Зина Парижева
Медальон

Необычное утро

Вторая половина двадцатого века. Так условно, но так маняще. Стояла удручающая лондонская погода. Впрочем, как и всегда. Шелестели листья на ветру, дождь поливал брусчатку. Небо оставалось мрачным, хотя за окном ещё был день. Свежий воздух навевал приятные мысли и радостное начало дня. В уютной и со вкусом меблированной комнате начинала свой день Эдита. Она нежно потягивалась в мягкой кровати. Её супруг к тому моменту уже час как отправился на работу в преуспевающую компанию.

Часы пробили полдень, а к Эдите подбежала её любимая кругленькая карликовая свинка Марфа, скрашивающая её беспробудное одиночество.

– Только ты меня понимаешь, – промолвила женщина, трепя свинку за бока.

В ответ свинка весело захрюкала.

– Как же я устала. Я не могу так больше. Почему ты происходит со мной? – спустя паузу высказывала мысли вслух Эдита.

Женщина встала и направилась в сторону кухни, пока свинка с раболепной преданностью глядела на хозяйку с низу вверх.

– Можешь пойти со мной, – сказала Эдит, словно чувствуя грустный взгляд питомицы.

***

После быстрого, но сытного завтрака, состоящего из макарон и говяжьей отбивной, послышался настойчивый звонок в дверь. Эдита, раздражённая, двинулась к прихожей. Дверь бесшумно отворилась и на пороге женщина встретила низкого и грузного господина с не внимающим ни к чьим интересам лицом.

– Миссис Уэнсдей, я должен сообщить Вам прискорбную новость, – таинственным и низким тоном проговорил неизвестный.

– Для начала представьтесь, – капризно отозвалась миссис.

– Мистер Брунсмит, офицер полиции Скотленд-Ярда.

– Что же произошло? – любопытно спросил Эдита.

– Произошло несчастье. Ваш муж погиб, – холодно отвечал он.

В груди вдовы что-то щёлкнуло и будто оторвалось. Из глаз мгновенно полился град слёз, а мысли смешались в один огромный путанный клубок. Она не помнила себя и её внимание было сосредоточено лишь на трагедии.

– Как? Когда? – переступая чрез себя, задыхаясь, спрашивала она.

– Двумя выстрелами в упор. Сегодня утром, – леденящим душу голосом продолжал полицейский.

– Кто это сделал?! Ещё есть надежда на то, что он жив? – рыдая, пропускала она сквозь слёзы горькие слова.

– Мы не знаем, кто это, мэм. Надежды нет. Пули задели мозг. Ваш муж скончался мгновенно.

– Нет! – вне себя вскричала Эдита.

– Завтра вы должны будете прийти на допрос. До скоро, миссис Уэнсдей, – сказав сие, господин удалился, словно его не было, и всё происходящее было кошмарным сном.

Эдита будто не слышала этих слов. Она устремилась к кровати, но рухнула на пол, не дойдя до неё. Её слёзы орошали дубовый пол. В то время свинка, пытаясь подбодрить хозяйку, крутилась рядом с ней.

– Марфа, ты не можешь меня утешить, – с трудом говорила молодая вдова.

– Хрю-хрю.

– Я не хочу больше жить! – исходила на крик Эдита, – Уйди от меня! Оставь меня! Этого не должно было произойти!

Свинка печально ушла, оставив вдову наедине со своим горем, слыша вслед:

– Почему я жива, а он мёртв?! Ты не сможешь ответить мне, глупая свинья!

Эдита плакала и только погода Лондона поддерживала её. Женщина еле подошла к окну, высунула голову из него и посмотрела на фигуры людей внизу. Она прикрывались зонтиками и были похожи на грибы с широкополыми шляпками. Они торопились куда-то по своим делам, не представляя, какая трагедия приключилась сегодня утром в их городе.

