# Корпорация «Бог»

Leastro

Недалекое будущее. Научно доказано существование «души» или энергии жизни. Это открытие разделило общество на людей и ведьм. Мировая война осталась позади. Объединенное человечество отстояло свободу и преследует людей со сверхспособностями.Простая жизнь Светы разваливается, как карточный домик, когда ей сообщают, что она может контролировать энергию жизни. Ей предстоит понять: человек она или монстр. Сможет ли Света принять себя и преодолеть внутренний конфликт?

© Leastro, 2022


ISBN 978-5-0059-3414-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава 1

– Хей ра!

Я не удержалась и посмотрела на крикуна. Парень распихивал локтями работяг в холле метро в тщетной попытке обогнать поток. Он так спешил и спотыкался, что наступал на длинный подол белого плаща.

«Невоспитанный турист», – пронеслась в голове мимолетная мысль.

Я переступила вторую желтую линию на полу и направилась к эскалатору.

«Благодарим вас за выбор Московского Метрополитена. Хорошего дня!»

Встала на убегающую вниз ступеньку и резко обернулась: вслед за раздавшейся в голове приветственной фразой по ушам ударила сирена и тот же голос оглушающе зачастил «Нарушитель».

Незадачливый турист угодил в прозрачный купол охранной системы и теперь беззвучно бил по стеклу кулаками.

– Вот придурок, – выплюнул мужчина передо мной. – У них в колонии не принято за проезд платить, что ли?

– И не говорите, уважаемый, мокрая московская зима убьет его брендовый плащ. Какая потеря, – разочарованно вздохнула опрятная девушка ступенькой выше.

– Может, он пытается догнать гида? – внесла я свою лепту в увлекательную стихийную дискуссию.

– И что? Это дает ему право вести себя как скот и нарушать общественный порядок?

– Конечно, нет, – я пожала плечами и посмотрела на девушку, она согласно кивнула.

Стихийный саммит заглох, но с разных сторон доносились оживленные обсуждения: не каждый день кто-то так отчаянно нарушает правила.

Эскалатор неторопливо уносил нас вниз. На второй половине мощные воздушные очистные установки изгнали промозглый запах мокрой московской зимы и слякоти. Сухой, теплый и стерильный до безвкусицы воздух заполонил собой все.

Я спрыгнула с последней ступеньки, расстегнула потертое пальто и, держась правой стороны, пошла вдоль станции к первому вагону. Упругий поток воздуха догнал меня. Поезд остановился и приветственно открыл двери городским странникам.

Пройдя внутрь за толпящимися людьми, я осторожно проскользнула к противоположной стороне и встала у двери, рядом с поручнем.

Монитор на стене крутил рекламу. Миг, и вот уже мои глаза прилипли к пестрому видеоряду, следуя неосознанному рефлексу.

Ночное небо.

Система уловила мой интерес и тут же начала воспроизводить звуковой ряд.

«Дотянуться до звезд», – интригующе зашептал в голове приятный женский голос.

– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – «Комсомольская», – предупредил мужской голос и прозрачные двери поезда захлопнулись.

«Хотите построить светлое будущее человечества? Стать покорителем космоса? Или же вы специалист в поисках достойной зарплаты?»

Понятно, не про меня… Какой из меня колонист? А специалист, с моим-то средним профессиональным?

Экран вспыхнул разноцветными звездочками и замигал, требовательно, ярко, истерично.

«Только на этой неделе! Приходите на ярмарку вакансий! Рынку нужны миллионы работников! Сделайте первый шаг и получите гарантированную работу с зарплатой выше средней по планете!»

Какой резкий переход. Так задумано? Или они уже научились определять интерес аудитории по размеру зрачков? Это вообще законно? Надо бы оферту почитать…

– Хей ра!

Восторженный женский голос резко оборвался, стоило мне бросить взгляд на крикуна. Потерявшийся турист стоял в трех метрах и пялился на меня. Как ящерица откидывает хвост, так и парень где-то успел потерять свой роскошный плащ. На его лбу выступили капли пота. Он тяжело дышал. Всклокоченные каштановые волосы стояли дыбом, словно у испуганного кота.

Я скосила глаза в поисках группы туристов или гида, на которых могла не обратить внимания из-за толпы. Никого похожего не нашлось…

Я вздрогнула, когда ладони хлопнули по стеклянной двери на уровне моих плеч.

– Ра!

– Извините, мы не знакомы, – натянуто улыбнулась я, сжимаясь. Отвечать психу, кричащему «Эй ты!» на языке Федерации, совсем не хотелось. Кажется, русского он не знает.

На удивление страха не было. Мой бегающий взгляд уже успел отметить, как черная полусфера над противоположным входом заинтересованно устремила свой электронный глаз в нашу сторону. А пассажиры пусть и не вмешивались, но некоторые повернули планшеты, записывая происходящее.

«Света, Света, теперь ты звезда интернета!»

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Кричать не буду. Ничего не изменит, наоборот, только больше привлеку внимания.

Поезд остановился.

– Извините, – пискнула я и скользнула под локтем незнакомца.

Шаг, и я комфортно забилась в тридцать сантиметров между стеклом и поручнем. Потому что псих психом, а на «Комсомольской» в час пик…

Да, у него не было шансов. На работу надо всем, а щадить случайно забредшего туриста никто не будет. В Москве почти миллиард жителей.

Потянувшаяся в мою сторону рука прилипла к стеклу, и парень скрылся за необъятных объемов дамой и окунувшимся в ее пузо студентом, который судорожно сжимал рюкзак.

Кажется, от наступившего давления весь поезд выдохнул и застыл.

Двери с натугой закрылись, все-таки прищемив чей-то портфель, приоткрылись, людскую массу всколыхнула еще одна волна единодушного давления. И стеклянные двери сумели захлопнуться.

Без возможности пошевелиться несколько минут мы со студентом обменивались взглядами. Я была горда, а он – полон зависти.

Так или иначе, мне придется выйти, а он явно не прочь занять мое место. К счастью, на мое тихое предложение пропустить он активно закивал.

Как только локомотив остановился и стеклянные двери с натугой разъехались, давление спало, человеческий поток хлынул наружу, и я вместе с ним.

Пройдя десяток шагов, я прижалась к бардовой колонне, чтобы не мешать людям, и посмотрела в вагон.

Метро в час пик напоминает опасную и своенравную горную реку. Человек, не привыкший лавировать внутри ее течений, обречен потерять ориентир и оказаться выброшенным на совершенно незнакомой станции огромного лабиринта.

Так и турист пропустил отлив и барахтался в приливе заходящих в вагон людей. Когда поток останавливается, двери закрываются. Парень забарабанил ладонью по стеклу. Состав тронулся, увозя странного преследователя.

Я отвернулась и заскользила к выходу. Офис между «Красными Воротами» и «Тургеневской». Просто пройдусь. Десять минут погоды не сделают.

Так я думала ровно до того момента, как заприметила упитанную фигуру начальника у входа в бизнес-центр. Он меланхолично курил.

– Доброе утро, Максим Тарасович!

Мужчина смерил меня взглядом, вскинул руку и посмотрел на циферблат смарт-часов.

– Две минуты. Тысяча кредитов или задержишься на три часа?

– Задержусь, – с улыбкой выпалила я, счастливая от хоть какого-то выбора. – Могу подниматься?

– Нет. Еще два опоздуна.

– Доброе утро, Максим Тарасович! Светлана! – махая рукой, к нам бежал мой коллега. Притормозив рядом, он согнулся, чтобы отдышаться.

– Три минуты. Две тысячи кредитов или отработаешь шесть часов?

Я вздрогнула и пробормотала: «Время». «8 часов, 32 минуты, 31 секунда», – озвучил механический голос в моей голове.

Вот жаба! Это он в приятную для себя сторону округлил?! Или он штрафные санкции в соответствии с призовыми местами назначает?

Хотя, как фавориту этого забега, мне не на что жаловаться… Как бы мне не увеличили «награду».

– Штрафуйте, – махнул рукой Данила, выпрямляясь.

Понимаю, я тоже не хотела бы в выходной торчать на работе.

Потянулись томительные минуты в промозглом молчании. Медленно промокающие от усердия московской зимы кроссовки напомнили мне шутку про кошачью месть и тапки. Кажется, я случайно вступила в те самые тапки. Паршивое чувство.

