Александр Шелухин
Тайна одинокой кометы

1.

– Его все-таки убили… – едва очнувшись ото сна, замогильным голосом пробормотал с Лечебного Ложа молодой бледнолицый разумный. После чего снова впал в тяжелое забытье.

Присутствующие в Капсуле-лазарете Грезящей Манты "Железная Бабочка" Капитан Глоко и Погонщик Чирграг удовлетворенно закивали. Но обрадовались они, конечно же, не тому, что кого-то там "убили". А тому, что их общий друг и пассажир с крайнего рейса – худощавый светловолосый хумманус Расы Сциисто по имени Тшу-рик – наконец-то (хоть и ненадолго) пришел в сознание.

Капитан Глоко – зеленокожий коротышка с большими фиолетовыми глазами – осторожно выдернул из вены на руке пациента Колючку Животворящей Лианы. И, обращаясь к закованному в бронзовый хитин гигантскому разумному Муравью, с довольным видом произнес:

– Как видите, господин Чирграг, я не голословно утверждал, что капельница с соком Животворящей Лианы чудеса творит. Это замечательное растение для алкоголиков просто Манна Небесная. Двух часов не прошло, а пациент уже голос подал…

– Сэр Глоко! Осмелюсь с вами не согласиться насчет того, что молодой Сциисто стал жертвой неумеренности в употреблении горячительных напитков, – ответил на это Погонщик Манты, не отрываясь от дела. (Пиная ногами-лапами по специальным Гнездам Благого Сна, он будил спящих в них Ютил-медиков: Доктора Сову, Фельдшерицу Жабу и Знахаря Богомола.)

Закончив с побудкой живых инструментов, гигантский Муравей опорожнил Тлю-сосуд с хмельным молочком и подробно изложил свою точку зрения на происходящее:

– Целебен сок Животворящей Лианы или нет – тема для отдельного разговора. Однако достойно деливший с нами тяготы и лишения в рейсе на Гург – 3 почтенный Тшу-рик так и не пришел в себя окончательно. И я сомневаюсь, что всего лишь трехдневный кутеж в "Лунной Рыбе" – приличном заведении с высококачественным алкоголем и лучшими яствами – мог довести нашего общего друга довести до Белой Горячести. Собирая фольклор по барам Галактики, он к питию не хуже нас привычен стал…

– Пожалуй, так и есть: не в пьянстве тут дело, – признал, скрепя сердце, правоту компаньона-формикоида зеленокожий уроженец планеты Хлофилл. После чего, исторгнув из носового раструба Недоумевающую Руладу-Вздох, в свою очередь сказал:

– Но как тогда объяснить донельзя странное поведение Тшу-рика? Заявлется на такси впритирку перед стартом "Железной Бабочки". И просит взять его с собой. Хотя до этого собирался остаться на Гурге-3 и, наверстывая упущенное время, усердно собирать фольклор для Академии Вселенской Мудрости…

Капитан Глоко замолчал, и несколько раз туда-сюда прошелся по медицинской Капсуле, при этом то и дело поглядывая на облаченного в полосатую Больничную Хламиду спящего юношу.

Судя по рефлекторным сокращениям мышц чутко улавливающего настроение хозяина экзокостюма-Лягушки, было заметно, что Глоко малость нервничал. По какой причине несколько раз машинально проверял рукой наличие притороченной на боку кобуры с бластером.

Немного сняв нервное напряжение хаотичным метанием по лазарету, хлофиллианин продолжил размышления вслух:

– И заметьте, господин Чирграг, этот бледнолицый транжира прибыл прямо на Стартовое Гнездо на повозке, запряженной мощным Трицератопсом. Заплатил целый серебряный каури, но еле как нашел пару медяков, чтобы дать на Чай вознице! К чему, скажите, такой шик? Мог бы заранее приехать на дешевом дилижансе, коли надумал с нами дальше лететь… Что еще? От молодого Сциисто на три стандарт-метра несло элитным алкоголем. Но мой чуткий нос точно определил, что это "выхлоп" после вчерашних возлияний, а отнюдь не "свежак". По какой причине Тшу-рик столь резко вышел из загула? Это же вредно для здоровья… Еще меня смутил тот факт, что почтенный Тшу-рик, когда выбрался чуть тепленький из повозки-такси, выглядел как хумманус вполне довольный жизнью. Но его глаза – зеркало души любого разумного – не утаили от меня истинное положение дел. Читалась, знаете ли, в бесцветных буркалах нашего друга некая… озабоченность, что ли…

Погонщик Чирграг на этот раз (что бывало нечасто) согласился с Капитаном Глоко:

– Это вы верно подметили, сэр… От себя добавлю, что у нашего друга в момент прибытия жутко тряслись верхние конечности. Уж не от этой ли самой озабоченности? Я на вибрации, как вы знаете, весьма чувствителен… Но возможно, у почтенного Тшу-рика через тремор пальцев давал о себе знать похмельный синдром. Возможно, для снятия которого наш друг, едва закрылась челюсть-шлюз "Железной Бабочки" совершил немыслимое для благородного разумного деяние. В миг единый варварским методом пития, именуемым "Улиткой" или же – "винтом", досуха опустошил Малую Калебасу местного бренди. Без компании, без закуски, без тоста… Не мудрено, что он тут же свалился на пол без признаков жизни.

– Возможно, вы и правы насчет похмельного синдрома, – за неимением весомых контраргументов принужден был Капитан Глоко согласиться с доводами Чирграга. – Впрочем, что гадать? Мы все узнаем, когда наш общий друг придет в себя. У него-то поди не Зимняя Кома, которая в крайнем рейсе вкупе с другими напастями чуть не доконала "Железную Бабочку". Хотя, конечно, почтенный Тшу-рик сделал бы нам большое одолжение, если бы употребил содержимое Калебасы уже добравшись до отведенной ему Пассажирской Капсулы своим ходом…

Между тем из Гнезд для Благого Сна полезли разбуженные Погонщиком Чирграгом медицинские Ютилы.

Доктор Сова, тараща глазищи то на Чирграга, то на так и ненадетое разумным Муравьем положенное для посещения Капсулы-лазарета белое одеяние, сердито заухал. (Ладно еще на Капитана Глоко, как Доктора по совместительству, нахальная птица не посмела клюв раскрыть.)

Фельдшерица Жаба, не мешкая, обернула вокруг тонкой руки Тшу-рика плоский широкий язык. В соответствии с заложенными в Жабу на генетическом уровне обязанностями ей, помимо прочего, вменялось регулярно измерять пациенту кровяное давление. Что Жаба со всем тщанием и проделала.

А Знахарь Богомол, пошарив длинными нескладными лапами под Лечебным Ложем, явил взорам Глоко и Чирграга плоский Черепаший панцирь, используемый для справления лежачими больными естественных надобностей.

Тут у разумных сразу появились неотложные дела. И они, препоручив заботы о юноше Доктору Сове, спешно покинули Капсулу-лазарет.

2.

А дел после выхода "Железной Бабочки" на орбиту Гурга-3 у экипажа было, действительно, невпроворот.

Самым важным было проверить состояние гравитационных почечных камней Грезящей Манты. Потому как сила тяжести на обитаемых стандарт-планетах влияла на гравикамни не лучшим образом. Прижимистый Глоко в душе уже сокрушался, что, "…небось, опять два-три камня рассыпались в песок. И теперь придется из дорогущих Зародышей выращивать взамен утраченных новые…".

