Эбботт Милдред
Корги-детектив: хитрые мордашки

Аластеру Тайлеру

Cozy Corgi Mysteries

MILDRED ABBOTT

Copyright (c) 2018 by Mildred Abbott

© Пехова А.С., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2022

Один

Я проснулась от того, что мою кровать начало раскачивать. Посмотрев на потолок, стало понятно, что он не трясется и не рушится.

Не землетрясение. Ну конечно, в Колорадо не бывает землетрясений. Так же как и в Миссури, откуда я переехала восемь месяцев назад. Так что я даже не знаю, что натолкнуло меня на мысль о землетрясении.

Кровать снова затряслась, но звона посуды и гула стен не было слышно. Я огляделась и увидела два рыжих острых ушка, выглядывающих из-под края матраса, после чего показался влажный черный носик. Ну ладно, в какой-то степени это можно было бы назвать землетрясением.

Ватсон тявкнул, запрыгнул передними лапками на край матраса и фыркнул. Я закатила глаза и обратилась к нему:

– Ты издаешь очень неджентльменские звуки.

В ответ я снова услышала сдавленный фырк.

Немного погладив его по мордочке, я бросила взгляд на будильник и уставилась на Ватсона:

– Серьезно? В пять утра?

Он наклонил голову, как бы раздумывая, справедливо ли я рассердилась на него. Судя по всему, он посчитал это несправедливым, так как снова фыркнул и стукнул передними лапками по кровати.

Я не смогла сдержать смеха и принялась гладить его.

– Знаешь, если бы ты был даже на пару сантиметров повыше, подобные махинации у тебя бы не вышли. Но просыпаться из-за этих острых ушек и очаровательного песьего носика – не так уж плохо. Во всяком случае точно лучше, чем от землетрясения.

Ватсон лизнул кончик моего носа, спрыгнул на своих коротеньких лапках корги на деревянный пол и поскакал к выходу из спальни. Уже перед выходом он обернулся на меня и требовательно взглянул через плечо.

– Как думаешь, может, мне научить тебя готовить завтрак? – Я снова посмотрела на будильник, задумавшись.

Я могла бы проигнорировать его, закрыть уши подушками и выбраться из мира сна только с сигналом будильника. Но… он только что поцеловал меня в нос, что совсем не похоже на моего маленького песика. Я решила отблагодарить его за этот жест, даже если он просто манипулировал мной таким способом. К тому же… чем быстрее я встану с постели, тем быстрее выпью свой утренний кофе.

Спустя несколько минут нектар богов был почти готов, постепенно наполняя маленькую кухню моего домика уютным ароматом. Я жарила яичницу на мятно-зеленой плите, которая служила еще в шестидесятые годы. Отблески первых лучиков солнца уже струились сквозь лимонно-желтые и лаймово-зеленые занавески с узором из розовых фламинго, которые достались мне в подарок от мамы и моего хиппи-отчима. Ватсон тем временем уселся у меня в ногах и в ожидании смотрел на меня. Если и есть идеальное место, чтобы просыпаться до восхода солнца, то это мой дом.

Закончив с готовкой, я разложила еду для нас с Ватсоном по тарелкам, затем снова взглянула на часы и улыбнулась моей собачке.

– Сегодня позавтракаем на крыльце.

Ватсон поплелся за мной, раздраженно фыркая, пока я брала плед и книгу. Затем присела на скамейку-корягу во дворе дома, поставив снизу тарелку Ватсона. Несмотря на июль, утром все еще было прохладно. Нас окружал сосновый и осиновый лес, из-за которого выглядывали вершины Скалистых Гор. Укутавшись в плед, я положила открытую книгу на колени и принялась завтракать.

Совсем не плохой день, чтобы рано проснуться.

– Месть – это блюдо, которое подают холодным. Я давно предупреждала тебя, – я посмотрела по обе стороны Элкхорн Авеню, и мы с Ватсоном стали переходить дорогу, обходя автомобильные бамперы. Когда мы оказались на противоположной стороне дороги, я снова обратилась к своему корги: – Что ж, мистер, сейчас холодно, и время настало.

Один из многочисленных туристов, заполонивших улицы Эстес-Парка, уставился на меня, широко раскрыв глаза и выглянув из-за своего рожка с мороженым, после чего сразу отвернулся. Другой турист, очевидно, не испугавшись того, что я разговаривала с собственной собакой, наклонился и ласково погладил Ватсона.

Ватсон сначала вздрогнул и фыркнул, а затем попятился к моей коричнево-гороховой юбке макси, спрятавшись за ней.

Мужчина выпрямился. Вид у него был оскорбленным.

Я, как бы извиняясь, пожала плечами:

– Простите. Ватсон довольно привередлив в выборе людей, которые собираются его погладить.

Выражение лица мужчины стало еще более оскорбленным. Он отошел от нас на внушительное расстояние и затем скрылся в толпе.

Возможно, мои слова прозвучали грубо, но зато это было правдой. Ватсон в свои лучшие дни был весьма выборочен, а теперь, когда туристический сезон был в самом разгаре, он стал ворчливее обычного.

Ватсон выглянул из-под моей юбки, чтобы убедиться, что горизонт чист, после чего выполз наружу, оставляя за собой клочья шерсти. Пробираясь через ноги туристов, он пытался довести меня до «Хижины и Очага», местного магазина высококлассной мебели.

– Ну уж нет, никаких собачьих косточек, – я показала на дверь магазина, когда Ватсон оглянулся на меня. – Месть, помнишь? Пришло время расплаты.

Показав мне, что он не собирается спорить, Ватсон с легкостью последовал за мной. Мы почти дошли до зоомагазина, а затем Ватсон вдруг уперся, показывая, какими сильными могут быть его маленькие ножки. Он потянул меня в направлении мебельного магазина.

– Ватсон!

Я не была готова к такому неожиданному повороту, и он выиграл пару шагов, пока я не могла справиться с ним.

Он слегка опустил ушки. Не настолько, чтобы я полностью раскаялась в своих действиях, но достаточно, чтобы включился режим повышенного умиления.

– Не-а. Не сработает. Тебе не отвертеться, – я щелкнула пальцами и жестом показала ему подойти ко мне.

Он задумался.

Ватсон был моим питомцем. Я была его хозяином. Наши роли распределялись именно таким образом.

Однако природное упрямство не позволяло Ватсону принять этот факт. Честно говоря, мне тоже.

К моему удивлению, он поднял нос кверху, фыркнул и, собрав все свое достоинство, поплелся к моим ногам.

– Хороший мальчик. – Я постаралась не выдать своего изумления – лучше пусть он думает, что у него нет выбора, хотя мы оба понимаем, что это совсем не так. – Если ты будешь сопротивляться, все просто надолго затянется.

В меня чуть не врезался какой-то турист, пробубнил извинение и пошел дальше.

Переехав в Эстес-Парк, я все ждала расцвета туристического сезона. Но теперь, хоть я и наслаждалась мягким летним климатом горного города в Колорадо, я поняла, что мы с Ватсоном в чем-то были похожи: я была такой же ворчливой, как и он, хоть раньше не признавала этого. Когда я повернулась к двери зоомагазина «Лапки», меня привлекло движение за витриной, и я решила подойти поближе, чтобы разглядеть.

Сначала я увидела парочку, которая обнималась посреди торгового зала. Их было не очень хорошо видно. Приподнявшись, женщина положила руки на плечи мужчине, а ее длинные светлые волосы водопадом струились вниз.

Может быть, Ватсон все-таки не начнет ворчать. Не хотелось бы мешать этой парочке своим присутствием.

Только я решила пойти прочь, как в этот момент мужчина поднял голову и посмотрел на меня. Я вздрогнула от неожиданности. Это был Поли Мерц, владелец зоомагазина. Казалось, его ничуть не смутило, что его застукали. Он дружелюбно улыбнулся, поднял руку с талии женщины и жестом показал мне войти.

Я стояла в нерешительности, затем кивнула и посмотрела на Ватсона:

– У тебя что, есть какие-то магические силы? Ты уже мне мстишь.

Очевидно, Ватсон не потрудился задуматься над моими словами, но пошел за мной к двери, на этот раз не сопротивляясь.

Я сделала глубокий вдох, прежде чем войти внутрь. Последний месяц я активно пыталась подружиться с Поли. Он даже время от времени тусовался с Кэти, Лео и мной. Иногда он чувствовал себя не в своей тарелке, временами вел себя неловко, и я решила начать заботиться о его чувствах. Тем не менее в моем сознании он всегда был кем-то платоническим. Я не могла даже представить себе, что смогу увидеть его в компании девушки. Все равно что застать бабушку с дедушкой в компрометирующей позе. Просто, фу, и… нет.

Когда мы с Ватсоном зашли в магазин, все эти мысли испарились от какофонии скрежетания, лая и рыка. Беспорядки начались, как и всегда, из-за птиц где-то в глубине магазина. Две собаки Поли, Флотсам и Джетсам, выскочили из-за полок с товарами и, обгоняя друг друга, ринулись к Ватсону.

И снова Ватсон спрятался у меня под юбкой. Не впервой я оказалась в центре корги-игрищ.

Наклонившись, я взялась за красный ошейник – Джетсама, если я правильно помнила. Я оттянула его от Ватсона, а он извивался и корчился, успевая при этом облизывать мою руку.

Это того не стоило. Это совершенно точно того не стоило. Это было скорее местью мне, чем Ватсону.

– Фред! Ватсон! – Поли отошел от девушки и заключил меня своими тощими руками в дружеские объятия. – Очень рад тебе, какой приятный сюрприз!

Я попыталась обнять его в ответ, держа в руках цветной ошейник, но Джетсам все-таки вырвался и забрался ко мне под юбку.

– Поли, – выдохнула я. – Мне не помешает твоя помощь.

– Ой, конечно, – он отпустил меня, хлопнул в ладоши и радостно закричал, как будто у нас в ногах не было никакой перепалки. – Мальчики! Вкусняшка! – и тут же помчался к прилавку.

Флотсам и Джетсам не повелись на эти уловки, пока не услышали шорох упаковки с кормом, а затем выскочили из-под моей юбки настолько быстро, что чуть не порвали ее.

В комнате кто-то рассмеялся. Я обернулась и увидела кучерявую блондинку, которая смотрела на нас.

– Как это мило.

Я успела забыть про нее. Забыть обо всем, поскольку я только что чуть не лишилась ног.

– Да, очаровательно, – я немного одернула юбку и взглянула вниз.

Ватсон посмотрел на меня, давая понять, что я буду расплачиваться с ним все ближайшее время.

Это точно того не стоило.