Максим Тарасович затушил сигарету и закурил вновь. Вместе с ней закончилось и его терпение. Начальник вскинул руку к правому уху и, потерев мочку, проговорил: «Зайцев допрыгался. Лила, увольняй Зайцева за нарушение должностной инструкции. Идемте, ребят».

Коллеги встретили нас свистом и бурными овациями по заведенной в компании традиции. Данила с улыбкой махал им, а я не знала, куда деть глаза от стыда. Над нами же просто издеваются. Или только я так это вижу?

## Глава 2

– Корат.

Я плавно качалась в металлическом яйце, свернувшись калачиком на мягкой подушке. Полупрозрачное изображение в рамке планшета пролистнулось на другого представителя кошачьего племени.

– Сиамская.

Картинка сменилась.

– Рагамаффин. Нет. Лила, отмени последний ответ. Морда плоская. Это Персидская.

Дзинь!

Я вздрогнула от предупреждающего сигнала электронного помощника компании и чуть не выбросила планшет.

«Вторая ошибка за восемь минут. Концентрация внимания падает. Рекомендован перерыв. Оформляю?»

– Да, – обреченно вздохнула я и завозилась, выбираясь из теплых объятий качелей. С раздражением сложила рамку планшета в стик и засунула в карман джинсов.

– Лила, статус коллекции?

«Вы просмотрели шесть из десяти тысяч».

Я огляделась. В нашем офисе всегда спокойно. Нет, скорее, тихо. Слышно только бормотание людей и скрип металлических пружин.

Слегка пошатываясь на онемевших от долгого лежания ногах, я пошла через поле подвешенных коллег к комнате отдыха.

– Данила, – кивнула я мужчине, который обессиленно лежал грудью на металлическом столе тесной кухоньки. Его руки безвольно свисали под столом.

Бесячим писком отозвались кнопки меню под моими пальцами. Аппарат с напитками зарычал, будто собирался исторгнуть из себя как минимум вино столетней выдержки, а не двести грамм подкрашенного кипятка с гордым названием «чай». Я взяла верхний стаканчик из башенки рядом и поставила его на сетку.

– У меня новая коллекция… – вздохнул Данила. – На что я трачу свою жизнь?

Стоит ли отвечать? Я, конечно, ему сопереживаю, но строить из себя утешителя не хочу, как и бездумно поддакивать.

– Не пойми меня неправильно, но все мы здесь обмениваем свое время на деньги. А что за коллекция? Я уже третий день изучаю породы кошек.

Чай оказался именно таким, каким и должен быть отфильтрованный кипяток на вкус. А запах… Чудный аромат опилок.

– Секс-шоп, – тихо пролепетал Данила и обреченно усмехнулся. – Кто бы мне сказал, что к тридцати годам я стану экспертом по разным продолговатым штучкам.

– Ой, а что это вы тут такое интересное обсуждаете? – впорхнула в кухню Лиза. Быстро окинув мужчину взглядом, она остановилась и всплеснула руками: – Данила, если ты сгорел, так хоть не воняй и настроение другим не порть!

– Позитивное мышление – лицемерное говно. – Мужчина слегка приподнял голову и прижался к столу другим ухом, отворачиваясь.

– Ну и жалей себя дальше! – фыркнула Лиза и переключилась на меня: – Светик-букетик! Ты же сегодня задержишься на работе?

– Что-то случилось? – я почувствовала, как к горлу подкатывает неприятный комок. То ли от паршивого чая, то ли от предчувствия, что меня сейчас обяжут за спасибо.

– Только что звонили из садика. Надо срочно малыша забрать, не могу задержаться. А у коллекции сегодня крайний срок… – Лиза замялась, натянуто улыбаясь. – Там чуть-чуть осталось. Максима Тарасовича я предупредила. Он не против.

– Ну ладно… – неуверенно согласилась я. Зная, как Лиза любит истерить и строить козни, проще смириться, чем потом страдать от недопонимания и глупых сплетен.

– Какая же ты лапочка, Светик-букетик! Сочтемся! – Лиза махнула мне рукой и унеслась по своим сверхважным делам.

Я отпила теплый чай и отрешенно посмотрела вслед коллеге. Кажется, в сердце раскрылась черная дыра, которая вытягивает все эмоции и свет, оставляя серую тишину.

– Лила, статус текущей коллекции Сахаровой Елизаветы Сергеевны, – раздался голос Данилы. Мужчина присвистнул и выпрямился. – Теперь меня не пугают девять тысяч вибраторов! Удачи найти время поспать, Светик-букетик!

Данила встал из-за стола и танцующей походкой отправился в общий зал, напоследок подмигнув мне:

– Кажется, я все-таки умею продавать свое время.

Плохо. Я вылила остатки чая в раковину и, скомкав стаканчик, кинула в урну рядом с автоматом.

Глубоко вздохнула, чтобы привести себя в рабочее состояние. Желания узнавать статус Лизиной коллекции не появилось. И так понятно, что она спихнула на меня профуканную работу, в случае нормальной сдачи которой заплатят ей. А за косяки достанется тому, кто правил последним. Значит, мне.

В голове заиграла мелодия. Незнакомый номер… Ну за что мне сегодня столько приключений? Я шумно выдохнула и потрогала мочку уха.

– Алло. Тихонова Светлана Александровна?

– Да. Внимательно.

– Я представляю компанию «Турбо». Курьерская доставка. Вы оставляли анкету на нашем сайте. В связи с возросшей нагрузкой в последние дни, штатные курьеры не справляются с объемом. Сейчас мы привлекаем сторонних исполнителей. Вас интересует подработка?

– Да, – вздохнула я, вспоминая о трех бесплатных часах и «подарочке» от Лизы. Мне нужны деньги. Возможностей занять себя бесплатно я и так уже набрала.

– Спасибо, что отозвались. Мы ищем и других курьеров, так что доставить потребуется всего один или два пакета. Еще раз напоминаю, это разовая подработка, поэтому договора не будет. Клиенты вносят предоплату за услуги. Все, что вы получите от клиента – ваш заслуженный гонорар.

Девушка продолжала напряженно выбрасывать клишированные фразы. А я тем временем развернула рамку планшета и с грустью проверила остаток на банковском счету. Пара тысяч кредитов. До зарплаты еще неделя.

Работа без договора – несоблюдение трудового кодекса. Можно ли желание выжить называть преступлением? Нет, это просто мелкое правонарушение собственных прав.

– Сможете доставить первый пакет сегодня?

– Думаю, да. Есть заказы к девяти вечера?

– Конечно. Парк Сокольники, в центре розария у фонтана.

– Кто вообще заказывает доставку в парк? – удивленно пробормотала я и получила гордый ответ девушки-оператора.

– Компания «Турбо» доставляет малогабаритные грузы в любую удобную точку.

– Как скажете, – пожала я плечами. – Где забрать пакет?

– Наше ближайшее отделение на Верхней Красносельской, дом 24. От вас потребуется предоставить айди-карту, чтобы забрать пакет. Пожалуйста, серьезно отнеситесь к нашему предложению. Мы понимаем, что вас волнуют возможные последствия, но мы тоже рискуем своей репутацией, привлекая вас. Если вы не сможете выполнить доставку, то лучше предупредить об этом сейчас.

– Да, – вздох получился жалким и обреченным. – Я все сделаю и буду вовремя.

– Компания «Турбо» благодарит вас за содействие. Если у вас возникнут форс-мажорные обстоятельства или будут вопросы по оплате, вы можете связаться со мной через горячую линию нашей компании. Мой добавочный номер: 1476. Я продублирую всю информацию сообщением.

– Спасибо.

– Хорошего дня, Светлана Александровна.

– И вам.

Тишина настала резко, будто оператор спешил совершить еще пару миллионов звонков. И сразу за этим пиликнуло сообщение.

Я не стала его смотреть. Пришел час оценить непаханое поле предстоящей работы, которую на меня свалила Лиза.

Я могу понять ее ситуацию, войти в ее положение. Ребенок очень важен. Но почему из-за того, что у меня нет детей, я должна выполнять ее работу? Нормально ли получать послабления, прикрываясь заботой о ребенке? Хотя какая разница, если я уже согласилась? Доброта наказуема? И почему в пищевой цепи вперед вырываются не те, кто реально пашут, а те, кто находит обходные пути?

