Лала Луние
Ангел из моего кошмара

Безустанное бдение крепостных башен и маяков, восставших против моря и времени. Победа близка? Кто знает… Пока же они недвижны, лишь по тихим их комнатам бродят души умерших, наблюдая за живыми. Скоро и мы окажемся там, скоро взойдем на стену времени – и не о чем будет тосковать. Только друг о друге.

Джим Моррисон

Глава первая. 1.431

Ди сидел на стуле в своей полупустой квартире, пытаясь выбросить из головы вчерашний день. И всю последнюю неделю. Весь последний месяц. Как ни странно, но его уставший от беспросветной жизни разум, все еще непостижимым образом верил в чудо. И в какой-то мере чудо было уже в пути. А пока не оставалось ничего, кроме как пассивно отражать от себя темную, с трудом тянущуюся, словно вареная сгущенка действительность.

Некогда желтые стены, потускнели, но по комнатам все еще бродили призраки былого величия. Все предметы скупой обстановки были на месте: потрепанный диван, который не прослужил хозяину и пяти лет, но выглядел уже неважно; небольшой деревянный стол, пришедший на место своего более изящного соперника; тумба под телевизор, на которой в беспорядке хранились немногочисленные оставшиеся у Ди книги, самого телевизора давно уже не было. Дополняли комнату старые настенные часы и одинокий стул, на котором и сидел Ди. Что-то изменилось. Похоже, перестали идти часы, вечно раздражавшие своим нахальным тиканьем. Или все же изменилось, что-то большее?

Ди встал и подошел к окну, которое отсутствием штор, добавляло унылости интерьеру. Из-за тумана было невозможно разглядеть что-либо на улице. Казалось, все вокруг погрузилось в непонятный транс.

 Вдруг туман начал просачиваться сквозь щели в окнах. Молодой человек сделал шаг назад, но туман мгновенно окутал все пространство комнаты. Ди обернулся, надеясь увидеть стул, на котором он сидел, но в сером цвете уже растворились все предметы. Он попытался отогнать туман, словно это был неприятный запах. Его безуспешные действия лишь зародили панику в его душе.

«Посмотри, что ты наделал…» – раздался внутренний голос. И неожиданно на Ди нахлынул поток воспоминаний. Ему стало страшно, стыдно, больно, но он никак не мог избавиться от уничижающих мыслей. Неприятные воспоминания и раньше посещали его, в такие минуты, Ди не хватался картинно за голову, как герои дешевых фильмов. Он резко зажмурился, а когда открыл глаза, то понял, что находится на берегу.

 Ди стоял перед лицом бескрайнего океана. Волны медленно накатывали и бились о прибрежные скалы. Тихо. Слишком тихо. Нет ни людей, ни птиц, и даже океан не издавал ни единого звука. Осталось лишь ожидание, которое вскоре должно подвести итог всей его жизни. Наблюдая за океаном, он понял, что паника уступила место умиротворенному спокойствию. Его совершенно не удивило столь резкая перемена места. Он и сам не понимал, но чувствовал, что так и должно быть.

 Он ощутил легкость во всем теле. Ди пошевелил рукой. Она все еще подчинялась ему, но потеряла свою чувствительность. Странное отсутствие мыслей смутило Ди. Казалось, что все самые дорогие воспоминания уходят от него. Но он не хотел ничего забывать. В особенности ее.

Ди поднял голову, чтобы взглянуть на небо, но почувствовал себя еще более странно.

Наверху над ним нависал океан.

Потом постепенно два «полюса» резко начали сближение, обещая поглотить Ди своими тяжелыми водами. Когда пространство стало давить на него, Ди почувствовал, как закружилась его голова.

Вдруг волны побежали, как испуганные кошки. Ди обернулся и увидел, что в его сторону двигалась женщина. Он не шевелился, пытаясь получше разглядеть ее. На вид ей, казалось, лет сорок пять, высокая, светловолосая, с длинным, прямым носом, с широким лбом и неопределенным взглядом, который, как показалось Ди, указывает на ее внутреннюю борьбу. Пожалуй, будь она немного красивее, то походила бы на сказочного эльфа. За ее спиной волочился густой туман, превращающийся в бесформенную черную массу. Незнакомка медленно развернулась и шагнула туда. Ди отправился следом. Он шел, не разбирая дороги, казалось, довольно долго, и все это время копна светлых волос полу-эльфа не давала ему сбиться с пути.

