Элен Конде
Лавандовый мед

© Смирнова Е.Б., 2025

© «Центрполиграф», 2025

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2025

Они шли по лавандовому полю, перед глазами было только два цвета: небесно-голубой и много оттенков лилового. Пахло лавандой и морем, внутри притаилось ощущение абсолютного счастья.

– Если пчелы собирают нектар с лаванды, наверное, есть лавандовый мед? Я никогда прежде его не встречала, – Она посмотрела на Него и улыбнулась.

– Конечно, есть, просто это – большая редкость. Наверное, такой настоящий мед «только для своих», на продажу его оставаться не должно, – Он нежно обнял Ее, и они продолжили свой путь…

Красная Поляна. Август 2016 года

Глава 1

В отпуск Надя все-таки решила поехать на турбазу в горы. После болезненного развода ей хотелось убежать побыстрее куда-нибудь, спрятаться, чтобы никто не смог ее найти. У ее теперь уже бывшего мужа, преуспевающего бизнесмена, все, безусловно, было по самому высшему разряду. Когда они съехались с Надеждой, Виктор сразу объявил, что его жена работать не будет, он выделял ей достаточно хорошую сумму в месяц на салоны, косметику, шмотки, домработницу и прочие дамские вкусняшки. Но при одном условии: Надя должна была выглядеть определенным образом, носить определенные вещи, весить строго определенное количество килограммов, носить стандартную прическу, иметь строго определенный маникюр, ресницы, брови. Словом, она должна была на сто процентов вписываться в тусовку, в которой крутился Витя, где жены его партнеров и коллег выглядели примерно одинаково, и считалось, что отступление от уже заведенных стандартов было признаком дурного тона. В начале каждого сборища жены и подруги бизнесменов, как сороки, собирались вместе на большом кожаном диване и хвастались последними приобретениями сумок, туфель, ювелирки, а также инъекций и татуажа «натюрель». Поначалу это занимало Надежду. Это напоминало ей какую-то игру, квест, если угодно. Но чем дальше и дольше она вращалась в этих кругах, тем тошнотворнее ей становилось при посещении различных мероприятий с абсолютно искусственными людьми того круга.

Совсем не работать и тупо ходить по салонам Наде не нравилось. Она была неплохим дизайнером интерьера с хорошим образованием за плечами и уже наработанной базой клиентов. Став подругой, а впоследствии женой Виктора Образцова, Надежда очень скучала по своей работе. Ей нравилось ездить по объектам и превращать напрочь убитые квартиры и апартаменты в потрясающие стильные помещения с индивидуальной задумкой, уникальными нюансами, которых не было ни у кого. Но Витя сказал, что вечером после трудного рабочего дня он хотел бы видеть свою благоверную свежей, отдохнувшей, ожидающей его сначала в столовой, а затем в их королевской спальне. И слушать всякую болтовню про какие-то шпаклевки и перепланировки он не собирался.

Прошло полтора года. Надя постепенно превращалась в какую-то фарфоровую куклу. Да, несомненно, женщина должна ухаживать за собой, выглядеть красиво и опрятно, но в их среде это было возведено в ранг культа. Если не дай бог на твоем теле кто-то узрит микроскопический волосок или форма бровей будет выбиваться из сезонного тренда, будешь носить клеймо «не такая, как все» и, если не захочешь стать изгоем, должна будешь срочно производить работу над ошибками. Не важно, что у тебя в голове, главное – быть отшугаренной, отэпилированной, обколотой, урезанной, если надо, но в рамках строгих стандартов данного элитарного общества.

В какой-то момент Виктор объявил Надежде, что он созрел для того, чтобы у него родился наследник. В основном дамы их круга прибегали к суррогатному материнству, дабы не портить фигуру, но здесь Образцов решил, что его ребенок просто обязан быть зачатым и рожденным естественным путем. Дело вовсе не в деньгах, в этом вопросе Витя все-таки хотел, чтобы это было что-то только их, семейное, без привлечения третьих лиц. Конечно, он хотел сына, но здесь все было не так прозрачно, несмотря на существование различных теорий о днях зачатия, диеты для зачатия девочки или мальчика. В эту чушь он не верил, поэтому считал, что на все воля Божья. Радовало, что все-таки с абсолютным самодуром Надя не стала бы связывать свою жизнь. Хоть в этом моменте присутствовали зачатки здравого смысла.

Познакомились Надя и Витя на Мальдивах, а где ж еще-то? Надежда сдала очень большой и дорогой проект и собиралась на месяц поехать к маме в Крым. Пару лет назад матушка продала квартиру в Питере и решила, что оставшуюся жизнь она проведет в Бахчисарае. Когда-то давно, сразу после войны, там служил ее отец, дед Нади, потом его перевели в Ленинградскую область, военных людей не спрашивали, где они хотят служить, был приказ, и его следовало неукоснительно выполнять. Но с детства мама Нади влюбилась в этот край и при первой возможности решила осуществить свою мечту и вернуться обратно.

Но подруга Дашка наседала и говорила, что в Крым она всегда успеет поехать, а тут такая возможность сгонять на Мальдивы, и цена привлекательная, и сезон хороший. В общем, Надя сдалась. Она вообще не была любительницей тусовок и экзотических мест отдыха, но в последнее время у нее не было ничего, кроме работы, поэтому Надежда решила, почему бы и не Мальдивы, тем более все хлопоты по организации взяла на себя Даша.

Витя прибыл на остров с другом Димой, у них образовался период затянувшегося «междубабья», поэтому они резво «стреляли» глазами по сторонам в надежде поймать каких-нибудь симпатичных и не слишком стервозных девиц. Со стервозными у них было все в порядке, хотелось чего-то иного. На их счастье, им попались Надя и Даша. И если Даша с Димой как-то сразу прыгнули в койку и выходили из нее только поплавать ночью на протяжении всех двух недель, то у Нади и Вити все закрутилось уже под конец поездки, что даже понравилось Виктору, потому что те, кто сразу пытались его захомутать, вызывали у него отторжение. По возвращении домой Дарья и Дмитрий решили, что курортный роман удался, но на этом пора завязывать, зато Виктор через пару дней дома, поняв, что скучает, предложил Наде переехать к нему.

Турбаза, куда собиралась поехать Надя, находилась в горах Кавказа близ Красной Поляны. Надя в детстве ездила с родителями в подобные путешествия, но тогда, тридцать лет назад, это все было более примитивно: с палатками, с рюкзаками, тушенкой и сухим пайком. Было просто, весело и романтично. Песни до утра у костра, малиновое домашнее вино, купленное в горном селе у бабушек, которое молодежь втихаря от взрослых глушила, как компот, а потом сидела до упора на бревнах, потому что ноги напрочь отказывались слушаться.

Туристическая база современности представляла собой некоторое организованное пространство достаточно высоко в горах, куда добирались на специальном корпоративном транспорте по серпантину. Пространство было заполнено двухэтажными домиками с удобствами на каждом этаже. В основном это были двухместные апартаменты, по два на каждом уровне. Всего таких домиков было штук десять, но стопроцентной заполняемости обычно не случалось. В заезд, как правило, отдыхало не более тридцати – сорока человек. И это количество было оптимальным. Домики располагались по периметру, ближе к центру было построено несколько спортивных площадок для игры в волейбол, пинг-понг и даже небольшой корт для большого тенниса. В самом центре было что-то вроде центральной площади, где собирались группы, там даже был установлен флагшток с флагами турбазы и российским триколором. А также чуть поодаль располагались костровые и шашлычные зоны с беседками, мангалами и тандырами. Предполагалось, что еду туристы готовят себе сами. На базе был неплохой магазин, куда периодически привозили продукты, плюс можно было наведаться в деревню и договориться насчет барашка.

Конечно, цивилизация гасила дух романтики, но это уже было не так критично. Люди охотно жили в номерах с нормальным санузлом и душем, зато у них оставалось больше времени на развлечения и отдых. Единственный пункт, который остался из прошлого, – это то, что надо было самим готовить еду, дежурить по кухне и убирать за собой. Слава богу, светские львицы и избалованные тинейджеры в такие места не ездили, поэтому в основном получалось всем договориться, что готовить и кто будет готовить. Причем кто-то готов был стоять у плиты чуть ли не каждый день. Все желания и капризы были удовлетворены. Народ с утра собирался на площадке, оговаривали план на день, меню, состав дежурных и комплект мероприятий.

Глава 2

Как правило, собравшись вместе, группа отдыхающих выбирала себе лидера. С одной стороны, это было не обязательно, с другой – такой человек был просто необходим, чтобы быть в центре, организовывать, мотивировать и как бы вести за собой. Собственно, в группе, в которой оказалась Надя, такой человек нашелся сам собой. Его даже никто не выбирал. Он приехал с рюкзаком и гитарой за спиной, звали его Андрей. На первом собрании он как-то органично оказался в центре, что у остальных участников группы даже и не возникало других мыслей о том, что это не их вожак. Андрей не сильно сопротивлялся, хотя и не особо рвался. Андрей был очень ярким и привлекательным, Наде было странно, что он приехал один. Такие мужчины редко бывают обделены вниманием противоположного пола. Возможно, его половина просто не смогла приехать, и нечего тут фантазировать, возможно, она приедет позже.

После развода с Витей Наде вообще не хотелось смотреть на мужчин.

Не то чтобы стала их всех ненавидеть, просто она очень устала от всего того, что ей довелось пережить за последний год. Витя сильно озадачился вопросом рождения наследника. Надя, в общем-то, тоже была не против, начали усиленно работать над этим вопросом. Но через три месяца никаких результатов достигнуто не было. Виктор начал действовать по полной программе. Он положил Надю и лег сам в солидное медицинское учреждение на комплексное обследование, после которого они получили по увесистой пачке заключений относительно их состояния здоровья. Никаких преград в плане зачатия и рождения ребенка у обоих не обнаружилось, но все равно что-то не складывалось.

– Надюш, что такое? Почему у нас до сих пор все мимо? – Витя почему-то в первую очередь искал причину их неудач в супруге. – Ты, часом, не принимаешь какие-то противозачаточные таблетки?

– Ты знаешь, Вить, было бы более чем странно задавать мне такой вопрос после того, как мы прошли комплексное обследование в Институте репродуктивной медицины. Я что, похожа на идиотку? Почему ты разговариваешь со мной как с подчиненной или прислугой? Ты совсем не доверяешь мне? – Наде уже осточертели эти тесты, обследования, анализы. Она чувствовала себя какой-то подопытной крысой.

– А что я должен думать? Вы, бабы, вечно что-то придумываете, чтобы одурачить мужиков. Почему у нас до сих пор ничего не выходит, если врачи говорят, что по здоровью мы оба можем спокойно стать родителями? – Виктор буквально выпрыгивал из штанов от недовольства.