Остаток дня прошел уныло и монотонно. Конечно же, я не успела прослушать Лизину коллекцию. А Максима Тарасовича волнует только конечный результат. Теперь все часы пыхтения над чужой работой будут исключительно на благо компании и на моей зарплате не отразятся. Лиза же сказала, что там осталось «чуть-чуть» доделать… Ну да, пять тысяч ошибок из сделанных Лизой восьми тысяч. Придется перелопачивать всю коллекцию. А Жабин не захотел разбираться в том, кто на кого наговаривает.

Заглянувшее было в окна офиса солнце будто испугалось, увидев нас, и спряталось за облака, больше не показываясь. Так оно и продолжало стыдливо прятаться, пока его не съела беззвездная московская ночь.

Выйдя из офиса, я подняла голову и посмотрела на черную бездну. В свете неоновых вывесок на землю плавно и величественно опускались крупные и пушистые хлопья снега. Я скользнула взглядом по стеклянной витрине магазина и увидела свое отражение. Простой обыватель. Средний рост, потрепанное теплое пальто цвета детской неожиданности. Я всегда выглядела жалко. Пока другие девочки хвастались обхватом груди и бегали на свиданки с парнями, я корпела над учебниками в отчаянной попытке хоть в чем-то преуспеть, раз уж природа обделила меня выдающейся красотой. В средней школе на фоне класса я была чуть умнее среднего благодаря моим титаническими усилиями и полному отказу от свободного времени. Но стоило мне загореться и перевестись в класс с углубленным изучением истории, худший из спецклассов, я осознала, что рожденным ползать летать не суждено. Да и как можно конкурировать с гениями, когда мне приходится тратить дни на задачу, которую другие решают за считаные минуты? Это потрясло меня до глубины души. Я так и не доучилась там, переведясь обратно в свой среднестатистический класс.

Я смирилась и приняла свое заурядное «я». Только герои романов легко преодолевают трудности. Моя судьба – отчаянно грести, просто чтобы остаться на плаву. Выдающийся ум, непревзойденная красота, таланты – все это не про меня. Зато, если придется спасать мир, мое имя даже не вспомнят, так что моей понятной и размеренной жизни ничего не угрожает.

Мокрые от снега концы светло-русых волос ощерились сосульками из-под серой шапки. Забавный помпон уныло повесил свою голову. Зарывшись носом глубже в шарф, я подняла воротник и застегнула молнию по самое горло. Только усталые глаза выглядывали наружу парой бесцветных стеклышек. Я отвернулась от витрины и зашагала к метро. Душа успокоилась, но легкое раздражение продолжало настороженно красться рядом.

Оказавшись в теплом и сухом нутре подземки, я достала рамку планшета, включила музыку и застонала. Мой старый чип с трудом калибруется. Бесит, то собеседника во время звонка не слышно, то музыка чуть ли не рвет барабанные перепонки.

Всего три станции, и я снова вышла в московскую грязную зиму. Мой путь лежал к небольшому строению, которое облепили вывески, будто слетевшиеся на мед пчелы, ясно, что в нем осела уйма компаний. В холле я огляделась и, сориентировавшись по указателям, пошла по коридору. Найдя нужную дверь, дернула за ручку и увидела стойку. Девушка в розовой форме резко вскинула голову и дежурно улыбнулась:

– Добрый день, вы хотите забрать посылку?

– Нет, замещаю курьера, – я протянула ей айди-карту.

Работница курьерской службы оглядела кусок пластика со всех сторон, потом ввела номер в программу, улыбнулась и снова заговорила:

– Рада видеть вас, Светлана. Спасибо, что согласились помочь нашей компании. Вам нужно будет доставить этот пакет по указанному адресу. Ваш телефон клиенту отправлен, как только он подъедет – наберет. Напоминаю, что в случае проверки трудовой инспекции вы ничего не знаете о нас, иначе вам придется заплатить налог на доход.

– Да, я все понимаю, – кивнула я, пряча в карман айди-карту и забирая со стойки пакет. Непрозрачный пластиковый куб размером с коробку из-под обуви, еще и оклеен их фирменной лентой.

Под любимую музыку я покинула офисное здание и направилась к ближайшей станции метро. Бурная людская река неспящей Москвы обмелела, так что я нашла местечко в углу вагона. Мужской голос успешно перекрикивал играющую в голове мелодию, и за верность своего пути я спокойна.

К фонтану я не просто успела, но подошла за десять минут. Оглядевшись, направилась к ближайшей скамейке. Села и приготовилась ждать звонка. Наступил час икс, но заказчик оказался непунктуальным. С другой стороны – клиент всегда прав, вдруг его что-то задержало в пути? Жду еще десять минут.

Я лениво наблюдала за собачником, который зачем—то выгуливал своего шпица в этот зимний промозглый вечер. Сквозь музыку слышались крики компании молодых людей, оккупировавших скамейку неподалеку. По дорожке пробежал сторонник здорового образа жизни в легком спортивном костюме. Но эта обыденная картина спокойного парка никак не вязалась с зарождающимся внутри меня раздражением. Неужели про меня забыли? Обидно. Я достала рамку планшета, выключила музыку и зашла в список контактов, чтобы позвонить в курьерскую службу и попросить телефон клиента.

Неожиданно сквозь полупрозрачный экран-проекцию я увидела пару ботинок. Двое мужчин остановились у моей скамейки.

– Девушка…

Быстро подняла голову в надежде, что это мой долгожданный клиент. Но нет! Всего лишь полиция.

– Сержант полиции Игнатьев Артем Владимирович. Предоставьте, пожалуйста, вашу айди-карту.

– Да, конечно. Сейчас… – растерянно и удивленно зашарила по карманам. У меня всего несколько раз в жизни проверяли документы. Да и с полицией никогда проблем не было…

Фух, нашла! Я протянула мужчине искомое. Тот достал из поясной сумки небольшой терминал и приложил к нему мою карту. Несколько долгих секунд аппарат грузился и считывал информацию, а потом лицо стража правопорядка отразило крайнюю степень удивления.

– Лех, – полицейский толкнул локтем коллегу и повернул экранчик терминала к нему.

– Да ладно? – тот нахмурил брови. – Она, что ли? Это девочка?

– Видимо, да. Странно.

Я с любопытством переводила взгляд с одного полицейского на другого, решив не обращать внимание на «девочку». Конечно, я не старушка, но и не малолетка уже. Стражи порядка несколько раз перезагрузили терминал и прикладывали мою карту в надежде на программную ошибку и иной результат. Наконец, несчастный кусок пластика мне вернули обратно, и первый полицейский выдал:

– Девушка, мы обязаны провести досмотр. Что у вас в пакете?

– Я не знаю. Я должна встретиться здесь с клиентом и передать ему заказ…

– Откройте, пожалуйста.

Я хмуро посмотрела на полицейского. Если вскрою посылку, денег мне не видать, как собственных ушей. Им-то, конечно, все равно, а вот я просто не доживу до следующей зарплаты.

– Не стану.

– Тогда вам придется пройти с нами, Светлана Александровна.

– Я не могу. Я же уже сказала, что жду клиента.

– Не переживайте, это не займет много времени.

– Я не пойду! – возмутилась я.

Второй полицейский не стал ждать развития конфликта, схватил меня за капюшон пальто, поднимая со скамейки, и, заломив левую руку, повел к служебному транспорту. Пакет упал на мокрую землю, второй полицейский его подобрал.

Меня усадили внутрь, заблокировав дверь. От полицейских, севших напротив, меня отделяла перегородка из прозрачного пластика. Сами стражи под мои возмущенные крики и пинки по стенке, аккуратно вскрыли посылку. Тот, что назвался Артемом, ошеломленно присвистнул. Его коллега заглянул в пакет и зло сказал:

– С поличным. Оформляем чертовку.

Его слова словно ведро холодной воды заставили меня задрожать и насторожиться.

Оформлять?! За что? За разовую подработку?! Они и на месте штраф могут выписать!

Но мои возмущения уже не интересовали полицейских. Артем ввел данные в автопилот, и транспорт плавно тронулся с места.

Мне стало не по себе. Не понимала, как мне поступить. Не знала, как реагировать. Опять же, ну не посадят же меня за работу без договора! Да и он мог быть устным. Здесь в принципе сложно что—либо предъявить. Я же ничего не нарушила! Они должны сообщить в трудовую инспекцию, а не задерживать прямо на улице!

