Аглая Отрада
Новогодняя авантюра, или Любовь с проблемами

Глава 1

– Встречают по одежке, о книге судят по обложке! Запомни! Завтра же едем в аутлет и одеваем тебя достойно. Между прочим, там подбирают одежду для лохушек из «Перезагрузки» и делают из них шикарных красоток. Но на передачу я тебя не могу отправить. Очередь там потому что, а у нас Новый год на носу. Нам нужны роскошные мужчины, и очень важно – на самую главную ночь. Как Новый год встретишь, так его и проведешь! И я провозглашаю – с кем встретишь, с тем и проведешь.

– Юлька! Какие мне шикарные мужчины? Бледная немочь, бледная поганка, серая мышь – ты же знаешь, какими эпитетами меня Валерик наградил! – пытаюсь возмутиться, но хлесткие, обидные до соплей слова бывшего любимого словно бледно-серой пылью присыпали всю мою жизнь, лишив возможности не только ей радоваться и думать позитивно о будущем, но и возможности сопротивляться.

– Скажи спасибо, что не наградил ничем другим! А то б ты со мной не в Сочи летела, а в кожвен. Не, ну каков козел? Я всегда тебе говорила, что чужой волос в постели может означать только одно! Это чужой волос в постели! И никакое «Я в пиджаке завалился на кровать, а на него, наверно, в лифте прицепился. Знаешь же, там как селедки в бочке!» – скопировав моську примитивно оправдывающегося Валерика, Юлька продолжила бухтеть, как «наши корабли бороздят просторы Вселенной»: – Нельзя мужикам верить совсем! Только учет и контроль! Ты в его телефон хоть раз смотрела? Хотя чего тебе проверять! Тебя ж не фиг делать убедить, что слово «стояк» в смс-ке – это всего лишь термин сантехников, главная труба.

   Подруга во многом была права. И нелепые объяснения, почему черный длинный волос на пододеяльнике, и бесконечные сверхурочные, и корпоративы, на которые жен и подруг не берут, просто кричали о лжи. Я тяжко вздохнула. У меня уже была не депрессия, когда свет не мил и ничего не хочется. Я зависла в постдепрессивной стадии, которой, наверно, не бывает. Но у меня бывает то, чего у других не бывает.

   Почему из всех институтских подружек одна я оказалась у зебры под хвостом, когда кончились и белые, и черные полоски?! И я зависла в стабильности.

   Вселенная щедра. Она исполняет желания и реализует все наши утверждения. Даже если мы произносим их дурачась. Или это мне одной так «свезло», что на мне отрабатываются все законы Жизни? Я избранная? Слабое утешение. Я просто лузер. Неудачница, у которой бутерброд всегда падает маслом вниз. И причем не на газетку.

   Кто мог подумать, что наша институтская присказка шлепнет именно по мне? Завалившись в кафешку после сессии, мы напускали на себя вид утомленных жизнью леди и томно, перефутболивая друг другу, произносили: «Жизнь прошла и не удалась». Да и так совали куда надо и куда не надо. А я, получается, запрограммировала себя, что ли? Кто – то удачно замужем и кучу детей нарожал. Маринка уже до завуча доработалась. Динка вообще в департаменте юбку протирает – влиятельный любовник постарался.

   Хорошо, что я не пошла на очередную встречу нашей группы. Смотрела в одноклассниках фотки, и хотелось удавиться, потому что все сытые и довольные. А мне не то что похвастаться нечем, мне даже стыдно рассказать, до чего я дожилась! Несчастная брошенка без работы и определенных перспектив на ближайшее будущее. Тут же хотелось прямо поковыряться в душевной ране и дорисовать картину – с разбитым сердцем, неуверенностью в завтрашнем дне и подорванной верой в людей. В общем, полный бесперспективнячок.

   И поэтому нужно как-то дать понять, что все Юлькины планы насчет меня просто нереальны. Хотя спорить с ней – это все равно, что пытаться танк плевком остановить. Выдаю отмазку, в которую сама не верю. Не верю, что в моей цементно – серой жизни что-то изменится.

– И вообще, мне не нужен богатый! Я хочу настоящей любви, честности, верности, заботы!

– Пфф! Ты глянь какая цаца! – предельно емко выразила свое отношение подруга. И тут же резанула правду – матку, чтоб встряхнуть тушканчика тупоголового, которым считала меня. – Не хочешь богатого? Ну-ну! Ты влюбилась в перспективного, но нищего студента, тащила его на свою жалкую зарплату, верила и вдохновляла. И что это тебе дало?

