Линетт Нони
Золотая клетка

© Герц А., 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

* * *

Пролог
27 лет назад

Медсестра Ольга Водолаева старалась дышать ртом и не глубоко. В операционной воняло! Дико и густо. Врач недовольно щурилась за своими защитными очками, наверняка тоже с трудом дышала. Медицинские маски не могли перекрыть смрад, исходящий от роженицы.

– Господи, и это баба! – не выдержав, с омерзением выдал анестезиолог. – Она хоть раз в жизни мылась?

– Странно, что еще трезва, – отозвалась гинеколог. – Ребенка жалко.

И, посмотрев на ненавистную роженицу, резко скомандовала:

– Чего застыла, тужься давай!

Женщина на столе замычала не хуже коровы. Толку от нее не было никакого. Похоже, она в принципе не понимала, где находится и что происходит. Она лишь бешено крутила головой с выпученными глазами и пыталась сползти с операционного стола. Или хотя бы сдвинуть ноги. Лохмотья на ней разъезжались от старости. Или от той же грязи.

– Господи, ну за что нам это, – пробормотала Ольга. – Она вообще не понимает? Дамочка! У вас ребеночек идет. Давайте уже, тужьтесь!

– Ни черта она не понимает, – раздраженно констатировала врач. – Мы можем потерять младенца.

– А там точно есть кто живой? – поинтересовался анестезиолог.

– К счастью, да, – решительно ответила гинеколог. – Давайте что-то решать. Ребенок же не виноват.

– Да уж, родителей не выбирают, – грустно заметил ее коллега. – Ну, я вколю. Как отрубится, кесарим.

– Давай, пока не поздно, – согласилась с некоторым облегчением врач. – Оль, готовь все.

– А с ней-то ничего не будет? – заволновалась медсестра.

Она работала в приемном отделении уже пять лет. Навидалась тут всякого. Но еще каким-то чудом не растеряла человеколюбия.

– Что с такой станется, – успокоил ее анестезиолог, наполняя шприц. – Завтра очнется, еще и сбежит. Даже не вспомнит, что рожала. На помойке без пуза и жить легче.

– Ага, – поддакнула гинеколог. – Самое интересное, что эта баба здорова как бык.

– Значит, с ребеночком точно все в порядке, – успокоила себя Ольга. – Тоже здоровенький будет.

– Жаль, что явный отказник. – Анестезиолог поднес шприц к руке пациентки. – Эй! Да не дергайся ты так! Вот ведь… Оль, помоги.

Медсестра вцепилась в руку роженицы, прижимая ее к столу, фиксируя, чтобы можно было сделать укол.

– Вену черт найдет…

Они ждали еще несколько минут, а потом начали операцию.

Какой бы ни была эта ночь, сколько бы врачи ни провели времени на ногах, какие бы ни попадались пациенты, первый крик ребенка, появившегося на свет, все равно вызвал улыбку. Момент рождения по-прежнему оставался чудом.

Когда роженицу уже увезли в палату, Ольга обмыла родившуюся девочку, запеленала в чистенькое белое белье, сделала все прививки. И теперь она качала крохотный сверток на руках, по-прежнему улыбаясь.

– Красотка получилась, – ласково и одобрительно заметила врач, зайдя в послеоперационную. – И ведь правда удивительно здорова. Всем бы так везло.

– Да какое же везение с такой матерью, – погрустнела медсестра. – Жалко девочку.

– Крепенькая, почти идеальная. – Врач аккуратно, одним пальчиком провела по щеке ребенка.

– Только родимое пятно одно есть, – вспомнила Ольга. – На бедре. Такое, с монетку размером.

– Уверена, что просто родимое? – тут же заволновалась гинеколог.

– Точно, – успокоила медсестра. – Даже пятнышко красивое. Похоже на крылышко бабочки. Будто татуировка.

– Вот и славно. – Врач чуть отошла в сторону, потерла устало шею. – Надо ей подкорма раздобыть. Неси в детское.

Ольга рассеянно кивнула. Ей так не хотелось расставаться с ребенком…

До рассвета оставалось не больше часа. Ольга смогла добраться до кушетки и провалилась в недолгий, но крепкий сон. Смена была просто адская. Перед тем как лечь, она проверила девочку. Ребенка отнести в соседнее отделение медсестра так и не успела. Привезли на «Скорой» троих, попавших в аварию, а потом еще двоих с пьяной поножовщины, и еще, и еще…

Хорошо, подруга помогла, принесла подкорм для младенчика. И даже сама подала девочке бутылочку, пока Ольга снова была в операционной. Теперь кроха спала. Медсестра поправила одеяльце, проверила, не скатится ли ее подопечная с кушетки, и прилегла рядом. На минуточку…

Ольга проснулась от собственного кашля и от плача ребенка. Кругом было как-то… темно. И снова воняло. На этот раз – гарью. В щель под дверью просачивался густой черный дым.

Пожар! Такого в старой больнице давно ждали. Проводка ни к черту. Закоротило. Ольга поднялась с кушетки, машинально, чуть погладив малышку, заходящуюся детским надрывным жалобным плачем. Медсестра неуверенно пошла к двери, прикрывая рот и нос рукой. От гари щипало глаза.

Ольга распахнула дверь в коридор и тут же шарахнулась назад. От жара. Снаружи все пылало. Где же остальные? Почему никто не кричит? Хотя услышишь тут что-нибудь. Медсестра закрыла дверь, начиная тихо паниковать. Она заперта здесь. Снаружи огонь…

Ее взгляд метнулся к окну. Господи, спасибо. Ведь это только первый этаж! Правда, на окнах имелись решетки. Старые, больше для виду. Ольга распахнула окно. В комнате сразу повеяло холодом – был уже ноябрь. Медсестра толкнула наружу решетку. Но та не поддалась.

