# 17 дней пути некроманта

Ксения Кураш

Не люблю стоять перед выбором. Не люблю, когда мне навязывают что-то. Не люблю капризных девиц.Вот только нищете плевать на мои предпочтения. Чтобы выжить самой и не дать умереть своим людям, я вынуждена отправиться в путь. Туда, где когда-то я впервые увидела смерть. Туда, где я потеряла свою единственную любовь. Туда, где я стала такой, какая есть.Какой он будет, мой путь? Вернусь ли я?

## 17 дней пути некроманта. Пролог

50 лет назад.

Молодая девушка судорожно пыталась зажать руками страшную рану на груди товарища. Безуспешно. Горячая кровь хлестала потоком, за мгновения унося жизнь из крепкого тела молодого мужчины.

– С… Свияга…,– слова разобрать было сложно. Алая жидкость забулькала в горле, плеснув из уголков губ. Сократившись в последний раз, мышцы расслабились и юный, но такой талантливый маг затих.

Девушке хотелось завыть. Она потеряла последнего друга на этой земле. Не знавшая родителей, выросшая с дедушкой и уже похоронившая его, нелюбимая за свой резкий и независимый характер никем. Она осталась совсем одна.

Уткнувшись в бессильной злобе в пропитанную красным рубаху мага, она тяжело дышала. Внутри горел огонь, магические артерии разрывало болью, по телу пробегали судороги, выворачивая суставы. Глаза. Сильно пекло глаза, но слез не было.

А вокруг продолжался бой. Хотя, это был не бой. Это было побоище.

– Свияга!– вдруг донесся до нее крик их преподавателя,– Свияга, вставай! Сюда, быстро!

И она очнулась. Очнулась, чтобы тяжело подняться и обвести еще недавно дружелюбную поляну совсем другим взглядом. И увидеть то, на что раньше была не способна. Теперь она тоже могла убивать. Не руками, нет. Она видела потоки силы, питающие давно умерших и переродившихся в зомби людей. Могла обрывать эти пульсирующие нити. Развоплощать ныне безумных тварей. И спасать своих товарищей, которые были беззащитны перед ними. Потому что студенты бытового факультета были не обучены сражаться с нежитью. Не позволял этого их дар. И не их это предназначение. А вот она, еще утром бывшая просто ведьмой, уже умела. Но для этого понадобилась смерть Романа. Ее друга. Ее тайной и тихой привязанности, первой девичьей любви.

Свияга подняла руки. В плавном танце кистей засверкало огромное скопление силы. Для уничтожения пятерых зомби, напавших на группу практикантов, приехавших в район Рваных болот, хватило одной только волны. Рык нежити сменился визгом и все стихло. Девушка опустила руки. Она больше не чувствовала угрозы. Эманаций нежити больше не было поблизости.

– Свияга, ты в порядке?– налетел на нее их профессор, схватил за плечи, развернул к себе. И отступил, опешив.– Девочка, твои глаза…

– Смотрите, Свияга теперь некрос!– раздался голос кого-то из парней.

Кто-то из девчонок взвизгнул, кто-то ахнул. Но ей уже было все равно. Она чувствовала свою силу. И боль. И смотрела теперь на мир подернутыми тьмой глазами.

Как и завещал когда-то дед, наследие рода Дайдрейн проснулось в ней через любовь и смерть.


***


Поверхность воды была спокойной. Налетавший периодически ветерок подергивал ее поверхность мельчайшей рябью, но породить волну не мог. Рассевшись по кустам и на тонких ветках молодых деревьев, непуганые пичуги встречали поднимающееся солнце своими звонкими трелями. Вдоль берега этого прозрачного озерца еще можно было угадать колею давно заброшенной дороги. Прошло уже более полувека, как по ней прокатились колеса последней телеги и подковы лошадей оставили свои отпечатки в пыли.

Вездесущий бурьян завоевывал землю, которую укатывали и утаптывали годами. Сантиметр за сантиметром он вспарывал почву и распространял свои щупальца-корни. Природа могуча. Когда исчезает человек со своим безудержным желанием разрушать и перекраивать под себя – природа начинает залечивать свои раны, как будто торопясь стереть следы его присутствия.

Несчастье, которое произошло здесь почти полвека назад, вынудило людей покинуть эти места. Были брошены поселения, плодородная, возделанная земля. Испуганный скот разбежался по окрестным лесам, погибая от голода или в зубах хищников.

Королевские маги, участвуя в эвакуации, придирчиво досматривали каждого человека. Любого, на чей счет возникали малейшие сомнения – убивали. Это было страшное время. Страшное горе. Молва, разносимая выжившими по всей стране, причудливо деформировалась и приобретала новые пугающие подробности. Те же, кто знал правду, молчали.

В Ведомстве Магии все бумаги, связанные с происшествием в местности Рваные болота, были засекречены до сих пор. Огромный сейф могли открыть только Советник и Король. Но уже много лет в него никто не заглядывал.


Справка:

– Государство Ромта.

– Столица: Ромпас.

– Король: Апполион Гадрест Ромтийский

– Королева: Луиза Гадрест Ромтийская

– Принцесса: Эмма Гадрест Ромтийская

– Советник Магии: Данияр Вудрон

– род Дайдрейн – боковая ветвь королевского рода. Основатель добровольно отказался от права на престол, получив взамен возможность развивать магическое могущество беспрепятственно. Связаны клятвой ненанесения вреда правящему роду.

## Глава 1

День первый.

1.1.

Казалось, этот день никогда не закончится. С самого утра три секретаря несли и несли документы. Практически каждый листок имел пометки "Срочно" и "Секретно". А значит, передоверить их было невозможно. И Король работал. Не отвлекаясь на посещение столовой, не принимая посетителей, не поднимая головы.

Забот в государстве всегда хватало. Вопреки расхожему мнению простого люда, жизнь главы государства это не постоянные празднества и увеселения. Это огромная ответственность и тяжёлый душевный груз.

Во второй половине дня, когда большая часть дворянских отпрысков-шалопаев только продирает глаза после ночных кутежей, в кабинет к Королю явилась Её Величество Королева.

– Ваше Величество, вы сегодня совсем не выходите.

Еще один документ получил необходимую резолюцию и росчерк пера, подтверждающий её законность, и лёг в стопку на край стола. А Король, вздохнув и потянувшись, поднял взгляд на супругу:

– Луиза, ты же знаешь, я занят. Что ты хотела?

– Я вовсе не хочу Вас отвлекать. Но срок уже подходит и я обеспокоена. Вы нашли решение?

Король поморщился. Он прекрасно понял, о чем говорит жена. Этот вопрос занимал его не меньше. А как устроить это дело, пока в голову не приходило. Слишком опасно. Слишком рискованно. Но необходимо.

– Пока нет. Если б нашёл, я бы обязательно тебе сказал.

– Что же нам делать,– Королева нервно сцепила руки.– Девочка нервничает.

– Неужели?– хмыкнул Его Величество.

– Не иронизируйте, прошу вас. Да, она нервничает. В конце концов, от этого зависит её будущее!

Король на это только покачал головой.

– Пожалуйста, мой дорогой супруг,– голос женщины драматично задрожал,– придумайте что-нибудь. Вы же просто гений.

Такая грубая лесть заставила Короля поморщиться:

– Луиза, как только я что-то решу, ты узнаешь об этом первая, обещаю. А сейчас оставь меня, у меня ещё много дел.

Ее Величество тут же подскочила с кресла:

– Конечно, мой Король, не буду вас отвлекать.

Разглядывая закрывшуюся за женой дверь, государь Ромты думал об их проблеме и о необходимости её срочного разрешения.

Королева была права. Если все уладится, это принесёт стране и его семье только пользу. А ему спокойствие.

Позвонив в колокольчик, он вызвал одного из секретарей:

– Позови ко мне Советника Магии.

Юноша кивнул и бросился исполнять поручение. Указанный чиновник явился через десять минут:

– Ваше Величество?

– Садись, Данияр,– Король махнул рукой в сторону кресла.– Ты думал о моей просьбе?

– Конечно, Ваше Величество.

– И?

– Если быть объективным, то никого из Ведомства я бы не стал посылать с подобным поручением.

Король вскинул брови в изумлении:

– Почему?

– Не справятся,– безапелляционно заявил самый главный маг страны.

– Неужели у тебя настолько плохие специалисты?

– Специфика, Ваше Величество. Я был там. Я знаю, что там. И вы знаете. Эту территорию давно безмолвно объявили выморочной. Если вы прикажете, туда поедут, конечно. Но не вернутся. Это билет в один конец.

– Но ты же знаешь что это единственный на сегодня путь,– Король раздражённо хлопнул ладонью по столу.

– Знаю, Государь,– советник остался абсолютно невозмутимым.– И мне кажется, я знаю только одного человека, который способен туда сунуться и остаться в живых.

– Кто?

– Наш с вами профессор. Свияга Дайдрейн.

– Разве она ещё в деле?– Король действительно был изумлен.

– Нет. Она уже как лет восемь или девять официально в отставке. Ушла с большим скандалом. Вы же её знаете.

– Даа,– лицо главы государства озарила улыбка.– Что ни говори, а она умела работать и учить эффектно.

– Именно. За это её и убрали. Когда я назначился на свое нынешнее место, предлагал ей вернуться. Но она же гордая, отказалась. Сейчас она живёт здесь, в столице. Не думаю, что дела у неё идут хорошо. Но есть один нюанс, Государь,– советник многозначительно замолк.

– Ну?

– Она не на службе. И она Дайдрейн. Вы помните, что означает для государства эта фамилия?– дождавшись утвердительного кивка Короля, он продолжил.– Официально приказать ей вы не сможете. Даже если вы издадите личный указ, я уверен – она его обойдёт или вывернет все так, что проще будет его отменить. Вам остаётся её только просить.

Король задумался. Насколько он помнил своего бывшего учителя, она действительно всегда была себе на уме. Умная, сильная, дерзкая и…эффективная. И пусть просить об услуге было для него невместно, но другого выхода не оставалось.

– Вышли ей приглашение. Срочное. На сегодня. У нас совсем не осталось времени.

– Да, Государь,– советник поднялся.– Это все?

Король только молча кивнул, отпуская его. А сам снова продолжил разбирать многочисленные бумаги. Вот только мысли его были заняты предстоящим разговором со своей бывшей наставницей, а затем и служащей.

Спустя три часа, когда начали сгущаться легкие сумерки, ему доложили о прибытии приглашенной дамы. Велев немедленно её проводить, он убрал со стола секретные документы в ящик и приготовился быть убедительным. Шестое чувство подсказывало, что нынешний статус Короля не придаст ему необходимого веса в глазах гостьи.

Стук возвестил о посетителе, открылась дверь и на пороге возникла она, гроза его учебных дней.

Вошедшая имела не самый дружелюбный вид. Высокая, статная, идеально прямая спина и узкое лицо с презрительно поджатыми губами. Большие чёрные навыкате глаза, казалось, вытаскивали душу наружу. В них плескалась чистая тьма. Правая сторона лица женщины была изуродована двумя шрамами. Ровные контуры когда-то разорванной и сросшейся кожи были тёмными и гладкими. Можно было подумать, что раны были нанесены лезвием, но Король знал, что этими отметинами Свиягу Дайдрейн ещё в пору её молодости наградил лич. И она единственная, кто смог справиться с этим чудовищем. До этого от его когтей погибли трое некромантов.

Как обычно темное платье, отделанное чёрными кружевами. Никто и никогда не видел её в одежде светлых оттенков. Хотя раньше она предпочитала брючные костюмы. Черная шляпка на рыжих, слегка припорошенных сединой волосах. Наряд был строгим и лаконичным, но недорогим. Это было заметно. Видимо, после ухода из Ведомства жить ей стало труднее.

Сухие руки сжимали трость черного дерева. Навершие было сделано из серебра и тщательно отполировано ладонями хозяйки.

Взглянув в чёрные глаза, невольно захотелось встать перед ней навытяжку, такое мощное она распространяла вокруг себя влияние. Усилием воли подавив в себе этот порыв, Король поднялся из-за стола, приветствуя даму стоя. Она вызывала уважение. Она была ему сейчас нужна.

Самая сильная. Самая опытная. Самая хладнокровная.


1.2.

Справка:

– Рваные болота – географическая местность Ромты, ныне затоплена водами и заболочена. Образовалась в результате магических экспериментов с применением темных искусств. Опыты проводились с разрешения и под контролем Ведомства Магии Ромты. Признаны неудавшимися. Жители эвакуированы, местность непригодна для проживания.


– Государь,– я учтиво наклонила голову.

Король, привычный к более низким поклонам, даже опешил. Но Дайдрейны никогда не кланялись до полу. Поэтому угодливости от меня ждать не стоило.

– Свияга Дайдрейн. Сколько лет прошло с нашей последней встречи.

Я в ответ только тактично улыбнулась уголками губ. По глазам самодержца было видно, что он борется с давно забытой робостью. Мальчишка-студент еще жил в нем и он побаивался своего профессора. Это вызывало досаду у него и забавляло меня.

Видимо, решив перейти сразу к делу, чтобы побороть неловкость, мужчина сделал приглашающий жест, предлагая присесть. Сам тоже уселся в кресло напротив.

– Госпожа Дайдрейн, вы, верно, удивились, получив от меня срочный вызов?

– Было такое.