Надя смотрела на него, как на больного, и не понимала, какие подобрать слова, чтобы вразумить разгневанного мужа.

– А ты не допускаешь, что мы можем быть несовместимы? Такого теста мы как раз не проходили!

Данное замечание настолько выбило из колеи Виктора Образцова, что он выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью.

Наде становилось легче, когда он переставал ее терзать. Она хотела поскорее забыть про эту проблему, сесть в поезд или самолет и улететь к маме в Крым, убежать на лавандовое поле и там затеряться в полном одиночестве, чтобы никто не смог ее найти.

Обстановка на турбазе была очень доброжелательной. И группа сложилась гармонично. В основном это были спортивные семейные парочки, чуть постарше и чуть моложе Нади; очень подтянутый мужчина глубоко за семьдесят, который каждое утро начинал с пробежки; две подружки-студентки. Отдыхающими без пары оказались Надя и Андрей. Всего собралось где-то человек тридцать. Наде посчастливилось занять одной двухместный номер. Теоретически, если было бы много желающих, к ней могли кого-нибудь подселить, а так было очень даже удобно. Как выяснилось, Андрей поселился с Надей в одном коттедже в таком же номере, только этажом ниже.

Программа пребывания на туристической базе предполагала массу мероприятий. Это были радиальные выходы к определенным высотам, состязания и соревнования, рафтинг по горной речке, рыбалка и отдых на горном озере… При желании можно было настолько занять все свое время, что думать обо всякой ерунде просто не получилось бы. Надя постоянно ловила на себе взгляд Андрея. Она не понимала, с чем это могло быть связано. Он был настолько интересен и ярок, что Надя никак не могла отнести это на свой счет. Она знала, что слывет интересной и привлекательной, но не находила в себе черт какой-то роковой женщины, тем более она думала, что Андрей не может быть свободным. Как-то вечером первого дня пребывания после собрания группы в дверь ее комнаты постучали. Надя удивилась и пошла открывать. На пороге стоял Андрей.

– Надя, привет. Извини за вторжение. Мне тут на балкон прилетело. – В руках он держал ее пляжное полотенце, которое ветром сдуло на этаж ниже.

– Да, точно, это мое, спасибо. – Надя уже протянула руку за полотенцем и понимала, что, наверное, будет не совсем вежливо сразу выпроводить Андрея. – Проходи, хочешь чаю или кофе? А может быть, чего-нибудь покрепче? Надо ведь отметить спасение полотенца.

Андрей засмеялся и закрыл за собой входную дверь.

– С большим удовольствием! Отметим спасение полотенца, заодно обсудим завтрашнюю программу похода, если не возражаешь. Меня выбрали старшим, а я ни черта не понимаю, как руководить людьми. Я могу спеть что-нибудь у костра, но не более. Поможешь? – Андрей с надеждой посмотрел на Надю.

* * *

Надя устала жить в золотой клетке. Вся видимость счастливой жизни уничтожалась деспотизмом Виктора. Он абсолютно не собирался вести диалог со своей женой и считал, что раз он глава семьи во всех отношениях, то и правила игры будет диктовать только он. Права голоса у Надежды в семье Образцовых просто не было. В какой-то момент она стала разбираться в себе, пытаясь понять, как ее угораздило влипнуть в такую ситуацию, фактически став содержанкой. Как будто кто-то опоил ее, когда она согласилась сначала переехать, а потом выйти замуж за Витю. Курортный роман на острове в океане. «Господи, тебе же не двадцать лет, чтобы верить всякой чепухе, которую нашептывал расслабленный Витек, прихлебывая коктейль из огромного кокоса!»

У Нади была своя квартира, любимая работа, нельзя сказать, что она не хотела выйти замуж, у нее было несколько романов, но пока единственного, любимого и ненаглядного она не встретила. Неужели это место решил занять Витя? Но он совсем не подходил на эту роль. В голове роились одни сплошные вопросы, на которые довольно быстро подбирались ответы. Как она могла не заметить и не понять, что он за человек? Либо он так красиво ухаживал, что не давал ей опомниться и разобраться, что к чему? Либо она совсем не разбирается в мужчинах, да что в мужчинах, просто в людях?!

Она снова хотела жить одна, ей так надоела эта роскошная жизнь по жестким правилам, что молила Бога, чтобы это произошло как можно скорее. Прийти и сказать Виктору: «Извини, дорогой, наша встреча была ошибкой!» – означало вызвать огонь на себя. Потому что в данном случае пострадавшей стороной будет супруг, которого бросили, поэтому если у них и случится развод, то только по его инициативе, так как Виктор Образцов не привык проигрывать.

Работа снилась Наде по ночам, ей периодически писали и звонили старые и новые клиенты, которые хотели с ней сотрудничать. А она не могла сказать им ничего конкретного, потому что, собственно, себе и не принадлежала. Полгода ада, когда они пытались зачать ребенка, превратили Надежду в собственную тень. А ей хотелось снова почувствовать себя полноценным человеком, а не приложением к мужу. В какой-то момент Витя как-то слегка отдалился и даже перестал давить на нее, и на вопросы, все ли в порядке, отвечал спокойно и расслабленно. Надя уже подумала, что супруг решил взять тайм-аут. Жизнь вернулась в привычную колею. Все равно в его поведении что-то было не так, уж больно резко он сменил линию поведения. На этой волне она снова решила поговорить с ним о том, чтобы заняться работой.

– Витюша, я хотела тебе сказать важную вещь, мне позвонил один мой солидный клиент. Он предлагает просто бомбический проект, мне было бы очень интересно в нем поучаствовать. Честно говоря, надоело сидеть дома и только ходить по салонам, я чувствую, что у меня еще есть потенциал, хочу применять свои знания и опыт. Я надеюсь, ты не возражаешь? – По большому счету, Наде было уже все равно, что скажет Образцов, но не посвятить его в свое решение она не могла.

Витя оторвался от экрана своего смартфона и очень просветленно посмотрел на жену:

– Ты знаешь, милая, а наверное, ты права. Сколько можно сидеть дома, пожалуй, я буду только рад, если ты поучаствуешь в проекте, ты же не собираешься уходить на двенадцать часов из дому?

– Нет, конечно, делать проект и расчеты я могу дома, надо будет выехать несколько раз на объект, но это не отнимет меня у дома и у тебя. – Надя встала с кресла, подошла к Виктору и поцеловала его. – Спасибо, любимый, ты у меня самый лучший!

Глава 3

А через месяц, вернувшись с объекта, одухотворенная и полная новых идей и задумок, Надя обнаружила в гостиной молодую особу, которая вела себя достаточно вызывающе, как будто она находилась у себя дома. Помощница по хозяйству пыталась объяснить, что эта дама пришла к Виктору Федоровичу, и ей пришлось ее впустить. Вскоре приехал Виктор и, вынув из кейса папку документов для подписания, объявил Надежде, что он подал на развод.

– Надя, в сложившейся ситуации нам нецелесообразно дальше продолжать нашу совместную жизнь. Во-первых, мы – разные люди, ты не хочешь всецело принадлежать мне, тебя несет на работу, у тебя свои идеи и инициативы, а во-вторых, ты не смогла родить мне наследника. Так вот Милочка, – Витя жестом указал на молодую стервочку, которая сидела в кресле, поджав пухлые губы, – Милочка это сделает, причем уже довольно скоро. Так что подпиши все документы, я надеюсь, материальных претензий у тебя ко мне не возникнет. Как только я получу все подписанное обратно, на карту тебе будет переведена сумма отступных, я же ведь не какая-нибудь сволочь. Недели на сборы тебе хватит? – Виктор покровительственно посмотрел на Надю, затем подскочил к Милочке и чмокнул ее во вздернутый носик.

Надя была и обескуражена, и вместе с тем рада, что этот день наступил. Скорее бы собрать вещи и умчаться отсюда без оглядки.

– Спасибо, Вить. Конечно, все подпишу. Постараюсь собраться как можно быстрее. Наверное, так будет лучше для всех.

Милочка хмыкнула, а потом глупо захихикала. Надя посмотрела на нее, как на умственно неполноценную, и удалилась в свою комнату. «Интересно, у Вити хватит ума оставить ее на ночь сегодня или он все-таки дождется моего отъезда?» Когда Надя вернулась в гостиную через десять минут, домработница сказала, что Виктор Федорович со своей спутницей уехал и вернется послезавтра. «Ну, может быть, так оно будет и лучше». Надя отпустила помощницу домой, включила чайник и решила попить чаю в одиночестве и в состоянии тихого счастья. Все-таки заветные желания иногда сбываются.

Андрей оказался очень приятным и эрудированным собеседником. Он шутил, рассказывал анекдоты, пытался понравиться Наде. Надя достала из чемодана фляжку с коньяком и походный набор рюмочек из нержавейки. Еще со студенческих походов она приучилась все свое носить с собой, поэтому, куда бы она ни направлялась, в чемодане Нади всегда имелись штопор, нож, вилка, столовая ложка, чайная ложка, набор рюмок, чашка и тарелка. Выпив по пять капель за спасение полотенца, Андрею и Наде показалось, что они давно знают друг друга, словно старые друзья.

– Надя, ты себе не представляешь, у меня ощущение, что мы давно знакомы. Мы точно не учились с тобой в одной школе? – Андрей хитро прищурил глаз.

– Если ты учился в Ленинграде, то все возможно. Хотя… я бы тебя запомнила. – Надя сделала паузу и улыбнулась.

– Нет, я учился в Грозном, а потом родители переехали в Москву. Это потрясающе – найти свою родственную душу, наверное, мы были знакомы в прошлой жизни. – Андрей допил коньяк. – Надюша, извини за то, что ворвался в твой вечер, но, поверь, мне было очень приятно с тобой познакомиться. Поможешь мне завтра поруководить? А то я никогда этим не занимался, я работаю на себя, я – программист, а все решили, что если я с гитарой, то смогу быть лидером группы. Но иногда первое впечатление бывает обманчивым. Вот петь – пожалуйста, хоть до утра. – Андрей засмеялся.

– Мне тоже очень приятно, конечно, помогу, я как раз работаю в команде, причем очень разнообразных людей, поэтому видела всякое. Справимся. – Надя подошла к стоящему у двери Андрею, чтобы проводить его. – А можно нескромный вопрос?

– Конечно, тебе – хоть самый-самый нескромный. – Андрей весь светился от счастья.

– Ты женат? – Надя покраснела. Этот вопрос почему-то очень сильно ее волновал.

Похоже, вопрос не очень зашел ее собеседнику, потому что лицо Андрея стало каким-то озадаченным. Но раз он разрешил Надежде задавать любые вопросы, отвечать на него все-таки пришлось.

