубнил мужчина.

– Не знаю… Найди там русских! Их полно по миру! Там у них вода должна быть с собой… в этих… бутылках, наверное… В общем, думай! Я на тебя ставлю! Не вздумай там сдохнуть! Почти все ставят на это! А я пошел наперекор! Можно сорвать кушок! Ты меня понимаешь?!

– Да, – обреченно кивнул мужчина. – Если я выживу… значит… мой долг…

– А ты выживи для начала! После поговорим!

Все глянули на улицу через огромные окна. К входу подъехал черный «Ягуар». Из него вышли три человека. Галстуки, белые рубашки, черные пиджаки.

– Ну, давай! – оживился Колумб. – Не подведи меня!

Мужчину увели, посадили в машину и тут же сорвались с места. Колумб возбужденно потер руки. Ему нравилась эта игра. Нехотя вспомнил о госте.

– М…, – он осмотрел свой стол. – Остыло все тут… Пусть подогреют! – Он дернул двумя пальцами. – Народ вокруг зашевелился. – Слушай… не знаю, зачем тебе понадобилась Римма… Я так понял, ты мне ничего не скажешь… За это, я буду вынужден потребовать что-то взамен… Согласен?

Тосканец, впрочем, догадывался, что такие люди за бесплатно не работают и не дают советов. Мысли стекли в пустые карманы. Стало невыносимо тоскливо.

– У меня… нет денег…

– Так это даже лучше! – счастливо улыбнулся Колумб. – Деньги – это… неинтересно! В общем… шкатулочка одна мне нужна… Если принесешь… Отдам тебе Римму.

– Что значит отдам? Она что… в плену?

Колумб сдавленно рассмеялся.

– Чудной ты… Хотя… может слишком умный, чтобы я чего-то понимал… В общем, что насчет шкатулки?

– Что за шкатулка? Где ее взять?

– Есть адресочек… с противной старушечкой… Справишься?

– И что нужно сделать?

– Придти и забрать! А ты, что подумал?

Тосканец потер лицо. Еще не хватало – иметь дела с нарушением закона!

– Я так понимаю… ее нужно своровать?

– А ты возьми и откажись! – весело воскликнул Колумб. – Называй это, как хочешь – мне все равно! Сам решай – нужна тебе Римма или нет…

– Я не понимаю, почему она у вас? У нее, что… тоже какие-то долги?

Народ снова принялся смеяться. Колумб принялся задумчиво чесать висок.

– Ну… она ведь должна где-то жить? Вот и живет у меня!

– Но почему именно у вас?!

– А почему нет?!

Тосканец замолчал, совершенно сбитый с толку. Разговор чем дальше двигался, тем больше терял смысл. Но возникло четкое понимание – ее срочно нужно вырвать из их рук! Ей плохо в его доме!

– А… насчет шкатулки… Как я пойму, что нужна именно она? И где там ее искать?

– Если надумал… позже получишь ее фото, ключ от дома, адрес… А по поводу места поиска… сам думай! Я не знаю, где она лежит! Вещичка ценная! Возможно в сейфе…

– Это что… придется еще и сейф вскрывать?

– О!!! – воскликнул Колумб. – Люди! Вы сами выбираете себе дорожки! Я тут при чем?! Это тебе нужна Римма!

– Хорошо… Вам показать ее фото?

– Зачем? Я что, не видел Римму?! Если честно… уже видеть ее не могу! А тут ты… Вот и поможем друг другу!

– Когда зайти за… ключами?

– Сегодня вечером… часиков в десять… Придешь сюда – получишь все необходимое. Когда шкатулка окажется у тебя, принеси ее сюда утром… часам к девяти. Здесь тебя будет ждать человек в дурацкой красной рубашке. Не ошибешься! Отдашь ему – он объяснит, где ты сможешь забрать Римму. Все ясно?

– А… не обманите?

– А ты откажись! – Колумб красочно улыбнулся. Показалось, что он и жил, ради своих победоносных улыбок. – Все в твоих руках! Посмотри мне в глаза… и ответь себе – я могу обмануть тебя с этим дельцем?

Тосканец честно смотрел ему в глаза. Там сплошное веселье.

– Я приду сегодня в десять, – повернулся и вышел из кафе…

Глава 3

ПРОТИВНАЯ СТАРУШКА

Ключ, фото и адрес поместились в конверте. Тосканец долго всматривался в фото шкатулки, словно стараясь запомнить ее изысканную форму. Красивая и невероятно старая. Скорее всего, непозволительно дорогая. Но, уже немного узнав Колумба, понимал, что ее ценность в чем угодно, только не в наличных. Ключ показался чудным, будто должен открывать потайные двери из какой-то сказки, похожий на уменьшенную копию ключа из фильма про Буратино. Кажется, из бронзы. Впрочем, не стал уточнять. Шел по темной дороге совершать преступление. Почему-то не вылетала эта мысль из головы. Ночь казалась чернее обычного. Может, так лучше? Для надежности надел темную одежду. Суховей не одобрил бы этот стиль, назвав его похоронным. Именно! Вполне может получиться, что он идет навстречу к собственной смерти. Усмехнулся, почесывая голову. Мрачные мысли порой веселят. Ну, где тут смерть?! Необходим положительный настрой, чтобы дело, подобно маленькому и наивному щенку, влюбилось в нового хозяина и бросилось бы ему в объятия, поглаживая хвостом ноги… Дом высотой в три этажа, площадью в обычный дом для сорока советских семей и лужайкой в три футбольных поля. Где еще могла оказаться такая шкатулка?! Через высокую железную ограду перелез, спрыгнул на влажную ровно подстриженную травку и смело направился прямо ко входу. Перепрыгнул три лесенки и оказался перед массивной дверью. Если в доме есть сигнализация, по идее, она не должна среагировать, если он избежит взлома. Вытащил ключ, повертел в руках, оценивая, приложил к замочной скважине… Ничего общего! Этот ключ даже близко не подходил для отверстия! Тосканец посмотрел на него – красивый, фонарные отблески на сочных боках. Выбрасывать не хочется. Зачем ему дали этот ключ?! Может… Он нахмурился, размышляя. Дверь изначально никогда не запиралась? Или не заперта сегодня? Он притронулся к резной ручке. Дернул ее вниз. Никакого эффекта. Дверь заперта. И что это значит? Стоит вообще пытаться? Может, над ним просто издевались? Это у них такие игры? А шкатулка? Она в этом доме? Ну, не уходить же! Может, попробовать через окно? Он развернулся. Даже шага сделать не успел. Перед ним стояла старушка. В руках лейка и грязные перчатки. И как она смогла подойти сзади настолько незаметно?! Кто она в прошлом по профессии?! Смотрела спокойно, будто встретились в очереди за колбасой.

– Вам чего? – несколько нетерпеливо спросила.

– М…, – Тосканец опустил голову, пряча ключ в кулаке. Он и не пытался делать вид, что затрудняется с ответом. Вместе с тем подумал, что даже неплохо, что встретился с ней. Влезать через окно совсем не хотелось. Всегда можно договориться. – Я… ищу девушку…

– Но здесь-то ее точно нет! – нравоучительно проговорила она, с чувством превосходства. Она будто знала, что у него нет денег и положения в обществе.

– В определенной степени… вы правы.

– Что это значит?! Она что… вошла в дом?

– Нет… Я говорю… образно…

– Что за чушь?! Если ее здесь нет, тогда зачем ты пришел сюда?!

– Дело в том, что я не знаю… где она?

– И поэтому ты заглядываешь в любой дом?!

– Нет… мне нужен именно ваш.

– Значит… она здесь?!

– Нет, но… у вас есть то, что связывает ее со мной, – он вытащил фото и передал ей.

– Откуда это у тебя? – она бросила лишь взгляд.

– Это просто фото… Где угодно можно достать.

– Ага, – она отложила в сторону лейку и перчатки. – Может, пройдем в дом? Там безопаснее…

Тосканец согласно кивнул. Вдруг подумал, что старушку можно будет просто оглушить и забрать шкатулку.

– Давайте пройдем в дом! – у него даже настроение улучшилось.

Старушка вытащила из кармана ключ и открыла дверь. Тот выглядел совсем уж обычно. Зато толку от него гораздо больше! Она вошла первой. Как только он оказался в прихожей, она тут же закрыла за ним дверь. Он хотел облегченно выдохнуть, но воздух пластмассовой пробкой застрял в легких. Перед ним неожиданно возникли огромные, черные собаки. Он плохо разбирался в породах, но таких обычно показывали в фильмах ужасов. Смотрели на него волками.

– Тише, мальчики! – успокоила их старушка. – Пока он наш гость!

Он глянул на нее. Только теперь осторожно выдохнул.

– Здесь безопаснее? – уточнил, понимая истинный смысл раннее сказанного.

– Значительно! Ты тоже почувствовал?! – она скинула с себя ветровку и повесила на вешалку. – Может… хочешь что-нибудь выпить?

– Если можно, – он резко ощутил, как пересохло горло. Ужас окатил все тело от одной мысли, если бы его ключ подошел к двери!

Она привела его в просторную кухню. Кивнула на высокий стул. Подошла к бару.

– Что будешь?

Собаки дружно подошли к нему, и присели вокруг, не переставая жадно заглядывать ему в глаза. По спине, будто ледяной состав проехался, разворачиваясь в шейных позвонках и, после, в пояснице.

– Что-нибудь…, – вяло пролепетал он, вспоминая, что нельзя смотреть им в глаза, иначе, они могут подумать, что он им угрожает. Но и совсем не смотреть не получалось…

Она принесла что-то коричневое в стакане. Он залпом опустошил. Горло, скорее, обожглось, чем пропиталось. Присела напротив, прекрасно понимая его состояние.

– Ну… что будем делать? – голосом прокурора спросила.

Тосканец облизнул губы. Теперь, казалось абсурдным бить ее по голове и носиться по дому в поисках шкатулки. Необходимо выбрать правильное направление разговора, чтобы… выжить. А вот и смерть!

– Было бы… неплохо… найти девушку…

– Да, какую еще девушку?! Чего ты мне мозги пудришь?!

Он вытащил фото Риммы. Показал ей.

– Эту девушку.

– Но я ее даже не знаю!

– Это не важно… У вас есть то, что нужно мне…

Она удивленно и неприязненно посмотрела на него.

– Шкатулка?!

– Точно.

– Если тебе нужна шкатулка, тогда зачем ты ищешь здесь девушку?!

Собаки зарычали, реагируя на повышение голоса хозяйки.

– Девушку я найду позже, – тихо проговорил он. – Сначала мне нужна шкатулка.

Она взяла паузу. Смотрела отстраненно.

– Ты наркоман?

– По… почему?

– Объясняешься путано… Сам не знаешь, чего ищешь… Да, и рубашка на тебе…

– Что рубашка? – он оглядел себя. Из-под темного свитера виднелся воротник зеленой рубашки.

– Такие только наркоманы носят… Бездельники… Вот ты чем занимаешься?!

– М…, – он оглядел кухню, в поисках достойного ответа. – Я… раньше работал… программистом…

– Ясно! Ни хрена не работаешь! А тут выпал шанс чего-то спереть! И тут же прибежал!

– Нет… Я ищу девушку… Просто… м… ситуация так складывается, что… мне пришлось придти к вам… А что с рубашкой? По-моему, классная…

– Слишком яркая! Стараешься выделиться из толпы одежкой. Так обычно делают те, у кого вообще ничего нет! Отлично выглядеть обязаны ремесленники, нищие и официанты! Или, как ты – наркоманы… У тебя нет даже занюханного Порше Каен!

Тосканец подумал, что даже велосипеда нет.

– Кажется… неплохая машина…

– В нем нет души! Сплошное уродство! Будто лягушка с выпученными глазками! Но точно, что дорогая… Сейчас в Москве самая модная! – Старушка говорила жестко, будто мужчина. – Думаю… у тебя нет даже Жигулей! Как ее там… Калины!

– Всего можно добиться…

– Золотые слова! Проблема только в том, что редко у кого это желание длится хотя бы пару лет! Люди слабаки! Потому нищие! Заглядывают в рот президенту или еще кому-нибудь! Ждут хороших новостей!

– А у вас… какая машина?

– У меня несколько! Но моя особая страсть – Феррари Берлинетта 275 1966 года! Красавчик! Такой породистый! Я чувствую себя в нем… словно мне двадцать! В общем, нужно иметь вкус, чтобы оценить…

– Чем вы занимаетесь? Думал, что деньги у вас от мужа или там…

– Что насчет шкатулки?! Как собирался ее забрать?!

Тосканец притронулся к своему стакану. Поводил им по столу.

– Не знаю… Просто шел сюда… Думал, придумаю что-нибудь…

– А ты везучий!

– В каком смысле?

– Обычно я своих собак отпускаю погулять вокруг дома, но сегодня… Мне показалось, что будет дождь, поэтому я запустила их в дом…

– Ну, вот видите! У меня зеленый свет на моем пути!

– Я по-прежнему не понимаю, как ты сможешь забрать шкатулку?!

– Может… я смогу предложить вам что-нибудь взамен?

– Ты?! – она хрипло рассмеялась. Успокоившись, закурила сигарету. Выпустила дым в его сторону. – Интересно… если ты пропадешь… кто-нибудь будет тебя искать?

– Будет, будет, будет!!! Весь… весь квартал поднимется на мои поиски! Там… там все очень…

– Я сегодня собак не кормила… Они столько мяса требуют… Ты не поверишь… В тебе сколько веса? – Она принялась водить сигаретой из стороны в сторону, будто указывая на две цели.

– Что вы делаете? – он подозрительно смотрел на ее руку. – Это у вас что-то вроде считалочки?! Вы решаете мою судьбу с помощью… детской считалочки?!

Она не реагировала на его крик, продолжая водить сигаретой. Он увидел рядом с собой графин с желтоватой жидкостью. Резко взял его и выплеснул в ее сторону. Основная часть воды свалилась на стол, остальное попало ей в лицо и на одежду. Собаки резко вскочили, злобно рыча. Она невозмутимо посмотрела в его сторону. Отложила сигарету, взяла салфетки и неспешно вытерлась. В глазах ни капли злости или раздражения. Он повернулся в сторону ее встревоженных охранников.

– Молчать! – бросил в них. Жестко глянул в глаза хозяйке. – Я не боюсь смерти! Могу умереть в любой момент… Я не ценю жизнь настолько, чтобы держаться за нее, но… Недавно я встретил девушку… Она показалась мне достаточной причиной жить… Так что, на данный момент, умирать не собираюсь!

– Забавно…, – задумчиво проговорила она, сменяя тон. – Похоже, я придумала, на что ты можешь сгодиться… Иди за мной!

Она направилась в просторный зал. Откуда-то вытащила телефон. Набрала номер. Он встал перед ней. Собаки выстроились позади.

– Аристарх Савельевич! – мягко улыбнулась старушка. – Доброго вечера вам! Как ваши дела, здоровье?.. Да? Отчего же?.. М… Грустно слышать… А я вот, как раз, по этому поводу! Думаю, вечер на дворе, а не позвонить ли вам?! Конечно же имеется! Я тут нашла для вас паренька… Да… Талантом так и плещет! – Она закивала, стряхивая с себя недавно пролитый сок. – Так… Я пришлю его к вам?.. Ага… вы сейчас где?.. Ясно. Я подвезу его лично!.. До скорой встречи! – Она отложила телефон. – В общем так… очень серьезный человек! Его влияние распространяется на многие дела в этом городе! Если понравишься ему, и он даст мне об этом знать… ты получишь шкатулку!

– Что значит «понравишься ему»?! – скривился Тосканец. – Спать я с ним не собираюсь!

– Думаешь, переспишь с ним и получишь шкатулку?! Рехнулся что ли?! Тут дело посложнее! Он имеет все! Проблема в том, что таким, как он очень трудно получать удовольствие от жизни. Твоя задача придумать для него развлечение! Это сложно, но если справишься… В общем, получишь и эту девушку и завалишь себя наркотой, по самое горло!

– Наркота не при чем!

– Мне плевать! Ты едешь?!

Тосканец задумался. Вспомнил чудесный образ своей любимой. Стоит ли она, чтобы зарываться настолько глубоко? С другой стороны, не возвращаться же домой, чтобы снова искать потерянный смысл жизни. Жить нужно весело, так сказать, постоянно в делах… Только… в каких? Впрочем, пока мало что его напрягало.

– Ладно… поехали, противная старушка…

Глава 4

АРИСТАРХ САВЕЛЬЕВИЧ

Эта старушка умела водить лихие автомобили. Ее Феррари пролетел половину города и остановился возле загородного казино. Она приложила трубку к уху, не выключая двигателя.

– Аристарх Савельевич, мы уже подъехали… Жду…

Теперь, молча уставилась куда-то в пространство. Не пыталась его подбодрить или что-то подсказать. Словно мстила за его намерения. Через несколько минут к ним подошел мужчина, лет пятидесяти.

– Пошли, – она живо выбралась из салона. – Добрый вечер! – Она, казалось, умела улыбаться только этому загадочному и влиятельному человеку.

Тосканец молча подошел, разглядывая его. Глаза добрые. В них какая-то влажность, которая скорее придавала его взгляду некоторую наивность. Они мило беседовали о чем-то незначительном. Мужчина бросил на Тосканца пару нетерпеливых взглядов. Старушка поняла, что пора их оставить. Угодливо раскланялась, нырнула в машину и стремительно укатила. Мужчина на мгновение замялся. Потер руки и протянул правую для приветствия.

– Аристарх Савельевич, – проговорил он.

– М… Тосканец, – Тосканец пожал руку, подумав, что ему совсем необязательно знать его настоящее имя. Кроме того, его прозвище больше подходило для предстоящих игр.

– Тосканец?! Оригинально! Наверное, у вас очень необычные родители?

– Очень, – Тосканец вспомнил своего отца – вечно пьяного и пустого. Никакого толка от существования.

– Ну что же… Может, пройдем? – мужчина кивнул в сторону казино.

– Пройдем, – решительно проговорил Тосканец.

В зале оказалось много народу. Многие вовлечены в игры. Другие отстраненно наблюдали за действием. Не у всех получалось веселиться. Аристарх Савельевич, заметно оживившись, прогуливался по накуренному залу. Иногда представлял каких-то людей. Тосканец шел следом, пока не понимая истиной цели своего приезда. В итоге, остановились напротив одного из игровых столов.

– Вот! – Аристарх Савельевич подбородком указал в толпу. – Видишь ее?!

Тосканец пытался по его взгляду определить, о какой женщине идет речь. В его поле зрения оказалось три женщины. Дорогие наряды, бриллианты в ушах и на шее, бокалы с шампанским и скука в каждом движении… Тосканец вопросительно глянул на своего нового знакомого.

– В красном! – тот восторженно поправил себя, не отрываясь от нее.

Тосканец смотрел на женщину в красном платье. На вид около сорока лет. Отлично сохранилась. Возраст определялся, скорее, по глазам. Прямые волосы темно коричневого цвета. Мягкая улыбка в адрес своего спутника каждый раз, когда тот оглядывался на нее, прерывая свою игру. Периодически она украдкой смотрела на часы на своем запястье. В их сторону – ни единого взгляда. Непонятно, зачем видеть ее? Аристарх Савельевич смотрел на нее с восхищением, похожим размерами на вселенную. Видимо, прерываться не собирался.

– И что?! – Тосканец решил внести ясность.

– А…, – мужчина медленно приходил в себя. – Я бы хотел… обладать ею…

– И в чем проблема?

– В том… что, скорее всего, она этого не захочет.

– Почему? Я слышал, что вы достаточно влиятельный человек…

– Это не поможет!

– Почему? Она женщина! Видно, что она любит роскошь! Деньги! Дайте ей это!

– У нее это все есть! Ее мужчина… вон тот… сидит перед ней… Владелец пароходов и заводов… Она его жена, – взгляд Аристарха Савельевича тускнел с каждой секундой. Он будто постепенно терял все шансы на право обладать ею.

– Так…, – Тосканец поморщился. – И что вы хотите от меня?!

– Хм, – мужчина смешливо посмотрел на него, одновременно удивляясь. – Чтобы ты помог мне с этим!

– Как?!

– Не знаю! Валентина Андреевна, наверное, зачем-то прислала тебя! Наверное, есть причины!

– Она… прислала меня, чтобы…, – Тосканец, не веря, покачал головой. И тут же вспомнил, что на кону шкатулка, вернее, Римма. Спать с этим стариком не придется! Но видит бог – сделать это гораздо легче! – Значит… я должен помочь вам… переспать с этой женщиной?

– Браво! Наконец, ты перестал валять дурака! Что намерен делать?

Тосканец задумчиво смотрел на женщину. Если присмотреться – хороша! Похожа на спелый персик или отлично выдержанное вино! Такая в какие попало руки точно не пойдет! И дело даже не в деньгах и влиянии. Ты ее должен заинтересовать, как мужчина. Если уж у нее есть все на свете… Посмотрел на Аристарха… Сморщенное горло, как клизма. Лицо подтянутое – влияние хирургии. Взгляд, словно у голодного ребенка, который увидел пирожное. Ничего в нем не говорило, что он мужчина! Богат – да. Влиятелен – тоже… Но… Зачем ей это?! Она этим пресыщена. Обреченно опустил голову. Выполнить его каприз – невозможно! Впрочем, зачем сразу сдаваться? Жизнь многому учит. Если долго заниматься одной, пусть даже очень сложной проблемой, ее можно решить. Пусть на это уйдет десять лет.

– Что мы знаем про нее? – он тихо проговорил.

– А что тебя интересует? – в голосе Аристарха Савельевича сквозила беззаботность.

– Ну… например, насколько она счастлива в браке?

– Доподлинно неизвестно… На публике они ведут себя вполне мило.

– Она вас знает?

– Нет.

– Откуда вы ее знаете?

– Недавно увидел ее в театре… С тех пор езжу за ней… любуюсь на расстоянии…

– Почему не пытались подойти… познакомиться?

– А толку? Да и… язык проглатываю, когда она рядом…

– Для дела, кажется, было бы неплохо, если бы она знала бы, кто вы. Возможно, она хочет сниматься в кино или стать певицей…

– Ее муж может все это организовать!

Тосканец тяжело вздохнул. Казалось, что Аристарх не только не помогал, но делал все, чтобы помешать.

– Послушайте… Аристарх… как вас там… Можно я буду вас называть просто Аристарх?

– Валяй! Главное дело сделай!

– Так вот, Аристарх. Ты должен дать мне хоть что-то, чтобы я смог за это зацепиться!

– Например?

– Например… Может, у тебя огромный член? Или еще какие преимущества?

– Нет… У меня вполне обычные размеры… И… в мои годы он уже не такой послушный, если ты понимаешь… А вот она… зажгла во мне что-то… и я чувствую, что… смогу…

– Ты мне не помогаешь, Аристарх!

Аристарх грустно развел руки в стороны.

– Ну, что я могу сделать? Не знаю… Хотя… если хочешь, мы сейчас сможем поехать к ним домой…

– Зачем?!

– Там на месте ты осмотришься и, возможно, сумеешь понять ее лучше… Поймешь, что нужно ей.

– Как мы сможем это сделать?

– У меня есть ключ от их дома… я знаю код их сигнализации… Я даже знаю, что в доме сейчас всего одна домработница!

– Откуда это все?!

– Вот здесь мое влияние пригодилось!