Флотсам и Джетсам убежали за своими вкусняшками. Обычно после этого они больше не приставали к Ватсону. Продолжительность хаоса от этих трех собак становилась все менее долгой, но не менее интенсивной. Я все еще ждала, когда эти двое усвоят, что мой маленький мужчина – самый ворчливый пес на свете и вряд ли станет играть с ними так, как они того хотят, но они все продолжали пытаться. Однако, мне кажется, в этом они были такие же, как и их папочка, который в равной степени, если не в большей, всегда стремился завести друзей.

Поли подошел ко мне и положил собачью косточку у моих ног.

– Прости, Ватсон. Они просто очень любят тебя, вот и все.

Ватсон соизволил понюхать угощение, но затем снова спрятался под юбкой, показывая, как сильно он обижен.

– Что ж, можешь забрать ее, когда захочешь, – Поли наклонился чуть ниже и, не задумываясь о правилах поведения в обществе, подсунул собачью косточку мне под юбку. Он выпрямился и сказал мне: – Они правда очень любят его.

– Я знаю, – улыбнулась я. – Прости, что помешала вам. Я не хотела… вмешиваться, ничего такого, – я перевела взгляд на девушку.

Поли немного смутился, а блондинка поспешила к нам, протягивая мне свою маленькую ладошку.

– Ой, совсем нет. Даже не извиняйтесь за эту передозировку милоты. Я Мелоди.

Я пожала ей руку, но не успела представиться сама, ведь из-под низа моей юбки донесся громкий хруст. Кажется, Ватсон оправился от своей обиды.

– Все милее и милее, – женщина засмеялась, отпустив мою руку и сжала плечо Поли. – И вы не помешали нам. Поли просто только что исполнил мою мечту.

Не сумев сдержать себя, я посмотрела на ее безымянный палец. Там сиял большой бриллиант. А я ведь даже не знала, что Поли с кем-то встречается.

– Ты хотела сказать, что сбылись мечты Этель, Беатрис, Синнамона, Энджел, Лерой, Финнегана и Шербета? – Поли подмигнул блондинке.

– Это одно и то же. Их мечты – мои мечты. Как и у тебя с твоими собаками, – она снова сжала его плечо и улыбнулась мне. – Как и вы со своим милашкой, я уверена.

Я закивала, но затем остановилась:

– Знаете, мне кажется, что я чего-то не понимаю.

– Пойдем, покажу тебе, – Поли взял меня за руку, и мы направились в дальний угол магазина.

Так как укрытие Ватсона исчезало, он поднял то, что осталось от его вкусняшки, и удалился в уголок.

– Мелоди только что приобрела «Кошачий Замок „Делюкс“, – Поли практически запищал от удовольствия, когда показал на строение, которое занимало все четыре метра вдоль стены.

Я уже видела кошачьи лазалки, но здесь их были сотни. Цилиндры, лестницы, башни, веревки и колеса были так соединены вместе, что напоминали форму замка. Должна признать, быть котом, наверно, очень весело. Между башенками с маленькими укромными уголками и трещинами болталась пара гамаков, ведущих к секретным проходам между секциями. В довершение всего, у подъемного моста помещался большой дракон, и, похоже, он был сделан из материала, который кошки любят царапать.

Вдруг мрачное расположение духа Ватсона и его одержимость вкусняшками стали отступать.

– Вау. Это… интересно.

– Правда? Ребятам это так понравится, – Мелоди смотрела на конструкцию влюбленными глазами. – Я хотела купить это целых два месяца, когда Поли только привез его. Но никак не могла позволить себе такие траты. Но скоро у нас с мужем годовщина и думаю, что мы можем себе это позволить.

Наконец все встало на свои места.

У нее с Поли не было никакого тайного романа, который привел к помолвке. Он просто сделал ей большую скидку. Да уж, а я еще гордилась своими дедуктивными способностями.

– Так… – я вдруг вспомнила. – Этель и… Лерой, должно быть, ваши коты?

– Да, – она кивнула и начала пересчитывать их по пальцам. – Энджел, Беатрис, Синнамон, Этель, Финнеган, Лерой и Шербет – наши малыши.

Я уставилась на нее:

– Семь? У вас семь котов?

Мелоди снова кивнула, она сияла от гордости:

– Да. Все персидские. И все чистокровные.

Персидские! Семеро!

– Ого. А я еще думала, что это в моей жизни слишком много собачьей шерсти.

Она рассмеялась:

– Просто необходимо постоянно помнить о том, что надо стараться всегда быть на высоте. – Она взглянула своими ярко-голубыми глазами на мою кремовую рубашку, несомненно, обнаружив множество подтверждений тому, что я была отнюдь не на высоте. – Мне очень помогает валик для одежды, везде ношу с собой.

– Да. Наверно, это так. У меня валяется в бардачке машины, но, честно говоря, я уже опустила руки. Если я не нравлюсь кому-то с собачьей шерстью, то я и не смогу вам понравиться.

– А в этом я с тобой согласен, – Поли заботливо похлопал ладонью по кошачьему замку и повернулся лицом ко мне. – В последнее время ты перестала приводить сюда Ватсона. Ты пришла за чем-то конкретным или просто поздороваться?

Чуть не забыла.

– Ой, точно, – я взглянула в сторону, где Ватсон уже закончил со своей вкусняшкой, а теперь дремал в дневных солнечных лучах. Надеясь на то, что было слышно лишь тихое щебетание птиц, шум колес хомячков и бульканье аквариумов, я подумала, что Флотсам и Джетсам тоже уснули. Возможно, Ватсон позабыл о своих обидах быстрее, чем я думала. – Хотела купить для Ватсона костюм на четвертое июля. Подумала, что туристам понравится мой маленький талисман в образе дяди Сэма.

Не успел Поли ответить, как Мелоди ахнула и начала:

– Ох. Так вот откуда я вас знаю. Вы Фред, верно? Девушка, хозяйка книжного магазина «В гостях у милого корги». У вас лучшая выпечка в городе.

– Да, это я. Спасибо вам, – я улыбнулась ей, мне было приятно это слышать. – На самом деле, в пекарне хозяйничает моя лучшая подруга, Кэти. Не могу присвоить себе ее лавры, но да, думаю, она лучший пекарь.

Милая блондинка погладила себя по плоскому животу:

– Мы с мужем переехали в город в январе и заходили к вам пару раз, но теперь это редкость. Стараемся следить за питанием.

Удивительно, что я не помню, чтобы она приходила в магазин, хотя с его открытия были времена, когда я была поглощена более интересными делами, чем книги и выпечка.

– Как бы то ни было, мы с Кэти всегда будем рады вам в нашем магазине, если вдруг решите немного побаловать себя.

Ее голубые глаза засияли:

– А это неплохая идея. Если мы можем потратиться на котов в нашу годовщину, думаю, себе тоже стоит уделить внимание. Может быть, зайдем и возьмем тортик Кэти или еще что-нибудь сладенькое. Что-то маленькое.

– Уверена, она обрадуется, – я снова обратилась к Поли. – Мы с Ватсоном подождем, пока ты закончишь с Мелоди, мы никуда не торопимся.

– Ох, нет, давайте сначала вы, – перебила Мелоди. – Как только я прихожу сюда, я теряюсь. Здесь так много всяких веселых и милых маленьких игрушек для котиков, что слишком тяжело делать выбор. Мы с Джаредом – моим мужем – стараемся придерживаться разумного потребления, так что мне всегда нужно много времени, – теперь она похлопала по кошачьему замку. – Это сюрприз, я зайду забрать его лишь через несколько дней, а пока нужно взять что-нибудь не особо большое.

Не знаю, можно ли сказать, что покупка кошачьего замка – это разумное потребление, но я была рада за Поли, который провернул крупную сделку.

– Тогда хорошо, спасибо. Но вы точно в этом уверены?

– Я настаиваю. Ваш малыш будет выглядеть очень мило в костюме дяди Сэма, – она пошевелила пальцами в сторону спящего Ватсона и ушла выбирать игрушки.

Поли взял меня под руку и повел в отдел товаров для собак.

– Ты, должно быть, хочешь умереть. По-моему, ты говорила, что Ватсон убьет тебя, пока ты будешь спать, если ты хотя бы попытаешься одеть его во что-то.

– Это расплата. И я предупредила его. Помнишь мой торт на день рождения?

Он засмеялся:

– О да. Думаю, он заслуживает расплаты.

В конце мая мне исполнилось тридцать девять лет, и Кэти закатила у нас в книжном вечеринку. Только она собралась разрезать торт, как Ватсон решил показать свои атлетические способности: запрыгнул на кресло неподалеку, затем на прилавок и угостился первым кусочком.

– В его защиту, ты сама сказала, что в тот день не дала ему ни одной вкусняшки. Он был в отчаянии.

Я посмотрела на Поли:

– Но я не морила его голодом. Он позавтракал и пообедал. Я просто не давала ему ничем перекусывать. Я знала, что во время вечеринки он налакомится вдоволь, потому что на полу будет полно крошек. Должен же быть какой-то предел, иначе он один будет как Флотсам и Джетсам вместе, – когда мы остановились у отдела с одеждой для собак, я засомневалась в себе. Какую бы месть я ни затеяла, пытаться нарядить Ватсона в костюм ходячего хотдога – это действительно приглашение на мою смертную казнь. Уже отчаявшись, я потянулась за красно-бело-голубым цилиндром с завязками под челюсть. – Что насчет этого? Сойдет за компромисс.

– Ага. Хорошая идея, – он забрал у меня шляпу и посмотрел на ценник. – Но этот размер скорее для чихуахуа или карликового пуделя, – Поли наклонился и начал копаться в других вещах. – У меня нет размера, подходящего для корги, но могу заказать. К третьему числу придет, подойдет?

Возможно, мне не стоило так заморачиваться на этот счет. Даже если шляпа будет привязана к голове Ватсона, высока вероятность, что он стянет ее с себя уже через пять минут, но зрелище должно быть очень милым. Может быть, хотя бы успею сделать фотографию.

– Да, будет здорово. Спасибо.

Поли ахнул:

– У меня отличная идея! Вы еще не передумали прийти сегодня ко мне на софтбол?

– Не передумали. Мы с Кэти оставим за главных в магазине близнецов, – мы спорили на счет того, умно ли мы поступаем, оставляя наших сотрудников впервые одних в один из самых загруженных дней в году, но я подумала, что для Поли будет очень важно наше присутствие, так что мы не можем подвести его.

– Великолепно! Я не собирался участвовать в этом году, но так как Деклан больше не принимает участие… – Поли широко открыл глаза. – Черт. Наверно, нельзя так говорить.

Я похлопала его по руке:

– Все хорошо, Поли. Деклан ужасно относился к тебе и другим членам команды. Я безумно рада, что ты снова решил попробовать свои силы. К птичьему клубу присоединились тренировки по софтболу, так что, погляжу, твой календарь общественных занятий забит под завязку.