Дождь усиливался, и уже гроза начинала давать о себе знать. Складывалось впечатление. Что только природа понимает всю боль, которую испытала одна семья за один день.

Спустя час Эдита смогла собраться с мыслями, и слёзы на её щеках начали высыхать.

– У нас было много проблем, много неурядиц, много недопонимания и конфликтов, но он не должен был умирать, не должен был, не так быстро. Я не смогу быть без него. Я хочу умереть, но прежде я должна узнать, кто совершил это с ним и со мной. Если я сейчас убью себя, я никогда не узнаю этого, а полиция решит, что это сделала я, и закроют дело. Я должна помочь им раскрыть это убийство, – думала Эдита, засыпая на жёстком и влажном полу.

На следующий день

Эдита проснулась раньше обычного и, не позавтракав, двинулась в путь. Магазинчики только начинали свою работу. На улице было пустынно. Утренняя роса собиралась на травинках клумб. Мокрые улочки словно не просыхали после вчерашней грозы. Однако всё это было безразлично безутешной вдове.

В Скотленд-Ярде Эдиту уже давно ждали, и вот дверь отворилась.

– Здравствуйте, миссис Уэнсдей. Вы опоздали на двадцать минут, – язвительно приветствовал следователь мрачную тонкую фигуру в углу комнаты.

– Здравствуйте, извините, я не могла прийти раньше.

Дама была одета просто, но со вкусом. Возможно, это была дань стилю, какой проповедовала Шанель, а, возможно, это неуловимое чувство присутствовало ещё в задатках мышления вечно очаровательной Эдит.

– Что ж, приступим, – не обратив внимание на слова женщины, говорил худощавый и невысокий блондин с косыми глазами.

Эдита сняла пальто и, взяв его в руки, подошла к следователю.

– Садитесь и отдайте своё пальто ему, – мужчина указал ладонью на юного парня, стоявшего рядом с Эдит, – Не тратьте наше и без того потерянное время.

Когда растерянная женщина села, следователь, одним глазом посмотрев на неё, приступил к допросу, перед тем рассказав ей о законе и о самом допросе.

– Итак, Вы Эдит Уэнсдей, жена покойного Чарльза Уэнсдей? – сухо спрашивал сухопарый господин.

– Да, это я, – нервно отвечала женщина.

– Где вы были на момент совершения убийства вашего супруга?

– Дома.

– Дома? И что же Вы делали?

– Спала.

– Спали? Так просто? В одиннадцать часов? – с любопытством заметил дознаватель.

– Да, обычно я сплю до двенадцати или часа.

– С чем это связано? – не скрывая эмоций допрашивал коронер.

– Я поздно ложусь и сплю очень долго…

– Ладно, – прервал её следователь, – Значит, Вы просто спали, пока убивают вашего супруга?

– Да, получается так, – медленно подтвердила женщина, и из её слёз снова пробились слёзы, градом стекавшие по её бледным щекам.

– Хватит этих слёз. Я вижу их каждый день. Вытирайте лицо, и мы продолжим.

Эдита послушно вытерла щёки салфеткой.

– У Вас были ссоры с супругом за ночь до его смерти?

– Нет.

– А Стивен Грант, коллега Вашего мужа, рассказал другое, – следователь надел очки, взял листок – один из множества – со стола и принялся читать: «Миссис Уэнсдей и Мистер Уэнсдей ссорились вечером перед убийством Чарльза. Их крики слышала вся округа. Чарльз был очень озабочен конфликтом с женой, был сам не свой, не разговаривал ни с кем и был безразличен к работе. Думаю, личная жизнь у него складывалась не лучшим образом». Что Вы на это скажете? – смотря исподлобья своими змеиными глазками, давил на вдову коронер.

– Я не знаю… Мы ругались, но за два дня до убийства. Позавчера же всё было нормально, вернее, мы мало общались. Возможно, он был удручён, но не делился со мной своими переживаниями.