– Насколько я знаю, вы сейчас не практикуете?

– Отчего же, практикую,– увидев немой вопрос в глазах собеседника, пояснила,– частные заказы. На пенсион Ведомства не разгуляешься.

– М-да,– хмыкнул король.– И как? Работы много?

– Достаточно. Ваше Величество, вас серьезно интересует мои нынешние занятия? Обычно короли не вызывают отставников срочным посланием для того, чтобы справится об их делах.

– Вы правы, профессор, вы правы,– он встал и, заложив руки за спину, отошел к стрельчатому окну. Услышав это обращение, я позволила себе мимолетную улыбку. Снова оказалась права.

– Я хочу предложить вам частный заказ, госпожа Дайдрейн,– развернувшись, государь следил за моей реакцией.

– Почему не обращаетесь к действующим некросам? В Ведомстве полно молодых и сильных ребят. Сомневаюсь, что хромая старуха сможет составить им конкуренцию.

– Госпожа Свияга, вы серьёзно? Старуха? Сколько вам сейчас лет, простите за подобный вопрос? И скольких из них вы уделаете движением пальца? Это не лесть, мне действительно интересно,– остановившись напротив, он наклонил голову и уставился на меня. В его глазах горел практически мальчишеский интерес.

– Что вам нужно, Ваше Величество?– не поддалась я на провокацию.

– Принцесса Эмма, моя дочь. Вы же знаете, что она больна?– я кивнула, внимательно смотря на своего короля.– Так вот. Вы также должны знать, что ее недуг полностью блокирует ее способности, как магессы. Хотя потенциал велик. Весьма велик, я даже сказал бы. И также, по роду своей деятельности, вы знаете, ГДЕ ей могут помочь.

– Рваные болота. Храм Темного Флиутстина,– я не смогла сдержать изумленный вздох.– Но соваться туда – самоубийство.

– Поэтому я и вызвал вас. Я хочу, чтобы вы сопроводили мою дочь. Чтобы вы стали её защитницей в дороге. Что бы не писалось в отчётах Ведомства, мы с вами знаем, кто и в каком количестве обитает сейчас на Рваных болотах.

– Ваше Величество, риск слишком велик,– задумавшись, я покачала головой.– Вы готовы пойти на него? И, в случае неудачи, заплатить жизнью принцессы? Смерть от нежити ужасна не только гибелью физического тела, она перерождает душу. Вы же знаете.

– И я, и моя жена, и дочь готовы рискнуть. Ей уже девятнадцать лет. Если не попробовать, то она так и останется незамужней и бездетной. Королевский род прервется,– Государь снова отвернулся к окну.– Если все получится – награда велика. Если нет… Исход в любом случае печален. После моей смерти Ромту будут ждать междоусобицы и войны.

Объяснять подробнее не стоило. Родившись в старинном роду, во все времена приближенного к властителям государства, я это понимала. И была сведуща в политике. Все действительно обстояло нерадужно. Если бы Эмма была обычной девушкой, без титула – все было бы куда проще. Да, маги в почете, но толковую деваху итак заберут замуж с руками и ногами. Я даже усмехнулась про себя. Меня, прожившую всю жизнь в одиночестве, эта озабоченность браком не касалась совершенно. А вот принцессе из-за статуса просто не положено будет остаться без супруга. Да и наследники, опять же. Род обязывает.

– Слишком большой риск,– мысли роились в голове, прочитывая варианты.– Вы и ваша семья решились на него. Но почему на него должна решиться я, Ваше Величество?

– Резонный вопрос, госпожа Дайдрейн. Я думал над оплатой. И, если честно, не придумал ничего. Слишком давно мы с вами не встречались. Я не знаю сейчас ваших целей и интересов. Я мог бы предложить вам просто золото, но я помню, что вы…– он сделал неопределенный жест в воздухе,– отличаетесь от других людей. Во многом. Так что я готов выслушать ваши предложения. Что бы вы хотели в обмен на подобную просьбу?

Я молчала, обдумывая эти слова несколько минут. А затем сказала:

– С вашего позволения, Государь, я потребую свою плату после завершения дела. Основную оплату. Не переживайте,– увидев его удивленные глаза и попытку возразить,– я прекрасно знаю и уважаю ваши политические и личные цели и взгляды. Никто из Дайдрейн никогда не замахивался на сюзеренов. Мне это не нужно тем более. Плату я возьму, если соглашусь, высокую, но посильную для вас. И аванс золотом вначале.

Несколько последующих мгновений король ждал, что собеседница продолжит, но не дождался.

– Поездка к Флиутстину не рядовой поход,– вновь задумавшись, он даже вздрогнул от моего голоса.– Прежде всего, нужно верно подобрать людей, их количество и их качества.

– Так вы согласны?– поспешность вопроса убедила меня в важности этого мероприятия для короля.

– Я этого не говорила. Мне нужно время, чтобы взвесить за и против.

– Сколько вам его потребуется?– голос короля был несколько резок.– Время это то, чего у нас осталось совсем мало. До двадцатилетия Эммы осталось полтора месяца. В день ее рождения непробужденный дар заблокируется окончательно. Мы должны успеть.

– Два дня, Государь. Через два дня я дам вам свой ответ.

– Хорошо. Я буду ждать вас в любое время. Достаточно будет сказать, кто вы и вас сразу же проводят ко мне. В любое время суток.

Опершись на трость, я поднялась из кресла. Разговор был окончен. Снова наклонив голову в знак прощания, вышла из кабинета.

А король остался, бездумно смотря сквозь стекло окна на зажигающиеся в темном небе звезды.

## Глава 2

День второй

2.1.

Справка:

Денежная система Ромты:

1 иошик – мелкая монета

100 иошиков = 1 иошень

100 иошеней = 1 иош

Ромштант – поместье рода Дайдрейн.

Когда солнце рассыпало золото по черепице домов, я уже спускалась в свою столовую, постукивая тростью по дубовым ступеням лестницы.

Как всегда аккуратная. Как всегда чуть надменная. Как всегда немного пугающая. И это я не специально, нет.

Внизу уже ждал накрытый к завтраку стол. Единственный мой слуга стоял у спинки стула, ожидая свою хозяйку. Этот сухой старичок жил в этом доме еще со времен деда, знаменитого и родовитого Бернарда Рарена Дайдрейн.

Чопорный с гостями, знающий назубок свои обязанности, но при этом порой ироничный с работодателями. Его едкие замечания, которые он себе позволял, не обижали. Наоборот, чаще они были продиктованы заботой. И чаще всего – обо мне. Идеальный слуга семейства некромантов. А род Дайдрейн был именно таким. Все члены рода имели склонность к некромантии. Чаще всего с рождения. Только я вот от рождения обладала способностями к зельеварению, поэтому обучение в Главном Училище Магии Ромты начала на факультете ведьм. Но сила некросов все равно пробудилась. Просто нужны были условия. Жуткие условия для рождения наследного дара и высвобождения огромного потенциала.

– Госпожа, доброго утра,– чуть склонил голову слуга.

– Доброго, Светлор. Почту уже доставили?

– Да, госпожа. Я отнес ее в ваш кабинет. Как всегда,– на морщинистом лице не дрогнул ни один мускул.

Я только рассеянно кивнула в ответ. Мысли была полностью заняты визитами, которые еще ночью я запланировала для себя.

Завтрак был достаточно скромен. Можно было даже сказать скуден. Яйцо всмятку, несколько тостов с разными джемами, фрукты, свежие сливки и кофе. Любого другого представителя голубых кровей Ромты такой набор разочаровал бы. Но я уже давно поплевывала на чужое мнение откуда-то очень свысока. Питание должно быть сбалансированным и скромным, никаких излишеств. Так заповедал дед. Это позволяло магу оставаться в форме в любом возрасте. За своим физическим состоянием я следила и, в пору работы преподавателем, гоняла студентов, любивших обильную и вредную пищу. От этого порой могла зависеть жизнь некроманта.

Прием пищи занял чуть больше получаса. Тоже давно устоявшееся время. Чтобы нарушить его, требовались серьезные причины. Например, забредший на задний двор усадьбы лич или наводнение. Но, кладбищ в этой части столицы не было, равно как и водоемов, способных выйти из берегов. А в настоящих полевых условиях мне не работалось уже давненько.

– Светлор, после завтрака я отправлюсь по делам. Сегодня должны привезти отчеты из Ромштанта. Приложи их к почте. Я посмотрю по возвращению.

– Госпожа, позвольте задать вопрос?– тут же откликнулся слуга.

Кивок.

– Ваши дела связаны с вчерашним вызовом к Его Величеству?

– Да, Светлор, связаны,– я смотрела на своего камердинера и лакея в одном лице.– Возможно, мне скоро придется уехать на некоторое время. Или не придется. Это будет зависеть от сегодняшнего дня.

– Я понял, госпожа. Вы вернетесь к обеду?

– Скорее всего, да. Благодарю за завтрак,– я поднялась из-за стола и отправилась к себе в спальню за перчатками и ридикюлем. Брала я его с собой нечасто, обходясь карманами в платьях. Привычка, оставшаяся со времен молодости – руки должны быть свободны.

Собрав то, что было нужно, направилась к ожидавшей ее коляске, запряженной вороным жеребчиком. Сильное животное держал под уздцы мальчишка-конюший. Еще со студенчества я, наплевав на все правила приличия, управляла лошадью сама. Не брезговала прокатиться и верхом, вызываю волну недовольств от аристократичных матрон двора. Дед только посмеивался в усы и ни слова не говорил внучке, которую любил безмерно. Вот и сейчас, забравшись в легкую повозку, приняла вожжи и умная лошадь сразу развернулась в сторону ворот усадьбы.

День сегодня обещал быть плодотворным.


2.2.


Пустив жеребца легкой рысью, я наслаждалась легким ветерком и пока еще нежаркими лучами солнца. Некроманты, властители над смертью, ходящие по обе стороны жизни, подобных радостей не чурались. Вопреки глупым мнениях недалеких.

На въезде в город подтянула вожжи, принуждая лошадь идти шагом. Задавить какого-нибудь зеваку сегодня в планы не входило. Доехав до центральной площади, уверенно направилась в сторону столичного рынка. Дамы-аристократки сюда не заходили, предпочитая посылать за необходимыми вещами слуг. Так что госпожу некромантку здесь знали. Она выделялась.

Заехав в одну из улочек, на которой лепились стенами друг к другу маленькие домишки, подозвала одного из мальчишек. Они постоянно толпились здесь, пытаясь украсть что-нибудь или найти, при удаче, какой-нибудь посильный заработок. Бойкий лохматый сорванец подскочил к коляске:

– Здравствуйте, молодой человек. Вы сможете присмотреть за моей лошадью?

– Конечно, госпожа,– важно отозвался мальчик.– А сколько заплатите?

– Пяток иошиков, думаю, хорошая цена?

Глаза юнца засияли, это и вправду была приличная сумма для него.

Удовлетворенно кивнув, я выбралась из коляски. Уличный хулиган уже держал вороного за узду, гладя его по лбу и что-то бормоча вполголоса. Мимолетно улыбнувшись этой милой картине, отправилась туда, куда планировала.

Толкнув крепко сколоченную дверь одной из лавок, я вошла внутрь. За спиной зазвенел колокольчик, предупреждая торговца о посетителе. Обычно, входящие люди замирали на несколько секунд, давая глазам привыкнуть к сумраку. Но мои глаза итак были наполнены тьмой, поэтому я сразу же направилась к прилавку.

– Подождите минуту, я сейчас выйду!– раздалось откуда-то из-за стеллажей.

– Когда бы я не пришла, Боумиель, у тебя всегда какое-то неотложное дело.

Голос охнул, что-то мягко шлепнулось на пол и в проходе между шкафами возник торговец:

– Госпожа Дайдрейн! Профессор!– всплеснул он руками, попутно сбив какой-то сосуд с полки. Охнув еще раз, упал на колени и принялся собирать осколки в ладонь.

– Боумиель, ты вообще не меняешься,– я нахмурилась.

– Что поделать, профессор, что поделать,– весело отозвался снизу мужчина.– Таким уж я уродился, таким и умру! Госпожа Дайдрейн! Я рад вас видеть!– наконец выпрямился он, стряхнув остатки вазочки в мусорку, он, наконец, подошел к прилавку. Немного заостренные уши выдавали в нем каплю эльфийской крови. Но именно что только каплю, потому как изящества и худобы перворожденных ему не перепало нисколько.

– Когда я была твоим профессором, ты думал иначе,– немного иронии никогда не помешает.

– Ну, вы скажете! Конечно. В ту пору все было иначе. Но что привело вас ко мне?

– Боумиель, у меня есть к тебе пара вопросов. Но поговорить нам лучше где-то там, где нас никто не услышит.

Торговец, а по совместительству и мой бывший ученик, озадаченно уставился. А затем, откинув вверх часть прилавочной доски, вышел в зал. Открыв дверь, поглядел на улицу и, повесив табличку с надписью «Перерыв», запер ее на ключ.

– Не беспокойтесь, госпожа Дайдрейн, нас никто не услышит. Я в лавке один, пойдемте.

Сделав приглашающий жест рукой, молодой мужчина первым двинулся вглубь лавки. За стеллажами обнаружилась небольшая берлога холостяка. Внимательным взглядом окинув обстановку, спросила:

– Так и не женился, Боумиель?