– Кто-нибудь! Помогите! – закричала женщина.

Где-то там, на улице, были люди. Она слышала голоса, возможно, даже ответные крики. Но не разобрать. А черный дым все валил и валил. Дверь того гляди слетит с петель. Ольга еще раз толкнула решетку, уже сильнее. Еще и еще. Навалилась на нее всем телом. И наконец выставила ее на улицу.

В комнате продолжал плакать ребенок. Детские всхлипы все чаще перемежались кашлем. Ольга метнулась назад, прижала девочку к себе. Потом аккуратно залезла на подоконник, спустила ноги наружу. После духоты и вони комнаты у нее от свежего воздуха даже закружилась голова.

Надо прыгнуть. Только под окном лед. Если она упадет на ребенка… Ольга посмотрела назад. Огонь уже проник внутрь. Оставить девочку на подоконнике, спуститься самой, а потом… Страшно. Даже на минуту оставить ребенка страшно.

Человек появился неожиданно. Будто вдруг вырос рядом с окном. Весь какой-то неприметный. Серый. Вроде высокий, вроде гибкий. Лицо… Посмотришь, и тут же забудешь. Да и не до лиц сейчас.

– Давай девочку, – удивительно спокойно предложил он, протянув руки. – Быстрее.

Ольга тут же протянула ребенка. Незнакомец в сером прижал младенца к груди и свободной рукой уверенно ухватил Ольгу за талию, стянул ее вниз.

– Спасибо. – Медсестра чувствовала, что сейчас, наверное, расплачется от облегчения.

– Беги, – все так же спокойно велел он.

– Что? – медсестра растерялась.

– Беги, – повторил незнакомец. – Пока можно. Здесь опасно.

– Ребенок… – она потянулась к девочке, почему-то успокоившейся на руках у незнакомца в сером.

– Я позабочусь о ней. – В его тоне было что-то особенное. Приказ, четкая уверенность, надежность. Но была и какая-то плавность, напевная, почти сказочная. Ему хотелось верить.

– Беги, Ольга, – чуть резче повторил незнакомец. – Если хочешь жить.

Она испугалась. Даже больше, чем огня. Этой странной серой фигуры, того, как он произнес ее имя. Его слов… Медсестра развернулась и рванула прочь, не разбирая дороги. Оскальзываясь, сжимаясь от холода, она бежала к воротам, к выходу из больничного городка. Там люди, машины, помощь… Порыв резкого ветра ударил в спину, заставив сердце еще раз сжаться от страха. Как толчок чьей-то руки. Почему-то заломило под лопаткой, стало тяжело дышать, ослабли ноги. Во рту появился странный привкус. Рот наполнялся… кровью. Ольга попыталась вскрикнуть, начала падать вниз, взмахнула руками. А потом она умерла.

Глава первая

Сон был каким-то мрачным и тягостным. Он изматывал, давил, вызывал в груди неприятное ноющее чувство. Софья не слишком понимала, где находится. Вроде бы кругом лес. Силуэты деревьев казались нечеткими, расплывающимися, тающими в вязком сумраке. Было пронизывающе холодно и противно, как поздней осенью после дождя.

Она продиралась в этом бесконечном призрачном лесу. Она интуитивно понимала, что ей нужно спешить, только не знала, куда и зачем. Но страх гнал вперед, будто от того, вырвется Софья из этого леса или нет, зависела ее жизнь. Вот только путь был слишком долгим. Как это часто бывает в кошмарах, девушку не оставляло ощущение, что, сколько шагов она ни делает, все равно остается на месте. Все так же – среди этих проступающих из мрака стволов, в этом липком мерзком тумане.

Ноги вязли во мху или еще в чем-то похуже. Софья старалась не смотреть вниз. Она хваталась за жесткие ветви, тянулась вперед. Она практически ничего не слышала за своим собственным хриплым дыханием. Она могла лишь ощущать это… Холодный пристальный взгляд в спину. Прорезающий туман и мрак. Голодный и злой. Именно от этого взгляда она и пыталась сбежать.

И ее преследователь приближался. Софья не видела, она знала. От незримого присутствия этого неизвестного у нее дрожали руки и бежал пот по спине. Даже волоски на затылке, казалось, становятся дыбом. Девушка в отчаянии, чуть не плача, в очередной раз рванулась вперед. И снова, казалось, осталась на том же месте. А некто невидимый и злой был уже так близко. Совсем рядом. За спиной.

Ее ощутимо трясло от страха и бессилия. Слезы застилали глаза, еще больше смазывая жуткую картину призрачного ночного леса. Она проиграла. Софья знала это. Как и то, что еще миг – и рука преследователя вцепится в ее плечо. Вот сейчас…

Она проснулась от собственного крика. Как ни странно, не столь и громкого, больше напоминающего протяжный стон. Девушка села на кровати, обхватив себя руками. Лицо было мокрым от слез, одеяло неприятно липло к телу.

Софья старалась успокоиться. Она дома. Она в безопасности. Все как обычно. Это ее спальня, кругом стоит знакомая с детства мебель, на стенах старые постеры и фотографии. Здесь нет никого незнакомого и страшного. Только сердце все продолжало бешено стучать, и холодный пронизывающий взгляд в спину почему-то не исчез.

Она разозлилась. Ночные кошмары теперь уже почти норма. Не стоит из-за них портить себе жизнь. Она же не сумасшедшая. Наверное… Софья решительно встала с кровати, схватила с кресла халат. Знакомые уверенные движения разгоняли морок. Так-то лучше. Надо просто пойти на кухню и выпить горячего шоколада. Смешно, по-детски, но зато всегда помогает.