– Ну да, – он улыбнулся такой сияющей улыбкой, что даже его желтые зубы выглядели красиво. Он счастливо вздохнул. – Ну что ж, думаю, тебе надо еще зайти в книжный. Я закажу для Флотсама шляпу в виде Статуи Свободы, а для Джетсама – в цветах американского флага. Это будет просто идеально.

Два

Никогда не видела такой большой порции ребрышек. Если бы столовая «Сосновых Шишек» не пропиталась высококлассной атмосферой горного шика и романтикой, смотря на размер порции, я бы подумала, что это один из тех ресторанов, где нужно съесть целую корову в течение часа, и если получится, то за еду не нужно будет платить, а ваша фотография будет красоваться на стене почета. Порция отварного картофеля была такого же внушительного размера.

– Я сто лет мечтал поесть здесь. Спасибо, что дала мне повод, – Брэнсон Векслер направил на меня свой бокал красного вина и сделал глоток, смотря на меня своими блестящими зелеными глазами.

– Очень вкусно. И здесь на высоте как качество, так и количество, – я перевела взгляд на мой ужин. В центре мясо было слегка сыровато на мой вкус, но я понимала, что так принято подавать ребрышки. Я отрезала эту часть, отодвинула ее на край тарелки и принялась за более прожаренные участки.

– Слишком смело для тебя? К запашку лосятины можно привыкнуть.

Точно. Лосятина. Значит, это место похоже на те рестораны, в которых нужно съесть целого лося, чтобы не платить за еду.

– Нет, я привыкла к самым разным видам мяса еще в детстве, когда приезжала в Эстес погостить у своих бабушек с дедушкой и дядюшек. Просто хотела оставить это для Ватсона.

Брэнсон чуть было не брызнул слюной и рассмеялся.

– Уинифред Пейдж, ты просто нечто. Я ходил на свидания с женщинами, которые отказывались от плотного ужина и предпочитали просто салатики, беспокоясь о своей фигуре. Но я никогда не встречал женщину, которая оставляет лучшую часть своего ужина для собаки.

Я преувеличенно пожала плечами:

– Салатик? Ты же уже достаточно хорошо меня знаешь. Если бы у меня и была такая предрасположенность, то Кэти, у которой целыми днями стоит аромат выпечки, уже давно отвадила бы меня от этого. Зачем выбирать салат, когда у тебя есть свежая выпечка и ребрышки? – я показала на кровяной кусок мяса. – Но еще я не хочу развязывать между нами войну. Ватсон все еще злится на меня за то, что я потащила его вчера в зоомагазин, а то, что я оставила его сегодня одного, только подольет масла в огонь. Если я хочу заслужить его прощение, нужно хорошенько постараться.

– Надо было выбрать дог-френдли ресторан, но я хотел, чтобы сегодняшний вечер был особенным, – он запустил руку во внутренний карман своего пиджака, вытащил небольшую коробочку и положил ее на стол передо мной. – Хотел подарить тебе на твой день рождения, но это не успели доделать вовремя, так что… – он пожал плечами. – Ну… с тех пор все как-то не было подходящего момента.

В этот ужасающий момент мое сердце замерло. Я уставилась на маленькую коробочку, моя кровь похолодела.

Там было кольцо. Он делает мне предложение. Господи боже, он делает мне предложение!

– Фред, – Брэнсон взял меня за руку.

Я продолжала смотреть на эту вельветовую неприятность… эм… подарок.

– Фред, – он сжал мою ладонь, повторив мое имя и нежно улыбнувшись, когда я подняла на него глаза. – Это не кольцо.

Я снова взглянула на коробочку, и опять на Брэнсона. Это не кольцо? Не предложение? Ну конечно, нет.

– Неужели по мне так видно?

– Ты так побледнела, словно решила, что либо я приготовился делать тебе предложение, либо спрятал там бомбу, – он рассмеялся. – А с той стойкостью и скоростью, с которой ты расследуешь убийства, не думаю, что бомба так сильно могла напугать тебя.

Я проглотила слюну, пытаясь успокоить нервы, чтобы выглядеть не как гиперактивные корги Поли, а как нормальный человек.

– Прости. Надеюсь, я не обидела тебя. Я просто…

– Фред, – Брэнсон сжал мою ладонь. – Думаю, что твоя реакция вполне обоснована, если ты подумала, что я собираюсь прямо сейчас сделать тебе предложение. Это было бы весьма неожиданно, не так ли?

Определенно, так и было. Не говоря уже о том, как бы это было сумасшедше, нелепо и совершенно пугающе. Но после первичного облегчения, что мне не придется переносить предложение выйти замуж, вдруг откололась щепка раздражения. Я попыталась не выдать это в голосе.

– В свою защиту хочу сказать, что ты привел меня в один из самых романтичных ресторанов Эстес-Парка, они с полной серьезностью рекламируют его как идеальное место, чтобы сделать предложение своей девушке. А еще ты сказал мне нарядиться, – я показала на свое тело, хоть оно почти полностью было скрыто под столом, – отчего мне пришлось пойти в «Шелк и Сатин» за новым платьем.

– Ты великолепно выглядишь, кстати говоря, – он поглаживал мою ладонь большим пальцем и говорил как мурлыкающий кот.

– Спасибо. Но это не имеет значения, – я отмахнулась рукой, так как была польщена его комплиментом. Кэти помогала выбирать платья, заставив меня выйти из своей зоны комфорта и купить что-то облегающее и не в моих любимых землистых оттенках. Учитывая количество булочек, которые мы с Ватсоном поглощали последние несколько месяцев, было удивительно, насколько хорошо это платье смотрелось на мне. Не то чтобы я была готова променять мои юбки макси и ковбойские ботинки на дизайнерские платья и высокие каблуки, но все же. – Ты говоришь мне, что сегодня особенный случай, а затем кладешь на стол коробочку, похожую на футляр для кольца. Что я еще могу подумать?

– Ну… – его красивая улыбка пропала, кажется, я ущемила его чувства. – Я надеялся, что сегодняшний вечер будет особенным. Мы встречаемся уже некоторое время…

Мой пульс ускорился практически до того же темпа, когда я увидела эту чертову предполагаемую шкатулку с кольцом. Кажется, Кэти была права. «Сосновые Шишки» были не только самым романтичным рестораном в Эстес-Парке с лучшими видами, но еще и отелем. Я хоть и сказала ей, что она спятила, но где-то глубоко внутри я знала это, хоть и не хотела об этом думать. Думаю, ожидания и надежды Брэнсона были небезосновательными. Мы встречались… ходили на свидания относительно… регулярно последние несколько месяцев. Большинство пар давным-давно перешли бы на новый этап отношений. Но я четко дала ему понять, что не хотела торопиться.

– Брэнсон…

– Сержант Векслер, я была так рада, когда увидела ваше имя в списке зарезервированных столиков.

Мы оба обернулись и увидели у нашего стола Мейзел Пеппер. Она и ее муж, Клайд, были владельцами «Сосновых Шишек». Она была такой маленькой, что даже несмотря на то, что мы сидели, она была ровно на уровне наших глаз.

Престарелая женщина улыбнулась мне:

– И я рада, что вы тоже здесь, мисс Пейдж. Ваш книжный магазин просто очарователен. – Не подождав, чтобы я ответила, она тут же снова обратилась к Брэнсону: – Я просто хотела поблагодарить вас за все, что вы делаете для нашего города. Кстати, у нас возникли небольшие проблемы с «Пивоварней Снежного Барана» по поводу нашего соглашения о продаже спиртных напитков. Хотела переговорить с вами об этом, пока вы здесь. Надеюсь, я не помешала вам. – Она замолчала и выждала внушительную паузу, чтобы у Брэнсона был шанс открыть рот и отказать ей, прежде чем она углубится в подробности.

Я откинулась на спинку стула, наслаждаясь облегчением от того, что она вмешалась.

Что со мной не так? Это не было для меня в новинку. Я уже проходила этапы отношений; я была замужем. Конечно, я уже так много лет была в разводе, что немного заржавела; да так заржавела, что, возможно, стала соответствовать цвету своих волос, но не настолько, чтобы забыть о том, каково это – ходить на свидания.

Может быть, я просто строила из себя дурочку. С того самого момента, когда я познакомилась с Брэнсоном, он постоянно производил на меня впечатление. Я на самом деле сомневаюсь, что в мире существовала та женщина, которая устояла бы перед ним. Он был великолепен. Стереотип великолепного американца. Он был квинтэссенцией всех высоких, темных и красивых мужчин. Несмотря на то, что по своей профессии он имел большую силу как полицейский, он также был добрым, заботливым, смешным и… терпеливым.

Он действительно был таким терпеливым. Никогда не давил на меня сильнее, чем я бы могла выдержать, а просто давал мне знать, что он был заинтересован в наших отношениях и ждал, пока я скажу «да» перед нашим первым свиданием, потом ждал перед следующим, и перед следующим.

Я продолжала надеяться, что мне будет легче, все будет более естественно – не списывая на то, что я просто не готова. Я переехала в Эстес-Парк, чтобы начать сначала все сферы моей жизни, но только не эту. Мне в моей жизни хватило мужчин. Хватило романов. А с первых же секунд после моего переезда в город за мое внимание боролись двое красивых мужчин. И вот, каким-то образом, спустя восемь месяцев я оказалась в ресторане отеля с сержантом полиции, думая, что сейчас мне сделают предложение.

Я знала, что не хочу этого. Я была бы сумасшедшей, если бы хотела этого сейчас. Но нужно ли все остальное?

Наверное, да. Я знаю, что да. Хорошие черты Брэнсона можно было перечислять до бесконечности, и из-за него я переживала как-то по-особенному, как-то удивительно.

Так какого черта со мной творилось?

Пока Мейзел Пеппер продолжала изливать Брэнсону свою тираду беспокойств, я бродила взглядом по посетителям, которые были освещены мягким светом ресторана. Свечи отражались от кристаллов и стекла, а затем я посмотрела на окна. Было уже довольно темно, солнце село, так что вдалеке на вершинах Скалистых Гор виднелось лишь слабое малиновое сияние. Между горными пиками и нашим столиком красовался весь Эстес-Парк. Огни центра города мерцали, как взлетно-посадочная полоса от Элкхорн-авеню, а затем, казалось, вспыхивали, покрывая окружающую долину разбросанными районами, домами и предприятиями.

Этот вид помог мне немного прийти в себя.

Я переехала в Эстес-Парк из Мидвеста и с первой же секунды влюбилась в этот город. Я полюбила его уже за то, что почувствовала себя здесь как дома, за то, что здесь я снова обрету себя, стану той настоящей женщиной, которой мне всегда суждено было стать. Это было довольно нелегко, но, кажется, я все делала правильно.

Я и не ожидала, что у нас с Брэнсоном все будет легко и просто на данном этапе отношений, но для меня было очень важно понимать, что все идет правильно, своим чередом. Я посмотрела на стол, где лежала коробочка, в которой было не обручальное кольцо, и обнаружила, что шкатулка пропала.