   Я горько вздохнула. Какой раз она возит меня мордой лица по этому дерьму, под названием Валера. Господи! От одного имени передергивает. Valerius – означает «быть сильным, здоровым». И он точно соответствовал этой части значения.

   Валерик следил за здоровьем так тщательно, словно Минздрав и Минтруд ему приплачивали за это. Он утверждал, что внешний вид и здоровье – это главный ключ к успеху.

   Правильно, согласна на все сто – если свой ключ сунуть в нужное место! Вот он и сунул его в замочную скважину своей начальнице, которая старше его на десять лет. И теперь живет не в моей убогой однушке, а в престижном коттеджном поселке, на работу ездит не на метро, а на новеньком мицубиши паджеро. И фрэши по утрам ему готовит не влюбленная дурочка, а домработница. Господи, какая же я все-таки дурочка!

   Я с восхищением смотрела, как этот Аполлон утром выходил из душа в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Каждая мышца так и просила потрогать ее, кубики притягивали взгляд, а уж косые мышцы живота, сверхмощным магнитом утягивающие взгляд под полотенце – это вообще м-м-м.

   Хотя… Несмотря на мое подавленное настроение, я все ж злорадно фыркнула – Аполлон из Валерика был классический. В том смысле, что его мужское достоинство, как и у античного божества, тоже можно прикрыть фиговым листочком. Нет, когда безумно любишь, то на такие мелочи внимания не обращаешь. От этих неожиданно заползших мыслей, я едва не хрюкнула. Ну надо же, какая игра слов получилась – я и не обращала внимания, что то, чем он гордился, как золотым кубком, было по факту мелочью. Это мне Юлька глаза открыла, как бывает у других.

   Но мне ничего не нужно было, ни умопомрачительные оргазмы, ни фантастические прелюдии. Я просто любила его и принимала все, как есть. С радостью и восторгом. Сдержанные ласки, скупые, как с барского плеча комплименты – причем не мне, а моему умению готовить, убирать, наводить порядок…

   И ведь Юлька предупреждала!

   Черт! Ну откуда она могла знать, что через пару лет нищий, приехавший из глубинки юноша с телячьим взглядом и умопомрачительной ямочкой на подбородке превратится в циничного жиголо?! Или нет, он же не со всеми. Он как цирковой акробат – с трамплина «меня» перепрыгнул на более высокий и скорей всего, на этом не остановится. И из одной постели прыгнет в другую, более комфортную.

   Я смачно окунулась в мутную лужу под названием «жизненная правда», и она оказалась такой теплой и все объясняющей, что я, как поросенок, могла только переворачиваться в ней с боку на бок и упиваться собственный ореолом мученичества.

– Катька, твою дивизию, ты меня слышишь или нет?! – вскрикнула подруга.

– Юльк. прости, я про Валерика вспомнила, и опять стало тошно.

– Чего его вспоминать? Ты должна забыть его, как страшный сон. Или нет. Лучше представь, что ты написала книжку, которая тебя очень вдохновляла, потому что героиня такая же, как и ты, растяпа в розовых очках. И у нее конец плохой. Но читателям понравились твои страдашки, они начали забрасывать издательство письмами, требуя продолжения и хэппи энда, и теперь ты получила еще один контракт с уважаемым издательством. Поэтому твоя задача, написать такое продолжение, чтоб все ахнули. Так что вперед!

   Удивительное дело. Юлька – моя школьная подруга. Особых склонностей к образному мышлению, да и к получению знаний вообще у нее тогда не наблюдалось. А сейчас она меня просто поражает. За те несколько лет, что мы жили далеко друг от друга, она неузнаваемо изменилась.

   Закончив с грехом пополам медколледж, она устроилась работать массажисткой в дорогой салон. Это официальная версия. Но по ходу, там была еще какая-то фишка, за что платили хорошие деньги. Но подруга пошла туда не из-за денег. Имея пьющих родителей и прописку в Бутово, она поклялась себе вырваться оттуда любыми путями. И видела только один путь – подцепить богатого мужика.

   И шансы у нее были высоки. Высокая, темноволосая, она была похожа на Сальму Хайек. Только более стройная и молодая. Оторвистая, хваткая и циничная. Что в наше время является просто необходимым условием выживания.

   Не проработав и месяца, она перебралась в хорошую квартиру в центре Москвы, которую арендовал ее любовник.