Тосканец помолчал, думая над предложением. Что там делать, кроме поисков проблем? Но и здесь точно ничего не добьешься?! Муж рядом, полно свидетелей… Если женщина настроена на измену, скорее всего, она это сделает без посторонних лиц.

– Может… изнасиловать ее? – проговорил Тосканец.

– Не… Пострадает моя репутация… Кроме того, неизвестно, как поступит ее муж… В моем возрасте лучше не подвергаться ненужным переживаниям… В общем, вариант неприемлем!

– Мы могли бы надеть маски…

– Это тоже… не лучший вариант… Я не знаю, как поведу себя с женщиной, которая… перенапряглась…, – Аристарх решительно тряхнул головой. – Ты издеваешься?!

– Я перебираю все возможности… которых у нас катастрофически мало… И если честно, то пока ни одного!

– Так что с их домом?

Тосканец утомленно потер лицо.

– Ладно, поехали. Тем более что здесь слишком много народу. Мешают сосредоточиться…

Интересное дело – проникли в их дом без дополнительных приготовлений. Просто подъехали на машине, прошли по лужайке и осторожно открыли дверь… Уходя в сторону, она задела колокольчики, которые хозяева повесили сверху. Звук, казалось, раскатился по всей улице. Они напряженно застыли. Прошло несколько секунд, прежде чем пришло осознание дрожащей безопасности. Аристарх приложил палец к губам, призывая к тишине.

– Домработница где-то в доме, – прошептал он. – Главное, не попасться ей на глаза!

Тосканец напряженно кивнул. Сердце стучало отбойным молотком. От волнения, кажется, даже волосы приподнялись. Самое смешное, он должен командовать процессией. В незнакомом доме требуется принять несколько важных решений, при этом, не попасть в поле зрения домработницы. Аристарх набрал код, отменяющий сигнализацию. Придержал рукой колокольчики и закрыл дверь.

– Куда пойдем сначала? – возбужденно поинтересовался он.

Тосканец оцепенело пожал плечами. Он вдруг представил, что произойдет, если их поймают.

– Может… для начала что-нибудь выпьем? – улыбнулся Аристарх. – Я ужасно этого хочу!

Тосканец молча кивнул. Аристарх уверенно повел его в столовую. Свет не включали. Он деловито достал из холодильника пару бутылок, лед, рядом на столе отыскал стаканы и накрыл на столе. Уселся на высокий стул, разливая.

– Виски устроит?

– Я лучше пиво, – покачал головой Тосканец.

– Посмотри в холодильнике… там, по-моему, есть…

Они говорили шепотом. Тосканец, кроме пива, вытащил из холодильника нарезанные куски ветчины. Вспомнил, что давно не ел. Они молча подкреплялись выпивкой и едой. Аристарх довольно улыбался.

– Правда, сказочные ощущения?! Кажется… в любую минуту сюда кто-нибудь войдет! У меня дрожь по всему телу!

Тосканец молча жевал. Пока не мог понять, чем им может помочь приезд в дом? Жизнь всегда подкидывает подсказки – нужно лишь увидеть! Но что увидишь, если свет не зажигали?!

– Надо прогуляться по дому…, – он прожевал последний кусок ветчины. По крайней мере, он больше не чувствовал голода.

– Хочешь, я проведу тебя в ее комнату?! – Аристарх живо придвинулся.

Тосканец отстранился, подозрительно поглядывая.

– Ты уже бывал здесь?!

– Почему нет?!

– М… Не знаю, кто ты? Но… Ладно… веди.

Они быстро прибрали со стола и направились в ее комнату. Поднялись на второй этаж. Постоянно озираясь, проникли в просторную комнату, наполненную нежными ароматами. Остановились в центре женского островка. Перед ними огромная кровать. Справа белоснежный шкаф, с вырезанными узорами в виде лилий. Аристарх двинулся к его легким дверцам. Потянул на себя. Вытащил с полки нижнее белье хозяйки.

– Посмотри, какая красота! – восхищенно пролепетал он. – Она идеальна во всем!

Тосканец продолжал стоять в центре. Никаких решений! Словно никто и не собирался помогать. Наверное, правильно. Что-то вроде наказания, за преступление. И ведь смерть постоянно рядом. Это он видел. В комнате ничего не указывало на пристрастия хозяйки. Никаких плетей, животных, рабов… Обычная женщина. Возможно… Аристарх с удовольствием рылся в шкафу. Быть может, большего на сегодняшний вечер ему не понадобится. Тосканец прошел к окну. Мимо двух занавесок всматривался на улицу. Неподалеку от дома остановился бордовый «Бентли». Из машины вышли мужчина и женщина. Она в красном платье! Тосканец в ужасе вгляделся. Спелый персик! Они направились в дом. Тосканец бросился к своему напарнику. Схватил его за руку.

– Они приехали! – прошипел на ухо.

– Кто?! – Аристарх был явно расстроен, что его прервали.

– Хозяева!

– Ты… ты их видел?!

– Только что они…

В доме послышался мягкий перезвон. Они застыли. Смотрели друг другу в глаза, будто в них пытались найти правильное решение. Рядом послышались торопливые шаги. Домработница пронеслась мимо, на ходу протирая заспанные глаза.

– Что делать?! – лихорадочно повторял Аристарх. – Может, вниз?!

– Нельзя… Они сейчас войдут…

– Тогда, в шкаф?!

– Нет… Вдруг она заглянет сюда!

– Тогда, куда?!

Тосканец растерянно застыл. Никаких умных идей! Посмотрел на кровать. Может, под нее?! За дверью послышались голоса.

– Быстро в шкаф! – он подтолкнул Аристарха.

Они зарылись в ее платья на вешалках, придвинулись к задней стенке. Тосканец лишь успел закрыть дверцы. Сквозь щели в них увидел, как супруги вошли в комнату. Муж устало плюхнулся на кровать. В руках держал бутылку. Периодически выпивал из нее. Жена медленно снимала с себя украшения и бросала перед зеркалом. Тосканец посмотрел на своего сообщника. Свет пробивался к его лицу тонкими линиями, повторяя узоры одной из дверец. Он сильно дрожал, то ли от страха, то ли от возбуждения. Тосканец приложил палец к своим губам. Если уж они тут застряли – нужно держаться до конца.

– Может, хватит? – спросила она, обернувшись.

– Чего?! – непонимающе поморщился мужчина.

– Пить!

– Хватит… для чего?

Она с упреком вздохнула.

– Зачем столько пить? Ты пытаешься убежать от реальности?!

– С чего ты взяла, что я бегу от чего-то?

– Я понимаю, почему пьют рабочие на заводах… У них тяжелая и скучная жизнь… Но ты! У тебя есть все! Но единственное на что у тебя всегда хватает ума – это пить! Для того чтобы напиться… не нужно быть самым удачливым бизнесменом в стране.

– Боже… женщина, которая пытается копаться в моем сознании. Удивляюсь тебе…

– Что?!

– Ты не знаешь… скольких сил мне стоит… быть самым лучшим… Ты не знаешь всех тонкостей… Ну и главное, когда узнаешь… тебе все это будет смертельно скучно… И ты поймешь… что я имею право на пару стаканов… каждый вечер…

– Пара стаканов… это кодовое слово?

– Какая ты у меня… змейка, оказывается…

– Ты еле стоишь на ногах! Даже сидишь с трудом!

– Гюрза! Кажется… это она ядовитая? – он сделал еще один большой глоток и довольно улыбнулся. Ему нравилась мысль, что он никому не подчиняется.

– Ну, а ты у меня кто?

– Я?! – Он весело пожал плечами. – Бог… твой бог…

– Мой бог?!

Он рассмеялся, проливая спиртное на кровать.

– Ну или… не знаю… Хозяин!

– Думаю, ты не видишь большой разницы между двумя этими понятиями, – она одним движением скинула с себя платье. Отбросила его ногой в сторону. На ней остались лишь тонкое и прозрачное белье бордового цвета.

Аристарх дернулся. Он прекрасно видел ее. Тосканец сильно сжал его руку, призывая к спокойствию. Он понятия не имел, как тот ведет себя в состоянии крайнего возбуждения. Не хватало еще проявить себя! Мужчина постепенно откидывался назад. Опьянение тянуло его в сон. Если он уснет, женщина, вполне, может отправиться в ванную. Тогда, можно незаметно сбежать. Что-то запиликало в комнате. Мужчина порылся в своем кармане и вытащил сотовый.

– Да… А… Да… Перезвоню…, – он отбросил трубку.

– Это она?! – женщина напряглась.

– Почему сразу она?! Чего… никто другой что ли не может…

– Я видела твои глаза! Даже сразу протрезвел!

– М… ты у меня такая… внимательная…

– И чего ты не успокоишься?! Скольких ты еще хочешь?!

– А ты чего не успокоишься? У тебя есть все…

– И почему мужчины думают, что женщине нужны только деньги?! Ты действительно думаешь, что у меня есть все?! – она заметно повысила голос.

– А что еще тебе нужно? Там… платья, деньги… украшения…

– Женщина живет ради отношений! Ради детей…

– Тогда, зачем повелась на мои деньги? Нужен был тебе именно такой… Влияние, яхты, машины, бриллианты… Могла же найти мужичка попроще… С завода, например…

– Нашла того, кто мне был нужен! Другой вопрос, почему ты не хочешь того, что имеешь?!

Мужчина пьяно поводил головой. Приложился к бутылке.

– Я имею немало… Неужели ты думала… что успокоюсь на этом? Ты… понимаешь, что у меня одна жизнь. И как я должен ее прожить? Как тихий семьянин? Тогда… зачем мне все это?! – Он демонстративно огляделся. – Имея возможности… супер возможности… я должен быть обычным мужичком… с завода?

– Какие супер возможности?! Единственное о чем ты говоришь – это твои бляди!

– Женщины! – он блаженно выдохнул. – Женщины!

– И эта сучка, которая к тебе звонит!

– Так… что насчет нее? – он серьезно посмотрел на свою жену. – Хочешь отбить ее?

– Не хочу!

– Давай… Ты у меня натренированная! Никто против тебя не устоит! Завтра. Я приглашу ее на ужин… в «Теремок»… Там ты ее встретишь и… как обычно…

– Нет, я сказала!

– Думаешь… она не достойна твоего внимания? У нее грудь… ноги… А какие амбиции! Но… тело… тонкое… В смысле… она явно редко занимается спортом…

– Замолчи!

– Это будет легко… Подумай.

– Не собираюсь! Мне это надоело! Я разбираюсь с ними, а ты с легкостью находишь других!

– Зато… целый месяц наслаждений у тебя… Ты мне так нравишься… разъяренной… Это так заводит! Мне больше никто не нужен в такие моменты.

– У меня этот месяц уходит только на то, чтобы зализывать свои раны. Мое тело покрыто шрамами! У твоих сучек всегда слишком длинные ногти! Хоть бы одна пользовалась кулаками.

– Шрамы… украшают женщину… Мне это тоже нравится… Каждый раз… когда нащупываю их… понимаю, что они все ради меня…

– Господи! Ты все больше напоминаешь женщину! Что с этим миром?! Куда подевались настоящие мужчины?!

– Они… на заводе… Почему нет?! Бывает и такое… Но что интересно… Даже, если ты найдешь там мужчину… Ты не прикоснешься к нему. Пусть он хоть сто раз настоящий. И знаешь почему? – Он злорадно усмехнулся. – Потому что… у него недостаточно денег. Ты сама уничтожаешь настоящих мужчин! Без сомнения. Беспощадно. А потом… становишься в невинную позу и мило интересуешься… а где они? И их кровь стекает по твоим рукам…

– Ты ничего не знаешь про меня! – она зловеще проговорила.

– Знаю… Можем… поиграть… Я устрою кастинг… Ну… придумаю что-нибудь… Там, скажем… будто для фильма… Нужны типажи… Ты там будешь присутствовать. И мы найдем настоящего мужика. Ты лично покажешь на него пальцем. И… только попробуй послать его! Будешь с ним жить! Купишь ему магазинчик… У вас будет… бизнес… скромный, но… Ты ведь ради настоящего мужчины согласишься?

– Я ни за что на это не соглашусь!

– Вот! – он выстрелил в нее пальцем. – Ты только сейчас уничтожила одного из них!

– Я не верю, что среди обычных мужиков… слесарей там или еще кого… могут быть настоящие мужчины.

– А я кто? Я и есть работяга. Всю жизнь им был. Потом, просто хватило ума работать на себя. В общем… ни хрена ты не понимаешь в настоящих мужиках! Их и среди моего круга нет… если тебя послушать…

– Работягам не хватает амбиций. Это то, что тебя отличает от них.

– Бывает и такое… ему хватает всего, но… не получается… Потому что не судьба! Не думала об этом?

– Дело в целеустремленности. Можно многого добиться, если постоянно верить в себя.

– Быть таким, как я… это еще и везение. Мне повезло… помимо целе… устремленности… Короче! Ты сама строишь свою судьбу! И эти шрамы – твой выбор. Завтра я приглашаю ее в «Теремок». Боксерские перчатки оставлю при входе… Захочешь… придешь и разберешься с ней… Нет… значит, завтра я задержусь… у меня будет совещание. До утра. – Он блаженно улыбнулся.

Она укоризненно покачала головой. Одновременно понимала, что сама виновата. Можно прекратить все это в момент. Но ей не хватает мужества. Как бросить олигарха? Об этом ни единой книги. Она выключила свет в комнате. Оставила лишь маленький ночник, который осветил ей дорогу до окна. Прикоснулась к прохладному стеклу.

– Я… совсем не об этом думала… когда… встретила тебя, – печально заговорила.

– А о чем? – он сделал глоток и прилег на кровати.

– Я думала… что смогу заниматься… чем-то полезным… Чем-то, что приносит пользу людям… Я думала, что буду радоваться жизни… не только потому что у меня муж успешный бизнесмен… но и потому что моя работа будет приносить удовлетворение мне…, – Она смотрела в окно, нисколько не заботясь о том, что кто-то с улицы мог увидеть ее обнаженный образ. – Я больше не пишу… Давно забыла, как пахнут краски… Думала, посвятить себя семье… Хотя сейчас понимаю, что лишила себя своего любимого дела. Важно, иметь любимую работу! Тогда, твоя жизнь наполняется смыслом… Ты не мучаешься от мысли, что приходится с чем-то мириться… И главное, мои успехи сделали бы меня личностью… даже в твоих глазах! Ты уважал бы меня… И мне не приходилось бы…

Тосканец смотрел на ее мужа. Он, с закрытыми глазами, лежал совершенно неподвижно. Бутылка выпала из расслабленных пальцев. Жидкость выливалась на кровать. Покрывало, простыни, матрац впитывали в себя ароматное зелье… Женщина не заметила, что он заснул с первой же ее фразы и продолжала говорить. Она погрузилась в свои мысли и разочарование… Даже движение ее руки было механическим. Он видел ее волосы, но предполагал, что ее взгляд направлен в одну точку, сквозь улицу… Решение медленно вошло в его сознание. Смелость покорила даже его. Нельзя быть настолько наглым по жизни! Наверное… Но у него не было другого выхода. Аристарх покинет этот дом неудовлетворенным. Значит, и шкатулка останется у своей хозяйки! Тосканец глубоко вздохнул. Медлить нельзя! Женщина очень скоро заметит, что ее муж спит! Он осторожно, преодолевая собственную дрожь, открыл дверцу шкафа. Мягко вышел из укрытия. Аристарх с ужасом смотрел на него. Тосканец сделал пару шагов. Оказался напротив ее мужа. Посмотрел на его ровное дыхание. Напротив тумба с зеркалом. Поднял флакон с мужским одеколоном, открыл крышку и смочил ладони. Прикоснулся к шее, немного потер ее. Теперь, он пахнет ароматом ее мужа. Неслышно вернул флакон на место. Приблизился к женщине. Дрожь перенеслась почему-то к переносице. Возможно, потому что почувствовал тепло ее волос.

– Ты знаешь…, – она продолжала говорить. – Я считалась одной из лучших учениц в своем классе… Меня хвалил наш учитель… Он говорил, что я могу стать большим художником… У меня талант… мужской талант… Он говорил, что великих женщин очень мало… Я могла стать такой…

Тосканец вплотную придвинулся. Обнял ее сзади. Показалось, женщина сейчас вырвется. Но она лишь слегка дернулась, видимо, от неожиданности. Он зарылся в ее волосы. Ощутил ее запах. Руки обхватили ее обнаженный и мягкий живот. Она автоматически напряглась там. Наверное, хотела показать, что в ней ни капли лишнего жира. Тосканец закрыл глаза. Почувствовал напряжение между ног. Подумал, что давно у него не было женщины. И почему только сейчас он это оценил? Наркотики надолго заставляют забыть о желаниях, порой, даже о самых простых… Его руки пошли вверх. Врезались в ее грудь. Тяжелая. Сквозь материю бюстгальтера сжал ее спелые дыньки. Женщина примолкла, реагируя на его ласки. Задышала чаще. Он прикоснулся губами к ее шее. Она резко проглотила воздух, немного присев. Он не знал, стоит ли ласкать ее так, как он это делает обычно с другими женщинами? Ведь она точно знает, на что способен собственный муж! Если она получит от него что-то нестандартное… Это может стать поводом для подозрений. Тосканец оглянулся. Муж продолжает спать. Аристарх заворожено выглянул, приоткрыв дверцу. Тосканец освободил одну руку и приблизил ее к своим губам. После, движением пальцев, пригласил Аристарха. Тот нервно сглотнул. Глаза округлились. И все же он двинулся к ним…

– …Да…, – сипло проговорила она. – У меня давно ничего подобного не было… Я будто побывала в космосе! – Она повернулась, ожидая увидеть мужа. – Ты сегодня был просто…

Оборвала себя. Муж лежал на кровати совершенно без чувств. Ее это удивило. Она подошла к нему, внимательно вглядываясь. Бутылка лежала в расслабленных ладонях. Он будто и не поднимался! И брюки застегнуты! Даже ремень! Она замерла, сбитая с толку. Растерянно водила глазами по комнате. Думать о другом развитии событий, казалось, занятием абсурдным. Неожиданно услышала перезвон колокольчиков над входной дверью. Удивленно посмотрела в сторону выхода из своей комнаты. Слышала свое громкое дыхание. Будто под гипнозом направилась к затихающему перезвону. Шла по коридору, забыв про свою наготу. Спустилась вниз, подошла к входной двери. Она распахнута. Женщина оцепенело двинулась вперед, выглядывая на улицу. Прошла по дорожке до решетчатых ворот. Они так же распахнуты. Смотрела вслед непонятному явлению, которое минут десять назад свозило ее во вселенную… Только теперь поняла, что стоит в одном бюстгальтере, перед дорогой, по которой пролетали редкие машины. Решительно заперла ворота и быстро понеслась домой, решив забыть эту невероятную ночь навсегда…

– Это просто невероятно! – восторженно вопил Аристарх, управляя машиной. Периодически бил руками о руль. – Потрясающе! Я никогда ничего подобного не пробовал! Нет было, конечно… Там на меня лев летел… у меня ружье заклинило… Хорошо друзья помогли! Он так и рухнул к моим ногам! Но тут! Тут… твою мать! Твою мать! Какая женщина! Горячая! Я чуть с ума не сошел! Думал, она меня спалит… там внизу! О… о…. о… – Он снова ударил руль. Машина чуть не съехала с дороги.

Тосканец спокойно смотрел на него. Странно, как-то сразу они сроднились… Он знал этого старика будто всю жизнь. Не чувствовал стеснения или неловкости от того, что сделали. Казалось, просто помогли людям, спасли их от пожара и, теперь, горделиво рассуждали на эту тему.

– Ты… ты классно все придумал! Ты…, – Аристарх пытался смотреть одновременно на него и на дорогу. – Твою мать! Я в полном восторге! У… у…у! И как это у тебя получилось?! Ты… Слушай… Ты чем занимаешься?!

Тосканец задумчиво посмотрел на свои колени. Сложный вопрос. В обществе не принято не работать, особенно, если у тебя нет денег. Необходимо найти достойный ответ на этот, в последнее время, часто повторяющийся вопрос.

– Я… м… ищу девушку…

– Что за девушка?!

– М… любимая…

– Она убежала от тебя?

– Не совсем… там немного сложнее ситуация…

– Так и… не понимаю! – Аристарх поморщился. – И что собираешься делать?!

– Просто искать ее.

– Ну… это понятно… А может… пока поработаешь со мной?

– Поработать… как сегодня?

– Ну! Это было бы здорово! А ты можешь постоянно так?!

– Не знаю… не пробовал…

– И как она в тебе разглядела этот талант?! Всегда удивлялся ей! Нюх у нее что ли… Ты понимаешь, насколько ты великий человек?! Понимаешь?!

Тосканец пожал плечами. Не понимал, о чем речь. Когда он стал великим?! Или нужно найти себя в жизни? Есть какой-то талант… Нужно просто применить его. А этот странный старик разглядел! И эта противная старуха… Что они о нем знают? Даже тревожно стало…

– Так что?! – Аристарх нетерпеливо ворочался в кресле.

– Нет… извините… Не могу. Мне надо ее найти.

– М… Не вовремя у тебя эти проблемы! Ладно… Найдешь ее, что дальше? Придешь ко мне?

– Пока ничего не могу обещать…

– Или у тебя со старушкой контракт?

– Нет… Просто… мне действительно нужно найти девушку. Потом… Кто знает, как повернется ситуация?

– Мда… Но, если что… обращайся! Я для тебя всегда открыт!

– Спасибо… Мне, наверное, нужно вернуться к старушке…

– Ты ей что-то должен?

– Теперь… она должна…

– Хорошо. Я подброшу тебя… Но имей в виду, ты всегда сможешь найти меня в том казино, где мы с тобой встретились. Это мое казино! Просто спроси хозяина и назови… м… Впрочем, к тому времени я могу забыть твое имя… Просто скажи, что желаешь рассказать мне историю про женщину в красном!

– Так и скажу, – устало кивнул Тосканец…

Старушка задумчиво бродила по кухне. Теребила воротник. Почти не смотрела на Тосканца. Собаки на него уже не рычали. Или запомнили его образ, или его уверенный окрик в их адрес. Они, конечно, бойцовые собаки, но чувствовали какое-то непонятное чувство уважение перед людьми, умеющими громко кричать…

– Удивительно…, – растерянно бормотала старушка. – Как ты смог это сделать?! Он сказал, что в полном восторге! С ним такое редко бывает… И что ты сделал?! И за такое короткое время! Я не ждала тебя сегодня… Впрочем… это хорошо… Очень хорошо, что он в восторге! Ты не представляешь себе этого человека! Его слово… особенно такое… многое значит… Это значит, что ты можешь получить доступ к большим возможностям! – Она внимательно смотрела ему в глаза. – Он… предлагал тебе что-нибудь?

– В смысле?

– Не знаю! Что-нибудь! Остаться с ним или еще что…

– Предлагал.

– М… Ты…, – она лихорадочно закивала, – произвел на него впечатление… Надеюсь, он не забудет, что это я тебя прислала…

– Что насчет шкатулки?

– Что? – она рассеянно отреагировала.

– Уговор! Помните?

– А! Это да… Просто… Ты пойми! Ты можешь получить гораздо больше, чем эта шкатулка! Он… попросил меня… уговорить тебя остаться с ним… Он сказал, что найдет тебе любую женщину, которую захочешь!

– Мне нужна только она.

– Да… Я знала, что ты так ответишь… Иначе, ты не был бы тем, кем являешься…

– Да, кем я являюсь?!

