Ильдар Биккенин
Говночист

Глава 1.

Ничто сменяется темнотой. Я чувствую себя. Вроде. Кажется, даже немного чувствую своё тело. Оно моё, но словно и чужое одновременно. Полено, выброшенное на берег. Я не могу пошевелить им, я не могу даже приоткрыть глаза. Оно не слушается меня, не отвечает на мои попытки сделать хоть какое-то движение.

Иногда я чувствую боль. Где-то в теле, не могу понять даже, где точно. В голове? Да, точно, иногда я ощущаю – в голове. Пульсирует, бьётся об череп что-то. Кажется, сзади, в затылке. Иногда я слышу голоса. Преимущественно – женские. Они говорят что-то бессвязное, но порой я даже могу разобрать отдельные слова и целые предложения. Голоса меняются, они принадлежат разным людям.

«И вот так я оказалась тут… А теперь, чёртов доктор молчит!» – говорит Звонкая, как я непроизвольно называю её. «А ты ничего такой… Жаль будет если помрёшь» – говорит Холодная, её голос я слышу реже остальных. Кажется, в этот момент она обтирает меня чем-то. Бревно, в которое превратилось моё тело передаёт очень мало ощущений. Скорее – лишь их тень. «Все мужики козлы, да и ты, наверное, не исключение», – говорит Печальная. – «Последний козёл снова ушёл, в лесбиянки податься что ли?» Иногда звучит мужской голос, но его я слышу очень редко. И далеко от себя.

Я пропускаю отдельные слова мимо ушей, не цепляясь. Я пытаюсь вызвать в своём теле хоть какое-то движение. Приоткрыть глаза, согнуть палец, перед тем как темнота снова утянет меня. Перед тем, как я окажусь на новых Тропах, которыми я хожу. Ничего не выходит, но я не оставляю попыток, я стараюсь изо всех сил.

В своём теле-бревне я ощущаю иногда какие-то иглы. Я чувствую трубку у себя во рту. Временами, я чувствую, что дышу. Но не понимаю, сам или мне помогает что-то. А ещё я чувствую – будто сознание заперто в моём теле, словно в тюрьме. И это очень странное, пугающее чувство – оно накрывает паникой, отчаянием, безысходностью. Я бы сжал зубы в такие моменты, если бы мог. Но я не могу. А потому – просто барахтаюсь в чёрном ничто.

В этот раз после… секунд? минут? часов? полных бесплодных попыток, меня снова затягивает Тьма. Сознание не угасает, нет. Я лишь теряю связь с телом, но продолжаю ощущать себя. Что я в этот момент? Дух? Сознание? Квант во вселенной? Без понятия. Есть осознание некоего «себя», хотя спроси меня, что я из себя представляю в этот момент – я не отвечу. Есть кроме «меня» ощущение движения. Это длится по-разному.

В этот раз движение было полётом и «летел» я не особо долго. Вдруг я обнаруживаю себя на Тропе. Я видел их уже много, но не разу по ней так никуда и не дошёл. Тропа она всё время разная. Зато – здесь я могу ходить, двигаться, говорить, делать всё – что не могу где-то там, где лежит моё тело.

Тропа особое место. Со своими смыслами. На Тропе всё видишь под другим углом. Отсюда всё что было у тебя до Тропы, жизнь в той «нормальной» реальности, в которой лежит твоё тело – кажется чем-то малозначительным. Неважным. Почти бесполезным и ненужным. Отсюда мне кажется, что сон – это как раз жизнь там, где лежит моё тело. Реальна и важна только Тропа и мне надо по ней идти, словно что-то настойчиво толкает в спину. И я, не теряя времени – иду.

Тропа идёт в гору, я поднимаю голову и вижу, что гора просто огромна, а Тропа вьётся по ней по спирали. Кое-где тропа ныряет в пещеры, скрывается под каменными наростами. Гора выглядит старой, очень старой. Я буквально чувствую бездну времени, которая прошла у её подножья. Вдалеке видны люди, которые идут по тропинке. Кто-то очень быстро, кто-то медленно. Некоторые идут группами.

Я чувствую их радость. Очень важно пройти эту тропу и ВЫЙТИ. Всё что за спиной, оно не важно. Всё что было – неважно. Все смыслы начнутся именно там, в конце пути по Тропе. Я не знаю, что увижу, но я знаю – надо спешить. И я спешу, переходя на бег, обгоняю многих путников. Чувствую их радость, делюсь своей. Не знаю откуда, но я понимаю – они мне не чужие, это очень близкие мне люди. Пока я не могу их узнать. Не могу вспомнить, но сверху мы всё поймём, вспомним, осознаем.

Сам не замечая, как, я оказываюсь на вершине. Она плоская. И только в самом центре – каменный широкий скальный шпиль. В нём я вижу проход, но он словно покрыт пеленой. Я не могу разглядеть детали, всё что впереди размыто. Вокруг шпиля стоят люди. Они увлечённо общаются между собой. Мужчины, женщины, дети. Они чувствуют меня. От них в мою сторону бьёт волна любви, понимания, ожидания воссоединения. Я чувствую огромную любовь к этим людям. Словно вот-вот я встречусь с теми, кого очень любил, но по какой-то причине потерял.

Я хочу ринуться к ним. Всё моё естество толкает меня вперёд, но – не могу. Неожиданно в мою грудь упирается палка. На обочине каменистой дороги сидит мужик. Кряжистый, бородатый. В его руке сучковатая палка, которой он тормозит меня. На его лице я вижу осуждение и лёгкое непонимание.

– Зачем ты здесь? – спрашивает он.

– Я хочу к ним. Хочу пройти, – говорю я искренне.

– Тебе ещё не пора, – отвечает он с укоризной.

Я не спешу с ответом или действием, но в то же время чувствую разочарование и сожалению.

– Я могу пройти? – уточняю я.

– Можешь, – кивает он, убирая палку. – Но это будет неправильно.

Я смотрю на людей вдалеке и чётко понимаю. Да, это будет неправильно. Они будут рады мне. Они простят, поймут, если я приду сейчас. Но это будет неправильно. Словно… я не знаю, как это выразить до конца словами. Словно я скину часть ноши, которая ляжет потом на этих дорогих и любимых мне людей. ПО МОЕЙ ВИНЕ. Они простят и поймут. Но – это будет НЕ ПРАВИЛЬНО. И я так не могу.

– Ты нужен там, – мужчина поднимается, я чувствую его. Он сожалеет, что вынужден был меня остановить. Но в то же время – он прав. И я чётко понимаю, что «там» это моя реальность. Та, в которой заперт мой разум, в моём собственном теле.

– Зачем? – вырывается у меня. Несмотря на всё понимание, я очень не хочу уходить. И каждая секунда здесь – сладость для моей души.

Мужчина пожимает плечами, словно я спросил какую-то глупость. И в этот момент протест внутри меня ломается, я принимаю – мне нужно вернуться. Я не могу предать этих людей на Горе и пройти к ним сейчас. Это будет когда-то потом. Когда это будет ПРАВИЛЬНО. Но, не сейчас. Горечь принятого решения, лёгкий шаг назад.

Мужчина кивает мне. Одобряя и принимая. После чего легко толкает палкой в грудь. Меня выбрасывает.

* * *

Снова темнота перед глазами. Я слышу, как тихо попискивает прибор рядом со мной. Первое чувство – сожаление. Я чётко помню всё, что произошло на Горе. Помню все свои ощущения, чувство невыносимой любви и горечь от вынужденного возврата. Но помню и о принятом решении. Что же, я увижусь с вами. Но, видимо не сейчас. Ещё не сейчас.

Реальность возвращает меня цепкими лапками. Выдёргивает из грёз. Я ощущаю себя намного острее, чем до похода на Гору. Чувствую иглы в своём теле, чувствую, как вздымается от дыхания грудь. Осторожно я пытаюсь открыть глаза. Первая попытка проваливается. За ней вторая, третья. Но, я не останавливаюсь. Сделав перерыв, я снова посылаю сигнал своим векам… И получаю отклик. Глаза немного приоткрываются. Боль от света благословенна. Веки ожили, я смаргиваю слёзы. Непривычные к свету глаза наполняются ими непроизвольно.

И тут же сжимаю пальцы на правой руке, пытаясь развить успех. Медленно, нехотя, словно обленившись от долгого бездействия, они сжимаются. Сначала буквально по миллиметру, но я упорствую, сжимаю наконец руку в кулак. Кулак младенца, судя по ощущениям. Но это всё же победа! Затем разжимаю, снова сжимаю. Всё происходит уже быстрее.

Прибор рядом начинает пищать. С огромным трудом, оперившись о край кровати рукой, я поворачиваю голову. Вижу я всё ещё сквозь пелену, но кажется вокруг меня что-то бело-серое. Стены? Или шторы? Шея медленно проворачивается на задубевших мышцах. Бревно, которое вдруг смогло двигаться. Древняя черепаха, проснувшаяся от тысячелетнего сна. Наконец я вижу прибор, который раньше мог лишь слышать. Чёрная коробка, с дисплеем и целым ворохом присосок и трубок, выходящих из неё, что в разных частях входят в моё тело иглами и датчиками с присосками.

За перегородкой я слышу восклицание. Лёгкий звук шагов в мою сторону. Перегородка откидывается в сторону, и я понимаю – да, это шторки. В проёме между шторками стоит девушка. Очень молодая, в белом коротком халатике и белом же чепчике. За ней моё всё ещё приходящее в себя зрение разглядывает ряды шкафчиков, навесных полок и стеллажей. Вдоль стены я вижу шторки, подобные тем, что натянуты вокруг меня.

Стоп! Меня? Меня… Это кого?

Эйфория от вновь обретённой возможности смотреть, двигаться, да просто жить – внезапно отступила. Словно я только выбравшись из трясины на ровную тропинку, тут же обнаружил пропасть, которой она заканчивалась. Так… Стоп! Стоп! Так кто я? Как зовут? Где я вообще? Как я тут оказался? Почему?

Разом родившаяся масса вопросов бесполезно рикошетила о стенки черепа. Ни одного ответа. Как будто всё что было в жизни – это Тропы и Гора. И до неё – абсолютное отсутствие каких-либо воспоминаний.

Видимо что-то такое отразилось на моём лице, потому что девушка нерешительная замершая у палаты? Или как это назвать? В общем у моей кушетки, подала голос.

– Эй, эй, ты чего?!!

На меня накатила паника, словно я потерял… Себя? Да вроде вот он я? Но что такое я? Где моя жизнь? Где мои воспоминания? Несколько раз шумно вдохнув и выдохнув, я напрягся всем телом и смог немного приподняться, а затем с глухим рычанием, собрав все силы в кулак – сел. Отлетела пара присосок, выскочила из левой руки игла. Прибор зашёлся истеричным писком.

Я хотел вскочить на ноги. Но всё что я смог, это сесть. При этом ощущение было такое, что я не сел, а пробежал километров с десять вверх по той Горе. Причём половину этой Горы таща при этом на себе. Я почувствовал, как на висках и спине выступил пот. Перед глазами расплылись тёмные круги, угрожая снова утянуть в темноту. Я сжал руками смятую простынь и несколько секунд немного покачиваясь приходил в себя.

Рядом суетилась девушка. Сначала она хотела уложить меня, но я издал звук – нечто среднее между рычанием и мычанием. И она отступила. Боковым зрением я отметил, что она подошла к верещавшему прибора и начала что-то тыкать в дисплее. Адский звук сначала пошёл на убыль, затем прекратился.

– Я отправила сообщение доктору, – всё ещё работая над дисплеем, сообщила она. Несмотря на состояние, я узнал голос. Звонкая. – Как только освободится, сразу придёт. Тебе надо лечь! Свалишься не дай Бог, я тебя одна в жизни не подниму!

– Мэ… – как оказалось, связки и весь речевой аппарат тоже деградировали. Но это, ничего. Это мы сейчас. Немного похрипев и помычав, я наконец смог выдавить из себя членораздельную речь.

– Не… свал… юусь!

– О! Говоришь, – девушка наконец закончила с прибором и снова встала передо мной. – А доктор Моритц говорил, что не сможешь. Как и вставать.

– Хр… Хрен.. ему!

Девушка рассмеялась звонким смехом. Словно прозвенели колокольчики. Я с трудом, но поднял голову, внимательнее разглядывая её. Симпатичная. Ладная. Из-под чепчика выбивается непокорная грива бело-жёлтых волос. Вздёрнутый носик, большие зелёные глаза. На вид – очень молодая. Лет шестнадцать, не больше. А мне?

– Меня Санса зовут. Я тут медсестра и сиделка.

– А… Меня?

Девушка непонимающе подняла бровь. А потом приоткрыла свой алый ротик в догадке, легонько ахнув.

– Ты не помнишь?

– Не… – я мотнул головой и снова с трудом удержал себя в сидячем положении, едва не рухнув.

– Может ляжешь всё-таки? – озабоченно вопросила медсестричка. – Если упадёшь, только хуже себе сделаешь! Да и мне доктор ещё наказание какое влепит.

– Не… – упрямо помотал я головой. И сделав глубокий вдох, выдавил: – Так… Кто.. я? Где… я?

– Если ляжешь, я тебе расскажу, что знаю! Пока доктор идёт.

Я пробуравил Сансу взглядом. Девушка сложила руки на груди и демонстративно сжала губы. Маниплуяторша чёртова. Неловко я завалился на кровать. Хотел упереться рукой и лечь, но рука подвела. Плюхнувшись кулём, с трудом подтянулся, чтобы опереться на спинку. Девушка подошла, помогла устроиться удобнее, подложив под спину подушку. Затем щёлкнула чем-то под кроватью, и та немного изогнулась, придав моему телу полу сидячее положение.

– Момент.

Санса вышла и вернулась с небольшим стулом. Устроилась на нём, расправила коротенький халатик, чтобы хоть немного прикрыть обнажённые бёдра. Очень, к слову красивые и притягательные бёдра.

– Тебя зовут Оскар, – устроившись на стуле и скрестив руки на ногах произнесла девушка, внимательно глядя мне в лицо. – Оскар Палей. Ничего не вспоминаешь?

– Оскар, – выдавил я. Слова словно камни проталкивались через горло. Очень сухие камни, сквозь ржавую трубу. – Ни… чего.

Это имя мне ничего не говорило. Просто имя какого-то чужого человека. Нейтральное, я не чувствовал, что оно имеет отношение ко мне. Может эта Санса просто лжёт? Хотя, зачем это ей? А с другой стороны, откуда я могу знать – зачем? Тьфу, бред какой-то. Интересно, я всегда такой подозрительный или это последствия… А чего последствия то?

– Почему… я тут? И где я… вообще?

– В Мехотрюме, в больничке, – пожала плечами девушка, будто говорила о том, что я и так должен был знать. Видя мой недоумевающий взгляд, она всё же добавила. – Ну, это 6 этаж Ковчега. Последний этаж зелёного пояса. Это тебе тоже ничего не говорит?

Я с непониманием покачал головой. Нет, это мне абсолютно ничего не говорит. Палубы, ковчеги какие-то.

– Мы что… На корабле?

Девушка рассмеялась и покачала головой.

– Ну, может быть с натяжкой. Так принято называть у нас, неужели не помнишь? Мы в огромном убежище. Тут сотня этажей. Из жилых только десять остались. Кстати, ходят слухи – что ты к нам прям с первого этажа прикатился, это правда?

– Я же ска… сказал! Не помню… Ни.. черта.. Уфф…

На лице девушки явственно проступило разочарование. Но был и положительный эффект. Она перестала задавать вопросы сама и начала отвечать на мои вопросы. Правда знала она не так много, или не хотела делиться всем.

Итак, что мне удалось установить? Меня вроде бы зовут Оскар Палей. Мне 17 лет. 9 дней я пролежал тут в состоянии комы. Доставили меня с каких-то Ферм, что находятся на 2 этажа выше сразу после какого-то инцидента. В котором мне видимо хорошо досталось. От кого, чего, почему – девушка понятия не имела. Также она выразила удивление, что меня в таком состоянии доставили сразу сюда. По местным правилам даже если я что-то там нарушил и совершил какое-то преступление, лечить меня должны были на этих Фермах. А уже потом решать вопрос с моим прибыванием.

В кому я впал по причине серьёзной травмы головы. Удар каким-то тупым предметом по затылку, от чего внутри черепа образовалась гематома. По словам доктора Моритца, который видимо не сильно спешил где-то там, довольно серьёзная. По-хорошему с такой травмой я должен был оказаться в мед капсуле, в ней и не такое лечится. И в экстренных случаях туда кладут без очереди. Но не оказался. Почему? Тут может быть много причин. Да и вообще – у них в Мехотрюме всего 2 осталось исправных. Попасть туда могут далеко не все желающие и список расписан на 2 месяца вперёд. И дорого.