## Глава 3

– Выходи. И без глупостей.

Я смерила полицейского возмущенным взглядом, но послушалась. Не сидеть же дальше в служебном транспорте? У них такие лица, будто я убила кого-то или банк ограбила.

Под конвоем меня доставили в отделение и быстро провели в светлую комнату с металлическим столом в центре и двумя стульями. До этого я никогда не бывала в подобных местах, поэтому, даже не смотря на жуткий мандраж, оглядывалась по сторонам. Мне приказали сесть и ждать. Я повиновалась.

И что дальше? Чисто гипотетически… Предположим, их терминал сломался, ну не зря же они столько раз мою карту прикладывали. С посылкой уже ничего не поделать, да и клиент сам виноват, раз опоздал. Интересно, что же там такого было?

Ну да ладно, что бы там ни было, я всего лишь курьер, да и то доказать, что я ее доставляла, нельзя. Так что… Вопрос только в том, зачем отводить в отдельную комнату для оформления штрафа? Глупость какая-то… Уверена, они скоро поймут, что я ничего не нарушала, и отпустят.

Я с грустью посмотрела на красный огонек дверного терминала. Меня еще и заперли?! Я резко подорвалась со стула и подлетела к двери. Приложила руку, но реакции не последовало. Ввела на панели стандартный код – тот же результат. Исторгнув из себя тяжелый вздох, вернулась и села за стол в ожидании хоть какой-нибудь информации.

В помещении душно, поэтому я сняла пальто и, запихнув в рукав шапку, повесила на спинку неудобного стула.

К счастью, ожидание продлилось недолго. Терминал мигнул зеленым, и в комнату вошел незнакомый мне полицейский. Он сразу же представился:

– Капитан полиции, следователь Миронов Егор Денисович. Здравствуйте, Светлана Александровна.

– Здравствуйте, Егор Денисович, – вежливо ответила я: какой бы ситуация ни была, к грубым и дуракам редко проявляют снисхождение. – Мне выпишут штраф? Какого размера?

Я поспешила уточнить мучавший меня вопрос и понять, с чем придется иметь дело.

– Штраф? – удивленно выгнул бровь следователь и криво усмехнулся.

Его реакция мне не понравилась. Он явно не собирается извиняться за незаконное задержание… Мою ситуацию должна рассматривать трудовая инспекция, но уж никак не правоохранительные органы.

Представитель исполнительной власти не спеша уселся напротив меня и положил на стол черную папку с молнией.

– Вы можете не рассчитывать отделаться штрафом. Ваш проступок куда серьезнее, Светлана Александровна.

– Что вы имеете в виду? – полушепотом спросила я, округлив глаза. – Я просто хотела заработать немного денег…

– Да, кстати, о деньгах… Перевод мы тоже отследили, – следователь самодовольно посмотрел на меня, как будто я понимаю, о чем он говорит, да и вообще поймана с поличным.

– О чем вы?! Какой перевод?

– Денежный, – равнодушно просветил меня следователь. – На три миллиона кредитов, – а затем мужчина открыл папку и достал оттуда бумажный лист. – Выписка из Центрального банка. Он заблокировал транзакцию. Деньги за убийство вы уже не получите…

Я в шоке уставилась на выложенный передо мной документ. На нем в столбик красовалась информация о денежном переводе в три миллиона кредитов. И среди прочего знакомые цифры – мой лицевой счет, на который обычно приходит зарплата. Мои фамилия, имя, отчество и номер айди-карты. В самом низу – печать Центрального банка, а рядом с ней – слова «копия верна» и размашистая подпись. Глаза защипало от слез. Я не знаю, откуда взялась эта грандиозная сумма. И почему именно сейчас?!

– Как по-женски. Слезами меня не пронять. Закон для всех един, – раздраженно скривился следователь. – Да и не получится у вас, Светлана Александровна, прикинуться дурочкой. Судя по отчету эксперта-психиатра, вы не колебались ни минуты, когда пытали человека.

– Но я ничего не делала! Понятия не имею, откуда взялись эти деньги! – я в отчаянии оттолкнула от себя злосчастную выписку, но лист не полетел по предполагаемому маршруту. Он сделал мертвую петлю и лег на пол у моих ног. Егор Денисович медленно поднялся, с противным скрипом отодвигая стул, подошел ко мне и так же медленно нагнулся, чтобы поднять документ с пола.

Я видела зеленый свет терминала входа и наклонившегося мужчину. Эти два куска информации слились в мозгу в инстинктивное отчаянное желание. Бежать! Этому человеку бессмысленно что-либо доказывать!

Я резко вскочила, роняя стул, и побежала к выходу. Ну куда уж мне! Мужчина оказался быстрее: схватил меня за шиворот и оттащил от вожделенной цели. Я поняла, что бороться бессмысленно. Драться я совершенно не умею и уж тем более не справлюсь с опытным полицейским.

Остановилась и медленно обернулась. Егор Денисович радостно улыбался, не выпуская мою одежду из крепкого захвата. Он достал наручники и защелкнул их на моих запястьях. А затем предложил сесть. Под его неестественно добрым и довольным взглядом я подняла стул и послушно исполнила распоряжение. Видимо, его радуют пытающиеся сбежать подозреваемые. Он подошел ближе и защелкнул цепь от браслетов в специальной выемке на столешнице. И только после этого спокойно убрал злосчастную выписку в свою черную папку.

– Так нам обоим будет приятнее общаться.

Его определенно веселит сложившаяся ситуация. Интересно, все дознаватели такие или только мне повезло встретить повернутого на работе?

– Продолжим наш разговор, Светлана Александровна, – чуть ли не замурлыкал следователь, а мне от его голоса поплохело. – Вы знаете этого человека?

Из черной папки появились фотографии неизвестного мне мужчины.

– Нет, никогда его не видела, – отрезала я, все еще питая, хоть и слабую, надежду, что все это безумное недоразумение вот-вот разрешится. Ну или в крайнем случае выскочит какой-нибудь пранкер со словами: «Вас снимала скрытая камера!»

– Действительно, зачем запоминать заказанного человека? Имя тоже не помните?

Вот он тут соловьем заливается, а я ведь и правда никогда его не видела! Понятия не имею, кто он!

Поверх портрета легла фотография пустой комнаты со связанным человеком в центре. Я попыталась сдержать подступающие к горлу рвотные позывы. Это не кадр из ужастика, это реальная фотка! Я ощутила, как все мое естество затряслось от страха и шока.

Расхристанное тело в разодранной на лоскуты одежде безвольным мешком лежало на стуле. Казалось, в нем не осталось ни одной целой кости, будто вдоволь поглумился безумный маньяк. По линолеуму под ботинками трупа густой лужей расползлась бурая кровь.

Но следователь не ограничился одним снимком, доставая из черной папки все новые и новые кадры пугающей комнаты.

Я подняла полные паники глаза на Егора Денисовича, он поймал мой взгляд и, видимо, понял его не так. Потому что улыбнулся еще шире и, нагнувшись ко мне через стол, проникновенно спросил:

– Ну как, будем сознаваться?

– В чем? – закричала я, звякнув наручниками о стол. – Я этого не делала!

– Ну, что ж… Ожидаемый ответ, – буднично заметил следователь, откинувшись на спинку стула и задумчиво разглядывая меня. – Одни мой хороший друг придет с тобой пообщаться. А потом мы снова поговорим… – после этих слов он встал, неторопливо убрал все фотографии в папку и, открыв дверь, вышел. Я с ненавистью посмотрела на красный огонек дверного терминала и чуть не расплакалась от навалившегося на меня бессилия. За что? Почему они так поступают? Я же ничего не сделала!

Время ожидания текло мучительно долго. Казалось, прошло несколько часов, прежде чем дверной терминал мигнул зеленым, впуская нового полицейского. И в отличие от других он не стал представляться, быстрым шагом подошел ко мне и схватил за волосы. Больно! Адски больно! На глазах выступили слезы. Наотмашь он ударил меня по лицу. Показалось, что мой мозг сейчас вылетит из головы, настолько сильным оказался удар. Затем, все так же за волосы, он поднял меня стула и откинул его ногой в угол. И тут на меня посыпались удары. Учитывая, что я все еще была прикована наручниками к столу, я не могла даже закрыться от них. Хотя я вряд ли бы что-то сделала. Очень быстро я потеряла сознание от боли.