– Что вы, профессор! Кому нужен такой книжный червь, как я? Нынешние девушки любят комфорт и веселье, а я… Я люблю науку,– он ласково провел рукой по корешкам каких-то потрепанных изданий, стоявших на одной из полок.

В ответ на это заявление я только согласно кивнула головой, подтверждая его. Этот студент был одним из лучших. Вот только так и остался теоретиком. Для серьезной практической работы был слишком слаб духом и телом.

– Так что же все-таки привело вас ко мне?– подвинув мне видавшее виды кресло, молодой торговец примостился на табуретке напротив.

Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы оглядеть его внимательнее. А потом я резко спросила:

– Скажи, Боумиель, когда ты был дома в последний раз?

Мужчина сразу нахмурился и почти по-детски засопел. Эта тема была больной для него, я это знала. Выходцев с Рваных болот не любят. Считают их злобными колдунами и обвиняют в каждой неудаче или несчастье. Поэтому, те, кто дерзнул перебраться оттуда жить в другое место, скрывают это. Вот и ее бывший студент, еще в пору обучения говорил всем, что родом он с западных границ страны. Правду знали только ректор да она, Свияга.

– Что-то случилось, профессор? Что-то, чего я не знаю?

– Нет, Боумиель. У меня нет никаких вестей для тебя. Ни плохих, ни хороших. Но у меня есть вопросы.

Торговец немного расслабился и облегченно потер лоб.

– Так когда?

– Года два назад, примерно,– он в задумчивости постучал пальцем по переносице. Потом пожал плечами.– Вы не думайте, профессор, я не отрекся от своих, просто родители уже мертвы, а сестры живут своими домами, им я не особо-то и нужен теперь. Там я теперь, скорее, не родственник, а ценный работник. Деревню проверить, мелкую пакость обратно в болота загнать, животных от нее почистить,– он усмехнулся.

Я была с ним согласна, в той местности некроманты всегда были в цене. Они единственные могли настроить защиту селений, людей, скота от нежити разных видов. А этого «добра» там было в избытке.

Но люди жили. Жили, рожали детей. Приспосабливались. Хотя и старались держаться поближе друг к другу. На всю огромную площадь, которую сейчас занимали болота, приходилось всего две деревни. Да и те располагались на самом краешке опасной территории. Большие, укрепленные, обнесенные защитой.

В умениях ученика я нисколько не сомневалась. Свое дело я знала и учила их на совесть. Тот, кто усваивал – оставался жить. А кто нет… Ну, что ж, выходить «в поле» или нет каждый некрос решает сам. А там уж как повезет.

– Какой был фон полтора года назад?

– Госпожа-а Свияга,– протянул в ответ мужчина,– если бы вы мне не сказали сразу про вести, то я бы подумал, что на болотах все-таки что-то произошло.

Взгляд у него был испытующим настолько, насколько он мог позволить себе смотреть на своего наставника.

– Но, раз уж вы уточнили этот момент, то у меня в голове рождаются другие мысли… Профессор, вы что, хотите туда поехать?– наконец выпалил он.

– Мне всегда нравились твои логические выкладки, Боумиель. Но, давай вначале ты расскажешь все, что меня интересует. А потом, может быть, я отвечу на твои вопросы.

– Да, да, конечно, простите,– заторопился мужчина.– Так, значит фон… Фон был мутноватый. Чистым он там никогда не бывает, но в этот раз эманации другой жизни были растворены в воздухе. Я еще удивился, раньше такой концентрации рядом с деревней не было. Но обнаружить я никого не смог. Хотя порядком там полазил,– он пожал плечами.

– По фону, как думаешь, это крупняк был, или мелочевки много расплодилось?– я задавала вопросы сухим и деловым тоном. Это тоже сейчас была часть моей работы.

– Думаю, мелочевка все-таки. Я никого не засек. Мелочь еще могла удрать от поисковой сети, а кого покрупнее я бы увидел.

– Понятно. Люди?

– Люди как обычно. Настроения не меняются, ни лучше, ни хуже. Пропадают, бывает. Как обычно всё. В таком же количестве. Как обычно: дети, заблудшие старики или те, кто выпил лишнего, хотя там с этим не балуются.

Рассказывая, ученик бывшего преподавателя Государственного Училища Магии, постоянно мял пальцы. Он этого даже не осознавал, но его руки были все время в движении. Поправить прядь волос, почесать кончик носа, разгладить брюки по коленкам. Я смотрела на него и наметанный взгляд фиксировал все, не упуская ничего. Когда мужчина замолк, некоторое время просто молча смотрела ему в глаза. Неудивительно, что собеседник заневничал.

– Госпожа Дайдрейн, вот сейчас я вспомнил учебные будни особенно ярко. Вы… Можно так не смотреть, пожалуйста?

Я усмехнулась:

– Прости, отработанный на сотнях шалопаев прием. И знаешь, что я заметила? Ты мне либо врешь, либо что-то не договариваешь.

Я чуть склонила голову, ожидая ответа и давая понять, что теперь врать уж точно не стоит. А Боумиель занервничал еще сильнее. Поерзав на стуле, махнул рукой:

– Знаете, профессор, я понимаю, почему вы ушли из Ведомства. Примерно потому же, почему и я из лаборатории Училища.

– Почему же?

– Там стало невозможно. Цензура государства давит и не дает работать. В отчетах все радужно и стабильно. Но те, кто работают в полях, знают какого на самом деле. И сейчас я не знаю, вы пришли ко мне с такими вопросами от кого-то или сами по себе. Исходя из этого, я не знаю – как мне вам отвечать.

Выпалив это все, четверть-эльф уставился на меня честными и наивными глазами.

– М-да уж, не думала я, что мои ученики когда-нибудь будут подозревать во мне засланца от служб государства,– я хмыкнула.

– Жизнь такая, профессор,– развел руками Боумиель.– Меня достаточно жестко вытурили из лаборатории. Сказали, что разработки не имеют перспектив, потому что отрабатывать их не на чем. И мягонько посоветовали прекратить подобные изыскания. Тишь да гладь у нас везде! М-мать их… Ой, простите!– спохватился он и зажал рот руками.

Я слегка поковыряла тростью сучок в половой доске и подняла глаза на мужчину:

– Пригодились? Разработки-то?

Ответом стал молчаливый кивок.

– А теперь, если у тебя здесь действительно безопасное место, расскажи мне, как все обстоит на САМОМ деле.

Теперь ответом стал тяжелый вздох.

За три часа разговора удалось выяснить, что на Рваных болотах стало хуже. Нет, никакой крупной нежити Боумиель действительно не видел. Но эманации мертвяков были сильны. Магический фон просто гудел от энергии смерти. И это было плохо. Очень плохо.

Боумиель Брегонат был больше теоретиком, но на практике работать умел тоже, хоть и не любил. Так вот, когда он подчищал родную деревню, то его интуиция просто вопила о ненормальности происходящего. Те комки нежить-пиявок и нежить-змей, которые он уничтожал и отгонял, не могли обеспечить такое напряжение маго-фона. На это была способна только нежить покрупнее, посолиднее. Но он ее не чувствовал. Она никак себя не проявляла. Обычно, почуяв работу некроманта, зомбаки (как их звали полевые некросы) и личи (если были поблизости) сразу же устремлялись к нему, пытаясь убить. А тогда было тихо. Очень тихо. Как на приличном кладбище. И это настораживало Боумиеля.

По возвращению он запрашивал в Ведомстве сводку по обстановке на Рваных болотах. Ничего страшного в ней не было. Обычная отписка с информацией о том, что все под контролем. При этом он досадливо морщился, потому что знал от родных, когда в последний раз приезжали с инспекцией государственные некроманты. И даты были разные.

Насторожило все это сейчас и меня. Подрабатывая по частным заказам вокруг столицы, я тоже замечала, что нежить стала энергетически сильнее. И это в главном городе государства, где самые высокие контроль и защита. Что ж тогда говорить об окраинах?

По всему выходило, что истинная картина происходящего скрывается. Но зачем? Кому это нужно? И стоит ли вообще в это ввязываться теперь?

– Госпожа Дайдрейн, а вам это все вообще зачем?– снова осторожно поинтересовался ученик у бывшего преподавателя.

– Видишь ли, Боумиель, у меня заказ. Частный.

– На Рваных болотах?– ужаснулся он.

– А что? Твоя семья живет там. Место как место. Подумаешь, нежити навалом. Да и была я там уже. Приходилось,– я слегка помрачнела.– Я еще не взяла этот заказ. Информацию собираю.

Торговец книгами закивал согласно головой. Такие заказы с бухты-барахты не принимаются. И стоят они весьма дорого. Тот, кто обратился к Свияге Дайдрейн явно не дурак. К кому, если не к ней?

– Профессор,… А вам спутники не нужны?

– А ты бы поехал?– заинтересованно глянула я на мужчину.

– Поехал бы!

– Ты же не любишь поле. Тем более, ТАКОЕ поле. Это не кладбище с тремя зомбаками.

– Поехал бы,– снова повторил он.– Там какая-то ерунда творится. И мне…интересно.

Вот тут мне стало по-настоящему смешно:

– Все-таки ты фанатик, Боумиель. Только они способны засунуть свою голову в пасть личу ради научного интереса.

Я поднялась, давая понять, что разговор закончился и никак не комментируя его вопрос о спутниках. Только уже стоя на пороге, обернулась:

– Я подумаю, Боумиель. Я пока не знаю свои полномочия в этом деле. Но я запомнила твое предложение.

Молодой некромант только молча поклонился. Он прекрасно знал характер своего бывшего профессора, поэтому не удивлялся ничему. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что она всегда кристально честна и к ней можно повернуться спиной в бою.

Эти качества некроманты ценили.


2.3.


Выйдя от своего бывшего студента, я направилась дальше по улице. Сейчас меня интересовал маленький магазинчик чуть дальше по улице. Над беленой дверью красовался венок из различных растений и чашка. Даже тот, кто не умеет читать, понял бы, что здесь торгуют чаем и травами. Внутри знакомо стоял крепкий дух, источаемый сотнями листьев, стебельков, семян и кореньев. Свежих и высушенных, сохраненных целиком и разделенных на части, перемолотых и просто истолченных.

Это не была лавка в привычном ее понимании. Это был дом, на стенах, полках, да и просто на полу, которого висели, лежали и стояли товары. В центре стоял большой стол из толстых досок. На нем можно было найти травы, ступки, ножи и какие-то другие инструменты. Ворохом лежала упаковочная бумага и пакеты для чаев. В одном из углов, рядом с небольшой печью, стоял чайный столик и пара кресел. Возникало ощущение, что здесь не столько торгуют, но и полноценно живут.

– Некромант с утра – прибыльный день,– раздался кряхтящий голос откуда-то слева.

– Примета возникла на основании личного опыта, Дерик?– я отозвалась моментально, даже не повернув головы на голос.

– А как же!– обладатель голоса выдвинулся в поле зрения.

Это был невысокий, чуть сгорбленный мужчина. Лицо было усыпано мелкими морщинками как осенний подсыхающий листок. Пышные седые волосы только оттеняли его сильную худобу, вязаный зеленый жакет висел на плечах как на вешалке. Бывший когда-то цветущим и полным жизнью, сейчас коллега Свияги Дайдрейн напоминал измученного болезнью старика.

– Какого лича ты не пользуешься своими настоями, Дерик!– возмутилась я.

– А зачем?– старик оперся рукой на кадку, в которой плавали замоченные листья Раффлезии.

– Чтобы не уйти раньше времени,– я действительно была расстроена увидеть его в таком состоянии.

– Эх, Свияга,– махнул рукой он в ответ, отходя к креслу.– Ты и сама знаешь, что до положенных трехсот я никак не дотяну. Так зачем пытаться? Проживу как обычный человек.

Это была правда. Сильные маги могли прожить около трех сотен лет, в отличие от простых людей. Мне сейчас было шестьдесят шесть лет. У меня в запасе еще лет 200-250 есть. А Дерик… Он был таким же сильным как я когда-то. Именно он на той злополучной практике в их юности распознал первым во мне некроса. И он тогда был ранен. Когти зомбака порвали не только обычные артерии, но и магические. И если кровь их наставник смог остановить, то предотвратить потерю волшебной энергии не смог. Так и остался юноша магом-инвалидом. Его сил едва хватало на бытовую волшбу. О поддержании жизненной энергии говорить не приходилось.

– За чем пришла, подруга?– вопрос нарушил мои воспоминания.

– Бадьян, Дерик. Мне нужен бадьян,– я подошла к столу и достала из ридикюля листок, на котором записала необходимое.

Старый друг удивленно приподнял бровь, но полез в один из шкафов:

– Сколько? Одну склянку, две?

– Три флакона.

– Сколько?– тут уж удивление было практически осязаемым.– Ты куда собралась, моя старушка? Учить первокурсников как косить зомбаков деревянной палкой?

– И еще мне нужен болиголов одна склянка, валерианы два пучка и жасминовый чай. Пакета будет достаточно,– я, в своей привычной манере, проигнорировала старого друга.

Подойдя к столу с другой стороны и упершись в него крупными, но худосочными кулаками, товарищ юности посмотрел на меня тяжелым взглядом:

– Свияга, зачем тебе столько бадьяна? Сколько ран ты готовишься залечить тремя флаконами, если нужно всего несколько капель?