Девушка надела тапки, вышла из комнаты, мысленно скомандовав себе забыть, откинуть прочь это ощущение чужого враждебного взгляда. Она оставит его там, за дверью спальни.

Софья пересекала гостиную. Просторную комнату, с большими окнами, за которым еще спал город. Здесь тоже царил полумрак. Только теперь уже знакомый, ласковый и родной. Девушка специально замедлила шаги, осматриваясь, свыкаясь заново с обстановкой собственной квартиры. Своей зоны безопасности.

До порога кухни оставалось всего пара метров, когда краем глаза Софья отметила движение. Легкое, беззвучное. Где-то у самого пола. Девушка повернула голову. И застыла. Между диваном и креслом сидела крыса. Спокойно, безбоязненно. Зверек замер, наблюдая за Софьей. В темноте горели два крохотных глаза. Наглых. Слишком внимательных.

Софья заорала. Она закрыла лицо руками, отгораживаясь, наивно прячась от этого видения. Девушка была на грани истерики.

Свет включился неожиданно, ослепив ее даже сквозь пальцы, закрывающие глаза. Чьи-то уверенные и сильные руки легли на плечи.

– Эй! – произнес встревоженный, но все равно твердый мужской голос. – Ты чего? Очнись!

Мишка… Софья только сейчас узнала друга. После всех этих кошмаров она совсем забыла о реальности. О том, что друг здесь, рядом. Надежный и нормальный. От звука его голоса, от ощущения его рук на плечах вдруг стало очень спокойно. Тревога и страх отступили резко, так, что от облегчения даже подкосились колени.

– Черт… – Мишка подхватил ее. – Сонь? Очнись уже, а? Ты дома. Все хорошо…

Она наконец-то отняла руки от лица. Снова заплаканного, неприятно мокрого.

– Опять кошмар, – как-то обреченно констатировал друг. – Ну, блин… Сонь. Все уже в порядке. Ты дома. Ты в безопасности.

– Да, наверное, – согласилась она, больше для него, чем сама в это веря. – Просто… крыса. Я испугалась крысы.

– Час от часу не легче, – устало заметил Мишка, все еще поддерживая подругу за плечи. – Теперь еще и крысы. Только почему ты здесь, а не в своей кровати? Ты теперь еще и лунатишь?

– Там крыса, – убеждала его Софья, указывая на угол гостиной. – Посмотри!

– Да брось. – Друг прилагал немалые усилия, пытаясь ее успокоить. – Мы живем не в какой-то там развалине деревенской. У тебя огромный добротный чистенький современный коттедж. Какие крысы, Сонь?

Ответом ему стал еще один вскрик. Сбоку от лестницы, ведущей на второй этаж. Мишка от неожиданности вздрогнул, Софья снова была на грани слез.

– Света! Какого черта! – заорал друг, теряя терпение. – У вас это заразно теперь, да?

– Крыса! – с ужасом и отвращением выдала подруга, усевшись на последней ступеньке и поджав ноги, будто боялась спустить их на пол. – Вон там!

– Да вы… – Мишка наконец обернулся туда, куда указывала ему Светлана. – Твою мать!

Зверек так и не двинулся с места, продолжая наблюдать за людьми. Все также – слишком внимательно. Слишком осознанно.

– А ну, прочь пошла. – Софья, наверное, еще никогда не слышала от своего друга такого тона. Холодного, твердого и властного.

Будто поняв человека, крыса подалась назад, дернулась. Миг, и ее уже будто и не было.

– С ума сойти можно. – Мишка смотрел на пустой теперь угол с искренним изумлением. – Крысы, блин… Сонь, ну, ты как? Она ушла. Уже все хорошо…

– Да, – девушка облегченно выдохнула и даже попыталась улыбнуться. – Вы все ее видели. Вы видели!

И, вытирая лицо, она добавила, почти счастливо:

– Значит, я еще не сошла с ума…

– Соня, прекрати. – Света тоже уже была рядом, улыбалась, усаживала подругу в кресло. – Ты не можешь сойти с ума. Ты по жизни всегда была невменяемая.

– Вот точно, – поддакнул Мишка. – Ты, кстати, как тут оказалась?

– Был кошмар, – призналась Софья. – И я пошла на кухню, выпить шоколада. Простите, что всех вас разбудила.

– Вообще-то я лично еще не спал, – деловито сообщил ее друг. – Работал.

– Ночью? – удивилась девушка. – Я думала, для художника важен свет…

– Лунный свет тоже подходит, – разумно рассудила Света. – Тут все сложно у них, у творческих личностей. Как вдохновение приперло, так и беги.

– Вот-вот, – поддакнул Мишка. – А ты, Светка, чего вскочила?

– Так почти шесть уже, – она пожала плечами, будто ответ был очевиден.

– И что? – не понял друг.

– Мне на работу к девяти, – пояснила девушка. – Пока вымою голову. Пока позавтракаю, посмотрю что-нибудь. И до города еще полчаса ехать.

– Сонь, ты не бойся, – решительно заверил художник. – Ты точно с ума не сойдешь. У нас уже есть одна сумасшедшая. Две на один дом слишком много.

– Вместе с ума не сходят, – поддержала его Света. – Кстати, уж коль мы тут все. Что там про шоколад говорили? Вроде еще пироженки оставались в холодильнике и клубника.

– Рань несусветная, а вас на изыски тянет, – усмехнулась более-менее пришедшая в себя Софья. – Хотя… встреча с крысой такого стоит. Надо стресс заесть.

– Я пошла готовить! – Света уже направлялась в кухню.

– А потом будет ныть, что у нее лишние килограммы, – наигранно ворчливо заметил Мишка.