– Я пока и сама… не знаю… В смысле, в полной мере… Нужно узнать тебя получше.

– У меня нет времени. На данный момент мне нужна шкатулка!

– Я бы сказала… что глупо вот так искать женщину… Тем более, что ты ее совсем не знаешь! Но… ты ведь другой… не такой, как все… Так что… женщина, скорее всего, стоит твоих поисков. Значит… тебя не отговорить…

Тосканец отвернулся. Устал от разговоров о своей исключительности. Возможно, его с кем-то путают.

– Ладно, – грустно кивнула старушка. – Пойдем со мной… Получишь свой приз…

Тосканец так и не смог заснуть. Всю ночь пролежал в своей кровати. Рядом шкатулка. Смотрел на нее, будто в ней и скрывалась его женщина. С утра совсем не чувствовал себя сонным. Даже кофе не выпил. Скорым шагом направлялся в сторону кафе «Фрегат». От нетерпения хотелось говорить со всеми прохожими, даже пару раз улыбнулся совершенно незнакомым людям. В кафе мало посетителей. Парня с красной дурацкой рубашкой нашел мгновенно. Подошел к нему, не решаясь сразу отдать трофей. Тот жевал блинчики, запивая черным сладким чаем. Спокойно посмотрел на посетителя. Вытер маслянистые губы бумажной салфеткой.

– Это же вы… м… в красной рубашке? – Тосканец понял, что несет чепуху. Но, скорее всего, именно этот стиль и поймут. Нужно добавить, что рубашка дурацкая?

Парень усмехнулся.

– Что у тебя?

– Шкатулка.

– Так быстро? Думал… успею позавтракать… Хотя… хорошо, что не придется приходить сюда каждое утро… – Он протянул руки и принял подарок. Всмотрелся в него, проверяя подлинность.

– Кстати… ключ мне дали не тот! – Тосканец вытащил из кармана бронзовое изделие.

– Что значит не тот?!

– Он не подошел к двери!

– Но ты ведь вошел в дом?

– Да, но… ключ не при чем!

– Кто знает?

– Там меня встретила эта старуха. Это она…

– Если бы у тебя не было ключа – ты не пошел бы сразу к двери. И не встретил бы старушку. Правда?

– Не знаю… В любом случае… он мне не нужен…, – Тосканец протянул ему ключ.

Мужчина отрицательно покачал головой, пряча шкатулку в сумке.

– Оставь себе… Пригодится.

Тосканец задумчиво посмотрел на ключ.

– А что насчет Риммы?

Парень положил перед ним бумажный прямоугольник.

– Здесь адрес. Можешь зайти в любой момент. Там теперь тебя ждут.

Он медленно направился к выходу, потеряв интерес к блинчикам.

– Она там?!

Парень закивал, открывая входную дверь…

Неприятно, что снова придется куда-то идти. Тем более что достаточно далеко, чтобы, например, умереть от нетерпения или усталости. Солнце сегодня не друг. Похоже на вампира, сосет из бедного путника все соки. Наверное, сладко ему… Одноэтажный дом. Скорее, заброшенный. Слева, придвинутый к нему, гараж. Постучал в деревянную дверь. Там старик в соломенной шляпе. Угрюмо кивнул, приглашая. Сквозь дом прошли в гараж. Тосканец вдруг представил – она лежит в подвале, связанная, с кляпом во рту… Зачем так жестоко?! Они подошли к взрослому пони. Животное грустно смотрело на свои копыта. Старик отвязал его и протянул веревку Тосканцу. Тот удивленно отпрянул.

– Зачем?!

– Ты за ней пришел.

– Нет! Я пришел за девушкой!

– Я ничего не знаю, – старик дернул веревкой. – Бери. Она твоя.

– Что тебе сказали?! Мне нужна девушка!

– Ее не надо много кормить… И еще, она любит морковку…, – старик невозмутимо открыл ворота гаража и вышел на улицу.

– Стой! – Тосканец бросился следом. – Я не возьму ее! Подожди! Я должен поговорить с… Колумбом! Он меня не правильно понял!

– Если ты ее оставишь, она умрет…, – на ходу говорил старик. – Здесь никто не живет…

– Вашу мать! – Тосканец остановился, поняв, что старику все безразлично.

Как похоже биение сердца – очарованное, с биением сердца – разочарованным. Тосканец пытался глубоко дышать, чтобы снова научиться думать. Посмотрел в сторону пыльного гаража…

Глава 5

ОКАЗЫВАЕТСЯ, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО РИММА!

Тосканец сидел во главе стола. Сегодня он являлся главным героем! Товарищи внимательно вглядывались в его глаза. Видимо хотели понять, что за примеси участвовали в создании его истории. В ответ – кристально чистый блеск! От этого всем стало еще грустнее. Наркота – отличный повод потерять трезвый ум. Но подобная потеря без причины – просто сумасшествие.

– Ну… и, – подал голос Суховей, – что будем с ней делать?

– А что? – без эмоций буркнул Тосканец. – Пусть пока поживет…

– Ага… Но она уже уничтожила весь запас морковки и… навалила пять огромных куч в комнате… А некоторые из нас там… между прочим, живут…

– Пять огромных куч? Это что… кто-то считает?

– Ну… не то чтобы специально… Главное, не совсем понятно… как долго она там будет жить?

– Я не могу пока от нее избавиться… Хочу найти Колумба… объясниться… Может, он меня неправильно понял? Возможно, получится провернуть обмен…

– Лошадь на девушку?

– Это пони…

– Бог с ней! А что с Колумбом?

– Я там был уже два раза… Его нет…

– Слушайте! – встрепенулся Блонди. – А может, попробуем ее выгуливать?! Кто-нибудь знает… этих лошадей выгуливают?

– Это пони…

– Да, по хер! Ее надо научить ходить на улицу! Как собаку!

– Может, лучше сразу… в зоопарк ее? – размешивая сахар в чашке, заметил Люцифер.

– Зачем в зоопарке лошадь?! – поморщился Блонди.

– Там даже лягушки есть! Чем лошадь хуже?

– Да, но… там эти лягушки, кажется… розовые…

– Обычные!

– На хера в зоопарке держать обычных лягушек?!

– Откуда мне знать?! Держат и все!

– Но зачем тогда идти в зоопарк, если можно глянуть в ближайшую яму?!

– Да, потому что в зоопарке лягушки… чистые!

– Но… в последний раз я видел лягушку… м… в поле… Так она была чистой! И чего ей пачкаться?! Она в воде живет!

– Да, но ты замечал в ней…, – Люцифер принялся рисовать узоры в воздухе. – Какие-нибудь крапинки?! Необычные рисунки!

– Когда я увидел лягушку… я просто мельком на нее посмотрел и сразу отвернулся… Просто мне и в голову не приходило искать на ней… что-то там…

– Вот! А когда приходишь в зоопарк – поневоле приглядываешься! Думаешь, и чего это здесь делает обычная лягушка?! А потом, бац! И вдруг видишь на ней… какие-то рисунки! Крапинки!

– Какие еще крапинки?! Я вообще не остановлюсь возле лягушки! Ни в зоопарке, ни в… даже на луне! Если я и буду находиться возле лягушки… я сразу начну искать, где тут они держат змей!

– Так! – вмешался Суховей. – Вы оба сроду не бывали в зоопарках! И это еще не главная наша проблема!

– Ну, это конечно, – грустно кивнул Люцифер. – М… нужно что-то делать… с этой лошадью…

– Странно…, – протянул, до этого молчавший, Василий. – Как можно придти за девушкой… и так объясниться… что после этого тебе выдают лошадь? Что нужно сказать для этого? И ведь наш друг при этом… совершенно трезв! Я где-то читал, что если сразу отказаться от плохих привычек, то наоборот, человеку становится хуже…

– Аркадий, да, хрень это все!

– Я Василий…

– М… Ну, да… Хрень это все!

– Эта лошадь в нашей комнате, говорит, как раз об этом…

– Это пони…

Суховей придвинулся к Тосканцу.

– Слушай! – он настойчиво проговорил. – Проблема не в том, как она называется! Проблема в том, что она уже три дня живет в нашем доме! Кстати… что с ней было сегодня ночью?! Почему она так орала?!

– Я… понятия не имею… Согласен с тем, что привел ее сюда, но… особенности поведения некоторых животных в неволе… мне обескуражено неизвестны…

– Знаете, однажды я был в горах, так там ослы так ночью орали! – оживился Блонди. – Это у них, кажется, брачный период был! Вместо «И – а», они кричали просто «А!»…

– Что это значит?! – нахмурился Люцифер. – У нее брачный период?! В связи с этим у меня, как у человека, который спит… так сказать в непосредственной близости от нее… Она самец или… Вообще… кто-нибудь к ней под хвост удосужился посмотреть?

– А что там можно увидеть?

– Ну, например, огромный член! Сантиметров… в тридцать! Так сказать, в расслабленном состоянии…

– У них чего… такие огромные?

– Бывает и больше!

– И что… у самок есть для этого место?

– Мне лично плевать! Я только знаю, что у меня для этого мест нет! Слушай, Тоскан! И что мы будем делать, если… чья-то честь будет поругана?!

– Кажется… я конечно не профессионал в плане маленьких лошадок, но между ног у нее ничего не болтается…, – взял слово Блонди.

– Я, на всякий случай, гляну сегодня перед сном…

– Даже, если она девочка, – весело усмехнулся Блонди, – не факт, что тебе это ничем не грозит!

– Чего вдруг?!

– Если у нее брачный период… то вполне может случится, что если нет самца… ей вполне сгодится… человеческий детеныш!

– Что?! Что это значит?!

– Даже не представляю! Но… обязательно приготовлю на ночь фотик… Так сказать, на память!

– Я этот фотик тебе в твою глупую попку засуну! Имей в виду! Весело будет исключительно всем!

Большинство довольно заулыбались.

– Просто пообещай мне, что решишь эту проблему в течение ближайшего времени, – Суховей ласково попросил Тосканца.

Тот сосредоточенно кивнул. Народ постепенно переключил внимание на сверток, мирно лежащий на столе.

– Кстати… кто автор продукта? – лениво поинтересовался Василий. – Неужто снова Люциферчик?

– Нет, Аркадий! – ехидно отозвался совсем не автор. – У меня сегодня выдалась бессонная ночка! Так что утро я проспал!

– Вообще-то… я Василий… Не понимаю! С чего вы взяли, что я Аркадий?! Я никогда так не представлялся! У меня обычное русское имя! Чего сложного?!

– Понятия не имею… но… У меня в голове четкое осознание того, что ты Аркадий! Не знаю почему…

– Да… да, – закивали остальные.

– Ладно, – печально икнул Василий. – А вот то, что товар не от Люцифера – радует… Значит, товар имеет право претендовать на качество года!

– Да, сколько мне еще терпеть эти издевательства?! – возмущенно выпалил Люцифер. – Я можно сказать главный кормилец в семье, а тут…

– Что за отрава? – народ не обратил на него внимания. Самый нетерпеливый принялся разворачивать добычу. Принюхались после того, как удовлетворились увиденным.

– А запах! Вы чувствуете?! – блаженные улыбки дружно закивали. – Так… кто автор?

– Делаю все возможное, – проговорил Суховей.

– О! Это фирма не знает промахов! До сей поры…

Тосканец заворожено потянулся к свертку. Больше всего его заинтересовала информация на газете. Там крупными буквами – Римма! Он разгладил бумагу, отбрасывая содержимое на стол. Сельчане неодобрительно загудели. Святое – бывает разным по форме и содержанию!

– Это становится печальной традицией! – укоризненно провозгласил Люцифер, для большего эффекта, покачав головой.

Тосканец вчитывался в текст. «Пропала любимая пони по кличке „Римма“! Дочка известного олигарха в отчаянии! Семья тяжело переживает утрату»…

– Она Римма! – удивленно протянул Тосканец. – Она Римма!

– Кто?

– Пони! Вот почему ее мне отдали! Я просто сказал, что мне нужна Римма! Мне и в голову не могло придти, что нужно уточнять, что… я про девушку…

– Ну, срать-то она от это меньше не станет…

– Джентльмены! – вмешался Суховей. – Будьте так любезны – заткнитесь! – Он глянул на Тосканца. – Как это тебе поможет?

– Пока не знаю… Но, возможно… стоит навестить дочку известного олигарха?

– Делай что угодно, но постарайся избавить нас от этой лошади.

– Надо же…, – наполняясь энергией, проговорил Тосканец. Дорога любви, которая пропала за неясным туманом, вдруг осветилась далеким светом… – Какое дурацкое совпадение!

В комнату медленно стал вползать желтый дым. Люди разочарованно застонали.

– Опять Мухомор себя проявляет!

– Эй! Муха! Ну, что опять?!

Из дальней комнаты нехотя вышел человек, похожий на старика. Борода редко блистает молодостью. Он озабоченно смотрел в пол, выставив перед собой ладонь синего цвета. Ему совсем не хотелось говорить, судя по виду.

– Не получилось, – нейтрально выдал он.

– Не… это понятно, ты стараешься для коллектива, но… Можно свои опыты проводить, когда нас нет?!

– А когда вас нет?

– Ну… Мало ли… А что там у тебя с тем чудесным порошком зеленого цвета?! Помнишь, отличное зелье?! Зачем эти опыты?!

– Я забыл его рецепт…

– Теперь, нащупываешь?

– Ничего общего, – Мухомор покачал головой и вернулся в свою комнату.

Дым приближался к невинному населению. Глазки настороженно следили за ним, будто за движением дракона, проглотившего завод по изготовление добрых таблеток.

– А дышать этим можно?! – кто-то вовремя проснулся.

– Я бы не стал рисковать, – послышался равнодушный голос Мухомора.

Все убегали из квартиры, демонстрируя свои лучшие спринтерские качества…

Римму решил взять с собой, отправляясь в гости к олигарху, чтобы не возвращаться за ней. Почти сразу об этом пожалел. И дело не только в том, что на улице жарко. Тянуть за собой пони, это почти то же самое, что и… лошадь… Народ весело оборачивался. Оказывается, всем на свете нравятся животные! Просто для каждого нужно выбрать правильный соус… Организацией дела, занимался самостоятельно. Откуда обычному наркоману раздобыть контактный телефон известного олигарха?! Главное тут не впадать в истерику. Можно узнать какими фирмами владеет главный герой. Далее, через рабочие телефоны выходить на директоров и предлагать вернуть пони. Два часа в Интернет-кафе – и ему предложили проехать по адресу. За это время Римма умудрилась развязаться и убежать… Тосканец поймал ее возле маленького фонтана. Вокруг куча народа. Они весело кричали и оглядывались в поисках неуклюжего хозяина. Помимо прочего, еще и репутация пострадала… Она жадно припала к воде и не оторвалась, пока живот не превратился в огромный шар. Кажется, теперь путешествие будет еще сложнее.

Вечер предстал перед ними великим спасителем, не только потому что они, наконец, пришли, но и за счет спасительной прохлады. Странное дело, Тосканец успел привыкнуть к своему подарку и теперь вдруг пропало желание расставаться с ним. Неохотно нажал на кнопку вызова.

– Слушаю, – с ним заговорила меленькая коробочка, прикрепленная на воротах.

– Я привез… м… привел пони.

– Ждите.

Тосканец грустно смотрел в ее глаза. Кажется, она отвечала веселыми и благодарными искорками в них. Вероятно, здесь ее должны лучше кормить. Она точно об этом знала… Ворота отворились. Молодой охранник пригласил в дом. Впрочем, его оставили на лужайке, рядом с бассейном. Он присел за белый столик. Римму отвели. Где-то за домом раздался счастливый детский выкрик. Все же… приятно дарить добро. Беспроигрышный вариант. Создаешь вокруг себя приятную ауру, и она беспрестанно начинает притягивать к себе ДОБРО и таких же людей. Тосканец понял, что не напрасно отправился в тяжелое путешествие. К нему вышел мужчина. Почти не поздоровался. Присел рядом. Пристально вглядывался в глаза.

– Ты привел лошадь? – стремительно проговорил.

– Это пони…

– Ага… Где ее взял?

– М… там история одна… запутанная… В общем, она оказалась у меня.

– Ты умеешь подробно отвечать! – оживленно кивнули в ответ.

В дверях дома появился другой формы мужчина. В глазах металл. Руки сложил на груди. Голову склонил набок. В одежде легкая небрежность. Выжидал.

– С какой целью прибыл? – вопросы продолжались.

– Отдать пони! – удивленно отреагировал Тосканец.

– Я не в том смысле… Что-то хочешь взамен?

– Не знаю… Не думал еще об этом… Хотя, возможно… вы могли бы мне помочь…

– Деньгами?

– Ну… не совсем… Хотя и это не помешает… Но главное это девушка!

– Какая еще…

– У меня есть ее фото… Тут тоже не так все просто… Я действую скорее интуитивно.

– Ты сам понимаешь, о чем говоришь?

– Я… конечно…

– Ты где работаешь?

– М… я…, – Тосканец всматривался в свои мысли… Чистое голубое небо, облака… Даже птиц нет… Ни единого варианта!

– Красивая у тебя рубашка! – вставил мужчина у дверей.

Тосканец посмотрел на себя. Плохой знак! Когда в последний раз ему указывали на его рубашку – то, в общем-то, хотели убить…

– Да…, – он растерянно кивнул.

– Ярко зеленного цвета!

Тосканец молчал, уловив в голосе мужчины насмешливые нотки.

– Ты наркоман?!

– Почему… С чего вы…, – Тосканец задумчиво уставился на зеленную травку под ногами. Что с его внешним видом?! Почему его нарядная одежда является поводом для наркотических обвинений?! По идее, должно быть наоборот! Он должен внушать доверие!

– Да, и брючки нехилые! Фиолетовые, приближающиеся к черным! – мужчина приблизился и уселся на корточки перед посетителем. – На чем сидишь?

Тосканец глянул на стул, после оценил направление вопроса.

– Я… не… В смысле, уже…

– Ясно! Как только наступили проблески разума, ты задумал это дельце!

Тосканец развел руки в стороны.

– Да, это не то чтобы… дельце… Просто пришел…

– Ага… Ну, молодец! Что я еще могу сказать?! – мужчина улыбнулся. Улыбка потеряла первоначальное значение уже через пару секунд. Далее, просто застыла, словно из камня, пригодная только для того, чтобы демонстрировать свою бесконечную силу и тотальное превосходство.

Тосканец почувствовал свою вину. Пока не понимал, с чего?! Возникла версия, что его подозревают в чем-то, не зная об истинных помыслах. Ну, это понятно. Незнакомцам всегда не доверяют! Но только ли поэтому? Мужчины вели себя несколько раздраженно, если не сказать агрессивно.

– Значит…, – мужчина поднялся, потирая висок, – что ты хочешь?

– Найти женщину.

– Женщину?! При чем тут я?!

– Не то чтобы… вы точно знаете, где она… Но, учитывая ваше влияние… вы могли бы помочь мне найти ее.

– Не понимаю… Ты ведь вроде наркоман… Зачем тебе женщина? У нее твои деньги? Или…

– Нет. Просто я думаю… что люблю ее…

– Значит, ты пришел сюда, чтобы в обмен на пони, получить любовь?

– Вообще… мне пригодились бы еще и деньги… Немного… Ну, чтобы ее искать… или хотя бы просто вернуться домой…

– Понятно! – мужчина усмехнулся. – Вот теперь все понятно! А-то я уж было начал думать, что чего-то не понимаю в жизни! Сколько ты хочешь?

– М… главное… это девушка…

– Сколько у вас там стоит коробок? Ты ведь по этой части?

Тосканец понимал, что разговор идет не в том направлении, в котором хотелось. С другой стороны, он уже давно не приносил в семью качественное зелье. Скоро могли начаться разговоры о целесообразности его присутствия в компании верных друзей. Его молчание восприняли, как замешательство или даже скромность. Решили помочь.

– Десять коробков… Двадцать?

– Как вам будет удобно, но… главное это девушка…

– Ну, это понятно! Она на первом месте! – мужчина помолчал, раздумывая. – А ты готов отправиться за ней… например, на край света?

– Да! В любое время!

– Что же… жди здесь! Мне надо посоветоваться с моим помощником, – они отправились в дом.

– Вам показать ее фото?! – Тосканец соскочил со стула.

– Позже, – мужчина отрицательно закачал головой. – Сиди и жди!

Тосканец печально смотрел на его указательный палец. И снова от него не требуют предоставить ее фото! На этот раз, хотят они или нет, он сунет его им в… их прекрасные и спасительные лица! Темнело… Включилось освещение. Почему-то взглянув в чистую воду бассейна, жутко захотелось кушать. Пить, тем более… Из дома вышел помощник. Нерешительно погладил свою голову. В руках держал какую-то папку. Кивнул Тосканцу, приглашая за собой. Дошли до гаража, уселись на заднем сидении внедорожника и отправились куда-то в ночь… Тосканец вытащил фото и продемонстрировал помощнику.

– Вот эта девушка! – настойчиво проговорил. – Это чтобы потом не было непоняток!

Помощник слабо усмехнулся, кивнул и отвернулся к окну. Не промолвил ни единого слова, пока не прибыли на вокзал. Вышли из машины.

– Отправляешься на край света! Как и хотел…, – он указал на подошедшего к ним человека. – Он посадит тебя на поезд. – Помощник передал ему папку. Молча развернулся и направился к машине.

– Он знает, где она?! – выкрикнул вслед Тосканец.

Помощник уже летел на машине обратно. Человек внимательно изучил содержимое папки и попросил следовать за ним. Тосканец показал ему фото.

– Мне нужна эта девушка!

– Там будет их много…, – равнодушно кивнул мужчина.

Все вокруг молчаливые. Глаза прятали. И еще много непонятного! Тосканец чувствовал, что так поиски не ведутся, но не знал, к кому обратиться. А тут еще, столько людей куда-то его везут! Специально для него заказано купе! Понятно, что существует определенная цель! Но какая? Стало элементарно интересно… Не прекращать же все это! К чему вернешься, тогда?! Ходить по улицам смертельно надоело! Тем более, бесполезно… Он устало уселся на кровати в вагоне. Новый помощник быстро и деловито накрыл на стол. Это здорово! И чрезвычайно вовремя! Тосканец сглотнул. Ладно, вопросы он начнет задавать после… Первым делом выпил стакан яблочного сока и набросился на мясо, заедая салатами… Так вкусно давно не было! Тосканец от микро счастья закрыл глаза… Темнота навалилась почти одновременно. Необычным оказалось, что ОНА владела его сознанием. Он не мог открыть глаза. Просто, будто плавал в черном океане. Выплывал тяжело, с помощью какого-то старика… Сначала услышал свое дыхание. Зрение подарило возможность видеть старую деревянную кибитку. Руки нащупали грязный матрац. На купе не похоже…

– Выпей, – с акцентом потребовал старик, протягивая алюминиевую кружку.

Спорить, показалось, делом абсурдным. Пить хотелось больше жизни. Тосканец жадно заглатывал в себя терпкую жидкость. Подергав языком, после, ощутил привкус чая…

– Где я? – говорить пришлось с трудом.

– Вставай, – старик вышел наружу. Там яркие лучи солнца и жара. Сухая. Такой в Москве не бывает! Действительно край света?! Он поднялся. Голова закружилась. Выбрался наружу. Горная местность. Пыль, сухая трава и растянутые кругом провода разного цвета… Столбы для освещения имели нарочито старый и неусовершенствованный вид, будто застряли где-то в прошлом столетии. Тосканец догнал старика.