– Так, – ожидающе глядел на «подсудимую» господин в костюме.

– Мне больше ничего сказать. Я всегда любила своего мужа и не желала ему зла. У нас была прекрасная совместная жизнь. Мы были вместе уже тринадцать лет, и я не ожидала, что всё кончится так скоро, и резко, и… – слёзы снова покатились по щекам красавицы.

Следователь, не скрывая своего раздражения, отрезал:

– Не вижу смысла на данный момент Вас задерживать. Ступайте.

– Хорошо, – скрывая лицо руками, Эдита направилась к гардеробу, спросив уходя:

– Вы сообщите, если появится подозреваемый, или когда Вы раскроете убийство Чарльза?

Помолчав коронер произнёс сквозь зубы:

– Возможно.

Эдита моментально ретировалась, чтобы не показывать своего горя всем и не раздражать тем самым следователя и других сотрудников полиции. Она шла быстро, не замечая людей, дома, растений и даже троп. В её голове ещё вчера всё смешалось, и она никак не могла справится с ворохом накопившихся проблем и стресса, источаемого ситуацией. «Как могло произойти нечто подобное? Почему именно сейчас? А ведь ему было всего сорок два года. Я знала, что он уйдёт раньше, но не сейчас. Почему именно сейчас? Я хочу увидеть его, но живым. Я должна увидеть его, но он мёртв. Что мне делать теперь?» Эдита повернула за угол и очутилась рядом с уже бывшей работой своего мужа. Она преодолела ступени и двинулась в двери.

– Кто Вы? – спросил некий мрачный господин.

– Я жена Чарльза Уэнсдея! Пропустите меня!

– Извините, но нет, миссис Уэнсдей.

– Почему?! – кричала женщина. Её нервы уже были на пределе, – Я хочу видеть своего мужа здесь и сейчас!

– Прошу прощения, миссис Уэнсдей, но это место оцеплено полицией. Никто не может быть здесь, кроме представителей полиции.

– Как Вы смеете?!

– Вашего мужа всё равно нет здесь, – выпроваживая говорил мужчина.

– Где же он?! – женщина не отходила от шока.

– В морге, милочка. Уходите.

Эдита со злостью посмотрела на этого человека, который просто выполнял свою работу, развернулась и вновь направилась в полицию.

Путь казался ей не таким долгим и туманным. Теперь она знала, чего хочет и к чему стремится.

– Где мой муж?! – свирепо нависнув над следователем, облокотясь об обширный стол, спрашивала вдова.

– Он, а точнее его тело, на вскрытии, миссис Уэнсдей, – коронер встал и направился к выходу.

– Но я хочу видеть его! – побежала за ним Эдита.

– Пока это невозможно, миссис Уэнсдей, идите домой, – следователь галантно открыл перед дамой дверь.

Глаза Эдиты были полны отчаяния и страха.

– Так и быть. Но вы позвоните мне, когда я смогу увидеть его.

– Обязательно, миссис Уэнсдей, а теперь не мешайте нам работать, – на губах этого неприятного господина повисла еле заметная улыбка ящерицы.

Эдита посмотрела на него и, огорчённая, пошла домой.

«Отвратительный день, отвратительный мир, отвратительная жизнь. Почему я? Почему я?»

– Гав! Гав! – послышалось откуда-то снизу.

Эдита опустила голову и увидела под ногами маленького пушистого белого щенка, шерсть которого была вся в грязи.

– Как ты здесь оказался? – спрашивала она у щенка, опускаясь на колени, – Ты тоже всеми покинут?

– Гав!

Эдита уже собиралась погладить пёсика, а на её глазах снова выступили слёзы, как вдруг послышался властный женский голос:

– Паппи, вот ты где, грязная псина! Беги к хозяйке!

Щенок послушно последовал за полной и статной женщиной, одетой в кучу одежд, что делала её похожей на лук.