К тому же требовалось посредством Глазастых Пауков, помещенных в Рыбьи Пузыри, осмотреть шкуру "Железной Бабочки". После кренгования – т. е. очистки шкуры от Эфемерных Моллюсков могли остаться трещины, парящие в вакууме сукровицей. Повреждения надлежало заделать силами выводка Жуков-тюбиков с клейкой пастой в брюшных железах.

И проделать все обязательные после выхода на орбиту процедуры нужно было как можно быстрее. Не ровен час, Пиратская Акула заявится. Так что плюс ко всему еще за близлежащим пространством усиленно наблюдать придется.

Что говорить, хлопот с живыми звездолетами хватало… Потому-то заядлый любитель научной фантастики Капитан Глоко частенько мечтал заиметь звезлолет, сделанный целиком, например, из железа. И чтобы управлять этим космическим кораблем (так фантасты называют неживые звездолеты) нажатием похожих на шляпки Грибов кнопок, а не с помощью зачастую непонятливых Двайс и Ютил. Огромные трюмы корабля можно забивать товарами под завязку. Не то что на Грезящих Мантах, где грузы складывали лишь в специально расширенный генной модификацией Зоб. Но сколько добра поместится в одно-единственное, пусть и просторное, помещение? Это при том что 90% внутреннего объема Грезящей Манты занимают ее внутренние органы (или, как говорят космоплаватели – потроха).

Каждый раз Глоко, тяжко вздыхая, сокрушался, что мечты его несбыточны, поскольку металлические корабли не могут погружаться в Эфемерное Облако. В лучшем случае они будут вечно кружиться вокруг материнской планеты, никогда не достигнув даже края своей звездной системы…

Так что хлофиллианину приходилось довольствоваться тем, что есть – Грезящей Мантой "Железная Бабочка" со всеми ее минусами. И, пожалуй, единственным плюсом – возможностью более-менее комфортно путешествовать в Космосе. Что поделать, если только Манты, Акулы, Киты и еще некоторые виды исполинских животных могут перемещаться в сокращающем расстояния между звездами Эфемерном Облаке. (Или – в гиперпространстве, как говорят некоторые высокоученые мудрецы.)

Однако Грезящую Манту, как и любое другое животное, следовало кормить, поить, лечить. И поддерживать внутри ее потрохов пригодные условия для жизнедеятельности экипажа и животных-паразитов. А паразитов на каком не возьми живом звездолете хватало.

Это и Двайсы – узкоспециализированные живые приборы, обладающие неким подобием полуразума. Как, например, Пищуха Дальней Связи, из-за кардинального перекраивания генома превратившаяся из Двустворчатого Моллюска в нечто невообразимое. Это и Ютилы – туповатые живые инструменты для выполнения несложных работ. Например, Жуки-Светляки, освещающие полости в потрохах Манты. Или Гусеницы-регенераторы, которые занимаются выработкой и очисткой воздуха для дыхания.

Мало того, на конкретно Грезящей Манте "Железная Бабочка" в качестве прислуги, фуражиров, солдат, разнорабочих и т. д. использовались полуразумные Муравьи-Катшеты, подчиненные непосредственно Погонщику Манты господину Чирграгу.

И опять таки всю эту разношерстную братию требовалось кормить, поить, лечить. Хорошо еще, что невостребованных до определенного момента Двайс и Ютил и Катшетов можно было держать в не тратящем драгоценные минуты жизни Благом Сне.

Капитану Глоко так вообще с живым звездолетом "повезло". Из-за скверного характера полуразумная "Железная Бабочка" прослыла у экипажа как существо весьма своенравное. В любой момент от нее можно было ожидать какой-либо каверзы. (Что и подтвердилось на 100% в крайнем рейсе, о случившихся в течение которого зловещих событиях не здесь будет сказано.)

"Железной Бабочкой" напрямую управлял Кучер – Клещ-кукловод по имени Сэлифан. Который, присосавшись к нервному узлу, безвылазно сидел в одном из закоулков мозга Грезящей Манты. А в прочие дела команды живого звездолета никоим образом не вмешивался.

Также в составе экипажа "Железной Бабочки" в крайнем рейсе недолго пребывал еще один разумный – Клоп-чистильщик по имени Пет Рушка. Но по прибытию на Гург-3 он отпросился у Капитана Глоко навестить генетическую родню в квартале Инсектов. И больше Клопа никто не видел… Портовой Страже о без следа исчезнувшем члене команды Капитан Глоко собщать не стал во избежание привлечения излишнего внимания к своей Грезящей Манте. Поскольку, чего уж греха таить, имелись на то веские причины…

Лишь к вечеру по локальному времени "Железной Бабочки" Капитан Глоко и Погонщик Чирграг более-менее разобрались с неотоложными делами.

Проверили состояние гравикамней в почках Манты. Усыпили в Гнездах Благого Сна часть ненужных во время пребывания "Железной Бабочки" в гиперпространстве Ютил. Проинспектировали надежность крепления контейнеров с грузами в Зобе Манты. (Вдруг какой из них при взлете от скачков гравитации сорвало с места?)

Разве что не успели произвести осмотр шкуры Грезящей Манты. Потому что едва Капитан Глоко добрался до нужной поры-шлюза с мешком помещенных в Рыбьи Пузыри Глазастых Пауков, его догнал посланец от Погонщика Чирграга: Муравьишка-Катшет с клочком широкого листа Лопуха в жвалах.

Из записки хлофиллианин узнал, что его "нижайше" просят поскорее закончить с делами и вернуться в Капсулу Погонщика". И что "почтенный Тшу-рик проснулся и чувствует себя п… и просит сделать для него…". Капитан Глоко в недоумении так и сяк покрутил в руках загадочное послание. И выяснил, что недостающую часть записки по дороге скушал "шестилапый поганец" Муравей-посыльный. Но как там сейчас чувствует себя почтенный Тшу-рик было совершенно непонятно. И уж совсем осталось тайной за семью печатями, что Глоко должен сделать для пассажира…

Но умудренный жизненным опытом хлофиллианин подумал, что пока не убедится в обратном, он будет считать что п… – это "плохо". А что ему следовало сделать по просьбе Тшу-рика, даже гадать не стоило. Мало ли чего в голову взбредет разумному при плохом самочувствии… Одно не подлежало сомнению: надо было срочно возвращаться.

Капитан Глоко бросил Рыбьи Пузыри с заключенными в них Глазастыми Пауками возле поры-шлюза. И, задействовав усиленную мускулатуру экзокостюма, поскакал на лягушачьих лапах в устроенную в одной из отмерших легочных альвеол живого звездолета Капсулу Погонщика…

3.

Тревоги Капитана Глоко оказались напрасными.

Когда Капитан ворвался в Капсулу Погонщика, то узрел довольно идиллическую картину: Чирграг и Тшу-рик, мирно беседуя, сидели за столиком из панциря Плоской Черепахи. И каждый в своей манере, что называется, облизывалcя на стоящий посередине столика Дубовый Цилиндр с коньяком.

Выяснилось, что молодой Сциисто без одобрения медицинских Ютил самовольно "выписался" из лазарета. Под негодующее уханье Доктора Совы переоделся в свои любимые синие штаны, куртку из крокодильей кожи и мокасины. После чего напялил на нос Стеклянные Усилители Зрения, схватил ранец и отправился прямиком в Капсулу Погонщика.

Разумный Муравей в момент появления молодого Сциисто корпел над Крыльями Бабочки-мимикроида, рассчитывая курс до Гавани Прибытия – стандарт-планеты Тутвин. При этом не забывая поглядывать на строку сообщений от Кучера Сэлифана. (Клещ-кукловод с помощью Пищухи Дальнего Поиска методично осматривал близлежащее пространство, чтобы не пропустить появления каких-либо незваных гостей.)