Вдруг я поняла, что мисс Пеппер ушла, а Брэнсон смотрел прямо на меня. В этот раз мне показалось, что его улыбка была натянута.

– Прости меня. Я испортил тебе все настроение.

– Все хорошо. Такая у тебя работа. Я все понимаю.

Брэнсон вернулся к своему мясу:

– Ты так засмотрелась на вид. Завораживает, да?

Кажется, мы просто сделаем вид, что ничего не было. Это меня устраивает. Хотя я понимаю, что позже нам все же придется обсудить это. Мы ужинали в ресторане отеля. Мне казалось, что мы перейдем к этому разговору скорее раньше, чем позже. Но я воспользовалась этой временной передышкой:

– Завораживает, не то слово. Мне кажется, мне никогда не надоест жить здесь. Мне нравится, что Эстес всегда будет таким, какой он сейчас. Из-за того, что он со всех сторон окружен горами, город уже не станет больше, особенно когда национальный парк занимает такую обширную территорию.

Брэнсон согласно кивнул, сделав глоток вина, но никак не прокомментировал мои слова. Может быть, он понял, что я слишком избегала разговора о другом.

И я правда избегала. На фоне какого-то отчаяния мне в голову пришла еще одна идея для разговора, и я ухватилась за нее:

– Мама сказала мне, что сегодня офицер Джексон вернулся на полную ставку.

Он опустил плечи, а его улыбка стала более искренней:

– Да. В участке его встретили как героя.

– Он этого заслуживает. Он чуть не умер, пытаясь спасти меня, Кэти и Ватсона. – Брент Джексон получил выстрел в голову четыре месяца назад. Его подстрелила пара, которая планировала убить Кэти.

– Врачи сказали, что это настоящее чудо, что он выжил, не говоря уже о том, что он полностью поправился, – взгляд Брэнсона потемнел, он заговорил более серьезным тоном. – Мне до сих пор ужасно не по себе от того, что я не был рядом, когда был так нужен тебе. Когда мы познакомились, я пообещал тебе, что всегда буду защищать тебя, но в итоге не сдержал слово.

По нотками его голоса было понятно, что он искренне чувствовал себя виноватым. И это растопило мне сердце. Теперь уже я взяла его за руку.

– Нет, ты не виноват. Ты сказал, что я всегда буду под защитой, когда ты будешь рядом. И вообще, ты пообещал это Ватсону, чтобы он перестал рычать на тебя. – Я рассмеялась, вспомнив тот момент, и мне было приятно увидеть на лице Брэнсона ответную улыбку. – И как ты можешь заметить, я вполне справляюсь самостоятельно. Даже как офицер полиции, ты не можешь каждый час каждого дня защищать людей. Тебе не за что извиняться.

Пару секунд он внимательно смотрел на меня, и между нами все снова стало как прежде, и даже лучше, чем прежде. Когда он наконец заговорил, он не стал возвращаться к теме колец и романов, и в этот момент я окончательно расслабилась.

– Кстати о том, что Эстес никогда не изменится. Я заметил, что внешний фасад магазина Вероны и Зельды практически готов.

– Ага. Получилось очень мило. По правде говоря, я даже удивилась, как легко они справились с реконструкцией магазина. Теперь он сочетается с «Милым корги». Посмотрим, что выйдет у Ноа и Джона.

Он склонил голову:

– Они тоже будут переделывать фасад? Ведь их магазин не разрушен.

– Ну, мне кажется, их вдохновило, как преобразился внешний вид магазина девочек. Они обсуждают с Барри, чтобы тоже переделать свою собственность. – От этого разговора я снова запереживала, но эта тема была намного предпочтительнее предыдущей. – Жизнь такая странная. Если бы мне год назад сказали, что мои сводные сестры-близняшки откроют свой магазин современных полезных товаров с одной стороны от моего магазина, а их мужья, братья-близнецы, с другой стороны откроют магазин изобретений, возможно, я бы поехала в другую сторону и нашла бы себе местечко на восточном побережье. – Я рассмеялась, и странно, но я почувствовала, что счастлива. – Но я рада, что не знала об этом. Было бы невероятно жаль упустить все это.

– И я рад, что ты не знала об этом, – он снова улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой. – Было бы невероятно жаль не встретить тебя.

Остаток ужина прошел довольно гладко. Мы обсуждали городские сплетни, рассказывали истории про глупых туристов и делились своими десертами, которые практически победили творения Кэти.

Легкость сохранялась до тех пор, пока Брэнсон не взял меня за руку, после того, как мы вышли из ресторана.

– Прогуляешься со мной? – он указал на извилистую дорожку, которая вела вниз по склону перед поместьем «Сосновые шишки».

– Конечно.

Несколько минут мы прогуливались в тишине. И постепенно между нами росло напряжение, ведь мы оба понимали, что скоро надо будет принять решение. Но мне все равно было приятно находиться рядом с ним. Тропу обрамляли волшебные огни, которые вели нас между массивными соснами, осинами и валунами, некоторые из которых кое-где освещались прожекторами. Сквозь ветви деревьев все еще светились сверкающая долина Эстес и темнеющий горизонт гор. А прозрачное небо Колорадо покрывало нас завитками и скоплениями звезд Млечного Пути.

Может быть, я и была новичком в этой местности, но этот момент казался мне самым красивым и романтичным в моей жизни. Я и не могла пожелать лучшего.

Мы остановились между деревьями. Брэнсон обнял меня за талию и мягко притянул к себе, и мы просто стояли: смотрели на огни, слушая шум ночного летнего бриза, переливающегося сквозь осиновые листья. Время от времени мирную тишину нарушал крик койота или уханье совы.

Спустя еще какое-то время Брэнсон свободной рукой достал коробочку и протянул ее мне:

– Это не кольцо. И у меня нет никаких ожиданий. Это лишь знак того, как сильно ты важна для меня.

На этот раз от холода в моих жилах и взведенных нервов мне стало скорее приятно, чем страшно. Чувство, охватившее меня, было похоже на шелест крыльев бабочек, а не на вспышку паники. Я взяла из его ладони бархатную коробочку и подняла крышку.

Внутри сияла золотая цепочка, но на улице было довольно темно, так что мне пришлось достать ее, чтобы получше рассмотреть. В лунном свете поблескивал небольшой кулон. Я ахнула от удовольствия, когда рассмотрела детали. Это была открытая книга, страницы которой загибались со всех сторон, а в середине был вырезан силуэт корги.

– Купил в центре Аспен Голд. Как я и говорил, планировал подарить на твой день рождения, но так как им пришлось вырезать корги, это заняло чрезвычайно много времени, – он говорил мягко, и, к моему удивлению, нервничал.

– Мне очень нравится. И Ватсон определенно одобрит это. – Я никогда не носила золота, вообще никогда. Либо олово, либо серебро, но этот кулон был прекрасен. – Спасибо тебе, Брэнсон. Это невероятно красиво, – я повернулась к нему лицом. Несмотря на то, что он был почти под два метра ростом, из-за каблуков наши глаза были практически на одном уровне.

– Пожалуйста. Я рад, что тебе понравилось. – Он опять занервничал, это так не подходило такому красивому, уверенному мужчине. – Можно я помогу надеть его?

– Конечно. – Мои волосы были распущены, так что я собрала их и подняла, чтобы Брэнсон смог застегнуть замок. Он расправил цепочку на моей шее и отпустил ее.

– Тебе очень идет, – он не отошел, а напротив, посмотрел на кулон, а затем медленно поднял на меня взгляд. – Ты такая красивая, Фред. – Он осторожно поднял руку, словно спрашивая у меня разрешения, и коснулся моей щеки.

Уже в миллиардный раз за этот вечер у меня участился пульс, но на этот раз от желания и жажды.

Он подошел ближе, всего на полшага и поднес свои губы к моим.

Это был не первый наш поцелуй, но он был самым взвешенным, самым романтичным – под навесом звезд, в окружении красоты гор.

Брэнсон придвинулся еще ближе, прижавшись ко мне своим телом, полностью отдавшись поцелую. Он мягко запустил руку в мои волосы, а другой прижал меня к себе.

Это был тот самый момент. Момент, который казался мне подходящим и правильным.

Я позволила себе забыться в этом поцелуе. В ощущении его прикосновений и тепла сильного тела. Позволила себе улететь.

И… я почти улетела. Почти добралась до этого нечеткого, туманного места страсти и любви, или чего-то еще, что лежало посередине.

Почти.

Этот момент мог казаться подходящим, но он таким не был.

Я оторвалась от поцелуя и сделала шаг назад. Недалеко, просто чтобы взять над собой контроль. Я посмотрела ему в глаза:

– Я не готова. Извини. Но не могу.

Брэнсон не скрывал своего разочарования, но не был даже чуточку раздражен или обижен.

– Все хорошо. Мы не торопимся. Всему свое время.

Я посмотрела в его глаза, освященные лунным светом, и поняла, что он был со мной честен. Спустя секунду я снова подошла ближе.

– Мы можем просто постоять здесь и немного посмотреть на звезды?

– Конечно, можем.

Хотя мы вернулись в то же положение, в котором мы стояли всего несколько минут назад, и я искренне верила, что он не обиделся или не рассердился, что-то изменилось, что-то стало не так, как прежде. Что-то было не так.

Три

– О боже мой, Кэти. Вообще, я не любительница посещать спортивные мероприятия, но если все это входит в пакет услуг, считай меня новообращенной, – я положила в рот еще один горячий орех в глазури. Первый был арахис, а теперь я ела кешью, который был еще более аппетитным.

– Рада, что тебе понравилось, – ответила Кэти. Мы сидели на трибуне, посередине был Лео Лопез. Коричневые завитушки Кэти обрамляли ее круглое лицо. – С Ником в помощниках у меня теперь появилось так много времени на эксперименты. Утром вот решила попробовать сделать эти штучки. Я уверена, что мои сладкие орехи в глазури намного вкуснее соленого арахиса, который здесь продается.

Я достала из белого бумажного пакета еще один орешек, в этот раз мне попался пекан.

– Да, ты точно провела время с пользой, – я жевала орешек, наблюдая за игрой команды по софтболу. – Ник – это наше спасение. Как и Бен. Этот парень хорошо разбирается в книгах, но все же думаю, что лучше уйти до конца матча. Вернусь пораньше и проверю, все ли у них в порядке. Мне кажется, нечестно, что мы оставили их в одиночестве в один из самых трудных дней года.

Лео, который одной рукой приобнимал Кэти за плечи, другой рукой похлопал меня по колену:

– Не переживай так. Близнецы отлично справляются. Сколько раз ты спросила у них перед уходом, есть ли у них ваши с Кэти номера? Как ты думаешь, сколько убийств может случиться в «Милом корги» меньше, чем за год?