– Даже ты меня бросаешь, – сказала про себя Эдит и побрела свои путём по ледяным лужам.

Дома её ждала голодная свинка, соскучившаяся по своей владелице.

– Привет Марфа. Я совсем забыла о тебе со всеми этими неурядицами.

Свинка только захрюкала в ответ и тяжело побежала к Эдит.

– Сейчас я тебя накормлю, и всё будет хорошо. Так ведь? – успокаивала скорее себя, чем питомицу, женщина, – Это был тяжёлый день, но нас ждёт ещё многое. Но главное, что у меня осталась хотя бы ты, – поглаживая Марфу, говорила она, – Сейчас я приготовлю что-нибудь, и тебе тоже перепадёт. Мы будем жить также, как и раньше, правда? – Марфа только грустно смотрела на хозяйку. Не в силах что-либо ей ответить.

– Да, ты права, Марфа. Как раньше уже не будет.

День из жизни

«Сегодня я не буду грустить, хотя это сложно. Мне нужно провести приятный день с родственниками и друзьями. Мне нужно вернуть веру в жизнь,» – с этих мыслей начиналось очередное утро Эдиты.

Казалось, ничего не изменилось. Всё та же сырая погода, всё те же кровать и окно, всё та же свинья, но Эдита уже не была прежней. Проблемы, которые до того казались глобальными, на данный момент перестали иметь смысл.

Эдита договорилась встретится с подругой, а потом говорить по телефону с мамой.

Подруга Эдиты, Валентина, была старше её на два месяца и моложе лет на пять, однако, с учётом этих особенностей, им нравилось проводить время вместе. Девушки часто встречались и разговаривали в кафе или гуляли по парку. Правда, за последний год молодые женщины виделись намного реже, а точнее ни разу. Это было связано с тем, что покойному мужу Эдиты не нравилась Валентина (он её просто терпеть не мог) из-за её ребячества и узкой осведомлённости практически во всех жизненных вопросах. Эдита сама понимала, что Валентина не самая умная женщина, зато с ней всегда было весело, и на том держалась их дружба.

Когда в доме Валентины послышался звонок, она не была удивлена, ведь у неё было множество знакомых и друзей, а также любовников, которым она не знала счёта.

– Алло, кто это? – игриво спросила Валентина, – Неужто это мой дикий волчок, который ушёл вчера, забыв кошелёк?

– Это я, Валентина.

В трубке воцарилось краткая пауза.

– Это ты, Сьюзан? Прости, я пока не могу вернуть тебе те тени. Ты же знаешь, я люблю делать яркий макияж…

– Это Эдита, – прервала её молодая вдова.

– А, это ты Эдит! Извини, не знала твой голос. Ты, кажется, расстроена? Снова твой муж устроил тебе скандал из-за холодного завтрака?

– Он умер, Валентина, – со слезами на глазах сказала Эдита.

– О, Господи, я могу чем-то помочь? – тут игривость Валентины куда-то запропастилась.

– Нет. Я просто хочу видеть тебя; провести день, как это было раньше, помнишь? – Эдита плакала, но старалась держать свой голос ровным и даже улыбалась, хотя абонент, очевидно, не видела её.

– О, без проблем, дорогая. Только дай мне собраться.

– Могу я приехать?

– Да, конечно! Так будет даже лучше. Ты ведь знаешь, как долго я могу собираться! – шутливо отвечала Валентина.

– Хорошо. Ты живёшь всё там же?

– Да, на Верчеллана¹-авеню 3Б.

– Скоро буду, – Эдита резко положила трубку, после чего вновь расплакалась, ведь, чем больше она сдерживала слёзы, тем в большем объёме они вылились.

Свинка подошла утешить хозяйку, но Эдита прошла мимо и, наспех накинув двубортное длинное пальто, выбежала на улицу.

Спустя полчаса Эдита была уже в квартире у Валентины.