– Да, я женат. Но мы отдыхаем порознь. Честно говоря, ты застала меня врасплох. Я почему-то не думал, что ты сразу спросишь об этом. – Андрей достал из кармана ключ от своего номера и стал теребить брелок, накручивая его на палец.

Наде стало ужасно неловко за такой допрос, от этого она была готова провалиться сквозь землю.

– Извини, пожалуйста. Я просто почему-то подумала, что такие мужчины, как ты, не могут быть одинокими, поэтому решила, что твое одиночество – это временное явление, а супруга приедет позже. – Щеки Надежды запылали ярким румянцем еще сильнее.

К удивлению Нади, Андрей положил ключ в карман и сделал шаг назад в номер.

– На самом деле это долгая и печальная история. Если хочешь, расскажу, но это не пять минут. Почему-то тебе я очень хочу все рассказать. Ну что, продолжим сейчас или до завтра?

Надя решила, что, если человек настроен говорить о важных вещах, надо соглашаться, возможно, завтра будет уже не тот случай.

– Давай, конечно, заходи. Коньяк еще есть. – Она закрыла дверь на ключ и указала Андрею на кресло: – Как говорится, куй железо, не отходя от кассы.

Андрей рухнул в кресло, лицо его выражало задумчивость. Было видно, что он собирается с мыслями. Надя, в свою очередь, продолжала ругать себя за то, что спровоцировала эту ситуацию. Но, как говорится, слово не воробей. Она налила из бутылки питьевую воду в чайник, нажала на кнопку, достала чашки и чайные пакетики. На столике так и стояли фляжка с коньяком и две маленькие походные стопки.

– Андрей, давай еще выпьем, а я потом заварю чайку. – Надя открыла тумбочку и достала коробку с вафлями «Таежные», самые любимые с детства, с тоненькой прослойкой малинового варенья.

– Надь, не суетись. Не обращай на меня внимания, я правда рад, что попал к тебе. И правда очень хочу поговорить. – Он открыл фляжку, налил по половинке в обе рюмки, они чокнулись и молча выпили коньяк.

– Правда? Честно-честно? – Надежда пыталась все перевести в шутку, но было видно, что Андрей собрался с мыслями, и, окончательно успокоившись, приготовилась слушать.

– Женился я очень давно, в неполные восемнадцать лет, на своей первой школьной любви. Мы дружили с восьмого класса, потом дружба плавно перетекла в нечто более близкое. Родителей вечно не было дома, мы в восьмидесятые были очень самостоятельными, нас уже давно никто не контролировал. Как ты понимаешь, зов природы никто не отменял, и мы инстинктивно постигали азы взрослой половой жизни. И как-то так получилось, что на выпускном Светка шепнула мне, что ей резко стало тесно ее платье, хотя шили точно по меркам. Да и месячных у нее уже не было который месяц, это ее особенно не пугало, такое бывало и раньше. Я был не очень готов к таким новостям, но если уже что-то произошло, то расхлебывать надо было вместе. Мама у Светки не вылезала из командировок, папа тоже работал на каком-то очень серьезном объекте, я заставил ее сходить к женскому врачу, даже пошел вместе с ней, ожидая в коридоре. Осмотр показал, что моя любимая уже на четвертом месяце беременности, к ноябрю надо было готовиться рожать. Новость была довольно неожиданной. Я, как честный человек, объявил ей, что делаю ей предложение руки и сердца и буду любить их с ребенком всю жизнь. Естественно, Света никуда поступать не пошла, я же, напротив, успешно сдал вступительные экзамены в один из престижных технических вузов, но решил идти на вечернее отделение, чтобы устроиться на работу: сидеть на шее у родителей с маленьким ребенком и женой в мои планы не входило. В начале восьмидесятых нельзя было работать и учиться на дневном отделении, конечно, мне было немного обидно, что так вышло с учебой, но жизненные обстоятельства диктовали свои правила. Будь добра, можно мне немного воды, а то в горле пересохло.

Надя налила Андрею в стакан водички. Рассказ очень увлек ее: вот так живешь и абсолютно не представляешь, что таится в душе людей, которые рядом с тобой. А там у каждого – отдельная вселенная.

– Спасибо огромное, я не очень нудно рассказываю? – Андрей преданно посмотрел на Надю широко раскрытыми глазами.

– Нет, что ты, в данном рассказе важна любая деталь, мне очень интересно. – Надя завернулась в плед и, удобно устроившись в своем кресле, продолжала слушать.

– Ну хорошо. Вот, значит, я пошел работать, учился вечером, жили мы у Светы, у них была большая квартира, а родителей там практически никогда не было. Ближе к рождению сына мы сходили в ЗАГС и по справке из женской консультации расписались, чтобы ребенок родился в законном браке. Нам еще не было восемнадцати. Саня родился на день милиции, 10 ноября. Зажили вроде бы хорошо, все шло своим чередом. Я учился, работал на кафедре и в одном «почтовом ящике», как раньше называли закрытые КБ. Я действительно оказался способным, башка варила, как надо. Хорошо, что и сейчас варит, работаю нормально, хоть и прошло больше тридцати лет. Светке как-то быстро все надоело, понятное дело, что сидеть с ребенком бывшей школьнице, которой никто не помогал, было очень трудно, я приходил с учебы после одиннадцати и мог полночи качать Саню, он порой был беспокойным. На следующий день снова-здорово. Учиться Света уже не собиралась, она думала, что раз у меня получается нормально зарабатывать, то зачем же ей тогда работать? Саню в три года отдали в сад, потом началась школа, прошло десять лет, и наступили девяностые. В стране творилось невесть что, наверное, ты сама все помнишь, хоть ты значительно моложе. У меня ситуация была не такая плачевная, как у многих, после того как развалилось наше КБ, я устроился в инофирму системным администратором, делал все от «железа» до программ. Руководство предложило мне уехать в Германию, не на ПМЖ, для начала на три года поработать, а там смотреть по ситуации. На семейном совете мы решили, что надо ехать. В своей стране ловить было нечего, грех отказываться от такой возможности и заработать, и нормально пожить. – Андрей сделал несколько глотков воды.

Надя смотрела на него и все ждала, когда же начнется «про печальное», ведь пока все шло как нельзя лучше.

– Слушай, вам просто повезло, здесь в девяностые было реально тоскливо. И долго вы там в Германии прожили?

– Мы пробыли в Ганновере до тысяча девятьсот девяносто пятого года, все было хорошо, пока у меня не заболела мама. Я договорился, чтобы ее отправили лечить в Германию, но она категорически отказалась, она сказала, что умирать будет дома. Свету все это не устраивало, в ее планы совсем не входило уезжать из Германии обратно. Я не мог бросить мать, поэтому мы снова переехали в Москву. Мама прожила после операции три года. И тут выясняется, что наш сын Саша не собирается никуда поступать, мы за своими скандалами и выяснением отношений не знали, что он ходит в качалку, занимается восточными единоборствами и собирается служить в ВДВ или спецназе. Эта новость снова обрушилась на нас, как снежная лавина. Света начала обвинять меня в том, что я совсем не занимался воспитанием сына, что он отбился от рук, что я только пропадал на работе и что в результате выросло из ребенка. Надо сказать, что с момента нашего возвращения в Москву со Светкой мы уже жили как соседи. У нее была своя жизнь, у меня своя. Денег нам хватало, платили мне прилично, Света сидела дома, занималась собой, ребенок вырос, и наступил такой момент, что пришло время что-то изменить в личной жизни. Мы все время куда-то бежали, что-то пытались выяснить, а упустили самое главное – сына. Я никогда не забуду тот день, у меня был отгул, прибежал Сашка радостный. Сказал, что он уходит в армию, ему надо собрать вещи. Светка куда-то ушла, мобильного у нее тогда не было. Я помог собраться сыну, и мы поехали на сборный пункт. Погода стояла прекрасная, весна вступала в свои права, природа просыпалась. Пришел «заказчик», мы обнялись с Саней, он был на подъеме. Сказал, что будет писать, велел расцеловать маму. Новобранцев посадили в автобус и увезли на вокзал, точно не сказали куда. Как выяснилось позже, они были отправлены в Чечню, и я не знал, что обнялся с сыном последний раз в жизни. Письма приходили редко, видимо, и с почтой было очень сложно, и писать было не всегда удобно. А в начале двухтысячного года мы получили сообщение о том, что группа, которой командовал наш сын, попала в окружение и была уничтожена в неравном бою с бандитами. – Андрей налил себе воды и залпом выпил стакан. – Вот и все…

Он закрыл лицо руками.

Глава 4

Надежда сидела и смотрела на своего собеседника с ужасом. Зачем она вообще начала этот разговор, дура, идиотка, заставила человека разворошить прошлое. Было неимоверно стыдно и неловко.

– Жизнь остановилась для нас обоих. К тому времени, как Саша ушел в армию, я не жил дома, купил себе квартиру, у меня была подруга. Света не возражала, у нее, в свою очередь, тоже были ухажеры, официально мы не развелись, но жить друг другу не мешали. Когда мы получили известие о гибели Саши, я не знал, как мне успокоить Свету, с ней творилось невероятное: сначала затяжная истерика, периодически даже вызывали психиатрическую неотложку, потом она, наоборот, стала очень тихой. А еще позже началось что-то страшное: она стала пытаться уйти из жизни, сначала она наглоталась таблеток, но не выбросила упаковку, ее успели откачать, потом соседка буквально вытащила ее из окна. В общем, жизнь начала походить на ад. Мои метания между двумя домами не сильно устраивали мою новую подругу, она не понимала, почему я ношусь со своей бывшей, по ее мнению, эти проблемы уже не должны меня волновать. Но я так не считал, и мы расстались. Я снова переехал к Свете, я страшно боялся оставить ее одну. Я нанял сиделку, чтобы она следила за ней. Параллельно я искал жене врачей, она периодически ложилась на реабилитацию, но эта дичайшая депрессия не отпускала ее. Прошел год… Казалось бы, дела пошли на поправку. Однажды вечером, когда я пришел домой, Света ждала меня и не ложилась спать.

– Андрей, нам нужно поговорить. – Света была снова очень взволнована.

– Хорошо, давай поговорим.

– Андрей, я хочу попросить тебя никогда меня не оставлять. Ты можешь вести свою жизнь, как тебе угодно, общаться, с кем угодно. Но, пожалуйста, не уходи от меня… Я не буду жить без тебя… У меня больше никого нет и не будет, родить я больше не смогу… Не бросай меня, я очень тебя прошу…

Андрей налил коньяку себе и Наде. Градус напряжения его повествования зашкаливал, было необходимо разрядить обстановку. Оба глотнули, каждый из своей стопки.