Про родных, близких и каких-либо знакомых мне людей – девушка ничего не знала. Во время её дежурств ко мне никто не приходил и насколько она знает, во время дежурства других медсестёр тоже. Доставили на этаж меня также одного, никаких сопровождающих помимо медиков и внутренников не было. Внутренники кто такие? Внутренняя стража. Безопасники ещё говорят. Следят за порядком на этажах, обеспечивают безопасность. Иногда вниз ходят, по не особо сложным заданиям. Выше цэшки не прыгают, как выразилась Санса. В основном помогают нашим Шахтёрам. Рейтхантов среди них особо нет, так вынужденно суются.

Отвечая на вопросы Санса порой применяла кучу терминов, которые явно были хорошо ей знакомы. Как и любому обитателю убежища. Для меня же всё это звучало пустым звуком, я даже не уточнял. Скорее всего я это всё знаю, если я отсюда. И возможно – вспомню. А если и не вспомню – для начала надо понять и разобраться в наиболее важных и близких именно для меня вещах. С остальным разберёмся позже.

Что до моих травм, то с очень высокой вероятностью я получил свою травму головы в драке. В которой участвовал сам. Она показала повреждения на костяшках пальцев, откинув одеяло и помогая мне скинуть до пояса больничную рубашку, потыкала в жёлтые синяки на груди и плечах. Затем я аккуратно ощупал место на затылке. Небольшое уплотнение, при прикосновении отдаёт лёгкой болью – но и не более.

Некоторое время разглядывая меня, Санса с каким-то странным выражением на лице попросила потрогать мои руки и грудь. Сказала, что таких парней на их этаже нет. В основном худые, да щуплые. Режим экономии – питается сейчас народ тут в основном плохо. Про себя я отметил, что тело, несмотря на долгое бездействие выглядит внушительно. Развитые руки, увитые мускулами, крепкие грудные мышцы. Скользя по ним пальцами, девушка едва не урчала от восторга.

В этот момент раздался звук открываемой герметической двери медицинской палаты. Тихо шикнула электроника и дверь скользнула в боковой паз. Гомон голосов заполонил палату. Санса быстро двинулась на встречу процессии из врачей и гражданских – в палату прибыл новый пациент. Об этом несложно было догадаться, везли его на электронной каталке. Насколько я увидел со своего места, довольно молодой мужчина.

Вся голова в крови, тело безвольно растянулось на мягком покрытии. Глаза вроде закрыты. Похоже – без сознания. Вся голова утянута повязками. Впереди каталки движется невысокий, худощавый врач. Этот постарше – возрастом, пожалуй, около 35, лысоват, но с окладистой бородой. Тут же на ходу он начал отдавать Сансе какие-то распоряжения, насчёт того какой бокс подготовить и какие лекарства подавать через прибор.

С врачом в палату сунулись было встревоженные люди в комбинезонах, увешанные инструментами. Посыпались вопросы, они явно переживали за своего или друга или коллегу.

– Насколько всё плохо, доктор Моритц? – вопрошал невысокий бородатый тип в рабочей металлической каске.

– Операция-то как прошла? – вторил ему худой парень, нервно теребя ремни с креплениями на груди.

– Пока всё нормально, операция успешна, – остановившись доктор показал Сансе жестами, чтобы увозила пациента. – Сейчас мне не до вас. Мы делаем всё возможное. Вы лучше скажите, счета он сам оплачивать будет? Или тут другой вариант?

Все взгляды сошлись на бородатом мужике в каске. Стало как-то понятно, в этой группе людей – он старший. Тот судорожно кивнул, хотя и с небольшой заминкой.

– Да чего уж там, бригада оплатит, – махнул он рукой. – И операция и восстановление, всё с нас. Я уж там с безопасниками ещё этот вопрос решу. Они у нас в охране были, с них и спрос, пусть хоть половину покроют. А то и всё.

– Ну, это уже ваши дела, – отмахнулся Моритц. – Название бригады вашей?

– Упорные молотки! – как-то горделиво произнёс старший, выпятив подбородок.

Сам не зная почему, я хмыкнул. Название показалось каким-то идиотским. Старший видать что-то услышав, неодобрительно покосился в сторону моего бокса. Доктор тоже глянул мельком, быстро потыкал по дисплею и кивнул.

– Счёт за операцию уже отправлен. Остальные счета буду высылать раз в неделю, до выписки.

– И надолго это? – деловито спросил бородатый.

– Будем надеяться, что нет. Голове досталось хорошо, но это больше относится к кожным покровам. Мозг пострадал минимально. Думаю, пару недель. Может три. А теперь извините.

Доктор не двусмысленно указал на дверь визитёрам и те послушно вышли за дверь. Быстрым шагом доктор ушёл за шторку, где с пациентом возилась Санса. Минут пять оттуда слышались приглушённые голоса, я терпеливо ждал.

К слову, всё это время я не лежал бревном, а как мог разминал своё тело, шевелил пальцами рук, ног, старался приподнимать туловище, двигать шейными мышцами. И понемногу одеревеневшее тело стало оживать, сгибать пальцы получалось всё лучше, шея стала позволять уже легче крутить головой.

Закончив с раненым, доктор вымыл руки в небольшой раковине и подошёл ко мне. Представился. Изучающе осмотрел меня – я всё ещё полусидел на кровати. Быстро натыкал что-то на приборе и по мне из стоящей рядом коробки заскользил луч. Попросил сделать, что я могу – поднять руки, ноги, покрутить головой. Я послушно выполнял требуемое. Причём некоторые вещи давались уже намного легче, чем буквально пол часа назад. Дал стакан воды и проследил, как я жадно его выпил.

– Хм… Удивительно. А попробуйте встать? Я поддержу если что.

Я кивнул, хоть и посмотрел на доктора с недоверием. Маленький и щуплый. Если я начну валиться – навряд ли он меня удержит. Но вместе с тем, я не чувствовал, что должен упасть. Откинув рукой одеяло, я схватился рукой о край своей кушетки, напрягся и сел. После чего оперившись обеими руками о край кровати – встал. Меня качнуло вперёд, но я устоял. Снова запищал прибор за спиной, но уже не так истерично, как тогда, когда я очнулся. Скорее – предупреждающе.

– Удивительно, – покачал головой доктор. – Ложитесь, ложитесь.

Доктор ещё некоторое время тыкал что-то в приборе, затем в своём планшете. После чего уселся на стул, оставленный Сансой напротив меня.

– У вас наверняка много вопросов? – произнёс он, глядя на меня нейтральным, профессиональным взглядом. – Санса уже вписала в историю, что у вас обширная амнезия.

– Да, хватает. А что удивительного?

– Сразу предупрежу, у меня не так много времени. Да и информации. А что до этого… Давно я не видел такой турбулентной эмиссии.

– В смысле?

– Ещё день назад на ваш мозг давила огромная гематома в районе затылка. Следствие травмы. Шансы, что она начнёт уменьшаться и рассасываться конечно были. Но, это грозило быть медленным процессом. А чем дольше человек в коме – тем сложнее потом вернуться к нормальной жизни. А удивительно то, что сегодня она меньше едва ли не в два раза. Это радует… Но это – очень странно. Тем не менее, такое бывает, знаете ли. Редко, но бывает. Словно что-то вмешивается в естественный процесс.

Я едва заметно кивнул. Перед внутренним взором пронеслась сценка у Горы. Кольнуло чувство сожаления, что я не смог остаться там. Уже не такое сильно, как на Тропе, но всё ещё довольно ощутимое, которое постепенно как я ощущал, развеивается.

Поговорили с доктором Моритцем мы не долго. Ничего особого нового он мне не сообщил. Как и Санса выразил некоторое раздражённое недоумение, почему меня не оставили лечить на этаже Ферм. Порадовался тому, что я очень быстро прихожу в себя. Что тоже удивительно – после недельной комы состояние обычно куда хуже и выходят из него сложнее. Никакой новой информацией обо мне тоже не поделился – повторив по сути уже то, что я услышал от Сансы. По амнезии доктор обнадёжил, что воспоминания в основном возвращаются. Когда? По-разному. Никто точно не скажет. Может – завтра. Может – через год. Частями, может не полностью, но они вернутся.

А вот самый конец разговора меня надо сказать озадачил.

– Ах да, ещё момент! – Моритц потыкал в своём планшете. – На данный момент за операцию и нахождение здесь девять полных суток, с сопутствующим поддержанием и лечением… Вышло 659 криптонов.

– Криптонов? – переспросил я.

– Ну… Криптонов. Ах да, амнезия видать заразительна. Криптоны – это наша валюта, деньги Ковчега. Ими ведутся все расчёты за что-то стоящие. И услуги нашей больницы – не исключение. Вы способны оплатить лечение?

– Да я… без понятия, – пожал я плечами. – Если у меня не было вещей, откуда я знаю про эти криптоны. Может там было что-то.

– Их нельзя носить в кармане, криптоны – это электронные деньги. Они у нас вот тут.

Доктор потыкал пальцем себе под подбородок.

– Все мы, рождённые в Ковчеге, в первый год жизни получаем первую бесплатную аугментацию. Если так можно выразиться. Маленький чип, который содержит о нас всю информацию. Через него мы взаимодействуем с Системой. Получаем контракты, работу, наказания и поощрения. В том числе, там же и кошелёк. Криптоны всегда с нами. Ну, если конечно, они у нас есть. Сейчас, минутку.

Моритц потыкал в свой планшет, а затем протянул его ко мне.

– Выйти в Систему можно из многих устройств. Есть общественные, есть рабочие, личные. В данном случае – воспользуйтесь моим планшетом.

Я взял в руки планшет и потыкал в него пальцем.

Желаете совершить вход?

Да

Доброго дня, Оскар Палей. Вход выполнен.

Далее я увидел довольно обширное меню, выполненное в виде кнопок с всевозможными названиями. Взглядом стал выхватывать некоторые из них.

Контракты

Сообщества

Система рейтингов

Форум

Баланс

– Нажмите на свой баланс, – мягко попросил доктор.

Я нажал. Внутри я также увидел ряд кнопок.

Мои счета

Задолженность

Счета к оплате

Долговые обязательства

Автоплатежи

Штрафы

Депозит

История

Но всё это я отметил лишь мелком. Большую часть экрана занимала цифра 13. Что и было моим балансом. Много это или мало?

– Эхмм… Мдам, – по лицу Моритца я понял, что эта цифра ему очень не понравилась. Немного придя в себя, он попросил посмотреть, нет ли у меня каких-либо долгов, либо может мне кто-то должен какую-либо сумму. Я протыкал по вкладкам, но везде – девственно пусто.– Мдам, – Моритц устало откинулся на стуле, вперив в меня недовольный взгляд тёмных глаз. – Этого я и боялся больше всего. Ни родни, ни друзей, ни организации. Хотя признаться профиль выглядит странно… Словно профиль младенца. Или полного бездельника. Вы для меня очень и очень рискованный актив, молодой человек.

Я почувствовал себя неудобно. Будто что-то украл что ли? Причём украл, будучи в коме. Выходит, на мне теперь долг, который здесь и сейчас я оплатить не могу. И с одной стороны, меня никто не спрашивал. Меня лечили без моего согласия. А теперь ставят перед фактом. Хотя, наверное, это не самая благодарная постановка вопроса. Всё же я жив. А потому грубить и хамить Моритцу не стоит.

– Ну что, отработаю, отдам, – пожал я плечами. – Наверное как-то же их тут можно заработать, или где вы их там берёте, криптоны эти ваши. Сейчас-то мне что делать? Уходить что ли?

Моритц тяжело вздохнул. Было видно, что у мужичка идёт такая не слабая внутренняя борьба с самим собой. Помучавшись и повздыхав, он наконец принял решение.

– Три дня. Всё что могу в данной ситуации. Надеюсь этого хватит, чтобы ты хоть мог ноги волочить. По идее тебе нужно восстановление, после твоей комы и травмы. Кома бесследно не проходит! Но, сука, не в этой ситуации. 13 сраных криптонов… Эх! Дерьмо! Дерьмовые реалии дерьмовых времён.

Я видел, что злость обращена лишь частично на меня. Больше, пожалуй, Моритц злился на положение дел в целом. Заставляющее его порой принимать сложные решения, от которых он хотел бы держаться подальше. Поэтому я не стал ничего говорить.

– Выпишет тебя Санса, как раз её смена будет опять. У неё же получишь витамины, лекарства. На пару недель тебе хватит. Долг тебе распишу на три месяца. Надеюсь, выкрутишься как-нибудь. Он кстати больше станет ещё… Лекарства и ещё три дня не бесплатные. А тебе бы хоть это… Дерьмо! Но – всё, что могу уж. И время зря не трать. Восстанавливайся, уж как получится, до выписки.

Доктор махнул на прощание рукой и вышел. В проёме появилась взволнованная и заинтересованная головка Сансы.

Глава 2.

Утро выписки. Наверное, лучшее моё утро, с момента как я пришёл в себя. Хотя спал я в эту ночь совсем плохо, что в корне отличалось от предписаний доктора. Но для этого у меня была уважительная причина. В виде головки очаровательной блондинки, что покоилась сейчас на моём плече. Прижимаясь к моему боку своим стройным телом.

Девушка сладко потянулась, а затем открыв глаза охнула.

– Сколько время? Ох! Уже пол седьмого. Ада скоро притащиться, у меня пересменка в 8. Но эта дурища вечно на пол часа раньше приходит. Так всё, я встаю.

Санса выскользнула с кушетки, подхватила бельё. Пока девушка одевалась, я ещё раз полюбовался её ладной фигуркой. Накинула халатик, завязала растрёпанные волосы в хвост и побежала проверить других пациентов.

Смысла вылёживать дальше я тоже не видел. До 10 утра я должен убраться отсюда, меня ждёт смутная пока для меня реальность за дверью этой палаты. А потому – пора.

Не сильно торопясь в движениях, я поднялся. Накинул на себя больничную рубаху, всунул ноги в больничные тапки и выбрался из своего бокса. На столике – пустые небольшие контейнеры от еды. Санса любезно поделилась едой ночью. Вернее – я сожрал почти всё сам, с момента как пришёл в себя, постоянно мучает голод. А двух больничных пищевых брикетов в день, как-то не хватает, чтобы его утолить.

«Собраться». А чего мне собирать-то? Только сейчас я понял, что собирать мне собственно нечего. Меня доставили с Ферм в больничной рубашке. У меня даже вещей никаких нет. Как там говорится? Гол как сокол? Вот надо же, помню какие-то такие выражения, но при этом ни дня своей прошлой жизни, ни имени – не помню. Странная это всё же штука – память.

– Санса? – окликнул я девушку, скрывшуюся в одном из боксов.

– Да, минутку.

Пока ждал, немного размялся. Три дня, не три недели конечно. Но сегодня я чувствовал себя уже совсем другим человеком. Даже после лёгкой разминки рук и ног, привычные уже круги перед глазами – появляться не спешили. Немного сбил дыхание, но это ничего. Девушка выскользнула из бокса с номерком «5» и вопросительно на меня посмотрела.

– Слушай, мне бы одеться во что-то, а? Не пойду же вот так.

– Ох, да. У тебя же и вещей не было. Так… – Санса задумалась. – А! Ну, тут есть вариант. Если ты не брезгливый особо конечно.

Санса подошла к большому металлическому шкафу, открыла дверцы и вытянула с нижней полки пару пластиковых контейнеров. Открыла крышки. В одном одежда, явно уже ношенная. В другом – обувь.

– Это вещи больных, которых уже нет, – пояснила Санса извиняющимся тоном. – Я конечно если хочешь, могу после дежурства сбегать, попросить, чего у знакомых. Но это не быстро, да и Ада начнёт вопросами задваться… Не хотелось бы.

– Да ладно, мне особо без разницы. Я и сам из мертвецов вчерашних, без пяти минут.

Порыться пришлось изрядно. В целом мне было всё равно, во что одеться, лишь бы не в больничной рубашке щеголять. Но проблема была в размерах. Большая часть вещей просто не налезала. С трудом я отрыл коричневую футболку, которая всё же немного жала в плечах. И тёмно-синие рабочие штаны. Которые оказались прям в пору, только слишком широкие на бёдрах. В коробке с обувью нашлась лишь пара потрёпанных кроссовок, а приличные и надёжные на вид ботинки, пришлось отложить. Малы на пару размеров.