Воочию убедившись, что с Тшу-риком все в порядке, разумный гигантский Муравей на радостях выставил на столик-панцирь приберегаемый им для особых случаев Дубовый Цилиндр с отменным коньяком. Но без Капитана Глоко раскупорить заветный Цилиндр было бы не только верхом неприличия, но и злостным нарушением субординации.

И Погонщик Чирграг, недолго думая, отправил к Капитану Муравьишку-посыльного с запиской на листе Лопуха. Из которой юный Катшет нечаянно выгрыз слово "прекрасно" и просьбу любознательного Тшу-рика сделать несколько орбитальных снимков Гурга-3 посредством задействованных Капитаном Глоко для осмотра шкуры Манты Глазастых Пауков.

Выслушав объяснения Чирграга, Капитан Глоко поудобней уселся в кресло-Улитку. Подпер подбородок тыльной стороной ладони правой руки и призадумался… Но уже через стандарт-минуту принял решение немедленно принудить "Железную Бабочку" к погружению в Эфемерное Облако.

Глоко рассудил, что один раз можно обойтись и без осмотра шкуры живого звездолета. К тому странности с возвращением на Манту почтенного Тшу-рика (а особенно произнесенная спросонья фраза про то, что кого-то там "убили") не давали хлофиллианину покоя. И потому он решил, что не стоит дольше необходимого находиться на орбите "демонического" Гурга-3. Как говорится, береженого и Творец бережет. А осмотреть шкуру "Железной Бабочки" можно и на первом же Кормлении у какого-нибудь заштатного красного карлика.

Пока Чирграг лихо щелкал когтистыми пальцами по рунным Жучкам, переадресовывая приказ Клещу-куклуводу Сэлифану, хлофиллианин, сидя в любимом кресле-Улитке, вдумчиво всматривался в бледное лицо почтенного Тшу-рика.

Капитану Глоко не понадобилось много времени, чтобы убедиться в том, что беспросветная тоска в некогда задорных глазах молодого Сциисто никуда не исчезла. Но поделиться горем с друзьями юноша-хумманус почему-то не торопился…

А когда Глоко перевел взгляд на Погонщика Чирграга, то обратил внимание на его давно уже скрещенные определенным образом антенны-усики. И по тайному знаку понял, в чем суть коварного замысла компаньона. Для осуществления которого разумный гигантский Муравей не пожалел лучшего напитка из своих сокровенных запасов.

"Конечно же, тут без ритуала Выведывания Подробностей никак не обойтись, – уязвленный сообразительностью Погонщика, подумал старый межзвездный бродяга. – Впрочем, я бы и сам догадался насчет развязывающего язык ритуала, не будь в отличии от некоторых чрезмерно занят делами…"

Вслух же Капитан Глоко сказал:

– Раз уж господин Чирграг угощает, то почему бы нам, правда, не закатить перед отходом большинства из нас через несколько стандарт-суток в Благой Сон скромную товарищескую пирушку? Как не верти Оса жалом, веские поводы к тому имеются… "Железная Бабочка" только что погрузилась в Эфемерное Облако, оставив с носом наших гипотетических недоброжелателей. И наш общий друг почтенный Тшу-рик благополучно поправил изрядно пошатнувшееся после трехдневного кутежа здоровье. А более того – из-за последствий лихого употребления методом "винт" полной Калебасы крепчайшего бренди. Хотя последнее чудачество нашего друга в обращении с благородным напитком, сказать честно, показалось мне более чем странным…

– Да, с этим "винтом" мне тоже непонятно, господин Тшу-рик, – перебил Капитана гигантский Муравей. – К чему было накачивать себя алкоголем, едва вы взошли на борт "Железной Бабочки"? Ведь можно было пройти ко мне в Капсулу и употребить напиток под хорошую закуску совместно с добрыми друзьями. Не так ли, молодой разумный?

Бледное лицо Тшу-рик покрылось пятнами стыдливого багрянца. Потупив бесцветные с длинными ресницами глаза, молодой Сциисто поправил Стеклянные Усилители Зрения и сказал:

– Господа! Искренне умоляю великодушно простить меня за доставленные неудобства! Так уж получилось… Но не подумайте, что это я от неуемного пристрастия к выпивке такое представление устроил. Или же из скаредности мелочной не хотел никого угощать крепким, и довольно недурственным бренди из "Лунной Рыбы". Я не забыл про вас, друзья мои!

После чего юноша-хумманус одну за одной извлек из ранца три Калебасы-близнеца с бренди. А попутно невзначай вытащил коробку с Кормом для Глазастого Паука.

Это незначительное происшествие с упаковкой сушеных мини-Мух дало неожиданный эффект. Тшу-рик вновь побелел, как паучий шелк, и дрожащими руками потянулся за ближайшей Калебасой с бренди. Погонщик Чирграг еле успел рукой-лапой перехватить вожделенную емкость с напитком забвения, дарующим слабохарактерным разумным хотя бы временное освобождение от гнета жизненных невзгод.

"К демону муторный ритуал Выведывания Подробностей! – мгновенно принял решение Капитан Глоко. – Чувствую, тянуть Ящерицу-Кошку за хвост себе дороже будет!"

И несильно – чтобы, не дай Творец, не уронить на пол сосуды с драгоценным алкоголем, стукнул кулаком по панцирю-столику. Пронзительно глянув в лицо молодого Сциисто, сказал:

– Почтенный Тшу-рик! Мы с господином Чирграгом подозреваем, что пребывая в "Лунной Рыбе", вы оказались втянуты в какую-то неприглядную историю. Спросонья вы пробормотали, что – повторяю дословно – "Его все-таки убили…" Так что немедленно рассказывайте все как на духу! И не вздумайте ничего утаивать, шип вам в брюхо…

4.

Только после второй чашечки коньяка Тшу-рику удалось справиться с волнением и приступить к повествованию. (На обильно уставленный нехитрыми закусками из Генератора Пищи – грибной пастой, белковым паштетом, хлебной тюрей, шоколадными кубиками и прочим – юноша даже не посмотрел. Лишь после второй чашечки хватанул из миски-Раковины ложку соленой Жабьей Икры, лично заготовленной Капитаном Глоко. Первую же чашечку Тшу-рик попросту занюхал рукавом собственной куртки.)

– Дело было так… – характерным для бывалых рассказчиков интригующим голосом произнес молодой Сциисто. – Вечером последнего дня любезно проплаченного вами, господа, загула в "Лунной Рыбе" я сидел в отдельном кабинете этой замечательной таверны. Пил розовое вино. Культурно, используя все положенные по этикету столовые приборы, кушал Омара. И строил планы на день грядущий… Размышлял, с какой забегаловки мне завтра начать собирать фольклор аборигенов Гурга-3… И тут в кабинет ввалился некий хумманус донельзя колоритной наружности. Помню как сейчас…Густые черные, как смоль, волосы и такие же черные бакенбарды на выдающихся скулах. Цепкие серые глаза и крючковатый нос. Кожа, примерно, как у меня. Но не бледно-молочная, а с неким бронзовым отливом. Такая бывает у тех хумманусов, кто много времени проводит под ультрафиолетом желтых карликов на морях и океанах стандарт-планет. Одет незванный гость был в длинное кожаное пальто и черную шапочку с козырьком. Фуражка – так, кажется, этот головной убор называется. Еще у этого хуммануса на правой ноге отсутствовала ступня и большая часть голени. Но эти части тела успешно заменял примитивный протез…

– А ведь я видел позавчера этого самого хуммануса, – перебил юношу Погонщик Чирграг, тем самым давая рассказчику перевести дух. (А заодно промочить горло парой глотков коньяка и закусить кубиком шоколада.) – Он взад-вперед прохаживался неподалеку от "Железной Бабочки" и что-то высматривал. Причем изрядно нервировал меня стуком своего искусственного заменителя конечности.