– Я обещал ей, что всегда буду рядом. Так мы живем уже пятнадцать лет… Когда мне надо отлучиться, я прошу побыть со Светой либо ее подругу, либо сиделку. Сама она решила посвятить себя служению Господу и пошла работать в храм недалеко от дома. Это оказалось спасением, потому что несколько лет ее лежания на кровати и смотрения в потолок были поистине пыткой. Выдержать это было под силу только очень тренированным и закаленным. Самое главное для нее – это чтобы я был рядом, либо она знала, что если я уехал, то скоро вернусь. Она сказала, что я ей стал вместо Саши… – Андрей снова закрыл лицо руками, затем резко запрокинул голову назад.

Ночь воспоминаний Андрея закончилась где-то часа в три ночи. Утром намечался подъем в восемь, к счастью, дежурили по кухне не Надя с Андреем, потому как повара должны были встать в 7.00, чтобы к 8.30 приготовить завтрак. В 10.00 планировался сбор группы с разблюдовкой мероприятий и событий на ближайшие три дня. Если не ходить на завтрак, то вполне можно выспаться, хотя завтрак – это основа утра, поэтому теплой пищи поесть не мешало бы. Рассказав своей недавней знакомой Надежде всю свою жизнь и беду, Андрей словно перезагрузился, ему реально стало легче. Понятное дело, что друзья, родственники и знакомые были в курсе того, что произошло у Андрея и Светланы, но так все разложить по полочкам и проговорить Андрею не удалось ни разу за все прожитые в этом состоянии пятнадцать лет.

– Надя, спасибо тебе, что выслушала очень внимательно и пережила все вместе со мной. Как-то само собой все сложилось. Минус в том, что не выспимся. Ладно, надо попробовать раньше лечь, хотя потом разгуляемся. – Андрей зевнул и кулаком прикрыл рот.

– Ты меня еще раз извини, если б не моя бестактность… – Надя тоже закрыла лицо руками, ей до сих пор было не по себе. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Надюша. – Андрей встал и быстро пошел к двери. Спать оставалось от силы часов пять.

Надя повернула ключ в замке, когда ушел Андрей. Ей почему-то стало очень грустно. Действительно, после всего услышанного они стали ближе друг другу, как минимум на полжизни. Бывает и такое. Ей почему-то не хотелось, чтобы он уходил. Надя умылась прохладной водой, выключила свет и практически повалилась на кровать. Она думала, что будет долго засыпать, перемалывая полученную информацию от Андрея, но не успела коснуться подушки, как улетела в объятия Морфея.

Во сне она куда-то бежала, иногда летела, были вспышки света и непроглядная тьма, разбудил Надю, как она думала, будильник, но до звонка будильника было еще полчаса. Это был громкий звук оповещения о приходе сообщения. Рядом с телефоном стоял стакан с водой, и совместно с вибрирующим смартфоном они ускорили Надино пробуждение на тридцать минут. Она взяла в руки телефон. Это было сообщение от Вити. «Вот же не спится чувачку при молодой жене. Милочка! В этом месте я всегда плачу!» Надя прыснула от смеха. В сообщении говорилось, что Витя стал отцом, Милочка родила ему сына: 56 сантиметров и 3900 грамм. Какое счастье! И ради этого он решил первой порадовать свою бывшую жену в отпуске ни свет ни заря? Далее Виктор сообщал, что они купили новый дом, и в детской Милу все абсолютно не устраивает, ну, просто все ужасно и несовременно.

Витя просил Надю заняться дизайном их детской, естественно за хорошую плату.

Надя села на кровати по-турецки. «Вот какого лешего ему снова лезть ко мне? Что, в Питере больше нет дизайнеров интерьера? Или Вите снова зачем-то понадобилась я?» Она уже так гармонично жила свою жизнь без него и его фокусов, что почти забыла все «нюансы» буржуйской жизни новых или новейших русских. «Нет, пожалуй, я ему откажу, но чуть позже, после завтрака. А может быть, вообще вечером. Пусть ждет, я в отпуске, и у меня нет настроения с ним общаться». Надя написала сообщение маме, что у нее все хорошо, сказала, что уходит в поход, где не будет связи. Потом просто выключила смартфон и положила его на дно чемодана. «Дикий отдых в горах должен быть диким безо всяких телефонов». Для памятных снимков у Нади был фотоаппарат. Ей уже хотелось куда-нибудь сходить, посмотреть красоты, полежать на травке, попить воду из родника, понюхать горные цветы. «Все, напрочь забываем о потребительской жизни. Витя, Милочка, их ребенок. Будьте счастливы, но без меня! Забыть, забыть, забыть!»

Надя полезла в другое отделение чемодана достать спортивный костюм, из кармашка выпал ее блокнот, его тоже можно взять, раз телефон пребывал «в отключке». Из блокнота выпал сложенный гармошкой листок. Надя развернула его. «О господи! Это, наверное, то, что еще долго будет напоминать мне о жизни с Витей». Когда Витя и Надя усиленно занимались попытками забеременеть, их семейный врач рекомендовал Наде вести диаграмму базальной температуры. Таких диаграмм набралось не меньше шести, и все они были размещены на этом листочке-гармошке. «Это тоже надо побыстрее забыть, забыть, забыть!» Надя скомкала листочек, бросила его в корзину и как по команде автоматом прокрутила в голове, какой же сегодня у нее день цикла.

Глава 5

Надя думала, что Андрей проспит, и не стала стучать к нему в дверь. До сих пор в голове звучали его слова. Ей было страшно слышать то, что он произносил, а ему пришлось все это пережить, да еще постоянно держать руку на пульсе. Таких благородных людей раньше Надя в своей жизни не встречала, причем благородство Андрея было вполне естественным. Собственно, что мы называем благородством? Все то, что делал Андрей, – это были поступки и действия нормального мужика. Видимо, мы уже местами подзабыли, какие они, настоящие и нормальные мужики. Которые не бегут и не прячутся от беременной подружки, которые ради того, чтобы вылечить маму, расстаются с успешной заграничной карьерой и находятся с самым близким человеком до самого его последнего вздоха, это те, которые не бросают бывшую жену, которая уже буквально просунула голову в петлю, потому что смысл ее жизни закончился с трагической гибелью сына. Надя уже не понимала, как она будет жить дальше, но ей хотелось, чтобы Андрей обязательно был рядом.

В беседке, где располагался пищеблок, уже собирался народ. По глазам было видно, что очень голодный. Горный воздух и активная жизнь очень растрачивали силы организма, постоянно требовалась подпитка. Когда Надя подошла к группе людей, то увидела, что в центре стоял Андрей и уже что-то рассказывал. Значит, он тоже не хотел ее будить. Надя улыбнулась и посмотрела на него. Он улыбнулся ей в ответ.

– Доброе утро! Могу я чем-то помочь? – Надя посмотрела на собравшихся и покраснела.

– Конечно, помоги обязательно. Присаживайся, Надюша, будем завтракать.

На кухне помимо шеф-повара, Ольги Юрьевны, которая сказала, что может готовить хоть все завтраки, потому что просыпалась в шесть утра, заправлял ее муж, дядя Гена, так он сам просил себя называть. Он помогал ей разжечь огонь, принести воды, что-то разрубить-порезать.

– Давайте я буду на раздаче, – не унималась Надежда.

Ей очень нравилось, что подобрался душевный коллектив, как в старые добрые времена, когда никто не считался, кто сколько ведер воды принес, кто сколько тарелок помыл. Это так грело душу и сердце, что невольно хотелось постоянно тоже что-то делать для других.

Дядя Гена сдался, уж больно жалобно Надюшка это произнесла. Отказать ребенку было невозможно, плюс-минус Надежда годилась в дочки этой парочке кухмистеров. Все начали рассаживаться за стол, Надя встала к кастрюле с кашей и приступила к раздаче. Сегодня была овсянка, по самому классическому рецепту на молочке, из настоящего овса, который надо было варить около получаса, с маслицем. На воздухе аромат распространялся с неимоверной скоростью. В основном пришли все, получили по тарелке каши, на столе стояли тарелки с сыром, маслом, колбасой, хлебом. В качестве горячих напитков решили купить чайные пакетики, растворимый кофе и молоко, чтобы каждый взял себе то, что было по душе. Каша «ушла» практически в ноль, для последнего сони, который прибежал к завтраку, едва успели доскрести со дна. Надя вызвалась помыть посуду.

После завтрака решили собраться и расписать всех дежурных до конца пребывания, а также наметить и согласовать меню и тех, кто будет готовить обед и ужин, потому что Ольге Юрьевне тоже надо было отдыхать. Кроме одной парочки, которая сообщила, что завтракать в 8.30 для них очень рано, а едят они по своей программе, всех все устраивало. Главное – не надо было никуда ехать за продуктами, в местный магазин постоянно все привозилось без перебоев. Занятно, что не было необходимости делать запасы на несколько дней, всего хватало. Прямо как при коммунизме.

Разобравшись с едой, решили обсудить детали культурно-туристической программы. В принципе, никто никого не обязывал ходить строем, но люди подобрались таким образом, что большинство хотело объединяться вокруг Андрея. Хоть он и сказал Наде, что не умеет руководить людьми, но, скорее всего, слукавил, потому что, конечно, это он умел и, помимо прочего, обладал мощнейшей харизмой. Он только пришел с гитарой за спиной на первое собрание, а процентов девяносто железно решило, что он и есть старший группы.

– Что ж, господа-товарищи, давайте накидаем план, как будем культурно и активно отдыхать. Не водку же мы приехали сюда пить, хотя вечерком почему бы и нет, – начал собрание Андрей и жестом позвал к себе Надю.

Она подошла.

– Разрешите представить вам свою правую руку, Надежду. Я, сами понимаете, как обычный мужчина, буду стараться мыслить глобально, но нам все-таки будет нужна и конкретика, так вот Надюша – мастер по различного рода деталям.

Надя улыбнулась и снова покраснела. Она стала ловить себя на мысли, что очень смущается в присутствии Андрея, несмотря на ту совместную ночь, когда он вывернул перед ней наизнанку свою душу. Видимо, причина заключалась именно в этом.

Сегодня решили устроить радиальный выход на озеро и метеостанцию с купанием в озере, в котором купаться было разрешено. Поблизости было еще одно озеро, в котором была питьевая целебная вода, ее можно было пить, но не более того. За этим следили, поэтому водоем еще сохранил свою первозданность. Для тех, кто собирался в поход, обед решили взять сухим пайком и не заморачиваться, а вернуться к ужину, что-то по-быстрому сварганить, а потом зависнуть у вечернего костра и под гитару попеть песни и просто поговорить о жизни.

Пошли собираться. Андрей подскочил к Наде и загородил ей дорогу.