   Сытая жизнь и много свободного времени позволили ей подтянуть свой уровень. Она буквально вгрызалась в знания, потому что понимала: красивая кукла для мужика – это всего лишь красивая кукла, которая быстро надоест. Цеплять нужно умом, интересным разговором. Нужно быть самодостаточной, иметь увлечения и вызывать у мужчины уважение.

   Поэтому она получила высшее образование и пробежалась по тренингам личностного роста. Но, несмотря на этот самый рост, она по-прежнему была уверена, что работать на кого-то, живьем закапывая в могилу свою молодость и радость жизни, она не будет. Главное, удачно выйти замуж. Ее смело можно было назвать путеводителем по лакшери миру.

   Правда, сейчас она снова оказалась почти у разбитого корыта. Ее любовник оказался обладателем трех великовозрастных детей от разных браков, и связывать себя четвертым вообще не собирался. А роль любовницы на птичьих правах ее не устраивала.

   И Юлька, понимая, что красота – это скоропортящийся продукт, начала искать более подходящий вариант. Но возвращаться в салон и снова разминать чужие спины и задницы ей совсем не улыбалось. И тут она, на мою бедную голову, случайно встретила меня. Мой понурый вид и ее собственное стремление по полной использовать золотую кредитку «Молодость», которую можно получить лишь однажды и ненадолго, сподвигли ее на авантюру. Я расцениваю это так.

   Приглашать меня на сафари на мужиков – это полностью провальная идея. Однако Юлька, обладая несокрушимой верой в свое умение использовать любую ситуацию себе во благо, так не думает. А спорить с ней – только время и силы терять. Ее не переубедить, тем более мне. Да чего говорить, и раньше я была овечка овечкой, чем пользовались все, кому не лень.

   Неудобно отказать, неудобно сказать нет. И на работе вовсю на мне «катались» Где нужно заткнуть дырку – «Екатерина Олеговна, лучше вас это никто не сделает!» И ведь, гады, были правы, потому что синдром отличницы, как стальной корсет, не позволял отклониться ни влево, ни вправо от поставленной задачи. И я выкладывалась. В общем, «У кого нет коня – садитесь на меня».

   После Валерика я поняла, что нельзя быть такой, но наверно, уже поздно.

   Стальной корсет, удерживавший меня в состоянии «надо», рассыпался, развалился на несобираемые кусочки, а поскольку я была яркой представительницей семейства бесхребетных, то, получается, лишилась опоры полностью. И мягкой, несчастной тряпочкой просто стекла на диван и перестала чего-то хотеть.

   Но Юлька – человек дела, если она решила, что ей нужна компаньонка, она сделает ее из любого подручного материала. В данный момент – из меня.

   На каждый мой аргумент она находит два контр- аргумента.

– Юль, я с тобой рядом буду смотреться как бедная родственница. Тебе за меня стыдно будет.

– Катька, разуй глаза! Из тебя такую конфетку можно сделать! М-м-м-м!

   Добавила оптимизма, ничего не скажешь… Значит, я сейчас самое настоящее «г…», из которого можно сделать конфетку.

   Я насупилась, однако Юлька вцепилась в меня, как бультерьер. Либо я ей и правда нужна, либо вспомнила, что в школе у меня все списывала, и решила отблагодарить. По – своему. Не спрашивая моего мнения, причинить мне добро.

– Нечего кислую моську строить! Я по существу. Ты получила хороший урок, и теперь у тебя есть возможность начать жизнь заново.

– Возможность есть, сил нет, – я подтянула коленки к груди и обхватила их, образуя свой «домик».

– А если будешь жалеть себя и закидываться шоколадками, то она точно не появятся. Как велосипед – едет, пока крутишь педали. Остановился – все, трындец, свалился. Так что давай поднимай свою мадмуазель «жёпю», и начинаем крутить педали. У тебя есть все. Посмотри. Натуральная платиновая блондинка, чуть – чуть ухода, и бесцветные волосенки превратятся в шелковую гладь. Личико чистое, выражение побитой собаки меняем на таинственность. У тебя глаза – «два бриллианта три карата»

   Я фыркнула от смеха.

– Юльк, ты супер мотиватор, но вот комплименты – это не твое. Карат весит ноль целых, два десятых грамма. И три карата – это даже не щелочки. Это глаза мухи или комара. Кстати столько же весит семечко рожкового дерева, которое называют хлебным, и из него делают массу вкуснейших и полезнейших …

– Ой, всё! Я знаю вес карата! – не совсем вежливо перебила она меня. – А ты мне училку включила?! Или ты снова в школу хочешь?