– Ей это идет, – ласково возразила Софья.

– Это да, – удовлетворенно отозвался друг, усаживаясь на диван. – Вы у меня обе умницы и красавицы.

Ранний завтрак получился удивительно теплым и каким-то особенным. Они уплетали сладкое с ягодами, запивая все это горячим шоколадом. Софье было просто хорошо в эти минуты. Друзья рядом, им весело и вкусно. Даже ночной кошмар отошел на задний план, пусть и не забылся.

– Но крысы в доме – это все же как-то странно, – заметила Света, пытаясь рассчитать, влезет ли в нее еще одно пирожное.

– Да ладно вам, – отмахнулся Мишка. – Это же не пентхаус в высотке, а простой дом. На земле стоит. Ну да, хороший и добротный. Но… короче, забежала какая-то залетная. Бывает.

– Непуганая какая-то крыса, – задумчиво сообщила подруга.

– Вот именно, – согласилась с ней Софья, тут же теряя свое только оберетенное хорошее настроение. – Она была здесь, когда я пришла.

– Совпадение, – твердо возразил ей друг. – В твоем кошмаре тоже были крысы?

– Нет. – Девушка отодвинула свою чашку подальше. Аппетит пропал.

– Снова все то же? – сочувственно поинтересовалась Света. – Или что-то еще прибавилось?

– Снова лес, – коротко отозвалась подруга. – Пока только лес. Когда меня еще не поймали.

– Ясно. – Мишкин тон снова стал каким-то обреченным. – Сонь, надо что-то делать. Это все как-то слишком. Ладно, я мог бы начать тебе говорить, что ты работаешь как проклятая целыми днями. Это ваше расширение и все такое. Увещевать, что это стресс и прочее. Но… Блин, это надо как-то закончить.

– Как? – отчаянно поинтересовалась девушка. – К психиатру сходить?

– Зачем так сразу? – вступилась Светка. – Ты не сходишь с ума. Просто… Все эти твои кошмары, они какие-то слишком логичные. Ну, на психоз не похоже. Может… Ну, не знаю… К экстрасенсу?

– Отлично! – всплеснул Мишка руками. – И что? Какой-то там мошенник будет ей внушать, что она видит свою прошлую жизнь?

– А может, это и правда прошлая жизнь, – упрямо отстаивала свою идею подруга. – Вот… Миш! Ты же все-таки историк по образованию. Вот и давай! Ты же можешь определить, когда это все случилось. То, что ей снится.

– Светка, – он закатил глаза, – я даже промолчу, что учился я давно и не слишком хорошо. Это мелочи. Дело в другом, и я тоже это уже не раз говорил. Историки-профессионалы отличаются от историков-любителей. Помнишь чем?

– Тем, что историк-любитель изучает досконально только какой-то один исторический момент, а профессионал просто понимает саму суть исторических процессов, – дословно процитировала друга Софья. – Это реально странная затея. Как там вообще можно хоть что-то определить?

– Верно, – поддержал ее Мишка, но тут же сбился. – Кстати, а что там все-таки? Ты же там где-то находишься, во что-то одета. Может, что и будет понятно. Хотя бы примерно.

Подруга только невесело усмехнулась.

– Конечно! – саркастично выдала она. – Понятно ему будет. Попробуй. Сначала идет лес. Как сегодня. Там туман и темно. Наверное, где-то рядом болота. Такое тебе о чем-то скажет?

– А деревья там какие? – жадно кинулась расспрашивать Светка. – Лиственные или хвойные?

– Высокие и темные, – описала Софья как могла. – Их почти не видно. Они будто расплываются.

– Ну а одета ты как? – продолжала подруга.

– На мне длинное тяжелое платье. – Тут Софья могла описать что-то конкретнее: – Кажется, оно темно-бордовое. С богатой вышивкой. Золотом. Оно очень неудобное. Рукава узкие. Корсет… Кажется, нет. Но нижние юбки точно присутствуют.

– Декольте? – деловито уточнил Мишка. – Хотя бы историю костюма я помню.

– Нет там декольте, – послушно вспоминала она. – Простой такой вырез под горло. И нижней сорочки нет. Лифчика тоже. Кстати, вся эта вышивка царапается. И нашивки тоже. Такие… похожи на геральдические. Пуговицы еще здоровые.

– Пуговицы? Или бляшки? – Судя по тому, как друг хмурился, описание наряда ему ни о чем не говорило.

– Понятия не имею, – пожала Софья плечами уже немного раздраженно. – Но платье ужасно. А еще обувь. Мягкая слишком. Ногам больно. Тряпичная, что ли, или на очень тонкой подошве.

– Нет, такое точно не определишь, – сдался Мишка. – Нетипичный какой-то наряд. Ну а если не лес?

Вот эту часть своих кошмаров Софья вообще предпочла бы не вспоминать.

– А там пещера, – все же нехотя сказала она. – Не обычная, а такая, рукотворная. Наверное, правильно это назвать подземельем. Там темно, но горят какие-то светильники. Не электричество, конечно.

– Свечи или факелы? – деловито поинтересовался друг.

– Нет, – замотала Софья головой. – Они просто почему-то горят. Типа шары такие. И роспись есть на стенах. Лепнина. Или как там еще это называют. А! Мозаика. Проходы арочные. И посредине бассейн. Короче, водоем. С очень чистой водой. Но кругом места достаточно. И еще там маятник. И песочные часы. И какая-то картина. Или фреска. Можешь ты по такому описанию что-то определить?

– Могу. – Тон у друга был совсем нерадостный. – Это вообще не история, это фэнтези какое-то.

– Тогда зачем мне экстрасенс? – невесело усмехнулась девушка. – Лучше все же психиатр.