– Надь, давай я сбегаю в магазин и куплю какой-нибудь еды в дорогу. Что ты хочешь? Я все понесу в своем рюкзаке, я не дам тебе таскать тяжести. Или пойдем вместе, ты ткнешь пальчиком во все, что только пожелаешь, и я все возьму. – Андрей, не мигая, смотрел на Надежду.

– Ты что задумал? Да я сама себе могу купить еды. Чего ты, Андрюш? – Надя не сразу поняла, с чем связано такое рвение ее нового знакомого.

– Ничего я не задумал, просто хочу, чтобы в походе ты чувствовала себя максимально комфортно. Мне это не составит труда, а даже доставит удовольствие. Наденька, если б ты знала, как давно я не ухаживал за женщинами, именно в том самом смысле. Ты знаешь, что у меня есть постоянная величина – это Светлана, но это немного не то. Так вот, встретив тебя, мне снова захотелось стать тем Андреем, который много-много лет назад был молод, глуп и мечтал о дальних странах и планетах. Не разрушай моих иллюзий, дай мне побыть таким хотя бы две недели в отпуске. – Андрей наклонил голову, взял руку Нади и едва прикоснулся к ней губами.

Глава 6

Виктор Образцов гнал свой джип по загородной трассе и размышлял о том, что на самом деле Надя была для него идеальной женой, но понял он это, только когда потерял ее. Все эти дурацкие выпады, игры в главу семьи и вершителя судеб закончились полным нулем на табло самого Виктора. Это навязчивое желание завести наследника напрочь отшибло ему мозги, ну завелся он, дальше-то что, лежит в люльке, пускает пузыри, пачкает подгузники и плачет по ночам. Чего-то экстраординарного с появлением сына Образцов не испытал. А ожидания были совсем другими. Теперь в его жизни присутствовала вечно недовольная Мила, ноющая от того, что, видите ли, салатный оттенок шелковых обоев в детской не настолько салатный, чтобы удовлетворить ее, мать новорожденного. И вообще, новый дом построен совсем не так, как ей хотелось. Когда они ездили смотреть, все было хорошо, но, как только Мила переступила порог отремонтированного особняка, ее личико скукожилось, и она начала фыркать и критиковать первоклассную отделку, за которую была отстегнута весьма конкретная сумма с шестью нулями. «Чего ей надо, дуре деревенской? Ох и повелся же я, дебил. Надька, солнышко, вернись! Где теперь ее искать? Небось, умотала в Крым к матери или еще куда-то?»

Витя решил провести работу по восстановлению мостов между ним и Надей и прикинулся, что она ему очень нужна в качестве дизайнера детской опочивальни. Он написал ей сообщение, но ответа пока не получил. В принципе, это было ожидаемо. «На ее месте я бы вообще загнал мой номер в „черный список“. Так тебе и надо, Витя, ковыряйся с этой молодухой, за что боролся, на то и напоролся». Не шибко развитая от природы, Милка, родив, стала вообще какой-то приземленной и капризной до жути. Она теперь считала, что осчастливила Образцова настолько, что он должен доставать ей по звезде с неба каждый день. Ей постоянно было скучно, несмотря на то что к ребенку были приставлены две няни, одна из которых была кормилицей, потому что Милочка не хотела портить грудь. Как только ребенок начинал плакать, она демонстративно уходила, вызывала шофера и ехала на шопинг.

Айфон на подставке дернулся от вибрации. Образцов от неожиданности чуть не бросил руль, чтобы схватить его и посмотреть на экран: он ждал ответа от Нади каждую секунду. Но, к величайшему разочарованию, это было предупреждение от МЧС о приближающейся грозе. Виктор грустно вздохнул и, обнаружив, что приехал, нажал на брелок. Электрические ворота плавно поехали вверх. Машины их водителя не было на месте, значит, Милка снова где-то шарахается. «Хорошо-то как, хоть какое-то время побуду в тишине». С этими мыслями Образцов въехал во двор своего загородного имения.

Поход получился изумительным. Природа гор Кавказа, конечно, уникальна и прекрасна, хорошо, что ее удалось сохранить, несмотря на многочисленные попытки властей края настроить дорогущих отелей или коттеджных поселков, чтобы все только превращать в деньги. Горы, луга, цветы, небо, воздух сами по себе являлись природными лекарствами, которые питали все системы и органы человека, заряжали энергией и позволяли перезагрузиться и очиститься от всяческих шлаков, как телесных, так и душевных.

Надя очень хорошо помнила, как они с родителями ездили в эти места двадцать пять или даже больше лет назад, еще при Союзе. Она была очень рада, что практически все осталось в том же виде, разве что добавились некоторые элементы комфорта в виде скамеек, беседок и мест для сбора мусора. Андрей тащил рюкзак с их общим провиантом и тяжелыми вещами, Надя шла с фотоаппаратом и с маленьким рюкзачком. С одной стороны, она, конечно, могла предположить, что Андрей станет за ней ухаживать, с другой – все это работало только в рамках поездки, по окончании отдыха они в лучшем случае обнимутся и поцелуются сестринско-братским поцелуем, и каждый отправится в свою сторону, потому что, базируясь на данных, полученных от Андрея, совместного будущего у них быть просто не может, а скакать и прыгать на два города было бы глупо. То, что они жили в разных городах, было скорее плюсом, все быстрее забудется и встретиться будет сложнее. Тем более Надя только что избавилась от «подарочка» в виде Вити, и если она и планировала в будущем семейную жизнь, то уж теперь с кем-то более адекватным и стабильным.

Хотелось фотографировать все сразу и каждую секунду. Андрей шел следом и как бы оберегал свою спутницу, чтобы она, не дай бог, не поскользнулась и не упала, склоны порой были крутыми, трава гладкой и блестящей. Они шли друг за другом и думали об одном и том же, и, чтобы не грустить от бесперспективности своих дум, просто наслаждались моментом.

Вода в озере была как парное молоко. Вот даже не надо никакого моря, все здесь было гармонично, а самое главное, подобралась хорошая команда, что в современной жизни случается очень редко.

Андрей вышел из воды и лег на траву, он был в хорошей форме. Надя посчитала, что по возрасту он старше ее примерно лет на пятнадцать, то есть ему было года пятьдесят два – пятьдесят три, но он выглядел моложе, только седина выдавала возраст, хотя Надя знала и молодых с сединой, вроде бы и не переживших того, что выпало на долю Андрея.

Андрей прикрыл глаза, но присматривал за Надей. Когда она закончила купаться, спросил:

– Может, поедим? Утренняя вкусная каша уже улетучилась, как и не бывало?

Со стороны казалось, что они – пара, окружающие даже не пытались выяснять какие-то детали. Жили они в одном домике, кто на каком этаже, да бог их знает? Собственно говоря, подобрался такой народ, которому было глубоко наплевать, кто и с кем приехал, а также кто с кем уедет.

– Давай. С удовольствием. – Надя потянулась к рюкзаку с едой. – Устроим семейный обед. Мне кажется, все думают, что мы вместе. Не будем разочаровывать публику.

С этими словами она открыла молнию, достала виниловую скатерть, одноразовые тарелки, приборы, быстро вытащила нарезку, хлеб, салатики, очень симпатично сервировала их походный стол на траве. Андрей наблюдал за этим и про себя мечтал, что вдруг чудо все-таки случится и ему наконец-то повезет.

Глава 7

Надя выросла в очень хорошей и интеллигентной семье в Ленинграде. Мама, Татьяна Михайловна Ковалева, трудилась инженером в НИИ, папа, Виталий Николаевич Ковалев, работал преподавателем в Институте физкультуры имени П.Ф. Лесгафта. Все вроде бы шло и текло нормально, пока папа не поехал в санаторий для лечения опорно-двигательного аппарата в гордом одиночестве. Здесь вышла классическая ситуация, как в известном фильме с Раисой Захаровной в роли роковой женщины. Папа был околдован чарами необыкновенной женщины, которая за двадцать четыре дня его пребывания там перевернула всю его жизнь таким образом, что он решил сразу переехать к ней. В качестве «связного» была вызвана Надежда, отец пытался оправдаться, что такое с ним случилось раз в жизни, он потерял рассудок. Он пересмотрел всю свою жизнь, последние годы совместной жизни с мамой Нади были для него тусклыми и похожими один на другой, без каких-то особенностей. А «Раиса Захаровна» позволила ему посмотреть на жизнь совсем другими глазами, он помолодел на пятнадцать лет, можно сказать, что у него выросли крылья. Ее, дочку Надюшку, любит безумно, никогда не оставит, просит передать матери слова прощения и извинения. Дескать, любит и не может жить без своей новой знакомой. Ни на что не претендует, развод готов оформить в любое время. Надя молча выслушала монолог папаши. Кто же мог подумать, что жизнь настолько многогранна и непредсказуема. Еще недавно они втроем ездили на море в Сочи, папа с мамой ходили на танцы, все было хорошо, а теперь… оказывается, мама превратила его жизнь в преснятину.

Надя очень любила обоих родителей, и эта новость разрушила ее понимание того, что есть семья и семейные ценности. Папа «пропал с радаров», все обещания не забывать дочь и общаться разбились о быт с новой пассией, которая очень активно взяла в оборот папашу Надежды, плотно заняв его на всех позициях, включая дачный участок. Жили они не в самом Питере, а в пригороде, в Пушкине.

Мама погоревала какое-то время, но, поняв, что жизнь на этом не заканчивается, по согласованию с дочерью решила продать квартиру в Петербурге и переехать в Крым. Надюша жилплощадью была обеспечена, ей досталась отдельная квартира от бабушки с дедом. Собственно говоря, для папы мосты были сожжены, если вдруг его «наладит» новая жена. Поэтому ему пришлось стать терпимым и кротким, возвращаться уже ему было некуда, только разве что заново покупать квартиру. Родители оформили развод и разошлись, как в море корабли. Надя, конечно, старалась быть с мамой. Ясное дело, жизнь иногда выкидывает еще не такие фортели, но здесь было немного обидно. Надя считала маму практически идеалом, так оно и было, но папа повелся на какую-то замануху, возможно, более простую и неказистую. Мама переехала в Бахчисарай. Она родилась в Крыму, когда ее отца, дедушку Нади, перевели после войны туда служить. Она очень любила те места, поэтому переезд в Ленинград также по долгу службы отца не сильно ее порадовал. Вероятно, очередной виток спи-ради жизни приблизился к желаниям и устремлениям мамы Надежды, и она снова оказалась в Крыму, тем более регион вошел в состав России. Надя очень радовалась этому факту, во-первых, сердце мамы успокоилось и нашло место силы и зону комфорта, а во-вторых, появилась возможность для Нади в любой момент рвануть в Крым, и не просто куда-то в гостиницу, а домой к любимой маме. Из всей этой ситуации Надя заполучила моральную травму и начинала впадать в ступор, когда речь заходила о замужестве.