– Бьешь лежачего, – поморщилась я, словно от зубной боли. Вспоминать о школе не хотелось совсем.

– Ладно, не буду, только переставай нудить. У тебя очень красивые глаза, миндалевидные и цвет потрясающий. Бывает, когда ты радуешься.

– Ну, пока я не вижу повода для радости.

– Мы летим в лучший отель. Будем кататься на горных лыжах. Обедать в ресторане. И вокруг будут молодые успешные мужчины. Спортивные и щедрые.

– Это ты сейчас медитируешь?

– Ну насчет щедрых, да. Остальное – факт.

– Почему факт? И кстати, почему Сочи? А не дешевле было бы за границу, в ту же Турцию, на Кипр? Я до Валерика даже загранпаспорт сделала. Правда, так и не воспользовалась им.

   Юлька с сочувствием посмотрела на меня, как на слабоумную.

– Катерина, я сказала, мы едем за успешными мужчинами. Которые делают бизнес, а, значит, они активны. А Новый год в Турции, на Кипре – это для пенсионеров – иностранцев или наших любителей поесть – посидеть в баре – нахрюкаться. Есть, конечно, вариант найти богатых и активных в Куршевеле или в Сент-Моритце, но у тебя нет шенгена, раз, а два – у нас не хватит денег.

   Понимаешь, люди, как рыбы, живут в своих аквариумах. Одни в больших, просторных, красивых. И их там немного, они не толкаются, а плавают в свое удовольствие. Другие аквариумы поменьше, рыб там побольше, но тоже красиво. И третий вид аквариумов – это самый отстойный, где рыбы много, там тесно и убого, и поэтому они там злые и недовольные, потому что мешают друг другу.

   Так вот вся фишка в том, что люди из разных аквариумов не пересекаются. Они ходят в разные магазины, в разных местах отдыхают, посещают разные мероприятия. И чтобы познакомиться с обитателем просторного аквариума, нужно попасть туда, где его можно встретить. То есть в его аквариум. Поэтому мы летим в Сочи. Поняла?

– Я согласилась только потому, что не хочу встречать Новый год в одиночестве.

– Ну, начнем с того, что у тебя не было выбора.

– А если бы я не получила расчетные?

– Я б тебе заняла, а ты б отдала потом, когда, нашла бы мужика.

– Рискованное было б дело, надо отметить, с мужиком я тебе уже сказала – это мимо. Просто буду гулять и покатаюсь на канатке, – снова пытаюсь я вернуться к началу разговора и объяснить подруге, чтоб не сильно на меня рассчитывала. – К тому же, ты быстрей кого-то зацепишь без меня.

– Слушай, прекрати учить профессора, а? По одиночке мало кто приезжает на отдых. А те, которые нам нужны – подчеркиваю – свободные успешные мужчины, приезжают компанией, чтоб встретить Новый год не в городской слякоти, а в удивительно красивом месте. И там же поработать. Я, конечно, могу влиться в эту самую компанию, но двоим это сделать легче. Ты знаешь, какие миллионеры пугливые? Как олени! Чуть ветка хрустнет, они в бега. А так – компания к компании – просто провести время. Это они так должны подумать, а мы сачком накрываем и подсекаем!

   Видя мое удивленное лицо, Юлька приняла позу сахарницы, уперев руки в бока, и отчеканила.

– Да, у меня было два любовника. Один охотник, другой рыболов.

   Так что повадки зверей я знаю. А мужчины – та же дичь. И их ловить нужно грамотно. Все, дискуссию закончили. Через неделю улетаем, а мы еще не готовы. Надо еще на новогодний вечер платье в аренду взять. Поедем в Style Night. Аренда, конечно, тоже недешево, но мы ж не кильку едем ловить, а акул бизнеса, а они считывают стоимость наряда, как сканером. И если ты дорого одета, они уже меньше будут думать, что ты охотишься за богатством.

– И сколько стоит прокат?

– Тебе лучше не знать. Но это не тот случай, когда надо мелочиться.

– Ты издеваешься? Знаешь, что у меня только пособие по безработице сейчас.

– Перестань нудить! И с голоду не умрем, и отпразднуем шикарно. Это я тебе гарантирую.

   Юлька уверена в себе, как Конституция, а меня терзают смутные сомнения. И что-что, а вот неприятности, чувствую, она точно может гарантировать. Во всяком случае, для меня.