– Глупости, – снова заспорила Светка. – Максимум, что можно предложить, это психолог.

– Который тоже скажет ей о стрессе, переутомлении и прочем, – напомнил Мишка.

– Может, стоит сходить, – устало согласилась Софья. – От кошмаров это не спасет. Но зато выпишут хотя бы какие-то успокоительные.

– Ну, это разумно, – сдался художник. – Кстати, шоколад тоже должен был успокаивать. Ты как?

– Лучше, – призналась девушка.

– Тогда иди еще пару часов поспи, – заботливо предложил друг. – Иди-иди. А я пока посуду вымою, уберу тут все. И… да, тоже спать завалюсь. Пусть у нас Светка работает!..

Крысы – уникальные существа. Они обладают абстрактным мышлением и отличной памятью. Крысы проворны и осторожны. Только они способны найти выход из самого запутанного лабиринта. Они всегда помнят дорогу, по которой шли хотя бы раз.

Крысы самостоятельны. Каждая из них способна защитить себя и своих детей. Они преданы своему роду, стае и больше всех – своему Повелителю. Они готовы выполнить любой приказ.

Единственный минус этих серых слуг – их плохое зрение. Крысы не различают цвета, не видят дальше вытянутой руки. Но он всегда может использовать их, чтобы увидеть самому то, что нужно.

Сегодня К-628 выполнил свою работу отлично. Его Повелитель увидел все, что хотел. Крыса четко выполнила и другой приказ. Он подозвал зверька ближе, посмотрел, как его слуга встает на задние лапы, крутит розовым носиком. Потом Повелитель протянул лакомство. К-628 заслужил.

Отпустив зверька, его хозяин задумчиво посмотрел в сторону коттеджа, где горели окна и теперь уже никто не спал. Софья еще не готова. Она только начала возвращаться. А времени у них мало… Человек в сером, привыкший долго сидеть на корточках, легко поднялся, развернулся и направился прочь. Следом за ним, шурша лапками, устремилось более десятка крыс…

Глава вторая

1

– Ну, тебе, как всегда, свезло, – насмешливо заметил капитан Сычев, глядя на коллегу. – Если суточное дежурство начинается с такого трупа, все однозначно паршиво.

В ответ капитан Данилин только кивнул. Сычев поморщился. Андрюха здорово переменился за последние полгода, как вышел из комы. Оно, конечно, понятно, пережить клиническую смерть – это тебе не шутки. Только вот обидно, что теперь шуток и подколов приятель будто и не понимал. Реагировал, как сейчас, спокойно, если не сказать равнодушно.

Пока они шагали от автомобиля к месту преступления, участку пустыря, огороженному экспертами, Сычев продолжал размышлять. Правильное он слово подобрал. Андрюха стал равнодушен. Ко всему. А ведь Сычев помнил, как еще год назад его приятель убивался, когда они немного не успели, и пьяный придурок прирезал девчонку. Андрюха два дня еще ходил как в воду опущенный. И вообще, раньше Данилин буквально горел работой. Сейчас… Нет, раскрываемость повысилась. Оно здорово. Но… Это не Андрюха, а деревянная чурка какая-то. Холодный и чужой человек. Даже выпивать с мужиками отказывается. И так же равнодушно. Жаль…

– Ребята, зрелище не для слабонервных, – предупредил их патологоанатом. – У нее вскрыта грудная клетка. Ребра торчат, отсюда видать. И сердце вырезано.

– Твою мать… – Сычев тут же позеленел, взглянув на тело.

Девушка лежала на спине, раскинув руки. То, что было у нее вместо груди… Жуткое месиво. И еще этот запах свернувшейся крови… Сычев подался дальше от трупа, постарался успокоить бунтующий желудок. Данилин спокойно подошел ближе, уселся на корточки почти у самого тела.

– А само сердце где? – спросил он.

– Упаковали уже, – доложил ему один из экспертов, одетый в защитный костюм, перчатки и маску. – Валялось рядом. Почему-то разрезанное пополам. Дичь какая-то.

– Дичь, – согласился как-то почти машинально Данилин. – Что-то еще?

– А тебе этого мало? – нервно осведомился Сычев, встав подальше за его спиной. – И так очевидно. Она четвертая. Одно лицо же.

Его напарник привстал, наклонился над трупом, рассматривая лицо убитой. На вид девушке было где-то около двадцати пяти лет. Длинные вьющиеся волосы красивого шоколадного оттенка. Прямо как у моделей в рекламе шампуней. Лицо правильной формы, кожа гладкая, нос прямой, небольшой такой, четкий. Губы искусаны в кровь. А глаза, обращенные к небу, удивительно серые. Нестандартно при таком цвете волос. Впечатляет.

– Она красивая, – заметил Данилин как-то задумчиво.

– Была, – напомнил Сычев. – Как и предыдущие три. Как он только таких находит? Внешность у жертвы не рядовая. Да и вообще, все явно из обеспеченных. Дорогая девочка.

– Она не проститутка, – тут же отозвался еще один из экспертов, кто изучал и упаковывал в пакеты для улик вещи из сумочки убитой. – Свой бизнес, семья, муж. Дочка маленькая осталась сиротой… Черт…

– И так понятно, что на шлюху не похожа, – буркнул Сычев. Новости о ребенке убитой его подкосили. У самого дочке пять лет. Страшно. – Что-то новое есть?

– Ничего, – устало сообщил патологоанатом. – Но может, потом после вскрытия и всех анализов что скажу.

– Вряд ли, – бросил Данилин и отошел дальше от трупа. – Валера, поехали. Наверняка начальство уже в курсе.