 Ди и сам не заметил, как оказался в комнате с ярко красными подсвеченными стенами. Он выжидающе смотрел на женщину, она же, в свою очередь, не отрывала взгляда от него. Она обдумывала, как бы по-деликатнее сообщить ему необходимую информацию. Ей так часто приходилось заводить этот разговор, но всегда было неудобно его начинать.

– Меня зовут Лисса, – растягивая слова, сказала она, – ты – умер. Уже несколько лет. Просто у океана время летит незаметно.

Ди поразила эта мысль, но он сделал вид, что уже давно обо всем догадался.

– Мы готовы предложить тебе работу, но для этого тебе предстоит пройти испытание, чтобы определить профиль твоей будущей деятельности.

– Ну, в связи с некоторыми изменениями в форме моего существования, у меня как раз появилась свободная минутка, для того, что бы поработать, – саркастично улыбнулся Ди.

– Что ж, знай, что пока ты просто кандидат в ангелы, – сказала Лисса, – пойдем, представлю тебя твоему наставнику.

 Разговор получился каким-то быстрым и скомканным, и у Ди создалось ощущение нереальности всего происходящего. Ему казалось, что все это лишь сон, в котором могут происходить невероятные вещи, и он уверенно двинулся вслед за Лиссой, ожидая, что в скором времени он все же проснется. Все это просто недоразумение, про которое можно со смехом рассказывать потом друзьям. Но сейчас он не мог вспомнить, а были ли у него вообще друзья?

 Слово наставник ассоциировалось у Ди с седым старцем, в белом балахоне и волшебным посохом. Ужасно скучно. Но когда одна из стен комнаты исчезла, перед его взором открылся длинный темный коридор с множеством дверей. И Лисса привела его плохо освещенную комнату, где за столом сидела прекрасная хрупкая девушка с медными волосами и что-то писала, писала неторопливо, аккуратно выводя каждую букву. В ее волосах виднелась серебристая прядка, которая переливалась в тусклом свете.

– Сонери, – сказала Лисса, – прибыл номер 1.431. Процедуру обработки памяти прошел.

Не поднимая взгляда от написанного, наставница неопределенно махнула свободной рукой.

 Лисса легонько подтолкнула Ди вперед и испарилась.

 «Что значит процедура обработки памяти?», – подумал Ди, но не решился озвучить свой вопрос. Ему отнюдь не казалось, что у него стерли память. Хотя… нет, не может быть. Он ведь точно помнит, что жил на земле, учился, потом работал. Еще несколько ярких бессвязных картинок всплывало в его подсознании. И все. Но это совершенно не тревожило его. Ди чувствовал себя отдохнувшим и полным сил приступить к новым обязанностям.

Новоиспеченный кандидат в ангелы принялся разглядывать комнату. Здесь, кроме стола, за которым сидела девушка, находился деревянный стул и длинные ряды шкафов с множеством папок. Единственным источником света служила лампа на столе. Это место напоминало Ди салон магии, не хватало только хрустального шара.

«О, хрустальный шар, хрустальный шар, спаси всех нас!»

 Сонери тайком поглядывала на своего нового подопечного, и ждала когда же он, наконец, начнет себя проявлять. Какое-то время оба молчали. Ди решил как-то наладить контакт, заговорил первым:

– Не предложите ли кофе?

В ответ тишина.

 Тоже мне девица – наставничек. Смешно.

 Наконец, Сонери оторвалась от своей работы и посмотрела на Ди своими темными глазами. И Ди был сражен глубиной ее взгляда из-под пушистых ресниц. Он заворожено смотрел ей в глаза, чувствуя, что теряет дар речи. Сонери ухмыльнулась и снова погрузилась в свои записи.

