Афаг Рафиг гызы

Души осенние напевы

Афаг Рафиг гызы. Души осенние напевы

Баку, Издательство Ганун, 2021,

Подписано к печати: 26.05.2021.

Книга отпечатана в издательстве Ганун

Баку, AZ 1102, пр. Тбилиси, 76

Тел: (+994 12) 431-16-62; 431-38-18

Моб: (+994 55) 212 42 37

e-mail: info@qanun.az

www.qanun.az

www.fb.com/Qanunpublishing

www.instagram.com/Qanunpublishing

AB 022051 / İN 0506

© Афаг Рафиг гызы, 2021

© Издательство Ганун, 2021

Посвящается моим родителям

Рафику и Гюльтекин Султановым

Осенний блюз

v

И душу жмёт неясная тревога.

Хочу, про все забыв, сбежать от всех забот.

И чтобы только я и дальняя дорога,

И пусть крутой за далью поворот.

Собравшись наскоро, недолго размышляя,

Прочтя молитву от чертовских козней,

И у окна устроившись удобней,

На поиски помчусь земного рая.

Под шум дождя и песнь бродяги-ветра,

Что будет бить в лицо в открытое окно,

И жизнь моя, растаяв в километрах,

Пройдет перед глазами, как кино.

И перебив былого горький вкус,

И позабыв все терпкие печали,

Навстречу поспешу туманным далям,

Чтоб заглушить души осенний блюз.

v

Вечер тихо подкрался, и звезды мерцают.

Скоро осени будем внимать мы напевам.

Лето место своё не спеша уступает.

И вступает в права ярко-рыжая дева.

И земля в предвкушении дивных нарядов

Ждет осенних дождей благотворную влагу.

Так вот длится веками чудесная сага.

Как тебе, Златовласая, буду я рада!

Это правда, что всё у природы прекрасно:

И весна, и зима, и, конечно же, лето.

Просто, знаешь, с годами становится ясно:

Ближе сердцу твои, Золотая, приметы.

И совсем не затем, что душа постарела.

Нет! Она, как и раньше, стремится к полёту.

Не сломалась, не сникла и не присмирела.

А хотя ведь в немалых была переплетах.

Нет в тебе ни палящего летнего зноя,

Ни промозглого холода в зимнюю стужу,

Ни весны, что нас в юности манит и кружит,

И, незнайки, мы в омут летим с головою.

На тебя я с годами всё больше похожа.

Хоть грущу, но в глазах не убавилось света.

И душа в ярких красках осеннего цвета.

С каждой осенью я всё мудрей и моложе.

v

Душа над временем парит, и ей

Неведомы календаря страницы.

А он напомнить каждый год стремится,

Что остается меньше лет и дней.

Ей невдомек: полвека за спиной –

Она не верит в цифры, буквы, даты.

И, как девчонка, этой жизни рада

И пьет любви живительный настой.

О сколько в ней неодолимой силы!

И как бы боль ни расставляла сети,

Хоть крылья в кровь уже давно разбила,

Все ищет куст терновника на свете.

И грустную мне не сдержать улыбку.

Душа смешной девчонкой-непоседой

Из мрака слез опять стремится к свету

И повторяет глупую ошибку.

И я смирилась и с душой не спорю.

Сама рыдает и сама смеется,

И самоочищается, как море,

И чистым зарождается колодцем.

Спасибо всем попутчикам по жизни

За горькие и добрые уроки.

Без осужденья и без укоризны

Я в памяти воссоздаю дорогу.

Не знаю, сколько мне еще пути

Отмерено, одно я знаю ясно:

Что, как бы страшно ни было идти,

А жизнь пугающе, чарующе прекрасна!

v

Я стою, из окна в осень глядя,

Тополь мой облетел за окном.

В желтых листьях асфальт так наряден,

И блестит он, омытый дождем.

Осень солнышку пусть не подружка,

Только я всё равно улыбнусь:

В жёлтых листьях асфальт, как в веснушках,

Разбавляет осеннюю грусть.

v

Как я вокзалы люблю и перроны,

И поездов запылённые окна,

Пышных деревьев бегущие кроны,

И убегаю из города-кокона.

Рельсы стальные стучат под колёсами,

Так мне близка эта песнь дорожная.

А за окном красота невозможная:

Ивы склоняются к озеру косами.

И тополей хоровод, и подсолнухи –

Глаз веселящее жёлтое поле,

И придорожных огней ярких сполохи –

Душу и сердце пьянящая воля.

Движется поезд, пути разбегаются.

Прошлое в памяти тщетно аукает.