У выхода девушка дёрнула меня за руку. Прижалась и коснулась губами моих губ. Затем отстранившись, заглянула мне в глаза.

– Мне с тобой было хорошо! Правда. Но это была ошибка, блин. Не знаю, чего на меня нашло. У меня парень есть вообще-то. И вроде всё с ним серьёзно. Ты об этом никому, ладно?

– Пфф! Ну конечно же я расскажу об этом всем друзьям в вашем Мехотрюме. Ведь их у меня полно!

Девушка на первых словах напряглась, явно веря. А затем тихо рассмеялась.

– Ну да, я забыла, что ты тут никого и не знаешь. Но всё равно! Держи язык за зубами, пожалуйста. Знаю я, что парни любят хвастаться. А мне потом проблем будет выше крыши.

– Да ладно, что за бред. Надо мне тут ходить рассказывать всем. Мне тоже было с тобой хорошо, Санса. Но если хочешь – сделаем вид, что ничего не было. Я не против.

– Ох… Ума не приложу, что ты теперь делать будешь, – девушка, казалось, испытывает неловкость от своих слов, да и всей ситуации в целом. – Не забудь всё, о чём я говорила. И да, на вот. Это твои лекарства, витамины. Если припрёт – обращайся. Я уж помогу, чем смогу.

Я принял пластиковый белый пакет, притянул её, легко чмокнул в лоб и шлёпнув по отпорному механизму вышел за дверь. Лишь за закрывшейся дверью поняв, насколько автоматическим получилось движением. Да, как говорил Моритц тело помнит всё. В отличие от головы.

Я оказался в широком бетонном коридоре. Довольно ярко освещённом. Через равные промежутки закрытые дверные проёмы. Бетонные стены местами скрыты не то металлической обшивкой, не то пластинами, скрывающими за собой какие-то элементы. На потолке недалеко от меня – наблюдательная камера Системы, обнадёживающее подмигивает зелёной лампочкой. Что влево, что вправо, на расстоянии примерно пятидесяти метров, коридор кончался развилкой.

Не спеша, чтобы не подкосились ноги, я двинулся влево. В целом – куда идти сейчас, не так важно. Главное немного походить и понять, насколько на это способно сейчас моё тело. То двигаясь на встречу, то обгоняя, проходили редкие прохожие. В основном – мужчины в рабочих комбинезонах. Одни идут налегке. У других – ремни и подсумки для инструментов, которыми они буквально увешаны. Третьи несут на спине каркасную конструкцию, на которой закреплено всевозможное рабочее оборудование. Пару раз попались на пути едущие люди на грузовом транспорте на электрической тяге. Эдакие технологические телеги. Одна довольно большая, где-то 3 на 4 метра, по контуру бортов лёгкая рама, внутри ящики. Другая маленькая – от силы 1,5 на 2 метра. Там уложены бухты кабелей.

В основном, как и говорила Санса – народ тут был довольно мелкий и щуплый. Особенно среди молодёжи. И я нет-нет, да и привлекал внимание, ловя на себе мимолётные взгляды. В большинстве любопытные. А некоторые – с явной долей недоброжелательности, если не сказать ненависти. Странно. Я ведь тут совсем никого не знаю. И судя по той информации, что дали мне в больничке, знать меня тут попросту не могли.

Сделав несколько поворотов в бесконечных коридорах, я решил немного передохнуть. Тем более, что рядом оказалось то, что привлекло моё внимание. Во-первых, тут имелся общий пункт выхода в Систему, у которого сгрудилась жиденькая кучка работяг. Во-вторых, я увидел тут же закупочный терминал. Ну а в-третьих, коридор здесь расступался в стороны, образую большую залу. В ней рядами стояли длинные столы и лавки со спинками. Небольшая часть занята людьми, которые завтракают.

Едва я отметил этот момент, как живот заурчал. Мои больничные долги, в размере 784 криптонов и милостиво не стребованный доктором баланс в 13 криптонов мой желудок никак не волновали. Он требовал своё.

Санса, Ада и Марта любезно каждая в свою смену рассказали, что кое-что бесплатное в этой коммерческой системе всё же существует. Бесплатно я, как и любой другой житель этажа мог получить раз в сутки паёк. Который включал в себя 2 пищевых брикета, аж по целых 250 грамм каждый и 2 литра очищенной питьевой воды. Не наедаешься? Плати, если есть для этого криптоны. Или экономь энергию, избегая лишних движений. Как выразилась при этом Санса, этой экономией уже «затрахали до мозолей».

Получить пайки можно было тремя способами. Более долгий – сформировать заказ в закупочном терминале. Дождавшись пока её загрузят другими заказами, или до конца отсчёта таймера. Второй способ – забрать из накопителя закупочного терминала, если он присутствует. Или же получить свои брикеты в общей столовой, где их держали с запасом. Плюс к этому есть где попало, тоже было не желательно. Правила запрещают употребление еды в коридорах или других помещениях, для этого не предназначенных. Лишний мусор, остающийся от трапезы, требует потом уборки лишними рабочими руками. А это – не экономно. Система за это не наказывала, а вот патрульный-внутренник вполне может влепить штраф в 5 криптонов. А оно мне надо? Не надо.

Поэтому отдышавшись, я пошёл в столовую. Путь к широкому дисплею в столовой, через который совершали оплату покупатели, шёл через витрину раздачи. Здесь можно было взять любые блюда… Ну, если у тебя хватает на них криптонов. Чтобы не глотать без толку слюну, я оглядывал их лишь мельком. Маленькие хлебные булочки – по 1 криптону за штуку. Грибное рагу – причём очень аппетитная и большая порция – 5 криптонов. Поднос с обычными и усиленными пищевыми брикетами, я разглядел лишь в самом конце. Столовые организовал явно кто-то очень хитрожопый.

Один из поваров, или чёрт знает кто, в белом колпаке, который мешал что-то в кастрюле, оторвался от плиты и обратился ко мне.

– Если денег особо нет, рекомендую хоть луковый салат взять. Очень богат витаминами! Ты ведь новичок у нас, точно?

Я мола кивнул и глотая слюну вытянул себе тарелку с салатом, пристроив её на поднос. Как можно быстрее преодолел оставшееся расстояние до брикетов, в невзрачной упаковке. Взял обычный, бутыль воды и придвинулся к терминалу. Но взгляд мой критически возвращался к усиленному брикету. Мой Голод, нет Голодище, намекал – этой маленькой штучкой ты меня только посмешишь.

– Можешь взять большой, но с доплатой, понятно, терминал предложит, – подсказал поварёнок, уловив суть моих сомнений. – Не знаю с какого ты этажа, но у нас это так работает.

– Понял, спасибо.

Заменив брикет на большой, я вытянул из кучки ложку и вилку, взял пустой стакан и нажал на «Оплата покупки».

Ваш заказ: Пищевой брикет усиленный, луковый салат. Всё верно?

Да

Итого: Пищевой брикет усиленный (5-3=2) взамен пищевого брикета стандартного, луковый салат (100 грамм) – 1. Общая сумма: 3 криптона.

– Ещё есть компот. Всего 2 криптона, – снова окликнул меня повар. – Можно заменить на воду с доплатой.

Я отрицательно мотнул головой и быстро подтвердил пальцем оплату. Теперь я отчасти понимаю, почему кто-то жрёт вне столовой. Если ты голоден – тут можно оставить много того, что оставлять ты не планировал. Чёрт! Я ведь ничерта не понимаю в местной экономике. Только со слов Сансы и прочих медсестричек кое-что, да и то, как-то размыто всё. Нужно найти способ заработать. Но сначала – завтрак.

Я уселся за пустой стол, благо их хватало. И принялся за еду. Вскрыл серую обёртку усиленного пищевого брикета и тут же вонзил в него зубы. Серая, средней твёрдости масса. Из чего они готовятся, по словам Сансы точно никто не знал. Но вроде как тут – всё минимально необходимое организму. Жиры, белки, углеводы и ещё что-то там. Вкус так себе конечно. Вернее, его почти нет – но с луком, прям самое оно. Особенно с голодухи.

Пока ел разглядывал всё вокруг. Над самой столовой информационное табло в виде голограммы. Периодически выводит всевозможные тезисы о экономии: «Работайте, но сберегая силы!», «Планируйте рабочие маршруты! Сэкономленные калории – сэкономленный ресурс», «Не голоден – не ешь!». У, суки. Лучше бы подсказали что делать, если всё наоборот. А ещё на потолке я заметил лампы ультрафиолета. Но горели далеко не все, да и как-то тускло. В целом-же довольно безликое и унылое помещение.

Брикет кончился как-то очень быстро. Вот я с наслаждением его жрал, а вот бах – нету. С недоверием я оглядел упаковку. Может я чего перепутал и взял вместо усиленного обычный? Да нет, всё верно. Голограмма над столовой оповестила «Не забываем убирать за собой!» С сожалением я положил упаковку на поднос, скурпулёзно собрал с тарелки все оставшиеся ниточки лука и отправил в рот. Кажется, не наелся я и наполовину.

– Извини, – у стола нарисовался тощий маленький субъект в потёртом рабочем комбинезоне. – Тут не занято, я присяду?

Я пожал плечами, садись мол. Открыв бутыль воды, стал пить. Заморыш, как я мысленно окрестил работяжку, присел напротив меня. Почему-то воровато огляделся по сторонам, словно опасаясь чего-то. Его лицо с мелкими чертами и большими испуганными глазами, лучилось любопытством. Я отметил, что парень плюс-минус мой ровесник.

– Меня зовут Радис, – представился он. – Я тебя никогда тут раньше не видел. Ты у нас недавно?

– Ага, – кивнул я. – Я Оскар.

– Очень приятно! – он вытянулся и протянул мне руку. Я её пожал. Маленькая сухая лапка утонула в моей широкой и длинной лапище. Радис пискнул, видимо сам того не желая, я причин ему боль. Надо как-то полегче.

– Ух и хватка у тебя!

– Ага.

С интересом я взглянул на поднос моего нового знакомого. Убого конечно, но всё же. Луковый салат, стандартный брикет и пара хлебных булочек. Непроизвольно я сглотнул. В столовую тем временем народ тянулся уже активнее. Кто-то проходил рядом с нашим столом, другие шли вдоль стен.

– Ты, наверное, голодный? – Радис оглядел меня. Восхищение плескалось во взгляде. – Ну да, что тебе это брикетики.

Паренёк ненадолго подвис, словно обдумывая что-то. А потом внезапно предложил.

– Хочешь, я с тобой поделюсь? Мне много не надо, я привык уже мало есть. Хочешь?

– Да ну что ты… – мне стало жутко не удобно.

– О! Обосрадис! – рядом со столом замер какой-то проходящий мимо парень. Чуть повыше Радиса, чуть пошире в плечах и плотнее. Тут же притормозила и пара дружков. Один странно пухловатый – таких тут очень мало. Второй тощий как Радис, но при этом довольно высокий. – А чего это ты тут еду раздаёшь? Да ещё каким-то незнакомым бездомным.

Радис виновато опустил голову, бросив на меня исподлобья жалостливый взгляд.

– Раз тебе жратва лишняя, поделись лучше с нами, – парень придвинул свой поднос ближе к Радису. – Ты ведь не против, да, Обосрадис? Ты же хочешь поделиться с хорошими парнями?

Я оглядел поднос охреневшего вымогателя и немного удивился. Никаких брикетов, то самое грибное рагу, 3 штучки хлеба, розовая жидкость в бутылке. Видимо тот самый компот. И зачем ему это? Демонстрация силы на этом слабаке? Фу.

– Слышь, дерьмо, – не повышая тона спокойно встрял я. – Почему бы тебе просто не свалить туда, где я тебя не буду видеть и слышать?

Сложно сказать, обдумывал я ли что-то. Слова вдруг сорвались с языка. Без всяких размышлений, обдумываний я встрял в ситуацию. Видимо выглянула какая-то часть моей той личности и брала дело в свои руки. Которая подсказала мне, что те кто ведут себя так с моим собеседником, отчасти ведут себя так и со мной. Потому, что он сидит рядом. И мы с ним разговариваем.

– Эй! Ты чё э… Дерьмо? Ты с кем говоришь хоть, знаешь?

– Мне насрать. Если ты щас не свалишь, я просто выдерну через твою маленькую жопу твой маленький череп.

Несколько секунд обиратель дистрофиков глотал воздух. Попадать в такие ситуации он явно не привык. Но затем, таки нашёлся.

– Тебе пизнец! Просто. Радис!

Парень положил на стол свой поднос, навис и требовательно потыкал пальцем. Делись мол, собака. Последнее слово будет за мной. Обомлевший от страха Радис только хлопал глазами. Я не стал ничего говорить. Легонько, как мне показалось, я локтем толкнул охреневшего паренька. Быстрое, плавное, почти не заметное движение.

Но этого оказалось достаточно, чтобы тот ухватившись за свой поднос пролетел метр и шлёпнулся на пол, щедро измазав пол своим рагу. Когда он поднялся, его лицо пылало, а глаза вспучились. С одной стороны, он понял, физически – со мной тягаться смысла нет. С другой – я понял, что получил врага. И он обязательно попытается мне отомстить за минутку своего позора.

– Нападение! – заверещал он внезапно. – Нападение!

Откуда-то из угла столовой к нам уже спешит внутренник. Мужик в тёмно-синей форме, в лёгком бронежилете, лёгкой защитной же каске, с встроенной в неё камерой Системы. Я спокойно сижу, разглядывая всю троицу уёбков. Надо их запомнить получше. Неспешно делаю глотки воды из бутыли.

– Что тут? Что за шум? – ещё толком не приблизившись, раздаётся голос безопасника. Я отмечаю, что при взгляде на обляпанного грибами ушлёпка, затеявшего весь сыр-бор взгляд безопасника как-то меняется.

– Вот этот х… Этот угрожал мне! Прямая угроза. А потом ударил меня и я упал! – Ушлёпок брызжет слюной, трясёт в мою сторону вытянутым пальцем. Мне это не нравится, но я спокойно пью воду. И не спешу оправдываться.

– Спокойно, Колин! Сейчас разберёмся, – безопасник поворачивает голову ко мне. – Вы правда ему угрожали и ударили?

– Не знаю, что сказать? – я пожимаю плечами. – Можно я обрисую ситуацию?

– Да, конечно.

Вкратце я пересказал всю суть истории. Сделав особый упор на то, что на мой взгляд вымогать еду, как и что-либо другое – должно быть если не преступлением, то уж как минимум нарушением местных правил. Санса вроде говорила что-то такое. А что до удара, то я никого не бил. Немного оттолкнул парня плечом, так как он навалился на меня. Я не виноват, что у него плохо с равновесием и он упал.

– Я ничего не вымогал, офицер! – ушлёпок Колин испуганно вытаращил глаза. – Да ведь, парни? Я попросил! Тем более он сам предлагал поделиться едой с этим…

Дружки осторожно закивали. Патрульный поджал губы и повернулся к Радису.

– Ну а ты что скажешь?

– Да, подтверди, Радис! – Колин впился взглядом в скорчившегося на своей скамье бедолагу.

По виду Радиса, я понял – он был бы рад оказаться где угодно, только бы не здесь. И ему похоже не впервой оправдывать своих мучителей. Но теперь у него дилемма. Ведь в этой истории есть не только он и они. В ней есть ещё и я. Парень уже открыл было рот, но тут взглянул на меня и снова его закрыл. В глазах мука и отчаяние.

– Он… эээ…. Он… – мучительно начал наконец говорить Радис.

– Ну! – подогнал его офицер, нахмурившись.

– Колин требовал! – выпалил Радис. – Он требовал мою еду. Не просил, а именно требовал!

По взглядам я понял, что Колин и его дружки удивились таким словам. Что подумал офицер, было непонятно.

– Ты… ты… – Колин явно с удовольствием расписал бы Радису что его ожидает, но присутствие безопасника очень мешало.

– Это серьёзное нарушение, мистер Саливан. Буду вынужден составить протокол, со всеми вытекающими для вас…

– Погодите, – я махнул рукой. – Мне кажется, всё это недоразумение какое-то.

Все взгляды теперь обратились ко мне.

– По-моему всё на самом деле было так. Мы тут ели спокойно, этот Колин зацепился ногой о стул и упал. Сам по себе. И никто никому не угрожал, не оскорблял и ничего не вымогал. Вспомните, может так всё и было?

– Ну э… вроде да, – настороженно кивнул Колин. Дружки глядя на него согласно закивали.