– Боюсь, мой друг, это не моя тайна. Пока что не моя. И даже не буду обещать, что когда-нибудь расскажу.

Мы стояли друг напротив друга и мерялись взглядами. Оба немолодые. Оба прошедшие Училище, службу в Страже и Ведомстве. Оба умелые. И пусть, у него уже не было достаточной магической силы, знания его остались с ним. Черные глаза против светло-ореховых.

– Двести тридцать иошеней,– наконец сказал он.

– Дерик, это грабеж!– возмутилась я.

– И это со скидкой!– поднял он вверх указательный палец.

Молчаливая дуэль окончилась. Каждый из нас был достаточно опытен и умен, чтобы не задавать лишних вопросов и не требовать на них ответов. Не в салочки всю жизнь играли, в самом деле.

– Три флакона бадьяна, склянка болиголова, валериана, жасминовый чай. Все, как ты просила,– на стол аккуратно лег холщовый мешок.

– Спасибо, Дерик,– я в свою очередь положила на стол три столбика монет.

– Будь осторожна, подруга,– протянул мужчина сухую кисть.

– Буду,– пожимая ее, я была серьезна.

Не нужно было много объяснений. Именно Дерик помогал мне залечивать раны в пору бурной полевой работы. Мы понимали друг друга и ценили. Вот и сейчас расстались друг с другом спокойно, без затаенных обид и недовольства.

Постукивая тростью по брусчатке рынка, я отправилась к своей коляске. Наверняка, маленький уличный хулиган уже изнывает, ожидая ее и свои монеты. Нужно расплатиться с ним и отправляться дальше. День еще не закончен.


2.4.


Уплатив бойкому мальцу его заслуженные иошики, вновь уселась в коляску. Застоявшийся жеребчик бойко зашагал по улицам, вливаясь в движение столицы.

Автоматически управляя лошадью, думала о своем. То, что я узнала от Боумиеля, мне не нравилось. Совать голову куда попало я уже давно отучилась. Рука непроизвольно дотронулась до шрама на щеке. Эта метка до сих пор иногда напоминала о себе фантомными болями.

Если на самом деле магический фон на Рваных болотах искрит энергией, это может принести ненужные сложности в пути. Много энергии означает что ее кто-то излучает. В данном случае, учитывая местность, сомнений быть не могло. Нежити в топях стало намного больше. А кому она нужна? Да еще и практически один на один? Правильно, никому. Тогда стоит ли ехать?

Чрезмерным патриотизмом я уж точно не страдала. Кидаться очертя голову спасать принцессу (а это именно спасением и будет) рискуя эту самую конечность потерять, точно не стану. Нужно вначале все просчитать. Все взвесить. А для этого нужно больше информации.

Решительно потянув вожжи, заставила жеребца повернуть в улицу, на которой располагалось Ведомство Магии Ромты. Нужно взять официальную сводку по магофону на болотах. Да и в болтовне со служащими может проскочить ценное зернышко. Мне, по старой памяти, не откажут в чашке чая.

Благо, государственное учреждение разорилось на мальчишек-конюхов, так что искать, кто присмотрит за лошадкой, не пришлось. Вручив расторопному служке несколько монет, попросила его напоить и накормить животину. Сама же направилась в мрачноватое здание по знакомым каменным ступеням.

Здесь все было так же, как и во времена моей службы. Деловитая суета, иногда перемежаемая громкими вскриками, если происходило что-то из ряда вон. Посетители и просители чинно восседали на маленьких пуфиках, дожидаясь своей очереди на прием.

Мазнув взглядом по неуклюжим охранникам, не замедлив шага ни на секунду, пошла на второй этаж.

– Госпожа!– попытался было ее задержать один из них.

Я только молча обернулась и в упор посмотрела на него. Парень уставился в бездонные глаза, наполненные тьмой и от страха даже начал заикаться:

– Д… Добро пожаловать, госпожа…

Снова резко развернувшись, пошла на второй этаж, фыркая про себя. Кому нужна эта охрана? Здесь чертова куча магов, от кого им защищаться? Разбазаривание государевых ассигнований.

Ну, вот и он. Отдел некромантского надзора.

Сказывалась любовь некросов ко всему черному. Пол, стены, потолок, двери – все было темных оттенков. А что, практично, удобно. Попробуйте полазить по ночному кладбищу в светлом одеянии. Дверь кабинета статистиков открылась легко.

На звук повернулись одновременно две головы. И, если одна из них осталась бесстрастной, то вторая расплылась в улыбке:

– Боги! Каким ветром тебя занесло в наши пенаты? Неужто на службу возвращаешься?– мужчина подскочил и вышел из-за своего стола.

– Не дождетесь, господин надзиратель,– у меня внезапно отчего-то охрип голос.

– Бери выше, я теперь господин старший надзиратель!– довольно упитанный служащий Ведомства залихватски хлопнул себя по лычкам на мундире.

– А пузико-то тоже наросло,– совсем нетактично заметила я, усаживаясь в кресло для посетителей.

– Так не у меня одного,– грустно заметил собеседник.– Ты бы знала, сколько молодых сейчас выглядит как я. Вот только мне-то уже сто двадцать, а им по тридцать-пятьдесят.

– Гонять вас некому.

Мужчина посмотрел на часы, а потом на коллегу, сосредоточенно что-то писавшего:

– Лео, перерыв через полчаса. Ты можешь идти, а я поговорю с посетительницей.

Молодой человек тут же поднялся, прекращая изображать бурную деятельность, сложил документы в папку и вышел, буркнув что-то на прощание.

– Совсем молодь?– я кивнула вслед ушедшему.

– Не говори. Нет нормальных кадров,– досадливо отозвался хозяин кабинета.– Набирают кого попало, работать невозможно.

– Ну, даже со слабым даром молодые некроманты всегда предпочитали идти в поле, а не сидеть у тебя, перекладывая бумажки.

– А ты думаешь в твоем отделе сейчас лучше? Свияга, в оперативном даже хуже! Платят сейчас катастрофически мало, кто захочет рисковать собой за иошик? А требуют… Штат неукомплектован, молодежь уходит на вольные хлеба.

– Нет полевых?– вот это была новость!

В ответ мужчина только развел руками, подтверждая.

Это было странно. За всю свою жизнь и службу я привыкла отбиваться от желающих пойти на задание. Вчерашние выпускники, да и не только они, стремились сходить со мной «в поле». Перенять опыт, посмотреть, поучиться. Молодых парней и девчонок привлекал адреналин, риск, удаль, испытание своих сил.

– Чай будешь?– предложил мужчина.

– Нет, спасибо. На чай у меня уже времени нет. Я к тебе по делу.

– Ну, естественно,– фыркнул он в ответ.– Когда ты просто так на чашку чего покрепче заходила?

Я улыбнулась. А старший надзиратель, плеснув себе в кружку какого-то настоя, вновь сел рядом.

– Что надо?– серьезно спросил он.

– Скажи мне, старый друг, как сейчас дела на Рваных болотах?– я внимательно заглянула в глаза собеседнику.

Он, шумно выдохнув, даже откинулся на спинку кресла:

– Ты всегда отличалась даром задавать вопросы не в бровь, а в глаз.

– На том стоим,– парировала, не отводя глаз.

Чашка была отставлена в сторону, а мужчина встал, чтобы закрыть дверь кабинета изнутри.

– Скажи мне, пожалуйста, а с чего ты взяла, что там что-то не так?– его взгляд тоже стал цепким.

– Со слов короля.

– Короля? Король… Король – это серьезно. Раз уж он счел возможным сказать тебе это, то и я расскажу. Отвратительно там, Свияга. Вот так. Чрезвычайно отвратительно.

– Конкретнее.

– Нежить плодится и мутирует. Когда вы еще ездили туда и подчищали местность – все было нормально. Ну, ты помнишь,– махнул он рукой, снова беря свой напиток.– А вот в последние года… Началась оптимизация Ведомства,– он горько усмехнулся.– Содержание нам урезали, полевых заставили писать бесконечные отчеты. Бюрократия! Многие талантливые и сильные ушли, не желая тратить свое время на заполнение бумажек. Молодежь туда ехать боится. Да я бы и сам на их месте не поехал. Они умные, обученные. Но выходить на зачистку без должного обеспечения – поездка в один конец. Как следствие – нежить плодится. На болотах много захоронений. Растет фон, они и поднимаются. Ну, что я тебе прописные истины объясняю!

Я внимательно слушала, не перебивая.

– Так вот. Энергии там накопилось катастрофически много. Это видно уже даже по близлежащим территориям, которые пока относительно безопасны. В поселениях, которые еще существуют на болотах, не было наших людей уже несколько лет. Отчеты пишутся, подаются, конечно. И там все хорошо. Вот только это неправда.

– Почему не отражают истинное положение дел? Кому это надо?

– А вот это хороший вопрос. Я не знаю, Свияга,– заметив мой недоверчивый взгляд, он подтвердил еще раз.– Я действительно не знаю. Нам спускают сверху инструкции, из канцелярии Короля. То ли не хотят спонсировать полноценную работу, то ли что-то скрывают… Не знаю. Но, это бомба замедленного действия, ты же сама понимаешь.

– А в кулуарах что говорят?

– А ничего! Кто был недоволен – ушли давненько. Тех, кто держится за должность – помалкивает.

– А ты?

– А что я? Я, наверное, смирился,– он со злостью поставил опустевшую чашку на столик.– Мне сто двадцать, Свияга. Я слабый некромант. Частным полем я на жизнь не заработаю. Можешь считать, что я смирился,– он замолк на несколько мгновений. А потом спросил:– Осуждаешь? Мозги будешь вправлять?

Я даже оторопела от такого вопроса:

– Нет. Каждый живет так, как он считает нужным. Я уважаю выбор любого. А мозги я вправлять не умею. Я их больше привыкла вытаскивать. Из разбитых черепов.

– Спасибо,– в голосе мужчины послышалось облегчение.– Но юмор у тебя, конечно, как был специфическим, так и остался.

–Какой есть, мой друг, какой есть,– задумчиво протянула я.– А скажи мне, пожалуйста, как определили, что на болотах происходит мутация? И в чем она проявляется?

– Последние экспедиции доложили. Нежить, которую они встречали, никак не реагировала на обычные боевые заклинания. Она была сильнее, быстрее и опаснее. Некоторые из ребят не возвращались,– он раздраженно потер грудь под мундиром.– И животные. Дикие животные. Они изменились. Нет, не стали нежитью, они живы. Но они…другие.

– И?

– И ничего! Все отчеты, как всегда, прошли через меня. Как обычно. И легли под сукно. Сверху велено не давать никакого хода ничему выдающемуся. Все хорошо в стране. Все хорошо, госпожа Дайдрейн.

– Ясно,– задумчиво пробормотала я.– А о новых видах нежити не докладывали?

– Нет. Вот этого не было. Вроде все по-старому. Но как-то иначе.

Я узнала все, что хотела и порывисто встала:

– Спасибо, мой старый товарищ. А дай-ка мне официальную сводку по Рваным болотам. Можешь?

– Конечно, о чем речь,– мужчина тоже поднялся и прошел за свой стол.

Через пять минут он протянул женщине бланк, на котором ровными столбиками стояли цифры и наименования. С печатью и подписью, все как положено.

Еще десять минут ушло на прощание и предложение встретиться в менее официальной обстановке. Дав обещание подумать, я, наконец, покинула давно знакомый кабинет.

Выйдя на крыльцо, окинула взглядом небольшую площадь перед Ведомством. Ничего не изменилось. Экипажи ехали. Люди шли по своим делам. Солнце светило так же, как и всегда.

Но интуиция глухо ворчала. Там, куда мне предложили отправиться, происходило что-то нехорошее. И это что-то несло угрозу моему привычному миру и всему населению Ромты.

Настроение Свияги Дайдрейн стремительно ухудшалось.


2.5.


Идеальный камердинер встречал хозяйку на крыльце. Несмотря на то, что постепенно все приходило в упадок, я любила этот дом. Здесь я выросла. Здесь прошли мои самые лучшие годы. Городская усадьба рода Дайдрейн.

– Светлор?

– Доброго дня, госпожа Дайдрейн. Подавать обед?– в голосе слуги слышалось тактичное осуждение. Нечасто в этом доме запаздывали с приемом пищи.

– Да, пожалуйста, Светлор. Я только приведу себя в порядок и спущусь.

Переодеться и умыться заняло немного времени. Через 10 минут я уже вошла в столовую и приступила к еде. Как обычно – скромной.

Куриный бульон с яйцом, запеченное мясо с овощами, подсушенный хлеб и укрепляющий настой.

– Госпожа, пришли счета. Я все отнес к вам в кабинет.

– Из Ромштанта что-то есть?

– Да, госпожа. Все в кабинете.

– Спасибо, Светлор.

Закончив свою трапезу, занялась разбором писем.

Увидев конверт с штемпелем Налогового Ведомства, мысленно скривилась. Наступила осень, а значить пришла пора уплачивать ежегодные взносы. Дворянин ты или простой горожанин, Государству обязаны платить все.

Вооружившись пером, аккуратно выписала все суммы и пока отложила. Следующим было вскрыто послание из родового поместья. Убористым почерком управляющего были расписаны доходы и расходы. Последних было чувствительно больше. Уже несколько лет поместье приносило только убытки. Внизу были даны подробные объяснения, но вчитываться даже не стала. Я ничего не смыслила в управлении землей, зачем терять время?