– Не сглазь нас! – я пригрозила ему указательным пальцем.

Послышался громкий удар, привлекший наше внимание к игровому полю, и половина трибуны радостно завопила. Когда базы были загружены, Марк Грин с удивительной скоростью, учитывая его внушительные размеры, сорвался со своей зоны. Он прибежал первым, после чего прибежала рыжеволосая девушка, которая больше была похожа на фотомодель, чем на спортсменку, сумела отобрать мяч и бросила его члену своей команды. К тому времени, как Марк завершил свой хоум-ран, его сестра, офицер полиции Сьюзан Грин, и Мелоди, девушка, с которой я пару дней назад познакомилась в зоомагазине, также добрались до финиша.

Кэти встала, подняв обе руки вверх, прыгая и выкрикивая имя Поли. Многие из зрителей делали то же самое, отчего металлические трибуны звенели, словно гром.

Ватсон, который дремал в моей тени, высунулся из-под моего сиденья и посмотрел на меня с неподдельным оскорблением в глазах.

– Все хорошо, малыш, все в порядке, – Лео протянул руку к Ватсону. – Если бы ты мог убивать взглядом, мы бы все уже давно были мертвы.

– Все, кроме тебя, – я покачала головой, увидев, как Ватсон забыл про свое раздражение и выпрыгнул навстречу объятиям Лео, как к любовнику. – Я бы могла списать все на то, что ты парковый смотритель и хорошо находишь общий язык с животными, но не могу. Моя собака просто любит тебя больше, чем меня.

Поглаживая Ватсона, Лео взглянул на меня через плечо и закатил глаза:

– Ты знаешь, что это неправда. Ты для него – целая вселенная.

Лео был прав. Ватсон не один раз доказывал мне, что в самых сложных ситуациях он всегда выберет меня как своего самого любимого и важного человека.

– Может, и так, но только с тобой и моим отчимом он не скрывает своих чувств. Ну а теперь еще и Бен.

Лео похлопал Ватсона по голове, и он вернулся в свое тенистое укрытие, а Лео откинулся на спинку своего стула.

– Ну что ж, в этом нет его вины. Этот парнишка очень хорошо разбирается в животных. Если бы он не любил книги и не хотел бы настолько сильно стать писателем, я бы попытался переманить его к себе. Он мог бы стать лучшим парковым смотрителем.

– Бен мой. Руки прочь от него, – я подмигнула ему и наклонилась, чтобы похлопать Кэти по колену. – Думаю, ты можешь переманить Ника.

Да уж, это я еще раньше думала, что набираю вес. Теперь, когда у Кэти появилось время для экспериментов, мой рот вообще не будет закрываться.

– Только через мой труп. Этот парень послан мне богом. – Кэти замолчала, потому что болельщики опять закричали. Она посмотрела на поле и прищурилась. – Я хорошо вижу эмблемы почти у всех игроков, но что за ерунда на форме Сьюзан?

Я тоже посмотрела на игроков. Команда Поли, «Торговцы», была в неоново-желтой форме, но так как один из членов команды был Джо Сингер, владелец магазина футболок, неудивительно, что у каждого игрока был свой особенный дизайн спереди формы.

– Не понимаю.

– Это корабль из сериала «Лодка любви».

Мы с Кэти одновременно повернулись и уставились на Лео.

– Я тоже в шоке. Никогда бы не подумал, что Сьюзан Грин – тайная фанатка «Лодки любви».

– Кажется, не настолько уж тайная, – я смотрела, как она бежала по полю, и на этот раз смогла разглядеть эмблему. Как странно. У всех остальных были вполне очевидные для них логотипы. На футболке Поли была Урсула из «Русалочки», два угря и по бокам Флотсам и Джетсам. У Райана Спаркса, владельца свадебного салона, был свадебный торт, а у Пита Миллера – логотип «Горячего Воздуха», его магазина стеклодувных изделий. У Мелоди и красивого мужчины, который, как я поняла, был ее мужем, на футболках были изображены большие пушистые головы персидских котов. Даже выбор брата Сьюзан, который владел лавкой с фокусами, был понятен – на груди у него был шрам-молния Гарри Поттера. Но на форме Сьюзен, у этой грубоватой, резкой и в целом не очень-то и приятной женщины, я ожидала увидеть полицейскую дубинку, наручники или ружье. Но никак не «Лодку любви», точно не ее.

Судья объявил пятиминутный перерыв, после которого команды снова поменяются местами. Большинство зрителей встали, чтобы сходить в туалет или взять что-нибудь перекусить. Игру по софтболу проводили в местной школе, и некоторые студенты организовали торговые палатки, чтобы собрать деньги на поездку для выпускников. Если бы один билет на игру не стоил двадцать баксов, я бы почувствовала себя неловко, что предпочла вкусности Кэти. Но не важно, нравился мне софтбол или нет, у меня давно не было такого приятного дня. На улице было светло и приятно тепло, и хотя темные облака, которые собирались над горами, внушали страх, они создавали весьма красивые тени вдалеке.

– Я так рад, что вы пришли, ребята! Огромное спасибо! – помахал нам Поли, пробегая мимо.

Мы помахали ему в ответ и увидели, что он бежал к Флотсаму и Джетсаму, которые были привязаны к дереву. Во время первых подач я время от времени подходила проверить их, потому что гиперактивные корги постоянно опрокидывали свою миску с водой. Но, кажется, от моего присутствия они еще больше сходили с ума.

Кэти рассмеялась, наблюдая за Поли. Он наполнил миску водой и еще даже не поставил ее на землю, как корги с трехцветным ошейником, это был Флотсам, выбил ее из рук Поли и стал облизывать его руки.

– Трудно поверить, что эти двое и Ватсон – собаки одной породы.

Я улыбнулась:

– Уверена, что Ватсон согласился бы с тобой на этот счет.

Мне пришлось немного пододвинуть ноги назад, чтобы люди прошли обратно на свое место на трибуне, и вдруг мое внимание привлекли длинные светлые волосы Мелоди. Она была погружена в разговор с Питом Миллером, который так наклонил к ней голову, словно она что-то шептала ему. Я посмотрела на других игроков на поле и увидела ее мужа, который разговаривал с Марком Грин. Не знаю почему, но что-то в этом показалось мне странным, как будто между Мелоди и мужчиной, который не был ее мужем, было что-то интимное. Может быть, это просто пробуждалась моя Мидвестовская чувствительность, или я видела какую-то тайную историю там, где ее не было. Все еще не отводя взгляда от Мелоди и Пита, я прошептала:

– Я вчера познакомилась с Мелоди в магазине Поли. Кажется, они с мужем переехали в город несколько месяцев назад. Как видно по их футболкам, они немного помешаны на персидских котах.

Конечно же, как это всегда и бывает в маленьком городке, достаточно одного безобидного заявления, чтобы услышать сплетни.

– Я не очень хорошо знаю ее, но ее муж замечательный парниша. Джаред занял место Деклана в «Бригаде Пернатых друзей» после того, как убили Генри. Миртл до сих пор ищет двоих людей на свободные должности, так что если у вас есть свободные руки…

Кэти фыркнула.

Я посмотрела на Лео, а затем снова уставилась на Мелоди и Пита:

– Серьезно? Это кажется странным для человека, который живет с семью кошками. Разве птицы и коты не смертельные враги?

– Человек может любить как котов, так и птиц, – беззаботно произнес Лео. – Джаред любит животных.

Кажется, Кэти была на моей стороне, поскольку ее тон был не таким уверенным:

– Они пару раз заходили в пекарню. Довольно милая парочка. Джаред генеральный директор «Пивоварни Снежного Барана», поэтому они в команде «Торговцев», но я слышала, что у него довольно сложный характер.

– Знаешь, я бы не стала доверять этим слухам, – подмигнула я ей. – Слышала кое-какие сплетни про одну рыжеволосую девушку, которая недавно переехала в город и открыла здесь книжный магазин.

– Какое совпадение, я тоже слышала, – Кэти подмигнула мне в ответ и наклонила голову, возвращая свое внимание к полю. – Ой, посмотрите-ка. К игре присоединились еще игроки.

Мы смотрели, как другая команда сделала подачу к Питу и Мелоди. Едва добравшись до базы, Мелоди развернулась и бросилась через все поле к мужу.

– Они соответствуют названию своей команды, – послышалось тихое хихиканье сзади меня. Я обернулась и увидела пожилую китаянку, ее пушистые белые волосы блестели в полуденном солнечном свете.

– Петра. Не знала, что вы здесь.

– Только что пришла, – она нахмурилась и поежилась, увидев Лео. – Кажется, мне следовало бы подольше искать для себя свободное место.

– Не надо ничего искать, Петра. Между нами давно все улажено, – Лео улыбнулся своей красивой, доброжелательной улыбкой и посмотрел на поле. И подтверждая, что он был привязан к нам с Кэти сильнее, чем я думала, на этом он не остановился. – И что ты имеешь в виду? Почему Дилайла соответствует названию своей команды?

Сначала мне показалось, что Петра не собиралась отвечать на этот вопрос, так как она слишком долго молчала. Она определенно точно не фанатела от меня, но, несмотря на это, она тоже была членом птичьего клуба. Лео часто направлял тон бесед группы, а из-за того, что она держала у себя дома сову, вид которой был на грани вымирания, они с Лео находились по разные стороны закона.

Однако эта сплетня была слишком увлекательной, чтобы просто пропустить ее, несмотря на то, что Петра не любила нас с Лео.

– Команда называется «Пантеры», не так ли? А Дилайла Джонсон – еще та дикая хищница.

– Обычно так называют женщин за пятьдесят, а она вряд ли выглядит на столько.

– А я думала, что это вы маленькая Мисс Заумница в этой компании, – Петра сердито посмотрела на Кэти. – Она может потратить половину прибыли от своего фотомагазина на улучшение тела, но она никогда не сможет вернуть ушедшие годы.

Кэти не повелась на ее провокации, а вместо этого показала на поле:

– Игра началась.

Подавали «Пантеры», Дилайле повезло, она была первой. Поли подал мяч, и несмотря на то, что он не мог самостоятельно поднимать большие пакеты с собачьей едой, у него оказались довольно сильные руки. Но Дилайла все равно сумела с грохотом отбить мяч и ринулась к первой базе.

Я с изумлением уставилась на нее; каким-то образом даже эти ее движения выглядели соблазнительно.

Не успела она добежать, как Мелоди поймала мяч, который летел высоко над их головами, и тем самым выпутала Дилайлу из беды.

– Это лучше, чем мыльная опера, – снова хмыкнула Петра, которая стояла позади нас. – Этот раунд выиграла недалекая блондинка-пустышка в дурацкой футболке.