– Хм… Сдается мне, этот тип неслучайно к вам, дорогой Тшу-рик, в "Лунной рыбе" привязался. Похоже, искал конкретно вас, – сделал вывод Капитан Глоко. – Но, будьте любезны, продолжайте рассказывать, друг мой. И поешьте уже чего-нибудь! Вот хоть грибной пасты отведайте. А то опять свалитесь без чувств, и мы так и не услышим, что было дальше…

Проигнорировав гастрономические увещевания Капитана Глоко, почтенный Тшу-рик сделал добрый глоток коньяка и продолжил:

– Что дальше? Хумманус представился Капитаном Ахафом и попросил уделить ему минуту внимания. Отказать было неудобно. Да и пить одному мне давно надоело. Сообразуясь с правилами этикета, я тоже представился. И пригласил Капитана Ахафа присесть за столик-панцирь. Предложил розового вина и закусок.

Капитан Ахаф от яств отказался, но с удовольствием выпил чашечку вина. После чего, настороженно глянув на вход в кабинет, сказал: "Господин Тшу-рик! Я прочитал в недавнем номере "Вестей и слухов" статейку о Капитане Глоко, владетеле Грезящей Манты "Железная Бабочка". Должен признаться, я восхищен благородством и честностью коллеги-звездоплавателя, который несмотря на утрату некоторой части контейнеров из Зоба Манты, скурпулезно возместил убытки хозяевам грузов. Правды ради скажу, что мне удивительно было читать такое про хлофиллианина. В здешних краях этих зеленокожих коротышек считают теми еще пройдохами. Но, клянусь своей ногой из кости Кашалота, я знаю, почему ваш Капитан ведет дела честно. А потому что вы, его товарищи по экипажу – презирающий стяжательство бродячий философ-книжник с Теллигена-3 и разумный Муравей, в котором порядочность заложена генетически, – воистину благотворно влияете на господина Глоко… В свете вышесказанного у меня есть к вам, молодой разумный, одно небольшое, но чрезвычайно серьезное дело. Увы, мне просто не к кому больше на этой планете обратиться – здесь, на Гурге-3, друзей у меня нет. И вообще тут кругом одни мошенники… Впрочем, если вы опасаетесь чего-то и не желаете со мной связываться, то скажите прямо. Я сейчас же избавлю вас от своего общества. Но тогда вы, почтенный Тшу-рик, никогда не узнаете моей заветной тайны. И не обретете, проявив должную толику проницательности, нечто значительно большее. Это, конечно, в том случае, если для меня сегодняшний вечер закончится не лучшим образом. Если же все пройдет благополучно – получите от меня причитающиеся вам за услугу тысячу серебряных каури. Итак, любезный господин Тшу-рик, даю вам минуту на размышление…"

Капитан Глоко, уязвленный тем, что его исподволь причислили к сонму "пройдох", слегка порозовел. Смена окраса кожи означала, что он немного сердится. Но перебивать рассказчика Капитан Глоко воздержался. Ему хотелось поскорее услышать всю историю. Но мимолетный жест "Согласия с говорящим" в исполнении своенравных антенн-усиков Погонщика Чирграга от взгляда хлофиллианина не укрылся.

Между тем молодой Сциисто, тактично "не заметив" как изменился предательски выдающий настроение хозяина цвет кожных покровов Капитана Глоко, продолжил рассказ:

– После этих слов Капитан Ахаф вдруг ни с того, ни с сего побледнел, и начал в спешном порядке рыться в карманах кожаного пальто. Трясущимися пальцами достал, наконец, кулек, небрежно свернутый из Крыла Бумажной Бабочки. В кульке хранились какие-то зеленые пилюли. Капитан проглотил одну из пилюль, запив розовым вином. После принятия лекарства Ахафу почти сразу полегчало. Он извинился передо мной, пояснив, что "проклятая Космическая Трясучка замучила". И молча, не мешая мне думать, замер в кресле-Улитке, терпеливо ожидая, когда я приму какое-либо решение. Разве что еле слышно пробормотал, что "…цены в "Лунной Рыбе", однако, кусаются. Отдать за чашечку рома четверть каури – это чересчур, задуши меня Спрут…". Я же не на шутку призадумался. Так-то узнать заветную тайну этого незаурядного во всех смыслах разумного было бы весьма интересно. Да и тысяча каури на дороге не валяется. Конечно, будь я в тот момент чуть потрезвее, то, клянусь Творцом, отказался бы от сомнительного предложения Капитана Ахафа. Но затуманенных выпивкой мозгов хватило лишь на то, чтобы спросить, что конкретно я должен для него сделать. Капитан Ахаф, в очередной раз бросив тревожный взгляд на входную занавесь, достал из-за пазухи несколько вычурного вида черепаховую табакерку с выпуклой, инкрустированной жемчугом, крышкой. Он раскрыл табакерку, и показал мне содержимое. В табакерке не было ничего кроме нескольких сложенных прямоугольником Крыльев Бумажной Бабочки. Затем Ахаф изложил свою просьбу: "Господин Тшу-рик! Вам нужно лишь подержать у себя эту коробочку до завтрашнего вечера. Принесете ее часам к шести к Водопою перед таверной "Грезящий Кашалот". Где я, заплатив вам тысячу каури серебром, заберу ее обратно. Если я не появлюсь, или вы узнаете обо мне из тех же "Вестей и слухов" что-то худое, тогда коробочка ваша! На Крыльях Бумажной Бабочки – обещанная история." Покрутив табакерку в руках так и сяк, я не нашел повода отказать Капитану Ахафу. И, не моргнув глазом, дал согласие втянуть себя в Творец ведает какую аферу… Капитан покинул кабинет, уже у входной занавеси напоследок "обрадовав" меня, что в дело он ввязался такое серьезное, и его могут даже убить. Увы, я был настолько пьян, что посчитал последнюю реплику гостя обычным преувеличением… Но где-то через пятнадцать стандарт-минут после ухода Капитана Ахафа в кабинет заглянул разумный такого омерзительного вида, что меня прошиб холодный пот. Соглядатай – серолицый хумманус с крохотными красными глазками – окинул пытливым взглядом помещение и, недовольно хмыкнув, исчез. Тут-то я и понял, что основательно влип… Я схватил заранее сложенный на трезвую голову ранец и через смежную комнату для хм… философских диспутов с особами легкого поведения спешно покинул "Лунную Рыбу". Ночь пересидел в зарослях Кактусов, отбиваясь от мини-Москитов перегаром. Только с рассветом я осмелился вернуться в Космопорт. Купил у разносчика за два медяка утреннюю газету, откуда с ужасом узнал о смерти Капитана Ахафа. Наняв самое быстроходное такси, душой и телой устремился к вам, друзья мои, чтобы успеть к отлету "Железной Бабочки". А что было дальше, вы знаете…

5.

После того, как почтенный Тшу-рик рассказал о своих вчерашних похождениях друзьям, ему значительно полегчало. Чему доказательством стал вернувшийся аппетит. Юноша оживился и самостоятельно, без малейшей дрожи в руках налил себе коньяка. И, наконец, отдал дань уважения нахваленной Капитаном Глоко грибной пасте. Равно как и прочим многочисленным закускам.

– Как я понимаю, молодой Сциисто, Калебасу бренди вы употребили "винтом", потому что почувствовали себя на "Железной Бабочке" в полной безопасности? – с некоей язвительной ноткой в голосе поинтересовался Капитан Глоко.