Подсчитав все, что требовалось внести в казну и направить в Ромштант, чтобы покрыть убытки и дать людям нормально перезимовать, раздраженно потарабанила пальцами по столу. Из года в год эти суммы увеличивались, а мой личный доход не позволял оплачивать все. Нет, у меня сейчас были средства. Но после погашения необходимых счетов от них останутся только воспоминания. В свете наступающей зимы и сокращения заказов (зимой нежить была менее активна, поэтому услуги некромантов требовались реже) положение могло стать аховым.

Но, выхода не было. Нужно было рассчитываться. Достав чистый лист, владелица нищего поместья быстро написала ответ. Расплатиться и выслать необходимое я хотела в течение недели.

Остальная почта была уже не столь важной, но просмотра все же удостоилась. А потом была отправлена в мусорную корзину за бесполезностью.

В течение последующего часа я подсчитывала имеющиеся деньги. Сразу было отложено то, что уйдет в счет государства. По здравому размышлению добавила еще 50 иошей к тем деньгам, которые просил управляющий родового поместья. Зима на носу.

Жалкая горстка монет, которые остались лежать передо мной, вызывала досаду и раздражение. Этой суммы не хватит, чтобы перезимовать мне самой. А дом, по-хорошему, нужно утеплить и выполнить мелкий текущий ремонт. От этих размышлений даже разболелась голова. Я была сильным магом и отличным специалистом в своей области. Но от домоводства у меня еще с детства сводило скулы и начиналась мигрень. Можно было бы нанять знающего человека, но ведь ему тоже нужно платить.

Положение было нерадужным. Даже отвратительным, если начистоту. Каким бы великим не был род Дайдрейн, финансово он разорен. Я прекрасно это понимала. Как и то, что нужно срочно что-то делать, чтобы выправить положение. Аккуратный стук в дверь отвлек ее от мыслей:

– Да, Светлор, входи,– кто еще мог постучаться в доме, где постоянно проживали только мы вдвоем?

– Госпожа, вы сидите здесь уже несколько часов. Я забеспокоился.

– Все в порядке, мой дорогой друг. Я просто задумалась.

– Плохие новости?

– Нехорошие,– вздох вырвался сам по себе.– Мы на грани разорения. Поместье снова не принесло никаких доходов. Наоборот, только требует вливаний.

– Может быть, стоит поменять управляющего?

– На кого? У тебя есть подходящая кандидатура на примете?– левая бровь иронически изогнулась.

Слуга промолчал. А затем задал тот вопрос, который я, после собранной сегодня информации, не хотела сама себе задавать:

– Тогда, может быть, стоит взять заказ короля?

– Светлор, я не говорила тебе, что государь предложил мне дело,– темные глаза внимательно смотрели на камердинера.

– Госпожа, я начал служить в этом доме еще во времена вашего дедушки. Вы работаете точно так же, как и он. Когда намечалось важное дело, он тоже уезжал собирать информацию. А утром вы сказали мне, что ваши дела связаны с вызовом к королю. Все просто,– слуга был полон достоинства и на пристальный взгляд никак не отреагировал.

– Мастер логических выкладок,– притворно-раздраженно пробормотала я.– Нужно думать, Светлор. Поездка, что предлагает глава Ромты может быть с билетом только в один конец.

– Вы поступите правильно, я уверен,– преданный служитель слегка наклонил голову, а затем удалился.

Для принятия решения понадобилось еще около получаса. Денег у меня не оставалось, а жить на что-то было нужно. С этой своеобразной продажей своего таланта я давно смирилась. С тех самых пор, как меня попросили уйти из Ведомства магии.

Откинувшись на спинку кресла, спокойно смотрела в окно. Когда дар проснулся, дед делал вид как будто все так и должно было быть. Но она знала, что он был очень рад. Знаменитый род Дайдрейн. Все члены рода были некросами. С разным уровнем силы и контроля, но им всем подчинялась темная энергия. И только юная Свияга проявила себя в ведьмачестве. С детства любила ковыряться с травками, распахивая своими лопатками лужайки в Ромштанте. Единственная и любимая внучка господина Бернарда. Он никогда не давил на меня, терпеливо дожидаясь пробуждения родового дара. В том, что он проснется, дед даже не сомневался.

Проснулся. Очень страшно и в результате дикого душевного потрясения, но проявился. А потом была учеба. Много учебы и работы. Она помогала забыться и не думать о погибшем возлюбленном. Результатом этого всего стало появление великолепного специалиста с очень большим магическим резервом. Я работала в Ведомстве, параллельно преподавая в Училище Магии. Это позволяло учить молодых некромантов не только в аудиториях, но и, выводя их в поле, давать практику. Это было хорошее время. Состояние всеобъемлющей реализованности. Для женщины, у которой не было семьи, детей, работа была страстью. Я была собой и наслаждалась этим. Мои услуги ценились. Мне не было равных. А потом политика государства начала меняться. Нет, нежити не стало меньше. А вот Свияга Дайдрейн стала не нужна. Подстраиваться и унижаться я была не обучена, поэтому хлопнула дверью очень громко, высказав начальникам все, что думала. И ушла на вольные хлеба. Вначале все было замечательно. Ее способности были на слуху, ее нанимали на зачистку различных территорий, она искала ответы у умерших по просьбам живых. Было дело, даже натаскивала доморощенных некромантов, которые не хотели учиться в Училище, а дар требовал применения.

Но все проходит. Постепенно количество заказов стало уменьшаться, а мои дела становиться хуже. И вот, докатились до того, что приходится выбирать: принять опасный заказ, в который ехать в одиночку это сумасбродство, или медленно умирать от голода здесь. А главное – мое душевное состояние. Я мучительно страдала от безделья. У меня появилось время. То самое, беспощадное, безжалостное явление, когда появляется возможность покопаться в себе. И я нашла там много накопившихся обид, разочарований и боли. Избавиться от них могла позволить только работа. Не заглушить, нет. Я была уже в том возрасте, когда не врешь себе. Именно избавиться, сбросить этот груз и начать новую жизнь.

Решение было принято. На белоснежный лист бумаги быстро и ровно ложились строки. Написав послание и запечатав его своим фамильным перстнем, позвала слугу, велев вызвать нарочного и отправить письмо адресату сейчас же.

В дедушкином баре всегда было вино. Всегда красное, другого он не признавал. Взяв наполовину наполненный бокал, я подошла к окну. Почти зашедшее солнце раздробило свои последние красно-желтые лучи в тяжелом хрустале.

– Здравствуй, ночь. Ты прекрасное время. Граница жизни и смерти. Ты снова пришла.

## Глава 3

День третий

3.1.

Утро принесло срочные известия. Аккуратный стук в дверь и голос моего надежного Светлора:

– Госпожа, доставили приглашение на завтрак от Его Величества. И даже экипаж прислали.

Я только хмыкнула. Оперативно действует его величество. Припекло царскую семью.

Слуга протянул мне сложенное вдвое пригласительное. На белом плотном листке была всего одна строчка:

«Очень рад. Жду на завтрак»

Ну, что ж, почтим самодержца своим присутствием.

– Светлор, стол накрывать не нужно.

– Я уже понял, госпожа,– несколько ворчливо отозвался старик.– Вы только покушайте там, как следует. Этикет не стоит голодных обмороков.

Обожаю его отношение к дворянам. А вот они его не любили. Многим гостям этого дома он попортил настроение.

– Не беспокойся, мой друг. Даже королевские особы не смогут нарушить мой режим питания.

Что-то бормоча, слуга удалился. А я начала собираться. Ридикюль отвергла. Вчера весь день оттягивал мне руки, сегодня не хочу с ним таскаться. Достала привычное темное платье с множеством потайных, но очень удобных карманов. Помассировала больную ногу. Тоже рабочее наследство, досталось от волколака. Проклятая зверюга никак не хотела подыхать и таки дотянулась до меня, вырвав кусок мышцы. Дерик тогда оперативно подлатал мою тушку, восстановив слегка поврежденные магические артерии. Физическое же восстановление тканей не удалось. Ходить было можно, а вот бегать уже нет. Да и усталость быстро накапливалась в поврежденной конечности. Но я привыкла. Научилась работать исключительно на расстоянии от «клиента». Опыт, как ни крути. Жизнь некроманта – или ты их, или они тебя. Все честно.

Пристроив на голову шляпку, подхватила свою неизменную трость и спустилась на первый этаж. Предупредительный слуга открыл мне дверь и я вышла к королевскому экипажу.

Поедем, посмотрим на болящую принцессу.

Карета была маленькой, но очень удобной. Мягкий ход, дорогая отделка и множество милых подушек. Думая о предстоящей поездке, я потеряла ход времени и очнулась только тогда, когда в окне замелькали дворцовые стены. Остановились мы ровно напротив ступенек крыльца. Вымуштрованный возница свое дело знал крепко. Мне помогли спуститься и предложили пройти вначале к его величеству в кабинет.

Рабочая обстановка – это чудесно, но кормить будут или нет? Дела делами, а сытый некромант – он всяко полезнее для живого человека.

Король все так же сидел за своим столом, полускрытый горой бумаг. Вот где рассадник бюрократии, по всей видимости. Средоточие чиновничьего зла.

– Госпожа Дайдрейн,– как настоящий дворянин, он поднялся, приветствуя даму.

Я снова наклонила голову в ответ.

– Я очень рад, профессор, что вы взялись за мой заказ,– немного взволнованно сказал мой бывший студент.– Теперь у нас появилась надежда на благополучный исход.

– Не нужно загадывать, ваше Величество,– я нахмурилась. Кто закапывает кости зомбака, не упокоив его?– Собираясь в путь, полагайся только на себя и не надейся на чью-то помощь, вы забыли?

Глава государства, закончивший в свое время факультет некромантии, где я преподавала, согласно кивнул головой.

– Верно, забыл. Я не практиковался с самого выпуска. Все некогда,– он указал рукой на свой стол, намекая на огромный фронт работы.

Я, конечно, его понимала. И не понимала одновременно. Хотя, каждый должен занимать свое место в этом мире. Его учеба была скорее чисто формальностью, чтобы магический резерв растянуть, да азам научить. А с пеленок он вникал именно в управление страной, а не в то, как законсервировать для анализа печенку мертвеца.

– Итак. Вы принимаете мой заказ и соглашаетесь сопровождать мою дочь, принцессу Эмму Ромтийскую до Храма Святого Флиутстина и обратно.

– Государь, я надеюсь, вы понимаете, что на территорию храма меня не пустят? Не жалуют они наделенных тьмой. Внутри Эмме придется справляться самой.

Король немного раздосадованно кивнул. Но я соглашалась быть только сопровождающим. Охранником от нежити, если хотите. А не нянькой, водящей великовозрастное дитя за лапку.

– Сегодня с ней проведут работу, обучат, что и как нужно делать. Если не ошибаюсь, эти храмовники до сих пор подчиняются своим строгим законам поведения.

– Да,– подтвердила я.– Они всегда были консервативны. Довелось мне с ними сталкиваться.

– Профессор, я прошу меня извинить, но я обязан это сделать,– мужчина решительно встал, достал из стола небольшой ритуальный нож и, подойдя, протянул мне руку.– Мы с вами родились в одинаковых по значимости для страны родах. Вы должны меня понимать.

Вот тут я удивилась несказанно. Рука? Нож? Король предлагает мне заключить Красный договор? Проведение этого ритуала означает нерушимость соглашения. Тот, кто попытается обмануть партнера, истечет кровью. Никаких шансов на выживание.

– Вы уверены, Ваше Величество?– я тоже поднялась.

– Я всегда уверен в том, что делаю,– голос у него был твердым.

Вырос вчерашний мальчишка-студент, подумалось мне. И я без сомнений достала свой ритуальный кинжал. Аккуратный надрез на запястье, почти царапина, и я протянула ему свою ладонь..

– Я, Свияга Дайдрейн, некромант, обязуюсь стать сопровождающей и защитником в пути для Эммы Ромтийской. Обязуюсь всячески сохранять ее физическое здоровье и жизнь. Обязуюсь всеми силами стремиться к достижению цели нашего с ней пути, а также стараться доставить ее обратно, в независимости от результата ее лечения. Моя кровь и моя тьма тому свидетель.

С последним словом по магическим артериям моей руки потекла тьма, разливаясь по коже и аккуратно дотрагиваясь до короля. Процесс запущен.

– Я, Апполион Гадрест, Король Ромты, обязуюсь оказать любую возможную помощь в деле Свияги Дайдрейн по сопровождению моей дочери, Эммы Ромтийской. Обязуюсь сделать все от меня зависящее, чтобы их путешествие было комфортным и безопасным. Обязуюсь вознаградить Свиягу Дайдрейн так, как она пожелает,– тут король все-таки немного запнулся. Тяжко было обещать то, чего не знаешь.– Обязуюсь не предъявлять ей никаких претензий в случае неудачного или невозможного излечения моей дочери. Моя кровь и моя тьма тому свидетель.

По руке короля так же, как и у меня, потекли черные ручейки энергии. Когда наша тьма смешалась, возникло неяркое серебристое свечение, окутавшее наши ладони. Удар сердца и все исчезло. Красный договор был заключен.


3.2.