– Петра! – я резко развернулась, не сумев скрыть своего раздражения в голосе. – Мелоди – очень милая женщина, – я была не до конца уверена, правда это или нет, но казалась она милой, а Петра постоянно раздражала меня своими странными утверждениями.

Петра просто уставилась на меня, даже не подумав ответить мне.

– И вообще-то, – вмешалась Кэти, пытаясь говорить легко и непринужденно, – вполне понятно, почему на футболке Мелоди изображен котик. Софтбол придумали в 1880-х, и первое время в него играли в помещении, через год игру переместили на улицу, а мячик окрестили мячиком для котенка. Его так назвали, потому что команда Льюиса Робера называлась «Котята». – Она замолчала, но через пару секунд уточнила одну деталь, было видно, что ей не терпелось поделиться: – Он был пожарным.

Лео чуть было не разразился смехом, а Петра просто молча стояла и смотрела на нее.

У меня было смутное подозрение, что моя лучшая подруга опять устроила себе вылазку в гугл, зная, что мы собираемся пойти смотреть матч по софтболу. Я была готова поспорить, что ее чуть ли не разрывало от желания поделиться множеством мелких незначительных фактов. Я решила помочь ей, однако не была уверена, делала ли я это, чтобы на самом деле поступить как лучшая подруга или чтобы позлить Петру. Я резко повернулась к ней:

– Кэти, а софтбол – популярная игра?

Она радостно закивала, отчего ее завитушки затанцевали. Когда она заговорила, я поняла, что мой вопрос – настоящее облегчение для нее.

– На самом деле, этот спорт самый популярный в Америке. В софтбол играют больше сорока миллионов людей.

Петра фыркнула:

– Вы странная, чокнутая пташка, Кэти Пиццолато.

Кэти подняла подбородок:

– Раз уж мы завели этот разговор, вам может показаться интересным, что в Чикаго играют огромным мячом диаметром в сорок сантиметров. Такой размер был у самого первого мяча – это была просто скомканная боксерская перчатка, по которой игроки били битой. Эта игра называется машбол, и игрокам запрещается надевать перчатки; им приходится ловить мяч голыми руками.

Лео наконец не выдержал, он запрокинул голову и практически захрюкал от смеха.

Кэти хлопнула ему по плечу:

– Эй, это не вежливо!

Продолжая смеяться, он обнял ее и прижал к себе:

– Иди сюда, мой маленький фрик по викторинам.

Я тоже засмеялась, но меня терзал вопрос, который возникал в моей голове уже не первый раз: связывало ли Лео и Кэти что-то большее, чем просто дружба? Было похоже, что да.

Позади нас послышалось шарканье.

– Не хватало еще мне погрязнуть в этих отбросах. Пойду найду себе место получше, – Петра фыркнула, и Лео снова разразился смехом.

Меня тут же отвлекли выкрики проклятий. Все мы трое уставились на поле и увидели, как Джаред Питтс бросил свою перчатку на землю, подбежал к Питу Миллеру, толкнул его, повалив на землю, и стал наносить удары.

Вся трибуна одновременно встала, отчего Ватсон снова спрятался под мое сиденье. Спустя несколько секунд члены обеих команд оттаскивали Джареда от Пита.

– Ну, что же, – мы сели на места, и Кэти глубоко выдохнула. – Я говорила, что у него вспыльчивый характер.

Не успела игра возобновиться, как штормовые облака, которые до этого висели над горами, подплыли к нам. С первым громким раскатом грома игроки закончили игру, поддавшись ежедневному полуденному ливню.

Четыре

Ватсон лежал у Барри в ногах и постоянно водил своими большими карими глазами из стороны в сторону: вот он с обожанием смотрел на моего отчима, а в следующую секунду явно раздумывал, не для него ли приготовлена вся та еда на восьми накрытых скатертями столах.

– Четвертое июля – мой самый любимый праздник. – Барри встал, поставив руки на бедра, как Питер Пен, и стал озираться на все это празднество. – За одним исключением, традиционные блюда этого события можно назвать вегетарианскими.

– Что довольно удивительно, если учитывать то, что этот праздник имеет военные истоки и отмечается залпами огня в небо. Весь этот праздник – олицетворение натуралов, которые пытаются таким образом исправить какие-то свои оплошности. – Персиваль тряхнул большой индюшачьей ножкой в сторону торговых палаток на дальнем конце открытого пространства. – И тут есть много вариантов мясных блюд для тех из нас, кто по-настоящему мужественен.

– Ну и кто же здесь что искупает? – муж Персиваля, Гари, притворно-успокаивающе похлопал его по колену, отчего Персиваль еще сильнее нахмурился.

Вмешалась мама, она явно хотела отвлечь своего брата, пока он и Гари не затеяли ссору:

– Кстати говоря, Персиваль, мне кажется, что салют будут запускать прямо в конце вашей улицы. Ведь они такие яркие и эксцентричные.

– Эксцентричные? Малышка, я не эксцентричный. – Персиваль шмыгнул носом и царственно поднял подбородок. – У меня просто возвышенные вкусы.

– Красные, белые и синие пайетки на твоем жилете говорят об обратном. – Барри нахмурился, подшучивая над Персивалем, но затем он прищурился, увидев гигантскую индюшачью ножку. – И напомни мне показать тебе видео, как относятся к птицам на птицефабриках.

– Пайетки? – Персиваль потрясенно ахнул, сияя в своем жилете, отчего свет заходящего солнца разбрасывал вокруг красные, белые и синие лучи. – Это стразы, темнота ты. – Он опять использовал индюшачью ножку в качестве указки, на этот раз зигзагообразными движениями очерчивая фигуру Барри. Полетели кусочки мяса, чему сильно обрадовался Ватсон: он подбежал и подобрал их. – Не тебе говорить про одежду и моду. Вот скажи мне, откуда ты вообще берешь эти тай-дай комбинезоны? Или их выдают бесплатно, если закупиться в «Хиппи Асс» на более чем сто долларов?

– Нам нужно записывать стримы на Ютубе. – Лео нахмурился и посмотрел на нас с Кэти. Мы сидели на одном из уголков покрывала. – За неделю получится настоящий ситком. Назовем его «Идем в ногу с динозаврами».

Кэти не отрывала взгляда от этой великолепной четверки:

– Никто не поверит, что они снимаются без сценария. Скажут, что это слишком хорошо.

Я игриво толкнула Лео локтем:

– Говори потише. Если Персиваль услышит, что ты назвал его динозавром, он попытается убить тебя этой индюшачьей ножкой. Он все еще уверяет всех подряд, что он одного возраста с Гари, молодой бодрый шестидесятилетний мужчина. Не дай бог кто-то добавит ему еще один десяток. – Я покачала головой, все еще удивляясь тому, как изменилась моя жизнь с тех пор, как я жила в Канзас-Сити с мамой и папой. – К тому же, если ты правда хочешь записать стрим, думаю, тебе надо подождать, пока придет клан Вероны и Зельды. Чтобы задействовать всю семью.

Мы устроились, радостно наблюдая за их проделками. Меня настигло чистое счастье. Жизнь была так хороша, очень, ну очень хороша.

Оглянувшись вокруг, я поняла, что такие же сцены происходили повсюду. Возможно, остальные семьи были не такие странные и смешные, но кто знает? Там собрался весь город, люди расстелили свои покрывала на большой ярморочной площади, граничащей с озером Эстес. Не только весь город, но и сотни туристов, а возможно, и тысячи. Говорили, что лучшего места для просмотра салютов, чем Эстес-Парк, не найти. Последний раз я видела здесь салют еще в детстве, но тогда они все были похожи друг на друга. Теперь я могла действительно оценить предстоящее шоу – идеальные горы, окружающие нас со всех сторон, ясное голубое небо Колорадо, кристальное озеро, свежий горный воздух, сосны… а вдалеке даже бродило небольшое стадо самок лосей со своими долговязыми лосятами не заботясь о толпах людей поблизости.

После всех потрясений в моей жизни, которые заставили меня прошлой осенью нажать на кнопку «Перезагрузка», я наконец очутилась в настоящем раю.

Спустя полчаса приехали дочери-близняшки Барри, Зельда и Верона, и их мужья-близнецы, Ноа и Джон, а с ними четверо их детей. Они заняли оставшиеся места на покрывале собой и принесенной ими едой.

Ватсону потребовалось меньше минуты, чтобы решить, что стало слишком много ног, слишком много рук и запредельно много голосов, так что он встал и улегся клубочком около Лео.

– Вот видишь? – Я почесала Ватсона за ушком, заслужив от него долгий взгляд. – Когда поблизости ты и Барри, я для него – пустое место.

Лео нахмурился:

– Если бы здесь и впрямь было пустое место, думаю, Ватсон бы его занял, а не выбирал кого-то из нас.

– По правде говоря, я принесла с собой оружие. – Кэти отвернулась и начала рыться в своей сумочке, а затем повернулась к нам, держа что-то в руках. – Ой, Ватсон.

Несмотря на то, что он развернулся на зов Кэти не сразу, в тот момент, когда он почтил ее своим вниманием, его глаза загорелись.

– О да! Кто дает тебе твои любимые натуральные вкусняшки? – Она помахала большой косточкой и была вознаграждена пятнадцатикилограммовой пулей в форме корги. Он сел ей прямо на колени, и Кэти еле удержалась на месте и хитро посмотрела на Лео: – Ну и кто теперь любимчик?

Ватсон сделал всего один укус, как его ушки поднялись, он смирно сел, а в его глазах читалось беспокойство.

Почувствовав, что он увидел какую-то угрозу, я повернулась в направлении его взгляда, рассмеялась и помахала рукой:

– Присоединяйтесь к нам!

В нескольких метрах от нас я увидела Поли. Он шел, пытаясь удержать в одной руке большую корзину для пикника, а в другой – поводки со своими двумя сумасшедшими корги, которые тянули его в противоположную сторону. Рядом с ним шла Афина Роуз, составительница некрологов для «Хроник Бурундука». Она несла корзинку поменьше и большую сумочку с белым ти-кап пуделем, которая высунула свою мордочку.

Афина первой заметила меня, помахала в нашу сторону, а затем показала на нас Поли.

– Вы уверены, что мы не помешаем вам? – Когда Поли дошел до нас, он еле дышал, а его глаза были напряжены и налиты кровью.

– Нет. Конечно же нет. – Я показала на горы еды. – У нас много еды, мы только рады будем поделиться с вами.

Афина улыбнулась и посмотрела на Кэти:

– Пожалуйста, скажите, что я смотрю на ваше клубничное песочное печенье.

– Это именно оно. – Кэти засияла. Афина также была кулинарным блогером, которому поклонялась Кэти.

– Что ж, тогда я продалась вам! – Афина так грациозно поставила свою корзинку, что я позавидовала ее манерам.

Афина всегда выглядела такой собранной, как уверенная в себе афроамериканская модель, которая посетила наш город проездом из Милана в Париж. Не знаю, как ей удавалось производить такое впечатление.