– У-гу-мм… – кивая с набитым Жабьей Икрой ртом, как мог, ответил на вопрос почтенный Тшу-рик.

– Как же вы жестоко ошибаетесь, друг мой, – как можно спокойнее, чтобы окрас кожи не сменился на серый – что было бы признаком страха – сказал Глоко. И пояснил молодому Сциисто, почему так считает:

– Из местного барного фольклора, до собирания которого на Гурге – 3, юноша, у вас так и не дошли руки, я узнал, что в системе Гурга – 3 орудует несколько Пиратских шаек. И одна из этих шаек, промышляющая на Грезящей Акуле по кличке "Клякса" целиком состоит из Астероидных Кобольдов. А судя по вашему описанию, один из представителей данной Расы и посетил вас в "Лунной Рыбе". Скажете – совпадение? Не верю я в такие совпадения… Кстати, господин Тшу-рик, вы сохранили ту утреннюю газету, из которой узнали о смерти Капитана Ахафа? Может, вы напутали что-то с похмелья, и это не его убили? И все страхи – плод вашего гипертрофированного воображения.

– Разумеется, сэр Глоко, я сохранил злополучную газету. Извольте взглянуть сами…

Тшу-рик достал из кармашка ранца cложенную в несколько раз газету под названием "Желтая Утка" и передал Капитану Глоко со словами:

– Искомая заметка в разделе "Ночные происшествия".

Глоко нашел в "Желтой Утке" нужное место и начал читать вслух: "За час до рассвета ночной патруль Стражи Космопорта обнаружил на берегу Водяного Садка для молоди Грезящих Мант труп хуммануса мужского пола с лицом, обезображенным некоей густой черной жидкостью. Также у почившего разумного была вскрыта брюшная полость и не хватало ступни и большей части голени на правой ноге. Прибывший на место преступления Инспектор Лестрейт (хумманус Расы Инглос) после осмотра тела заявил, что смерть жертвы наступила, предположительно, от удара ядовитым Осиным Жалом в сердце. Еще Инспектор сказал, что кишки убитому выпустили уже после наступления смерти. (Так делается, чтобы труп, раздувшись от газов, не всплыл. И, соответственно, преступление осталось нераскрытым.) Лестрейт также предположил, что тело выбросило на берег не иначе, как от последствий мощного удара хвоста молодой Манты по воде. Что касается отсутствующей ноги, то ее, судя по всему, потерпевший неизвестным образом лишился уже давно. Мотивом преступления Инспектор Лестрейт считает банальное ограбление. Потому как убитый на момент обнаружения был одет лишь в тонкий полосатый свитер и кальсоны. Не пошел же он, в самом деле, искупаться на сон грядущий в Садок с беснующимися молодыми Грезящими Мантами. Или же решил размяться, поднимая Искусственные Камни из бетона на стройке поблизости от Садка. Из чего следует, что одежду похитили. Даже протез ноги – вещь сугубо индивидуальную – и тот зачем-то утащили с собой. Правда, Лестрейта несколько смутил тот факт, что грабители не сняли с шеи Ахафа золотую цепочку с также золотым Амулетом-Тотемом в виде Грезящего Кашалота. Но просчет злоумышленников можно объяснить спешкой и темным временем суток. В довершение Инспектор Лестрейт выразил надежду, что преступление будет раскрыто в самые кратчайшие сроки. А если даже дело все-таки "зависнет", то хотя бы личность убитого хуммануса в любом случае установят. Поскольку одноногих разумных, не пользующихся животными-экзокостюмами, на Гурге можно по пальцам пересчитать."

Капитан Глоко закончил читать и, кое-как разобрав мелкие руны-буквы под заметкой, добавил:

– Подпись под сим опусом: "Криминальный репортер Паперо Марака."

После чего отправился к Генератору Пищи за обожаемым им Кеффо – генетически модифицированной разновидностью Кофе.

– Пожалуй, сэр Глоко, нехватка у трупа части правой ноги безоговорочно доказывает, что убили именно Капитана Ахафа, – выразил свое мнение Погонщик Чирграг. – Даже несмотря на то, что черная клякса на лице трупа не позволила Стражам с помощью завсегдатаев ближайших таверн сразу опознать убитого…

– Клякса? Я не ослышался, господин Чирграг, вы сказали клякса? – вскочив с кресла-Улитки, воскликнул почтенный Тшу-рик.

– Да, я сказал именно клякса… А что такое? – скрестив антенны-усики в знаке Раздраженного Непонимания, – ответил Погонщик Чирграг.

– А то, что совсем недавно Капитан Глоко упомянул некую шайку астероидных Кобольдов, в собственности которых находится Грезящая Акула по кличке "Клякса", – пояснил Тшу-рик причину, по которой он, поддавшись чувственному порыву, перебил старшего товарища. – Вот я и подумал…

– И думать нечего, вы всецело правы, господин Тшу-рик. Ублюдок, которого вы видели в "Лунной Рыбе, однозначно, – лазутчик Пиратов, – сменив окрас кожи на зеленовато-серый (что означало легкий испуг и замешательство средней степени) пробомортал Капитан Глоко. Напрочь при этом забыв о чашечке горячего ароматного Кеффо в руках. – Должен заметить, дорогой друг, что инсктинкт самосохранения у вас работает на высшем уровне. Вам хватило ума сразу же убраться из проклятой "Лунной Рыбы". Сообразили, что в гостиницу нельзя нос показывать. Догадались пересидеть ночь в зарослях Кактусов. Где и нашли гениальный выход из создавшегося положения – немедленно убраться с поганого Гурга-3 в компании верных друзей…

– Которых вместе с вами, почтенный Тшу-рик проще будет захватить и прикончить на первом же Кормлении "Железной Бабочки" на пути следования, – разведя антенны-усики в знаке Траура по Погибшим, закончил тираду хлофиллианина гигантский разумный Муравей. И тут же пояснил, почему так считает:

– Когда челюсть-трап Манты уже поднималась, я по давней привычке окинул напоследок взглядом Стартовое Гнездо. Мало ли, вдруг тороватые аборигены задумают стащить со шкуры "Железной Бабочки" какую-нибудь нужную Ютилу: габаритного Светляка или Глазастого Паука их Гнезда Внешнего Обзора… И заметил, как к нашей Грезящей Манте подъезжает повозка, запряженная парой скоростных Рапторов. И лица разумных, сидевших в той повозке очень напоминают по внешности описанного почтенным Тшу-риком разумного.

– И что с того? – проворчал Капитан Глоко, недовольный тем, что компаньон не дал ему закончить речь. – Подумаешь, приехали какие-то уроды посмотреть как "Железная Бабочка" красиво взлетит. Что они могли сделать? Разве что платочками вслед помахать…

– Я не сказал самого главного: в повозке под темным полотнищем из паучьего шелка кто-то шевелился. И только сейчас я, сопоставив факты, понял что к чему… Там у этих мерзавцев сидела изготовленная к выстрелу Жаба-Метатель. Которую привезли отнюдь не для того, чтобы проводить нас фейерверком из Огненных Бабочек-камикадзе… Впрочем, буду краток: я уверен, что Кобольды подсадили на шкуру Манты животное со сверхспособностью Звездного Маяка. Чтобы без шума и пыли разобраться с нами на первом же Кормлении…

– Ну чудненько, у нас на хвосте Пираты… – окончательно посерев, пробормотал Капитан Глоко. После чего, витеевато выругавшись тремя Скверными Словами из четырех, распорядился:

– Все. Вечеринка окончена. Господин Чирграг, срочно выводите "Железную Бабочку" из Эфемерного Облака. Пока мы не избавимся от Звездного Маяка эти проклятые Кобольды от нас не отвяжутся.