– Что скажешь, Радис? Так всё и было? – усмехнувшись вопросил безопасник.

– Эм.. Да! Точно так и было, – кивнул тот.

– Ты точно в этом уверен?

– Точно.

– Ну тогда, будем считать инцидент исчерпан. Прошу не толпится в проходе. Двигайтесь.

Офицер дождался пока сбитые с толку парни немного отойдут и бросил еле слышное: «Зря». После чего ушёл в дальнюю часть столовой. Я не спеша огляделся, сцена привлекла внимание – было заметно, как то и дело люди поворачивают головы в нашу сторону. Ну а как по мне, всё нормально. С одной стороны, я поставил парня на место. С другой, не нажил себе врага в виде его близких и организации.

– А неплохо ты его уделал! – за наш стол, рядом с Радисом плюхнулась крепкая брюнетка, в рабочем комбинезоне. – Я Дэстер.

Я изучающе оглядел девушку. Смуглая кожа, немного вьющиеся короткие чёрные волосы. Судя по внешности – мулатка. Довольно привлекательная, но при этом какая-то мужиковатая. Словно в подтверждение моих мыслей, девушка протянула и пожала мне руку. Рука оказалось хоть и по-девичьи не большой, но довольно крепкой.

– Оскар, – кивнул я.

– Эй, да не кисни! – она ободряюще пихнула локтём Радиса под рёбра. – Ну надают тебе тумаков в Лакуне, не сдохнешь.

Радис что-то пробурчал себе под нос и принялся за еду. Наверняка жалеет о собственном «геройстве». Да и о том, что сел за мой стол, скорее всего тоже. Я усмехнулся.

– Давненько охреневших с…ков доблести никто на место не ставил, – глядя мне в глаза усмехнулась Дэстер. – Уважуха тебе!

– Как ты их там? – из-за взрыва хохота за соседним столом часть фразы я не услышал.

– ..с…ски доблести, – повторила девушка не особо внятно, вдобавок заглушённая громким возгласом за столом соседей.

– Соски доблести? – захохотал я. – Или как там… ахахах… сиськи доблести?

Дэстер присоединилась к моему веселью. Лишь Радис ловя на нашей компании взгляды, казалось готов провалится под землю. Хотя и его испуганное лицо на момент исказилось в кривой улыбке, которую он поспешил согнать со своего лица.

На всякий случай я огляделся. Не слишком ли громко? Да вроде нет. И ещё кажется, я начинаю понимать – что моё появление на этом этаже не такое уж беспочвенное. Похоже одно из моих умений заключается в способности находить себе проблемы.

– Наверное можно и так, – кивнула Дэстер, отсмеявшись. – Вообще Тиски доблести третье место в рейтинге гильдий. Но это, скорее историческое достижение. Сейчас среди них лишь одна группа шахтёров. И уж точно – не эти сопляки. Как говорят, не лучшие времена. Хотя, у кого они сейчас лучшие, а Радис? После аварии, всё кажется стало хреновее некуда.

Девушка снова пихнула заморыша локтём и тот согласно кивнул, попутно отправляя остатки брикета себе в рот.

– Ну а что по тебе, новичок? – Дэстер внимательно взглянула на меня. – До меня слухи доходили, что ты откуда-то сверху к нам свалился?

– Вроде так, – пожал я плечами.

– Хм! И чем тут заниматься планируешь? Что умеешь-то? Навыки, опыт?

– Чёрт его знает, – снова пожал я плечами. – Проблема в том, что я ничего не помню.

– Это как?

Я посмотрел на своих новых знакомых. Не сказать, чтобы я им сильно доверял. С другой стороны, судя по тому, как тут быстро разлетаются слухи – достоянием общественности моё амнезия и кома если не стала уже сейчас, то станет через день или два. Так что, вкратце я изложил свою маленькую историю, опустив некоторые детали. И про Сансу тоже.

– Да уж, – покачала головой Дэстер. – Знаешь, что самое хреновое в этой истории для тебя?

– Долги?

– Нет. Это хреновое конечно. Но не самое. Самое оно в том, что прилично гребут криптоны тут кто?

– Ну… Механики ваши?

– В точку. А ты кто?

– Без понятия.

– Вот…! И всё же? Может ты механик, а сам про это не знаешь? Ну-ка, сейчас.

Дэстер вернулась за соседний стол, вытянула из-под лавки довольно объёмный каркас с лямками, набитый инструментами и грохнула на стол возле меня.

– Вот. Пробуй!

– Чего?

– Ну, в руки возьми. Руки по идее помнят. У нас тут был один такой. Шепс вроде звали. Тоже память отшибло человеку. Труба на башку упала. Но мастер сварки был! Жену забыл, детей. Так и не вспомнил ничерта, на другой женился. Помоложе. Сволочь. А вот как варить, не забыл. Как был мастером, так и остался.

– Понял. Ну, попробуем.

Я взял в руки то, что было ближе закреплено. Сначала молоток, затем отвёртку, потом какие-то клещи вытянул. Всё это я примерял в руке, взмахивал, крутил, а потом отрицательно качал головой. Когда кончились инструменты, в ход пошли приборы посложнее: сварочный аппарат, плазменный резак, паяльник, какой-то квадрат с рычагами, который Дэстер окрестила «ионный коннектор». Но всё было впустую. Руки ничего этого не помнили, всё это было каким-то чужеродным.

– Не, – покачал я головой. – Ничего не чувствую. Явно всё это дело не моё.

– Тогда у тебя и вправду проблемы, – вздохнул Радис.

– Да почему это? – не понял я.

Радис уже открыл было рот, но Дэстер решительно поднялась.

– Пойдём, Оскар! Нам с Радсом уже пора на работу. И тебе заодно покажем по пути, что да к чему. Сам всё увидишь.

Глава 3.

Дисплеи для доступа в Систему, располагались прямо напротив столовой, в небольшой боковой зале. Как пояснила Дэстер, таких зон довольно много, в основном общественные устройства это для работяг попроще, которые не могут себе позволить индивидуальное устройство. Представляло это всё из себя большую пластиковую панель со множеством отдельных экранов. Чтобы обеспечить доступ всем, кто собирается выполнить контракты.

По бокам помещения узкие скамеечки, на которых сидят работяги в ожидании чего-то там своего работяжьего. Как пояснила Дэстер, тут собираются группы для работ. Мы прошли к одному из пустующих дисплейных окошек. Повинуясь жесту девушки, я коснулся. Система тут же считала мой чип и предоставила вход, после чего я оказался уже в знакомом меню.

– Заходи в меню контракты.

Я вошёл и увидел перед собой ещё информацию и кнопки:

Доступные рабочие профили: Разнорабочий, Чистильщик.

Рейтинг: 0

Ежедневные контракты (Сообщество)

Разовые контракты (Этаж)

Разовые контракты (Другие этажи)

Рейтинговые контракты

Закрыть контракт

Я попытался сразу посмотреть контракты, но система тут же оповестила:

Укажите рабочий профиль.

Дэстер объяснила, что это нужно для того, чтобы я видел те задания, которые я могу сделать, а не всё подряд. Специальность подтверждают «Мастера» тех или иных профессий, после чего любой житель может получать доступ к другим задачам. По дефолту доступны лишь 2 категории: «Разнорабочий», ну тут всё понятно. И «Чистильщик» – этот тот, кто выполняет задания с нежилых этажей по уничтожению всякой хрени, которая там обосновалась. Тут Системе тоже плевать, что ты там умеешь или не умеешь. Всякий может пойти. Вот вернуться только не у всех получается.

А вот ежедневные контракты это для тех, кто состоит в сообществах. Если там окажусь, пойму, как всё работает. Только тут особо на это рассчитывать не стоит, по крайней мере в данное время. Все сообщества этажа на 90 % состоят из людей, имеющих технические знания, умения, опыт. Кнопка была не активна, т.к. в сообществе я не состоял. И других профессий не имел.

Пока всё что мне светит – разовые контракты (этаж), это контракты, которые предлагает система или жители этого этажа. Я тыкнул на кнопку. Довольно длинный список.

Уборка общих туалетов в общей комнате 3 – 10 криптонов. Случайная премия.

Уборка общих туалетов в общей комнате 6 – 10 криптонов. Случайная премия.

Мытье коридора AB-13 – 6 криптонов

Ещё хренова туча коридоров по списку, все по 6 криптонов, так вот что-то другое.

Личный контракт: Перенести от закупочного терминала до личной комнаты 12 блоков очищенной воды – 8 криптонов.

Личный контракт: Уборка в личном помещении VIP класса – 8 криптонов.

Я промотал список ещё на несколько десятков строк, но всё выглядело довольно однотипно. 50 оттенков уборки, задачи по переноске чего-то куда-то, доставка от закупочных терминалов тех или иных предметов, как я понял – довольно габаритных, наведение порядка в мастерских, библиотеках, общественных душевых, классах для обучений и прочих местах. Радис наблюдая за моими действиями объяснил, что лёгкие задачи в системе никто не регистрирует. Если кто-то из жителей этажа зарегистрировал, можешь не сомневаться – задача там не простая. Ту же воду тащить от закупочного терминала скорее всего придётся несколько сотен метров, есть тут такие комнаты, которые от терминалов далеко. А если кто уборку комнаты заказал, засрали её так, что мама не горюй. Можно, но он – Радис, не рекомендует. Плавали, знаем. При хорошем раскладе за день можно «закрыть» 2 стандартных контракта от Системы. Что выгоднее.

Радис предупредил, что делать это надо качественно, Система следит и не засчитает выполнение, если работа сделана на тяп-ляп. Это если в целом браться за такую работу. На другие этажи без особой специальности соваться тоже смысла особого нет. Те же стандартные задания, выше правда за них дают побольше криптонов, но туда нужен зелёный пропуск. Одиночкам его редко кто даёт. Так что я смогу получить пока контракты только с 7 и 8 этажа, а там за них платят ещё меньше чем тут. Примерно на 1 криптон, но всё же.

Дэстер тем временем отошла к соседнему терминалу, выполнила вход и подозвала меня к себе:

– Посмотри, что доступно средней руки механику. И сразу поймёшь, о чём я говорила.

Я вперил взгляд в экран, отметил, что девушка вошла под специальностью механик-ремонтник, на доступные работы с этажа Ферм.

Починка узла воздуховода – 25 криптонов

Починка механизма двери в общую комнату – 20 криптонов

Смена вентиля в системе подаче воды – 30 криптонов

Дальше по списку примерно тоже самое в вариациях. Заварить, запаять, заменить. От 20 до 35 криптонов. Я покивал головой. Да, разница заметная. Теперь реально всё понятно, насколько мои доходы с текущей специальностью будут отличаться от большинства жителей этажа.

– А по времени?

– По времени, выходит довольно муторно, – кивнула девушка. – Особенно те задачи, что с заменой. Забрать там-то, поработать, потом сдать снятую деталь. Но ремонтов попроще за день пару сделать можно в одиночку. Как повезёт. Есть ещё групповые задачи, там оплата больше, но она делится на всех, так что выходит примерно то же самое. Групповые мы выполняем в основном по ежедневному контракту, их нам система каждый день насыпает. Но за это наша бригада получает вознаграждение от Системы дополнительное. А рядовым членам как я, бригада платит оклад каждый день.

– И много?

– Нет, у меня всего 5 криптонов. Но они ведь на дороге тоже не валяются, правда? Особенно каждый день.

Я покачал головой. Пипец. И чем я там занимался на верхних этажах? Почему у меня нет никакой нахрен специальности? Правда и минус свой есть, сообщества снимают фиксированный процент от всех контрактов. У нас сейчас семь процентов.

– Так стоп! А что там было по чистильщику?

Я метнулся к своему окошку и перевыбрал специальность. Глянул на всё также стоявшего у моего экрана Радиса. Не тыкал он тут чего? Но тот лишь усмехнулся.

– Не переживай, нажимать что-то можешь только ты. Если Система не фиксирует тебя перед открытым меню, она его блокирует.

– Ага. Так, чистильщик.

После того, как я переключился на Чистильщика, все кнопки контрактов кроме одной стали не активны. Осталась лишь:

Рейтинговые контракты

Я тыкнул в неё и на экране тут же появился список, который заставил меня шумно выдохнуть.

B класс. Награда: 9 баллов. Устранить гнездо рыкс на этаже 15 – 456 криптонов. Случайная премия.

A класс. Награда: 3 балла. Забрать потерянные инструменты на этаже 16 – 150 криптонов.

С класс. Награда: 15 баллов. Устранить неизвестную угрозу в техническом помещении – 650 криптонов. Премия: Случайное оружие.

И десятки, сотни строк с очень вкусной начинкой. Награды, жирные суммы в криптонах. Причём далеко не все выглядят опасными, найди то-то, верни это. Некоторые задачи на осмотр и разведку, с наградами в 500-800 криптонов! Охренеть!

– Почему вы ещё тут? А не там?

Оторвавшись от экрана, я задал этот вопрос своим новым знакомым. Они переглянулись и покачали головами, словно перед ними стоял умалишённый.

– Шутишь? – хохотнул Радис, он попытался состроить весёлую гримасу. Но я заметил ужас, плеснувшийся в глазах.

– Даже и не думай, если ты серьёзно! – согласилась Дэстер, для убедительности даже положив руку на моё предплечье. – Раньше ещё как-то там было. А сейчас после аварии…

Дэстер покрутила свой смуглой ладошкой в воздухе, показывая неопределённость.

– В большинстве случаев, новичков там ждёт смерть. Да, да, я не шучу, Оскар! Очень опасно. Эти все плюшки, они не просто так. Спускаясь по плёвому делу, можно наткнуться совсем не на то, что ожидаешь.

– И что, никто не ходит?

– Да как тебе сказать. Ходят конечно. Чаще вынужденно. В основном это критические системы, вентиляция, водоснабжение, проводка. Многое внизу завязано. Есть критические узлы, которые хочешь не хочешь нуждаются в ремонте. Бывает твари снизу что повредят.

– А откуда они там вообще взялись? И что это за рыксы какие-то?

– Да чёрт его знает, думаешь мы тут просто так в этом бетонном гробу живём поколениями? Сверху не пойми, что происходит. Ходят слухи, что гвардия перестала даже на разведку соваться. Хотя раньше ходили уже далеко, да и переселенцы… Ой в общем это долго всё рассказывать. Словом, наползло там всякого.

– Наше убежище оказалось не таким неприступным, как хотелось его создателям, – подключился Радис, скорчив потешную страдальческую мину. – Сейчас это всем очевидно. В самом низу есть транспортная развязка, мы некогда были связаны с другими убежищами в одну сеть. Она и стала основной проблемой для наших предков. Плюс к тому, у самой Системы есть свои тоннели, транспортные, рабочие и чёрте какие ещё. Куда людей изначально никто не пускал, пока всё было на плаву. Вот через всё это много лет назад и началось нашествие всякой хренотени жуткой. А сейчас один чёрт знает, сколько и чего там внизу ползает, бегает и сидит по всяким углам.

– Ну так ваши работяги получаются всё равно ходят и возвращаются? – слишком уж жирные награды, чтобы я от них отказался просто так.

– Ходят! – воскликнула девушка. – Но ходят с гвардейцами! Или на худой конец с охраной из безопасников. Большими группами. Десять, а то и пятнадцать охранников, с вооружением, бронёй, обученные до усрачки, аугментированные до жопы! Вот так ходят. И то, порой возвращаются или с ранениями, или вообще не все.

Судя по словам девушки, неведомые монстры буквально там штабелями на этажах лежат, в ожидании очередного лакомства из человеческой плоти. Логика мне подсказывает – не может быть всё так плохо. Да и Радис выглядит так, будто хочет уточнить по этому вопросу. Несмотря на испепеляющий взор Дэстер.

– Ну, Радс, – подогнал его я. – Вижу, хочешь дополнить что ли?

– Скорее уточнить, – кивнул молодой механик. – Ходят конечно не только такие огромные группы. Есть и мельче. И не такие опытные. И совсем новички, и те кто набрался немного опыта. Всех их мы называем рейтахантами. Иногда – статисты, или статюги, но это уже матёрых. У нас на этаже – Шахтёры, потому что мы там не убиваем, не защищаем, а работаем. Статисты это те, кто выше пятисот в рейтинге поднялся. Начинающих, до тех же 500 единиц обычно называют мясом. Думаю, понимаешь почему.

– Много гибнет?