Глава 2

Наверно, всему виной еще паршивое настроение. Выпроводив подругу, я заставила себя пойти в торговый центр, чтоб купить еды. А то даже угостить ее было нечем. Сама я упивалась кофе в прикуску с пряниками, которыми смело можно было мостовую мостить. Мама приезжала еще летом, и купила зачем-то чуть ли не мешок. Пока у меня была нормальная жизнь, о них никто не вспоминал. Но когда я утонула в депрессии, по нескольку дней не выходя из дома, дошла очередь и до них. Спасибо, природа дала мне великолепные зубы, и я вгрызалась в шедевры тульских кондитеров, как заяц в кочерыжку.

   Как я и предполагала, торговый центр радости не принес, а наоборот, приложил все усилия, чтоб утопить меня в безнадеге.

   «До Нового года осталось пять дней! Успейте купить подарки родным и близким!» – с такой бесячей радостью вещал голос, что хотелось найти его источник и запульнуть чем-нибудь тяжелым.

   Родные и близкие? Я даже с родителями не могу встретить Новый год, потому что не могу признаться в своей глупости. Мама сразу сказала, что Валерик – прохвост. Слишком смазлив, слишком учтив, слишком говорлив. В общем, все слишком. Мы чуть не разругались. И теперь мне одной лучше не попадаться ей на глаза.

   Мама – поздний ребенок у своих родителей, поэтому чуть ли не Сталина помнит и была членом КПСС. Причем настоящим, искренне верившим в идеалы. Отсюда и ее бескомпромиссность, прямота, категоричность в суждениях. Она считает, что правду нужно лупить в лоб. Что это честно и правильно.

   И поэтому мой каждый промах будет озвучен не один десяток раз, сопровождаемый классическим «Я же говорила!»

   Поздравлю по телефону.

   Близкие? С Валериком всех подруг я растеряла. Черт, как можно быть такой дурой? Как можно отказаться от своих интересов? Сложила свою жизнь на алтарь любви, и собственно, раз положила, то она там и сгорела. Алтарь для того и нужен, чтоб жертву на нем приносить.

   Яркие украшения, сверкающие витрины, искрящееся радостью «Джингл беллс» льется из всех динамиков, а мне хочется забраться в лес, под елку и выть на луну. И никакого просвета не видать.

   И я себя настолько «ужалела», что, наверно, забыла о законах жизни. Нельзя причитать и кричать, что ты самый несчастный человек, ибо в один момент все может стать еще хуже.

   И опять закон жизни сработал на мне!

   Купив небольшого курчонка, апельсинов, хлеба, масла, чтобы холодильник не забыл, что он холодильник, я поднялась с минус первого и быстренько потрусила к выходу. Как в заколдованном лесу, я шла, не оглядываясь, чтобы взгляд лишний раз не кололся о чужую радость.

   Как я мечтала выйти замуж, создать свою семью, украшать елку, класть под нее красиво упакованные подарки, накрывать стол и загадывать желания! Но Валерик категорически не хотел детей и говорил, что подарки под елкой – это мещанство. А для меня подарок под елкой – это счастье!

   Можно ли в одиночку построить свое счастье? Сделать себе подарок? Или несколько? Уложить их в одинаковые коробочки, и угадывать, что в каждой из них. Или засунуть туда же бумажки с пожеланиями? Сколько же всего интересного можно сделать в этот самый волшебный праздник! При условии, что тебе есть кого удивлять, есть кого порадовать…

   Я прибавила шагу, потому что чувствовала – еще немного, и я забрызгаю фонтаном слез всю эту счастливую толпу. Однако не зря народная мудрость гласит «Поспешай медленно». Я же «поспешила быстро». На выходе поскользнулась на ступеньках и, больно стукнувшись копчиком, съехала прямиком в большую грязную лужу, огороженную «волчатником» по причине срочной замены плитки.

   Еще по пути, пытаясь задержать свой бобслейный спуск, я руками хваталась за ступеньки, поэтому выронила сумку и пакет с едой.

   От шока первые мгновения я даже забыла, как дышать. Какой позор! Я готова была провалиться сквозь землю и, кажется, уже начала это делать – нашла самое подходящее место, самое мягкое в радиусе пятисот метров. Теперь для слез было оправдание. Горючие, обжигающие, приправленные стыдом и болью, они текли по щекам, размазывая остатки моего самообладания.

– Ну что же вы так неосторожно!! – как гром среди ясного неба, рядом со мной раздался мужской голос. Такой, которым озвучивают рекламу дорогих автомобилей, элитных напитков и парфюма.