6.

Однако вывести Грезящую Манту из Эфемерного Облака так быстро, как хотелось бы Капитану Глоко, не удалось.

Космос в чем-то схож с водными океанами стандарт-планет. Где крупные звезды – путеводные маяки. Желтые карлики – источники света и тепла для стандартных планет-островов. А красные карлики с их безжизненными системами – благодатные пастбища для Кормления Грезящих Животных. Как и в водных океанах, в Космосе имелись Течения, случайно угодив в которые, Грезящую Манту могло унести в неведомые дали Космоса. Некоторые умники называют Течения суперструнами.) Также Вселенная кишела смертельно опасными аналогами водоворотов – Черными Дырами. Взрывы Сверхновых подобно морским ураганам сметали все на своем пути… Да мало ли еще какие неприятные сюрпризы могли подкинуть как океан, так и Космос…

И, конечно же, одна из великого сонма многочисленных напастей помешала таки "Железной Бабочке" покинуть Эфемерное Облако в ближайшие несколько стандарт-часов. Дело в том, что "вынырни" Грезящая Манта прямо сейчас, она попала бы прямиком в Сгущенное Молоко – область вязкого пространства, схожую с густо заросшим водорослями участком моря – так называемыемыми Саргассами. Выбраться-то живой звездолет из Сгущенного Молока обратно в Эфемерное Облако выберется. Но у мега-животного на это уйдет такая прорва сил, что без длительного Кормления у Светила и заброса в Желудок значительного количества Комби-Корма лететь дальше оно вряд ли сможет. Да и не было никакого смысла принуждать "Железную Бабочку" выныривать" в Сгущенном Молоке. Потому как, пребывая в этой загадочной субстанции, по шкуре Манты особо не походишь. Даже для разумного, облаченного в животное-костюм высшей защиты – смерть верная. Уж очень странная физика у этого самого Сгущенного Молока…

Через два стандарт-часа Глоко, Чирграг и Тшу-рик вновь собрались в Капсуле Погонщика.

Все, что нужно было сделать для подготовки к возможному нападению Пиратов, было сделано. Погонщик Чирграг вывел из Благого Сна немногочисленных оставшихся в живых после злополучного крайнего рейса Муравьев-Солдат. С помощью которых привел в боеготовность также разбуженных Жуков-Бомбардиров и Электрических Угрей и проверил Метатели Жалящих Ос.

Капитан Глоко на всякий случай подготовил к вылету Спасательную Лунную Рыбу. Мало ли, вдруг придется срочно спасаться бегством. Но самое главное – почистил бластер, уделив особое внимание втулке Рандом-Сюрпа. Хлофиллиан возлагал серьезные надежды на эту бесценную деталь своего бластера – единственного на "Железной Бабочке" полностью неживого оружия. Рандом-Сюрп наделял абсолютно случайный по счету выпущенный из бластера огненный фугас одной из неисчислимых сверхвозможостей. Такой фугас мог, например, испепелить объект атаки или сковать его парализующим полем. А то и разрезать пополам так называемыми Ножницами. (Как это произошло в крайнем рейсе после выстрела в недоброй памяти Цилиндр-Завоеватель.) Да мало ли еще чего снаряд с Рандом-Сюрпом был способен натворить. Не все ли равно, каким образом будет уничтожена цель? Тем более, если навредить каким-либо образом хозяину бластер с установленным Рандом-Сюрпом не мог в принципе. Так уж Рандом-Сюрп был устроен неведомыми создателями. Ибо кому нужно оружие, которое пусть даже нечаянно может обратить в прах самого стрелка?

Тшу-рика же Капитан Глоко на то время, пока они с Погонщиком Чирграгом занимались делами, оставил в Капсуле Погонщика. Хлофиллианин попросил юношу повспоминать все, что тот когда-либо слышал о Пиратах. И подумать, какая байка из барного фольклора может помочь им в случае нападения.

Но молодой разумный не придумал ничего лучше, чем зачитать товарищам вслух послание Капитана Ахафа. Которое все еще ждало своего часа, лежа в спрятанной в коробку из Корма для Глазастого Паука табакерке. Почтенный Тшу-рик пояснил, что бумаги Ахафа, возможно, прояснят многое, если не все.

Капитан Глоко и Погонщик Чирграг согласились с предложением юноши. Посколько заметка в "Вестях и слухах" безоговорочно подтверждала смерть Ахафа. И потому Тшу-рику урона чести от ознакомления с бумагами покойного не будет.

Разумные поудобнее расположились за столиком-панцирем, сервированным легкими, по причине экстренной ситуации, напитками. Молодой Сциисто достал из украшенной жемчугом черепаховой табакерки Крылья Бумажной Бабочки в количестве трех экземпляров.

Одна бумага представляла собой обычное, написанное свежим Жалом Чернильного Комара, письмо. Другая являлась полноценной Звездной Картой, вполне понятной Капитану Глоко и Погонщику Чирграгу. Третья, самая многословная бумага оказалась памяткой для начинающего Китобоя. В ней описывалось сколько с одного Грезящего Кашалота можно было взять драгоценных Ворвани, Серой Амбры и Спермацета. Также в бумаге был указан примерная численность экипажа Китобойной Манты и характеристики распространенных гарпунных Марлинов. Еще в бумаге были приведены Галактические адреса нескольких, якобы, честных скупщиков добытых с Грезящих Кашалотов ценных ингредиентов. Цены на Ворвань (или – жир Китов) впечатляли. А на Серую Амбру (используемую как фиксатор запахов в благовониях) и Спермацет (масло из которого незаменимо при откорме создающих локальную гравитацию Устриц), вообще были заоблачными.

Однако экипаж "Железной Бабочки" в первую очередь, конечно же, заинтересовало послание Капитана Ахафа.

Промочив горло парой глотков вина (как и полагается рассказчику по стародавней барной традиции), почтенный Тшу-рик начал читать письмо вслух:

"Если вы, сударь, читаете эти строки, значит меня, Капитана Ахафа, скорее всего уже нет в живых. Из этого следует, что вы, юноша, согласно нашему договору получаете обещанную историю. А может быть, и еще кое-что более весомое, если окажетесь сообразительным малым… Но к делу.

История эта началась, когда ко мне во время стоянки моей Китобойной Манты "Что-нибудь" на планете Нанта-Кетт, явился один молодой разумный Расы Сциисто по имени Исмаэл. За чашечкой рома Исмаэл предложил мне одно, вроде бы, выгодное дельце. Как выяснилось, он не так давно служил матросом на Пассажирском Грезящем мега-Ките по кличке "Титан". По словам Исмаэла хозяева мега-Кита, чтобы сэкономить время, отправили "Титана" с Саутхэмпта на Новый Ёрк по очень уж опасному маршруту. Киту из-за Штормовых Несуразностей в Эфемерном Облаке то и дело приходилось "выныривать" в Скопищах Ледяных Глыб. На одну из них "Титан" и напоролся брюхом со всего маху… Отчего и издох скоропостижно. Исмаэлу повезло, что он успел перейти на одну из немногочисленных Спасательных Лунных Рыб. И тем спасся. Но суть не в этом.

Незадолго до своей гибели "Титан" вставал на Кормление у звезды Ружа Пигмео – 971. (Название звезды и прочее я довожу до вас сразу, молодой разумный. Но Исмаэл, само собой, простодушным дураком не был. И не сообщал мне до совершения сделки никаких конкретных данных.) В системе этого странного красного карлика не было ничего. Ни планет, ни астероидов, ни даже космической пыли. Имелась там разве что, если верить Звездной Карте, одна-единственная короткопериодичная комета под названием Солеца. Но и та в данный момент находилась далеко от Светила. Матросы, следящие за пространством, были в восторге от лицезрения абсолютной пустоты после Скопищ Ледяных Глыб.

