# Убийство в чаще

Вадим Слуцкий, Василиса Генкина

"Убийство в чаще" – это литературная пародия на произведения Артура Конан Дойля. Мы с Василисой любим его книги, так что это не злая пародия, но местами текст смешной.

Однажды мы с Холмсом возвращались с прогулки по Риджентс-парку. Когда мы подошли к двери нашего подъезда на Бейкер-стрит, оттуда выходила старушка в синем платье и соломенной шляпке с голубой лентой. В глазах у неё стояли слёзы.

Мы проводили её взглядом и зашли домой.

Войдя в гостиную, Холмс остановился и посмотрел на пол. Там лежал носовой платок. И были видны следы ботинок.

Холмс позвал миссис Хадсон и спросил, приходил ли кто-то в наше отсутствие.

Миссис Хадсон кивнула и сказала:

– Да, сэр, сюда приходила очень-очень расстроенная пожилая дама. Она искала вас, мистер Холмс. Она сказала, что дело у неё чрезвычайной важности. Я ей, конечно, сообщила, что вас нет дома, но она требовала, чтобы её впустили, утверждая, что речь идёт о жизни и смерти. И, по-моему, мистер Холмс, так оно и есть, потому что глаза у этой дамы были очень даже на мокром месте!

Холмс покачал своей большой головой с озабоченным видом.

Он поднял носовой платок с пола. Платок был голубого цвета с жёлтыми цветочками. Холмс внимательно рассмотрел его через лупу, положил лупу обратно в карман и протянул платок мне.

– Дорогой Ватсон, посмотрите внимательно на этот платок. Какие выводы вы можете сделать о его хозяйке, хорошенько рассмотрев его?

Я взял платок и, повертев его в руках, сказал:

– По правде говоря, я ничего такого в этом платке не вижу, кроме того, что он мокрый.

– Но вы же изучали мой метод, Ватсон: примените его!

Я смутился и сказал:

– Конечно, теоретически я знаком с вашим методом, но до сих пор не могу им воспользоваться. Я не в состоянии сделать никаких выводов даже из записной книжки, а вы мне предлагаете обычный носовой платок.

– Нет, Ватсон, посмотрите хорошенько. Этот носовой платок, несомненно, принадлежит старой женщине, которая была чем-то расстроена. До того, как обратиться ко мне, она ходила по лесу, очевидно, что-то или кого-то искала. Живёт она за городом, одиноко и небогато, служанки у неё нет. Она любит животных. По утрам, а, может быть, и по вечерам она пьёт кофе «Мокко» с поджаренными ломтиками хлеба.

– Вы меня разыгрываете, Холмс! Как вы это всё узнали, глядя на носовой платок?

– Элементарно, Ватсон! Посмотрите на платок внимательно. Он явно старый и немного порванный. А вот в этом месте застряла еловая иголочка. Первое говорит о том, что хозяйка платка не слишком богата. А второе – что она недавно была в лесу. Платок давно не стиран, значит, служанки в доме нет. А то, что хозяйка платка чем-то очень расстроена, видно из того, что платок мокрый, а дождя давно не было. Платок явно пропитан слезами. Но тут не только еловая игла, к платку прилипли несколько белых и серых шерстинок, принадлежавших какому-то животному, возможно, собаке, но в этом как раз я не уверен. Наконец, понюхайте платок, Ватсон, и вы убедитесь, что он пахнет поджаренным хлебом и кофе «Мокко», потому что хозяйка, попив и поев, всякий раз вытирала себе рот платком – и запахи впитались в него.

Я рассмеялся и сказал:

– Холмс, у вас даже платки нельзя оставлять. Может, вы уже сразу скажете, кто убит, где убит, как убит и кем убит? И неужели наш Холмс не уверен в том, какое животное держит старушка, если уж вы определяете сорт кофе по его запаху и то, что она ела не просто хлеб, а именно поджаренный? Тогда, я думаю, вы и породу собаки легко сможете назвать! Может, вы скажете сразу, где и на какой улице они живут, на каком этаже, и в какой квартире, и сколько она стоит?