– Да. И тем не менее, идут. По разным причинам. У кого-то долги большие, кто-то быстрее хочет купить тот или иной инструмент, оборудование, экипировку. Это всё довольно дорого стоит. А не у всех получается копить. В общем я к чему веду-то. Если поискать, группу всегда найти можно на самые простые задания. Часто бывает людям в группу носильщик нужен. Оборудование чтобы нёс, или какие-нибудь запчасти на замену скажем. Но тут тоже свои опасности. Если берёшь на себя ответственность за груз, а потом бросишь его – будешь должен его стоимость. Или одному за ним переться через время. Или самому задание формировать на то, чтобы его доставили снизу. А ещё…

– Радс! Всё, хватит, – Дэстер дёрнула за рукав комбинезона. – Ты ещё ему напарников найди. Дурак совсем? Сам-то чего не ходишь?

– Я трус, – улыбнулся Радис. – Им, наверное, и помру. Надеюсь в старости! Как подумаю только про эти нижние коридоры… Бррр. Нет. Это точно не для меня. А вот Оскар, по-моему, совсем другой. Поэтому, почему не рассказать?

Дэстер подняла кулак над головой, Радис сжался. Девушка постояла секунду, затем опустила руку и повернулась ко мне.

– Ты просто выглядишь, как хороший парень, Оскар. И ведёшь себя также. Не хотелось бы, чтобы бы ты сложил голову по глупости. А нам уже пора на работу, закрывать свои контракты.

Я поднял руки ладошками к девушке.

– Хей, всё что пока я хочу, это вымыть коридор. Ну или туалет… Кстати, погоди секунду. А как я найду нужный?

– Да не проблема, нажмёшь, тебе даст детализацию, на карте всё покажет. И где мыть, и что мыть и где инвентарь брать нужный. Только не берись за туалеты!

– Почему? – не понял я.

– Не это… позорно, – смешалась девушка.

– Ага. А как я узнаю, что работа выполнена?

– В твоём случае на глаз. Система всё учитывает, но без личного девайса прогресса ты не увидишь. Если тебе покажется, что всё сделал – сходи к ближайшему месту, откуда можешь выйти в Систему. Если будешь всё делать по инструкции указанной в подсказке, будет сообщение о успешном завершении контракта и сможешь его закрыть. Не увидел? Не беда. Перечитал инструкцию, исправил косяки и закрыл.

– Всё, понял. Спасибо!

– Да пожалуйста. И тебе спасибо, за то, что ты сделал в столовой, – улыбнулась Дэстер и быстро потащила Радиса за собой по коридору. Только тут я приметил, что у них обоих один и тот же шеврон на плече. Молния в круге.

Я снова вошёл в Систему, которая стала теперь куда понятнее. Потыкал по разным задачам. Если платят везде одинаково, зачем идти далеко? Выбрал коридор возле ближайшей жилой зоны, чтобы потом там же и заночевать. И поплёлся выполнять задание по мытью коридора.

Идти по изломанной кишке коридора было не сильно далеко, что-то около трёхсот метров до кладовой, в которой я должен был взять ведро, тряпку, щётку и средство для чистки полов. Но по пути я пару раз споткнулся на ровном месте, едва не упав. И словив приступ слабости, вынужден был передохнуть пару минут, оперившись о стену. При этом ощущая, что взмокла спина. Словно от долгого бега.

Да уж, какой из меня покоритель нижнего мира в этом состоянии? Тут бы хоть швабру с тряпкой покорить для начала. Но, цифры за контракты из меню Чистильщика, я запомнил. Они так и стояли у меня перед глазами. Не знаю, что там за опасности внизу, но дайте мне только восстановится – я практически уверен, что смогу выполнить хоть что-то! И получить нормальную сумму в криптонах, чтобы, во-первых, хоть пожрать по-человечески. А во-вторых, начать отдавать свои долги. Ну а пока, будем собирать информацию и восстанавливаться с помощью трудотерапии от Системы. Так, ну вот и кладовая. Где тут у нас швабра? А тряпка? Щётка? Вот. Теперь, пожалуй, в бой!

* * *

Высший Совет собрался в полном составе. Все ключевые фигуры тут. Хранители этажей, высшая элита Ковчега. Во главе овального стола сидел сам Кормчий. Гельмут Розенкранц. Полностью седой, но далеко ещё не старый мужчина, с аристократическими, тонкими чертами лица и выдающимся носом, облачённый в белоснежный удобный комбинезон.

Большой просторный зал для совещаний ярко освещён. До рези в глазах. По обшитым мрамором стеновым панелям «стекают» красные знамёна. По углам установлены головизоры, способные вывести чёткую 3Д модель чего угодно, на стенах позади и впереди Кормчего их дополняют большие экраны. Под потолком в самом центе – круговая камера Системы. Как тень безмолвного участника всех совещаний.

8 ближайших стульев к Кормчему заняты Хранителями этажей. Места заняты согласно нумерации этажей. Ближе всех, те кто выше к поверхности. По правую руку Хранитель первого этажа – Айвэн Молотов, по левую – Лавиния со второго этажа и так далее. Нумерация этажей отдельная тема. В разные времена по заявкам предшественников Кормчего, как только её не меняли. И снизу-вверх, и сверху-вниз, и по вне логическим непонятным соображениям, мешая цифры этажей в кашу. Последнюю нумерацию принял ещё отец Кормчего, где первый этаж самый близкий к поверхности, а самый последний – сотый, находится в самой глубине. Причин делать по-другому и снова что-то менять, Кормчий не видел.

По едва заметному кивку, по очереди Хранители начинают доклады. Как заведено, озвучиваются наиболее важные вещи и вопросы, которые требуют внимания к себе и влияют так или иначе на общую ситуацию. В последнее время эти доклады всё больше печалят Гельмута. Всё отчётливее проступает тот тупик, в котором оказалось всё убежище. И каждое совещание он всё ждёт каких-то хороших новостей, но – надежды всё меньше.

Первым докладывает капитан гвардейцев Айвэн Молотов. Одет в обычную форму гвардии, дополненную алой накидкой. Его речь звучит как лязг металлического листа, короткими рубленным фразами он обозначает произошедшее за неделю. В небе снова были замечены непонятные летающие агрегаты. 2 из тех, что успели примелькаться, а вот ещё один – совсем уж странной кубической формы. Размеры – примерно километр на километр. Как и было приказано, никаких сигналов никто уже давно им не посылает. Понятно, что к людской технике это всё не имеет никакого отношения. Враждебных действий по отношению к Ковчегу объекты не предпринимали. Однако есть подозрение, что куб изучал что-то. Завис на несколько минут прям над убежищем, потом убыл на север.

Это информация была тревожной, но к этой тревоге уже привыкли. Пришельцы или кто они там, периодически появлялись в поле зрения. Но, и не более того. Ситуация так складывалась уже несколько лет и Кормчий очень надеялся, что в один день они просто исчезнут, как появились. И без них проблем целая куча.

Разведчики провели разведку в ближайшем городе. Определили несколько объектов, откуда можно было получить ресурсы. Но на отходе были атакованы. Чем конкретно – не понятно. Напавшие всё время прятались. То за укрытиями, то в зарослях, которыми оброс брошенный город. Разведчики были атакованы чем-то вроде метательных игл органического характера. Как их метают или выплёвывают – осталось не понятно. Сканеры смогли лишь пару раз уловить размытые тени. Однако разведчикам досталось. Один убитый, трое раненных. Причём один из раненных был доставлен сразу в мед капсулу, сейчас он там, в искусственном анабиозе. Вылазку за ресурсами придётся отменить? Немного подумав, Кормчий кивнул. Ресурсы очень нужны – но без фанатизма. Людей осталось не так много, чтобы ими глупо разбрасываться.

Есть потери раненными и на нижних этажах. Из семнадцати стратегических вылазок за неделю, семь – боевых. Ликвидировано несколько логов разной живности, ранено пять человек. Травмы средней тяжести, через пару недель снова будут в строю.

Кормчий несколько удовлетворённо кивнул. Отсутствие потерь убитыми и тяжело ранеными это хоть какой-то плюс. Вечная проблема, эти замороженные этажи. Если бы можно было их отрезать полностью! Но – не выходит. Так уж устроен Ковчег, чтобы очень много важного внизу, от чего нельзя себя отрезать.

После аварии и перехода Системы в экономный режим работы, проблемы снизу превратились в сущий снежный ком. Зачистки эти проблемы решали лишь отчасти, да и то – временно. Всякая агрессивная дрянь внизу сползалась на удивление активно. Да и слишком много этих этажей, на оставшееся количество выживших! Не хватает никаких ресурсов и сил, чтобы вычистить их все. Эта проблема раздражала Кормчего больше всего прочего, потому что как её решить без полноценного восстановления Системы – он не знал. И где-то в глубине души чётко понимал, что это скорее всего просто-напросто невозможно.

Молотов закончил. По крайней мере официальную часть. Если есть то, что Кормчему надо знать ещё, он сообщит это в другом месте и в другое время. Также поступят и другие Хранители.

Слово взяла Лавиния Лав – Хранитель второго этажа. Раньше это место называли официально Трюм рекреации, но разговорно – исключительно Рай, а затем и официально переименовали. Лавиния была в своём репертуаре. На каждое совещание являлась словно на званый ужин – в неизменно белом наряде, с причёской и безупречным макияжем. Сегодня на ней – коротенькое белое платье, с довольно глубоким декольте. Если не знать, что этой особе 35, вполне можно принять за 20 летнюю. Попенять ей что ли, что слишком много ресурсов своего Рая тратит на себя? Хотя… Ладно. Пусть пока.

Большую часть доклада Лавинии Кормчий пропустил, особо не слушая. Этаж конечно важный, но события там обычно шли своим чередом. Водные ресурсы в порядке, элитные больницы с лучшим оборудованием работают и лечат всех, кто может себе это позволить. Богатые жители убежища отдыхают в своих отпусках в различных зонах отдыха. Элитные шлюшки трахаются с теми, кто имеет достаточно криптонов.

К радости Кормчего, следующий спикер был не многословен. Аурен Синистад, Хранитель 3-го этажа Технорубки попенял, как и всегда на отсутствие нужных запчастей, комплектующих и прочих ресурсов. Доложил о небольшом прогрессе в самостоятельном производстве аугментаций. Удавалось бы возможно и больше, но слишком много сил и ресурсов уходит на то, чтобы чинить и поддерживать в рабочем виде имеющуюся сложную электронику.

Кормчий кивнул, даже не став как обычно ничего обещать. Это конечно важно, но где я тебе возьму необходимое? Обходись дорогой тем, что есть. Как будет возможность, решим.

Монго Ист – управляющий 4 этажом, а точнее спаркой из двух этажей, называемой Фермой просто обозначил, что всё в относительном порядке. Есть дефицит удобрений, но его решают, как могут – подручными средствами, выкручиваются. Урожайность немного снизилась, но не критично. Пока худо-бедно всем всего хватает, нехватка больше касается нижних этажей.

Если было не знать, что Монго Хранитель, можно было подумать, что в Совете это какой-то случайный человек, который попал себя не пойми, как. В жутком комбинезоне, хотя вроде чистом с виду. С туповатым, без эмоциональным, очень скудным на мимику грубым лицом. Однако, по мнению Гельмута этот человек имел 3 крайне хороших качества. Был на 100 % погружен в свою работу. Был предан как собака. И редко говорил о каких-то проблемах.

Гельмут бросил красноречивый взгляд на Хранителя Технорубки. Учись мол, голову не морочить. Туповатый фермер справляется, а ты умник – только ноешь о своих нуждах. У кого их сейчас нет?

Слово перешло к Александру Фургалу – Хранителю этажа Безопасности. В давней русской литературе, которую Гельмут иногда почитывал, людей такой внешности называли «типичный гэбист». Холодное отчуждённое лицо, холодный, колючий, но вместе с тем пытливый взгляд змеи. Фургал отлично справлялся и с управлением, и со своей тайной ролью – калёным железом выжигать любые ячейки новорожденных бунтарей. Всех этих несогласных с тем или этим. Которые обязательно начинают собираться по всяким зауглам, обсуждать какие-то планы. Ни у кого здесь не должно быть никаких планов, кроме плана Кормчего!

По докладу в целом, ничего примечательного. Несколько инцидентов на разных этажах, один с поножовщиной, другой с огнестрелом. По итогу разбирательств 8 человек за неделю осуждены и отправлены к Крысам в Клоаку.

Кормчий удовлетворённо кивнул. И Клоака, и ссылка туда – его детище. Раньше вместо Клоаки были заведения, которые занимались «перевоспитанием». Охреневших нарушителей держали в клетках, кормили, поили задарма, переводя на них хренову тонну ресурсов. И осточертевших бунтовщиков, и убийц, и насильников, не считая всякой мелкой мрази. Теперь же вопрос решён качественно. Вся эта человеческая тварь в полной мере отрабатывает все крохи, что получает. Прежним Кормчим, если бы они могли это увидеть, осталось бы только завидовать этому смелому, но очень полезному решению.

Закончил Фургал отчётом по помощи внизу – гвардейцев Молотова на всё не хватало, приходилось припрягать к охране рабочих и людей Фургала. Из десяти групп, охранявших рабочих во время работы на замороженных этажах, пострадали целых пять. 2 безопасника в минусе, один возможно отправится туда же через несколько дней. Очень тяжёлый. Также в минус 2 механика с Мехпалубы и 1 инженер с Технорубки.

Чёрт с ним – механики. Но каким хреном погиб инженер? Слишком ценный ресурс для убежища! Фургал немного съёжился, но объяснил – инженер запаниковал в момент нападения больдов, кинулся в коридор, пока безопасники разбирались. Пришлось его искать ещё с час. Пока не нашли обрубок в половину тела. Что убило – не понятно. На всякий быстрее покинули этаж. Фургал также со своей стороны хотел бы заметить, что его люди не обучаются так, как обучают гвардейцев. Упор больше на работу с людьми, а не тварями снизу.

Взгляд Фургала скользнул к Молотову, как бы намекая, что не должен делать чужую работу. И с радостью бы никого не посылал вниз. Лицо Молотова в свою очередь заходило желваками. Однако – сдержался. Все Хранители знали, что Кормчий терпеть не может перебранок. Кормчий немного подумал и вынес решение. В свободное от дежурств время, безопасники будут проходить базовую стажировку у гвардейцев. Несколько гвардейцев-инструкторов Молотов для этого изыщет? Изыщет.

Практику задействования ресурса безопасников на нижних этажах отменить в обозримом будущем не выйдет. Слишком много угроз, работы, да и вообще всего. И слишком мало желающих её делать, там внизу. Кстати, а что по добровольцам? Ходят ли группы вниз и как успехи? Фиксация выходов вниз тоже на безопасниках.

Фургал доложил, что за неделю всего 18 выходов разных групп. Из них лишь 5 зачисток, остальное ремонт, разведка, разбор завалов. 1 группа из трёх человек исчезла полностью, у других вроде худо-бедно всё нормально. Откуда исчезнувшие? С 8 этажа. Внешне Кормчий не подал виду, но облегчённо выдохнул про себя. Био мусор с 8 этажа его мало интересовал. Жаль конечно в целом, но не критично.

Хуже было то, что ранее, ещё до аварии правда, показатель еженедельных вылазок вниз был на уровне 100 в сутки! Да это было, буквально, наверное, даже ещё пару лет назад. Временами казалось даже, что наступит время, когда задачи по нижним этажам начнут идти на убыль. И они снова превратятся в пустые и безопасные коридоры, запечатанные склады, залы и комнаты. А сейчас дошли до смехотворных 18-20 в неделю!

Кормчий приподнял руку, прерывая Фургала и поручил продумать каждому Хранителю над дополнительной стимуляцией добровольных охотников за рейтингом. Заставлять силой их нельзя, к глубокому сожалению. Это гарантированно приведёт к бунтам, что крайне осложнит и без того не простую ситуацию. На следующем Совете он должен услышать предложения по каждому этажу или комплексное. Фокус на тех, кто хочет, но не решается, чтобы стимулировать приток новичков. Возможно какие-то стартовые наборы для новичков из не самой худшей экипировки, или нечто подобное. Но! В меру. Тратить ценные ресурсы на потенциальных мертвецов – не лучший способ ими распорядится.

После Фургала коротко доложился Свэн Нортон – Хранитель Мехтрюма. За ним как всегда вкрадчиво и тихо, старающаяся всегда держатся в тени, доложилась Люмиэла Лурц, как её называли за глаза, Королева Мусорщиков. Тихая брюнетка была не многословна. Последним выступил Натаниэль Рамос – Хранитель Каранавала. Тоже на удивление коротко – видать с перепоя не очень хотел молотить языком. В целом, у всех всё в относительной норме. И это неплохо.