Как только мы разняли руки, государь Ромты пошатнулся. Благо, рядом оказался стол и он оперся на него. Вытирая крупные капли пота со лба, он пробормотал:

– Даже не думал, что этот ритуал настолько тяжелый.

Я усмехнулась:

– М-да, ваше Величество, знания без применения улетучиваются из головы. Вы должны были помнить, что ритуалы крови забирают до половины сил мага. И постоянно подсасывают его энергию, пока не будут погашены. Я бы посоветовала вам носить пару силовых артефактов до нашего возвращения. Иначе самочувствие будет весьма паршивым.

Взгляд, который мне подарили, был достаточно укоряющим. Ну, уж простите. Никогда не маскировала правду. Да и лексикон в моем возрасте менять глупо.

Минуты четыре ушло у короля для выравнивания своей магической энергии. Пропала неестественная серость на лице, перестали дрожать руки.

– Что я точно помню, профессор, так это то, что после таких встрясок нужно поесть.

– Поесть некросу никогда не бывает лишним, это точно. Главное – в меру,– отозвалась я.

– Пройдемте в столовую. Нас, верно, уже ждут,– он сделал приглашающий жест, и мы отправились восполнять растраченную силу.

Нас вправду ждали. Но не только нас. Принцесса Эмма тоже задерживалась. Завтрак проходил при крайне ограниченном числе доверенных лиц. Одно из них мне было оч-чень знакомо.

– Ваше Величество,– мужчина резво поднялся со своего места по правую руку от короля.– Профессор! Рад видеть!

– Взаимно, Данияр,– я не смогла сдержать улыбки. Нынешний советник магии тоже был когда-то моим студентом. Самым отъявленным шалопаем и повесой в Училище. Он умудрялся влипать во все скандалы, доставлять кучу проблем преподавателям и своим родителям. Но при этом, тяга к знаниям у него была запредельная. Одинаково отлично он усваивал и теорию, и практику, был лучшим учеником на курсе. Ездить с ним в поле было удовольствием, там его неуемная энергия выдавала потрясающие результаты. Хотя, из-за некоторых экспериментов порой хотелось взять и упокоить в уголке. На недельку. Потом все равно подняла бы, конечно.

Потом я была представлена супруге государя, королеве Луизе и остальным присутствующим. Пока мы обменивались учтивостями, двери вновь распахнулись и в столовую фурией влетела худосочная девица. За ней неотступно следовала женщина средних лет. Фрейлина, скорее всего.

– Папа? А кто эта старая женщина?– Тьма всемогущая, неужто это и есть принцесса болящая? А она точно только физически страдает?

– Эмма, дорогая, разве можно так себя вести? Где твои манеры?– каким-то ослабевшим голосом возмутилась королева, мать этого несчастного создания.

– Я у себя дома, а значит, могу себя вести так, как мне хочется!– топнула ногой капризная особа.

– Эмма!– подал наконец-то голос глава государства.– Изволь вести себя прилично! Дама, которую ты видишь, это госпожа Свияга Дайдрейн. Она будет сопровождать тебя в поездке.

– Это с ней я должна буду ехать? Папа!– а девочка способна общаться фальцетом. В таком случае мне очень жаль камеристку, или кто она там была с принцессой. Может она глухая? Иначе как выносить такой визг на постоянной основе?

Наблюдая это безобразие, я молча ждала. Умеющий видеть наверняка бы заметил на дне моих черных как сама ночь глаз плещущее через край ехидство и презрение. Но, увы. После смерти деда я была для всех непроницаемой.

– Я так решил, дочь!– повысил тон Апполион Ромтийский.– Не расстраивай меня и сядь за стол немедленно!

Надувшая губы девчонка раздраженно плюхнулась рядом с матерью, всем видом выказывая что ее оскорбили и сделали это незаслуженно. А Луиза развернулась к супругу:

– Ваше Величество, вы уверены в своем решении? Разве женщина в подобном возрасте способна на то, на что не способны несколько молодых мужчин?

– Уж поверь, дорогая,– король усмехнулся в усы.– Еще как способна.

Советник, пытаясь скрыть улыбку, схватил салфетку и начал тщательно промокать ею губы. Этот обормот высокого ранга тоже был в курсе моих заслуг и методов работы. Наверняка сейчас представлял, как я буду проводить укрощение строптивых.

Дождавшись, когда мой наниматель возьмет в руки приборы (этикет же!), я тоже приступила к еде. Я, между прочим, отстаю от своего режима питания минимум на час! Непорядок.

На королевском столе было широчайшее разнообразие закусок. Я своим привычкам не изменяла, поэтому удовольствовалась яйцом всмятку, листьями салата и кусочками подсоленной рыбы. Последняя была дорогим удовольствием, сказывалась удаленность Ромты от морских берегов. Поэтому можно было воспользоваться случаем и отведать этого лакомства во дворце.

Настроения разговаривать после истеричной выходки принцессы ни у кого не было, поэтому кушали молча. Я наблюдала за присутствующими. Для этого мне даже не нужно было смотреть на них, я чувствовала потоки их сил. Энергия несла всю информацию о своем владельце. Король поглощал все предлагаемое официантом с большим аппетитом. Ну да, организм требует восстановления после колоссальной растраты. Ничего, придет в себя. Резерв у него приличный, только редко используемый. А мог бы стать хорошим некромантом, м-да.

Сила Данияра текла ровной, мощной рекой. Этот точно находит время для практики, иначе усох бы на службе, как и Апполион. Больше всех меня удивила королева. Луиза обладала огромным потенциалом. Ее резерв мерцал, показывая, что владелица очень сильный маг. А вот артерии были едва наполнены энергией. Так, вялый ручеек. Это было странно. Сила любого мага, данная ему при рождении, всегда требует выхода. Загубить свой потенциал можно, только если систематически сдерживать ее. Как, например, получается у короля. Он не хочет или не может заниматься практикой, поэтому постепенно теряет мощь. Видимо, у Луизы та же история. Насколько мне удалось понять, она бытовичка. Тогда понятно, не станет же королева ходить по дворцу и заниматься его обустройством лично. Некоторые люди очень сильно подвержены влиянию общественного мнения.

А вот Эмма казалась мне пустым пятном, магии у нее не было. Дар, если он существовал, был полностью скрыт. Иногда так бывает у некоторых одаренных детей. Но к подростковому возрасту, сила пробуждается, так или иначе. А вот у принцессы этого не случилось.

Поймав мой взгляд, девчонка фыркнула и отвернулась.

– Профессор,– наконец-то наевшись, король подал голос, заставив всех обернуться к нему,– как вы думаете, сколько охраны вам потребуется? 30? 50 человек?

И я поняла, что отметку «Отлично» по Организации практических полевых работ я поставила ему тогда совершенно напрасно. Какие тридцать? Какие пятьдесят? Некромант вообще обычно работает в одиночестве!

– Пятеро. Максимум,– буркнула я.

Королева ахнула, прижав ладони к щекам и уставившись на меня. Король, если и удивился, то никак этого не показал:

– Вы уверены, профессор? Дорога дальняя. И опасная,– он все-таки нахмурился.

– Вот именно поэтому всего пятеро, Ваше Величество. Ехать нужно далеко и быстро, привлекая минимум внимания и создавая как можно меньше шума. Желательно вообще инкогнито. А с каким грохотом прокатится ваш отряд по дорогам Ромты?

Советник Магии ничего не сказал, но утвердительно кивнул в ответ на вопрошающий взгляд государя.

– Пятеро, Ваше Величество, не больше,– снова сказала я. И они должны уметь обращаться не только с мечом и копьем, но и уметь заниматься другой работой. Если у кареты в дороге отвалится колесо, например, они должны суметь ее починить быстро и качественно. Поэтому парочку сопровождающих я бы рекомендовала взять из деревенских парней. Они рукастые и исполнительные. И трое хороших быстрых бойцов.

Посмотрев на королеву, все еще сидящую в изумлении и принцессу, задравшую нос выше макушки, я добавила:

– Из всех присутствующих здесь у меня самый большой опыт полевых выходов. Поэтому я предлагаю отправиться в путь небольшой группой, не более десятка человек. Одна легкая, но прочная карета, в которой буду я, принцесса и запас провизии и фуража. Остальные верхами.

– А где же поедут служанки Эммы?– удивилась Луиза.– Я сомневаюсь, что женщины смогут проделать такой путь в седле.

– Про камеристок речи не было,– обратила я на нее свой темный взгляд.– Нам в пути они не пригодятся.

– Как?– снова ахнула королева.

– Это что, я буду совершенно одна?– взвизгнула принцесса.

– Почему же одна?– я пожала плечами.– Со мной.

– А как я буду мыться? Переодеваться? Кто будет готовить мне еду? Явно же не вы!– девчонка вновь закипела своей истерикой.

– Естественно,– усмехнулась я.– Питаться будем из общего котла, на приготовление изысков у нас не будет времени. На смену нарядов времени не будет. Впрочем, кому они там будут нужны. А мыться будете самостоятельно.

– Но я не умею!– взвился к потолку ее голосок.– И не хочу!

– Ваше право,– согласилась я.– Можете набрать с собой целую свиту. Тогда ехать мы будем раза в три дольше, а за результат я не ручаюсь. Мой резерв велик, но защищать такую толпу я не буду. Они погибнут еще на подходе к болотам.

– Разве ваш долг некроманта не велит вам оберегать людей от нежити?– немного нервно поинтересовалась мать вредной девчонки.

– Велит. В обычной жизни. Но я уже давно не на службе. Я буду исполнять частный заказ. А в договоре указывалось только имя Эммы,– мне уже начинала надоедать эта их глупое упрямство.– К тому же, насколько я поняла, случай срочный. Задерживаться в пути не следует. Хотя, на болотах любая незапланированная остановка это верная смерть.

Вот тут упирающихся дам немножко проняло. Я понимала, что тех, кто никогда не сталкивался с ходячими мертвецами, желающими содрать с тебя кожу и съесть еще тепленьким, убедить в реальной опасности сложно. Но, с другой стороны, король мог бы и подготовить своих женщин. Уж он-то в курсе как происходят встречи с милыми мертвыми созданиями.

– Я думаю, что нам следует поговорить у меня в кабинете еще раз,– король спокойно оглядел нас всех.– Но то, что Эмма поедет,– он выделил это слово, глядя на дочку в упор,– с госпожой Дайдрейн – это уже решено.

– Я с ней не поеду!– принцесса практически взвыла, подпрыгнув в кресле артистично выдавив показательную влагу из глаз.– Она мрачная, страшная и глаза у нее жуткие! Мама! Почему мне нельзя поехать с Элвилем?

Луиза сразу же бросилась утешать несчастное чадо. А я вопросительно подняла брови: Элвиль? Кто это?

– Друг Эммы, сын одного из моих советников, студент-некромант,– вполголоса пояснил для меня король.– Дочь, Элвиль еще молод и неопытен, неужели ты не понимаешь?

– Он опытный!– сквозь рыдания возразила девчонка.– Он лучший в своей группе!

– Эмма!

– Пусть тогда докажет, что она лучше него!– выпалила принцесса, размазывая по лицу злые слезы.

– Боги, дочь, что ты говоришь?!– схватился за шевелюру мой наниматель.

Мои темные ночи, что вообще творится в этой семейке? Они тут все на головушку нездоровы? За страну страшно, право слово.

– Госпожа Дайдрейн, я прошу извинить принцессу Эмму за подобные высказывания, она слишком молода и не знает жизни,– ну вот. Довела отца поганка. Король извиняется!

– А вы знаете, Ваше Величество, я согласна на показательные выступления. Позовите этого юношу, если возможно. Посмотрю, какие сейчас кадры готовят в Училище.

Нет, я вовсе не унижалась и не хотела доказать что-то этой соплячке. Мне вправду было интересно, как сейчас обстоят дела в моей альма-матер. Если все так отвратительно в Ведомстве, то и там должно быть не лучше.

Бледный вьюнош явился пред наши очи спустя двадцать минут. Я как раз успела допить вкусный тонизирующий отвар и доесть ажурный блинчик с сырной начинкой.

– Элвиль, знакомься, это госпожа Дайдрейн. Вероятно, ты слышал о ней от своих преподавателей.

Стоявший перед королем парнишка опустил вихрастую голову еще ниже:

– Да, Ваше Величество.

– У нас с Эммой возник спор. Она утверждает, что ты лучший студент в Училище, это так?

– Ее Высочество слишком добры ко мне, Ваше Величество.

– Значит, вы учитесь плохо?

– Нет, я отличник, но… – парень от волнения начал заикаться и умолк совсем.

– Прекрасно!– потер руки Апполион.– Тогда проведем небольшое состязание. Данияр? Может небольшого волчка?

Советник, согласно кивнув головой, выглянул в коридор и что-то кому-то приказал. Я по-прежнему сидела в кресле и наблюдала за этим представлением. Студент потел от переживаний, Эмма что-то взволнованно нашептывала ему на ухо. Король с Советником тоже о чем-то беседовали. Я улыбнулась, глядя на них. Мальчишки! Даром что уже взрослые мужчины, занимающие самые высокие посты в государстве. В душе все равно оболтусы-некроманты.

В коридоре неожиданно раздались возгласы и визг. В раскрытую дверь вкатилась тележка с лежащим в ней трупом щенка-волчка.

Волчками некроманты называли перевертышей. Тех, которые не были рождены оборотнями изначально, а кого превратили в зверей.