– Не торопитесь, Ватсон. Я на самом деле не знаю, что это за животное. Но могу вам точно сказать, что она живёт в доме, а не в квартире. Дело в том, что я как-то видел эту пожилую даму на рынке, где она продавала козье молоко, и я успел заметить у неё большой ключ. Он висел у неё на шее. Это явно ключ не от квартиры, а от дома. Впрочем, меня больше интересует само расследование дела, чем его результат. А вы хотите всё узнать с самого начала. Это неинтересно! Кстати. Вы ведь знакомы с этой пожилой дамой.

Я чуть не упал в обморок от этого сообщения.

– Я?! Да что вы говорите, Холмс?!

– Конечно. Вы её видели не более 20 минут тому назад.

– Ах, да! Совсем забыл. Это та дама, которая выходила из подъезда!

– Разумеется.

– Чем же она так расстроена?

– Не торопитесь, Ватсон: это мы скоро узнаем, – заметил Холмс, усаживаясь в своё любимое кресло и набивая трубку табаком.

В этот момент раздался очень настойчивый звонок в дверь. Миссис Хадсон поспешила открыть, и мы увидели ту самую старушку в шляпке с голубой лентой.

Она сказала очень взволнованно, что желает видеть знаменитого сыщика мистера Шерлока Холмса.

Миссис Хадсон провела старушку к столу, за которым мы сидели. Холмс пригласил её присесть:

– Садитесь, мэм, успокойтесь и выпейте с нами чаю с козьим молоком.

Старушка выглядела чрезвычайно расстроенной. Но, несмотря на это, приняв приглашение Холмса, очень удивилась:

– Как, мистер Холмс, вы пьёте чай с козьим молоком?

– Да, причём, именно с тем, которые вы мне продали.

– Какое совпадение, мистер Холмс! Ведь я совсем забыла, зачем сюда пришла. Меня зовут миссис Гоутлавер. Случилось огромное несчастье! У меня жил козлик по имени Джордж. Белый с серым хвостиком. Джордж жил у меня с самого рождения, и я его любила, как своего ребёнка. Его родила моя козочка по имени Люси. Так вот, мой бедный Джордж пропал! Мистер Холмс! Только вы один во всём Лондоне можете мне помочь!

– Извините, мэм, а могу я узнать, где именно жил ваш козлик? – осведомился Холмс.

– Джордж жил со мной, прямо в доме. Но иногда, как, например, в ту ужасную ночь, я отправляла его спать в сарай. Мне хотелось, чтобы, когда он вырастет, он научился обходиться без меня.

– Миссис Гоутлавер, извините меня, я совсем забыл: когда вы отсюда выходили, то забыли у нас ваш платок. Вот он. Хочу вам вернуть его.

Бедная старушка вздохнула и сказала:

– Так вот куда я его задевала! Никак не могла его найти.

Холмс улыбнулся и сказал:

– Давайте продолжим. Что же случилось с вашим козликом?

Старая дама опять тяжело вздохнула и продолжила свой рассказ:

– Как я уже говорила, в ту ночь я решила попробовать приучить его ночевать в сарае. Но когда я утром проснулась и отнесла Джорджу завтрак: свежие морковь и яблоки, мистер Холмс, он их так любил! – его там уже не было. Я нашла кусок отрезанной верёвки и заметила на земле следы ботинок явно большего, чем мой, размера.

Тут Холмс перебил её и спросил:

– Позвольте спросить: а вы слышали ночью какие-либо звуки в доме или в сарае?

Миссис Гоутлавер на это ответила:

– Я слышала отдельные шорохи, но думала, что это козлик ворочается на сене. Я никак не думала, что это мог быть какой-то преступник.

– У меня ещё один вопрос, мэм: был ли ваш козлик достаточно упитанным?

На это она ответила утвердительно.

– Я всегда хорошо кормила своего дорогого Джорджа.

Холмс сказал:

– Всё ясно. Вашего козлика явно похитили, но кто, я пока не знаю. Вы не против, если я зайду к вам в ближайшее время и осмотрю место преступления?

– Нет, конечно. Пойдёмте со мной, и я всё вам сейчас же покажу.

Мы спустились на улицу, взяли кэб и поехали за город. Пока мы ехали, Холмс задавал старушке множество разных вопросов, но карета подпрыгивала и страшно дребезжала: мы ехали по дороге, мощённой булыжником, как видно, ещё лет двести назад, и с тех пор не ремонтировавшейся, – так что я не мог разобрать ни слова из их разговора.