Отдых в горах шел полным ходом, вылазки, походы, песни у костра, совместные мероприятия настолько сплотили команду отдыхающих, что они уже решили после возвращения домой продолжать встречаться и планировать новые поездки в таком же составе. Надя и Андрей все больше и больше привязывались друг к другу. Надя понимала всю утопичность ситуации, понимал ли это Андрей? Наверное, понимал, у него ситуация была вообще «лучше всех», поэтому он старался ловить любую возможность, чтобы пожить в свое удовольствие. Все отдыхающие были из Москвы, одна Надя из Питера.

– Надь, а давай ездить по выходным друг к другу в гости, – предложил ей Андрей, – чего там ехать-то?

Надя многозначительно посмотрела на своего спутника:

– Андрей, а зачем тебе это надо? Ты же сам прекрасно понимаешь, что все эти игры должны закончиться здесь. Извини, но у нас с тобой не может быть ничего в будущем, как бы нам ни хотелось. Наслаждаться моментом и проживать каждый миг – это прекрасно, но помимо этого хочется понимать, что тебя ждет в ближайшей перспективе. Так вот, судя по всему, ничего интересного. Я только что рассталась с любопытным экземпляром, который все время пытался подмять меня под себя. У него существуют строго определенные стандарты жизни, под которые он загоняет всех, кто хоть немного начинает от него зависеть. Когда мы познакомились, я была вполне независима, сама себя обеспечивала. Он решил за меня, что я должна делать, когда и с кем. Два года длилась эта мука, после чего я понимаю, что, несмотря на то что мне уже 38, я хочу свободы и покоя. Видимо, на роду мне написано что-то не очень простое в плане семейной жизни. – Надя зажмурилась.

Рассказ Нади, вероятно, не сильно обрадовал Андрея. А он уже прорисовал в своем сознании их встречи либо в Санкт-Петербурге, либо в Москве. У них еще толком ничего не было, кроме совместных походов, а Андрей уже готов был купить Наде квартиру в Москве рядом с ним, близко. Он понимал, что очень хочет, чтобы она была рядом. Но она почему-то отвергала эту идею. Или хотела, но не желала привыкать к этой мысли. Приходилось только наслаждаться моментом в оставшиеся десять дней отдыха. Наслаждаться, смаковать, ценить, растягивать удовольствие, потому что после будет все то, что было у него в последние пятнадцать лет: обязательства, долг и слабая надежда на перемены, что было сродни чуду. Андрей понимал, что ему надо в очередной раз принять, что это из разряда несбыточной мечты. Одно он понял наверняка: что такую, как Надя, он никогда не встречал и уже вряд ли встретит.

Настроение у Надежды резко ухудшилось. Ее бы вполне устроил спокойный и ровный поход с песнями у костра, дежурством по кухне, купанием в озере, хохмами и анекдотами, домашним винишком от бабушек и чачей из горного села. Но в этом походе существовал Андрей, он одновременно был и безумно притягательным, и не менее невыносимым. Надя была благодарна ему за откровенный рассказ в самом начале их знакомства по поводу «спасения полотенца», по крайней мере, она знала, что от него ждать. Оставалось девять дней отдыха на турбазе, надо было сконцентрироваться, абстрагироваться и постараться не наломать дров. Надя устало приплелась к себе в номер, день был насыщенным. Она вспомнила, что не включала телефон два дня, он так и остался лежать на дне чемодана. К своей радости, Надя даже не поняла, что прошло целых два дня, а она ни разу не держала в руках эту пластину, совмещающую в себе целый мир денег, новостей, информации и людей. Она предупредила маму, чтобы та не волновалась, потому что были запланированы вылазки в горы, где связи просто не было изначально. Но иногда надо было о себе напоминать. Смартфон дернулся, загружая все необходимое, зажегся экран. «Господи, как же хорошо жить в диком месте. Только природа и люди, которые разговаривают, машут руками, смеются, поют песни. Как мы смогли превратиться в таких маньяков, не представляющих жизни без телефонов и планшетов? Да, это удобно, но иногда хочется вспомнить, что человек – это часть природы, а не микросхема какой-то железки».

Когда все загрузилось, началась вакханалия выброса сообщений о непринятых звонках и сообщениях. Смартфон курлыкал по двум направлениям, закидывая Надю эсэмэсками и уведомлениями мессенджеров. Когда все стихло, она решила посмотреть, кто так неистово жаждал ее. От Виктора было пятнадцать эсэ-мэсок и примерно столько же оповещений, что он не дозвонился. В мессенджере матушка написала, что у нее все хорошо, прислала фотографии лавандового поля. Надежда любила лаванду и лавандовые просторы больше всего на свете. Она мечтала после горного отпуска еще на неделю рвануть к маме в Крым. Мечтой было выйти в лавандовое поле, вдохнуть полной грудью этот пряный аромат, а еще хотелось аккуратно лечь в междурядье и просто смотреть на небо, может, даже просто уснуть там, а вокруг чтобы было много лаванды… Ее можно было аккуратно собрать и принести домой в небольшом пучке. Наверное, из всех цветущих растений Надя считала лаванду исключительным совершенством, что-то было в ней необыкновенное. До конца понять она этого не могла, а просто наслаждалась, когда впитывала эту красоту всеми органами чувств. «Ну ладно, еще чуть больше недели, и я снова сольюсь с этим лиловым счастьем!»

Глава 8

Витя написал ей практически роман. Прежде он не был замечен в пристрастии к эпистолярному жанру. Он скучал, жалел, что так все вышло, очень ждал ее, как профессионала, чтобы она привела в порядок опочивальню наследника, чтобы Милка успокоилась и не выносила ему мозг. Когда Надя все прочитала, она жутко пожалела, что вообще включила свой девайс. Безусловно, сделано это было только ради мамы. Папа звонил Надюшке очень редко, «Раиса Захаровна» не давала ему скучать. Со временем Надя отвыкла от необходимости ждать звонка от отца, сама она звонила ему только по праздникам. Как-то пару раз она просто набрала, чтобы узнать, как у него дела. Оба раза к телефону подошла «роковая женщина», папа все время был чем-то занят. По тону было понятно, что беспокоить по пустякам Виталия Николаевича было не нужно, если что, он позвонит сам. У Нади осталось какое-то тошнотворное послевкусие. Вот пришла какая-то чужая тетка и отобрала у нее папу. Мама, к счастью, уже успокоилась и даже расцвела, еще неизвестно, кто кому лил преснятину в жизнь. В общем, хоть за маму Надежда была рада, особенно когда она переехала в Бахчисарай.

Надя решила расквитаться с Витей и написала ему, что у нее нет ни сил, ни желания делать им детскую. Если проблема не только в ней, Наде, то она может порекомендовать им хорошего дизайнера, а так – извините, поезд ушел. Потом она позвонила маме. Все-таки она скучала, мама тоже. Они остались друг у друга одни-одинешеньки. Через три гудка мама ответила:

– Наденька, привет. Как хорошо, что ты позвонила. Я соскучилась. – Мама радостно поприветствовала дочку, голос у нее был свежим и бодрым.

– Здравствуй, мамочка. Я тоже очень скучаю. Хотя здесь весело и много свежего воздуха, хочется надышаться впрок перед приездом на наше болотце. Как ты? Все в порядке?

– Да, у меня все прекрасно. Приезжала Ольга, мы ездили на Марсианское озеро. Так здорово, выбрали время, когда там никого не было. Да, сейчас что-то совсем мало народу, наверное, все в Турции. Очень жду тебя, лаванда тоже очень ждет, в твоей комнате я уже насушила пять букетиков, а в поле просто рай. – Мама устало вздохнула: – Как компания? Мужички хоть есть приличные? Или они уже перевелись как класс?

Надя чуть не поперхнулась от такого вопроса. Она не ожидала, что мама найдет ее болевую точку и попадет прямо в яблочко.

– Ой, мам, есть один, но… не телефонный разговор… потом расскажу, если не поссорюсь с ним уже завтра.

– Кстати, о птичках. Образцов мне звонит каждый день, интересуется здоровьем, не мог до тебя дозвониться двое суток, чуть не поседел окончательно от расстройства. Чего это он так перевозбудился? У него ж, насколько я знаю, наконец-то родился сын, вот бы и занимался его воспитанием. Ты ж вроде уже не героиня его романа? Если честно, я так рада была, когда вы разбежались, он так портил тебе жизнь и душил все твои волшебные идеи. – Мама усмехнулась: – Или молодуха достала?

– Ой, он мне тут роман целый накатал в пятнадцать эсэмэсок. Дескать, он был не прав. Там какая-то цветущая деревня, его Милка дорвалась до денег и крутит им день и ночь, он уже сам не рад, что во все это ввязался. – Надя засмеялась. – Мамуль, я прямо из Сочи к тебе рвану через девять дней, даже не буду домой заезжать, хочу-хочу к тебе. Вообще есть мысль тоже в Крым переехать, я так понимаю, работа мне найдется: все строят, перестраивают, а сырость и холод жутко надоели.

– Да, конечно, приезжай. У меня места хватит, а квартирку в Питере сдать можно, чтоб тебе не сильно упираться, а работать, когда захочется и в удовольствие. Ты, моя девочка, просто устала, что у тебя было, кроме работы, знакового и яркого в жизни? Вот и отдохни. А мужички и здесь есть приличные, приехали тоже к истокам, разберемся. Обнимаю тебя, дыши, радуйся, если там у тебя мужик стоящий – обрабатывай, очень жду тебя, скучаю, храни тебя Господи, солнце мое ясное! – Мама чмокнула в трубку, и стало как-то легче.

Надя снова выключила телефон и включила телевизор. Там показывали фильм «Любовь и голуби», как раз был момент, когда Ленька закричал: «Беги, дядь Мить!» Надежда от души засмеялась и даже не сразу услышала, что в дверь стучат. Она нехотя поднялась с кровати и пошла открывать. На пороге стоял Андрей и держал в руках арбуз, искусно вырезанный, как корзинка, внутри лежали кусочки самого арбуза без кожуры и косточек, персики и абрикосы. Судя по всему, вечер уже не обещал быть томным, и просто полежать и посмотреть кино уже не получалось.

– Ну, заходи, раз пришел. – Надя широко отворила дверь и позволила Андрею войти с его сюрпризом. – А я думала киношку посмотреть, как раз «Любовь и голуби» показывают.