– Мне нужна девушка! – он притронулся к его морщинистой руке. – Я ехал за ней… На поезде… Мне обещали помочь!

Старик вздохнул. Вытер пот со лба. Подошли к навесу из соломы. Здесь обнаружилась огромная яма. Глаза, после ярких лучей солнца, еще не привыкли к тенистому изображению.

– Вы мне можете помочь?! – раздраженно спросил Тосканец. – Как я тут оказался?!

К ним подошли вооруженные люди. Выглядели охранниками. Чего можно охранять поблизости?! Тосканец непонимающе оглядывал их. Мозг пока слабо работал. Почему-то совершенно не было чувства опасности. Пока решил разобраться со стариком.

– Вы объясните мне, где я?! Вы что-нибудь знаете про девушку?!

– Девушка? – будто что-то вспоминая, ответил тот.

– Да! У меня есть ее фото! – Тосканец полез в карман. Удивленно рыскал по остальным, обнаружив во всех лишь пустоту.

– Ее фото? – старик открыл папку на столе. Вытащил бумажный прямоугольник. – Это?

– Да! – Тосканец мало чего понимал. Так же обнаружил в папке бронзовый ключ, который ему подарили люди Колумба.

– Идем вниз, – скомандовал старик, медленно спускаясь в яму.

– Зачем?! – Тосканец неохотно смотрел в ее черноту. Неужели ее держат внизу?! Или снова там пони?! – Девушка там?!

– Девушка…, – тихо проговорил старик.

– Иди вниз! – его подтолкнули.

– Зачем?!

Мужчины направили в него автоматы и охотничьи ружья.

– Иди вниз! – жестче повторили.

– Вы… кажется меня с кем-то путаете… Я не… Это ошибка… Мне нужна девушка… Я отдал пони, чтобы… Мне обещали помочь…

– Давай я прострелю тебе ухо! – мужчина приблизил к его лицу автомат. – А потом решим, кто тебе будет помогать! Хорошо?!

Тосканец, наконец, испугался. Даже, если его приняли за другого, то совсем необязательно при этом терять ухо! Он кивнул, указывая на яму. Присел на корточки, пытаясь высмотреть лестницу. Спустя несколько секунд, оказался внизу. Глаза постепенно разглядели первую пару тусклых лампочек. Запахло пылью. Старик молча двинул в глубь пещеры. Шли около минуты. Дышать стало труднее. Лампочки указывали точный путь. Подошли к столу. За ним мужчина, отрешенно передвигающий какие-то камешки… Вяло отреагировал, увидев перед собой папку.

– Привел тебе еще одного, – старик кивнул в сторону Тосканца.

Мужчина даже не оглянулся. Кивнул, пряча камни в карманах.

– Что значит «еще одного»?! – Тосканец придвинулся к старику. – Вы меня за кого принимаете?!

– Уф… Как я от тебя устал…

– Да, почему?! Я вас первый раз вижу!

– Дело не во мне… Чего ты дурака из себя делаешь?! Зачем?! Ну, сделал глупость – так смирись! Ты ведь понимаешь, что за все нужно платить!

– За что я должен платить?! – уже кричал Тосканец. – Можете просто сказать, за кого вы меня принимаете?!

– Не надо кричать…, – поморщился старик, отмахиваясь, словно от пыли. – Ты… ты человек, который… если верить папке, украл у хозяина пони… а потом вернул за вознаграждение… Все ясно?

– Какое вознаграждение?! Вернее… я не крал пони! Я ее просто вернул!

– Слушай… Зачем врать мне? Я уже ничего не решаю! За нас с тобой все решено!

– Но я не крал пони?! С чего они взяли?!

– Там… сказано… парень в зеленной рубашке… фиолетовых брюках украл пони, а после… вернул… в обмен на наркоту…

– Парень?! Парень в зеленной рубашке?! И это все?! Они что… только одежду его увидели?!

– Да… Он действовал… довольно рискованно и дерзко… Будто нанюхался чего-то… Еще оттолкнул дочь хозяина…

– А может… этот парень был в красной рубашке?! Дурацкая красная рубашка!

– Ну, вот… видишь? Ты, все равно, что-то знаешь об этом деле…

– Да, вы не понимаете! Эту пони мне дал Колумб! В обмен на шкатулку! Вернее… не сам Колумб, а парень в дурацкой красной рубашке!

– Колумб? Этот тот самый, что Индию открыл?

Тосканец замер, тупо уставившись на старика. Он только сейчас оценил, куда попал!

– Нет… Он не Индию открыл… Да, и не тот это Колумб… Это другой…

– Ты ведь наркоман?

– Причем здесь это?!

– Потому что все беды от этого!

Тосканец схватился за свои уши. Зажмурился. Хотелось проснуться. Тянулось мгновение. Какой-то шум нарастал в ушах, то ли от боли, то ли действительно…

– Ладно…, – он шумно выдохнул, поняв, что уже не проснуться. – Что… что это за место? Зачем меня сюда привезли?

– Это каменоломня…

– Что?!

Старик кивнул, грустно оглядываясь.

– Что за хрень?! Вы что тут… в средневековье?! Какая на хер каменоломня?!

– Обычная… Камни добываем… обрабатываем…

– Зачем?!

– Республика у нас небогатая… вернее… президент долбанный… Вот… Поэтому приходится обрабатывать камни… Например, для дорог, домов… В общем, вещь полезная. Денег на кирпичи всем не хватает…

– Хрен с ним! Я здесь зачем?!

– Будешь добывать камни…

– Зачем их добывать?! Они всюду валяются!

– Тут нужны особые камни… Другая порода, другие размеры… Тут есть определенный стандарт…

– Допустим… Это что-то вроде наказания для меня?

– Да.

– И какой у меня срок?

– Ну… это же не тюрьма… Никто не знает…

– В смысле?! Я что тут до конца жизни?!

– Может быть… Здесь определяющее время – год… Если выживешь – значит…

– Что?!

– Не знаю… Там уже все в руках аллаха…

– Почему аллаха? Разве в папке не сказано, какой у меня срок?

– В папках никогда не указывают срок…

– Почему?!

– Никто не знает, как долго будет гореть раздражение хозяина… Может, месяц, может вечность…

– И что… здесь много таких?

– Да… но количество постоянно меняется… Кто-то умирает, кто-то сбегает, кто-то договаривается…

– Значит, сбежать можно?

– Можно… но куда ты побежишь? Хозяин везде тебя достанет!

– Что за хозяин? Этот олигарх?!

– И он тоже. У каждого здесь свой хозяин. Вообще, если здесь оказался… считай повезло. За твой поступок он мог тебя уничтожить. Но он посчитал, что ты обычный наркоман, поэтому решил проучить… Так что радуйся!

– Сейчас… начну… Это… с этим олигархом можно поговорить?

– Ему это зачем?

– Он должен знать, что ошибся!

– Зачем?

– Что значит «зачем»?! По его ошибке страдает человек! Совершенно невиновный!

– Ну, во-первых, хозяин часто ошибается… вернее, бывают такие случаи… Но он имеет на это право! Он хозяин! Ему даже не обязательно знать об этом! Эта информация может сильно его расстроить… Значит, снова кто-то пострадает… И кому это нужно? Во-вторых, совершенно невиновных – не бывает!

– А в чем моя вина?!

– Зачем вернул пони?

– Как?! Хотел добро сделать!

– Инициатива всегда наказуема! Чего дома не сиделось?

– Нельзя добро делать?!

– Запомни, нельзя ВСЕМ делать добро! Потому что большинство этого не заслуживает!

– Откуда мне было знать, что этот ваш… хозяин такой придурок?!

– Твое незнание… это твое наказание…

– С чего вы взяли, что…

– Так! Все! Хватит! – старик выставил перед собой ладонь. – Я устал говорить с тобой! Я, конечно, понимаю, что нужно кое-что объяснить тебе… Ведь твоя жизнь теперь изменится, но всему есть предел… Я устал!

– Подождите! Я не могу вот так просто…

– Теперь, говори с ним! – старик указал на мужчину за столом и направился к выходу.

Тосканец глянул на мужчину. Немолод. Грязен. Морщинист. Постоянно смотрит куда-то в сторону, будто стесняется чего-то. Почему-то, показалось, что говорить с ним бессмысленно. Тосканец молча разглядывал пещеру. Глубоко дышал. Думал, что это заставит успокоиться. Вспомнил, что фото Риммы в папке. Попытался вернуть себе.

– Ты не имеешь права трогать свою папку! – мужчина оживился.

– Чего вдруг?!

– Все отобранное должно находиться в ней!

– Да, брось… Я возьму только фото…

– Я расскажу хозяину! Он может сильно наказать тебя!

– Какому хозяину? Олигарху?

– Нет. Хозяин Олим. Он отвечает здесь за безопасность.

– Много у вас тут хозяев…, – Тосканец склонился над ним. – Это твой хозяин?

Мужчина резко поднялся. Пыль с его одежды рухнула к его ногам.

– Пошли! Я покажу тебе, чем ты будешь заниматься! – он направился куда-то вглубь. Оттуда слышался постоянный шум.

Тосканец обреченно поплелся за ним. Мозг пока отказывался воспринимать реальность. Казалось, что можно еще все исправить, или в худшем случае, убежать. Увиденное огорчило еще больше. Люди, скованные одной цепью, машут кирками – добывают камень. Мужчина достал откуда-то железный обруч, нацепил на Тосканца в районе талии. Ловко соединил его с цепью. Протянул ему кирку.

– Видишь этот камушек? – он кивнул в сторону огромной глыбы. – Главная задача для всех – оторвать его от породы… Мы хотим сделать памятник нашему хозяину! Нужен этот кусок! Становись со всеми и бей снизу, чтобы отломать его.

– За что памятник?

– Он хороший человек!

– Это же твой хозяин… Значит, это лично твоя инициатива?

– Ты задаешь слишком много вопросов, для провинившегося! – он указал на камень. – Бей!

Тосканец взял кирку. Становиться рабом не хотелось. Расчет развивался в другом направлении – инструмент можно использовать, как оружие. Он молча смотрел в глаза грязному мужчине. Подумал, может сразу проломить ему череп? Впрочем, торопиться не стоит. Возможно, уже имелись прецеденты, преимущественно бесполезные. И главное, убьешь этого убогого, все равно, до свободы далеко. А там – автоматы! Сначала нужно провести разведку. Глянул на глыбу. Идиотский труд! В современном мире уже давно что-то придумано, чтобы облегчить труд человеку. Но он очутился в слаборазвитой республике центрально – азиатского региона! Здесь трактор равен лопате. В смысле, заменяет. Понятие прогресса – отсутствует, как классовый враг! Тосканец усмехнулся, представив свою роль. Смех или чувство юмора помогает выживать.

– Послушай, Ахмед…, – он обратился к мужчине.

– Откуда ты знаешь мое имя?! – тот удивленно отреагировал.

– М… Не знаю… Просто так сказал.

– Просто так?! А как звать старика, который привел тебя?

– Не знаю… Наверное, Саид…

– Нет… Что действительно просто так сказал?!

– Зачем мне врать?

Мужчина грустно смотрел на свои ноги.

– Так что, Ахмед… Может, договоримся?

– Что?!

– Я не хочу тут работать.

– Тут все работают!

– Я понимаю… Но я не хочу! Как-то же можно это устроить?

– Нет! Работай! – Ахмед указал на глыбу.

Тосканец нейтрально покачал головой. Подход к решению проблем и даже множество выходов из них существуют всегда, только нужно набраться терпения. Он крепко сжал кирку и ударил под основание камня. Никакого результата, кроме чувствительной отдачи в руки. Он с детства не любил физической работы! Так что эта работа, в принципе, могла его убить даже не через год, всего лишь, после недели или… пяти минут. Он снова ударил, давая возможность Ахмеду успокоиться и покинуть шумную часть пещеры. Дурацкая работа! Жалкая участь! Думай, Тосканец, думай! Он чуть ногу себе не отрубил, промахнувшись…

Глава 6

РАБСТВО

Теория относительности. Обитала рядом. Постоянно почесывая бока пострадавшим. Сначала столкнулся с ней во время обеда. Оказывается, в рабстве есть свои преимущества. Не нужно искать еды. Хозяин сам о ней заботится. То, что дали отведать – поразило своей сыростью. Или, точнее, неготовностью. Хлеб черный, причем, в буквальном смысле слова. Тоже сырой. Ложки отсутствовали. Люди ели немытыми руками. Вокруг ни капли воды. Тосканец гордо отказался. Правда, встать из-за стола не получилось – мешали цепи. На него не смотрели. Все сталкивались в свое время с теорией, мать ее, относительности. К вечеру так проголодался, что пришлось наброситься на хлеб. В сырости, оказывается, тоже есть свои преимущества – можно и есть, и пить одновременно. На ночь им отводилась отдельная пещерка. Солома и… Собственно все. Кровати отсутствовали. Отказываться показалось глупой идеей. Солома – это самое мягкое место в пещерах. Прилег, ощущая, как в волосах начинают шевелиться какие-то неведомые насекомые. Разглядеть не удалось – свет рано отключали. Видать, экономили. На руках кровавые мозоли. Как завтра работать? Работа – зло! Он об этом итак знал… Заснул под утро, преодолевая многочисленный храп своих коллег по несчастью… По прошествии недели, еду уже воспринимал даже с радостью. Было в ней что-то… терпко привлекательное. Разумеется, с лучшими ресторанами ей не сравниться, но утолять голод она научилась вполне. Даже, в некоторой степени, удовлетворять некоторые вкусовые рецепторы… Впрочем, хвалу еде лучше пропеть в следующей жизни. Лежбище воспринималось… как нечто среднее между мебелью Людовика девяносто седьмого и раскладушкой в пионерском лагере малобюджетного предприятия. Насекомые, как заботливые друзья, делающие массаж всего тела после тяжелого рабочего дня. Отдыхали мало, преимущественно во время обеденного перерыва и сна. Но и работали так же мало. Почему-то их почти никто не контролировал. Пока не махали кирками, искали какие-то светящиеся камни, помещающиеся в карманах. Потом, эти камни прятали, видимо, до лучших времен. Прятать – условное выражение, потому что отлучиться далеко от группы ни у кого не получалось – мешали цепи. Так что, все знали о тайниках друг друга. Тосканец сидел на плоском камне и смотрел на старика, который только что нашел драгоценный камень, тут же уложив его в карман.

– Что это? – чтобы разбавить скуку, спросил.

Старик спокойно осмотрелся и равнодушно пожал плечами.

– Камушки…

– Зачем? Смотрю, все ищут…

– Да… Тут можно их сдать… Потом…

– После освобождения?

Старик кивнул, вытирая мокрый нос рукавом.

– А вы тут давно?

Старик скривился, мотнул головой.

– Так…

Тосканец понял, что тема не животрепещущая.

– Что с камушками? Драгоценные?

– Что-то из них делают… Потом продают заграницу.

– Много за них дают?

Старик приблизил плечи к шее.

– На жизнь хватает… На первое время…

– Часто людей освобождают?

– Бывает…

Старик устало присел рядом. Тосканец видел в нем сломленную волю.

– А сбежать?

– А? – старик превратился в глупость.

– Говорю… часто сбегают?

И эта тема не вызывает бурю положительных эмоций! Ничего не поделаешь, придется раскручивать старца!

– Бывает…

– Как это случилось?

– Не знаю… Какой-то ход он там нашел… Но теперь его завалили.

– А ты чего не ищешь?

– Зачем? – старик угрюмо сжался. – Так надо…

– М…, – усмехнулся Тосканец. – Ты, видать, покруче пони чего-то стащил?

Старик превратился в глыбу.

– Ладно… ты лучше скажи, что за народ здесь собрался?

– Обычный…

– Уголовники? Хотя… все какие-то пришибленные… Можно из них… армию сколотить?

Старик содрогнулся, будто от холода.

– Ты… я смотрю… молодой еще… Столько энергии в тебе…

– Это плохо?

– На данном этапе… очень.

– Что плохого бороться за свою свободу?

– Плохо то, что мало кто это оценит… Ты виновен и должен понести наказание.

– Я лично не виновен!

– Многие так думают… Но… Тут все виноваты…

– Если многие… значит, можно из них сделать армию.

Старик устало вздохнул.

– С кем воевать будешь?

– Со всеми, кто будет стоять на пути у нашей свободы! – Тосканец принял шутливую форму. Так можно легко свернуть, если попался на осведомителя, например.

– А знаешь, сколько сил у них?

– Догадываюсь… Но… не держат же они все здесь.

– То, что здесь тоже неслабо.

Тосканец вдруг почувствовал, что старик в теме. Возможно, подобные мысли когда-то посещали и его. Со временем он остыл, сдался… Но теперь, когда появился генератор свободных идей…

– Сколько бы их не было… Это не повод, чтобы не думать о свободе, – Тосканец приблизился к старику. – Твой хозяин забыл о тебе? Ты давно не видел света? Правда?

Старик, словно обжегся о чужое прозрение. Странно посмотрел в ответ. Даже самому себе не хотелось признаваться в том, что надежды больше нет. Подавленно молчал.

– Мне нужен помощник…, – зловеще прошептал Тосканец. – Тогда, вместе выберемся…

Старик дал себе время. Жизнь слегка пронеслась в его памяти. Какие-то файлы – облака, сады, ветер… Семья…

– Ты… напоминаешь мне… моего сына…, – мрачно заговорил. – У него такая же энергия… Ему тоже казалось, что все может…

– А мне не кажется! Я все могу! У меня талант…

– Какой? – старик требовательно заглянул в глаза.

Тосканец откинулся. Поморщился. Камни не подходят в качестве стульев. Сполз на корточки, чтобы зад не затекал.

– Не знаю… Но мне говорили…

– На этом и строится расчет?!

– Уж поверь мне! Стоит попробовать!

– Пока твой талант привел тебя сюда…

– Это не имеет к нему никакого отношения! Он чаще спит…

Старик почесал голову.

– Никак не могу понять… Твоя рубашка… будто новая. Хотя ты тут уже неделю. Ты… будто не работаешь…

– А я и не работаю, – улыбнулся Тосканец. – Я научился отстегивать себя от цепи. И пока вы все работаете, я сижу и думаю…

– Но почему Ахмед этого не замечает?!

– Ну, это надо постоянно считать людей в цепи… А он никогда этого не делает. Видишь… мой талант уже подарил мне маленькую свободу.

Старик пораженно уставился перед собой.

– Да, но… зеленый цвет твоей рубашки не заметит только идиот.

– Не совсем с тобой согласен… Яркие цвета не нужны человеку, который давно потерял интерес к жизни… который сломался… у которого нет свободы.

Старик молча размышлял.

– А ты заметил цвет моей рубашки, – торжественно заключил Тосканец. – Ну, что… будешь помогать мне?

– Там видно будет…, – после паузы ответил старик…

Тосканец свисал с потолка и смотрел на своих коллег, усиленно долбящих глыбу. С утра приходил Ахмед и рассерженно заявил, что работа ведется крайне медленно и если она не будет выполнена к сроку, то народ больше не будет получать еды. Непонятно, имел ли Ахмед полномочия на подобные решения? Если народ начнет погибать, возможно, хозяевам это не понравится, ведь смерть – слишком легкое наказание за собственные ошибки. Люди не утруждали себя мыслями, они принялись за работу. Тосканец внимательно следил за их поведением. Они прекрасно видели, что он избегает работы, но ест наравне со всеми… И никто не возмущался! Вот, что значит, восток! Когда говорят о его тонкости, прежде всего, имеют в виду – это молчание. Они могут быть недовольными, но будут молчать, потому что существует определенный кодекс. Все должны его придерживаться. На этом и строятся отношения на востоке. Если они видят чужака, не принимающего местные правила, то делают вид, что не видят его и стараются не пускать его в свой круг. Но если чужак придет сам – они пригласят его в гости, улыбнуться ему и даже напоят чаем. И снова будут молчать! Чужак ничего не поймет!

Тосканец прикинулся чужаком. Нужно выделить тех, кто посмеет выказать свое недовольство! С чего-то нужно начинать, собирая армию. Прошло два часа. Люди иногда поглядывали в его сторону. Его зеленая рубашка каким-то образом позволяла ему иметь отдельный от всех статус. Восточный человек понимает, что яркая одежда – это признак другой свободы, чуждой… Поэтому старается не влезать в те границы. Тосканец почувствовал, что рука, которая держала основной вес, стала затекать. Пришлось спуститься. Он прогуливался мимо работающих. Изображал абсолютную свободу. На него смотрели, как на сумасшедшего. Видимо, здесь совсем нет армии, даже в замороженном состоянии. Неужели придется искать другие пути? Он забрался на огромный выступ, похожий на трибуну. Уселся, согнув колени. Народ оказался под ним. С чего-то надо начинать.

– Свобода! – громко произнес он. – Что может быть прекраснее?!

Люди пару раз оглянулись.

– А вот, что если… взять и перестать работать?! Почему мы не считаем, что сами являемся хозяевами жизни?! Зачем нам хозяева?!

Удары кирок стали слабее. Скорее, это вызвано не великой истиной сказанного, но устрашающей смелостью. Теперь, никто на него не смотрел, все превратились в глухих. Восток! Если кто потом спросит, они, тупо мыча, будут оправдываться, что ничего не слышали. И когда им удалось превратиться в настоящих рабов? Чтобы сдвинуть их сознание с мертвой точки придется воспользоваться бульдозером. Тосканец понимал, что потребуется время. Но еще маленькую косточку решил обронить сегодня.

– Нас больше, чем охранников! И у нас есть оружие!

Кто-то удивленно глянул на него. Они ожидали увидеть у него, как минимум, пистолет.

– Наши кирки! – он прояснил ситуацию. Никогда не думал, что придется стать Жанной Дарк. Он удовлетворенно присел, в ожидании обеда…

– Ты не работаешь! – позже, возмущенно выговаривал ему Ахмед.

Тосканец готовился ко сну. Очень не вовремя и неожиданно появился надзиратель. Страха не было. Он с первого дня понял, что лучше смерть, чем такая работа.

– С чего ты взял? – ленно поинтересовался.

– Я… знаю!

– Ага… На тебя работают… осведомители?

– Не важно! Но ты не работаешь!

– И кто это?

– Я сказал, не важно! Ты отстегиваешь себя! Я все знаю!

– Все? Ну… если все… Не знаешь, инопланетяне существуют или это американцы виноваты?

– Хватит валять дурака! Ты не понимаешь?! Я могу все рассказать хозяину!

– И что тебе за это будет?

– Что?! Мне?!

– Ну, да… Заложишь меня, и что? Какая тебе польза?

– Я… я тут слежу за порядком! – глаза Ахмеда округлились. Ему казалось странным, что такие элементарные вещи приходится объяснять. – Все должны работать!

– Я не хочу…

– Что?! Так нельзя!

– Давай договоримся.

– Как?! Зачем?!

– Ты, я видел, собираешь камушки… А вдвоем веселее… Правда?

– Какие камушки?!

– Постоянно забываю их название… Ну, эти… светящиеся…

– Это мое дело! – упрямо проговорил Ахмед, на всякий случай, прижав руку к набитому карману.

– Теперь будет и мое… Давай сделаем так… я буду собирать камушки для тебя… Взамен, ты позволишь мне не работать.