Кормчий поднялся, показывая тем самым, что Совет завершён. Хранители синхронно поднялись и двинулись к выходу.

– Свэн, Александр, останьтесь. Айвэн, ты тоже, пожалуй.

К этим двоим ещё есть несколько вопросов, по интересующим его – Гельмута делам. И надо их обязательно прояснить. Но, не здесь.

Привычно Гельмут махнул рукой, открыл дверь в стене за своим креслом и узким коридором мужчины прошли в личный кабинет Кормчего. Сделав приглашающий жест, Гельмут прошёл за большой дубовый письменный стол и указал своим гостям на кресла перед ним. Здесь можно было говорить открыто на многие темы – все датчики, не говоря уж о камерах Системы отсюда были давно выкорчеваны.

– Несколько вопросов, господа, – рука Гельмута пробарабанила по столу. – Что там у нас с инцидентом на Ферме?

– Всё получилось лучшим образом, – заговорил Фургал. Протянул руку к бутыли виски на столе и вопросительно взглянул на Кормчего. Тот кивнул и напиток растёкся по трём стаканам. Фургал немного отпил, закатил глаза, после чего продолжил.

– Основные обвинения выдвинули Кармелии. Честно говоря, сомневаюсь, что одного из нападавших убила она. Удар в кадык очень сильный, скорее всего – сын. Но, поскольку свидетели ничего толком не видели, это было несложно. В конце концов, она жена гвардейца.

– Мёртвого. И бывшего. И скорее жена бунтаря и предателя! – стукнул кулаком по столу Кормчий.

– Согласен! – поднял руки Фургал. – Не верно выразился, прошу прощения. Среди 8 отправленных в Клоаку, наша дорогая Кармелия.

– С обнулением? – уточнил Кормчий.

– Да, как и у всех прочих.

– Отлично, – искренне порадовался Кормчий. – Эта бешеная баба создавала слишком много проблем и беспокойства. Свэн, её ублюдок теперь на твоём этаже кажется? Что там по нему?

– Он выжил. Вышел из комы, несмотря на не самое лучшее лечение. Правда с амнезией. Ничего не помнит. Единственное я не понимаю, как получилось, что его обнулили тоже? Почему?

– Моя ошибка, – виновато покачал головой Фургал. – Поспешили.

– Эти ошибки могут быть очень опасны, не повторяй их, – прошипел Кормчий, вперив взгляд в Фургала. – Если бы не его амнезия, у нас бы возник ненужный инцидент и абсолютно ненужные слухи, теории, домыслы! У меня уже итак в печёнках сидит чёртова семейка Палей…

– И что по этому парню? – поинтересовался Свэн. Кормчий понимал, что сливать людей Свэн Нортон не любит и не умеет. В этом его большой минус. Фургал в этом деле куда как полезнее.

– Пока ничего. Ненавязчиво наблюдайте периодически. Обстоятельства его прибытия на ваш этаж и так подозрительные. Не хочу, чтобы это усугубилось. Если подвернётся удобный случай, спускай его ниже. Обязательно сообщите, если он вдруг начнёт что-то вспоминать и трепать языком! Будем тогда что-то думать. А ещё лучше, если бы этот выродок начал заниматься рейтинговыми заданиями. Если получится – поспособствуй. Так глядишь, убьём двух зайцев.

Александр Фургал и Свэн Нортон почти синхронно кивнули.

– Всё, Александр, Свэн, больше не задерживаю.

– Кормчий, – легко поклонившись, названные тихо и быстро покинули кабинет.

Остался лишь лидер гвардейцев, мрачно нахохлившийся в кресле. К спиртному он так и не притронулся.

– Ну, Айвэн, чем удивишь на этот раз?

– Есть чем, к сожалению. Несколько аномалий. Во-первых, позавчера ночью была какая-то аномалия с Луной.

– И что же с ней?

– Она исчезала. Два раза. Ненадолго, буквально на минуту. Только была половина диска, а потом ооп, и нету. А потом опять есть, только уже в другой части неба. Будто включили, выключили. Ещё одна странность – похожа на эту, случилась буквально вчера. В какой-то момент выключилось небо.

– Что значит выключилось? – удивился Кормчий.

– Да вот так. Луна, звёзды, а потом бах и полная темень. Словно всё исчезло в один момент. Это было недолго, опять же. Около пятнадцати секунд, затем снова всё появилось на местах. Мы засняли на наши стационарные камеры к слову, я перешлю.

– Что ещё?

– Скачки температуры возрастают. Несколько раз за неделю, мы видели снег. Резко холодает и начинают сыпать хлопья. А потом опять жара под 30. И всё это буквально в течении получаса.

– Это всё? – с опаской уточнил Гельмунд.

– Всё, что мы заметили.

– Что нахрен происходит на этой планете? – задумчиво задался в который раз вопросом Кормчий. Плеснув себе пол стакана виски, Гельмут опрокинул его разом и даже толком не почувствовал вкуса. Впрочем, вопрос был риторический. Ответить на него по крайне мере в рамках Ковчега было некому.

Глава 4.

Битва с чистотой в коридоре продолжалась намного дольше, чем я себе представлял. В основном, из-за моего состояния. Руки и ноги, слушались пока плохо. С координацией тоже было довольно плачевно, швабра в руках вместо мазка влево, порой делала движение вправо. Довольно быстро я уставал, приходилось брать тайм-ауты по нескольку минут. Кроме того, по коридору постоянно двигались люди, оставляя за собой следы на свежевымытом. Приходилось возвращаться, перемывая некоторые участки. Всё ходют и ходют!

Если с утра я думал о том, что можно попытаться успеть вымыть 2 участка коридора, то заглотив брикет в кладовке для уборочного инвентаря (далеко идти до столовой) я лишь усмехнулся над этой идеей. Время к четырём часам, тут бы хоть до вечера сдать этот контракт, чтобы потом успеть ещё решить вопрос с жильём.

Усложняло работу ещё и то, что примерно через каждый час нужно было менять воду, которой я мыл полы. Это, как и ещё много довольно детальных пунктов рассказала мне детальная подсказка условий выполнения контракта. А общественный туалет общего жилого модуля, в котором я её набирал – это порядка 250 метров от коридора. В первый рейс я отправился просто с ведром в руке, но на второй заход уже взял тележку, в которую вмещалось 2 ведра и которую можно катить, а не нести.

Добравшись до оставленного инвентаря, я снова взялся за швабру и продолжил работу. Шлёп, вжих, вжих, вжих. Швабра скользит по полу – здесь он весь покрыт большим тёмным кафелем, идеально состыкованным. Промыть, отжать, но не сильно. Иначе тряпка станет суховатой, будет плохо убирать тонкий налёт пыли. И всё по новой.

Странно, но эта простая работа приносила мне удовлетворение. Тело наслаждалось движением, которого было лишено. Оно словно медленно оживало, отходя от зимы, поселившейся в нервах, костях, мышцах и сухожилиях.

Днём в выбранной мной рабочей зоны, народу было не много. Насколько я успел понять, тут находились мастерские, в которые люди периодически приносили разное. Или забирали. Иногда из мастерских выходили трудившиеся там механики – в основном мужики уже за 40. Из чего я сделал вывод, что работа там требует видимо продвинутых умений и большого опыта.

На меня почти не обращали внимания. Лишь иногда кто-то бросит задумчивый взгляд. Скорее всего из-за несоответствия комплекции и того, чем я занимаюсь. Ну да, такая махина должна крушить голыми руками головы всякой живности, наверное, по их мнению. Где-то там, глубоко внизу. А не шаркать шваброй в безопасных коридорах. Но, мне почему-то было плевать, хотя периодически я и чувствовал себя неудобно под этими взглядами. В тех коридорах внизу, в своём текущем состоянии, я проживу, наверное, очень недолго.

К вечеру, когда мне оставалось, наверное, около часа работы, впереди я заметил новый элемент здешней жизни – девушку с таким-же комплектом уборочного инвентаря, как и у меня. Видимо, она выбрала смежный со мной сектор и теперь двигалась мне на встречу, выполняя ту же работу. Вот только скорость!

Мне о таком было только мечтать. Скорость мытья была впечатляющей. Я даже остановился на какое-то время, любуясь работой профессионала. Никаких лишних и ненужных движений, никакой суеты. Швабра погружается в ведро, несколько резких движений, затем нога ложиться на педаль, отжимает и в следующее мгновение быстрым плавными движениями скользит по полу. Тележка же с вёдрами, прицепленная за длинный ремень на поясе и постоянно едет за девушкой. И она не тратит лишнее время на то, чтобы возвращаться за тележкой, как это делаю я.

Девушка одета в серый комбинезон – такой я здесь ещё не видел, у механиков комбинезоны в основном коричневого цвета, разных оттенков, но в основном – коричневые. Голова повязана платком или банданой, видимо, чтобы волосы не мешали. На меня она бросила лишь несколько взглядов, ни на секунду не прерывая занятия.

Встретились мы на самой границе сектора, только вот сектор, который вымыла за это время она, был, пожалуй, раз в пять большего оставшегося участка у меня. Я бросил тряпку в ведро и воззрился на оборудование девушки. Оно было явно покруче того, что я видел в кладовой.

– Привет, – улыбнулся я незнакомке. – Крутые у тебя девайсы для мытья. В той кладовке где я брал, такого и близко не было.

Девушка как раз рассовывала весь уборочный инвентарь по слотам в тележке.

– Пфф… В кладовой! Ты с какой планеты, парень? Это же Блейз! Считай, топовое оборудование. А ты кто такой, и почему крадёшь хлеб уборщиков?

– Ээээ… Краду хлеб? – я немного опешил. Мне даже в голову не приходило, что мытьё коридора может быть кражей чьего-то хлеба. – Вообще я – Оскар.

– А ты откуда такой взялся, Оскар? – девушка наконец закончила и повернулась ко мне, скользнув критическим взглядом. – Ты ведь явно не из наших. Такого здоровяка я бы непременно запомнила.

Девушка и вправду была очень мелкой. При росте Оскара в 198 сантиметров, девушка едва макушкой доставала до моего солнечного сплетения.

– А ваши, это кто? – не совсем понял я.

– Ирма Бриджес, я из «Чистюль», – девушка потыкала в шеврон на плече, изображающий кристалл. – 7 этаж, также известный как Порт. Ты точно из Ковчега? Все знают, как выглядят наши комбинезоны. Потому, что мы работаем на всех этажах.

– А! – понял я наконец. Точно, 7 этаж – по идее ведь подобная работа, это их профиль. Так вот о чём она, про кражу хлеба.

– А почему Порт? – поинтересовался я. Некоторые названия мне казались и вправду странными.

– А хрен его знает, – пожала плечами Ирма. – Особо не задумывалась. Порт, он и есть Порт. Так откуда ты?

Прежде чем ответить – я немного призадумался. Ведь я и сам не понимал, откуда я взялся на этом этаже. Сказать с Мехтрюма? Но я здесь совсем недавно. С Ферм? Про это я ни черта не помню и не могу утверждать.

– Не знаю, – в итоге честно признался я, поймав её удивленный взгляд. – Пока оказался здесь. Дело в том, что я ничерта не помню. Травма головы, потерял память, видишь ли. И почему-то о моём ничего понять пока не получается.

– Да уж, странно. А что у тебя нет вообще никакой информации в профиле? Там в любом случае всё указано ведь. Можно посмотреть историю – архивы контрактов, которые ты выполнял, платежей, родня должна быть указана в конце концов.

– Родя вот точно не указана… А историю не смотрел, может и правда, что есть.

– Ну тогда понятно, почему ты на этой работе, – кивнула девушка.

– А это что, проблема, что я этим занимаюсь? – я мотнул головой в сторону своего инструмента.

– Ну как, – она отвечала немного задумчиво. – Вообще-то не особо. Ну, можно сказать и да, и нет. Мы не очень любим, когда кто-то делает нашу работу. Ты как, этим всерьёз заниматься решил? Если да, то может лучше к нам на этаж перебраться сразу?

– Эээ… Да я как-то не думал про это. Вроде бы понижение этажа, это плохо для здешних?

– Ну да, только дурак согласится. Я к тому, что может тебе подыскать работу в другой области? Чего ты ещё умеешь?

– В профиле есть только разнорабочий и чистильщик, – пожал я плечами.

– Мдам, негусто. Хотя по идее, у нас ведь тут с детства всему учат, что-то да должно было быть. Странно. Здоровый такой и без навыков.

– А этим долго собираешься заниматься? – девушка указала на мою тележку.

– Не долго, но какое-то время буду.

– Мм… – Ирма осеклась, словно подыскивая слова. – Хорошо, в таком случае я немного введу тебя в курс дела. Пойдём закроем контракт, вижу, ты вроде кое-как закончил.

Мы закрыли контракты в небольшом отнорке дальше по коридору у одиночного дисплея, чуть дальше кладовой. Где я и оставил свою тележку. И устроились на одной из двух скамеек.

Секрет недовольства Ирмы оказался довольно прост. Не любят уборщики, когда кто-то начинает лезть в их работу по одной простой причине – выплаты за контракты. У уборщиков, как и механиков, свои сообщества. Бригады, кланы, гильдии. Названия меняются от состава и уровня организации. В приоритете – верхние этажи. Через Хранителей, с ними заключаются контракты на уборку разных помещений, основных коридоров и прочего. Это ежедневные работы, которые Система распределяет на организацию автоматически.

Все основные силы Порта работают сверху, от 1 этажа и ниже. Начиная с Мехтрюма и ниже, ресурса уборщиков уже особо не хватает. Бригада «Чистюль», например, в которой 23 человека, имеет контракт с Хранителем Мехтрюма. Но контракт включает в себя все основные помещения, где больше и чаще всего ходят, работают, проходят люди. А ещё куча боковых коридоров, проходов и прочего, остаётся не охваченной.

Другие уборщики контракты с этим этажом не заключали, а потому сюда не суются вообще. Такова их внутренняя этика. На те же участки, что убирают «Чистюли», задания формируются уже чисто для них. Никто другой их получить не может. Но и другие помещения Мехтрюма, по мнению Системы нуждаются в уборке. Поэтому они выходят уже в виде контрактов, которые может взять любой желающий.

Базовая оценка этой работы – 2 криптона. Но! Если контракт не выполняется за сутки, Система повышает ставки. На следующий день, в 8 часов утра при распределении общих контрактов, работа будет стоить уже 4 криптона. И так каждый день Система будет повышать ставки на 2 криптона, пока цифра не достигнет 16. После 10 криптонов, система добавляет ещё и премиальную надбавку, в виде пищевых брикетов, вещей или чего ещё. И чем выше цифра в криптонах, тем больше премия. На 16 она становится максимальной.

Это и есть тот лайфхак, которым пользуются все уборщики. Договариваются, распределяют между собой ничейные зоны и ждут, пока награды не вырастут в разы. А потом снимают свои бонусы. Каждый на своём этаже делает подобное. Выше на этажах за уборку платят больше, но и таких зон там меньше. На первом этаже их к примеру, вообще минимум, но там и контракты от Системы жирные. А тут оплата дохлая, но это частично компенсируется количеством необслуживаемых помещений.

Официально конечно запрета никакого нет, но есть этика Ковчега. Не лезть в дела других этажей. Каждый этаж занимается своим делом. Поэтому Ирма и спросила, надолго ли я этим собрался заниматься?

– Понимаешь, Мехтрюм тебя тоже не поймёт. Бывают тут конечно периоды, когда некоторые берутся за работу. Как правило – обстоятельства сложные. Но это длится обычно не долго, до недели. Да и то, достаётся тем, кто этим занимается. «В Мехтрюме живут механики!» – говорят они. И точка. К нам везде отношение не очень. Презрительное что ли. Хотя любят наши Хранители повторять, что мы все равны. Ага! Но, я уже привыкла. А когда кто-то берётся за нашу работу, тут куча насмешек и унижений. По отношению к нам этого конечно нет, но из этого и понятно, какое отношение к нашей работе.

– Бля, как-то всё печально, – как-то меня зацепило это всё. Может потому, что сам только что мыл пол. – Но мне, честно говоря плевать. Да я и не знаю тут никого. Что мне их отношение? Слушай, ну а если вашим изучать другие специальности? Механики те же, и кто там ещё есть?

– О! Да ты точно с Луны! Прости, всё забываю, что у тебя провал. Короче тут всё упирается в 2 препятствия. Рейтинг и бабло. И оба – почти непреодолимые.

– Почему?