   Ну почему не сердобольная старушка? Почему не дородная мать семейства? Те бы точно посочувствовали, и мне не так стыдно было бы…

– А вы считаете, если бы я осторожно села в лужу, было бы лучше? – заикаясь от потрясения, не смея поднять глаз на умника, пробубнила я.

   Щеки моментально вспыхнули помидорной окраской, и от их жара слезы высохли. Господи, как же отсюда убраться куда подальше, чтоб не сгорать от стыда под софитами любопытных глаз?!

– Давайте я вам помогу!

   Мамочки, этот Мистер реклама ставит на мокрые ступеньки красиво упакованные подарки, а именно, коробку с крутой машинкой, очевидно, для сынишки, и на нее еще три поменьше, с бантиками, чем совершенно дезориентирует меня в пространстве, времени и еще в каком угодно измерении.

   Я это выхватила, боясь заработать косоглазие, боковым зрением, и тут же рядом со мной обозначились ноги в ботинках из качественной кожи.

   Как куклу, он подхватил меня сзади подмышки и поставил на ноги, развернув к себе. Большего стыда я, наверно, не испытывала никогда.

– Вы в порядке?

– А как вы думаете? – от отчаяния, как загнанный в угол дикий зверек, я огрызнулась, опасаясь, что он услышит оглушительный стук моего перепуганного сердца.

   Мокрый и пострадавший мой зад и запредельно конфузный конфуз стали причиной превращения самого зефирного и миролюбивого существа, каким я была, в настоящую склочную девицу.

– Думаю, не очень, – в голосе послышалась усмешка. – Хотя, знаете, проведя в торговом центре полдня, можно вообще разучиться думать.

   Удивительное дело – он словно не обратил внимания на мою неадекватную недружелюбность.

– Нужно было за покупками посылать своего мужчину! У нас сил побольше.

   Да он издевается! Вытащил из лужи и считает, что я должна ручки целовать?!

– Женщина вполне может справиться с любой проблемой. Не говоря уже о покупках! Уже давно мужчин называют слабым полом! – неожиданно для себя я начинаю мыслить другими категориями, или это я, практически достигнув дна своего невезения, подсознательно бросаю себе такой спасательный круг? Хотя не могу пересилить себя и посмотреть ему в глаза. Вместо этого упорно разглядываю его подбородок. Волевой, как принято говорить о таких. Почему – то щелкает в мозгах еще одним плюсом – у него нет соблазнительной ямочки. Только отросшая щетина.

   А сам владелец подбородка будто развлекается.

– А вы феминистка, я смотрю?

– Феминизм придумали мужчины, чтобы не платить за женщин! – окончательно вживаюсь в роль буки и только тут соображаю, что он продолжает держать меня за плечи.

– Да отпустите же меня, уже поставили на ноги. Спасибо! – И против воли мое «спасибо» звучит как «козел».

– Я бы хотел убедиться, что вы этими самыми ногами дойдете домой. Давайте я вас подвезу! А то вы еще простудитесь перед Новым годом!

   Я не ослышалась? Он реально хочет подвезти меня? Вроде головой не ударялась, но это предложение поразило меня сильней, чем, если бы сам Дед Мороз на своих оленях подъехал и протянул руку, приглашая в сани.

   Чудесное предложение, но я в чудеса не верю! Господин хороший думает облагодетельствовать, заставить смотреть на себя как на Бога, сделает любовницей, а потом наиграется и бросит. Знаем мы!

– Бесплатный сыр только в мышеловке бывает, знаем мы бескорыстную помощь. Езжайте вон к жене и сыну, – выплеснула я на невинного человека всю свою обиду за ту помойку, в которую превратилась моя жизнь.

   Подхватив авоськи, я гордо развернулась своим мокрым задом и целеустремленно поковыляла прочь.

– Если вам не повезло, не стоит всех мужчин считать козлами! – донеслось мне вслед. И я еще быстрей начала переставлять ноги, чтобы, наконец, скрыться из поля зрения свидетелей.

   И это желание, словно животный инстинкт при виде опасности, гнало меня так, что я не чувствовала боли, не ощущала, что мокрый холод облепил мою многострадальную, как говорит Юлька, «мадмуазель жёпю».

   Юлька…Уж она бы точно нашла выход из этой ситуации с большой пользой для себя. Ну ведь и я же тоже не дура и не хамка!