– Ага. – Сычев был рад убраться отсюда. – Уж лучше пусть полковник орет, чем это видеть… Задался день, ничего не скажешь…

2

Софья не любила опаздывать. Она уважала порядок и четкость во всем. К этому ее приучили приемные родители. Ей с детства говорили о необходимости всегда все планировать и делать правильно и точно. Ведь ей руководить бизнесом, когда их не станет. Только никто не предупреждал, что они погибнут так рано. Это случилось шесть лет назад.

И тогда Софья, которой только шел двадцать первый год, была вынуждена полностью взять управление родительской компанией на себя. Вместо того чтобы оплакивать родных и скорбеть. Но, наверное, так было и лучше. Ведь иначе, будь у нее время на слезы, девушка никогда бы не смогла взять себя в руки и оправиться от потери.

Ее приемным родителям, за которыми девушка унаследовала все, принадлежала сеть крупных супермаркетов. Софья удержала бизнес на плаву, даже немного расширила его. И теперь, спустя годы, когда пришло время заботиться не о расширении продуктовой линейки, а о доступности товара, девушка налаживала службу доставки.

Обычно она приезжала в офис рано. Иногда даже за час-полтора до официального начала рабочего дня. Но сегодня Софья решила, что может позволить себе опоздать. Также, собравшись, она позвонила секретарю, вызывая служебный автомобиль, хотя обычно садилась за руль сама. Иногда надо отдыхать. Особенно когда уверена, что начала сходить с ума.

До офиса от их загородного поселка было ехать минут сорок. Устроившись на заднем сиденье, девушка достала свой планшет, делая вид, что погружена в работу. Водитель давно привык к своей пассажирке. Знал, когда можно поболтать, а когда лучше оставить начальницу в покое. Он ей не мешал.

А она, отгородившись от него гаджетом, вспоминала, как началось ее сумасшествие.

Впервые это случилось недели две назад. У Софьи было два секретаря: Людочка и Валечка. Сестра и брат, с ними она училась на экономическом. Еще в университете они сошлись на любви к южнокорейскому кинематографу. Но если Софье было просто интересно смотреть чужие сериалы, то эти двое просто «болели» всем корейским. Людочка, правда, при этом оставалась еще умненькой и расторопной, отлично ладила с людьми. А вот Валечка звезд с неба не хватал и слишком уподоблялся героям любимых сериалов, был таким… лощеным, манерным и помешанным на собственной внешности, что явно отвлекало его от работы. Но на выполнение простейших офисных заданий его хватало.

В тот день он принес Софье на подпись стопку документов, и пока она быстро ставила свою «закорючку» на каждом листе, секретарь с тоскливым видом рассматривал собственную руку.

– И что стряслось? – спросила его начальница, даже не отрывая глаз от дела.

– Помнишь? В «Потомках солнца»? – начал Валечка. – Там главный герой говорит сержанту, что А-4 страшнее, чем С-4? Он так прав!

– Ты хоть знаешь, что такое С-4? – иронично поинтересовалась Софья.

– Бомба какая-то, наверное, – тем же унылым тоном отозвался секретарь.

– Взрывчатка, – машинально поправила девушка и тут же поняла, что это не имеет смысла. – Так и к чему это все?

– Вон какой порез! – Валечка попытался подсунуть ей под нос свою руку, но не дотянулся через широкий стол. – А ведь я только сделал маникюр! И… попытался помазать кремом. Так теперь еще и щиплет.

– Могу трогательно наклеить тебе пластырь, – предложила Софья, наконец-то закончив с подписями. – Как в дорамах.

– Да… пластырь, это мысль, – оценил без энтузиазма Валечка. – Но это так неэстетично…

В этот момент его начальница складывала бумаги в стопку. Тот самый коварный формат листа А-4. Она даже не поняла, как успела порезать ладонь. Прямо как Валечка. Мгновенный укол боли, и вот выступила кровь.

– Черт… – Софья отложила документы, чтобы их не испачкать, и опустила глаза на порез.

Тогда это и случилось впервые. Картинка буквально взорвалась перед ней. Сразу, резко, реальность сменилась… скорее всего, галлюцинацией. И вот Софья уже смотрит не на тонкий порез, а на свои руки, полностью залитые кровью. Чужой. Кровью того, кто лежит у ее ног. Мужчина с длинными светлыми волосами, сейчас разметавшимися по каменному полу. Софья резко подалась назад, даже не заметив, как спиной уперлась в спинку своего рабочего кресла. Там, в этом странном видении, она не встретила преграды. Зато впервые увидела пещеру.

Точнее, Подземелье. Тогда Софья как-то сразу впитала в себя всю картину. И песочные часы, в верхней части которых почти не осталось золотистых крупинок. И водоем с хрустально чистой водой, странную фреску, похожую на чудную мозаику. Это все оглушало, поглощало, казалось настолько правдоподобным…

И это непривычное ощущение чужой крови на руках, и чувство безысходности. Умирающий на полу, на чьем лице застыла странная бравая, какая-то слишком уверенная улыбка. Так же в подземелье находился еще один человек. Он стоял напротив Софьи. Высокий, худой, мрачный. Но от него исходило ощущение силы. Только притом что это видение, или галлюцинация, было ярким и четким, лица незнакомца девушка не запомнила. В нем было что-то неуловимое. Только посмотрела – и будто уже не помнишь. В отношении этого странного незнакомца Софья могла сказать лишь одно: она ему верила. Во всем этом ужасе, или наперекор ему, девушка полагалась на этого человека, окутанного серой дымкой.