– Хосподи… Как тебе бы проще? Мм… Механики могут поднимать рейтинг выполняя профильные задания. Инженеры тоже. Гвардия и безопасники от охраны. А мы, как думаешь? Есть там задания для уборщиков? Нету этих заданий. В лучшем случае – пойти разгребать завалы, или разгрести проход. Ну или грузчиками единицы из наших притыкаются в группы разные. И всё это не часто. А для того, чтобы иметь возможность переехать на другие этажи, надо рейтинга от двух тысяч! Двух добланных тысяч!

– Это много?

– Это дохрена как много. Особенно для нас! А ещё цены на обучение. Месяц базового обучения в мастерских механиков – от 200 криптонов. Двухсот, Карл!

– Кто такой Карл?

– Да хрен его знает, просто выражение такое.

– Ага. Двести это… Ну…

– Баранки гну. У меня вот к примеру, оклад в «Чистюлях» 4 криптона. И то, это я зам потому что. У рядовых, 2-3. За выполнение ежедневного контракта, Система платит ещё 10. Если успеваю бонус какой сделать, а бывает и 2 – ну это сколько получится, бывает ведь что и 0, ну пусть ещё 16 в среднем. И что имеем? Имеем примерно пусть даже 30 криптонов в день. И это выходит, 600 в месяц. И всё это при условии, что ты ещё каждый день будешь делать не только ежедневный, но ещё и дополнительный контракт!

– Ну это, прилично… Эм, вроде.

– Прилично? – Ирма буквально задохнулась от возмущения. – Да у нас в отличии от вас, даже пайка дневная меньше. 1 сраный брикетик и 2 воды!

– Слушай, извини, я в местной экономике ещё не силён.

Но Ирму уже было не остановить. Глаза разве что искрами не сыпали.

– Ну так, я объясню. На пожрать, ну чтобы не ходить вечно голодным, нужны минимум 12 криптонов в день. Минимум! И жрать, мы, как ни странно, хотим и в выходные тоже! А это больше половины заработка месячного. На воду и еду. А есть ещё другие потребности. Помыться, постираться, инструментарий обновить, одежду, сладкое что-то съесть хочется знаешь ли. Сходить куда-то. И всё это – не бесплатно. Даже за сраную библиотеку берут 1 криптон! В итоге, за месяц удаётся скопить в лучшем случае сотню криптонов. И думать, то ли взять более удобную швабру, то ли скребок, то ли из одежды что прикупить, а то ли плюнуть на всё и оторваться в Карнавале по полной. Чтобы хоть раз в месяц почувствовать себя человеком! Так где тут взять целых 200 криптонов на многомесячное обучение, а?!!

– Слушай, не сердись, – я положил руку на плечо девушке. – Теперь я понимаю. Да и кроме того, мы ведь в одной лодке. У меня и окладов никаких нет к тому же. Да и долг ещё перед больницей.

– Большой?

– Ну, 789 криптонов. За 3 месяца нужно отдать.

– Вот жопа, – девушка сочувственно покачала головой. – С такой работой, можешь даже и не мечтать погасить. Расклад я тебе дала. А тут у вас некоторые вещи стоят дороже, чем у нас. Может тебе и вправду лучше к нам.

Мы немного помолчали. Каждый о своём. Я закреплял в уме расклады окружающей финансовой реальности. О чём молчала Ирма, не знаю.

– Ох да, извини. Занесло, – придя в себя, улыбнулась Ирма. – Ты тут и правда, ни при чём. Просто будь готов к насмешкам и прочему. Будешь обижаться, злиться, в драку лезть, набьёшь кому морду – выговор. А с ними или штраф, или куча бесплатной работы на благо Ковчега. Легче точно не станет.

– Ну, значит придётся потерпеть, – согласился я. – Неприятно конечно, ну а чего мне делать? Я жрать хочу. Для другой работы я пока не гожусь, после больнички слабый слишком. Эту-то, еле-еле. Да ты сама видела. Думаю, пару недель, а может месяц буду ещё мыть, убирать и чего там ещё… Не знаю.

– Ну да, поняла, – девушка поморщила свой лобик. – Тогда нужно как-то с тобой договориться, чтобы ты и нам не мешал, ну и работал. Согласен, чтобы мы договорились по-хорошему?

– А есть ещё по-плохому? – усмехнулся я. – Бить будете?

– Боюсь, мы бы об тебя убились. Нет, у нас есть более гуманный способ. Мы просто дадим временно сюда доступ другим. И выше 4, тут оплата подниматься не будет. Ну, кроме туалетов от гадючников. Там изначально с 6 начинается. Нам конечно придётся поднапрячься, но что не сделаешь, чтобы выиграть войну, правда? А теперь представь, как тебе будет житься этот месяц?

– Вот чёрт! – я немного выпал в осадок от этого. – Я восхищён. Правда. И не думал, что всё так просто. Реально, прям шах и мат. Пожалуй и правда, стоит договориться.

– Вообще это по идее наш лидер решать должен. Но он мне доверяет, думаю, одобрит.

– Да и что за предложение? – заинтересовался я.

– Мы тебе отдадим туалеты. Не все! Только от гадючников. Можешь там сам думать, как и когда тебе их мыть, сколько копить. Тебе хватит, их довольно много. Не будешь успевать, пиши мне – поможем. Всего тут на этаже 7 жилых зон. Они состоят из разных секторов, эти жилые зоны. Есть бесплатные – все их зовут гадючники. Влезает до 30 человек. В каждой жилой зоне их по 3. Вымыть 2 туалета в день, сложно, но реально. 3 в день – не слышала о таком. Это, наверное, будет подвигом. Штраф на выходные – 50 % от награды в криптонах. Так что думай, надо ли работать в эти дни. Исходя из всего, периодически ты будешь не успевать. Тогда будем подключаться мы.

– А зачем вам подключаться? Ну не успею, вымою там позже.

– А затем, что если контракт не закрывается дольше 4 дней, после начисления максимальной награды, мы получаем минусы от Системы. Много минусов, с нами расторгнут постоянный контракт. Сечёшь, как для нас это важно? Вот. Поэтому.

Я немного подумал, над предложением. Выглядит вроде не так плохо. Значит где-то должен быть подвох.

– А почему именно туалеты мне отдаёте?

– Да потому, что никто не любит мыть туалеты. Уж тем более в гадючниках. Брр… У нас это обычно делают косячники всякие. Или новички. Я например – ни разу не мыла. Ты видел их?

– Нет.

– Увидишь, поймёшь о чём я. Так что? Договор? Туалеты по 16 или война, и работаем все вместе за 4?

Ирма широко улыбнулась и протянула мне руку для пожатия. Я пожал не особо раздумывая.

– Хрен с ним. Пусть будут туалеты!

– Ну и хорошо. Я передам всё своим, – девушка взглянула на небольшие настенные часы. – Так. Семь тридцать. Мне пора. Учти, на другие этажи без зелёного пропуска лучше не суйся. Даже если просочишься как-то, будут проблемы. И до 8 вечера в любом случае покидай этаж. До 8 вечера все граждане на этаже должны быть только свои. Ну или если ты у кого-то ночуешь, с разрешения понятно. Да и то, это лучше делать, не привлекая внимания. Это тоже не особо одобряется.

– Почему?

– А хрен знает. Такие правила. Ну, пока, Оскар.

– Пока, Ирма.

Когда Ирма ушла, я открыл свой профиль в Системе и вдумчиво его поизучал, протыкав всё что можно, в поисках архивов, какой-нибудь истории действий, платежей, контрактов. Но всё что я видел в этих записях – только краткая история своих последних дней. Вот прошёл счёт на оплату услуг больницы. Вот мой заключённый контракт на мытьё коридора и вот в платежах оплата Системы – в 6 криптонов. Всё. Сука, как так-то? Почему так? Я что, не жил до этого? Связано или это с моей амнезией? Надо будет непременно разобраться, что к чему.

А ещё надо успеть пожрать, часть заработанного я должен потратить на еду и питьё. Свой бесплатный брикет я заглотил в обед, запив бесплатной же водичкой. Так, где тут у нас… Ага. Через Систему я вызвал карту этажа. Тут было отмечено моё местоположение, от которого я оттолкнулся, подыскивая столовую и место для ночлега.

Как сообщила мне ещё Санса, жильё было разных классов. От бесплатных гадючников, до ВИП комнат на 1 персону. Самых дорогих – где жили обеспеченные граждане, как правило лидеры всяких сообществ, или профи среди рейтхантов. Но, мне это всё без надобности. Бесплатное – наше всё. Так, где тут ближайший гадючник? Вот он. И столовая общая… Ага. Рядом с ним. Хорошо. Я пошёл.

Добравшись до столовой, я пристроился в конец небольшой очереди из людей. Механики обоих полов, дети. Люди обсуждают прошедший день, обмениваются репликами. Очередь двигается, команда столовой мечется в быстром темпе, подавая клиентам желаемое. В меню тут тот же ассортимент, что и в той столовой, где я был утром. Если не считать пищевые брикеты, в основном – грибные блюда.

Я сглатываю слюну, по мере движения. Запахи стоят просто умопомрачительные. Хочется всего. И вон те хлебцы. Тут мой взгляд падает на… тарелку с чем-то. Кажется, от неё идёт самый вкусный запах. Упругие на вид кусочки в коричневом соусе.

– Эй, – я машу рукой молодому поварёнку в белом колпаке. – А что это?

– Жаркое из морской свинки, – отвечает тот, окинув меня сомневающимся взглядом, уточняет: – Цена 8 криптонов.

– Понял… Вот жеж сука.

Слишком дорого! Это половина от моих 16 криптонов. Половина, Карл! А ещё нужно это чем-то запить, и хоть 1 хлебец. Нет, не могу. Хочу, как, наверное, мало что хотел, но не могу. А что я могу? Почему так сука, всё дорого?

Хлебец, представляющий собой дохлую булочку, бутыль очищенной воды, тарелка грибного супа и пищевой брикет. Причём стандартный! Обходятся мне в 7 криптонов. На 1 криптон больше, чем я заработал за день. И уходит всё на то, чтобы я просто поужинал.

Сграбастав поднос, я отправился в угол столовой залы. Пустых столов тут не оказалось, пришлось сесть за уже занятый, где сидела группка из трёх механиков. Устроившись на противоположном от них краю стола, я налетел на свою еду. Суп был выше всяких похвал. Под него даже брикет показался очень вкусной штукой.

Механики не особо обращали на меня внимания. Один из них рассказывал про нюансы ремонта какой-то затворки, которой он занимался днём. Другие вставляли комментарии, мол так было правильно, но можно было и эдак, а если бы ещё прихватить. В общем – видимо один из миллионов стандартных вечерних разговоров, которые наслушались местные лампы вдоволь.

Я снова не заметил, как исчез мой ужин. И снова это чувство не насыщения. Да, я вроде поел, но ослабший организм требовал большего. Непроизвольно я метнул быстрый взгляд на еду механиков. Ели те не спеша, у всех троих – то самое жаркое. А у одного ещё и большой пищевой брикет, который он явно не собирался есть.

Поймав мой взгляд, плотный механик усмехнулся.

– Что, плохие времена братишка? Держи.

Он толкнул брикет рукой и по столу тот прошуршал ко мне.

– Спасибо! – на автомате ответил я. Мир не без добрых людей, оказывается.

Механик кивнул и потерял ко мне всяческий интерес, беседа за столом продолжилась. Я же, не теряя времени, с удовольствием проглотил и это угощение. Наконец ощутил нечто похожее на сытость. Да уж, теперь я более отчётливо понимал всё, что сказал мне Ирма. Жизнь уборщиков и вправду не сахар. Выпив с остатками воды лекарство и витамины, я убрал за собой поднос и отправился к заранее примеченному на карте гадючнику.

Прежде чем занять место, надо было пройти регистрацию у входа. Надавив на панель у входа, получил запрос от Системы на регистрацию нового места жительства. Официально это место называется «Общая жила комната № 9». Спальных мест 21/24. Пойдёт.

Желаете арендовать кровать?

Да

Выберете расположение.

Передо мной оказалась прямоугольная схема с 6 квадратиками, видимо означающими комнатки по обе стороны от центра. 3 квадратика слева, 3 квадратика справа. Это видать комнатки, ага. Ну правильно, если в каждой по 4 человека, то выходит 24 места. Все заняты, кроме последнего справа. В последнем – свободны аж 3 места. Так, тычем туда. Ага, теперь выбираем кровать. Ну что же, вполне удобно.

Я ещё несколько раз протыкал в дисплей, отвечая на вопросы Системы. Причём узнал, что у меня почему-то статус: Временный гражданин этажа. Почему? Да в принципе, похрен. Давай дальше. Желаю ли я платные дополнительные услуги? Не, даже знать о них ничего не хочу. С голоду бы тут ноги не протянуть.

В конце Система сообщила, что мне временно принадлежит кровать 9 в общем жилом помещении. Я ознакомился с инструкцией – просьбой соблюдать чистоту в местах личного пользования, в общественных зонах. Не оставлять личные вещи вне личного шкафчика, стирать постельное бельё не реже 1 раза в неделю. Далее вылезла простыня графика – в 7:00 общий подъём, в 22:00 общий отбой. В указанное время не шуметь, не включать световые приборы и ещё куча «не». Передвигаться только на цыпочках, а лучше – летать. За любые нарушения, штраф. Сука, тюрьма какая-то, а не жильё.

Подтвердив, что со всем ознакомлен, согласен и принимаю, я получил ключ-карту, которой мог открыть дверь без лишних геморроев, она же – ключ-карта от моего «личного шкафчика». Желаю ли я войти? Желаю. Дверь скользнула в сторону, и я вошёл в довольно большое помещение.

Жилая комната – прямоугольное помещение, где входная дверь находится с одной из узких сторон прямоугольника. На противоположной стороне – ещё одна дверь, над которой краской выведено «ТУАЛЕТ». А «комнатками» оказались вовсе не комнатки, а отгороженные друг от друга резино-картоном боксы. И то, символически по бокам. Почему-то со стороны входа помещение было не закрыто совсем никак. У входной двери большой мусорный бак и маленький умывальник.

В помещении стоял не сильно громкий, но всё же ощутимый гул голосов. Мужских и женских вперемешку. А, ну теперь отчасти понятно, почему последний бокс свободен, а остальные под завязку. Видать никто не хочет спать у туалета? Может и мне стоило поискать… Хотя стоп! Туалеты теперь мои лучшие друзья, правильно? Да, поэтому пусть будет, как будет.

Я двинулся по коридору, попутно отметив на себе несколько взглядов из боксов. Мужчины, женщины, все вперемешку. Завернув в «свой» бокс, на левой дальней кровати, что стоит у стены, а не её имитации – увидел старика. Тот лежал на паре подушек, подсунув их под голову и читая какую-то бумажную книгу. Над кроватями были номерки – поэтому найти свою, труда не составило. Простая кровать из металла и алюминия. Сверху – видавший виды матрас и стопка чёрного постельного белья. Под бельём сложенное в прямоугольник, потрёпанное одеяло средней толщины.

– Здравствуйте, – поздоровался я. Мне показалось это правильным, на какое-то, пусть не долгое время мы станем соседями с этим стариком. Тот зыркнул на меня из-под очков подслеповатыми глазами и пробурчал что-то неразборчивое. Не то ругнулся, не то поздоровался. Не поймёшь.

Впрочем, мне плевать. Всё что мне сейчас надо – это лечь. И спать. К чёрту душ, к чёрту всё. Но перед этим ещё надо застелить кровать как-то. Так, что тут у нас? Ага. В эту хрень видимо подушку, а это? Это вроде простыня. Так, как её тут?

Как-то долго я провозился с заправкой своей постели. Моторика всё ещё так себе, руки слушаются, но не так хорошо, как хотелось бы. Хотя, в целом состояние уже лучше. Утром я еду-то с трудом держал, с заправкой постели вряд ли бы справился. А сейчас – ничего. Скинув дурацкую футболку, я хотел было уж снять штаны, но вовремя опомнился. Трусов-то мне Санса не дала. Да и хрен с ним, поспим в штанах. Не найдя куда что повесить, я заглянул под кровать и увидел металлический ящик на электронном замке. Это видать и есть «личный шкафчик»? Дерьмо.

Приложив ключ-карту открыл. Ящик пуст, если не считать чьего-то старого забытого носка. Хотел было выкинуть его на пол, но вспомнил про правило «не мусорить». Системные камеры здесь стояли так, что невысокие перегородки не особо мешали обзору. Да и чёрт с ним, пусть лежит.