– Рассказывай, как ты? – начала Валентина, изображая сочувствие, что категорически не вязалось с её образом весёлой простушки.

– Отвратно, – коротко ответила Эдит.

– Понимаю, может…

– Нет. Не понимаешь, Валентин, – отрезала женщина, – Ты не теряла мужчины. Ты всегда сама их бросала. Ты не знаешь, что значит потерять человека, с которым ты жила тринадцать лет, в один момент, просто так, и даже не увидеть его после смерти.

– Да, я согласна, но дай мне хотя бы попытаться понять тебя, милая, – Валентина положила руку на плечо подруги.

– Ладно. Я не хочу думать об этом сейчас, хоть мне и тяжело. Я хочу провести весёлый и беззаботный день с тобой, как это было раньше.

– Боюсь, я сегодня не смогу, дорогая. Я должна встретиться…

– Почему ты не можешь отложить одно дело ради того, чтобы провести время с человеком, которого ты называешь другом? Мы не виделись больше года, а у тебя есть дела?

Эдита была вне себя. Слишком много потрясений для трёх дней.

– Могу, конечно, но…

– Что «но»?

В глазах Эдиты была безграничная печаль.

– Ох, конечно, дорогая, я смогу! Прости, пожалуйста, мы и правда не виделись с прошлого лета!

Подруги обнялись. Им казалось, что теперь они всегда будут вместе.

– Куда ты хочешь пойти? – с энтузиазмом спросила Валентина.

– Я хочу погулять по парку.

– О, да, это было наше любимое место! Но сегодня так холодно. Давай лучше посидим в кафе.

Эдита впервые за последнее время искренне улыбнулась.

– Давай погуляем по парку, а потом пойдём греться в кафе.

– Да, согласна!

Девушки снова обнялись. Казалось, они неразлучны.

– Слушай, Эдит, прости, но ты выглядишь не очень…

– Да, не очень красиво, я знаю.

– Да, я понимаю… Может, я накрашу тебя?!

– Можешь попробовать, – меланхолично промолвила Эдит.

– Отлично! Я обожаю красить тебя. У тебя такие красивые глаза и губы. Тебе нужно чаще краситься, и у тебя не будет отбоя от поклонников!

– Мне не нужны поклонники, – отрезала Эдит.

– Они всем нужны, – загадочно и весело говорила Валентина, ища косметичку в ящике столика.

– Нет, не всем. Да и кому теперь нужна я?

Эдит глядела в окно. В склерах её глаз отражался печальный пейзаж деревьев и домов окраины.

– Как будто ты была нужна своему мужу. Он не уважал и не любил тебя, – заметила Валя.

– Как ты можешь говорить о нём так, ведь его уже нет в живых? – злостно отвечала Эдит.

– Я просто сказала правду, – тихо отвечала Валентина, начиная красить миндалевидные глаза вдовы.

– Я не правда. Он любил меня и делал всё ради меня.

– Ты зря ему верила.

– Почему же? Тебе что-то известно? – с недовольством, но ещё с большим интересом спрашивала Эдита.

– Помнишь Монику?

– Да… и что?

– Твой муж приставал к ней.

Для Эдит это было громом среди и без того не ясного неба.

– Ты уверена? Моника сплетница, – волнительно говорила Эдита.

– Да, уверена. Я видела их вместе. Это было неделю назад.

Валентина красила губы Эдит, пока у той в голове проносилось: «Неделю назад? Значит, у неё мог быть мотив. Не она ли убила его? Хотя зачем? Она должна была бы убить меня. Но у Моники есть муж. Возможно, это он».

– О чём задумалась, милая? – Валентина с довольным видом взглянула на свою работу.

– Да так. Ни о чём. А где сейчас Моника?

– Уехала в деревню к родителям. Сказала, что у неё плохое настроение, она плохо себя чувствует и хочет побыть в окружении семьи.

– Ясно. Ты готова?