– Пожалуйста, возьми их, – Поли протянул поводки Флотсама и Джетсама к Лео. – Еще одна минута, и, мне кажется, я сорвусь и придушу их.

Лео тут же забрал у него поводки, но ему пришлось подняться, чтобы псы не потащили его к еде.

– Ты в порядке? – Кэти тоже встала, помогая Поли разобраться с корзиной для пикника.

– Да. Сегодня очень длинный день. – Он натянуто улыбнулся и, хотя пробежался по всем нам глазами, ни на ком не задержал взгляд. – Просто устал после софтбола, вот и все.

Я много раз видела Поли грустным и одиноким. И честно говоря, он всегда был немного странный, хотя эта черта его характера с каждым днем казалась мне все более милой. Но никогда прежде я не видела его таким, таким… расстроенным, почти злым… а возможно, и испуганным.

– Поли! Афина! – Мама подбежала к ним и обняла их, а затем спустя несколько минут наша маленькая мешанина из друзей и моих родственников начала праздновать.

И снова меня резко поразило, насколько сильно изменилась моя жизнь, как нас было много. Не считая четырех собак, на этих восьми покрывалах сидели шестнадцать человек. И опять-таки, жизнь была прекрасна.

Еды совсем не осталось к тому времени, как солнце скрылось за горными вершинами. Приближалось время салютов. Четыре наших ребенка только что вернулись, они играли с другими ребятами на площадке рядом с торговыми палатками. Мои сводные сестры и их мужья обсуждали с Барри планы по ремонту их магазина, а Персиваль и все остальные просто бездельничали, спокойно болтая и подъедая остатки десертов с нашего шведского стола. Даже Флотсам и Джетсам так утомились, что уснули в грязной луже, которая образовалась от того, что один из ребят вылил на землю остатки своего холодного чая.

У меня в ногах лежали Ватсон и Перл, ти-кап пудель Афины, они скрутились в клубочек и сладко дремали.

– Они такие милые, – сказала Афина, наблюдая за ними, а затем подняла взгляд на меня: – Уверена, если бы Перл вела личный дневник, она бы каждую ночь обводила имя Ватсона в сердечки.

– Думаю, ты права. – Я достала свой телефон и сфотографировала эту парочку. – Ватсон даже поделился с ней своим любимым лакомством. Если бы кто-то другой посмел попытаться забрать у него еду, он бы получил от Ватсона пулю в лоб.

Она рассмеялась:

– Ну, Кэти говорила, что это была уже его третья косточка.

– О нет! – Кэти отрицательно помотала головой. – Поверьте мне, не важно, какая она была по счету, хоть пятая; Ватсон не делится своей едой.

– И вообще чем-либо, раз уж на то пошло. – Я сделала еще одну фотографию, на всякий случай. – Никогда бы не подумала, что у моего маленького мужчины появится подружка.

– Кстати говоря, про подружек… – произнес Персиваль певучим голосом. – Или, скорее, дружков. Это не твой там идет, Фред? – Он показал мне за спину.

Я обернулась и увидела Брэнсона в полицейской форме, он сидел верхом на каштановом коне с длинной черной гривой. Они осторожно пробирались через толпы людей, собравшихся на пикник.

Афина вдруг зарычала низким голосом, который контрастировал с ее безупречной элегантной внешностью.

– Хм-м-хм-м, как мне нравятся мужчины в форме. Особенно такие.

– Еще бы! – одновременно сказали Кэти и Персиваль и засмеялись.

В этот момент, возможно, почувствовав, что на него смотрят, Брэнсон обернулся на нас и встретился со мной взглядом.

Он ощущал нерешительность, возможно, не так долго, чтобы кто-то заметил, но я заметила. Почувствовала, что ему неловко, даже с такого дальнего расстояния. Наше последнее свидание закончилось на очень приятной ноте, и после этого мы пару раз переписывались, но лично не пересекались. Его напряжение исчезло в мгновение ока, и с улыбкой кинозвезды он натянул поводья своей лошади и направился в нашу сторону.

– Как ваши дела? – Брэнсон слез с лошади, добравшись до нашего пикничка.

– Теперь лучше! – Персиваль чуть ли не замурлыкал.

Гари хлопнул его по плечу, но тоже посмеялся.

Брэнсон снисходительно им улыбнулся, но его улыбка исчезла сразу же, когда он заметил Лео.

– Думал, ты сегодня вечером будешь отслеживать браконьеров. Разве четвертое июля не прекрасная пора для них? Когда вокруг много отвлекающих факторов вроде фейерверков и шума людей?

Я знала, что у них были какие-то непростые отношения в прошлом, но я еще никогда не слышала, чтобы Брэнсон говорил Лео такие колкости.

– Последние несколько лет мы пытались привлечь к нам на помощь полицию, но в официальном ответе был сказано, что мы слишком осторожничали, – холодным и без-эмоциональным голосом ответил Лео, которого таким я еще никогда не видела. – Подумал, что я тоже могу взять выходной.

Не успел Брэнсон ответить, как вмешался Поли:

– Можно дать вашей лошади яблоко… или что-то еще, сержант Векслер?

– Нет, не стоит. Он сыт.

Брэнсон еще несколько мгновений смотрел на Лео, затем взглянул на Поли и перевел взгляд на меня:

– Фред. Я очень рад тебя видеть.

Вся эта беседа сбила меня с толку, и я почувствовала, словно отставала на пару страниц. Или, возможно, я проспала вообще всю книгу.

– И я тебя. – Кажется, встреча будет формальной.

– Слушайте, пока вы здесь… – Барри подбежал к нему, а по его радостному голосу я поняла, что он почувствовал всеобщее напряжение. – Мы сто лет не делали семейную фотографию, так, чтобы были все вместе. А солнце вот-вот сядет. – Он протянул Брэнсону телефон. – Вы не могли бы?

Кажется, он облегченно выдохнул и ответил:

– Конечно.

Не медля, Барри тут же развернулся и начал дирижировать, кому куда встать.

– Фред, попробуй еще раз надеть на Ватсона эту патриотичную шляпу. Может быть, когда рядом его девушка, он покорится. На фотографии это будет смотреться супермило.

Поли встал и взял поводки Флотсама и Джетсама:

– Давайте, парни. Не будем мешать.

Я схватила его за руку:

– Нет, сфотографируйтесь с нами. Пожалуйста.

Он широко открыл глаза, и впервые за вечер то его выражение напряженности, боли или чего-то другого наконец исчезло.

– Правда?

– Конечно! – Я сжала его руку и повернулась к Лео, Кэти и Афине: – И вы тоже. Я настаиваю.

– Как и я. – Мама подошла к Кэти и обняла ее своей птичьей ладошкой. – Мы все семья.

Поли прочирикал, снова став самим собой:

– Замечательно. Я принес с собой шляпы для мальчиков, просто на всякий случай. Минутку. – Он махнул Афине: – И Перл тоже наденешь.

К тому моменту, как все мы собрались, света почти не осталось, но Барри был прав. Однако не знаю точно, то ли из-за того, что на Ватсона смотрела Перл, то ли из-за того, что я попросила Лео надеть на него шляпу, но Ватсон лишь принял строгое выражение, когда на него надели шляпу. На Перл была украшенная драгоценностями тиара, которая не имела никакого отношения к четвертому июля, но все же Перл превосходно смотрелась в ней.

Брэнсон забрался на лошадь, чтобы поймать всех в кадре, и все начали улыбаться. Все, кроме Ватсона, который продолжал хмуриться, и Флотсама с Джетсамом, которые хоть и не пытались снять свои шляпы с Бетси Росс и статуи свободы, но были засняты в процессе кусания друг друга за уши.

После пяти попыток Барри наконец остался доволен результатом и вернул свою камеру. Брэнсон не стал снова слезать с лошади, и смотрел он только на меня:

– Надеюсь, ты хорошо проведешь остаток вечера, Фред. С праздником.

– С праздником, Брэнсон.

Он ушел, не успела я сказать еще хоть одного слова.

Кэти посмотрела на меня с таким видом, словно спрашивая: и какого черта это только что было?

Я пожала плечами и отвернулась, чтобы она не задала свой вопрос вслух. Я приукрасила ей наше последнее свидание. Та встреча показалась мне слишком личной и не совсем понятной. Возможно, если бы я обсудила все это со своей лучшей подругой, я бы поняла чуть больше, но я не стала этого делать. А то, как все только что прошло с Брэнсоном, смутило меня еще больше. Мне стало как-то жутко грустно, как будто что-то постепенно ускользало из моих рук. Ну… не что-то. Это было очевидно. Как будто Брэнсон ускользал как песок сквозь мои пальцы.

К тому времени, как стало совсем темно и в небе заблестели звезды, наша большая группа забралась в приятную теплую толпу из пледов, людей и собачек, которая стояла на холодном бризе Колорадо.

Все мысли о Брэнсоне, любопытство про неприятности Поли и моя собственная меланхолия исчезли, как только начался фейерверк. У меня перехватило дыхание.

И кажется, не только у меня. Несмотря на то, что под звездами стояли тысячи людей, в ночи не слышался ни один голос, все мы были полностью поглощены чудом.

С каждым взрывом цвета, искры и шипения горы загорались, в темноте появлялись прекрасные гиганты, а затем они снова исчезали, а все это время черная зеркальная поверхность озера отражала каждый всплеск золота, серебра, красного и синего цветов.

Жизнь была не просто хороша, она была чудесна.

Пять

– Видите пятнышко – вот здесь? – Бен присел на колени, поглаживая белый бриллиантовый клочок шерсти на затылке Ватсона.

Два ребенка кивнули.

Бен заправил за ухо прядь своих темных волос и погладил Ватсона. – В соответствии с Уэльской мифологией, это пятнышко – гнездо феи. Брат и сестра широко раскрыли глаза от удивления, а их мама серьезно нахмурилась, посмотрев на нас с Беном. Он продолжал свою историю:

– Корги тащили колесницы королевских процессий и помогали в сражениях, – он похлопал по белому животу Ватсона, который распластался на полу. – Вы можете себе представить, что этот парень мог быть воином фей?

Девочка радостно закивала, а ее брат скептично произнес:

– Не слишком ли он толстый для воина? Он, наверно, не может быстро бегать.

– Тогда тебе надо посмотреть на него, когда он слышит слово В-К-У-С-Н-Я-Ш-К-А. Он бежит, как скаковая лошадь.

Я не удержалась и рассмеялась, когда мальчик посмотрел на меня, нахмурившись.

Его сестра ахнула и выпалила:

– Я знаю, что это за слово! Вкусняшка! Он бежит, когда слышит слово вкусняшка!

Подтверждая, что она оказалась права, Ватсон подскочил, застучав своими когтями по деревянному полу книжного магазина.