– Светлана Александровна, вы готовы со мной поговорить? – легонько похлопывая меня по щекам и пытаясь привести в чувство, вежливо спросил Егор Денисович. Я приподняла голову, она закружилась. Но, что удивительно, я оказалась жива. Медленно и осторожно, постанывая от боли, я поднялась с пола. Руки до сих пор в наручниках, ну хоть не к столу прикована.

– За что вы так?

– Ну вы же сами отказались по-хорошему разговаривать, – пожурил Егор Денисович, помогая подняться и усаживая на стул, не забыв защелкнуть цепь от наручников в зажим на столешнице.

– Но я правда его не убивала! Я даже не знаю, кто он!

– Светлана Александровна, – следователь смотрел на меня добрым взглядом с легкой толикой превосходства, будто взрослый, объясняющий очевидные вещи ребенку, – мне больше не нужно ваше признание. Ваши отпечатки пальцев нашли на месте преступления. А в «посылке», которую вы отказались показать патрульным – орудие убийства, ритуальный нож, перепачканный в крови жертвы.

Это невозможно, скажите мне, что это кошмарный сон! Я опустила голову, разглядывая свои исцарапанные металлическими браслетами запястья. Они повесили на меня преступление, которое я не совершала…

– Единственный вопрос, который не дает мне покоя… Почему вы в свои двадцать семь лет решились на заказное убийство? Денег на жизнь не хватало? На что только не идут люди, чтобы заработать. Ах да, квартиру вашу мы тоже обыскали. И на работу позвонили…

Я побледнела. Этот кошмар и не думает заканчиваться. Только не это! Неужели они сообщили, что я подозреваюсь в особо тяжком преступлении, моему начальнику?! У меня больше нет работы…

– Как ни странно, там о вас отзывались очень положительно. Но так со многими маньяками. В повседневной жизни вы такие безобидные, просто душки, – радость с толикой сарказма сплелись в голосе следователя. – Как хорошо, что вы, Светлана Александровна, наследили уже на первой жертве… Или, может, я чего—то не знаю?.. – со странным намеком спросил мужчина.

Я активно замотала головой, подтверждая, что у меня была только одна жертва, и о других я даже не подозреваю. Ну… точнее, я вообще никого не убивала!

– Что меня ждет?

– Ну… – протянул Егор Денисович, ловя мой взгляд исподлобья и на мгновение задумываясь, – сначала суд, конечно. Куда без него? Вы, Светлана Александровна, все еще гражданин, и права на справедливый суд вас никто не лишал. А потом либо казнь, либо пожизненное.

– А если суд признает меня невиновной? – с замиранием сердца спросила я, хватаясь за «справедливый суд», как утопающий за спасительную соломинку.

– Это невозможно. Все доказательства указывают на вас, – улыбнулся следователь будто довольный кот, объевшийся сметаны. – Да и я приложу все усилия, чтобы вас казнили.

– Я невиновна! Я его не убивала! – я подскочила со стула, звеня наручниками.

– Вот и скажете это судье, – спокойно ответил Егор Денисович, как человек, одержавший очередную победу. – А я предоставлю неопровержимые доказательства вашей вины, Светлана Александровна.

После этих слов он встал и, взяв со стола свою черную папку, вышел из комнаты. Я снова уперлась взглядом в ненавистный красный индикатор, а потом обессиленно опустилась на стул. Нет сил даже думать, в голове словно распахнулась черная дыра, поглощающая все мысли и эмоции. Даже толики надежды не осталось. Я опустила голову на локоть и поняла, что хочу в туалет. Нервно рассмеялась.

Из-за произошедших со мной событий и напряжения организм не смел меня беспокоить по таким пустякам, а стоило ситуации разрешиться, пусть и не в лучшую сторону, решил сообщить о насущной проблеме.

## Глава 4

Краем глаза я увидела, как дверной терминал опять мигнул зеленым, кого-то впуская. Я медленно подняла голову и равнодушно посмотрела на человека, готовая ко всему. Им оказался мужчина средних лет в деловом костюме. В руках он держал дипломат. Не полицейский. Что он здесь забыл?

– Кто вы? – спросила я, исключительно чтобы удовлетворить свое вялое любопытство.

– Охотник за голов… кхм… талантами, – мужчина улыбнулся дежурной улыбкой. – Я пришел, чтобы сделать вам, Светлана Александровна, предложение, от которого вы не сможете отказаться. По крайней мере, не захотите.

– Руки и сердца? – кисло пошутила я.

Подозрительный тип. Аферист? Под видом адвокатских услуг попытается выманить деньги? Были бы они еще у меня. Видимо, это тот случай, когда не было счастья, да несчастье помогло.

В моем деле полиция и так сплоховала. Новых проблем мне совершенно не хочется.

– Я уже женат, – серьезно сообщил охотник за талантами и сел напротив, положив на стол дипломат. – Зовите меня Дмитрий. Перейдем на «ты»?

А на поворотах он не тормозит. Ну да ладно, придется выслушать.

– Да, конечно, – равнодушно кивнула я, из последних сил сохраняя вежливость.

– Ты когда-нибудь слышала о мистиках?

– Да, особенные люди, способные управлять жизненной энергией.

– Я хочу предложить работу. Мистиком, в «Корпорации «Бог». Когда правоохранительные органы проводят экспертизу, они отправляют нам несколько волос всех участников дела. Тест показал, что ты весьма сильный мистик. Когда суд вынесет решение, Корпорация уже не сможет ничем помочь. Но пока ты здесь, у нас есть шанс все переиграть.

О! Понеслась душа в рай! А вот и окучивание…

– Суд признает меня невиновной?

– Нет, это не в наших силах. Улики серьезные. А вот отменить судебное разбирательство и закрыть дело вполне возможно.

И следователь, потирая ручки, тут же побежал радостно закрывать «раскрытое» дело. Под рукоплескания судьи. Чушь!

– Как это?

– Простое убийство закрыть невозможно. Но у мистиков есть законное право убивать… ведьм и ведьмаков, которые высасывают жизненную энергию из законопослушных граждан. К счастью, носителей силы может определить только

«Корпорация «Бог». Федерация на это не способна. Правительство обращается к нам, и мы говорим, был ли убитый ведьмаком или ведьмой. А чаще всего сами сообщаем об очередном убийстве. Ведь мы-то знаем, кто и где совершил преступление.

– Понятно. Вы сообщите полиции, что убитый был ведьмаком и устранен мистиком во имя защиты обывателей?

– Да, примерно так, – улыбнулся мужчина. – Только ты пока не мистик. И не была им, когда резала человека.

В памяти тут же всплыли жуткие фотографии, а пустой желудок, пусть и не мог ничего исторгнуть, решил попугать рвотными позывами.

– Я ничего не делала!

– Отрицать уже не получится… – Дмитрий покачал головой, а потом уставился на меня: – Странно. Повтори еще раз.

– Я никого не убивала, – словно зачарованная, проговорила я.

– Интересно, – мужчина откинулся на спинку стула. – Действительно, не убивала. Так или иначе, на план это не влияет. Давно я не встречал уравновешенных мистиков, – мужчина опять задумчиво посмотрел на меня. – Нам нужно сделать тебя мистиком задним числом. Подпишешь трудовой договор? И мы уйдем отсюда вместе.

– Договор? Можно ознакомиться?

Что это? Спасительная соломинка или грандиозная афера? С меня же даже взять нечего… Может, огромный кредит, который аннулируется с моей смертью?

Мужчина невозмутимо доставал документы из дипломата.

Вопрос жизни и смерти. Может, он демон, и пришел по мою душу? Нет, ерунда.

– Сперва я обязан предупредить. Вдруг откажешься?

И правда, не тормозит на поворотах. Ну давай же, расскажи мне о своем коварном замысле!

– Мистиков крайне мало, в лучшем случае – один на планету. А некоторым не повезло. Работать придется далеко от Земли, на периферии.

– Что? – опешила я.

А, не кредит, сексуальное рабство… Минуточку…

В моей картине мира неожиданно произошли сдвиги. Неужели во Вселенной есть планета, где моя внешность экзотична? Или нашелся настолько специфичный извращенец-толстосум, который тащится от обычных девушек? Нет, слишком много заморочек.