Ахмед поставил свой компьютер на перезагрузку. Видать, ему никогда не делали подобных предложений. Тосканец демонстративно прислонился к стене, принимая позу ожидания. Закрыл глаза, давая понять собеседнику, что готов ждать вечность.

– Так нельзя…, – тихо проговорил Ахмед.

– Кому-то может и нельзя, а тебе все можно… Ты начальник! – Тосканец задрал вверх палец. Получилось более торжественно.

– Ты… должен работать… Все должны…, – задумчиво бубнил Ахмед.

– Я не должен… Мне нужно время, чтобы искать для тебя камушки.

– И… сколько ты будешь мне давать?

– Не знаю… Там ведь нет магазина… Ты же знаешь, как тяжело их искать.

– Ну и… сколько?

– Вот, – Тосканец вытащил из кармана камень. – Держи. Это на неделю свободы.

– Неделю?! – Ахмед вцепился в добычу. – Много! Это… не очень большой кусок!

– Нормально… Сам понимаешь, мне пока не хватает опыта, чтобы знать все места…

– Но это…

– Пока договоримся так. Не будь жадным! И помни, я единственный, кто будет на тебя работать!

– Ладно…, – вроде как недовольно поморщился Ахмед. – Ты это… Я слышал… речи какие-то толкаешь… Зачем?!

– Тебе и про речи доложили?

– Я тут все знаю! Я здесь хозяин!

– О! Тебе идет… так говорить… Ладно, я пойду спать, – Тосканец двинулся в спальню.

– Ты все же прекращай с этим! Здесь тебе не твоя Москва!

– Там тоже нельзя толкать речи, – сонно ответил Тосканец, исчезая в пещере. – Будь счастлив, Ахмед…

Тосканец вполне обжился в пещерах. Даже научился свободно ориентироваться в них. В детстве он очень любил горы, но местные скалы, особенно изнутри, производили однообразное впечатление. Он гулял для того, чтобы убить время или обдумывая дальнейшую манеру поведения. Необходимо вырваться наружу, чтобы вновь столкнуться со свободой. Сегодня отстегнул от общей цепи старика – своего первого знакомого, чтобы пополниться информацией. Странное дело, отстегивать умел только он, для остальных это оказалось непосильной задачей. Старик не противился, тем более что побаливала спина.

– Что здесь держит людей? – на ходу спрашивал Тосканец.

– В основном, страх.

– Что еще?

– Хм… возможность подзаработать. Эти камушки – неплохой заработок. У большинства на воле не было работы, поэтому они шли на незаконные дела.

– Но некоторые убегали…

– Да, эти… В голове ветер… Ни о чем не думают!

– О свободе думают.

– Куда они денутся от своих хозяев?! Домой уже не вернуться.

– Зачем домой? Насколько я понял, дома нет работы… А так можно начать новую жизнь.

– Ты знаешь, как тяжело начать новую жизнь? Да, и где?! В новой стране? Думаешь, его там не найдут? Стоит его хозяину шепнуть в местную диаспору – его тут же приведут!

– Можно пробиваться в одиночку.

– Наши люди так не могут…

– Впрочем… меня это несильно интересует…, – Тосканец поднял с пола камень. – Кажется, это не то…

– Нет, – со знанием дела заявил старик.

– Ладно, – Тосканец выбросил камень. – Что-то с армией у нас проблемы…

– И слава аллаху! Что ты собираешься делать?! Убивать людей?!

– Знаешь… я уже думал об этом… И понял, что ради своей свободы… вполне готов…

– Это очень опасно!

– Знаю, но… Как подумаю, что кто-то командует мной… Угрожает… Такая злость накатывает! Ты понимаешь, мы настоящие рабы! Двадцать первый век, а мы рабы! Я и не знал, что где-то такое возможно!

– Рабов много, только названия у них другие… Например, зеки… Думаешь, кто они? Те же рабы, только у государства…

– Может быть…, – Тосканец мрачно пнул камень в пыли. – Кстати… хотел узнать… как твое имя?

– Рустам.

– Я Тосканец.

– Странное имя… Кажется у русских таких нет…

– Это не имя… Хотя, другим себя уже не представляю.

– Прозвище? Откуда пошло, если не секрет?

– Да, глупо как-то получилось… Я думал, что тосканцы… это инопланетяне… Кто-то говорил, что это болгары… Мы поспорили… Оба оказались неправы, но с тех пор меня стали так называть…

– И кто такие тосканцы?

– До сих пор не знаю… Кажется, испанцы… Мне тогда было восемь лет…

– Так давно?!

– У нас в компании есть Чпок. В шесть лет он вышел на улицу с новой лысиной. Его мама подстригла. Мы подбежали к нему и начали смеяться… Кто-то хлопнул его рукой по голове… Лето, жара… и звук такой получился… чпок… С тех пор его так и зовут! Недавно ему исполнилось тридцать пять!

– Так можно и имя свое забыть.

– А зачем имя?

Они обернулись, услышав позади поспешные шаги. Ахмед, держась за бок, стремительно приближался.

– Вы уже оба не работаете! – выпалил он, шумно дыша.

– У него спина болит, – вмешался Тосканец. – Ты же не изверг…

– Я тот, кто отвечает за порядок! Сколько ты мне дашь камней за то, что и он не работает?!

– Ахмед, меня радует, как ты быстро научился бизнесу!

– А еще… Санджар узнал, что ты не работаешь! Меня стал ругать!

– Кто это?

– Старик, который привел тебя в пещеру!

– Он главнее тебя?

Ахмед досадливо поморщился. Задели его больную тему.

– Да… Он… что-то вроде помощника Олима…

– Значит… Олим – главный, потом Санджар, потом – ты?

– Да, – кивнул Ахмед, почесывая нос.

– Вот и разобрались с вашей иерархией, – улыбнулся Тосканец. – А знаешь, Ахмед, если Санджар узнал про меня, значит, и на него работают осведомители. Причем, в обход тебя.

– И что? – непонятливо покосился Ахмед.

– Надо избавиться от него…

– Зачем?

– Чтобы не мешал тебе получать камни.

– И… что надо сделать?

– Будем вычислять его. Это я беру на себя.

– Но… пока тебе придется поработать, чтобы… Санджар успокоился.

– Не обязательно… Нужно стать полезным для него…

– Камушки будешь ему давать?! Ему это не надо!

– Ты… лучше подумай… что интересует его… Дай мне эту информацию… Может, я что-нибудь придумаю.

– Да, ему ничего не надо сейчас! У него сын пропал два года назад! Он только об этом и думает!

– Сын пропал? Где?

– Не знаю… Где-то в России… Поехал деньги зарабатывать и не вернулся!

– Ну, вот видишь, – Тосканец усмехнулся. – Это уже кое-что! Я из России!

– Ну, и что?! Откуда тебе знать, где его сын?!

– Что-нибудь придумаем… Ты, главное, собери на этот счет всю информацию… как имя сына, куда именно уехал, как деньги зарабатывал… м… как выглядит… Может, фото есть… Найди мне это все!

– Фото не знаю… Но он есть на видео…

– Сын? На видео?

– Да… Там у нас есть видео… иногда смотрим фильмы… Так Санджар однажды показал своего сына… там есть кассета…

– Я должен посмотреть эту кассету!

– Зачем?!

– Не задавай лишних вопросов. Просто скажи, ты сможешь мне показать это видео?

Ахмед задумчиво смотрел в пыль. Неосознанно двигал ногой, задевая камень.

– Я могу попросить видео для себя… Спустить его… Ну, я так однажды сделал…

– Ну, вот и отлично! – Тосканец опустился и поднял светящийся камень, лежащий возле ног Ахмеда. – О! То, что нужно?!

Рустам важно кивнул. Тосканец весело рассмеялся.

– Смотри, Ахмед! Какой большой камушек!

– Как?! – тот расстроено отреагировал. – Я же возле него стоял!

– Ну, блин! Счастье было близко.

– Это я его нашел!

– Не спорь со мной, Ахмед, – Тосканец пригрозил ему пальцем. – Его нашел тот, кто поднял с пола. Но… учитывая, что он мне особо не нужен… Я могу тебе его отдать.

– Давай!

– Взамен… свобода для меня и Рустама!

Ахмед жадно смотрел на камень. Думал не долго.

– Но только на неделю…

Глава 7

ПОДГОТОВКА К ВОССТАНИЮ

Тосканец с Рустамом уже привычно сидели в стороне от работающих. Рустам важно поглаживал свою бороду. Смотрел, казалось, куда-то в вечность. Неделя без работы превратила его в другого человека. В нем появилась гордость, иное мышление. Он уже не признавал себя рабом и не признавал своих хозяев. Тосканец знал, что с каждым можно провести подобные беседы, для воспитания духа свободы. Люди на востоке сильно пришибленные местными властями. Они и не помышляют, что обладают собственными правами. Они знают, что есть президент и он может делать с ними все, что захочет, вплоть до уничтожения. И никому не придет в голову возмущаться! «Мы рабы с рождения!» – их подсознательный девиз. Страх умереть за свободу, сковывает их сильнее, чем тяжелая реальность. Они готовы голодать и дышать грязной пылью, лишь бы «жить». При этом умирают, потому что хозяин не думает об их здоровье. Они не умеют думать широко, логически. Страх и тут проявляет себя. Смерть почему-то воспринимается однозначно хуже, чем любая жизнь. Хотя никто не сможет толком объяснить, почему смерть хуже. Самое смешное, что каждый из них честно и преданно работает на эту систему! Они будут бороться с любым, кто посмеет восстать против нее! Еще смешнее, что хозяин им за эту борьбу ничего не даст, даже не поблагодарит. Презрительно скривит губы, скажет, пусть радуются, что их пощадили. Они будут радоваться, что предали тех, кто боролся за их свободу! Они считают своим долгом постоянно доказывать свою преданность своему хозяину. Им большего не надо! Тосканец грустно посматривал в сторону рабов, представляя, что каждый из них уже стал его личным врагом только потому, что ему не хочется быть таким же. Если же он победит… они, как растерянные дети, застынут, не понимая, как жить дальше. Кому теперь подчиняться? Ну, это уже не его забота…

– Для начала, нам нужно определить самых гнилых из них, – размышлял Тосканец. – Потом, для каждого из них подготовим свою информацию. Как бы случайно затеем разговор при них, и будем ждать реакции. Ахмед или Санджар придут и скажут, что до них дошли слухи о том или о сем… По информации мы определим, кто донес…

– Как это будет выглядеть примерно? – Рустам внимательно слушал. Он сразу принял этого молодого в качестве лидера, не смотря на разницу в возрасте и опыте.

– Например…, – Тосканец кивнул в сторону одного из рабов, – вон тот… Такой всегда угодливый… Явно стукач! При нем говорим о побеге с помощью веревок… Если Ахмед будет говорить о веревках, значит, этого надо устранять!

– Что значит «устранять»?

– Я видел в одной пещерке ямку… Туда и будем сбрасывать! Они могут орать, но их никто не услышит!

– Они там сдохнут?

– Мы будем давать им еды… Они не виноваты, что родились безвольными баранами… Когда победим, выпустим на свободу.

– У нас будет… тюрьма в тюрьме?

– Точно! Хотя… думаю, что у нас тут что-то вроде маленького восточного государства… А мы революционеры.

– Хозяева будут задавать вопросы, куда они подевались?

– Нам откуда знать?! Даже не пытайся строить догадки. Иначе, они это воспримут, как причастность.

– Странно, когда пропадут все осведомители…

– Я не знаю, к чему приведет эта борьба… Кто знает, что нам поможет, а что нет…

Рустам схватился за сердце и закрыл глаза, явно от боли.

– Что случилось?! – Тосканец тревожно смотрел на него.

Ответ последовал спустя минуту.

– Все… в… порядке…

Тосканец покачал головой. Он понимал, что далеко не все в порядке. Люди, которые по идее должны стать воинами… элементарно подорвали свое здоровье. Как это будет выглядеть, когда придется браться за оружие? Они начнут падать в обморок, от усталости и тяжелых болезней. Проблем даже больше, чем можно представить! Свобода – эта всегда самая большая цена. Ни богатство, ни власть, ни слава не даются дороже…

Ахмед установил телевизор на столе, рядом видеомагнитофон. Строго посмотрел на Тосканца, прежде чем включить.

– Так… зачем тебе это?

– Я скажу Санджару, что знаю его сына…

– Зачем?!

– Чтобы он считал меня главной ниточкой для его поисков.

– Зачем?!

– Чтобы оберегал меня и разрешал не работать! Не дай бог со мной что-нибудь случится!

– А если он потребует рассказать, где находится его сын?!

– Я скажу, что точно не знаю… Там леса, поля… Но могу показать людей, которые что-нибудь знают…

– А вдруг он потребует, чтобы ты немедленно поехал с ним на поиски?!

– Не…, – уверенно улыбнулся Тосканец. – Он уважает своих хозяев… Точнее, боится… Не посмеет!

– А… мне что с этого?

– Камушки… Много камушек…

– Сколько?!

– Включай, Ахмед! Надеюсь, ты принес то, что нужно…

– Пока Санджар уехал, я взял его кассету! Я очень рискую!

– Ты у нас герой! Разве я спорю?

Ахмед неуверенно вставил кассету. Включил телевизор. Тосканец жадно всматривался в документальную съемку пропащего сына. Тот с застенчивой улыбкой, рассказывал о своих мечтах. Кто-то за кадром весело смеялся в ответ. Тосканец пытался уловить движения, свойственные парню. Заметил золотой зуб. Волнистые волосы, переходящие в кудри. Правая рука периодически массировала густую бровь… Боже… Чем приходится заниматься, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь? Тосканец откинулся на стуле спустя полчаса. Потер лоб. Информацию получил. Но насколько она пригодится? Отчаянный отец поверит чему угодно, даже говорящему щенку. На этом и строился расчет…

– Все! Я уношу! – Ахмед принялся быстро отсоединять провода.

– Ага… Кстати, куда уезжал его сын?

– Россия… Алтай… Это… Хотел спросить… Чего там за разговоры опять у тебя?!

– Что?

– Ты готовишь побег?!

– Какой побег?

– Да, не знаю… опять много говоришь!

– Я ничего не говорил…, – Тосканец следил за глазами надсмотрщика.

– Да, все слышали! С веревками! И где ты собираешься взять веревки?!

– А… да… это так… шутки… как-то же надо развлекаться… какие веревки? Даже если и найду их здесь… что делать там… наверху?! Там вооруженная охрана!

– Да! Так что… прекрати эти разговоры!

– Ахмед… научись различать, где шутки, а где… серьезные намерения, – Тосканец поднялся. – Кстати… врачи у вас тут есть?

– Врачи?! Зачем?!

– Люди болеют… Их кто-нибудь лечит?

– Никто не лечит! Не придумывай!

– Ладно… приедет Санджар… дай ему знать, что я бывал на Алтае и видел одного паренька… восточной национальности…

Ахмед замер, прижав видеомагнитофон к груди.

– Он тут же тебя вызовет!

– Я поговорю с ним…, – Тосканец спокойно кивнул.

Тосканец подошел к Рустаму перед сном. Дотронулся до плеча. Посмотрел в его старческие глаза. В них морщины, непроизвольные слезы, покорность судьбе… Ну и напарника выбрал! Призадумался, был ли шанс найти другого помощника. Кажется, нет. До сих пор народ воспринимает его, как чужого, странного и подозрительного. Ни одного лишнего друга!

– Дело у нас с тобой, – жестко проговорил, не давая возможности отступить.

– Что?! – несколько испуганно отреагировал напарник.

– Вон тот… предатель, – Тосканец взглядом указал на полного человечка. – Его нужно убрать… Сейчас!

– Как и думали?

– Заметил? Он никогда не худеет! Видимо… его подкармливают хозяева. Этот будет самым легким решением. Дальше будет сложнее…

– Что будем делать? – Рустам добавил жесткости в голос. Видимо, настраивался на борьбу.

– Я оглушу его, потом, надо дотащить его до ямы.

– А люди не будут против?

– Он сейчас отправится в туалет… Там и сработаем. Нужно действовать быстро, удар, хватаем его и уносим в дальнюю пещеру. Сможешь?

– Постараюсь, – покорно кивнул Рустам.

В их непоколебимой восточной покорности есть и свои преимущества – они принимают другой мир так же легко, если снова есть, кому подчиняться. Они направлялись в туалетную пещеру. Им навстречу возвращались коллеги, уже сделавшие свои дела. Тосканец достал из пыли заранее приготовленный железный прут. Остановились, не заходя в главное помещение. Ждали клиента. Тосканец прижал прут к ноге, чтобы сделать его невидимым. Делали вид, что общаются. Тяжелая и несчастная жизнь – это вечная и любимая тема многих людей, родившихся в СССР. Клиент появился спустя десять минут. За это время выяснилось, что у Рустама где-то есть дети и даже жена. Полный мужичок проходя мимо, угодливо улыбнулся. Он искренне полагал, что людей, которые всем улыбаются – никогда не подозревают. Он встал перед ямой, расстегнул штаны и замер. Тосканец осмотрелся. Никто не приближался. В пещерке оставался еще один человек. Тот действовал жутко медленно. Вроде уже закончил, но очень долго заправлял грязную рубашку в брюки, после, пытался нащупать пуговицы на ширинке. Сложно искать пуговицы дрожащими от усталости и старости пальцами, особенно если они представлены в единственном экземпляре, зарывшемся в складках материи. Тосканец понял, что этим можно заниматься и на ходу. Взял бедолагу за плечи, развернул и вытолкнул в проход. Тот открыл рот, для протестов, но, увидев прут, быстро сориентировался. Благо и пуговица нашлась! Насилие со стороны, порой, делает людей более восприимчивыми для верных решений. Клиент к этому времени звонко сомкнул свою ширинку. Тосканец стремительно оказался у него за спиной. Двинул в голову. Свист и глухой удар. Мужичок оказался в ногах, нырнув головой в собственную мочу.

– Хватаем за руки и тащим! – командовал Тосканец.

Они потащили его в соседнюю пещерку. Здесь лампочки в основном перегорели. Никто не думал менять их, сюда редко захаживали. Добрались до ямы. Обмотали приговоренного проводами, сорванными со скальных стен и принялись спускать обездвиженное тело вниз. На половине пути удержать не удалось. Стукач жестко ударился о землю, пролетев около двух метров. Пока он не пришел в себя. Так лучше, не почувствует боли. Революционеры повалились на крупные булыжники, тяжело дыша. Правое дело запущенно! Теперь, вряд ли можно свернуть или попросить прощения. Впрочем, никто не жалел. Зачем терпеть такую роль? Хуже не будет. Кто-то жалостливо простонал. Тосканец подполз к краю ямы. Необходимо вынести приговор обвиняемому. Тот удивленно смотрел вверх, потирая окровавленную голову.

– Эй… Кто там? – испуганно бормотал. – Что случилось?

– Ты арестован… в связи с…, – Тосканец задумался. Приготовить речь не успел.

– Что?! Какой арестован?! Что случилось?!

– Ты доносчик! Ты арестован! Теперь, будешь сидеть здесь…

– Доносчик! Чего… доносчик…, – первый арестованный пока не понимал сути происходящего. Этому активно мешала и головная боль.

– Ты рассказал про побег с веревками! Теперь, будешь наказан!

– Я ничего не говорил! Э! Чего делаешь?! – в человеке появилась злость. Оказывается, он не всегда улыбается. – Э… Чего творишь?!

– Я не буду тебе доказывать… Ты рассказал про наш побег… За это будешь сидеть здесь.

– Я не буду! – арестант резко вскочил. – Отпусти! Я все начальству расскажу!

– Еду будешь получать три раза в день… Туалет… найди там сам… Все! – Тосканец поднялся. – Пока власть не окажется в наших руках – ты будешь мотать свой срок!

– Эй! Стой! Что творишь?! Куда пошел?!

– Куда пошел? – Тосканец отряхнул брюки. – Друзей для тебя выбирать…

– Стой, птица! Стой! Ты сумасшедший! Сумасшедший…

Они медленно возвращались в спальню. Свет пока не отключили. Видимо, кто-то заметил их отсутствие.

– Ты заметил… он назвал меня птицей? – Тосканец глянул на Рустама. – Чего вдруг?

– Они так называют тебя… Ты же постоянно висишь на потолке… смотришь…

– Они не знают моего имени?

– Ты никому не говорил…

В этот день лучше не подниматься вверх и не строить из себя птицу. Ребята наткнулись на мягкую породу, отчаянно ее долбили. Пыль расползлась по всем пещерным проходам, особенно прицениваясь к неровным потолкам. Тосканец прошел в столовое помещение. Пожалуй, только в этом месте пыль вынюхивала что-то на полу, не поднимая головы. Рустам заварил чай и разлил его по алюминиевым кружкам. Пить совсем не хотелось. Но на востоке чай пьют не только от жажды, скорее, соблюдая традиции, просто наслаждаясь вкусом или разговором. Тосканец мрачно отвернулся от горячего напитка. Ковырялся в зубах. Это что-то вроде чистки зубов. В комнату ворвался Ахмед, откидывая занавеску и пропуская сквозь себя удушающую пыль.

– Тебя хочет видеть Санджар! – взволнованно выпалил. – Срочно!

– Что там? – еле отреагировал Тосканец.

– Я ему сказал… про сына…

Тосканец уставился в пространство, внутренне собираясь. Нужен настрой, чтобы играть в игры, особенно если основа их – чувства людей.

Выбрались наружу. Тосканец жадно вдохнул в себя свежий, пусть и горячий воздух. Блаженно закрыл глаза. Как это приятно! Просто дышать… Особенно, если есть чем. Счастье, оказывается, всегда под носом. Научиться бы ценить, не теряя… Двое с автоматами привели его в чувства. Тыкали в бока стволами.

– Давай! Иди!

Подошли к соломенной хижине. Его грубо втолкнули внутрь. Там только Санджар. Расположился за столом. Нетерпеливо всматривался в посетителя. Охранники застыли в дверях.

– Ты… я слышал, бывал на Алтае? – осторожно заговорил Санджар.

– Да… пожил там…

– Что там делал?

– Работал.

– Слышал… ты там встречал разных людей?

– Да… отовсюду…

– С наших мест тоже?

– Был один парень…

– Как звали?

– Не знаю… Ему дали русское имя, – Тосканец вдруг понял, что не знает его имени. И как он мог заранее об этом не узнать?!

– Как выглядел? – Санджар сохранял спокойствие. Хотя его выдавали глаза. Будто вцепились клещами в жертву.

Тосканец так же напустил на себя равнодушный вид. Даже демонстрировал некоторое недовольство. Зачем этот допрос?! Мне пора на работу – добывать камни!

– М… не знаю… Ну… худой… Одно время был кудрявым… Потом, подстригся… У него вши завелись… Золотой зуб помню…

– Золотой зуб?! Где?! То есть… сверху, снизу?!

– М… Кажется, вверху…

Санджар задумчиво опустил голову. Его словно окунули в холодную воду. Взгляд впервые расслабился. Глаза медленно блуждали по тенистой комнате, будто в поисках ответов.

– Помнишь что-нибудь еще? – слабо спросил он.

Тосканец вздохнул, позволяя себе пуститься в размышления.

– Да… я с ним толком не общался… Ну… он часто тер свою бровь…

Санджар вздрогнул.

– Это он так делал… когда стеснялся… Он у меня вообще очень скромный мальчик… Кому понадобилось…, – старик резко глянул на посетителя. – Что с ним произошло?