Андрей водрузил корзину из арбуза на журнальный столик, арбуз оказался устойчивым. Инсталляция манила красками и медовыми ароматами. Помимо прочего, за спиной у него был рюкзак, из которого он так же ловко извлек бутылочку «Просекко», покрытую испариной. «Господи, когда ж он все успел? Ему все время хочется меня удивлять и развлекать. Только зачем? Расковырять рану и бросить, чтобы сделать больно и мне и себе? Он-то за пятнадцать лет привык уже к терпению и смирению, я не хочу к такому привыкать, не хочу!»

– О, «Любовь и голуби», отличный фильм. И смех, и слезы, и любовь, как говорится. В общем-то, никакого вымысла, все из жизни, правда? – Андрей сел в кресло и вытянул ноги, все-таки арбуз по виду был тяжелым, килограммов на десять.

Надя устроилась во втором кресле напротив и взяла абрикос из арбузной корзинки.

– Никакого вымысла, точно тебе говорю. Мой папаша по этой схеме ушел из семьи, просто как по нотам. Я даже не знаю, как зовут его нынешнюю половину, но она у меня проходит по классификации как «Раиса Захаровна». Он живет там до сих пор, обратно не сбежал, я уж не знаю, как там ему, но эта мадам крепко охраняет его от внешних воздействий и поползновений общаться даже со мной, видимо, уйти оттуда будет сложно, да и, собственно, уже некуда. Единственный раз, когда они увиделись с матерью, – это была встреча в суде на разводе. Он приехал такой пришибленный и виноватый, все быстро подписал, от всего отказался. Мама через два года продала квартиру и уехала жить в Крым. Так вот иногда обрабатывают вашего брата, без шансов дать заднюю.

Выражение лица Андрея было удивленным. Надя поймала себя на мысли, что такое в нем видит впервые, ей казалось, что после всего пережитого удивить Андрея уже невозможно.

– С ума сойти, вот видишь, не все в кино сказка, иногда бывают такие вот видео-мануалы и руководства к действию. И как твоя мама? Как она пережила это событие, как справилась?

– Это произошло не так давно, я уже выросла, конечно, переживала, но потом как-то взяла себя в руки и решила, что жизнь на этом не заканчивается. Она вообще не ожидала, что папаша окажется таким подкаблучником, видимо, ему этого хотелось. Жили мои родители, кстати, нормально, я даже не помню каких-то скандалов, а тут раз – и даже домой не вернулся, сразу туда переехал, как приворот какой-то. Ладно, бог с ним, пусть живет и радуется. Открывай шампанское, пока холодненькое. – Надя протянула руку и взяла еще один абрикос, фрукты были бесподобными. Ее давно никто не удивлял и не развлекал просто так, без формата и протокола. Было хорошо и вместе с тем безумно грустно.

Андрей ловко вытащил пробку, Надя достала стаканы. Игристое, пузырясь и брызгаясь, красиво заполнило самые обычные стаканы для воды. Они звонко чокнулись. На экране потрясающая Людмила Гурченко рекомендовала не менее прекрасному Александру Михайлову приобрести галстук, который «и к костюму подойдет, и к глазам».

– И как это случилось, Андрей, что мы с вами оказались здесь в одно и то же время? – начала Надя, подражая голосу Гурченко, с наслаждением сделала несколько глотков – игристое было очень прохладным и приятным – и договорила серьезным тоном: – Андрей, ты очень хороший, мне очень жаль, что мы встретились слишком поздно. – Надя поставила стакан на столик, подошла к Андрею, взяла из его руки стакан, тоже поставила на стол, села к нему на колени, обняла за шею и поцеловала долгим и страстным поцелуем.

Андрей очень ждал этого, он не мог сделать решительный шаг первым, потому что боялся, что испугает Надежду. Не то чтобы она была пуританкой или скромницей, после всей предыстории… Хотя не рассказать всего про себя он тоже не мог, потому что это было бы нечестно.

– Наденька, ты себе не представляешь, какая ты! Надо же было такому случиться! Все эти пятнадцать лет я жил как в тумане. Привыкал, старался стабилизировать ситуацию, был правильным, было тяжело. Светка сначала с кладбища не выходила, как на работу туда с утра и до вечера, на скамеечке сидела, разговаривала, прощения просила. Еду готовила, туда возила, оставляла птичкам и мышкам. Мне как-то позвонил смотритель, я приехал и минут десять стоял рядом за деревом. Слушать все это было – не приведи господь. Потом были клиники, психологи. У Светланы развилась форма аутофобии, она боялась остаться одна в квартире ближе к вечеру, плюс все время терзала себя, обвиняя в том, что произошло, потом был период, когда она считала себя никому не нужным, бесполезным существом. Мне рекомендовали определить ее в клинику постоянно под присмотр специалистов. Я не мог. Потом Света пошла в храм, и там ей стало очень комфортно, мне стало легче, всем стало легче. – Андрей разлил еще по стаканчикам «Просекко». – Понимаешь, в течение этого времени у меня случались так называемые романы, но дальше каких-то ветреных отношений это не заходило. Женщинам хотелось стабильности, ее я им гарантировать не мог, да и такие, ради которых я мог пойти на какую-то параллельную жизнь, не встречались. – Андрей поднял стакан. – Надя, ты себе не представляешь, что сейчас происходит в моей жизни, но я хочу сказать тебе, что наконец-то нашел ту, ради которой без колебаний готов распараллелить свою дурацкую и бездарную жизнь, если ты, конечно, сама не против.

Надя встала и подошла к окну. Было темно, по периметру турбазы горели фонари, воздух был теплым и вкусным. Да, жизнь начинала принимать очень интересный оборот. Прокручивая в голове все события этого отпуска, она тоже поняла, что хочет быть с Андреем, но как это будет выглядеть в реальности, понять было сложно.

– Андрей, я хочу быть с тобой. Но… как ты себе это представляешь?

Эти слова Нади очень порадовали Андрея. Он вскочил с кресла и подбежал к ней.

– У меня есть план, пожалуйста, только пока не перебивай. Есть квартира в Москве, которую я купил еще давно, когда мы со Светой решили разъехаться. Жилище прекрасное, в полном порядке, я его не сдавал, стоит и ждет своего часа. Если ты не против, ты можешь поселиться там. Живут же иногда люди на две семьи, тем более здесь это не совсем так… Понимаешь, я не имею морального права сдать Светку в клинику, не могу я этого сделать… Не могу… – Андрей закрыл лицо руками.

Надя увидела, как из-под ладоней по щекам у него текут слезы.

Глава 9

Андрей перебирал струны и пел, было торжественно и грустно про фрегат, который то ли погиб, то ли нет. Про красотку Маргариту, которая ждет капитана. Вопрос «а вдруг не утонул?» был очень важным и волновал всех слушателей без исключения. Пел он проникновенно, вкладывая в исполнение всю душу. Слушатели сидели тихо, кто-то закрыл глаза, кто-то неслышно шевелил губами, вспоминая текст песни, Надя сидела, смотрела куда-то сквозь Андрея и анализировала их последний разговор. На душе скребли кошки. До отъезда домой оставалось два дня, и группа решила напоследок совершить интересный и сложный поход на ледник Холодный. Это был не простой, но очень увлекательный маршрут, надо было собраться очень рано, потому что ночевки там не предполагалось, чтобы вернуться обратно хотя бы не в кромешной темноте.

Природа была нечеловечески завораживающей: чистейшее голубое небо, горы со снежными вкраплениями, внизу – ковер из травы сочно-зеленого цвета и цветы, которых больше не встретишь нигде – уникальная экосистема, которой можно было только любоваться, и ни в коем случае не вмешиваться, а то она могла бы обидеться и исчезнуть безвозвратно. Самое потрясающее было то, что под пригибающимися к земле березами с серебристыми стволами, которые были угнетены горами, росли абсолютно идеальные подберезовики, без единого изъяна и червоточинки. Решили набрать грибов и приготовить их на прощальный ужин. Ольга Юрьевна стала официальным шеф-поваром группы, она получала неимоверное удовольствие от процесса приготовления пищи и от того, как всем это нравится. Она сказала, что сделает то ли жульен, то ли соус. Все были только за. На сам ледник идти не решились, надо было взять с собой что-то типа палок для скандинавской ходьбы с острыми наконечниками, никто об этом не подумал. Вид ледника и так привел всех в неописуемый восторг, фотографировались, играли в снежки у подножия, лежали на травке и просто смотрели на небо. Никто даже не подумал взять с собой телефон. Как же там было здорово, как же Андрею не хотелось уезжать. Надя легла в тени березки и наслаждалась моментом с закрытыми глазами. Андрей неслышно подкрался к ней и поцеловал в губы. Она открыла глаза.

– Представляешь, я заснула, а ты разбудил меня, как прекрасный принц. Тут спится вообще не так, как в городе. Совсем не хочу ни в какой город, особенно в мегаполис. Хочу в деревню, в глушь, хоть в Саратов! – Надя засмеялась и приподнялась на локтях.

Андрей сел на траву за ее спиной и обнял за плечи.

– Мы так и не договорили с тобой. Ты хоть обдумала мое предложение? А то мы как-то резко разбежались, прости, это у меня не выдержали нервы. Но все же? Как тебе такое предложение? Оно ведь не очень дурацкое?

Надя аккуратно освободилась из рук Андрея и повернулась к нему лицом, она ждала, продолжит ли он развивать свою мысль, или ей перехватить инициативу. Она провела рукой по его слегка шершавой щеке.

– Знаешь, Андрюш, предложение умопомрачительное. Ты – действительно очень глубокий, основательный и порядочный человек. Плюс ко всему, зная, какую ношу ты тащишь по жизни, пойти на такое – это действительно очередной подвиг. Но дело в том, что, во-первых, я не хочу жить в Москве, а во-вторых, я уже не хочу жить и в Питере. Буквально несколько дней назад я окончательно решила, что переезжаю к маме в Крым. Я так устала от города, от этих каменных мешков, от суеты, пафоса, я хочу на первый этаж, чтобы кругом были трава, лаванда и море.

Лицо Андрея резко стало серьезным. Он не ждал чуда, он уже понял ее характер. Надя была независима, самодостаточна, ей не нужна была квартира в Москве ни тем, ни иным способом, этим ее было не купить. Несмотря на то что Андрей ей понравился, и она была явно не против соединения двух заблудившихся душ.

– Жаль, очень жаль. Что ж, если не возражаешь, будем иногда встречаться либо в Крыму, либо в Москве. Надо подумать о том, чтобы купить квартиру в Крыму, чтобы никого не стеснять.