С другой стороны, если покину участок и они приведут мои документы хоть к минимальному порядку, смогу сбежать. Я все еще гражданин Федерации, а торговля людьми – незаконна. А далее через суд оспорить договор, который я подписала под давлением.

Кто бы мог подумать, что «Корпорация «Бог» замешана в подобном… Хотя плевать, чьим именем он прикрывается. Пусть хоть Мойдодыром назовется.

– Мистики – крайне ценные кадры, поэтому Корпорация гарантирует достойную оплату всего времени. Даже время сна.

Ничего себе эскортницы нынче устроились!

– Получается, я буду спать, а зарплата капать? – усмехнулась я.

– Конечно. Но при таком графике Корпорация вправе потребовать исполнения служебных обязанностей вне зависимости от обстоятельств. Потоп, пожар, стихийное бедствие…

– Понятно, – резко оборвала я Дмитрия.

Если вообще буду спать. Как же я ошиблась. Это трудовое рабство, а не сексуальное. Они планируют выжать из меня все соки. Но зачем? Опять же, слишком много заморочек ради низкоквалифицированного работника. Все страннее и страннее…

– Можно взглянуть на договор?

Мужчина кивнул и протянул мне стопку листов.

Игнорируя свое подавленное и отчаянное состояние, я вдумчиво погрузилась в чтение, изучая каждое слово буквально до буквы. От этого зависит моя жизнь.

Но чем яростнее я продиралась через стандартные строчки трудового договора, тем больше росло мое недоумение.

Моя будущая должность и правда именуется «мистик». Крайне размытая формулировка в служебных обязанностях: «Защищать Федерацию от угрозы ведьм». «Оценка действий мистика производится по итогам проделанной работы и не ограничивается нормами действующего законодательства Федерации». Ежегодная индексация зарплаты. Суммы, впрочем, не приведены. Премия по завершении миссии. Ни слова о штрафах…

С какой стороны ни смотри, вкусный трудовой договор… Только одного блока не хватает…

– А увольнение?

Дмитрий поморщился. Неужели я задала неудобный вопрос?

– Для мистиков не предусмотрено увольнение.

– Почему?

Что за волшебная бумажка? Твори что хочешь, еще и заплатим, но уходить с должности не смей.

– Граница между мистиком и ведьмой условна. Вопрос только в статусе. Ведьмы, нет, враги человечества должны умереть. Без поддержки Корпорации мистик считается ведьмой. Договор закрывается только со смертью мистика или потерей статуса.

Поводок. Есть о чем задуматься. Плохой мистик – мертвый мистик. Увольнение только вперед ногами. В отношении людей со сверхспособностями закон не работает. Не карает, но и не защищает.

– А если услуги мистика больше не понадобятся Корпорации? – подошла я с другого бока.

– Такого еще не случалось. В любом случае Корпорация продолжит платить. Всякое бывает, мистиков мало, возможно, придется заменить кого—то из «уволившихся» коллег, – улыбнулся Дмитрий.

По спине пробежали мурашки. Это будет последняя работа в моей жизни. С другой стороны, я жажду избежать казни за ложное обвинение и оттянуть неизбежное хоть на день.

Самый счастливый день в моей жизни… Ну какой из меня мистик? Ответственные люди в «Корпорации «Бог», видимо, еще не осознали, как они ошиблись. Где я и где сверхспособности?

Пусть. Я ухвачусь за любой шанс. Лишь бы вырваться из цепких когтей бездушной государственной машины.

– Поняла, – напряженно кивнула я.

– И последнее. Мистик считается публичным лицом, поэтому общение и интервью должны проходить в присутствии официального представителя Корпорации.

Какая мелочь на фоне моей безумной ситуации…

– Конечно, – равнодушно кивнула я.

Да я голышом на Красной Площади спляшу, лишь бы остаться в живых. А люди, не побывавшие в моей шкуре, пусть затолкают свое сверхважное мнение туда, где его сможет найти только наркоконтроль в аэропорту.

– Тогда подпиши здесь. И на каждом листе в этом же месте.

Я послушно оставила автографы.

Мужчина убрал документы, поднялся из—за стола и, улыбнувшись, сказал:

– Позвольте проводить вас, Светлана Александровна?

– Суда не будет?

– Нет. Прошу.

Стоило мне увидеть, как мои потрепанные жизнью кроссовки переступают порог светлой комнаты, чувства обреченности и ужаса в страхе сбежали. Спертый воздух участка показался освежающим и вкусным. Я не могла поверить в свою удачу до самого конца.

Рядом с дверью стоял Егор Денисович с черной папкой под мышкой и со злостью сверлил нас взглядом. Уголки моих губ невольно приподнялись от счастья. Справедливость восторжествовала.

Дмитрий, проходя, кивнул ему:

– Мы договорились. Закрывайте дело. Корпорация пришлет документы в течение часа.

Егор Денисович промолчал. Его ненавистный взгляд буквально обжигал мою спину.

Я забыла пальто…

Но смелости, чтобы пойти за ним, во мне не нашлось. Панический страх гнал меня к выходу.

Беззвездное унылое небо укутали плотные тучи. Уличные фонари с трудом пробивались сквозь снежную стену. Холодный воздух пробирался под толстовку, а падающие хлопья оседали, оставляя на ней мокрые пятнышки. Дмитрий уверенно пошел к белоснежному транспорту, припаркованному напротив участка.

Оказавшись внутри, я удивилась, с таким комфортом меня еще не катали. Два мягких дивана стояли напротив друг друга. Охотник за талантами приподнял сидение и, достав из ящика теплый плед, протянул его мне. Я не стала отказываться, хоть в пути согреюсь.

– Чай, кофе, что покрепче?

– Нет, спасибо. Хочу быстрее домой, – «И в туалет», – добавила я про себя, пытаясь выдержать напор бунтующего организма. Я так боялась задержаться в полицейском участке, что умолчала о маленькой насущной потребности.

– Из соображений безопасности Корпорация арендовала номер в отеле. Утром привезут ваши вещи.

Я исподлобья посмотрела на Дмитрия и через силу улыбнулась. Без меня меня женили. Они не сведут с меня глаз.

– А почему снова на «вы»? Вроде просили…

– Ваша должность выше моей, – улыбнулся Дмитрий. – Корпоративный этикет.

– Понятно. Может, где-то закралась ошибка, и я вовсе не мистик? Я же ничего не умею…

– Ваши способности пока спят. Как только мы их пробудим, вас ожидает полугодичный курс адаптации, но уже на месте работы.

– Поняла, – тихо проговорила я.

Как поступит Корпорация, когда ошибка вскроется? Концы в воду? Нет. Я себя чересчур накрутила. Какой смысл избавляться от человека?

Это слишком сложно. Проще извиниться за накладку и отпустить восвояси.

Транспорт остановился. Я с нежеланием начала разворачивать теплый плед. Охотник за талантами посмотрел на меня и сказал:

– Оставьте себе. На улице холодно.

Подаяние для нищих. Наверное, я и, правда, выгляжу жалко. Гордость не кормит и не греет. Так что…

– Спасибо, – поблагодарила я и выбралась из транспорта вслед за Дмитрием.

Мое сердце ухнуло в пропасть от яркого блеска. Губы затряслись.

В ближайшие дни вскроется ошибка, и как я заплачу за ночевку в «Роял Отеле»?!

– Эм, Дмитрий, а можно мне пожить в другом отеле?

– Хм, простите, не подумал. Какой предпочтете? – спокойно спросил охотник за талантами.

– Недорогой хостел?..

– Исключено, – отрезал Дмитрий, а потом спохватился и пояснил. – Там мы не сможем организовать должный уровень безопасности.

Я вздохнула. Когда Корпорация все поймет и сделает вид, что мы не знакомы, возьму кредит. Лет на десять… Или двадцать? А если растянуть его на тридцать, то у меня еще и на еду что—то будет оставаться… Зато жива. Почему—то эта радостная мысль растеряла все свое великолепие.

Нас удивительно быстро проводили в номер. Дмитрий попрощался и ушел.

Дверь закрылась, а я тихо осела на пол. Разум будто выключился, больше не в силах бороться с окружающим хаосом. Но прошла буквально секунда. Я вскочила и ломанулась в туалет. Ну наконец-то! Какое счастье! Если бы за терпение в этом щепетильном вопросе давали премию, я бы ее получила! Из помещения с белым троном я вышла самым счастливым человеком в мире.