Но вскоре одна из Пищух Дальнего Поиска обнаружила таки некий объект небольшой массы. Любопытства ради к находке послали прогулочную мини-Манту. Объект – исполинский кусок Серой Амбры сюрреалистической формы – подобрали и доставили на "Титан". Находка никого не удивила – время от времени в пучинах Космоса находят куски Серой Амбры. (Подобно тому, как иногда на берегах морей разумные подбирают прибитую к берегу волнами Амбру обычных океанических Китов.)

Только всесторонне эрудированный Исмаэл смекнул в чем дело. Молодой Сциисто догадался, что систему Ружа Пигмео время от времени "чистит" Грезящий Кашалот. И появляется Кашалот в окрестностях красного карлика не как придется. А подгадывает к именно тому моменту, когда комета Солеца приближается к Светилу и обзаводится пышным хвостом. Сей хвост и является вожделенной добычей Кашалота. Создаваемой Спермацетовым Мешком гравитационной воронкой Кашалот засасывает в себя нужные ему частицы воды и "вкусные" пыль и газ из хвоста космической странницы. И то хлеб: не одними же Грезящими Кальмарами ему пробавляться…"

Вдруг раздались тревожные вопли, издаваемые Жабой-Ревуном. И почтенному Тшу-рику пришлось прервать чтение письма бедняги Ахафа. Капитан Глоко и Погонщик Чирграг бросились к Крыльям Бабочки-мимикроида. С помощью Жабы-Ревуна их экстренно вызывал на связь Кучер Сэлифан. Что ничего хорошего не предвещало…

7.

Как выяснилось, "Железная Бабочка" угодила в Штормовую Несуразность Эфемерного Облака. Прямо как описанный в послании Ахафа невезучий "Титан". И экипажу пришлось срочно принудить Грезящую Манту "вынырнуть" в обычное пространство. Благо область Сгущенного Молока осталась позади. Но Хрен Редьки не сахаристее: "Железная Бабочка" всплыла посреди гигантского Скопища Ледяных Глыб. Опять таки повторив действия, приведшие к трагедии бедняги "Титана".

Бросив не очень любезный взгляд на затихшего за столиком Тшу-рика, суеверный Капитан Глоко подумал: "Неужели на "Железную Бабочку" перешло Проклятие этого демонического Грезящего Кита "Титана"? Этого нам еще не хватало…". Но вслух раздосадованный хлофиллианин, разумеется, ничего не сказал. В критической ситуации Лунную Рыбу раскачивать не стоило. Однако краешком сознания, где зачастую таятся недостойные благородного разумного мысли, Глоко все-таки вскользь подумал, что почтенному Тшу-рику лучше было бы остаться на Гурге – 3.

Погонщик Чирграг тоже нелестно отозвался в мыслях о столь настораживающем совпадении. Но в пику Капитану Глоко воздержался скрещивать антенны-усики в какие-либо знаки. Лишь пнул с досады первого подвернувшегося под ногу-лапу Муравьишку-Катшета.

Около двух стандарт-часов "Железная Бабочка" маневрировала в ледяном хаосе Скопища, успешно уворачиваясь от всевозможного размера Глыб. И "нырнула" обратно в Эфемерное Облако, лишь когда в специальном Аквариуме раскрыл створки Эфемерный Моллюск. Это означало, что в гиперпространстве наступило долгожданное затишье…

Однако до участков Космоса в обычном пространстве, где можно безопасно заняться поисками на шкуре "Железной Бабочки" подсаженного Пиратами Звездного Маяка путь было еще далековато. Так что волей-неволей придется пока лететь с Пиратским Маяком на борту. И этот факт весьма тревожил как Погонщика Чирграга, так и Капитана Глоко.

Молодой Сциисто, конечно же, уловил признаки недовольства в настроении товарищей. Отложив недочитанное послание Капитана Ахафа в сторону, направился к Генератору Пищи. И к тому времени, как Глоко и Чирграг покончили с многотрудной навигацией в Скопище Ледяных Глыб, на столике-панцире их ждал прямо-таки королевский десерт. Свежайшие булочки из запеченной Пшеничной тюри с Корицей – для себя и Капитана Глоко. И клубничное желе – для Погонщика Чирграга. К кушаньям прилагался горячий, ароматный Кеффо, обильно сдобренный коньяком. Да уж, Дышашей Невидимым Жаром Ящерице пришлось поработать…

При виде чудесных яств от зародившейся было между друзьями неприязни не осталось и следа.

Пока Глоко и Чирграг не торопясь лакомились десертом, почтенный Тшу-рик, наскоро перекусив, продолжил вслух чтение письма Капитана Ахафа:

"Знание места, где появляется Грезящий Кашалот в определенное время, дорогого стоило. Тем более, что Исмаэл просил за координаты Пастбища всего лишь 5% стоимости взятой с Кита добычи. И лишь в том случае, если добыча будет как таковая… Разумеется, молодой Сциисто должен был сопровождать меня в путешествии в качестве заложника. Это на случай, если он просто заманивает меня в Пиратскую ловушку. Мы подписали договор Кровавыми Чернилами и ударили по рукам в присутствии Гунома-нотариуса. После чего Исмаэл предоставил мне Звездную Карту с уже проложенным маршрутом к Ружа Пигмео – 971.

Карта пришлась очень кстати. Тот Домен Космоса просто кишел опасностями: Сгущенное Молоко, Скопища Ледяных Глыб и прочее. Да и в Эфемерном Облаке в тех жутких местах была далеко не благодать. С редким передышками там свирепствовали затяжные Штормы. Из Звездной Карты я узнал, что комета Солеца сейчас находится в перигелии. То есть – в ближайшей к звезде Ружа Пигмео – 971 точке своей орбиты. Из чего следовало, что хвост у кометы в данное время наибольший из возможных. И Грезящий Кашалот, скорее всего уже вовсю "лакомится" частицами газа и пыли из хвоста Солецы. Разве что иногда отлучается в Эфемерное Облако перекусить Грезящими Кальмарами.

Моя Китобойная Грезящая Манта по кличке "Что-нибудь", в принципе, была готова к отлету в любой момент. Процедуру кренгования только что прошла. Накормлена до отвала Комби-Кормом. Небольшой Зоб был в достаточном количестве наполнен припасами, вакуолями с водой и пустыми Дубовыми Цилиндрами для Ворвани. Каждая из двух модифицированных метательных Ноздрей "Что-нибудь" заряжена спящим до поры, до времени в Благом Сне гарпунным Марлином.

Да вот беда – все 12 разумных различных Рас, из которых состояла моя команда, находились в отпуске. (Не считая, конечно, Церебрального Червя-кукловода, который вне мозга Манты жить не может).Благо бы они, как обычные матросы с Китобойных Мант, пропивали заработанное в тавернах Космопорта. Тогда бы уж я нашел способ уговорить их перенести отпуск. Но мне команда попалась не от мира сего – сплошь члены религиозной секты "Круглый Год".

Как на грех, на Нанта-Кетте как раз заканчивался планетарный год. И мои идиоты – все 12, обрядившись в вычурные ритуальные одежды, удалились в заснеженный лес подальше от Космопорта. Там они разожгли костер и, передавая друг другу некий дурацкий, но, якобы, священный посох, пытались колдовать. Целью сего идиотизма было сменить в выбранной ими локации зиму на весну. Чтобы, значит, снег растаял и Подснежники расцвели. И к ним явилась за Подснежниками прекрасная дева – вот какой только Расы? – с корзинкой в руках… Забава эта должна была продолжаться до Дня Старого Нового Года.