Дети рассмеялись и сделали шаг в сторону.

– Вот видите? – Я полезла за прилавок и вытащила для него вкусняшку размером с шоколадный ломтик. – Если он так быстро бежит за вкусняшкой, только представьте, как быстро он бы мог бегать ради феи. Я бросила Ватсону кусочек, и он в тот же миг поймал его в воздухе, но разочарование в его взгляде все равно читалось. Из-за того, что он был талисманом «Милого корги», он постоянно получал лакомства, так что нам пришлось заменить стандартные косточки для собак на меньшие кусочки. Хотя бы для таких моментов, как сейчас. Несмотря на то, что из-за этого он строил из себя мученика, он все равно получал более вкусные лакомства и ему давали их чаще, чем любой другой знакомой мне собаке.

– Знаете, откуда я про это узнал? – Бен подождал, пока дети снова обратят все свое внимание на него. – Из книг. Из книг можно узнать большое количество по-настоящему классных вещей.

– А у вас есть детские книжки про корги? – Кажется, у девочки был сценарий с вопросами.

– Наш книжный магазин называется «В гостях у милого корги». Конечно, у нас есть детские книжки про корги. – Бен встал и жестом позвал посетителей за собой. – Сейчас покажу вам. В секции с детскими книгами у нас стоит небольшой диванчик, можете присесть и почитать. Можете даже не покупать.

Мать ребят на мгновение задержалась на месте, пока Бен водил ее детей по магазину. Счастливый Ватсон тоже поплелся за ними. Женщина с пониманием посмотрела на меня, подняв брови, и показала в спину Бену:

– Вы откопали золотую жилу. Эти двое – просто нечто. Я даже не собиралась ничего покупать здесь, пока он не сказал это, смотря прямо мне в глаза.

Я почувствовала, что мои щеки загорелись:

– Он говорил серьезно. Мы не настаиваем, чтобы вы купили у нас книгу. Они могут сколько угодно сидеть там и читать.

– У вас нет детей, не так ли? – Она даже не дала мне времени покачать головой и продолжила: – Нет ни одного ребенка на свете, который не услышал сказку про настоящую собаку, которую он трогал своими руками, не увидел книжку про него и не впал в ужасную истерику после отказа родителя купить ему эту книжку. – Она добродушно подмигнула. – Хорошо сработано.

Смотря ей вслед, я покусывала нижнюю губу, мне было стыдно. Если она действительно купит книгу, я сделаю ей скидку. Она была права. Бен – моя золотая жила. Он не только был эквивалентом кошачьей мяты для каждого встречного животного, но он производил похожий эффект и на детей. А благодаря его милой спокойной натуре большинство мам реагировали так же, как эта женщина. Он был слишком очарователен, чтобы на него злиться. За то время, что он работал в книжном, мне уже пришлось несколько раз пополнять запасы детских книг. Но мне придется поговорить с ним, чтобы он был более хитрым.

Возможно…

Следующий день после четвертого июля оказался почти что таким же загруженным, как и сам праздничный день. Не знаю, как им это удалось, но Бен и Ник проделали блестящую работу в пекарне и книжном магазине. Мы с Кэти уже решили, что выдадим им премию. Еще не было и трех часов дня, как мои ноги уже отваливались от того, что весь день я бегала по магазину, обслуживая покупателей, и это еще мне помогал Бен. У меня даже не было минутки, чтобы прочесть несколько глав в моем любимом отделе мистических детективов. Мы были так загружены, что Кэти не спускалась из пекарни с самого завтрака. Я не имела ни малейшего представления, как близнецы вчера со всем тут справились.

Спустя пару минут Ватсон, ковыляя, подошел ко мне и с ожиданием в глазах посмотрел на меня.

– Иди поспи немного, малыш. Я очень ценю, что ты не ешь детей, но пока что никакой еды. – Я наклонилась, чтобы погладить его по голове.

Запыхтев, он отвернулся от моей руки и продолжил свое путешествие по магазину, чтобы плюхнуться на его любимое местечко у окошка и вздремнуть. К его разочарованию, в то место не падали солнечные лучи, потому что день был необычно дождливый. В конце дня я хотела хорошенько намыть полы, чтобы они не испортились от мокрой обуви посетителей.

Странно, но вдруг у нас произошел перерыв от туристов, а благодаря этому у меня появилось время для себя. Я посмотрела в сторону отдела мистических детективов, меня звал новенький роман писательницы Лондон Ловет. Нет ничего лучше в дождливый день, чем укутаться в плед и сесть читать книгу. Но я знала, что как только я усядусь, появится новый покупатель. Так что приняла решение повести себя как профессионал и пошла проверять почту, которую принесли сегодня утром.

Я просмотрела кучу счетов, рекламы, которая казалась мне интересной, и обычного спама. К счастью, стопка со спамом росла гораздо быстрее, чем стопка со счетами. Мое внимание привлекла бледно-розовая карточка снизу стопки, овальной формы и с зубчатыми краями, и я вытащила ее.

В первую секунду я не могла понять, что находится у меня в руках. В середине были изображены двое персидских котят, а над ними белым шрифтом, по написанию подходящим для члена королевской семьи, британской или семьи фей, было написано «Знакомство с Бельведером и Камео».

Я ничего не понимала, пока не перевернула карточку и не увидела фотографию улыбающихся Мелоди и Джареда Питтс, которые сидели на диване в окружении их семи котов, как я догадалась. Под фотографией было написано:

Мы рады сообщить, что Бельведер и Камео в следующем месяце станут членами нашей семьи, когда достаточно подрастут. В честь их скорого прибытия мы хотим устроить праздник. Разделите нашу радость, эта карточка даст вам возможность бесплатно получить кружку крафтового пива из «Пивоварни Снежного Барана» и десятипроцентную скидку на любой мерч с логотипом «Торговцев» в «Отпечатках Скалистых Гор». Заходите к нам, чтобы познакомиться с нашими новыми малышами, или забегайте в пивоварню, а также на наши игры.

С любовью, Энджел, Беатрис, Синнамон, Этель, Финнеган, Лерой, Шербет, Мелоди и Джаред

Время от времени я начинала переживать, не превращаюсь ли я потихоньку в сумасшедшую мамочку корги. Когда я посмотрела на приглашение и купон, этот страх исчез. По крайней мере, по сравнению с сумасшедшими мамочками котов я была самой святостью.

Магазин сотряс громкий раскат грома, и из пекарни послышался сначала резкий крик, а затем смех. Посмотрев в окно, я увидела, что летний моросящий дождик превратился в ливень. Туристы ломанулись к крыльцу магазина, некоторые вошли внутрь, а другие просто спрятались под крышей.

Бен встал за мое плечо и посмотрел на объявление:

– Вы собираетесь завести кота?

– Не совсем, – засмеялась я. – Уверена, что Ватсон убьет меня, если я приведу домой даже еще одного корги. Но если я только попытаюсь привести кота, то это будет настоящей ужас. Кажется…

У окон магазина раздались громкие вздохи, и мы с Беном одновременно обернулись. Сперва я не заметила, что вызвало такое удивление. Но когда поняла, тоже ахнула. Я услышала, что у Бена была такая же реакция.

Ничего не говоря, мы с ним отошли от прилавка и присоединились к толпе у окна. К счастью, мы оба были достаточно высокими, чтобы все увидеть.

Снаружи, ни капли не боясь города, по улице шло стадо из восьми оленей, они спокойно проходили мимо машин, которые остановились, освобождая путь для животных. Кстати говоря, про королевскую кровь. Я любила своего маленького корги, но если вам нужно выбрать животного, на котором можно поехать на поле сражения, эти создания вне конкуренции. Со своими остроконечными рогами, сверкающими под блестящим дождем, они в самом деле выглядели словно неземные.

Олени бродили по городу не в первый раз и не в последний. Неделю назад возле дерева рядом с магазином антикварных вещей мои дедушки видели кугуара. Почти каждую неделю кто-нибудь натыкался на черного медведя, роющегося в мусорных баках за магазинами. Но, учитывая свирепость грома и молнии, а также то, как стадо животных шло с поднятыми головами, пока дождь мочил их шкуры, это действие и правда было захватывающим.

А я теперь еще и живу в месте вроде Эстес-Парка, где происходят такие вещи. И не только живу, у меня есть магазин моей мечты, друзья и семья. Как же мне повезло?

– Не могу поверить, что это моя жизнь.

– Это просто великолепно, да?

Услышав шепот Бена, я мельком посмотрела на него. Он уставился в окно и был восхищен так же, как и все остальные. Я только что осознала, что произнесла это вслух.

– Ага. Просто великолепно.

Пять минут спустя лоси ушли, и машины снова поехали по своим делам, дождь превратился в легкую морось, а туристы продолжили свои прогулки по тротуару. За исключением пекарни, в магазине было пусто. Я кивнула подбородком в сторону улицы, обращаясь к Бену:

– Я получила сообщение от Поли, он говорит, что мой заказ пришел, зовет меня пообедать с ним. – Я понизила голос. – Это еще одна шляпа. То есть, если быть точнее, повязка на голову, но наверху там пришита стопка из трех поролоновых книжек. Хочу как-нибудь подловить момент и сфотографировать в ней Ватсона. Отлично подойдет для нашей рекламы и новостных писем.

– Кажется, вы что-то говорили про то, что он может убить вас за такое. – Хоть Бен все еще был тихим и робким, за последние несколько недель он открывался с новой стороны, даже время от времени мог подразнить. Ему точно было очень уютно со мной, да и в самом книжном. Это было очень мило. Он и его брат, раз уж на то пошло, несли в себе слишком много грусти, но при этом мне казалось, что в последнее время они немного повеселели.

– Думаю, что повязка окажется очень милой, и это будет стоить того, что я попытаюсь. – Я покрутила пальцем в воздухе, обводя магазин. – Справишься тут сам несколько минут? – Он открыл было рот, чтобы ответить, но я прервала его: – Не надо отвечать, конечно же ты справишься. Ты управился со всем вчера, а это был настоящий дурдом. – Он окончил школу только в конце мая. Мне надо было прекращать относиться к нему как к ребенку. – Я ненадолго.

Я надела свой плащ и направилась к выходу. Ватсон проснулся и поплелся следом за мной. Уже взявшись за дверную ручку, я остановилась и посмотрела на него:

– Можешь остаться здесь. Я быстро.

Он заскулил.

Пожав плечами, я достала поводок:

– Что ж, я тебя предупреждала.

Когда мы перешли улицу и подошли к дверям «Лапок», Ватсон посмотрел на меня таким взглядом, словно я его предала.

– Ой, пожалуйста, не смотри на меня так. – Я открыла дверь и отошла немного в сторону, пропуская вперед Ватсона. Мы оба мгновенно замерли как вкопанные, Флотсам и Джетсам лаяли так громко, словно на них кто-то напал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.