– В общем, да, – с улыбкой отвечала Валентина.

– Тогда пошли.

Подруги отправились в парк, где много смеялись, кормили уток и разговаривали о личной жизни Валентины, которая так переменчива. Чуть погодя, они уже сидели в ближайшем кафе, где продолжили общаться. Со стороны не было видно, что у Эдиты большое горе, словно она всё забыла. Но это было не так. Ей ещё предстояло дать наводку полиции, а, если она не захочет её слушать, самой найти и расспросить Монику.

– Вот, а Дмитрий приехал из России. Плохо говорит по-английски, зато страстный любовник, красивый. Но мне с ним не очень интересно…

Валентина замолкла, заметив вновь прибывшую грусть на лице Эдиты.

– О, Эдит, что снова случилось?!

– Ничего нового. Всё старое.

Мимо столика прошёл статный незнакомец. Валентина положила свою ладонь на руку Эдиты и наклонилась к ней.

– Ой, извини. Может, встретимся завтра или когда захочешь? В любом случае, можешь звонить мне, а я тебя оставлю, хорошо?

– Да, без проблем. Я вижу, что лишняя здесь. Увидимся.

– Ой, ты не лишняя… Ну ладно, прощай.

Молодые женщины обнялись, и каждая пошла своей дорогой. Эдиты старалась мысленно вернуться в прежние времена, но каждый раз сталкивалась с реальностью, оттого ей было горько и больно в душе.

Вернувшись домой, Эдит набрала телефон матери.

– Алло, мам, это ты?

– Да, любимая, ты так давно не звонила…

– Знаю, – сухо ответила Эдит, – Но позавчера произошло ужасное событие.

– Что же случилось, доча?

– В общем, э-э, Чарльза убили.

– О, боже мой, дорогая! Почему ты не позвонила сразу?

– Весь первый день я проплакала, на второй я ходила на допрос, а сегодня провела день с подругой…

– Это с той Валентиной. Говорила я тебе, не общайся с этой девчонкой!

– Мама, мы не виделись с ней больше года.

– Хорошая ты жена. Как только муж умер, сразу гулять с подружкой! Если бы твой отец был жив…

– Знаю-знаю, мама. Мне очень плохо. Я чувствую такое опустошение…

– Когда умер твой отец, я чувствовала тоже самое. Я понимаю тебя, дорогая. Ты приедешь ко мне в гости?

– Не сейчас, мам. У меня много дел в Англии, и я не могу так всё бросить.

– Ну хорошо, что хотя бы позвонила, – спокойно отвечала мать Эдит, – Твой брат совсем от рук отбился. Вот пропал. Уже второй день как исчез.

– Патриؘк?! Что с ним?

– Уехал к тебе, хотел увидеться, но до сих пор не отвечает. Ни слуху, ни духу.

– О, надеюсь, он скоро вернётся.

– Я тоже на это надеюсь, дорогая моя.

«Куда же пропал Патрик? И зачем он ехал ко мне? Слишком много загадок.»

– Как у тебя здоровье, мамочка? – заботливо спросила Эдит.

– С сердцем проблемы, а в остальном всё хорошо. Грустно без вас с Патриком. Раньше была такая большая семья: ты, твой отец, Патрик, твоя бабушка Эллен, а сейчас только я одна старая осталась.

– Мамочка, я приеду, как только смогу.

– Надеюсь, дорогая, надеюсь.

– Ладно, мама, я пойду спать, у меня завтра сложный день.

– Понимаю, любимая, спокойной ночи. Обнимаю и целую тебя. Звони чаще.

– Хорошо, пока, мам.

– Пока.

Связь оборвалась. Обилие мыслей не давало Эдит уснуть этой прохладной ночью. Она пыталась понять, кому и зачем нужна была смерть её мужа, кому он мог перейти дорогу. Эдита смогла уснуть лишь за полночь. Сон её был беспокоен и тревожен. В эту ночь страх и волнение смешались, образовав кошмарное сновидение, в котором Эдита видела, как убивают её мужа. Это совершила тёмная фигура, лица которой она не сумела разглядеть.