Грустные мысли дорога баюкает,

Снова душа для любви просыпается...

v

Скоро снова зима, как темно за окном,

И на улице тихой безлюдно.

Согреваюсь зеленым душистым чайком.

Дома мне так тепло и уютно.

Обратилась к душе, а в душе тишина,

Непривычно там тихо и странно.

Как кричала она, как металась она,

Успевая залечивать раны.

Как же мне непривычно затишье теперь...

Вроде дышит, жива, как и раньше,

Но с мольбой не глядит на закрытую дверь

И любовь отличает от фальши.

Одиночество больше не душит, не жжёт:

Ей улыбку приносит иное.

И любви больше в муках сердечных не ждет,

Наслаждаясь нежданным покоем.

Нет, я верю, конечно, в земную любовь:

Кто-то встретил, наверное, где-то.

Но с годами открылась бездонная новь,

Жизнь иным наполняется светом.

Потерялась моя половинка, видать,

Только мне подарили прозренье.

Радость жизни во всём я могу постигать:

В каждом новом стихотворении.

В Небесах, что таинственным светом полны́.

В буйстве красок весенних полей,

И в улыбке мистической дивной луны,

И в любви дорогих мне людей.

v

Я помню, раньше с трепетным волненьем

Считала дни, ждала весны приход.

На календарь смотрела с нетерпеньем,

Душа в мечтах готовилась в полёт.

Теперь я осень жду с её дождями,

С круженьем листьев, свой отживших век,

С затянутыми сталью небесами,

Скупых на солнце из-под серых век.

Но так задумано, что под зимы покровом

Томится в ожиданье всё земное,

И ждёт прикосновение живое,

Чтобы для жизни возродиться снова.

Вот и в моей душе снежинки тают.

Неясный трепет, пусть не так, как прежде,

И всё ж душа улиткою в надежде

Из домика несмело выползает.

А в воздухе уже весны дыханье

Неясное томление тревожит.

Я буду осень ждать, но всё же...все же...

Нет в жизни без весны очарованья...

v

Помню, трогался поезд с перрона,

Как касался он рельсов струны,

Выезжал за пределы страны,

И на ветках мелькали вороны.

С любопытством смотрела на птиц:

Не встречала их в городе раньше,

И бежали вагоны все дальше

Мимо сел, городов и станиц.

А теперь в нашем городе южном

Выезжать за пределы не надо:

Всюду каркают громко, натужно,

И прохожие им не преграда.

Под ногами, не ведая страха,

У котов вырывая добычу,

Черных крыльев нахальные взмахи,

Жутким карканьем беды нам кличут.

Никогда я не помню, чтоб в прошлом

По-хозяйски летали вороны.

Может, раньше добра было больше?

Нынче подлость блистает на троне.

Что ж так много их в парках и скверах,

Этих вестников зла и напастей?

Гнилью души корёжит и застит,

И летит вороньё, чует скверну.

v

Таинственно струится лунный свет

В моё окно, а мне опять не спится.

Я вспоминаю строки древних Вед

И преклоняюсь пред ночной царицей.

Я под созвездьем рака рождена,

И чаще поступаю по наитью.

Поведали мне Веды, что Луна

Здесь, на Земле, мой добрый покровитель.

О дивная загадка мирозданья,

И пусть твой свет загадочный не греет,

Но всё же от чудесного сиянья

На душу радостным покоем веет.

Заворожено действо наблюдаю.

Пытаюсь разгадать её узоры,

Серебряным украшенные флёром,

И перед таинством вселенским замираю.

v

Я раньше думала, что нет зиме конца,

До марта время бесконечно длилось.

И я ночами длинными молилась,

Чтобы весна согрела нам сердца.

Теперь всё сжалось в дюжину недель,

И оглянуться я не успеваю,

Как снова март, за ним спешит апрель,

И лето также быстро пролетает.

Коль времени нам не подвластен бег,

Стремлюсь запомнить каждое мгновенье:

Деревьев шёпот и потоки рек,

Птиц за окном восторженное пенье.

Людей, что мне встречались на пути,

Любовью чистой согревая душу.

Хоть время и стремительно летит,

Крупицы счастья память не разрушит.

v

Олеандра белые кусты

Кружат запоздалым ароматом.

Где-то вдалеке грозы раскаты...

Ветер треплет блёклые листы.

О сентябрь, я тебя ждала.

Посмотри, как гостя я встречаю:

Яблочный пирог с корицей к чаю

Для тебя сегодня испекла.

И с тобою мы проводим лето,

Вместе будем много вечеров.

И под дождь я расскажу в сонетах,

Как свою не встретила любовь...

v

Облетела душа, точно дерево,

Зимним вечером в тёмном бору.