В тот первый раз девушка вернулась в реальность так же резко, как и выпала из нее. Но ее ошарашенный вид напугал Валечку. Софья кое-как отделалась от секретаря. Занятая делами, она за день почти отбросила увиденное прочь, почти смогла убедить себя, что этого не было. Но в ту же ночь ей впервые приснился кошмар…

Автомобиль плавно въехал на стоянку возле офисного центра, последние два этажа которого занимала администрация компании Софьи. Девушка, как обычно, поблагодарила водителя, выбралась из машины, чуть помедлив, вдохнула холодный воздух, посмотрела по сторонам.

Мир не изменился. Все так же куда-то спешили по проспекту автомобили, по тротуару торопливо шагали люди. Серое небо, бетон и хром строений. Только тот, другой мир, рожденный явно развивающимся безумием Софьи, не отпускал.

Сейчас ей казалось, что она смотрит на все эти знакомые детали будто сквозь стекло, через некую преграду, лишающую реальность яркости, громкости, какого-то важного элемента натуральности. Софья медленно поднималась по ступеням, ведущим ко входу в здание, продолжая будто бы заново знакомиться со своим миром. Это было даже интересно. И… безопасно.

Внезапно девушке в голову пришла мысль о том, как она выглядит со стороны. Наверное, кажется странной. Что и неудивительно. Софья прошла еще несколько ступеней, опираясь на изящные перила. Было скользко, но она, не подумав, надела сапоги на каблуках. Она опустила на миг глаза вниз, чтобы проверить очередную ступеньку, и почувствовала резкий приступ страха.

Кто-то смотрел ей в спину. Холодно, с ненавистью, настолько зло… Как там, в том жутком сумеречном лесу. Только этот кто-то был сейчас здесь. В реальности.

Забыв о скользких ступеньках, каблуках, обо всем, Софья резко обернулась. Она нашла его безошибочно, буквально просто схлестнулась взглядом, как на дуэли. Девушка была уверена, что никогда в жизни не видела этого человека. Какой-то неопрятный, лет пятидесяти, в странной коричневой кургузой куртке и темных бесформенных штанах. Обычный человек. Вот только взгляд у него был тем самым – ненавидящим, холодным, жестоким. И… нет, люди так смотреть не могут. Такой взгляд может быть лишь у… твари.

Софья не могла понять, как это слово вползло в ее голову. Но оно рождало панику. И узнавание. Твари… Они вписывались в рамки ее безумия. Они были оттуда, из того мира, из реальности ее галлюцинаций. И этот человек, или то, что сейчас смотрело на Софью его глазами, тоже был оттуда.

А потому девушке оставалось лишь одно – бежать. Резко развернувшись, Софья попыталась рвануться ближе к зданию, где много людей, где можно спрятаться, закрыться, в конце концов, в своем родном кабинете. Носком сапога она ударилась о ступеньку, каблук поехал по льду. Девушка начала падать назад, всплеснула руками в поисках опоры, которой, конечно, не было.

Софья уже как-то смирилась с неизбежным падением и болью, но за миг до ее удара о землю чья-то рука поймала девушку за талию.

– Живая? – произнес рядом уверенный и почему-то веселый мужской голос.

Только тут Софья поняла, что зажмурилась, и распахнула глаза. Это был совсем другой мужчина. Года на два всего старше Софьи, на полголовы выше ее. Такой… современный, спортивный, одет дорого и модно. Светлое пальто, короткая стрижка, приятное лицо. Яркие карие глаза. Веселые и умные. Симпатичный и какой-то… нормальный. Наверное, вообще слишком нормальный для Софьи. Особенно сейчас.

Мужчина убедился, что она способна самостоятельно твердо стоять на ногах, и тут же отпустил ее.

– Простите, – выдохнула девушка. – Задумалась не вовремя.

– Знаете, – задорно улыбнулся он в ответ. – Я считаю, что умение задумываться и думать в принципе не может быть несвоевременным.

– Только не всегда безопасным, – Софья пыталась поддержать шутливый тон. – Спасибо за поддержку.

– Физическую и моральную, – продолжил незнакомец. – А еще лучше в такие моменты помогает кофе.

Он смотрел на нее все с таким же немного веселым и совершенно адекватным видом. Он выглядел таким уверенным, спокойным, даже каким-то бравым. Так что Софья невольно вспомнила другое лицо, другую улыбку. Того, кто лежал в крови на полу в том подземелье. Не самое уместное воспоминание.

– Спасибо за совет. – Она осторожно ступила на следующую ступеньку. – Учту.

– Это было предложение. – Мужчина повернулся, провожая ее взглядом.

– Не получится, – отказывать легко и красиво она научилась давно. – Я и так сегодня опаздываю на целых два часа.

– Значит, в следующий раз, – с прежним уверенным спокойствием решил он. – Пока.

Софья помахала в ответ ручкой и ускорила шаг. Это «в следующий раз» звучало как-то слишком утвердительно.

В холле было тепло и просторно. Просто хорошо. И казалось, безопасно. По крайней мере, тот жуткий взгляд в спину, тот странный человек, а заодно и этот неожиданный спаситель остались там, за дверями.

Девушка возвращалась в привычный ритм своей жизни, успокаивалась и уже спешила, начав в голове перебирать весь список запланированных на сегодня дел. Чтобы попасть наверх, в свой кабинет, ей нужно было пересечь практически весь первый этаж, миновать кучу мелких контор, кафе и бутиков. Там, в дальнем углу, прятались лифты и лестница.

По утрам Софья встречала на площадке перед лифтом кучу народу. Но сегодня, в неурочное время, здесь было непривычно пусто. Точнее, совсем безлюдно. И это снова выбило девушку из колеи. Разве бывает такое? Чтобы в огромном бизнес-центре никому не нужно было ехать в офис?

Девушка замедлила шаг, слушая, как неожиданно громко стучат ее каблучки по плитке пола. Единственный громкий звук. Слишком долгий коридор ведет к лифтам. Слишком мало освещения в этой части центра. И никого.