## Глава 5

Осознав, что следующие тридцать лет буду расплачиваться за пару дней в «Роял Отеле», я решила использовать все, до чего могла дотянуться. Первым делом я заказала ужин в номер и наелась, как в последний раз. Несколько часов отмокала в джакузи с бокалом дорогого шампанского, тонкий вкус которого я все равно не в силах оценить из—за своего скудного опыта в питии алкогольных напитков. Попрыгала на кровати, скорее похожей на батут, чем на спальное место.

И наконец, приведя состояние духа к обстановке, я угомонилась и улеглась спать.

Слишком большая спальня, чрезмерно мягкая кровать и незнакомая тишина. Сон ни в какую не хотел приходить.

Прямо принцесса на горошине. Нет, Золушка. Вот только в сказке ее ждал принц и королевство, а меня – кредитная кабала.

Из—за навязчивых мыслей и незнакомой обстановки я без конца ворочалась и заснула только под утро.

Разбудил меня звонок. Мучительно продираясь через липкие объятия сна, я завозилась среди одеял и потерла мочку уха.

– Доброе утро, Светлана Александровна, – голос Дмитрия разорвал в клочья сонливость, – Я прибыл. Готовы встретиться?

– Д—да, – напряженно ответила я, судорожно подорвалась с кровати и заметалась в поисках джинсов и футболки.

– Я рад. Тогда жду вас в кафетерии на третьем этаже.

– Сейчас буду.

По привычке рабочего человека мгновенно оделась и выскочила в коридор. Быстро пересекла его и остановилась у лифта.

Из—за угла появилась горничная с тележкой. Я покосилась на девушку. Моя ровесница. Средний рост. Пепельный блонд. Красивое чистое и гладкое лицо, ни родинок, ни морщин. Будто сошла с обложки модного журнала. Как же высоки стандарты красоты для работы в «Роял Отеле»?

– Доброе утро, Светлана Александровна, – улыбнулась горничная, останавливая тележку рядом.

Какой ужас. Они еще и имена постояльцев обязаны знать! Что за кошмарная работа? Нет, наверняка электронный помощник отеля подсказывает…

– Доброе, – кивнула я и нахмурилась.

Допустим, третий этаж я найду. А вот кафетерий… Может, легко, а может, и нет. Лучше спросить…

С другой стороны, нормально ли это? Мне бы не понравилось, если бы ко мне приставали с глупыми расспросами во время работы.

– А… можно задать вопрос? – неловко начала я, не зная, куда смотреть.

– Да, конечно.

– Меня ждут в кафетерии на третьем этаже, его сложно найти?

– Я провожу.

Пиликнул лифт, извещая о прибытии. Пока он плавно спускался на третий этаж, я не отрывала глаз от двери, чтобы не смущать работницу отеля. Но меня так и тянуло тайком взглянуть на красавицу.

Мы быстро нашли кафетерий. Застекленная терраса зачаровывала видом на прилегающий к отелю парк. Удивительно, как можно обставить мокрую зиму с таким комфортом. За столом у окна сидел Дмитрий и что—то листал в планшете.

Я скользнула на соседний диван и потянулась к меню. Не буду отвлекать.

– Хей, Димка, мистик доставлен, – неожиданно брякнула горничная и плюхнулась на диван рядом со мной, отрезая все пути к отступлению.

Значит, она тоже из Корпорации. Мое мнение о «Роял Отеле» устремилось в пропасть.

– Да-да, – отмахнулся охотник за талантами, вздохнул, свернул рамку планшета и посмотрел на нас. Мужчина задумчиво постучал пальцем по столу и снова вздохнул. – Светлана Александровна, вы получили распределение на з38. Отправление послезавтра. Вводный курс вы пройдете вместе с инквизиторами, на орбите планеты.

Я, конечно, не космограф, но впервые слышу это название. Видимо, из недавно открытых. И пока меня не отправили к черту на куличики, важно прояснить недопонимание.

– Хорошо. А способности мы проверим сегодня?

Чем раньше в Корпорации осознают свою ошибку, тем лучше. За космический перелет на край галактики я никогда не расплачусь.

– Проверить их крайне сложно, – слегка усмехнулся Дмитрий. – Но сегодня вас ожидает инициация и замена чипа. Ну и подписать еще несколько документов, папку с ними я вам уже отправил.

– А если у меня нет способностей? Чем мне грозит процедура пробуждения?

– В вашем случае ошибка исключена. Инициация, несмотря на пугающее название, совершенно безвредна. Крайне сложно нарушить энергетический баланс, поэтому вам поставят укол со смесью витаминов и слабого аллергена. Грозит только легкий насморк. Если интересна формула, я могу ее показать.

Не понимаю… Откуда у них такая убежденность в моей мистичности? Но допустим на мгновение, что ошибаюсь я… Почему сейчас?! Почему не месяц назад? Или год?

Точно! Полиция! У меня не было приводов. И стоило мне попасть в участок, Корпорация тут же бросилась вызволять ценного для них человека.

Это логично, но подозрительно быстро…

– А зачем менять чип?

– Во—первых, ваш чип устарел и его легко взломать. Во—вторых, в новом будет маячок, по которому мы сможем вас отыскать, если что—то случится. И в—третьих, мы загрузим в чип обучающую программу – Наставника.

– Обучает не мистик?

Лучше, когда знаниями делится сведущий человек, а не бот.

– Корпорация настоятельно советует мистикам не пересекаться.

– Почему? – удивилась я.

Дмитрий напряженно улыбнулся. Опять неудобный вопрос? Мужчина все же ответил:

– На мистиков, оказавшихся в одном помещении, неожиданно нападает нестерпимая тяга помериться силами. Разрушения и случайные жертвы нам не нужны.

Ну, я не настолько агрессивна. Да и задирать человека, который сильнее ведьм – врагов человечества, не стремлюсь.

– Поняла, – кивнула я и полезла в карман, чтобы достать планшет и посмотреть документы.

– Может, сначала закажем завтрак? – напомнила о себе горничная. Она скучающе подпирала щеку, а другой рукой наматывала блестящий локон на указательный палец.

– Конечно, – Дмитрий протянул девушке меню и перевел взгляд на меня, – Ах, совсем забыл. Ночью мы упаковали вещи из вашей квартиры. Они на складе Корпорации. Доставить их в отель, оставить на складе или отправить кому-то из родственников через три дня?

– Оставьте на складе, – тащить коробки в «Роял Отель» – только позориться. Будущее мое утопает в непредсказуемом хаосе, так что, возможно, через пару дней я улечу с Земли. Не везти же шмотки через полгалактики… – Как вам удалось расторгнуть мой договор аренды?

К нашему столику подошел официант. Горничная остановилась на кофе, я последовала ее примеру и добавила полноценный завтрак. А Дмитрий ограничился чаем.

Официант уже все записал и ушел, а молчание незаметно присело за наш столик. Но просидело недолго.

– А-ха-ха! Димка! – неожиданно засмеялась горничная, хлопая по столешнице ладонью. – А про обезличивание ты умолчал!

– Обезличивание? Что это? – поспешила я вклиниться, чтобы поймать за хвост информацию, которую от меня скрыли.

Дмитрий отвел взгляд и вздохнул. Он бы, может, и ответил, но красавица перехватила инициативу. Она быстро развернула рамку планшета и, нажав пару раз, открыла новостную ленту. Я озадаченно уставилась на полупрозрачную новость в выставленном между нами планшете.

Волосы на моей голове зашевелились, а по спине пронесся ледяной ураган.

Некролог. Мой некролог.

– Как это понимать?! – закричала я, испуганно переводя взгляд с девушки на Дмитрия.

– Тихонова Светлана Александровна скончалась утром, выпав из окна, когда пыталась помыть его.

– Я живу на третьем этаже… – в шоке пробормотала я, глядя на красивое лицо. – Мыть окна зимой? Что за бред? Вы не сможете изолировать меня от интернета, я живой человек и оставляю цифровой след!

– Смысл обезличивания не в том, чтобы скрыть вас, как мистика. А в том, чтобы затереть Тихонову Светлану Александровну и не позволить никому провести связи между вашим прошлым и настоящим, – тихо отозвался Дмитрий.

– Я не смогу попрощаться с родными?

– Мертвецы не звонят с того света! – усмехнулась горничная, складывая рамку планшета и пряча под белый передник.