– Точно не знаю… Но вроде… что-то он там не поделил с местными братками…

– Братками?!

– Да… Они там что-то вроде хозяев… С ними нужно считаться.

– И что они с ним сделали?

– Не знаю… У него вроде долг был перед ними… Видимо, они заставили его отрабатывать…

– Как?!

– Не знаю… Я с этими ребятами не связывался…

– Ну…, – Санджар нетерпеливо размахивал руками, – … били его или… еще что?!

– В целом… эти ребята довольно спокойные. Даже если долг, то предложат отработать… Они вменяемые.

– Можешь связать меня с этими ребятами?

– Если только на месте…

– Мне плевать как! Главное, сможешь?!

– Да… если отправимся туда… Их там все знают…, – Тосканец поморщился. Вот это он зря ляпнул! Если все, тогда зачем он будет нужен Санджару?! Исподлобья глянул на старика. Тот вроде понял сказанное иначе.

Молчал. На глазах, вдруг, словно постарел еще сильнее. Как-то болезненно сжался. Скорее всего, устал от бесконечных и бесплодных поисков.

– Сейчас внимательно посмотри эту кассету! – настойчиво проговорил. – Если узнаешь его, сразу покажи! – Он включил видеомагнитофон.

Его сын возник с первых кадров. Знакомая запись. Тосканец попытался сыграть великое оживление.

– Вот он! Вот! – для убедительности выставил перед собой указательный палец. – Точно!

– Тебя мне послал Аллах…, – убежденно выдохнул старик. – Это знак судьбы… Аллах услышал мои молитвы… Ты присаживайся. – Ахмед указал на стул перед столом. – Хочешь чаю?

– Если с сахаром…, – Тосканец скромно кивнул, устраиваясь на стуле.

– Бери… Тут есть конфеты, если хочешь…

Тосканец столкнулся с еще одним счастьем! Пил ароматный час с конфетами! И это все только за один день! Ирония судьбы… Если хочешь много счастья, нужно жить гораздо хуже. Мозг не понимает причин безумного веселья. Он реагирует лишь на всплеск эмоций. Глотнул свежего воздуха или купил «Бентли» – ему все равно! Тосканец умел ценить то, что имел. Рабство – всего лишь повод найти много счастья, пусть даже в мелочах. Мозг ничего не знает о размерах счастья. Его интересует лишь повод. Тосканец улыбнулся, понимая, что на данный момент является одним из самых счастливых людей на свете. А где-то какой-то бедолага покупает себе третью яхту, лишь скромно кивнув, в ответ на увиденное…

– Ты пока ни о чем не думай…, – рассуждал Ахмед. – Просто живи… Работай…

– Кстати… насчет работы… Тяжело это… могу не выдержать.

– Ой… Ты и не работаешь…, – старик махнул рукой. – Знаю я тебя!

– Значит, можно не работать?

– Береги себя… Только… за языком следи! Что за побег ты там задумал?! Какой еще газ?! Где там газ?!

– Да, вы не обращайте внимания… Просто шутим…

– Дурацкие шутки! Не надо так… Слышал, связался с Рустамом?

– Ну…

– Странный выбор… Что в нем нашел?

– А что с ним?

– Страшный человек… Настоящий шайтан! Что у вас может быть общего?

– Так… я в нем ничего страшного не заметил…

– Потому что он шайтан! Страшно то… что люди ему верят…

– Он мне ничего и не говорит…

Ахмед задумчиво разглядывал своего гостя.

– Рубашка у тебя… красивая… Смотрю, порвана уже… Так… у нас есть одна почти такая же… желтого цвета… Хочешь? Почти новая. Последний хозяин был чем-то на тебя похож… Умер почти сразу… Ему наркоты не хватало…

– Нет… спасибо…, – Тосканец налил себе еще чаю. Представил себе рубашку, снятую с труппа.

– А ты как… держишься?

– В смысле? – Тосканец, почему-то, считал своим долгом делать вид, что к наркотикам не имеет отношения.

– Тебе не нужна доза? Ты ведь понимаешь… теперь, ты для меня единственная ниточка? Я не хочу, чтобы ты…

– А что… можете достать?

– Травка есть.

– Тоже неплохо.

– Сильно втянулся?

– Три косячка в день вполне…

– Это неплохо… Честно говоря, думал…

– Это потому что у меня зеленая рубашка?

– Хм… Ладно… Береги себя. Если что нужно будет, обращайся…

– А лекарства?

– Если тебе нужно что-то посильнее…

– Нет. Я в буквальном смысле.

– Ты болен?

– Может, я, может кто-то другой…

– И когда ты научился говорить по-восточному?! Ладно… обращайся в любом случае…

Тосканец купал руку в прохладном пещерном песке. Мрачно смотрел на Рустама. Несчастный и беспомощный старик. Что в нем страшного? Хозяева что-то путают. Или тактика у них – раскидать друзей, чтобы избежать проблем, например, связанных с виртуальными побегами. Существовал другой вариант: шайтан сломался в течение нескольких лет в пещерах. Или глубоко запрятал свои инстинкты… Тосканец думал, что неплохо разбирается в людях.

– За что ты здесь, Рустам?

Тот удивленно вскинул брови, отвечая взглядом. На краткое мгновение смутился. Опустил голову, признавая свою вину.

– Да… было… время… Но теперь, я стал другим человеком…

Тосканец почесал щеку. Нащупал свою бороду. Давно не брился. Он даже не нал, как теперь выглядит с растительностью на лице. Темнит что-то друг… На востоке сложно получить прямые ответы.

– Наши хозяева… почему-то пугают меня… Не понимают, почему мы подружились?

Рустам нейтрально кивнул. Выглядел мудро, будто великий прорицатель из какой-то древней легенды. Ну, как такого можно подозревать?! Тосканец не хотел копать дальше. У каждого в жизни бывают сложные моменты. Главное, каким ты выходишь из них! Возможно, Рустам вышел более чем достойно.

– У нас очередной клиент, – Тосканец передернул тему. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально.

– Значит, сегодня, как обычно, перед сном провернем дельце.

– Я…, – Рустам осекся, схватив свою грудь. Сильно сжал ее левую сторону, будто хотел выдавить из нее молоко. Взгляд уперся в одну точку. Лицо страшно напряглось. – Что-то… руки… немеют…

Тосканец поднялся, стремительно приблизился к нему. Знакомая картина. Руки немеют, грудь жжет… После, сердечный приступ.

– Ложись, Рустам…, – Тосканец бережно уложил его на мягкий песок. – Я сейчас позову кого-нибудь! Ты не шевелись!

Он бросился на выход. Ахмед невозмутимо пересчитывал камушки. Реагировал неохотно на появление Тосканца.

– Быстро! Мне нужен врач!

– Какой врач?! Не бывает здесь врачей…

– Ахмед! Быстро! Скажи Санджару! Мне нужен врач!

– Что у тебя? Болит что-то…

– Ахмед! – Тосканец перешел на крик. – Скажи Санджару! Нужен врач! Скажи, что у человека проблемы с сердцем!

Ахмед разочарованно выдохнул. Ударил ладонью о стол.

– Ладно… Не кричи… Сейчас схожу…, – он, шаркая шлепками, отправился по длинному коридору. – Только ты это… здесь стой…

Спустя два часа приехал врач из ближайшего аула. К этому времени, Рустама вытащили из шахты и устроили на кровати в сарае Санджара. Тосканец остался внизу. Подходило время сна. Он думал, что будет, если он потеряет единственного своего помощника? Жизнь… м… Надо сосредоточиться, чтобы выдать эту умную мысль… Так вот… Жизнь, порой подставляет тебе свой зад… Но не это главное! Главное, чтобы ты сумел спокойно обойти его, двигаясь дальше. Дальше, жизнь устанет демонстрировать свои худшие стороны. Она мудро посчитает, что этот тип, пожалуй, заслужил пирожного в тарелочке. Прекрасное случается даже хотя бы из разнообразия! В тяжелые времена надо понимать, что это просто препятствие, за которым неизменно следует что-то заслуженно приятное, пусть даже перед тобой кирпичная стена, и у тебя из инструментов лишь чайная ложечка. Ты делаешь ею маленькие дырочки, пробивая себе проход, сохраняя, пусть даже идиотское, но все же упорство и веру… Подобное отношение к жизни нестандартное, ты можешь прослыть сумасшедшим в глазах общественности. Но! Так действительно легче жить! Будь легкомысленным идиотом, утопая в проблемах, и превращайся в мудрого оптимиста, когда удается выплыть… Тосканец удовлетворенно кивнув, улегся на солому и относительно быстро заснул… Даже, если он потеряет своего единомышленника, он, все равно, выберется на свободу!

Утро встретило его заспанными глазами Ахмеда. Он нравоучительно выставил палец, упер его в стол, туда же настроил свой взгляд. Будто бесконечно умные мысли нужно передавать в несколько астральной позе.

– Твой Рустам… выжил…, – таинственно заговорил. – Ты, можно сказать, спас его от смерти… Теперь, ты в ответе за него! Помни об этом.

– Что это значит? – непонимающе буркнул Тосканец.

– Так говорили… древние китайцы… Теперь, ты несешь ответственность за Рустама.

– Ты откуда знаешь, что говорили древние китайцы?!

Ахмед выдержал героическую паузу.

– Так… Санджар сказал…

– Ясно… Когда Рустам вернется?

– Еще пару дней отлежится и вернется… Но… не понимаю, зачем тебе это?

Тосканец был заинтригован посланием Санджара. В его словах скрывался какой-то смысл… Какой? Ясно, что ничего хорошего. Его снова пытались запугать или насторожить. Тосканец принял легкомысленный образ, посмотрел в стену и поводил пальцем по мелким трещинам… Это можно считать ответом всем на свете, даже самой жизни.

Спустя пару дней революционеры объединились. Рустам периодически принимал какие-то таблетки. Тосканцу смертельно надоело безделье. Ветер перемен стал стихать. Каждый день хотелось новых свершений. Сегодня он решил провести политическое занятие для народа. Требовалось постепенно расшевелить их мертвое сознание. Заставить понять, что они свободные люди! Он никогда не пробовал достучаться до сознания восточных людей, не сталкивался с их менталитетом… Но считал себя человеком западного мышления, значит, правым и более опытным. Двигался неспешно, словно во тьме. Он привычно забрался на острый выступ и глянул на их вялые попытки отколоть породу.

– Свобода! Свежий воздух! Вкусный, душистый чай…, – он наблюдал за их реакцией. – Вы имеете право на это! И кто сказал, что вы в чем-то виноваты?! Хозяева умнее?! Только вам решать, кем вы будете по жизни! Никто не имеет права указывать вам, как жить! Я понимаю… есть страх… Он останавливает вас… Но разве рабство лучше, чем даже смерть? Я не работаю! Потому что… не хочу! Всегда есть выход! Только надо верить… Кому надоело так жить… кто хочет свободы… Кто хочет обогатиться… Добро пожаловать в мой дом! Я все умею… и все смогу! – Тосканец поймал на себе несколько заинтересованных взглядов. Подобного раньше не замечалось. Видимо, революция постепенно обрастает крыльями. Он довольный спрыгнул вниз. Пора пить чай. Тем более что удалось раздобыть конфет, сосательного свойства…

Рустам умел заваривать отличный по вкусовым качествам чай. Вроде, обычная трава, к тому же с дровами, но ему удавалось выцедить неплохое качество, чтобы его за это даже начали ценить. Рустам сначала проглотил таблетку, после, конфету. Тосканец хотел уточнить, что лекарства нужно запивать только водой, но… Желания не было даже осмысленно дышать. В рабстве все же имеются и отрицательные стороны. В столовую вошел мужчина. На голове беспорядок, глаза суженые, в них блеск от волка, щетина черная, будто отраженная от мыслей хозяина… В образе непонятная решимость. Он молча присел за стол и впился взглядом в Тосканца. Народ готовился ко сну. Только этим объяснялось неожиданное появление гостя. В другое время общая цепь этому препятствовала.

– Я хочу с вами! – мужчина сразу перешел к делу.

– Что значит «с нами»? – Тосканец немного отстранился, то ли от грязного запаха, то ли от подозрительных разговоров.

– Ну… вы вместе… с Рустамом… Я знаю! Да, все знают! Ты же что-то задумал?

– А…, – Тосканец понятливо кивнул, глянув на Рустама. Тот не изменился в лице. Он будет молчать. Это понятно. – А что ты хочешь?

– Я хочу быть с вами! – горячо воскликнул мужчина.

– Но… мы же ничего не делаем…

– Но ты же постоянно там висишь и говоришь, что… что-то там про свободу!

– Хм, – Тосканец призадумался. Процесс по превращению востока в запад, похоже, начался. Неожиданно быстро. – Ты хочешь выбраться отсюда?

– Да! Смертельно надоело здесь!

– И что ты готов для этого сделать?

– Что угодно! – мужчина для убедительности даже подпрыгнул. По глазам видно, что готов убивать.

Тосканец вновь посмотрел на Рустама. Тот прожил в пещерах дольше, значит, мог дать оценку любому из местных. Он оставался спокоен. Помощник в революционных делах не помешает. Особенно учитывая состояние здоровья Рустама. А этот вроде полон сил и молод, относительно…

– Ладно… Буду иметь в виду… Возможно, скоро придется разобраться кое с кем… Я дам тебе знать.

– Разобраться со стукачом?

– С чего взял?

– Я замечал… люди пропадают.

– Может быть…, – Тосканец понял, что для начала достаточно. Это риск, но другого выхода не было. – Как твое имя?

– Закир.

– Хорошо, Закир, я дам тебе знать, если что…

– Добро, – Закир кивнул и так же стремительно покинул помещение.

Тосканец продолжил пополняться чайком. Ждал резолюции с противоположного конца стола. Рустам разглядывал свои почерневшие пальцы. Восток уже давно надоел своей тонкостью!

– Ну, что?! – возмущенно протянул Тосканец. – Нечего сказать?!

– Что тут скажешь?

– Ты его знаешь?

– Встречались…, – Рустам пожал плечами.

– Ему можно доверять?

– Кто знает?

– Ясно! Ты мне очень помогаешь!

– В такой ситуации много не скажешь… Ничего нельзя гарантировать. Обычный уголовник.

– Но он сам пришел. А нам давно требуется пополнение!

– Велик риск…

– И что ты предлагаешь? Надоело просто сидеть!

– Возможно… ты и прав…

– С чего-то надо начинать, – Тосканец поднялся. – Теперь нас трое! На сегодня достаточно!

Тосканец понимал, что разжечь революцию, с оружием в руках, будет крайне сложным делом. Народ не тот попался, не привыкший бороться за свои права. Их вечно кто-то давит, что-то путано объясняет, обкладывает вековыми традициями, нарушить которые, значит, предать общество, и обещает великое будущее, если аллах позволит… Жаль, что только будущее, и жаль, что непонятно, чье будущее. И, видимо, аллах так и не позволит. Они не знают, что такое свобода. Впрочем, значение этого слова не понимают даже многие европейцы. Кажется, что это просто вседозволенность. Оказывается, прежде всего, ответственность, и только потом, большие возможности и свободный выбор по всем направлениям. Поэтому требовался более реальный план, основанный на хитрости и его скрытом таланте. Он начал в него верить, после неоднократных упоминаний. Чтобы выбраться отсюда, мало договориться с промежуточными руководителями, они могут дать лишь относительную свободу. Главная его цель – Олим, человек, отвечающий за безопасность пещерной тюрьмы. Что нужно ему? Чем можно быть ему полезным?

Ахмед незаметно подкрался. Прикоснулся к руке, кивая в сторону. Пришлось отправиться за ним, в пустующую пещеру.

– Люди пропадают! – таинственно заговорил он. – Слышал?!

– Люди? – Тосканец превратился в розового щенка.

– Да…, – Ахмед пытался говорить шепотом. Получалось плохо. – Ты ничего не знаешь?!

– Что значит «пропадают»?

– Я не знаю! Их просто нет… в цепи!

– Я не обращал внимание… Я не бываю в цепи…

– Я хотел узнать… Ты что-нибудь делал с ними?!

– Зачем?

– Откуда я знаю?! Ты же у нас птица! Постоянно много говоришь!

– Но только говорю… И все…

– Можешь ничего не говорить?!

– Постоянно молчать?

– В общем… не надо им говорить про… революцию!

– Да, не будет революции! Они же всего боятся!

Ахмед громко дышал. Возмущение и растерянность переполняли его. Он не понимал, кто виноват в проблемах.

– Ладно с этим… Знаешь, что будет, если Санджар узнает, что люди пропадают?!

– А ты не говори.

– Что?! Да, у него тут люди свои! Они на него работают! Обо всем докладывают! А теперь… кажется, кое кто из них пропал! Он уже спрашивал, что у меня там?

– Не знаю… Здесь много ходов… За всеми не уследишь.

– Все ходы проверяли! Они никуда не ведут!

– А если их начать копать?

– Года уйдут!

– Пусть. Что люди здесь теряют?

– Не будут эти люди копать! Потому что они…, – Ахмед вовремя осекся.

Тосканец хотел дополнить его предложение словом «стукачи», но тоже промолчал, понимая, что эта фраза просто высветит его истинные намерения.

– В общем, чувствую, скоро сюда придут люди Санджара…

– Санджар говорил, что у него есть желтая рубашка…

– И что?

– Скажи, что она мне нужна… А-то моя уже плохо выглядит…

Время поджимало. Раньше Тосканец думал, что революция, если и свершится, то со временем, которое спрятано, возможно, за месяцами. Теперь, понимал, что в запасе всего несколько дней. У него на руках неплохие карты, осталось грамотно их разложить. Важно, при этом, продумать два финала. Первый, основанный на мирном урегулировании. Второй, не исключает кровавой развязки. Этого не хотелось. Тосканец не чувствовал себя воином. Если только в крайнем случае, когда начнется война, например. Существовала еще одна проблема в реализации второго варианта – это люди, которые могут не захотеть взяться за оружие. Да, и не было у них настоящего оружия. Тосканец глянул на двух человек, подошедших к нему. Предстояло что-то вроде знакомства и тайного посвящения. В стороне от них Закир. Это он привел новых революционеров. Тосканец протянул руку для приветствия.

– Я Солнце, – он солидно заговорил, поправляя на себе желтую рубашку.

– Мы знаем, – один из них возбужденно кивнул, отвечая рукопожатием. – Я Акбар.

– Салим, – ответил второй.

– За вас поручился Закир… Так что… постарайтесь не подвезти его.

– Мы давно знаем друг друга…

– Хорошо…, – кивнул Тосканец, заглядывая каждому в глаза. В них смирение. Никогда не поймешь, что на самом деле. – Вы знаете, что нам предстоит сделать?

– Разобраться с собакой! – парни закивали.

Серьезное оскорбление на востоке. Человеку нужно быть очень плохим, чтобы его сравнили с животным.

– Закир объяснит, как нужно действовать. Надеюсь, вы понимаете, что он не должен убежать. Иначе, у нас у всех будут проблемы.

– Он не убежит! Мы все понимаем!

– Отлично. Добро пожаловать в нашу компанию! – Тосканец вновь пожал им руки.

По его расчетам остался еще один стукач. Сегодня перед сном и с ним разберутся. Его отряд уже насчитывал пять человек! Позже, они привели провинившегося к яме. Он еще не пришел в сознание. Схема, опробованная один раз, не давала осечек. Тосканец глянул вниз. Там уже шесть человек. Сейчас опустят еще одного. Они дружно смотрели наверх. Каждый раз им казалось, что пришли их спасти. Когда убеждались, что это не так, срочно принимались крыть всех матом.

– Эй! Сволочи! Отпустите нас! Мы все скажем начальникам! Эй, животные!

– Не орите, – спокойно командовал Тосканец. – Принимайте друга.

Провода кончились. Этого пришлось просто сбрасывать на остальных. Те не сильно старались поймать своего соратника. Тот ударился о землю головой. Видимо, еще долго пролежит.

– Вы все стояли на пути революции и нашей свободы! Поэтому наказаны! – Тосканец приготовил эту речь скорее для своих людей. Те, кто внизу в обработке не нуждались. – Теперь, у нас есть свой отряд! Когда власть перейдет к нам… мы решим, что делать с вами! И я запомню слово каждого из вас, при определении вашей судьбы!

Арестанты резко смолкли. Постепенно они начинали понимать, что грядут новые времена и возможный приход нового хозяина. Нужно держать нос по ветру.

– Послушай, Птица! – жалобно завопили. – Может, отпустишь нас?! Здесь холодно и темно!

– Я Солнце! И я не отпущу вас! Я не могу рисковать. Мы вернемся к вам только после революции… А пока могу вам обещать, что еду вы так же исправно будете получать. Осталось недолго… – Тосканец гордо повернулся и отправился к более освещенным пещерам. Его народ двинулся за ним.

Имя все же влияет на поведение. Он стал Солнцем, сначала потому что начал носить ярко желтую рубашку, после, потому что являлся лучиком света для людей, которые хотели на свободу. Собственно они и дали ему новое имя. Многие в пещерах его поддерживали. Но немногие решались вступать в ряды его армии. Он думал, что это временно. Пока просто постепенно превращался в могущественного и умного хозяина по имени Солнце…

Санджар задумчиво поглаживал свою бороду. Неотрывно смотрел в пол. Тяжелые или сложные мысли одолевали.

– Не понимаю зачем… но Олим хочет тебя видеть…, – тихо проговорил он.

– Что говорит? – вяло поинтересовался Тосканец.

– Да, ничего… Просто попросил привезти к нему Птицу…

– Но я Солнце.

– Он об этом еще мало знает… Возможно, решил прояснить… С другой стороны… люди из пещер пропадают… Что делать?

– Что тебя тревожит?

– Я… Мне…, – Санджар досадливо поморщился. – Ты, как понимаешь… очень можешь мне помочь, но… Я не знаю, что задумал Олим… Если он посчитает, что ты в чем-то виноват… Я не знаю., что он сделает!

– Мы можем чем-то его заинтересовать.

– Чем?

– Ты расскажи, чем он интересуется, может, я смогу ему что-нибудь предложить.

– Что ты можешь предложить Олиму?! – Санджар удивленно протянул.

– Кто знает? Так… чем он особо интересуется?

– Ты не совсем представляешь, кто такой Олим… У него есть все, что он пожелает!

– И все же… Какие у него интересы?

– Я не знаю, кто ты такой… но… Слушай, я не хочу, чтобы ты своим неправильным поведением все испортил.

– Если я не буду знать его характера, мне будет сложнее правильно общаться с ним.

– Тебе и не надо общаться с ним! Это большой человек! Просто тихо сиди и отвечай на его вопросы! И все, ради аллаха!

Тосканец понимал, что для Санджара его персона имеет обличие больше святое, потому что связана с поисками его сына, потому он осторожничал. Но он-то знал, что главная его игра направлена на поиски привычной свободы. Требовалось как-то разговорить Санджара.

– Если я смогу чем-то его заинтересовать, то он так же, как и ты будет относиться ко мне с должным вниманием. Мы оба в этом заинтересованы!

– Что ты хочешь от меня?!

– Расскажи про его главные интересы в жизни!

– Ты не понимаешь…, – Санджар пытался найти слова, которые бы смогли отразить величие его хозяина.

– Даже если он сам Аллах… расскажи про его интересы.

– Он любит азартные игры! – жестко проговорил старик.

– Азартные игры…, – протянул Тосканец, выбирая варианты в своей голове.