   В моей начитанной голове сразу, как только миновала необходимость, нашелся нужный файл «Как должна себя вести леди, если попала в щекотливую ситуацию».

   Например, лопнула резинка на панталонах, и они упали? Леди должна переступить и невозмутимо идти дальше, сделав вид, что это не ее вещица. Логично и мне бы похлопать глазками и, как ни в чем не бывало, принять помощь. Можно было б улыбнуться, если было б не так больно, и черт… Интеллигентность в первом поколении не дает автоматического поведения леди и умения держать лицо в любой ситуации. И я такая «ЯВсеЗнаю» вспоминаю то, что нужно, когда уже поздно. А еще говорят, что русский мужик задним умом крепок… И я, как тот мужик, только что опозорилась и вдобавок повела себя, как настоящая хабалка.

   Эта мысль заставила меня очнуться и оглядеться. В порыве отчаяния я побежала, что называется, куда глаза глядят, и в итоге оказалась совсем в другой стороне от той, которая мне нужна.

   Напряжение, державшее меня в кулаке, схлынуло, и я снова разревелась. Размазывая слезы по щекам, я горестно всхлипывала. Что со мной не так? Ясное дело, я бы не села в мокром пальто в наверняка дорогущую машину, но просто по-человечески поблагодарить за помощь и доброе слово? Почему я не переступила «через панталоны» и не иду сейчас с сознанием, что Вселенная поддерживает и протягивает руку помощи? Нет, она – то поддерживает, а я отказываюсь. Как в том анекдоте, где мужик сетует на свое невезение в лотерее, а ему Всевышний отвечает: «Ну ты хоть лотерейку – то купи!»

   Или Юлька – это и есть моя лотерейка?

Глава 3

   Все-таки не зря подруга появилась в моей жизни. Хоть она и критикует, но заставляет шевелиться.

   И сегодня мы шевелимся в сторону аэропорта. Опять ей благодарна. Стыдно сказать – выросла не в лесу, но ни разу никуда не летала. У родителей денег не было. Бытует миф, что у москвичей денег куры не клюют. Безусловно, возможностей в столице много. Но мои из «понаехавших», поэтому всю сознательную жизнь копили то на квартиру, то на дачу. Соответственно, ни приличных вещей, ни путешествий у меня не было. Да и педвуз был выбран потому, что конкурс туда меньше и можно получить высшее образование бесплатно. Мы всегда жили в режиме строжайшей экономии.

   И поэтому сейчас Шереметьево для меня был как царский дворец для холопа, впервые попавшего в такое великолепие. Огромное пространство подавляло, заставляло чувствовать себя беспомощной букашкой. Заветный «дьютик», о котором всегда с придыханием говорили девчонки, и вовсе добивал роскошью и сногсшибательными цифрами со значком евро на ценниках.

   Не говоря уже о многочисленных процедурах, запомнить которые я была не в силах. Я ужиком вилась за подругой, кивала, как китайский болванчик, в окошко паспортного контроля и пребывала в полной растерянности.

   Мамочки! Я первый раз в самолете! Юлька сразу меня предупредила, чтобы через бизнес-класс прошмыгнула, как тень, не глазея на VIP –пассажиров и не привлекая ничьих взглядов. Мало ли, зайдем на верхней станции канатки в кафе и будем изображать ни в чем не нуждающихся, успешных девушек, а тут как на грех тот, кто видел тебя, уныло пробирающуюся в эконом – класс. Все, можешь попрощаться. Первое впечатление нельзя произвести дважды!

   Ну и кто бы сомневался! Будоражащее сочетание двух слов, бизнес и класс, конечно, сделали свое дело. Пройти несколько шагов по этой заповедной зоне – это как раз и было то самое погружение, хоть и мимолетное, в чужой аквариум. В тот, где светло и просторно, красивые растения и сытые, обеспеченные всем рыбки. И я не удержалась.

   Стрельнула взглядом, сканируя небольшой салон, и отметила, что в моем представлении он был более роскошным. А так – просто кресла. Больше привлекали люди, занимавшие их. В голове не укладывалось, что наш билет стоил восемь тысяч, а здесь сто двадцать девять. Не дай Бог, соберемся падать, разницы ж не будет, разве что при экстренной посадке на воду их пригласят первыми. Ну и анекдотическое обращение командира: «Дамы и господа, а также пассажиры эконом – класса» – как не вспомнить!