– Боги, какая гадость!– вскочила королева.– Зачем вы это сюда привезли?

– А на чем вы предлагаете испытывать умения некроманта?– сказала я, поднимаясь и подходя к доставленному материалу. Молодой, не старше двадцати лет. Было. Ауры, конечно, не видно уже. Больше суток как мертв. Кто ж его так и за что? Я внимательно осмотрела тушу: погиб от заклинания «Лезвие». Внутренние органы на месте, а вот кровь дворцовый некромант уже откачал, поэтому туша чистая. Это хорошо, меньше грязи будет.

– Господин Элвиль, вас учили осматривать труп?

– Д-да…,– протянул разом вспотевший юнец.

– Ну, так делайте то, чему вас учили. И приступим,– я отошла от тележки, взяв со стола еще один блинчик. Вкусные!

Осмотр у паренька как-то не задался, мешали широкие рукава куртки и постоянно падающие на лоб волосы. Наконец, помучившись, он тоже отошел и встал, выжидательно смотря на государя.

– Все? Дамы, к стеночке. Данияр, давай!– король явно был в предвкушении. Советник молча чуть развел руки и по ним заструились дымные клочки тьмы:

– Zvanna in chertago. Zvanna on mirusa. Zvanna fora tutis. Legas!– взмахнув кистями рук, мой бывший ученик впечатал в мертвую тушку сгусток тьмы. Заклинание было произнесено чисто, но вот энергии он дал много. Еще мгновение назад лежавший тряпкой щенок волчка выскочил и, ощетинившись, зарычал на людей. Королева с дочкой, а вместе с ними и прислуга одновременно завизжали и впечатались в противоположную стену. Понимаю, не каждый день в столовой дворца поднимают оборотня. Пусть и маленького.

Элвиль, схватившись за поясную сумку, судорожно пытался ее расстегнуть, но снова его подвели рукава и нервы. Замок никак не хотел открываться. Что он хочет достать оттуда? Нож? Зачем нож? Упокоить зверя заклинанием на крови? Это минимум 3 минуты времени! Даже я бы не решилась!

Волчок, решив, что достаточно запугал добычу, резко прыгнул вперёд в направлении юноши-студента, оказавшегося к нему ближе всех. Из распоротого убийственным заклинанием брюха наполовину вывалились внутренности. На дорогой мрамор закапали остатки биологических жидкостей.

Визг испуганных перешёл практически в ультразвук. А Элвиль просто вмерз в пол, обречённо глядя на нежить.

– Stopura!– с моей руки сорвалась первая полоска тьмы, опутавшая лапы мёртвого щенка.– Господин студент, обездвиживание!

Стремившееся убить живого человека создание как будто уткнулось в стеклянную стену и замерло, бешено вращая уже подсохшими белками глаз и разъяренно воя.

– Shatante!– ещё одна полоска энергии, впитавшаяся в ему горло.– Молчание!

Рык оборвался. Теперь порождение тёмной магии застыло изваянием. Никакой капающей слюны или искр на шерсти. Это все сказки для малышни. В мёртвом теле нет никаких физиологических процессов. Оно действует только на основе энергии, которую в него вложили.

Стряхивая с пальцев силу, я подходила к зверю и молодому человеку:

– И, наконец, otum de lifas! Упокоение.

Разом потеряв силу для функционирования, волчок рухнул к ногам юноши. Студент, по-моему, хотел прилечь рядом, но держался исключительно на чувстве долга. Король же смотрит и подружка.

– Вы запомнили верный протокол работы, господин Элвиль?

– А-а? Д-дааа…

Вот уж сомневаюсь, но это не моё дело.

– Скажите, господин Элвиль, а как вы планировали упокоить этот вид нежити?– мне было любопытно до ужаса.

Студент, оторвав взгляд от раскрытой пасти зверя, непонимающе посмотрел на меня.

– Да не бойтесь, он действительно снова мёртв,– я для убедительности дотронулась до туши своей тростью.– Так как?

Паренёк гулко сглотнул и затараторил:

– Нас учили, что лучший способ это заклятие на крови. Кровь некроманта остановит любую нежить.

Я кивнула:

– Верно. Остановит. Абсолютно любую нежить. На то время, пока она её пьёт. Запомните, молодой человек: кровь это самое ценное, что может быть у некроманта. Заклятий и ритуалов, где она действительно необходима, около десятка. И упокоение иных форм жизни туда не входит. Не старайтесь хвататься за нож, ищите иные пути. И рассчитывайте время,– я вздохнула.– Будь вы сейчас в поле, вас бы уже доедали.

Юный маг снова посерел, а я развернулась к остальным:

– Я надеюсь этого достаточно?– настроение у меня испортилось. Понятно, почему исчезают толковые полевые. Студентов учат какой-то ереси. Выведи их на практику, они там штабелями полягут.

– Конечно, госпожа Дайдрейн,– наклонил голову король.– Наблюдать за вашей работой одно удовольствие.

Перепуганные присутствовавшие так явно не думали, но кто ж их спросит. Эмма вцепилась в мать трясущимися руками, округлив глаза и до сих пор смотря на зверя. Заметив это, поморщившийся Советник тут же приказал убрать тушу, а участникам зрелища предложил выйти из столовой. Проходя мимо него, я прошипела:

– Данияр, не позорь преподавателя! В следующий раз нежить после Лезвия поднимай с закрытым брюхом, ладно? Я вас учила эстетике! Весь пол загадили!

Ошарашенный вид и круглые от изумления глаза Данияра я посчитала за согласие и принятие замечания.

Ну, а что? Имею право! Кто их, оболтусов, еще научит?


3.3.


Потрясенная и испуганная принцесса была отправлена в свои покои в окружении служанок и нянек. А мы вчетвером, с ее родителями и Данияром, прошли в одну из гостиных.

– Луиза, надеюсь, теперь у тебя не возникает вопросов, почему я выбрал именно госпожу Дайдрейн в сопровождающие для Эммы?– тон у Апполиона был немного резковат. Видимо, сцена, разыгранная дочерью в столовой, тоже пришлась ему не по вкусу.

Королева, еще тоже не пришедшая в себя до конца, только отрицательно покачала головой.

– Вот и замечательно. Тогда предлагаю обсудить более подробно предстоящую поездку,– только усевшийся король повернул голову на аккуратный стук в дверь.– Да?

– Ваше Величество, прибыл гонец из соседнего государства,– на пороге возник лакей.

Властитель Ромты поморщился и поднялся:

– Прошу меня извинить. Закон предписывает принять такого посланца незамедлительно и лично. Я скоро вернусь. Данияр?

Советник Магии согласно наклонил голову и вышел вслед за ним. А мы с Королевой остались вдвоем. Расторопные слуги подали нам прохладительные напитки и закуски. Есть не хотелось совершенно, завтрак был не далее как полчаса назад, а вот испить бодрящего морса было очень кстати. Луиза вцепилась в бокал с лимонадом и наблюдала за мной.

– Ваше Величество? Хотите задать какой-то вопрос?

– Д-да,– процедила она.– Скажите, госпожа Дайдрейн, вы ведь из великого рода. Знаменитого. Зачем вы посвятили свою жизнь вот этой…грязи?– последнее слово она как будто выплюнула.

Этот вопрос совсем меня не удивил. Я слышала его огромное количество раз.

– Видите ли, Ваше Величество, то, что я Дайдрейн как раз и определило мою судьбу. Мой род знаменит именно благодаря этой грязи, как вы говорите. И нашему умению с ней обращаться.

– Я узнавала, в вашем роду некромантами становились чаще всего мужчины. Женщины тоже обладали большой силой, но выбирали более мирную стезю. Как вы решились пойти во тьму?

Я спокойно поставила свой стакан на столик:

– Я последняя из рода. Вы же наверняка в курсе?– королева кивнула.– Мои предки по женской линии могли не продолжать семейное дело, потому что были те, кто им занимался. А у меня такой замены нет. Вдобавок, у меня были личные причины.

– Простите, если затронула какие-то плохие воспоминания своими расспросами,– учтиво извинилась Луиза, увидев мои нахмурившиеся брови.

Я махнула рукой. Мол, пустое.

– Позвольте спросить и вас, Ваше Величество?

Королева исполнила милостивый наклон головы совершенно по-царски.

– Эмма. Как вышло, что дитя двух сильных магов появилось на свет с перекрытыми магическими артериями?– сама того не осознавая, я уставилась на первую даму государства своим отработанным пристальным взглядом.

– С чего вы взяли, что я сильный маг?

– Я вижу,– развела руками я.– У вас огромный резерв. Только вы его…сушите.

Женщина заволновалась. Она встала и заходила по комнате.

– Мой дар смешон.

– Магия не может быть смешной,– прервала я ее.

– Вы не понимаете,– горячо возразила она.– Я родилась в семье аристократов. Старинный, почитаемый род Эпатр. Вы, наверняка, в курсе, у вас должно быть отличное образование. Так вот. Мои родители и все предки рождались магами земли, воды. Были выдающимися ботаниками. И тут появляюсь я! Маг-бытовик! Дворянка, которая способна в совершенстве и за минуты отстирать белье, уничтожить пыль во всем доме и заставить паркет сиять!– она горько усмехнулась.– Сменить дар нет никакой возможности,– тут я бы поспорила. Сама на практике это прошла, но королеву этот вариант вряд ли бы устроил.– Поэтому я отказалась учиться магии и развивать свои способности. Разве это способности вообще?

Я молчала. Я была с ней в корне не согласна, но указывать, кому как жить не имела привычки.

– Когда родилась Эмма, она показалась нам просто пустышкой. Лишенной магии совсем. Потом уже многочисленные эскулапы выяснили, что ее артерии сплющены. Пережаты. И энергия по ним не течет. Ребенок в утробе перенял поведение матери,– Луиза отвернулась к окну.– Я до сих пор виню себя в этом. Если бы я хоть чуть-чуть давала своей силе выход, то у дочери было бы все в порядке. А сейчас… Мало того, что она будет никому не нужна без дара, так еще и ее жизнь будет намного короче. Я не хочу видеть похороны собственного ребенка!– у развернувшейся женщины исказилось лицо от горя и гнева.

М-да уж… А мне Апполион ничего не сказал про продолжительность жизни принцессы. Он твердил только о ее замужестве и будущем страны. Мужики! Теперь понятно, почему она так трясется над дочерью и избаловала ее до невозможности. Чувство вины и материнские инстинкты полностью владели королевой.

– Госпожа Дайдрейн, Его Величество говорил, что вы встречались с монахами Флиутстина. Скажите, они, правда, умеют лечить таких, как Эмма?

– Встречалась,– подтвердила я.– Лично я, конечно, не спрашивала о подобных случаях. Но его последователи отличные лекари. Доводилось обращаться.

В глазах страдающей женщины отразился огонек надежды. И тут в гостиную вошли король и Советник. Спасибо, тьма! А то я совершенно не умела утешать горюющих и чувствовала себя неловко. Да и не хотела, если уж совсем на чистоту. Каждый несет ответственность за свои решения самостоятельно.

– Дамы, все в порядке?– кинув взгляд на жену, Апполион стал подозрительным. Но лицо королевы было безмятежным. Если уж магиней-бытовичкой она была так себе, то аристократкой была истинной. И умение маскировать свои эмоции было впитано ею с материнским молоком.

– Конечно, Государь.

– Отлично,– он со вздохом уселся в кресло.– Тогда предлагаю все-таки перейти нашему вопросу. Надеюсь, больше нас никто не отвлечет. Госпожа Свияга, у вас есть какие-то пожелания?

– Да.

– Желайте.

– Первое: то, что уже обсуждали за завтраком. Численность отряда не более восьми-десяти человек. Это оптимально. Из них 5 солдат или стражников, мне неважно. Лучше деревенских, неприхотливых и умеющих работать руками, повторяюсь. Я, Ее Высочество. Я возьму с собой одного подручного. Некромант из местных, он будет нам полезен. Это уже восемь. Еще подумаю об этом, но не обещаю. Второе: карета. Легкая, прочная, с широкими колесами. Упряжь и лошадей пусть подберут конюхи с учетом езды по болотам и бездорожью. Третье: минимум вещей. Когда я говорю минимум,– я покосилась на Луизу,– я имею в виду две смены одежды, запасную обувь и теплые вещи. Его Величество знает, как нужно собираться в поле,– я кивнула на Апполиона.

– Госпожа Дайдрейн, скажите, действительно нет возможности взять с собой хотя бы одну служанку? Эмма… Она же вас с ума сведет,– король хмурился.

– Взять-то можно, я уже говорила. Но это создаст проблемы. Я не шутила, когда говорила, что мы будем передвигаться очень быстро. Энергия жизни и запах людей и лошадей будут привлекать много ненужного внимания нежити. Я бы хотела встречаться с ней как можно реже, сами понимаете. Я наводила справки о текущей ситуации. И то, что я узнала о болотах – мне не понравилось,– склонив голову, я переводила взгляд с короля на советника магии и обратно. Они явно поняли, что я имею в виду.

Но комментариев не поступило. Что ж, ладно. Разберусь самостоятельно.