– И что?! Что это тебе даст?!

– Тише, дорогой Санджар, тише…, – улыбнулся Тосканец. – Веди меня к нему…

Он удостоился великой чести – его проводили в трехэтажный дом Олима, который находился неподалеку от пещер. Порадовала прохлада. Свежая, без примесей пещерного песка. Фонтаны беззаботно выплевывали из себя тонкие струйки воды, напоминая детей, которым нечего бояться в жизни, особенно ошибок. Охранники проводили его на крытую веранду, усадили на лавочке. Сидеть на ней оказалось неудобно, слишком низкая, ноги в согнутом состоянии быстро затекали. Хозяина пришлось ждать около десяти минут. Статус заставляет быть неторопливым. Тосканец грустно смотрел на пустой стол перед собой. В этом доме явно не дорожили им. Иначе, могли бы напоить хотя бы чаем, с сахаром. Постоянно хотелось сладкое! Олим вошел как-то незаметно, без фанфар и салюта. Присел за стол, ловко подогнув под себя ноги. Он точно знал, как нужно использовать эти скамейки. Глаза добрые. В бороде седина. На вид около пятидесяти лет. Почти улыбался. Молча разглядывал гостя. Тосканец почувствовал в себе смущение. Застенчиво опустил глаза. С чего вдруг?! Он же не девушка перед женихом!

– Значит… вот ты какая…, – мягко проговорил Олим. – Птица…

– Я Солнце.

– Солнце? Разве?

– Солнце, – кивнул Тосканец. Он ощутил в себе непонятную свободу. Никакого страха, скорее, азарт.

– Странно… но мне сказали, что ты…

– Нет.

– Никогда не слышал… Но ведь Птица существует?

– Нельзя исключать.

– Ты имеешь к нему отношение?

– Зачем?

Олим взял паузу. Он чувствовал, что кто-то уходит от ответов. Теперь, на его лице даже намека на улыбку не наблюдалось.

– Скажу по другому… Ты знаешь Птицу?

– Слыхал.

– Общался с ней?

– У меня другой собеседник.

– Рустам?

– Именно!

– Но он, говорят, дружит и с Птицей.

– Я не ревную.

– Что тебя связывает с Рустамом?

– М… Ничего… Просто общаемся.

– Слышал, ты ему жизнь спас…

– Не я… Врач.

– Ты был инициатором. Понимаешь, что с тех пор ты отвечаешь за него?

– Почему?

– Он должен был умереть! Аллах позвал его с собой! Но ты остановил естественный ход событий!

– Если бы аллах захотел, он сделал бы так, чтобы врач не смог прийти.

– Да… Он наблюдал, кто замолвит за грешника слово.

Тосканец поморщился. Он не понимал сути.

– Что конкретно вы имеете в виду?

– Это значит, что за любой поступок Рустама ты будешь нести ответственность!

– А он как бы не при чем?

– У его поступков будет два хозяина – ты и он!

– Мне кажется… это глупо… Я просто хотел сделать добро.

– Только время покажет, что это было. Ты можешь быть глупым и не понимать, где зло и добро. Но твоя глупость не станет для тебя оправданием! Ты должен иметь в виду!

– Но… он себя очень спокойно ведет… Он старик! Чего можно от него ждать?!

– Вполне возможно, он еще долго проживет.

– И что?! Так будет до конца его жизни?!

– Наконец, ты все понял! – Олим довольно улыбнулся.

– Кто это решил?!

– Жизнь.

– Какая жизнь?! Там, где я родился, такого правила нет!

– Есть… Ты просто не знал об этом.

– Никогда такого не было!

– Ты часто спасал жизни людям?

Тосканец прожил свою жизнь по памяти. Память стерла больше половину его жизни, остальное… бессмысленное существование. Сначала стремление к общим идеалам, после, разочарованное отречение от всего святого. И вот он здесь. Глубоко вздохнул.

– Вы меня для этого позвали?

– Нет. С тобой я хотел о другом… Значит, ты Солнце?

– Еще какое!

– И рубашка у тебя нарядная…

Тут вполне уже можно провезти языком по внутренней стороне зубов, сомкнув губы. Внешне похоже на эффектный ответ. Тосканец так и сделал.

– Слышал…, – Олим вкрадчиво продолжил, – … речи кто-то толкает… Людей призывает к какой-то революции? Это все Птица? Или Солнце?

– Солнце… путь указывает… А Птица… темный лес…, – Тосканец призадумался. И когда он научился восточному языку? Неужели это заразно?

– Что-нибудь про пропавших людей слышал?

– Я там никого не знаю… Не замечаю, чтобы кто-то пропадал…

– Сделаем так, – в голосе Олима появились угрожающие нотки. – В течение недели, если люди не появятся, если Птица не успокоится… Я лично спущусь к вам и разберусь со всеми проблемами! Договорились?

– Не знаю… смогу ли я все это объяснить Птице… И насчет тех людей…

– Надеюсь, мы поняли друг друга. Неделя!

Тосканец решил несколько изменить направление разговора. Нужно стать полезным для главного хозяина.

– Простите… Как вы относитесь к играм?

– Играм?

– Ну… не знаю, может азартные игры?

– Зачем тебе?

– Подумал, если вас это интересует… я мог бы вам предложить интересные игры…

– Ты?!

– Почему нет? Я Солнце. Я могу показывать людям новые дороги.

– Какие еще дороги?! – пренебрежительно проговорил Олим. – О чем ты?!

– Могу познакомить с Колумбом. Его команда практикует необычные игры. Они носятся по всему миру! И каждый раз исход игры неясен. Можно делать ставки…

Олим потер ладони. Глянул в сторону.

– Ты не о том думаешь, – назидательно проговорил он. – Существуют проблемы, которые нужно решать! Вот и решай!

– Просто я подумал…

– Не думай! Никогда не думай! Ты не умеешь этого делать! Что может наркоман?! Испортить свою жизнь?! Вспомни, как ты здесь оказался! И после этого ты думаешь, я буду играть в твои игры?! – Олим разгорячено придвинулся к рабу. – Запомни одно! Я даю тебе неделю! Если не решишь всех проблем… Разберусь с тобой на свое усмотрение! Ты меня понял?!

Тосканец увидел в его глазах злость. Значит, договориться не удастся.

– Я вас понял, – он благоразумно склонил голову.

– Все! Иди!

При входе в пещеру его встретил Санджар. Он взволнованно притронулся к руке Тосканца.

– Что он сказал?!

Тосканец напустил на себя обреченный вид. Глаза светились печалью. Оглянулся, словно смерть где-то рядом прогуливалась.

– Он дал мне неделю… Он почему-то считает, что во всем виноват я… В общем, он организует мне… легкий уход, чтобы все знали, что Олим не любит шутить… Наркоманы долго не живут… Он так сказал.

– А зачем он дал тебе неделю?!

– Чтобы я решил все проблемы на свете! Я точно знаю, что не смогу!

Санджар обессилено опустил руки. Закрыл глаза. Единственный шанс спасти своего сына ускользал от рук так же неожиданно, как и появился. Очень не хотелось вновь потерять надежду! Тосканец понимал его состояние.

– Мы можем решить твою проблему, – он прошептал только ему.

– Как?!

– Найди время, чтобы мы могли поговорить без свидетелей. В ближайшее время! Каждый час дорог!

Санджар замер на мгновение. Какие-то мысли пронеслись в голове. Главная – его сын!

– Сегодня ночью! Мы поговорим! – он решительно тряхнул головой.

Глава 8

ПРЕДВОДИТЕЛЬ МУТАНТОВ

Тосканец оценил – время не его союзник. Сразу нашел Рустама. Даже не пытался говорить шепотом.

– Мы сможем поднять людей в течение… скажем, пары часов? – нетерпеливо спросил.

– Что?! Пары часов?! – Рустам несколько испуганно отшатнулся. – Что у тебя там случилось?!

– Олим хочет все испортить! Мы должны сработать быстрее!

– Насколько? Он что, сегодня сюда спустится?

– Примерно через неделю.

– Тогда, зачем эти пару часов?!

– А подготовка? Думаешь, революцию можно сразу начать?

– Что с подготовкой?

– Твое дело подготовить людей. Собери нашу бригаду, объясни ситуацию. Пусть поговорят с народом.

– У нас нет оружия.

– Мне понравились прутья. Кажется, отличное оружие.

– Прутья против автоматов?!

– Это я беру на себя! – Тосканец для убедительности сжал его руку. – Думай, Рустам! Нам нужно быстро собрать людей! Как это сделать?!

Рустам погрузился в себя. Покачал головой.

– Ладно… Я что-нибудь придумаю, – проговорил он твердым голосом.

Ночью Санджар сам спустился в пещеры. Тосканец отвел его в дольний проход, чтобы исключить появление свидетелей. Свет уже отключили. Путь освещали себе фонарем. Второй фонарь оставили позади себя в тридцати метрах, чтобы никто не смог приблизиться к ним незамеченным.

– Что ты предлагаешь? – Санджар тихо спросил.

– Бунт.

Старик принял эту информацию без эмоций. Он знал, за что борется. Средства его не интересовали.

– Каким образом?

– Здесь есть недовольные…

– И что?! Они все недовольны! И что они сделают?!

– Нападем на охрану. Они этого не ожидают… Правда?

– С голыми руками?!

– В руках что-нибудь будет… Меня больше интересуют автоматы в руках охраны!

– Вот именно!

– Думал… вы нам с этим поможете…

– Как?!

– Будет неплохо, если на момент бунта в автоматах не будет пуль.

– Что?! Как это?!

– Думал… вы сможете это устроить…

– Как?!

– Не знаю… Думайте. У вас есть доступ к оружию… Мы назначим день, вы разбираетесь с пулями, придумываем какой-нибудь условный знак… чтобы мы знали, что все в порядке и неожиданно и стремительно нападаем… Пока они поймут, что в автоматах нет пуль… мы успеем разобраться со всеми!

– То есть… я должен у всех автоматов вытащить пули? И все это провернуть в один день, чтобы охрана не заметила?!

– Точно, – улыбнулся Тосканец. Он всегда знал, что улыбка упрощает все на свете.

– Это и есть твой план?!

– У вас другой?

Старик раздраженно сплюнул. Отправился куда-то. Быстро вернулся, разбрасывая вокруг себя пыль. Постоянно прикладывался рукой ко лбу.

– Допустим… я сделаю это… Но что будет дальше? Где я должен находиться в это время?

– М… Это… не столь важно… В смысле… это слишком легкий вопрос… Вы, например, можете сказать, что плохо себя чувствуете и отправиться домой. Я приду к вам. На следующий день мы можем отправиться за вашим сыном.

– Это вызовет подозрение.

– Пусть. Находиться рядом с пещерами будет опасно. Вы часто уходите домой?

– Бывает…

– Вот и договорились. Позже назовете номер своего дома, где его искать… Это не проблема! Главное – пули!

– Ясно… Мне нужно все продумать… Как решусь, сразу сообщу!

– Желательно решиться завтра… В крайнем случае, послезавтра.

Санджар закрыл глаза, тяжело вздыхая. Он только сейчас осознал, что собирается сделать. Устало двинулся к выходу.

Тосканец сидел на кухне. По привычке делал вид, что пьет чай. Хорошая привычка – пить чай. Только настоящий, правильно заваренный, душистый… Нельзя допускать, чтобы вода кипела. Воду нужно снимать с огня за несколько мгновений до кипения. Далее, выждать минуту, чтобы напиток созрел, можно помешивая ложкой. Восток подарил ему новое удовольствие… Нервы на пределе. Уже, казалось, лучше умереть, чем стоять на месте. Он ждал знака от Санджара. Перед ним возник Ахмед. Сердце задрожало в предчувствии.

– Санджар передал тебе, что завтра ты должен вернуть ему желтую рубашку.

Тосканец кивнул, успокаиваясь. Такая нелепая фраза вполне может периодически дарить надежду, радовать и возбуждать одновременно! Ахмед удалился. Тосканец залпом выпил остывший чай в кружке. Это как последнее напоминание о времени проведенном в непривычном качестве то ли пленника, то ли врага народа, то ли раба… Он поднялся и направился к Рустаму. Тот возился рядом с народом.

– Время, Рустам, – торжественно проговорил Тосканец. – Выступаем через два часа! Все готовы?

Рустам застенчиво кивнул, будто собирался превратиться в другого человека перед чужым для него делом. И кем он был? За время знакомства Тосканец так и не понял, что в нем страшного? Почему его называют шайтаном? Наоборот, всячески хотелось ему помогать! Рустам подошел к людям, которые, словно предчувствуя, принялись оборачиваться.

– Все желающие, кому надоело тут топтаться! – старик заговорил сильным голосом. – Сегодня у вас есть возможность изменить свою жизнь!

– Что это значит?! – к ним подошел мужчина из их отряда. Глаза, как всегда блестели безумным блеском.

– Сегодня…

– Сегодня?! – мужчина обратился к Тосканцу.

– Через два часа!

– А что там с автоматами?!

– Там не будет пуль! – Тосканец заговорил громче. – Я несу за это ответственность! Поэтому пойду первым! Как только убедитесь, что в меня не стреляют… сразу двигайтесь! Когда охрана поймет, что там нет пуль, они могут взяться за ножи или еще чего… Главное, неожиданность! Если упустим момент… можем потерять этот шанс!

– Прутьев всем не хватает! – кто-то ответил.

– Ничего не могу сделать… У вас есть два часа, придумайте что-нибудь! И еще одно условие! Теперь, все следите друг за другом! Никто не должен выйти из пещеры! Кто-то может предупредить охрану! Все… бросаем работу! Ждем два часа…

Он смотрел в песочный пол. Присел на одно колено. В правой руке держал прут. Именно в этот момент вдруг пришла мысль, что Санджар мог не справиться с работой. Или охранники могли заметить исчезновение пуль. Если ситуация начнет разворачиваться не так, как задумал, он вполне мог получить пулю. Смерть не страшила. Не хотелось умереть в период своего осмысленного существования. Можно сказать – ради любви! Он зарылся ладонью в холодный песок. Нужно попрощаться с ним. Все же, это интересный опыт, что ни говори! Он глянул на людей. Некоторые сомневались, стояли в стороне. Другие вооружились и ждали. Камни, прутья, кирки… Главное, в глазах решимость. И когда они успели стать другими людьми?! Рабство можно воспитать в разных людях, но и свободу тоже! Не бывает разных национальностей, бывают разные группы людей, на которых оказывают свое влияние хозяева. Группа может быть страной, городом, улицей, семьей… Цвет кожи так же не имеет значения. Хозяин, в зависимости от таланта, выбирает особые пути давления на свой народ. Можно запугивать, расстреливать, насаждать «демократию», свободу, или принимать более тонкие методы. Например, заставить людей каждые полгода переводить стрелки часов на час вперед или назад. Никто не понимает, зачем? Но слепо доверяются своему хозяину, ему виднее, потому что он как бы умнее. Экономия, в лучшем случае, около одного процента. Промышленность, транспорт и лампочки в туалетах работают вне зависимости от рассвета и заката! Стоит ли петь песни своему хозяину, если от него такая продуктивность? А придумать что-то более чувствительное для народа слабо?! Видимо, да… Встречаются и другие способы удержать власть, совсем уж диковинные. Внедряешь в народ самое популярное слово, например, «позвонит» в разных вариациях. И разделяешь людей на тех, кто делает ударение на первый слог и на второй. Люди разделены на высший сорт и провинцию! И уже точно они никогда не объединятся, чтобы свергнуть своего хозяина! Никто не догадается, в чем здесь главный смысл… Никто даже не поинтересуется, почему за правильность произношения русского языка начали борьбу именно с этого слова и, в общем-то, на нем же и закончили?!

Тосканец набрал воздуха в легкие. Пора! Никогда не вел людей на восстание. Никогда не мечтал об этом. С чего такая роль?! Двадцать первый век на дворе…

– Вперед! – он встал и двинулся к выходу.

Они молча прошли мимо удивленного Ахмеда. Тот соскочил с места, выкрикнул что-то, но, увидев настрой людей, подавленно отстранился. Время выбрали послеобеденное. Охрана, набив животы, обычно могла думать лишь об отдыхе и сне, возлежав на кроватях или соломе. Тосканец первым поднялся по лестнице, которую должен был «забыть» поднять Санджар. Если бы лестницы не было, пришлось бы подложить камни. В общем, выбраться наружу – не проблема. Он совершенно не знал, чего ждать наверху. Да, и не было уже времени думать об этом. Яркое солнце на миг его ослепило. Вокруг никого. Он двинулся вперед, обнаружив позади себя Рустама и кого-то еще из восставших. Первым, кто попался на его пути, оказался полуголый мужчина. Он сидела на корточках и мыл руки под струей холодной воды из крана. Автомата рядом не оказалось. Он лениво оглянулся, услышав позади себя торопливые шаги. Понять ничего не успел. Тосканец ударил его по голове. Тот дернулся, рухнув на землю. Попытался встать, слабо зарычав. Тосканец ударил снова. Бил сильно, чтобы уничтожить любое сопротивление. Мужчина больше не двигался. Тосканец молча руководил отрядом. Руками указывал на кибитки, в которых по идее должны отдыхать охранники. Сам двигался к большим воротам. Здесь двое с автоматами. Ну, вот… Теперь, самое интересное. Тосканец почувствовал холод в низу живота, приближаясь к ним. Действовал нагло, будто безумно. Парни принялись угрожающе кричать. Быстро вскинули автоматы, сняли с предохранителей и прицелились. Тосканец бежал на того, что оказался слева. Кто-то сзади набегал на второго. Охранники несколько раз нажали на курки. Когда поняли, что выстрелов не последовало, попытались увернуться от ударов. Тосканец бил не останавливаясь, пока кровь врага не потекла по горячей пыли. Рядом добивали второго охранника. Он оттолкнул их, увидев трещину в голове поверженного. В принципе, никого убивать не хотелось. Он обернулся. Сквозь завесу белой пыли слышал короткие выкрики и удары железных прутьев. Подумал, что обязательно кого-то убьют. Он не мог всех контролировать. Ради свободы, люди сделают все возможное и даже больше. Через пять минут весь отряд собрался возле него. Он пытался взглядом отыскать Рустама.

– Кто-нибудь видит Рустама? – он выкрикнул.

Люди повертели головами.

– Рустам! – выкрикнул Тосканец. Неужели старику досталось?! Зачем он вступил в бой?! Есть же для этого молодые!

– Надо идти к Олиму! – кто-то выкрикнул. – У него деньги!

– Где Рустам, кто-нибудь знает?!

– Нет его! Так что… идем к Олиму?!

– Соберите автоматы! – скомандовал Тосканец.

Он понимал, что пока люди разгоряченные, нужно идти дальше, поэтому решил выяснить местоположение Рустама позже. Открыл ворота и двинулся в сторону дома Олима. Прошли по тропе. Перед маленькой калиткой остановились. Его отряд выстроился перед ним. Он прошелся сквозь них, негромко объясняя задачу.

– Действуем быстро! Вбегаем, угрожаем автоматами, бьем прутьями! Охранников здесь немного… Должно быть около пяти. У нас нет пуль, но они об этом не знают! Все! Заходим!

Стало даже как-то интересно. Неслись молча. Наставляли оружие на испуганных парней. Били. Двигались дальше. От собственной скорости и возбуждения кружилась голова. Прекрасное ощущение – вбегать в чужие дома и властвовать! Жаль, что некого насиловать… Они тяжело дышали перед дверью в большой зал дома. Оттуда доносилась музыка. Тосканец снова повернулся к своим людям. Те успели потерять уверенность. Все же, они находились во владениях самого могущественного хозяина с плохими намерениями.

– Вы готовы? – на всякий случай, спросил Тосканец.

Они смущенно отвернулись. Автоматы смотрели в пол.

– Ты… это…, – виновато заговорил один из них. – Сам зайди к нему… Ты уедешь, а нам тут еще жить…

Предводитель, впрочем, не сильно расстроился. Главное и самое сложное уже сделано. Взял у ближнего воина автомат, открыл двери и решительно прошел в комнату. Музыка зазвучала громче. Олим, закрыв глаза, сидел на диване. Видимо, он еще не понял, что произошло. Годы приучили к тому, что стабильность в его статусе неизменна. Тосканец медленно подплыл к нему. Автомат просто держал в руке, не прицеливаясь. Он вдруг понял, что от него требуется убить хозяина. Иначе, зачем он зашел сюда один. Пока такого желания не наблюдалось. Может, сам хозяин подкинет причин? Начнет угрожать, унижать, сыпать слюной, замахнется для нанесения смертельного удара… Убивать порой вполне удовлетворительно. Олим открыл глаза. Спокойствие в позе не нарушилось. На удивление все быстро понял. Медленно потянулся к пульту и отключил музыку.

– Что ты здесь делаешь? – мягко спросил.

Тосканец пожал плечами.

– Борюсь за свою свободу.

– В моем доме?

– У тебя есть кое-что, что принадлежит мне…

– Что?

– Фотография женщины и ключ.

– Ты за этим пришел?! – Олима прежде всего интересовала собственная жизнь.

Тосканец кивнул, посмотрев в окно. Убивать по-прежнему не хотелось. Он ожидал другого поведения от хозяина.

– Да…, – протянул Олим. – Недооценил я тебя… Вернее, поздно среагировал…

– Где моя папка?

– Вон там сейф… Он не заперт… Найди свою.

Тосканец открыл сейф, вытащил все папки и бросил на пол. Теперь, все это казалось бессмысленной информацией. Свою папку нашел примерно с тридцатой попытки. Все это время Олим терпеливо ждал. Тосканец спрятал фото, ключ и информацию о себе в карманы.

– Что с моими людьми? – дипломатично поинтересовался хозяин.

– Понятия не имею.

– Насколько сильно они пострадали?

– Я не приглядывался.

– Где заключенные?

– В соседней комнате.

– Почему не зашли сюда?

– Ждут от меня вестей.

– Ты должен…, – Олим осекся, опуская голову. – И что собираешься делать? Отпустишь всех на свободу?

– Почему нет?

– Их нельзя отпускать!

– Они этого заслужили.

– Но еще можно все исправить!

– Я идиот, по-твоему?

– Ты нет… Более того, я не против того, чтобы лично ты ушел, но… они… Они не должны уходить!

– Что с ними не так?

– А ты… Ты ведь не знаешь… Посмотри их дела! Папки перед тобой! Там все про них!

– В моей папке тоже много чего написано…

– Ты другое дело! Тебя мы использовали как пробный вариант.

– Что это значит?!

– Мы налаживаем контакты с Россией. Многие в твоей стране хотят использовать нашу систему! Ты стал первой ласточкой.

– Что это за система?

– Я не могу говорить об этом…

– Говори! – Тосканец впервые прицелился в него.

– Ну… Предположим, человеку нужно устранить конкурента… Он присылает его сюда. Если начинается следствие, и нашего клиента начинают подозревать в убийстве, мы тут же отпускаем его конкурента, как доказательство его жизни! Но его воля уже будет подорвана.

– Почему нельзя держать его в России?!

– Где?! Ты понимаешь, что в тюрьме его держать нельзя! А если в подвале… Кто будет постоянно его охранять?!

– Это что… у тебя тут бизнес такой?

– Что-то вроде…

– Ты псих! Это еще один повод уничтожить тебя!

– А ты посмотри на их дела! За что они все здесь?! Ты ведь дружишь с Рустамом? Посмотри его дело! Он здесь давно… его папка другого цвета… Ее легко найти. Вон смотри… зеленого цвета… Там таких мало…

– Что с ним?