   Никто из дам и господ этого салона не обращал внимания на ручеек нищебродов, просачивающийся в свой салон. Однако только я подумала, что не засвечусь в своем видавшем виды пуховике перед возможными женихами, как мужчина, сидевший у окна, оторвался от журнала и посмотрел на меня. И что самое паршивое, во взгляде его отразилось искреннее удивление. Наверно, он сомневался, что мне вообще по карману перелет. Ну или что там ему в голову пришло. Одно было ясно, что перед ним, если вдруг он летит на лыжах кататься, уже жизнерадостную сытую бабочку не изобразишь.

   Я залипла, потому что, несмотря на некоторую отстраненность во взгляде, его лицо не имело снобского, высокомерного выражения. Было достаточно привлекательным, но не смазливым, а серые глаза способны были произвести революцию в моей душе и свергнуть тирана, который владел ею до сих пор и истязал ее раскаленными иголками воспоминаний.

   Наверно так выглядит идеальный мужчина – уверенный в себе, спокойный, уравновешенный. Такой, который готов защитить и поддержать, тот, с которым себя можно почувствовать женщиной.

   Все это промелькнуло в голове, прежде чем я поняла, что если и дальше буду глупо таращиться на него, то точно споткнусь. И нас будет разделять не только социальная пропасть, но и мой конфуз.

   Хотя и социальной пропасти предостаточно. И хоть Юлька твердо намерена вернуться в покинутый аквариум для золотых рыбок, я не менее твердо уверена, что мне там не бывать.

   Собственно, обитатели этого аквариума меня могут привлекать только по одной причине – они в принципе не способны бросить женщину, променяв ее на более обеспеченную. А в остальном богатство – это не залог счастья.

   Наверно, я все – таки затормозила, ведя безмолвный зрительный диалог с незнакомцем, потому что ощутила чувствительный толчок сзади.

   Стало опять стыдно – чего таращилась…

   Но вскоре мое «стыдно» сменилось на «страшно». Страшно и будоражаще! Валерик, ржавым гвоздем постоянно сидевший в голове, вдруг испарился и стал таким нереально смешным и ничтожным, что я сама себе не поверила. Куда – то делись изматывающие мысленные диалоги, которые я вела с ним – вот надо было это сказать, а на это возразить вот это. И так бесконечно.

   А тут вдруг, когда заложило уши и под ложечкой образовалась пугающая пустота, я поняла: здесь, в воздухе, изменилось все. Выглядывая в иллюминатор, как дома далеко внизу, я увидела свою жизнь. Сколько проблем создала себе сама, сколько глупостей наделала, чтобы быть хорошей, как не могла радоваться тому, что есть.

   И чем больше самолет набирал высоту, тем легче у меня становилось на душе. Вот он – тот клин, которым вышибают. Яркие ощущения и выход из своего привычного маленького мирка, порой совсем тесного, удручающего, но знакомого, а значит безопасного.

   Сейчас мне хотелось визжать от восторга, совсем как в детстве, скатываясь с крутых горок в аквапарке. Чтобы удержаться от бурного проявления радости, я сжала кулаки, с засунутыми внутрь большими пальцами, и уткнулась в них лицом. Благо никому до меня не было дела, потому что крошечные колокольчики, устроившие в моей душе счастливый перезвон, наверняка отражались на лице.

   Правда, этим колокольчикам много и надо, чтоб радостно зазвенеть. Выбравшись из своего болота, я увидела, сколько всего на свете есть интересного и удивительного. Причем это интересное буквально на каждом шагу…

   По словам Юльки, багаж мы получили очень быстро, что и послужило поводом для дальнейшего моего конфуза.

   Только мы вышли из здания аэропорта, как я, раскрыв рот, уставилась на зелень, не виданные ранее вживую пальмы и олимпийские кольца, греющие душу каждому россиянину.

   И по этой причине не смогла предотвратить катастрофу.

   Пока я ошарашенно озиралась по сторонам, подруга потащила меня к стоянке.

   Черный, словно лоснящийся, как настоящий холеный жеребец, мерседес только что принял в свое нутро пассажиров. На несколько мгновений Юлька опередила захлопывающуюся пассажирскую дверь и успела непринужденно, как положено светской львице, промурлыкать.

– Прошу прощения! Вы не захватите нас с собой? Вы ведь на Красную поляну? – чувство собственного достоинства удивительным образом сочеталось в ней с самой настоящей детской невинностью. – У меня со вчерашнего дня сплошная неразбериха. Заказанный трансфер помощница по ошибке отменила, на «Ласточке » я опоздаю, а такси боюсь здесь брать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.