А ведь там, сзади, в зале звучат шаги. Чьи-то такие быстрые, торопливые… Она понимала, что снова начинает паниковать. Эти кошмары точно сводят ее с ума. Она превращается в параноика. Ведь достаточно только повернуть голову, посмотреть назад…

Больше всего она боялась снова поймать тот самый взгляд. Увидеть глаза твари. Слишком темные, жесткие, дикие… Софья, ненавидя саму себя за страх, практически добежала до лифта, резко нажала кнопку вызова и… прижалась к стене напротив. Чтобы ее не видели из коридора. Чтобы не заметили, не нашли…

Лифт традиционно не спешил. На табло медленно сменились цифры. С шестерки на пятерку. Даже не смешно. Софья стояла, засунув руки в карманы, и пыталась молиться. Пусть лифт едет быстрее, пусть никто не появится, пусть в коридоре не зазвучат торопливые шаги… Она судорожно вслушивалась в далекий гул зала. В рекламные объявления, чей-то смех. А где-то сбоку, у самого пола мелькнуло темное пятно.

Софья вздрогнула и резко повернула голову. Вдоль противоположной стены от приоткрытой двери, ведущей к лестнице, к лифту, неторопливо шла крыса. Казалось, зверек не замечает женщину, полностью погруженный в свой какой-то поиск.

Крыса… Снова. Девушка тихо всхлипнула. Зверек остановился, уставился на Софью своими малюсенькими глазками. Софья сжала руки в карманах в кулаки. Так хотелось орать. От этой дикой безысходности, от страха, от полного понимания всей нереальности происходящего. Крыса подняла передние лапки, вытянулась, начала водить своим крохотным носиком. Потом зверек вдруг вздрогнул и уставился на вход в коридор, будто услышал нечто тревожное.

Софья невольно тоже прислушалась. Шаги. Четкие, уверенные, быстрые. Крыса дернулась, перевела взгляд на девушку. Снова, как этим же утром, слишком осознанный и умный взгляд. А потом, резко развернувшись, зверек поспешил обратно к двери, ведущей на лестничный проем.

Это было уже откровенным безумием, но Софья сорвалась с места и побежала вслед за крысой. Ей было наплевать, как это выглядит. Вообще, наплевать на все. Но девушка была уверена, что поступает верно. Интуитивно правильно. Как загнанная в угол крыса…

Ее спасли два момента. Первое, что крыса, скрывшись за углом, куда-то исчезла. Софья уже не видела ее, когда начала подниматься на свой этаж по лестнице. И второе – ей встретились люди. Нормальные, обычные люди. Иначе девушка сама себе вызвала бы психбригаду.

Но все же на уровне третьего этажа ее разумность взяла верх над паникой. Да, испугалась. Несколько раз подряд. А кто бы на ее месте не испугался? Все эти странные ощущения, события, видения… Тут трудно не впасть в панику. Но на будущее с этим все же нужно что-то делать, иначе дня через два Софья будет шарахаться от любой тени и бегать за крысами, как Алиса за белыми кроликами. Тогда останется только положиться на врачей…

Когда девушка наконец-то вошла в свою собственную приемную, реальность полностью победила безумие. Своей жестокостью. Софья вспотела, у нее ныли мышцы ног, ее мучила одышка. А ведь ей чуть больше 25! Потрясающе! И это после обычного подъема по лестнице на шестой этаж.

– Привет! – лучезарно улыбнулась ей Людочка.

Начальница ответила искренней теплой улыбкой. Вот они, столпы нормальности – Людочка и Валечка. Их не сдвинешь.

– Сделай мне кофе, пожалуйста, – попросила она. – А где Валечка?

– Он сегодня на обед чуть пораньше пошел, – виновато-просительно стала рассказывать секретарь. – Тут на втором этаже открылся новый массажный салон. Вроде тайский. Валечка записался лицо делать. Подтянуть немного.

– Чего ему подтягивать? – трезво возмутилась Софья. – Ему 27!

Людочка усмехнулась.

– Ну… – она пожала плечами. – У брата вечером свидание.

– У Валечки есть девушка? – Простые сплетни здорово успокаивают. Да и личная жизнь секретаря – это неожиданная новость. Девушка у Валечки…

– Или парень? – вдруг засомневалась Софья.

Людочка рассмеялась.

– Девушка у него, успокойся, – немного покровительственно уточнила она. – Ты выглядишь взмыленной. Иди приведи себя в порядок, подкрась губы. Я сейчас принесу кофе.

– Ты просто добрая фея, – польстила ей начальница.

Правда, следовать совету секретаря не стала. В кабинете Софья сразу уселась за ноутбук, проверять почту.

– Я еще и печеньки принесла. – Минут через пять Людочка вкатила к ней в кабинет сервировочный столик. – Там уже что-то срочное?

Она мотнула головой в сторону ноутбука.

– Пока вроде бы нет. – Ее начальница быстро набирала что-то в поисковой строке браузера. – Тут просто прислали рекламное предложение. Хочу посмотреть. Как я понимаю, у нас пока вообще спокойно?

– Конечно. – Людочка устроилась за столом напротив начальницы. – Совещание только завтра. Так что никакого аврала. Пей свой кофе.

– Спасибо. – Софья придвинула себе чашку. – Чего такая довольная?

– Потому что я смотрю новую дораму! – ликующе выдала девушка. – Это нечто! Фэнтези. Сюжет просто чудо. Тебе должно понравиться. Герои встречались в прошлой жизни. Знаю, это не ново. Но! Там понимаешь, такая фишка, что всегда все повторяется. И те, кто был знаком тогда, будет рядом и сейчас. Ну, в смысле, в этой жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.