Еще около сорока минут мы обсуждали какие-то нюансы рискованного путешествия. Выезд назначили через два дня. Время поджимало, но нужно было подготовиться. Лучше торопиться медленно, но без остановок, говаривал дед. В конце беседы король снова заговорил об оплате. Я напомнила ему о нашей договоренности, а вот аванс в сумме трехсот иошей взяла сразу. Нужно было обновить мою полевую укладку, кое-что сменить. Плюс расширить тревожный чемодан, с запасом на всех. Оплату работы моего помощника оговорили отдельно. Я запросила сумму, равную моей предоплате. Думаю, этого хватит с лихвой.

В итоге, когда я садилась в предоставленную королем коляску, чтобы ехать домой, в моих карманах лежали два кошелька. В одном мой личный задаток, а во втором еще сотня иошей. На предварительные и путевые расходы.

Ощущения были странные. С одной стороны было тревожно. А с другой…

Радость от возвращения в поле. Жажда деятельности.

Свияга Дайдрейн снова собиралась работать.

## Глава 4

День четвертый

4.1.

Сегодня солнцу снова не удалось застать меня в постели. Когда первый рыжий луч пробрался сквозь занавеску, я только хмыкнула. Чем старше становишься, тем меньше нужно времени для сна. К тому же, встречать и провожать ночь, свое любимое время суток, я давно привыкла.

Сидя за столом в кабинете, я намечала план действий на день. Их было не то, чтобы много, но они были важны. Сборы в дорогу я хотела проконтролировать от и до. От этого зависят и успех мероприятия, и наши жизни. Уходить за грань раньше отмеренного времени я не желала.

Завтрак был подан вовремя. Верный Светлор так же, как и всегда, стоял сбоку и не задавал вопросов. Известие о моем отъезде он воспринял спокойно. Уточнил, чем может мне быть полезен, и только. Я ж говорила, идеальный слуга некромантов. Никакой рефлексии.

Денек сегодня выдался дождливый и промозглый, поэтому камердинер выдал мне теплую стеганую накидку. Верхний слой ткани был специально обработан, чтобы вода не впитывалась, а стекала на землю. Каких-то жутких денег стоило это средство, но очень полезная штука.

Ехать по городу сегодня было одно удовольствие: ни тебе толп прохожих, экипажей тоже вполовину меньше. Всех разогнал дождь. Красота! Еще вчера я узнала, что лечащий врач принцессы живет не во дворце, а в городе. И в данный момент он недужит, поэтому на службу не выезжает. Узнать его адрес тоже было несложно, поэтому сейчас я уверенно направляла своего вороного на нужную улицу. Платили доктору явно достаточно, район был богатым, да и дом весьма и весьма неплохим. Вышедший слуга вначале было попытался мне объяснить, что доктор не принимает пациентов на дому, но узнав, что я не лечиться, а поговорить, попросил подождать. Через пять минут меня уже провожали в кабинет королевского эскулапа. Им оказался низенький, лысенький, толстенький мужчина.

– Госпожа Дайдрейн!– хозяин дома вскочил мне навстречу, пожимая мою ладонь обеими руками. Я слегка оторопела. Чего это он мне так обрадовался?

– Здравствуйте, господин Хори. Я бы хотела с вами поговорить.

– Конечно, конечно, проходите, присаживайтесь!– он снова отскочил и пригласил меня к столу.– Я о вас наслышан. Как же, самый знаменитый некромант королевства!

И ведь даже не льстит, похоже. И впрямь впечатлен и радуется от души. Только чему? Усевшись в глубокое кресло, обитое зеленым бархатом, я устроила больную ногу поудобнее.

– Госпожа Дайдрейн, я был удивлен, когда мне доложили о вашем визите. О чем вы хотели поговорить? Надеюсь, с вашим здоровьем все в порядке?

– Да, спасибо, чувствую я себя хорошо. Вопрос у меня к вам довольно интересный. Я бы хотела поговорить с вами об Эмме Ромтийской.

– О Ее Высочестве?– врач изумился.

– Да,– подтвердила я.– Послезавтра я с принцессой выезжаю в довольно опасную дорогу. И хотела бы узнать все о ее физическом состоянии.

– Я так понимаю, вы отправляетесь в путь с разрешения Его Величества?– очень осторожненько поинтересовался мужчина.

– Естественно. Господин Хори, я понимаю, что вы обязаны хранить врачебную тайну, но от моей осведомленности может зависеть многое, если не все в этом путешествии. Давайте я расскажу вам о цели нашей поездки, а вы сами решите, что мне нужно знать, а что нет?

Лекарь энергично закивал, потрясая своими гладкими подбородками.

– Я могу ошибаться в медицинских терминах и названиях, все-таки я привыкла больше умерщвлять, а не врачевать. Поэтому заранее прошу прощения,– лекарь важно кивнул, внимательно слушая.– Так вот. Король Апполион попросил меня сопроводить его дочь на Рваные болота, в храм Темного Флиутстина.

Лекарь от неожиданности всплеснул руками и звонко шлепнул себя ладонями по щекам, не рассчитав силу.

– Я думаю, вы уже поняли, что побудило его так поступить,– доктор снова молча и сочувствующе закивал.– Поэтому я хочу узнать побольше о том, что происходит с Эммой Ромтийской в магическом плане, а так же о ее общем здоровье. Может у нее есть какие-то недуги?

– Нет, нет! Ее Высочество абсолютно здорова. Я наблюдаю ее девятнадцать лет, с самого рождения. Максимум, чем она болела, это несварение желудка и насморк. Хороший, молодой, крепкий организм. Развита физически по возрасту. К этому никаких нареканий нет. А вот магически…

– Что?

– Видите ли, Госпожа Дайдрейн. У меня лучше получается излечивать обычные человеческие болезни. Против энергетического недуга принцессы я не нашел средства, к сожалению,– он трагично развел руками.– Я участвовал во многих обсуждениях с другими специалистами. Эта аномалия передалась ей от матери, если вы не знаете.

– Знаю,– подтвердила я.

– Вот. Ее Величество свои магические артерии иссушала сознательно, а принцесса уже получила их, так скажем, в наследство. И мы, к сожалению, ничего не смогли сделать. Если честно, я даже удивлен, что Его Величество решился отправить дочь во Флиутстин.

– Почему? Не верите в успех?

– Да как вам сказать… Не видел я ни одного человека, которого бы там исцелили.

– Вы его сейчас видите,– я наблюдала за реакцией врача.

– Серьезно?– у него даже рот от удивления приоткрылся.– Вы обращались к этим жутким монахам?

– Приходилось,– подтвердила я.– После неудачной встречи с личем. Могла бы лишиться лица полностью, но осталось только это,– я коснулась своих шрамов.

– Восхитительно!– мой собеседник снова подскочил от возбуждения.– Вы разрешите мне осмотреть вас?

– Не думаю, что это необходимо. Простите, господин Хори, не люблю, когда до меня дотрагиваются, что ж поделать.

– Да, простите. Извините,– он снова шлепнулся в свое кресло.

– Я так понимаю, что поездка в храм – это последняя надежда королевской семьи?

– Да. Ее Высочеству через месяц и несколько дней исполнится двадцать лет. В этом возрасте магический дар окончательно формируется и закрепляется. Если не пробудить спящую энергию в организме, то Эмма навсегда останется обычным человеком. Физически это никак ей не навредит, а в остальные аспекты меня не посвящают, да я и сам не интересуюсь. Не моя это область научного интереса,– лекарь пожал плечами.

– Понятно. Спасибо за беседу, господин Хори,– опершись на трость, я встала.

– Что вы, госпожа Дайдрейн. Было приятно с вами познакомиться,– энергичный толстяк снова улыбался до ушей.

Жизнерадостный хозяин даже отправился лично меня провожать. По дороге до калитки успел рассказать мне забавную историю из своей практики, показать клумбу с какими-то редкими цветами, за которыми он самостоятельно ухаживает. Вообще человеком он оказался довольно живым и позитивным. Он радовался всему, от людей до суетливой стрекозы, присевшей на листок растения. Редкость в наше время.

Распрощавшись с королевским врачом, я уселась в коляску и отправилась снова на столичный рынок.


4.2.


Торговая площадь сегодня была практически пустой. Непогода разогнала уличных торговцев и праздных гуляк. Но в магазинчиках покупатели все же были. В один из них, предлагавший товары для темных магов, я и вошла.

У прилавка столпились какие-то люди, что-то доказывающие торговцу. Лично с ним я была не знакома, но изредка заходила сюда что-нибудь прикупить.

– А я вам говорю, что без лицензии я не могу продать вам этот нож!– продавец горячился и пытался забрать у покупателей приличных размеров кинжал, в который они вцепились.

– А я вам говорю, что у моего сына есть дар!– плевался в ответ старший мужчина из трех, тыкая в грудь худосочного юношу.– И нам совершенно необходим этот нож! Я заплачу двойную цену, что вас не устраивает?

– Да поймите вы! Мало иметь дар, нужно пройти обучение и получить лицензию на работу с кровью!

Ругались они очень уж громко, заставляя меня поморщиться. В принципе, все было понятно. У молодого человека из зажиточной, по виду купеческой, семьи пробудился темный дар. В Училище он не учился, стоя за прилавком отцовских лавок, но папе приспичило сделать из сына некроманта. А торговец принципиален, работает по предписанному. Ритуальные ножи без лицензии не продаются. Пффф… История знакома до оскомины. Обучала я таких магов, сплошная головная боль.

– Вот спросите опытного мага!– неожиданно указал на меня продавец.– Госпожа явно действующий некромант. Вот спросите, могу я или не могу продать вам этот кинжал! Спросите!

Троица дружненько развернулась ко мне. Вот этого мне еще не хватало!

– Доброго дня, госпожа!– решил воспользоваться советом главный из них.

– И вам спокойных ночей.

Такое приветствие его немного озадачило, но он быстро оправился. Сказался купеческий опыт.

– Извините, пожалуйста, что отвлекаем вас, но, может быть, вы действительно поможете разрешить наш спор. Вот этот господин,– он обвиняющее указал на продавца,– отказывается продать нам ритуальный нож для проведения одного ритуала. Но у моего сына есть темный дар и я считаю, что он справится, у нас есть полное описание его проведения. Но убедить хозяина этого магазина я не в состоянии. Небывалое дело!

– А сын как считает?– хмыкнула я.

– Что считает?– не понял в запале мужчина.

– Ну, вы считаете, что он справится с ритуалом, а он как считает?

Юноша густо покраснел, но не издал ни звука. А отец загорячился еще сильнее.

– Вы не подумайте, госпожа. Я консультировался у преподавателей Училища, они все как один подтвердили, что дар у моего мальчика есть. Учиться только ему некогда, кто ж работать будет. Но обряд изгнания нам провести совершенно необходимо! Но без этого дурацкого ножика никак!– купец явно уже злился.

– Изгнания?– Я удивилась.– Кого изгонять собираетесь, уважаемый?

– Тут дело семейное, понимаете,– он понизил голос и придвинулся еще ближе, заставляя меня отступить на полшага.– В доме появились духи…

– Духи?– еще больше удивилась я.

– Да, духи, привидения. Не знаю кто именно. Завелись и отравляют жизнь всей семье! Воют, ведут себя безобразно, говорят всякие непотребности. Совершенно немыслимо, понимаете!

– Так в чем проблема вызвать специалиста из Ведомства? Вам бы помогли,– я пожала плечами.

– Госпожа, вы расценки этих специалистов знаете?– фыркнул купец.– Приедет какой-нибудь юнец, у которого еще усы-то не растут. И неизвестно, как он работу выполнит. А заплатить я ему должен буду по тарифу!

Я поморщилась. Все оказалось еще прозаичнее. Папаша денег пожалел, решив выехать на энергии сыночка. Вот только специфики-то он и не знает… А зря. Кто ж его консультировал?

– Все понятно. А почему вы выбрали именно этот кинжал?– я кивнула на клинок, который он до сих пор держал в руках. Длина лезвия была около пятнадцати сантиметров. Широкое обоюдоострое полотно, костяная рукоять, украшенная крупным рубином и россыпью мелких камней. Сдается мне, ножичек ох как силен.

– Но ведь мой сын – мужчина!– воскликнул мужчина.– Ему не пристало пользоваться дамскими ножичками, которые нам тут предлагали!– он негодующе глянул на наблюдающего за нами продавца.

Я тихонько вдохнула. Придется попугать дяденьку, а то ведь угробит парня из-за своей жадности. Жалко. Я позвала свою тьму замерцать во взгляде и понизила голос:

– А вы знаете, что каждый ритуальный нож имеет свою силу? И у каждого темного мага в лицензии указывается, какой клинок ему можно использовать? Для чего это делается?

– Н-нет…– он заворожено уставился мне в глаза.

– Этот кинжал, который вы держите, даже меня способен выпить за час. Рубин, который в рукоятке, потянет кровь из некроманта как пиявка. Необученный маг даже заклинание не успеет произнести, как сила артефакта его сомнет. К вашим привидениям добавится еще одно. Хотите увидеть своего молодого сына в луже крови?– я угрожающе шагнула на купца.

Отшатнувшись от меня, мужчина судорожно сглотнул:

– О чем вы говорите? Это же просто нож.

– Если бы ваш сын обучался, он бы знал сам и рассказал вам что это не просто нож. Ритуальный клинок это артефакт, созданный магами для работы с кровью. Это главный подручный инструмент некроманта. Он по-своему силен, своенравен и хорошо служит только тому, кто сможет его подчинить. Не думаю, что мальчик с сырым даром способен приручить ТАКОЙ кинжал.