Сами понимаете, отвлечь фанатиков от такого "наиважнейшего" дела у меня не получилось. А ждать своих глупых матросов две стандарт-недели было никак нельзя. Комета улетит, и Грезящий Кашалот вместе с ней. Пришлось мне отправиться в ближайший бар и набрать команду на один рейс из местного спившегося отребья.

До системы Ружа Пигмео – 971, несмотря на сложнейшие в том Домене Космоса условия навигации, добрались без особых проблем. Слава Творцу, от Нанта-Кетта нужное место не так уж и далеко находилось. Да и списанные с Мант-Китобоев за пьянство матросы, в принципе, дело знали. Разве что мне пришлось несмотря на всеобщее негодование до конца рейса ввести на "Что-нибудь" Сухой Закон.

Комета Солеца в точном соответствии с данными из Звездной Карты почтенного Исмаэла находилась в перигелии относительно к Светилу. Ядро, кома, – все при ней… Правда, насчет хвоста я не был уверен. Хвост кометы хорошо разглядывать издалека. Лучше всего – с 8-10 миллионов стандарт-километров. Но есть ли вообще хвост у Солецы? Его вполне мог сожрать Кит.

Нашей основной цели – Грезящего Кашалота, как не старались Пищухи Дальнего Поиска, обнаружить не удалось. Кашалот, видимо, отлучился в Эфемерное Облако для кормежки. Я решил – нужно подождать.

Скоро одна из Пищух засекла неподалеку от "Что-нибудь" некий малоразмерный объект. "Амбра!" – воскликнул Поводырь Пищухи, оранжевокожий матрос по прозвищу Апельсин. Я немедля послал за находкой на Малой Лунной Рыбе двоих матросов-хлофиллиан в экзокостюмах-Лягушках.

Однако нашей добычей оказался вовсе не кусок Амбры. А смерзшаяся в вакууме свежая куча помета Грезящего Кашалота. Свежесть испражнений означала, что Кит находился в данной точке пространства совсем недавно. Ком помета скурпулезно исследовали. И обнаружили в нем помимо останков непереваренных Грезящих Кальмаров четыре крупных алмаза редчайшего красного окраса. Команда была на седьмом небе от счастья!

Но в это время совсем недалеко от "Что-нибудь" материализовался хозяин здешних мест. Судя по картинке на Крыльях Бабочки-мимикроида – Грезящий Кашалот воистину исполинских размеров…"

При упоминание об алмазах Капитан Глоко и Погонщик Чирграг, что называется, "навострили уши". (Причем господин Глоко – отнюдь не в переносном смысле.) Тут же позабыв о трапезе, компаньоны одновременно потянулись к приложенной Капитаном Ахафом Звездной Карте.

Не прошло и половины стандарт-минуты, как гигантский разумный Муравей воскликнул:

– Мы же совсем рядом с Ружа Пигмео!

А Капитан Глоко, исторгнув носовым раструбом Руладу Удивления, добавил:

– И комета Солеца на данный момент тоже находится в перигелии… Читайте же скорее, почтенный Тшу-рик, что там дальше почтенный Ахаф про Кашалота пишет…

8.

Но сразу продолжить чтение письма Капитана Ахафа не получилось.

Знание того, что где-то неподалеку можно разжиться горстью-другой баснословно дорогих алмазов, не на шутку взбудоражило умы членов экипажа "Железной Бабочки". Пусть даже эти алмазы будут "упакованы" в испражнения Грезящего Кашалота – ценности камней это нисколечко не умаляло.

Капитан Глоко покрылся желтыми пятнами от поразившей его скоротечной Золотой Лихорадки. У почтенного Тшу-рика запотели Стеклянные Усилители Зрения.

Погонщик Чирграг, хаотично шевеля антеннами-усиками, вскочил из-за столика панциря. И принялся молототь когтистыми пальцами по рунным Жучкам под Крыльями Бабочки-мимикроида. Ему не терпелось уточнить у Кучера Сэлифана расположение "Железной Бабочки" относительно Ружа Пигмео – 971.

Чтобы хоть как-то успокоиться и осмыслить новости, Капитан Глоко выставил на столик-панцирь Желудок Богодула с отменным планетарным ромом. (Гидропонический ром экипаж "Железной Бабочки" выпил весь до капельки в злополучном крайнем рейсе.) Разумные выпили по чашечке, закусив для снижения накала чувств корневищами Валерианы. После чего почтенный Тшу-рик в который раз продолжил чтение письма бедолаги Ахафа:

"Грезящий Белый Кашалот нам на беду оказался не из пугливых. Едва завидев нашу старушку "Что-нибудь", не раздумывая, бросился в атаку…

Я и прочие члены команды, в принципе, были готовы к такому обороту дела. Небось не к родительнице жены лепешки кушать летели. Гарпунные Марлины были заранее разбужены и накормлены. Пусковые Ноздри Манты – накачаны Жабами-насосами сжатым воздухом до предела. Я немедленно отдал приказ на запуск Марлина из правой Ноздри. А чуть погодя велел выпустить гарпунного Марлина из левой Ноздри.

Выбитые из Ноздрей чудовищным напором тут же замерзающего в вакууме воздуха, Марлины один за другим устремились к вожделенной цели…

Но белое чудовище запуск рыб-гарпунов нисколечко не смутил. Мгновенно созданным гравитационным щитом Кашалот отвел от себя первого Марлина. Второго тоже почти успел сбить с курса – тот лишь сумел пропороть ему правый бок жестким спинным плавником. Еще одного шанса убить себя Грезящий Кашалот Марлинам-камикадзе не дал. Поймав их гравитационной воронкой, направил прямиком себе в пасть. Резким смыканием челюстей Кит без особых усилий поочередно сломал хребты Марлинам. Затем, взбешенный болью в пропоротом плавником одной из рыб-гарпунов правом боку, яростно набросился на бедняжку "Что-нибудь"…

Первым же ударом массивной прямоугольной головы Кашалот нанес Грезящей Манте несовместимые с жизнью телесные повреждения. В коридоры-бронхи "Что-нибудь" хлынули реки крови. Почти сразу же пропала гравитация. Обезумевшие Двайсы и Ютилы тщетно метались в невесомости по звездолету в поисках спасения.

Я немедленно приказал команде покинуть бьющуюся в конвульсиях Грезящую Манту. Матросы, пробивая себе путь через орды взбесившихся Двайс и Ютил ножами для разделки китового мяса, устремились к Большой Грезящей Лунной Рыбе. Сам я чуть задержался, чтобы, внемля голосу разума, вооружиться крохотным, но действенным Жалящим Скорпионом. (Увы, как я уже писал, команда у меня в этом рейсе была не очень надежная.) Не забыл я, само собой, прихватить из Моллюска-сейфа мешочек с найденными в экскрементах Грезящего Кашалота алмазами.

Нам на беду Большой Грезящей Лунной Рыбе тоже досталось от Кашалота. Лететь на издыхающей Рыбе по колено в токсичной крови, ясное дело, никто не хотел. И экипажу пришлось срочно перебираться на Малую Грезящую Лунную Рыбу. Ту самую, часть ресурсов которой мы уже использовали, вылавливая из пространства помет Кита. Зато уже "разогретая" Лунная Рыба покинула потроха агонизирующей "Что-нибудь" столь быстро, насколько это было вообще возможно.

Это нас и спасло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.