Официант подошел к нашему столику, поставил напитки, пожелал хорошего времени и тут же испарился.

– И что меня ожидает? – отрешенно пробормотала я. Меня больше нет, я выпала из поля зрения закона.

– Вот дурочка! – рассмеялась горничная, хлюпнув кофе. – Тебе же было сказано: инициация, замена чипа и отправка на передовую к ведьмам! Ах да, и бумажки, которые Димка скинул, не забудь подписать! Ты же не хочешь отправляться на з38 без медкнижки и нового счета, куда зарплату зачислят?

– Нет, – тихо проговорила я, до боли прикусывая губу и стараясь не заплакать, – Я все подпишу.

В странном, затравленном отупении я раскрыла рамку планшета и просмотрела присланные сообщения. Два гигабайта текстовых файлов, потрясающе…

– Смело, – равнодушно прокомментировал поведение коллеги Дмитрий.

И от его слов я еле сдержала слезный поток. Ублюдки, мрази, недоноски, пусть сдохнет вся их гнилая корпорация!

Не в силах сосредоточиться на строчках, я бездумно пролистывала документ за документом и прикладывала большой палец к углублению в пластиковой рамке планшета.

Официант принес завтрак, но от вида еды меня только замутило. Умный организм наотрез отказался есть за одним столом с неприятными людьми.

Шли минуты, прозрачные страницы маршировали мимо моего взора ровными сотнями, не оставляя даже малейшее воспоминание.

Наконец они закончились.

– Я все подписала, – отрешенно отчиталась я.

– Ну вот и умничка! – наигранно улыбнулась горничная. – Раз кушать не собираешься, жопку поднимай и шагом марш в номер!

Девушка встала из-за стола и, потягиваясь, пренебрежительно окинула меня взглядом.

– И в какой дыре тебя, такую страшненькую, откопали? Хотя, может, мне премию выпишут на твоем-то фоне. Ты, небось, и умом не блещешь. Что за морока, возиться с недомистиком!

Ответить мне было нечего. По уму я даже до среднестатистического показателя изо всех сил прыгаю. А внешность… Рядом с этой моделью я просто крокодил. Она абсолютно права.

Я опустила глаза и поплелась вслед за горничной. Дмитрий пошел с нами. Он не пытался вмешаться, предательски молчал.

– Встречайте нашего долгожданного и экстраординарного гостя! Только сегодня у вас, дорогие зрители, есть возможность задать вопрос мистику Земли!

Я случайно посмотрела на висящий на боковой стене плоский экран и застыла. В студию шоу заходил парень в белом костюме. Он улыбался в камеру и махал рукой под оглушительные аплодисменты.

– Невоспитанный турист… – неосознанно прошептала я и будто очнулась.

«Корпорация «Бог» сфабриковала дело.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а! – закричала я, хватаясь за живот и падая на пол. – Больно!

Дмитрий и горничная кинулись ко мне, но незнакомый официант невероятным чудом обогнал их и склонился надо мной.

– Скорая уже в пути. Где конкретно болит? Тупая боль, режущая?

Воображаемая!

Но я только сильнее заорала и простонала, что хочу срочно в туалет.

Видимо, в экстренной ситуации критическое мышление у людей отшибает. Официант запрокинул на плечо мою руку и повел к ближайшему санузлу. Дмитрий и горничная последовали за нами, как приклеенные.

Охотнику за талантами в женский туалет путь заказан, поэтому основной головной болью стала надменная красотка. Но, как я и думала…

Сидя на крышке унитаза двадцать минут, я завывала о том, как меня мутит. Красотка не выдержала, психанула и ушла.

Как только дверь в туалетную комнату хлопнула, я плюхнулась коленями на самый чистый из виденных мною туалетных полов и, прильнув щекой к розовому кафелю, попыталась разведать обстановку через сантиметровую щель под дверью.

Горизонт чист.

«Я не слышала ее шагов…» – я отмела случайную мысль и осторожно покинула кабинку. Никого. Отлично!

Иногда выход – совсем не дверь, а окно! Я осмотрела раму и быстро нашла, как ее открыть.

Мне повезло: «Роял Отель» заботится не только о роскоши номеров, но и о внешней лепнине. Между пролетами есть узкие карнизы, к которым крепятся архитектурные изыски.

План прост – добраться до соседнего окна и дождаться, когда шумиха стихнет. Я постоялец, персонал отеля не помешает мне пойти, куда хочу. А дальше… дальше…

Пешком, чтобы нигде не засветиться, на небольшом удалении от трасс держать путь на север. Интересно, если замотать ухо фольгой, получится экранировать чип? Говорят, шапочки из фольги всегда защищали мысли людей от внимания ведьм! А что, отличный вариант!

Под безумные планы о непредсказуемом будущем руки и ноги уверенно двигали меня шаг за шагом по пятнадцатисантиметровому парапету. Холодный ветер и дождь бились о плечи и спину в стремлении нарушить мое уверенное равновесие.

К счастью, соседнее окно оказалось открыто!

Я вывалилась в темное подсобное помещение, дрожа от прилипших джинсов и промокшей толстовки. Мой взгляд пробежался по стене: дверь, машина со льдом, стеллаж с какими-то специями и порошками, прозрачные полки со столовыми приборами.

Там же обнаружилась и фольга. Радостно запихивая в задний карман джинсов шелестящий рулон и накрывая его толстовкой, я взяла в руку нож с мыслью о том, что если не смогу купить еду, придется учиться охотиться. Где-то я слышала, что в лесах живут дикие животные…

Я обернулась и…

Увидела улыбающуюся горничную. Она расслабленно стояла в темном углу, скрестив руки на груди.

– Привет.

Меня поймали.

## Глава 6

– Не подходи, зарежу! – я выставила нож и уставилась на девушку.

– Столовым ножом? – усмехнулась красотка. – Ришелье сменил моду, чтобы никого во время обеда не покалечили.

Девушка шагнула, пытаясь приблизиться. Я отшатнулась в испуге и уперлась спиной в дверь. Оставив оружие в правой руке, зашарила левой по гладкой поверхности за спиной, не отрывая глаз от противницы.

К счастью, я нащупала ручку. Щелк, щелк, щелк…

– На себя, – улыбнулась горничная.

Опустив голову, я надавила на ручку, потянула дверь и ощутила стальную хватку на правом плече. Рывок, и я плюхнулась животом на холодный пол в центре комнаты. Нож выпал и прозвенел по плитке.

В спину уперлось колено. Я завозилась, подтягивая руки под грудь. Но красотка быстро схватила мою руку и заломила ее, лишив меня возможности подняться.

Тихий хруст. Пластиковый колпачок запрыгал по кафелю. Предплечье отозвалось болью. Я вздрогнула, и пол поплыл, погружаясь в красно-синее кольцо искр. Оно медленно сужалось и поедало комнату непроглядной тьмой.

– … может, она сильнее моего придурка! – восторженный голос горничной с трудом пробивался сквозь шум в ушах.

– Как можно судить о способностях, опираясь на реакцию от аллергена? – мужское хмыканье показалось очень знакомым.

– Димка! Ты только представь! А если у самородочка есть еще неизвестные науке навыки?! А вдруг она соберет всю звезду?!

– За двести пятьдесят лет Корпорации встретились только две ведьмы с полной звездой. Карин, ты еще библию вспомни…

– Точно! Она сможет ходить по воде, исцелять, укрощать бури и обращать воду в вино!

– Если так, то нас скорее ожидают десять казней египетских. Или новые Садом и Гоморра. Мистик с полной звездой – сущая кара божья. Нет, переживать не о чем. Светлана жила спокойной жизнью. Ее психика стабильна. Для проявления способностей такой силы ей бы пришлось оказаться в пресловутых Садоме и Гоморре. Да и не слишком ли ты много ждешь от человека, который готовит коллекции для обучения автоматизированных систем?

– Димка-Димка! Дай мне помечтать!

Разговор и в самом деле крайне занимательный, но пора уже решать патовую ситуацию, в которую меня зашвырнула жизнь.

Я завозилась и открыла глаза. Мой номер в «Роял Отеле». Неподалеку, на диване устроились работники Корпорации. Пьют чай. Журнальный столик заставлен закусками и сладостями. И как они могут оставаться спокойными?!

– Раз собирались, просто убейте меня. К чему столько заморочек?

Горничная и Дмитрий переглянулись.