– Конечно, не надо торопиться. Как когда-то сказал товарищ Саахов, «тараписса не надо», все будет хорошо и пазл сложится. Может быть, мы с тобой вообще не сможем жить вместе, и это будет самым оптимальным вариантом. Так называемый гостевой брак. Знаешь, сейчас это очень распространено, надо тебе сказать, у меня есть подруга, которая живет между Сочи и Питером, она очень довольна, муж всегда желанный, она для него тоже, нет обыденности, замыленности. Конечно, они не постоянно собираются так жить, просто у ее мужа в Сочи проект уже два года, как закончит, вернется. Но пока она ловит кайф. – Надя обняла Андрея и чмокнула в нос. – И вообще, нам послезавтра уезжать, а у нас еще не было первой брачной ночи, что-то нам все время мешает, эту фигню надо срочно прекратить. Где будем? У тебя или у меня? У тебя кровать скрипит? Хотя… какая разница, кроме нас, в нашем домике больше все равно никого нет. – Надя звонко прыснула со смеху, что обернулись даже некоторые их одногруппники, которые отдыхали на травке неподалеку.

От этих слов лицо Андрея порозовело, он сразу оживился, громко засмеялся и перестал грустить. Да, в жизни уже было столько всего, что дрыгаться по пустякам бессмысленно. Одно он знал точно, что Надя – это женщина, которую он искал всю жизнь, и они не должны потеряться ни при каких обстоятельствах.

– Давай споем что-нибудь, а то через полчаса уже надо собираться в обратный путь. – Он подмигнул Надежде. Взял гитару и начал ее подстраивать.

Увидев это, народ стал стягиваться к березке, под которой расположились Надя и Андрей.

Лето – это маленькая жизнь порознь.
Тихо подрастает на щеках поросль.
Дом плывет по лету – а меня нету.
Лето – это маленькая жизнь…[1]

Бахчисарай – Москва. Август 2016 года

Глава 10

Надя прилетела в Симферополь и сразу позвонила вызвать такси. Август был прекрасен, было жарко, но комфортно. Хотелось поскорее увидеть маму, в душ – и на лавандовое поле. Это было местом силы для Надежды. Сорвать небольшой букетик, сунуть туда нос и дышать, дышать этим исключительно пряным и горьковатым ароматом. Приехало такси, за рулем была девушка, веселая и разговорчивая. Ехать было не больше часа с учетом пробок. За разговорами дорога пролетела как миг, вот уже мамин домик. Надя расплатилась, забрала из багажника чемодан и бодренько пошла к калитке. Во дворе мама обрабатывала розы, она заметила дочь.

– Ой, кто это приехал! Доченька моя любимая! – Мама от неожиданности выронила из рук секатор и бросилась открывать.

Надя повисла на шее у мамы. Татьяна Михайловна заплакала, она очень соскучилась. Надю одолевали те же чувства.

– Мамочка дорогая! Господи, как же я тебя люблю, как же я не могу без тебя. – Надя расцеловала маму в обе щечки и вытерла слезинки. – Пойдем в дом, гостинцы распаковывать.

Из чемодана были извлечены пакеты с вещами и подарками. Надя привезла с Кавказа баночку горного меда, по бутылочке чачи и малинового вина, купленных у бабушки в селении, копченый сыр, несколько подставок под горячее из можжевельника и панно, вырезанное из какого-то благородного дерева с изображением ледника Холодный.

– Ну, вот и пролетел мой горный отпуск! Это было чудесно! Люди подобрались как из сказки, все добрые, приветливые, как из старых походов, когда мы ездили еще втроем. – Надя посмотрела на маму: – Такое ощущение, что народ, который ходит в походы, с годами и десятилетиями не меняется. Одно дело – лежать на пляже и иногда за волосы поднимать себя к бару, а тут – активный отдых двадцать четыре часа в сутки. Я даже варила суп в котелке, представляешь, и он оказался съедобным!

Мама подошла к дочери и обняла ее.

– А что там с личной жизнью-то? Поссорились вы все-таки или нет? – Хитро взглянув, начала развивать тему Татьяна Михайловна.

– Все-то ты помнишь, чекист ты наш доморощенный. – Надежда устало улыбнулась: – Нет, не поссорились, но и толку особого из этих отношений не будет. Вечно я найду себе чего-нибудь посложнее да позаковыристее.

– А что так? Что с ним не так? Фотографию-то хотя бы покажешь?

Надя открыла галерею в своем телефоне. Перед тем как разбежаться по своим рейсам в аэропорту, они с Андреем сделали селфи, фотография получилась очень живая и красивая, оба улыбались, загорелые лица были свежи и молоды. Мама взяла в руки смартфон.

– Фотогеничный – это однозначно. И тебя так бережно к себе прижал. Как хоть зовут мальчонку? – продолжала пытать Надю мама.

– Да, он вообще красавчик, этот Андрей, но, похоже, не мой герой. – Надя посмотрела на часы. Они договорились с Андреем созвониться в семь вечера, еще можно успеть принять душ и погулять. – Мамулик, отпусти меня в душ, а после мы пойдем с тобой прогуляться к полю, заодно чего-нибудь перехватим в ближайшем кафе, и я тебе все подробно расскажу.

Андрей ехал из аэропорта в московскую квартиру. Ему страшно хотелось обратно в горы. Что ждет его здесь? Все то же самое: рутина, день сурка каждый день. Хорошо, что была работа, и очень интересная, и местами напряженная, ответственная, то, во что можно было нырнуть с головой и забыть про все остальное. Однако последние две недели он не хотел забыть на все сто процентов, теперь большую часть его сознания занимала девушка по имени Надежда. К сожалению, она теперь была на расстоянии многих километров от него… но был телефон, а также поезд, самолет и автомобиль. Видимо, это было из разряда счастья, которое надо заслужить, отвоевать и выстрадать. Что-что, а ждать и страдать Андрей умел, как никто другой, поэтому это его совершенно не пугало. Вот и дом. Андрей расплатился с таксистом, быстрым шагом вошел в подъезд, вызвал лифт и поднялся на свой седьмой этаж.

Дома было пусто. Света, скорее всего, пошла в храм, в квартире было чисто убрано, пахло борщом и жареной картошкой. «Значит, сиделка ушла, конечно, мы же созвонились, я в Москве, все в порядке». Андрей вкатил чемодан в комнату и устало упал в кресло. Да, две недели пролетели, как один день. И что дальше? И ничего… Он закрыл глаза. Перед ним было улыбающееся лицо Нади, он мог смотреть на нее вечно. Андрей решил ей позвонить, но тут вспомнил, что они договорились созвониться в 19.00. Он быстро написал ей эсэмэску о том, что благополучно добрался до дома. Надо было разбирать вещи, очень хотелось спать. Андрей встал с кресла и, не успев схватить чемодан за ручку, краем глаза увидел на столе белый конверт с гербовой печатью, адресованный Свиридову Андрею Ивановичу. Письмо было из МИДа, где служил Андрей в Департаменте информационных технологий, возглавлял сектор, который занимался информационной безопасностью.

В конверте была бумага с сообщением, что ему необходимо в понедельник в 9.00 быть на приеме у руководителя департамента. Тема вкратце тоже была обозначена: командировка в Китай. Очень и очень интересно, что же за командировка намечалась? Все это попахивало серьезной и длительной поездкой. И именно тогда, когда Андрей встретил Надю и начал определяться со своей личной жизнью. Он бросил конверт обратно на стол, лег на диван и положил на голову декоративную подушку. «Ладно, утро вечера мудренее, не будем заранее накручивать себя».

Свежая и ароматная, Надя выскочила из душа, надела новый сарафан, босоножки на платформе, взяла плетеную сумку. Мама уже ждала ее на диване.

– Пойдем, моя дорогая мамочка, я так скучала по дому, – она обняла маму, – теперь здесь мой дом, не хочу никуда отсюда уезжать.

– Я буду только рада, да и в плане климата здесь поздоровее и покомфортнее.

Татьяна Михайловна взяла кошелек, положила в свою сумку, и они отправились на прогулку.

– Мам, давай сначала поедим, а потом спокойно погуляем по полю. Только сейчас поняла, какая я голодная.

– Я тоже хотела тебе это предложить. Пойдем к Грише в кафе, у него в меню появились вкуснейшие бараньи ребрышки.

– С удовольствием. Мы в горах тоже ели молодого барашка. – Надя вздохнула и посмотрела на небо. – Как же там было хорошо.

– Так что не так с мальчиком? – Мама желала узнать все подробности нового романа единственной дочери.

– Мама, он не совсем мальчик, но очень хороший, наверное, даже слишком. У него в Чечне погиб сын, у жены произошло помутнение рассудка. Она просто-таки потребовала от него, чтобы он ее не оставлял, хотя они уже почти разбежались. В общем, по жизни она дала ему полную свободу, но при одном условии: ночевать он должен приходить к ней в квартиру…

Глава 11

Андрей позвонил первым, он изнемогал, так хотел услышать голос Нади. Как-то все молниеносно получилось. О, если бы можно было все вернуть и замедлить скорость того времени, чтобы подольше растянуть поездку, на месяц, два или еще. Особенно ту ночь, когда они были вместе. Андрей поймал себя на мысли, что ТАКОГО у него не было в жизни никогда. Такого, чтобы совпало все – и духовное, и физическое, и космическое. Видимо, раньше все было не с теми, а теперь она, именно ТА, нашлась, но снова быстро удалилась. А теперь еще эта командировка в Китай. Про командировку решил пока ничего не говорить до выяснения подробностей. Надя как будто ждала звонка, ответила сразу.

– Привет, Андрей! – воодушевленно спела она строкой из известной песни. – Привет, любимый. Я соскучилась. Если б ты знал, как у нас здесь прекрасно сейчас, очень тебя не хватает. Я рассказала маме про тебя и показала наше селфи, она тоже тебя приглашает в гости.

– Привет, моя хорошая. Скучаю – это не то слово. Кто придумал отпуск в две недели? – Андрей закашлялся. – Я бы уже сегодня прилетел, но там что-то на работе срочное, вызывают в управление, завтра расскажу. Нормально добралась? Тебя никто не обижал? – Андрей хотел протянуть руки через радиоволны и провода, обнять, прижать к себе свою Надюшу, он очень боялся, что с ней может что-то случиться, но он был далеко, поэтому мог только говорить, выражать любовь и заботу словами. Это было жутко несправедливо.

– Ой, дорога была как по маслу, я почти все время спала. Домой приехала свежая и отдохнувшая. У меня никогда не было такого отпуска. Никакие Мальдивы и иные морские all inclusive не заменят тех эмоций и ощущений. Нет, не будем обижать Мальдивы, они прекрасны, но, чтобы отдых прошел действительно по высшему разряду, помимо райского места нужна еще хорошая компания. Мы же с тобой еще сгоняем на Мальдивы? Где будем только ты и я? – Надя мечтательно потянулась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Автор Олег Митяев.

Вернуться