Словно стая ворон, мысли серые.

Зябко, как на холодном ветру.

И никак до души не дотронуться,

Чтоб согреть мне её ладонями,

Не поможет январское солнце

Растопить мне печали бездонные.

Только я не устану надеяться,

Что воспрянет душа вешним цветом,

Вновь апрельским наполнится светом,

Боль уляжется, грусть развеется.

v

Отгоняю я грусти волну.

Здесь когда-то качели висели.

Детский смех нарушал тишину,

Подросли, из гнезда улетели.

Оживают из прошлого звуки,

Память всё ворошит тут и там.

Хоть грущу по былым временам,

Будьте счастливы дочки и внуки.

Чьи-то дети кричат по соседству,

За воротами прыгает мяч.

И чужое весёлое детство

Пролетает над крышами дач.

Так задумано, так пусть и будет.

Только Бога молю об одном,

Чтобы счастьем наполнен был дом,

И встречались вам добрые люди.

В этой жизни идет все по кругу:

Да, здесь тихо пока, только верю,

Снова вздрогнут от радости двери,

И обнимут любимые внуки.

v

О как же многогранен этот мир!

Непостижим, таинственен и чуден.

Здесь рядом боль потерь и яркий пир,

И праздники сменяет серость буден.

И каждый выбирает, с кем и как

Пройти дорогу, данную однажды:

Один в богатстве видит жизни смак,

А кто-то мучится духовной жаждой.

Здоровые и сильные порой

Ломаются и духом поникают.

А инвалиды снова рвутся в бой,

И этот бой с собою побеждают.

Меняются костюмы, мизансцены,

Добро и зло ведут извечный бой.

Еще одно на свете неизменно,

В итоге душам принося покой:

В аду потерь сквозь боль, печаль и муку,

Чтоб ни случилось, выживаем, ибо,

Как ни тяжел наш путь по жизни кругу,

Здесь есть всегда за что сказать: “Спасибо!”

v

Грусть завладела душой, словно берегом поросль.

Снова у сердца на струнах печальный настрой.

Может, в стихах моих осени больше и мороси.

Просто слагая стихи, обретаю покой.

Если во мне, словно жухлые листья разбросаны

Ветром, печали и дождиком плачет душа,

Чтобы сквозь тучи опять сердце тронуло просинью,

Рифмы на помощь развеять грустинку спешат.

Ну, а когда луч пробьётся дорогою зыбкою,

И засияют глаза, и отступит, отстанет тоска,

Вряд ли я вспомню перо и призывы листка,

Просто делиться захочется доброй улыбкою.

v

Вот и август опять. Значит скоро дожди.

Снова жёлтыми листьями землю накроет.

И шепчу сентябрю, поскорее приди,

Пусть осенняя сказка меня успокоит.

Не отвечу на стук. В доме свет не включу.

И, накрывшись уютным сиреневым пледом,

Просто спрячусь от всех. Зажигая свечу,

Буду тихо вести с ней о жизни беседу.

Не стареет душа ни на день, ни на год,

Но меняются просто с годами пристрастья:

Если раньше весной трепетала от счастья,

То теперь с нетерпением осени ждет.

Ей созвучней порывы осеннего ветра,

Ближе серые тучи и сырость, и слякоть,

И под шепот дождя погрустить и поплакать,

Отмеряя разбитых надежд километры.

v

...А еще я хочу, чтобы ливень осенний в окно,

Чтобы мне календарь рассказал: скоро листья закружат,

И как лодочки, ветром гонимые, плавая в лужах,

Будут радовать глаз, создавая цветное панно.

Может быть, это странно, что в мае цветущем и ярком,

Под весенний ноктюрн я сейчас эти строки пишу,

Что с красавицей осенью встретиться снова спешу,

В серый бархат одетое небо мне будет подарком.

Сколько осени строк написала — так мало весне.

Видно, ветер в душе заглушает весенние ноты.

И всё чаще на сердце прогнозы ненастной погоды.

Оттого блюз осенний звучит непрестанно во мне.

v

Как хорошо, когда весна смеется за окном.

Как хорошо, когда душа созвучна ей во всем.

Как хорошо, когда в цвету деревья и кусты,

И трепет чувствуешь, когда все это видишь ты...

А я привыкла в унисон с осенним ветром петь.

А я привыкла на дожди, как на друзей, смотреть.

И неба серый-серый цвет под душу примерять,

Грустить и, не включая свет, любви и счастья ждать...

v

Мне грустно. Отчего? Сама не знаю.

Быть может, оттого, что ветер воет,

И с веток листья желтые слетая,

Кружатся над моею головою.