Гость

Рано утром в дверь Эдиты постучали. В ответ – тишина. Неизвестный переключился на звонок – всё также тихо.

– Там кто-то есть?! – кричал незнакомец.

Эдит сквозь ужасный сон услышала чьи-то крики и тут же проснулась. «Это не сон? Кто это может быть?» Она надела халат, чтобы скрыть своё тело и отворила входную дверь.

Перед ней стоял не известный ей человек.

– Вы из полиции? – спросила Эдита.

– Да, меня прислали расследовать дело об убийстве вашего мужа, – холодно ответил худой и высокий мужчина, глаза которого были скрыты под тенью шляпы, – Я могу войти?

– Да, конечно.

Незнакомец вошёл в комнату, огляделся и повернулся к хозяйке дома.

– Куда я могу присесть? Мне нужно задать вам несколько вопросов.

– О, пройдёмте… на кухню. Я только проснулась. Не ожидала, что кто-то придёт, – замешкалась Эдита, – Вы можете представиться?

– Детектив Берч.

– Хорошо, детектив, пройдёмте.

Эдита и детектив сели за стол друг напротив друга.

– Что же вы хотите знать? Мне казалось, я ответила на все вопросы в полиции.

– Да, Вы правы, но расследование идёт, а потому появляются новые подробности и, соответственно, вопросы.

– Да, точно.

Каждый смотрел в свою сторону, не пересекаясь взглядами.

– Извините, я только что встала. Я знаю, что ужасно выгляжу…

– Это не имеет значения для моей профессии.

Тишина.

– Вы можете задать мне вопросы, которые Вас интересуют, – сказала Эдита, растерявшись.

– Да, я просто не понимаю, кто мог убить Вашего мужа. По-вашему, у него были враги?

Эдита задумалась.

– Думаю, да, ведь он был директором в крупной компании. У него было много конкурентов и…

– И?

Детектив записывал слова женщины на диктофон.

– И я как раз сегодня хотела прийти в полицию и сказать, но раз Вы уже здесь… В общем, вчера я узнала от своей подруги, что у моего мужа была любовница и у неё есть муж, и, возможно, у него был мотив…

Детектив слегка поднял брови, хоть это и не было заметно под его шляпой.

– Хорошая работа, миссис Уэнсдей. Как же зовут его любовницу?

– Моника Эттвуд.

– Как зовут её мужа?

– Фредерик Эттвуд. Он работает грузчиком в фирме моего мужа, покойного мужа, – Эдита осеклась.

– Думаю, этот след действительно нужно проверить, – детектив посмотрел на лицо женщины. Оно было в слезах.

– Я понимаю, что Вам пришлось пережить за последние дни, но, уверяю Вас, это необходимо.

– Я знаю, детектив.

– Итак, были ли у Вас ссоры с мужем перед его убийством?

– Нет, я говорила об этом следователю.

– О, значит, мне не передали Ваших слов, – детектив занервничал.

– Ничего, всё нормально.

– Значит, Вам говорили, что коллега Вашего мужа сказал, что Вы часто ссорились?

– Да, но я не знаю, что это за недоразумение. Мы ссорились, но не часто. В вечер перед убийством мы не общались. Я думала, что всё неплохо. Я хотела приготовить ему вкусный ужин, чтобы он не думал о прошлых обидах, но этому было не суждено случиться, – из её глаз потёк град слёз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В честь Розы Верчеллана, 1-я графини Мирафьори и Фонтанафредды, фаворитик и морганатической жены Виктора Эммануила II, короля Сардинского королевства (Пьемонта) c 1849 года и первого короля единой Италии нового времени с 1861 года.

Вернуться