Я закинул в ящик футболку, пакет с лекарствами и витаминами, обувь поставил рядом с кроватью, навесив сверху носки. Их бы по-хорошему постирать. Да и футболку… А в чём ходить, пока стирать эти вещи? Голым. Бля… Ну и житуха, однако. Надо бы как-то это всё обдумать, как мне тут выкручиваться. Какой-то минимальный набор вещей мне необходим. А карту куда совать? Не в ящик же. Как его потом открыть? Ну, засуну в карман штанов. А другие как? В трусах с карманами спят?

С этими мыслями я улёгся, накинул на себя одеяло. И не успела ещё толком голова коснуться подушки, как я моментально уснул.

Глава 5.

Проснулся я от двух вещей. Во-первых, желудок стянуло в чёрную дыру от всепоглощающего чувства голода. Во-вторых, по ушам бил жуткий храп. Несколько секунд я прихожу в себя, не особо понимая, где я вообще? Как могу оглядываюсь, окружающее видно плохо, но всё же видно. Тусклое ночное желтоватое освещение худо-бедно подсвечивает окружающие меня контуры. Понятно. Я в гадючнике, а храпит вчерашний дедок. Теперь уже предельно понятно, почему он тут один. Не храп, а рычание крупного хищника прям. Гул Земли перед землетрясением.

Общего подъёма ещё видимо не было – свет не включён. Но я выспался, значит, сейчас раннее утро. Чувствую себя уже лучше, чем вчера вечером. Пора подниматься, может успею чего до завтрака сделать. Да и вообще – надо зайти в туалет. И нужды справить и осмотреться. Открываю короб, одеваюсь и обуваюсь. Нюхаю носки перед тем как их надеть – запашок кислятины. Сука, как-то надо налаживать свой быт ещё. Дерьмо.

По-тихому пробираюсь в туалет, свет включается автоматически. Первое что отмечаю – довольно грязно. Помещение не особо большое. Примерно 7 на 15 метров. В ряд 8 узких кабинок для справления нужд, напротив них – 8 умывальников. Оглядываю умывальники. Выглядят не очень. В потеках, некоторые замараны. Вижу чьи-то присохшие сопли и следы мыла. Фу мле… Так, а что у нас по туалетам?

Поочерёдно открываю кабинку за кабинкой. Тоже грязь, некоторые унитазы засраны – в одной кабинке присохшее дерьмо даже на стене. Сука, вы серьёзно? Как можно было насрать на стену? Вчерашняя договорённость с Ирмой с этого ракурса мне видится уже не особо удачной. Но с виду, фронт работ вроде не особо большой. Довольно противный, но не большой. Ну что же, посмотрим, посмотрим. Выбираю туалет почище, делаю свои дела. После чего умываюсь технической водой и кем-то оставленном микро обмылком. Получается, даже мыло сюда нужно своё покупать. «НЕ ПИТЬ» гласит табличка под большим зеркалом. Тоже уделанном, к слову.

Мельком бросаю взгляд на своё отражение. Вижу местами небритость, под носом выросли какие-то жидкие полу усы, снизу пробилась клочками щетинка бороды. Выглядит отвратно, сбрить бы? Блин, а чем? Ладно, посмотрим.

На цыпочках выскальзываю из жилого модуля, попутно отметив время: 6:12. Ну что же, до завтрака надо разобраться с личными делами, чтобы потом приступить к работе. Но в первую очередь – пожрать.

Столовая расположена удобно по отношению к «моей» жилой комнате. Меньше 100 метров, 2 поворота по коридорам. Пока в убежище тихо – людей практически нет. Освещение в коридорах тоже тусклое. Пока шёл к столовой, увидел лишь безопасника, который видимо ходит в патруле.

Напротив столовой отнорок, в котором по местной традиции, всё нужное работяге. Общая панель для выхода в систему и закупочный терминал. Тоже по своей сути панель, рядом с шахтой лифта Системы. Только тут ещё кое-что. Какой-то большой металлический короб? Нет, не короб. Когда я приблизился, то понял – это нечто вроде прилавка. В нём – куча всевозможной мелочовки, видимо самое ходовое, что пользуется спросом. Ага! То, что мне надо. «Закупочный накопитель» гласила табличка сверху. «Всё нужное быстро и без ожидания!»

Вхожу в систему закупочного терминала, ищу нужные вещи. Много фильтров и тэгов для быстрой навигации. Заинтересованно тычу в «оружие», буквально на инстинктах. Но окно моргает красным «Доступно с 50 единиц личного рейтинга». Ага. Ясно, понятно. Учтём. А «защитная экипировка»? Красненькое. Тоже с 50 единиц. Тэкс… А! Вот она. «Ассортимент в накопителе».

Всё нужное мне находится в списке. В первую очередь в заказ вбиваю выдачу мне моих бесплатных брикетов и воды. Идём дальше. Интересно, на что же хватит моих 9 криптонов? Носки. 3 пары за 1 криптон. Беру! Так, мыло и паста с щёткой в комплекте. Тоже по 1 криптону. Тоже беру, куда деваться? Трусы. Целый 1 криптон за трусы! Надо 2 штуки хотя бы. Но возьму хоть одни пока. Сколько набежало там? 4 криптона. Бритва разовая, 3 штуки – 1 криптон. Нее! Обойдёмся. Чего? Гель для бритья – 4 криптона?! Да пошли вы нахуй! Нет. Что ещё нужно? Во. Полотенце. Для лица – 1 криптон. Банное – 3 криптона. Нет уж, для лица нам хватит. Итого – 5 криптонов. Так, а в чём нести это всё? В карманы распихать? Или есть варианты? В накопителе – их нашлось 2. Рюкзак (эконом) за целых 5 криптонов. И пластиковый пакет – 1 криптон. Скрипя зубами, я всё же решился и добавил ещё и пакет.

Теперь точно всё! Целых 6 криптонов, из имеющихся 9. Остаток – 3. Для расширения экономического кругозора я ещё покрутил список и наконец нажал на кнопку одобрения заказа. Накопитель тихо зажужжал внутренними механизмами и вытолкнул в окно выдачи всё по списку, включая мой бесплатный дневной паёк.

Пакет вполне приличный – довольно большой, из плотного пластика. Сложив всё в пакет, я прошёл в столовую, где уселся за первый от входа стол и принялся за еду. Проглотил один пищевой брикет. Надо экономить! Второй оставлю на обед. Несколько секунд я смотрел на второй брикет, а потом съел и его. В жопу эту экономию. Было бы что тут экономить.

Немного посидел, попивая воду из бутыли. Свет в столовой приглушен, видимо тоже включается в 7 утра. Хорошо освещена лишь зона за столовой раздачей, где уже суетятся рабочие кухни, готовясь к завтраку. Столовая почти пустая. Несколько ранних пташек сидит группкой за столом ближе к раздаче. Судя по обвесу из инструментов и забитым оборудованием грузовым рамам, сегодня будут покорять нешуточные рабочие высоты.

Допив воду, я снова прошёл в нишу коридора, вошёл Систему и поискал ближайший душ и прачечную. Простенький вариант – совмещённый. Отсюда также не далеко, около 100 метров по коридорам. Отлично.

Душевой оказалась довольно большая зала, насколько я понял – она общая для всех гадючников в этом жилом секторе. С одной стороны, вдоль стен цилиндрические душевые кабины, количеством около 20. На кабинах матовое стекло, полупрозрачное. Не особо то скрывает моющегося. Скорее немного размывает. Вон я вижу – моется девушка. Впечатляющая грудь, с мужиком точно не перепутаешь. Больше – пока никого. Из каждой кабинки торчит 2 металлических штыря типа вешалки.

С другой стороны – стиральные комплексы. Внушительного вида металлические короба, с дисплеем. Как это всё работает, я без понятия, но разберёмся. Машины более компактны, нежели души. Вдоль стены от них до самого входа тянется узкая скамья без спинки, видимо для тех, кто ждёт, пока постираются вещи. Так, а что там в конце? Какая-то дверка, рядом ещё одна. Ага, вон надпись – «сауна». Вторая – «солярий». Блин, наверное, хотелось бы! Я ткнул в дисплей.

Сауна. Стоимость сеанса – 3 криптона (время подготовки, 10 минут). Желаете?

НЕТ! Обдираловка. Ну-ка, а солярий?

Солярная камера. Стоимость сеанса – 10 криптонов. Желаете?

НЕТ! Я отшёл к стиральным аппаратам, ткнул в дисплей одного из них.

Стоимость стирки – 1 криптон (каждые 3 кг). Сушка – 1 криптон. Глажка – 1 криптон.

Доступен 1 бесплатный недельный цикл стирки (до 3 кг). Желаете использовать?

Да

Немного подумав, я, скрипя зубами, добавил ещё сушку за 1 криптон. Не в трусах же мне идти. И не в мокрой одежде – никакой сменки у меня нет. После подтверждения стенка прибора открылась, выкатился приёмный лоток. Я быстро скинул туда всю одежду, ткнул в дисплее подтверждение загрузки.

В этот момент открылась дверь душа и вышла девушка. Голая. И мокрая. Очень эффектная фигура, я аж немного обомлел. Девушка смерила меня колючим взглядом и тут же завернулась в полотенце.

– Ни в какое время, от вас извращенцев спасу нет.

– Да чё сразу извращенец-то! – огрызнулся я. Затем бросив взгляд через плечо, не смог не вставить. – Глаза у тебя просто красивые очень.

Девушка кисло усмехается и машет рукой. Вали мол. Да окей, окей. Не до девушек мне сейчас, пожалуй. Тычу дисплей душа. Тоже сообщает о бесплатном доступном сеансе, который даётся раз в неделю. Тут невиданной аттракцион щедрости: Есть 2 вида душа. Холодный – 1 криптон и тёплый – 2 криптона. Бесплатно можно выбрать любой. Сеанс – 3 минуты.

Вытаскиваю из пакета мыло, трусы, полотенце. Трусы и пакет на железную хреновину, мыло с собой и в душ. Выбираю тёплый. Если бы надо было платить – мылся бы, пожалуй, в холодном. После того, как закрывается дверь в душевую, идёт вода. Быстро натираюсь мылом, смываю и оставшееся время тащусь от тёплых упругих струй. Кайф!

Когда выбираюсь из душа, девушка уже одета и сушит волосы феном на скамеечке. Отираюсь своим маленьким полотенцем, натягиваю трусы. Иду к стиральной машине, та показывает ещё 17 минут до окончания цикла.

Сажусь на скамеечку недалеко от девушки, но та демонстративно отворачивается. Мол, даже не пытайся. Ладно. Потихоньку в душевую заходят другие люди. Вот зашла пара мужиков в банных халатах и шлёпанцах, с пакетами в руках. Тоже разделись до гола и полезли в душ, сжимая в руках мыло и мочалку. Щуплый тут народец, конечно. И чего эта на меня наехала? Все лезут голыми. Я уж думал, учудил тут чего по незнанию.

Вот пришли 3 подружки, или сестры, чёрт их знает. Две постарше, одна вообще подросток. Спокойно разделись и ничуть не стесняясь залезли в души. Чёрт! Я прикрыл пах пакетом. Не знаю, как местные жители, что-то на меня это место влияет совсем не нейтрально. А взгляд то и дело скользит к кабинкам, с размытыми и привлекательными формами за стеклом.

Стараясь смотреть больше в пол, чем по сторонам, я наконец дождался конца стирки и сушки. Одевшись в сухую, но мятую одежду, поспешил покинуть душевую/прачечную. Слишком тяжелое испытание для моей молодой психики видеть там всех этих голых женщин и девушек.

Ближе к 8 утра я на всякий случай встал у широкого дисплея, заняв одно из окошек. 8 часов, это с очень высокой вероятностью час-пик, глупо потом стоять в конце очереди. Как оказалось, не прогадал. Народ начал стягиваться к дисплеям примерно в 7:45. К 8 уже распределились небольшие очереди.

Какие-то наглые типы попытались меня уговорить уступить место «уважаемым людям», но я просто не реагировал. Пошли нахрен. А на чей-то толчок мне в спину, не глядя пихнул назад локтём, даже не повернувшись. Судя по звуку, там кто-то в кого-то врезался, началась перепалка. В этот момент из бокового коридора вышел безопасник и под его взглядом всё утихло.

8 утра. Я вошёл в Систему, протыкал в нужном порядке, вызвал список работ, отфильтровал туалеты и нашёл нужный мне.

Уборка общих туалетов в общей комнате 9 – 12 криптонов. Случайная премия.

Так, принять, теперь подсказки и дополнительная информация. Внимательно и вдумчиво всё читаем. Взять в такой-то кладовке по списку: Швабра, ведро, средство для чистки пола, унитазов, зеркала, губка, щётка, скребок резиновый, пластиковый, дезинфектор, хрена тут позиций! Теперь читаем инструкцию… Ой ё! Да тут простыня на километр!

Как я понял из «Простыни», вся сложность мытья туалетов заключалась в довольно муторном механизме. Нужно было выполнить разные работы в определённом порядке, чтобы Система засчитала контракт. Сначала выдраить стены, затем умывальники и унитазы, затем зеркала, поставить в дезинфицирующий раствор ёршики, затем вымыть пол. А потом всё это ещё и пройтись на один раз тряпкой, пропитанной дезинфицирующим раствором (жидкостью не из-под ёршиков! – как уточнила Система). И в конце промыть сосуды для подмывания специальным средством.

Всё это звучало, или точнее читалось – как-то уж очень времяпожирающе. Надеюсь на практике всё будет быстрее и проще, чем в описании. Усложнялось чтение тем, что сзади кто-то постоянно недовольно бубнил, что я там долго вожусь и торопил. Но в итоге, я вроде запомнил весь алгоритм, список и ещё раз просмотрев на карте, где там ближайшая кладовая, вышел из Системы.

– Чего, в говночисты записался, сопляк? – хохотнул механик сзади меня, с противной подёргивающей нервной мордой. И тут же уже намного громче, прокричал привлекая внимание. – Господа механики! У нас на этаже затесался говночист!

Я чудом сдержался. Ударная доза адреналина кажется даже все последствия комы загнала куда-то на задний план. Тело налилось энергией, непроизвольно сжался кулак, а прицел уже отметил переносицу мужичка. Сдержался я, только чудом. В последний момент придушив свой порыв. Безопасник придвинулся ближе, явно недовольный происходящим.

– Не ори Купер! – вмешался безопасник, поглядывая на меня. – 5 криптонов за публичное оскорбление ты уже получил. Безопасник потыкал что-то на своём электронном наруче, видимо оформив штраф.

Очередь загудела. Реагировал люди по-разному. Одни косились с неудовольствием, явно не поддерживая выходку этого Купера. Другие склабились довольно, шепоток «говночист, говночист» покатился по толпе гул приглушённых голосов. Сжав зубы, я не слишком вежливо протиснулся сквозь толпу, едва не опрокинув Купера, который стоял первым. Чем вызвал ещё один выплеск гудежа за спиной и напряжённо двинулся к кладовой.

Да уж, когда Ирма говорила о унижениях в теории, переносить их было куда как легче. Не звездануть бы кому ненароком в подобной ситуации! Санса говорила, что за драки и битьё от Системы могут прилететь не хилые штрафы. При неудачном раскладе можно и предупреждение получить. В моём положении это просто каюк. Видимо, придётся учиться не только хорошо драить туалеты, но ещё и хорошо владеть своими эмоциями. И не поддаваться порывам. Какими бы уместными они не казались.

В кладовой я нагрузил на тележку всё по списку, на что ушло прилично времени. Пока увидел, пока разобрался в средствах для чистки. Пока нашёл нужные мне для контракта. Инвентарь тут оказался весь какой-то убогий. Швабры всего две. Одна удобная и даже немного технологичная, тут есть отжим через механизм в ручке, но она сломана. А другая вообще деревянная хреновина, без всяких креплений и прочего. С виду ещё и тяжёлая. На неё только наматывать тряпку похоже. Откуда она тут вообще взялась, такая убогая? Ладно, в конце концов не коридоры мыть. Сойдёт.

Не привлекая особого внимания, я добрался до «своей» общей комнаты. Интересно, а как я буду попадать в другие? В эту-то я вхожу как жилец. В «коридоре» между боксами я замедлился, оглядываясь. Вчера я толком и понял, что за соседи у меня тут. А сегодня почти никого нет. Вот в среднем модуле слева на меня смотрит женщина, держащая на руках маленького ребёнка. Взгляд почему-то осуждающий. Ага, кормит грудью. Может поэтому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.