– Он насильник! Дети, женщины, мальчики… Потом, он их убивал! Всех! Никто не выжил!

– Какой насильник?! Он же старик! Я ничего такого в нем не заметил…, – Тосканец почувствовал приступ тошноты. Неужели он так ошибся?!

– А ты посмотри в его дело!

– Я видел свое дело… Этого достаточно!

– А где сейчас он? Неужели он и сюда пришел?! И сидит, дожидается, пока ты поговоришь со мной?!

– Его нет… Возможно… он пострадал…

– Ты видел его тело?

– Нет…

– Думаю, он уже далеко отсюда. Он знает меня… Он знает тебя… Он знает, что мы можем договориться! Он не дурак!

– Мы не договоримся…, – Тосканец сказал это, демонстрируя тупое упрямство. Двинулся к папкам. Быстро отыскал информацию о своем лучшем друге. Фотографии жертв, его письменные признания, подробные описания своих деяний…

Олим понял, что папка произвела должное впечатление.

– Посмотри на дела других! Это легко!

Тосканец машинально открыл первые три попавшиеся папки. По фотографиям узнал нескольких персонажей, с которыми вместе глотали пыль. Серийный убийца, вооруженное ограбление, разрубленные на куски родители и собственные дети… Этого хватило!

– Что ты видишь?! – строго спросил Олим.

Тосканец не хотел отвечать.

– Ты уверен, что хочешь их всех отпустить?! Имей в виду! Ты будешь нести ответственность за все их последующие действия! За все их новые жертвы!

– Почему они все здесь?! Они должны сидеть в тюрьмах!

– Разные причины. Кого-то нельзя сажать в тюрьмы. Их могут выкупить влиятельные родственники. На других нет доказательств, но их причастность известна многим… Другим обеспечена легкая жизнь на нарах, а тут им приходится работать…

– Я тоже такой же страшный?

– Не мне решать. Я просто выполняю свою работу. Без базара, ты заслужил свободу! Но уходи один… Оставь этих тварей для меня!

– Что я получу взамен?

– Клянусь аллахом, что не буду преследовать тебя двое суток, но после… извини… По-другому, пострадает моя репутация.

Тосканец присел на мягкий ковер. Автомат отложил в сторону. Чувствовал, что не придется убивать. И хорошо. Он видел глаза своих пещерных «друзей». Раньше он хотел, чтобы они горели безумным блеском. Надо было, чтобы хватило смелости вести войну за свободу. Но теперь, будучи свободным… он понимал, что это безумие, от которого могли пострадать многие. Он не может нести ответственность за всех. Да, и Санджар останется без своего сына. Он ведь изначально пошел на обман, чтобы найти верное решение. С сегодняшнего дня, он больше ни за кого не будет нести ответственности! Если смогут, пусть сами выбираются на свободу! Сами виноваты, что не зашли в эту комнату!

– Мне нужна одежда и деньги, – Тосканец говорил спокойно. Он не просил – выставлял условие. – Далее, ты напишешь мне номер своего телефона, я буду звонить насчет Рустама. Его поймать в первую очередь.

– А ты как-то спас ему жизнь…, – почему-то улыбнулся Олим. – Одежда в шкафу. Деньги… У меня есть тут немного…

– Если немного… то не договоримся! – Тосканец взялся за оружие.

– Хорошо, – уверенно усмехнулся хозяин. – Возьмешь в сейфе… Там много!

Пять минут спустя, Тосканец вылезал в окно в чужой одежде, с автоматом наперевес и набухшими от зеленых денег карманами. Олим сосредоточенно набирал какие-то номера на своем сотовом…

Глава 9

НОВАЯ СВОБОДА

Суховей тревожно вглядывался в глаза Тосканцу. Специально для него приготовил мясной бульон. Остальные домочадцы, несколько испуганно сидели в стороне. Истинно полагали, что их пропавший товарищ принес какую-то страшную заразу.

– Как ты себя чувствуешь? – осторожно поинтересовался Суховей.

Тосканец дернулся, будто сбрасывая с себя ненужные воспоминания, которые, возможно, будут преследовать его всю жизнь.

– Уже нормально, – он кивнул, разглядывая свое отражение в дымящемся супе.

– И где ты был… все это время?

– Я… м… Сложно сказать… Мне там так ничего и не сказали…

– Там?

– Да. Как-то не было случая спросить… где это мы? Тем более что все, наверное, итак знали…

– Ну… это был дом или…, – Суховей поводил руками, подбирая нужные слова.

– Группа деревьев! – кто-то подсказал.

Суховей странно поглядел на того.

– Это было, скорее, значительно ниже, – Тосканец внес ясность.

– В море? – удивленно предположил Блонди.

– Воды я там не заметил…

– Ладно, – Суховей махнул рукой. – Ты ведь искал девушку? Нашел?

– Нет… Там было не до этого…

– То есть… все это время ты не искал девушку?

– Кое что меня отвлекало… Так вышло… Зато, я привез деньги! Много денег!

– Да… Я видел, – Суховей отрешенно уселся рядом. – Они у тебя из брюк выпали, пока ты спал…

– У меня там в двух карманах! Ты не считал их?

Суховей пожал плечами.

– Даже не знаю… А что… нужно было?

– А как еще?! Мы же должны знать, что мы можем себе купить?!

– На эти деньги?

– А на какие еще?!

– А… можно узнать… где ты их взял?

– Это очень долгая история…

– Мы бы ее послушали… Тем более, что жутко интересно, кто тебе их пропихнул?!

– Что значит «пропихнул»?! Они что фальшивые?!

– Понятия не имею! Я не знаю, как эти деньги должны выглядеть по-настоящему!

– Что это значит?! – Тосканец отбросил ложку. – Как обычные баксы! Там что… другие портреты?!

– Это мягко говоря… Там все другое…

Тосканец решительно поднялся и отправился в свою комнату. Вытащил деньги. Зеленые. И только сейчас обратил внимание, что там действительно другие портреты. Он растерянно вернулся, разложив деньги на столе.

– Кто-нибудь видел подобное? – Тосканец обвел всех взглядом.

Народ скучно потупился.

– Я тут…, – смущенно заговорил Люцифер, – взял одну… Отнес в обменник… Так там… даже не поняли, что это…

– То есть… не обменять?

– И где ты был? – задумчиво протянул Суховей. – Ну, не на марсе же!

– В определенной степени… Будто в прошлом побывал… А может… действительно! – Тосканец оживился, подпрыгивая. – Полное ощущение, что там прошлое! Они там камни добывают! Никаких признаков… Хотя, нет… – Тосканец осекся, мгновенно успокаиваясь. – Там у них были сотовые…

Соратники теперь смотрели сочувственно. С другой стороны, всем хотелось попробовать ту травку, в которую окунулся коллега.

– Ладно, – после некоторой паузы проговорил Суховей. – Денег у нас нет. И надо что-то делать…

– И откуда мы их раньше брали?! – наивно поинтересовался Блонди.

– А что случилось? – поморщился Тосканец. Он жутко не любил проблем с деньгами.

– С нас требуют квартплату! Впервые за пару лет!

– И как получилось, что у всех проблемы с деньгами?

– Мы и раньше не проводили диагностику наших действий.

– И что теперь?

– Вот и я говорю «что теперь?».

– Да, банк грабануть! – воскликнуть Люцифер.

– Ты в каком веке живешь?! – Суховей возмущенно смахнул ненастоящие деньги со стола.

– В двадцать первом, – деловито уточнил Тосканец. Еще недавно этот вопрос был для него самым главным.

– Кто сейчас грабит банки?!

– Тогда, что ты предлагаешь?!

– Думать!

Все глянули на Тосканца. Почему-то считалось, что у него лучше других получается. Пока он отрицательно покачал головой. Идеи обычно приходят медленно, лениво прогуливаясь рядом.

– Необязательно «кидать» банки, – подал голос Василий. – Мы тут недавно… человечка одного хотели «кинуть»…

– Кто это «мы»?

– Ну… так… одни знакомые ребятки…

– Аркадий… ты что-то недоговариваешь…

– Я Василий!

– Слушай, Василий! – взвился Люцифер, ударяя по столу. – Может, хватит издеваться над народом?! У тебя на морде написано, что ты Аркадий! Какого хрена тебя звать Василий?! Просто будь добр, смирись и позволь нам называть тебя Аркадий!

Василий замер, разглядывая возмущение Люцифера. Его брови полезли вверх, не ради удивления, но во имя высокомерия.

– А может, ты будешь мокрицей? – его голос переполнялся достоинством.

– По-твоему, это равнозначно по степени отождествления?

– Так! – вмешался Суховей. – Хватит! Василий! Что у тебя?

– Я это… хотел сказать… Если нам нужны деньги, почему мы не можем провернуть одну, но крупную операцию, чтобы больше не иметь проблем с бабками?!

– Я и говорю – банк грабануть! – снова Люцифер.

– Слишком рискованно, – Василий покачал головой. – Но «кинуть» одного человечка… это совсем другое дело.

– Что можно взять с одного человечка?

– Смотря какой человечек!

– И что это за человечек?

– Бабок у него выше пупка! Другое дело, мы обломались о его сигнализацию.

– А кто это «мы»?! – поморщился Блонди.

– Да, какая разница?!

– Как это?! Это что получается, он нам с кем-то изменяет?!

Все замолкли. Переваривали новую мысль. Пусть гуляет с кем хочет! Но… почему главное дело жизни он решил провести с другой компанией?! Ревность вдруг появилась какая-то… Ведь, вероятные миллионы он собирался тратить в другом направлении!

– Так… что вы хотели сделать с этим человечком?

– Забраться в его дом. Но… там столько уровней защиты! В общем… решили отказаться… А жаль! Можно было реально срубить!

– Сколько?! – народ затаил дыхание.

– Да… хоть сколько! У него миллионы!

– И что? Все дома держит?

– Что-то точно держит! У него нелегальные дела. Рисковые…

– Почему именно он?

– Так получилось… собрали на него информацию…

– Не стоит влезать в такие дела, – нравоучительно выступил Суховей. – Вы отказались и правильно!

– Имя есть у человечка? – Тосканец проснулся, почувствовав пролетающую рядом идею.

– Лебедев… Николай Николаевич.

Компания заинтересованно рассматривали Тосканца. Этот редко ошибался в идеях. Лишь Суховей пытался сопротивляться.

– Не стоит… Мы не имеем в этом опыта. И вообще, зачем нам проблемы с законом?

– Знакомая фамилия…, – Тосканец не обращал внимания, размышляя.

– Так известная личность. Мы поэтому и обратили на него внимание!

– И что? Много информации по нему?

– Не знаю… Кажется, достаточно…

– Можешь достать?

– Ну… в принципе, могу попробовать…

– Зачем тебе это?! – Суховей приблизил свое лицо к Тосканцу. – Собираешься влезть к нему домой?!

– Нет… Там все равно ничего нет… Встречусь с ним перед домом.

– Зачем?

– Поболтать.

Суховей отстранился, понимая состояние своего друга. Тот почувствовал дичь. Значит, весь в мыслях. Не стоит ждать разумных и подробных ответов.

– Так, что?! – возбужденно воскликнул Люцифер. – Делаем дело?!

Все ждали вердикта Тосканца.

– Пока… соберем информацию…

Глава 10

ДВА МИЛЛИОНА ДОЛЛАРОВ… ИЛИ ЕВРО.

– Ой! Как я это обожаю! – резвился Люцифер, воздевая руки вверх. – Носимся тут! Эта деловая атмосфера! Снова мы в деле!

Тосканец внимательно вглядывался в бумаги. Рядом, немного нервничая, Василий.

– Этого достаточно? – спросил он.

– Не знаю…, – Тосканец загадочно откликнулся. – Есть тут кое-что… Но, чтобы надавить на него… мало.

– Что для этого нужно?

– Не знаю… Но вот тут сказано, что он незаконным путем завладел акциями… какие-то махинации… счета… Проблема в том, что мы ничего не знаем про тех людей, у которых он что-то забирал. Мы могли бы стать их представителями. Тогда, можно требовать с него отступных. Понимаешь?

– Думаешь, отдаст? – Василий засомневался. Он не верил в мирные дела по выбиванию денег.

– Требуется достойный повод. А здесь у тебя этого нет.

– Нас не интересовало, откуда он взял деньги. Главное, что они у него есть.

– Теперь, у нас другой подход. Нужно найти людей, достаточно влиятельных, у которых он что-то забрал. После, перейти к переговорам.

– Даже, если мы что-то накапаем… Как мы докажем, что мы их представители?

– Просто скажем. Серьезные люди никогда и ничего не доказывают. Они сразу действуют. Тут сказано, что у нашего клиента в его деревне друг остался… надо бы к нему съездить.

– Зачем?

– Любая информация нам не помешает…

Деревня… вернее, поселок, городского типа, как тут уточняли местные, под названием… которое постоянно вылетало из головы. Удивительное дело, но приехать сюда вызвались все, кроме Мухомора. Ему решили не говорить о поездке. Оказывается, всем давно хотелось вырваться на природу. Да здравствуют электрички во времена безденежья! И главное, в ней мест много. Оказывается, могли и Мухомора прихватить. В другом ракурсе, хорошо, что он остался, возможно, именно в этот день он сотворит очередное чудо, способное отправить разумную жизнь в прекрасные и пьянящие дали… Здесь люди либо пили, либо давно превратились в старушек. Найти нужного человека, почему-то, оказалось делом сложным. Никто не знал Петю. Вернее, их тут слишком много. Пришлось искать всех «Петь» в округе, выясняя, был ли он другом Лебедева Николая Николаевича… того самого. Пока нулевой результат. Они разлеглись на сочной траве, на берегу маленькой речки. Кто-то, конечно же, стал громко раскаиваться, что не взял с собой удочку. Рядом какие-то смурые ребята.

– Мужики! – весело кричал Люцифер. – А среди вас есть Петя?!

Многим эти поиски уже больше напоминали увлекательную игру. Победитель должен получить денежный приз. Все скинулись, кто чем мог. Ребята ответили не сразу. Прятали что-то в карманах.

– Мужики! Петя нужен!

Те, зло сплюнули, и нехотя удалились. По лицам видно, что хотели нарваться на неприятности, но явная причастность в противозаконных делах, заставила просто уйти. Здесь мало, кто хотел говорить, если не предложишь пол-литра. Нельзя же всем предлагать напитка, стоящего денег! Пока решили собирать информацию, пользуясь добродушными и милыми улыбками, умноженными на безграничное обаяние. Впрочем, Люцифер категорически для этого не подходил – его улыбки носили, скорее, идиотский и подозрительный характер. Ему не отвечали, принимая за доносчика. Даже старушки брезгливо морщились, принимая за городского наркомана. Люцифер, почему-то, обижался. Правду желательно вообще отменить. Люди готовы принимать исключительно приятную о себе ложь.

– Мы же не можем лежать тут до вечера, – сонно размышлял Суховей. – А что будем делать ночью? Где будем ночевать?

– В крайнем случае, можно заночевать здесь, – Тосканец разглядывал бескрайние поля.

– Как я это не люблю. Эти… ситуации без ясного плана. Где мы будем искать этого Петю, у нас нет даже его фото.

– Система уже отлажена.

– Этот бесконтрольный опрос? Одну старуху уже два раза спросили.

– Кто виноват, что она так быстро перемещается по деревне?

– Дело даже не в ней… Мы толком не знаем, чего здесь ищем!

– Странно, что ты об этом говоришь только теперь… Чего молчал в городе?

– Не знаю… И чего мы все сюда рванули? И вообще! Если подумать – мы собираемся кого-то шантажировать!

– Да… Попробуем что-то новое в жизни…

– Но если абстрагироваться… Хороший вид!

– Я есть хочу, – к ним подошел Блонди. Видимо, он кое-кого в команде воспринимал в качестве воспитателей.

Тосканец вздохнул, обнимая свои колени.

– Что мы будем тут есть?! – Блонди поднажал на предводителей.

– Тут полно рыбы.

– Так нет же… этой… удочки!

– С удочкой все могут…

– Так мы что… ничего не продумали?

– Так, – Суховей посмотрел на часы. – Сейчас три часа дня. А у нас уже две неразрешимые проблемы. Что будет через пару часов? Сверх легкомысленная вылазка!

– И что за вторая проблема? – Блонди озабоченно сдвинул брови.

– Не говори ему! – Тосканец строго глянул на Суховея.

– Что это значит?! – Блонди превратился в обиженного мальчика. – Я имею право!

– А толку… Ну, узнаешь о проблемах, и что?! Гундеть только больше станешь!

– Не стану! Вы за кого меня принимаете?! Я давно уже взрослый человек! Ну, скажи Сух! Что за вторая проблема?! Может, именно я ее решу!

– Нам негде ночевать.

– Что?! Как?! А я думал, что это уж продумано! Тоскан! Я думал, мы к твоим родственникам едем! Они что… не хотят нас пускать?!

– У меня тут нет родственников… И вообще… нет…

– Тогда, зачем мы сюда приехали?!

Тосканец поперхнулся. Впрочем, равнодушно обратился к Суховею.

– Сам это разгребай.

– А что… Блондинчику никто не рассказал о цели экспедиции?

– Я думал, ты рассказал, – рядом грустно присел Люцифер.

– Это что получается, он с нами просто так таскается?! Он не ищет Петю?!

– Какого Петю?! – Блонди раскрыл свои и без того широкие глазки. – Я думал, вы прикалываетесь! Вы что ищете Петю?! Какого Петю?!

– Это друг Николая.

– Какого еще Николая?! Да и… хрен с этим! Что мы есть будем?!

Тосканец обратил внимание на приближающегося человека. Поднялся навстречу к нему, подальше от шума. Тот что-то нес в сумке. Смотрел под ноги. Думал о вечном, видимо, тупиковом.

– Извините, вы Петя? – Тосканец старался быть вежливым. И улыбка у него с детства была красивой – располагающей.

– Что?! – человек растерянно прижал к груди сумку.

– Вы Петя?

– Да… А что?

– Вы знаете Лебедева Николая Николаевича? Друга детства…

– А… Ну… И что?

– Хотелось бы поговорить о нем.

– Зачем?! Я тут при чем?!

– Вы друг его детства. Это важно.

– Вы кто? – Петя осмотрел его команду. – Из города? Журналисты?

– В определенном смысле…

– Мне это зачем?! – Петя раздраженно отмахнулся. – Я с ним давно не общаюсь!

– Знаете… у нас в городе сейчас популярна вот именно эта марка невероятно вкусного напитка! – Тосканец продемонстрировал бутылку водки, купленной заранее на окраине деревни.

Петя замешкался, улавливая солнечные блики сквозь литровую жидкость.

– Ладно… пошли, – он проговорил, скорее, разочарованно. Не хотелось признаваться незнакомым людям, что жутко зависел от своего пристрастия. Вот так живешь, мечтаешь стать космонавтом и, спустя годы взрослой жизни, радуешься лишь тому, что сегодня похмелье не такое отравленное, как вчера…

Хозяин дома небрежно нарезал в тарелку овощей, вытащил откуда-то хлеб и холодную вареную картошку. Тосканец придвинул тарелку с едой ближе к Блонди. Тот, как ребенок накинулся на еду.

– Тише, тише…, – его одернул Петя. – Зачем так беспощадно уничтожать закуску?!

Он расставил стаканы. Разлил в них водку.

– Только на всех не хватит посуды…

Никто из их компании не употреблял напитки. Тосканец кивнул хозяину, успокаивая.

– Ну… давай, за знакомство! – Петя сразу проглотил свое лекарство. После принятия – всегда хочется жить. Заел помидором. – Так, что у вас там? Зачем вам Николаша?

– Ваши пути, кажется, давно разошлись? – Тосканец не притронулся к своему стакану.

– Давно.

– Вряд ли вы расстались друзьями…

– Куда уж… друзьями…

– Вот и нам кажется… что он нечестный человек… Требуется вывести его на… чистую воду.

– Зачем?

– Пусть платит по счетам! – Тосканец хотел разговорить Петю, полагая, что месть станет для того отличной отправной точкой.

– М… А ты знаешь, кем он сейчас стал?

– Да… Я даже видел его дом!

– Думаешь, у тебя получится?

– Иначе не пришел бы сюда.

– Ладно…, – Петя налил себе еще и кивнул на нетронутые стаканы. – А вы чего?!

– Нам надо сохранять трезвые умы…, – Тосканец осматривал свою команду, которая разбрелась по дому. – Уже сегодня нужно вернуться в город!

– А… ага… Давай, тогда… за наше здоровье, – Петя опрокинул в себя стакан.

– Вы что-нибудь знаете о его делах?

– Не… Уже давно не интересуюсь…

– Возможно, что-нибудь из прошлой жизни? Большие деньги трудно честно заработать.

– Да… мы особо ничего не нарушали…, – Петя печально посмотрел на пустые тарелки. Блонди все скушал и теперь тоже прогуливался неподалеку, в данный момент, с умным видом разглядывая печку.

– Понимаете… я пока и сам не знаю, какая информация мне поможет, поэтому постарайтесь рассказать о Николае, как можно больше…

– Не знаю… Можно попробовать вспомнить о его детстве… Знаете, он однажды задушил котенка… Просто так! Ему было интересно, что будет!

Тосканец кивнул, подбадривая. Пусть человек говорит, все лишнее можно позже забыть.

– Или другой случай… Мы вместе учились в одном классе… Так там была Маринка, что-то вроде королевы класса… Так ее все хотели… это…

– Понятно.

– Ну… у него получилось… Вернее, он ее изнасиловал! Она пришла к нему домой… там у них что-то вроде внеклассного занятия было… Так он воспользовался случаем! Она никому не рассказала! Гордая! Но мы после все узнали… Она уехала из поселка… Он до сих пор думает, что мы ничего не знаем! – Петя с грустным видом выпил еще один стакан. В глазах появилась злость.

– А что-нибудь из жизни вашего бизнеса?

– Да… там мало было… Когда мы переехали в город, познакомились с одним человеком… Андрюха… Так он больше сможет рассказать! Потому что мы с Николашей почти сразу расстались… вернее, он просто меня выкинул из дела…

– Есть адрес Андрея?

– Точно не помню… но могу нарисовать…, – Петя оглянулся, в поисках бумаги и ручки. – А кто это такие?! – Он пьяно смотрел на остальных. – Чего они делают?!

Тосканец устало глянул на своих товарищей.

– Вы их тоже видите?! Уф… Слава богу! А-то мне казалось, что я с ума схожу…

– Они что… никогда не были в домах?! Чего они там ковыряются?!

– Они городские… Для них ваш дом, как для вас… метро в городе…

– Я тысячу раз был в метро! – Петя поднялся, направляясь к кухонному шкафу. – Где-то здесь еще была закуска… – Он принялся открывать полки.

– Можно я позвоню от вас? – Тосканец, не дожидаясь ответа, подошел к телефону. Смахнул с него пыль и набрал номер. – Алло… Олим, это Солнце… Вы нашли Рустама? Но… вы продолжаете его искать?! Ясно… Нет, меня не поймаете… Удачи в поисках, Олим… – Он грустно положил трубку. Задумчиво осматривал старый аппарат с дисковым набором.

– Оставьте самовар! – выкрикнул на кого-то Петя. – У него ручка сломана!

– А что в эту дырку засовывают: дрова или кастрюли? – Блонди направил палец в печку…