– Нам надо, кое-куда наведаться, – наконец, сказала она, флегматично поднимаясь из-за стола.

Ди и Сонери шли сквозь туман. Сонери предпочитала хранить молчание. Хотя у Ди было очень много вопросов, он терпеливо ждал. Жизнь доказала, терпение – эта первая ступень к познанию.

 Он ожидал увидеть унылое зрелище: сотни, парящих над поверхностью, закутанных в светлые одеяния тел, идеальную тишину и место для созерцания.

 Но вот послышались оживленные голоса. И вскоре под ногами появилась черная поверхность. Это был не асфальт и не гравий, а скорее, нечто, напоминающее магнит. Впереди, окруженная туманом, показалась Черная скала. Казалось, она притягивает ангелов, питает их своей энергией.

 Ди слышал, как за скалой раздавались смех и визги, и любопытство подтолкнуло его узнать, что там происходит. Оказалось, что в скале располагался маленький водопад, а находящиеся вокруг него кандидаты в ангелы беспечно обливались водой. Ди с настороженностью отнесся к происходящему. Присоединяться к всеобщему веселью ему не хотелось. Он не так-то просто сходился с людьми, и предпочел остаться в стороне вместе с Сонери. Но обернувшись, он увидел, что ее нигде нет.

 В меру счастливые и достаточно мокрые, кандидаты разбрелись по группкам. Одни что-то оживленно обсуждали, другие взялись за руки, третье уселись на черную поверхность.

 Один мужчина средних лет, розовощекий, косолапый, немного полноватый, заметил Ди и направился к нему. Он был раздет по пояс. А его мокрые брюки едва доходили ему до щиколотки. Многое в его внешности, казалось было сделано наспех, будто бы его произвели на китайской фабрике, которая занималась изготовлением низкокачественных подделок.

– Ты тоже тут новенький? – спросил мужчина.

– Да, – ответил Ди, все еще продолжая искать в толпе свою наставницу.

– Ты не знаешь, что они для нас готовят?

 Молодой человек пожал плечами.

– Я смотрю, ты не очень разговорчивый. Скажи хотя бы, как тебя зовут.

– Ди.

– А я – Шанди. Знаешь, тут лучше, чем на земле. Не знаю, почему спокойнее или может быть веселее. А может, там было лучше? Не могу сказать. Не помню.

Ди не слишком хотелось общаться с «коллегой», но деваться было особо некуда, а разговаривать не о чем. Тогда заполняя эту неловкую паузу, Шанди вставил:

– Ты видел серебряные полоски в волосах у ангелов. Говорят, когда мы получим такой же статус у нас тоже такая ерунда в волосах появиться. По-моему это не стильно, а ты как думаешь?

 Ди пожал плечами. Чтобы как-то поддержать разговор, он сказал:

– И долго вы здесь?

– Да не очень. Нам сказали, что мы ждем, когда все соберутся.

И вдруг поверхность, на которой стояли кандидаты в ангелы затряслась. Ди стал лихорадочно искать, за что бы уцепиться. Но все прекратилось так же внезапно.

– Воу, – Ди отскочил от края.

 Сначала ему показалось, что они находятся на крыше небоскреба. Но потом он понял, что это был не просто небоскреб. Это были два небоскреба, соединенные стеклянным переходом. Они оказались как раз на середине перехода.

– Где мы? – не надеясь получить ответ, спросил Ди.

– Башни-близнецы Петронас, Куала-Лумпур, Малайзия, – сказал кто-то.

 Перед ними лежал огромный мегаполис с множеством торчащих из земли небоскребов, на верхушках которых красовались названия отелей и компаний. Ди они напомнили не забитые гвозди. Позади одного здания с заостренной крышей он заметил колесо обозрения. Оно казалось таким крошечным по сравнению с окружавшими его строениями. А если посмотреть прямо вниз, то понимаешь, что газон – это большой треугольник с закругленными вершинами и расположенными в нем фонтанами.

– Теперь, когда вы все собрались, – заговорила Лисса, – считаю необходимым объявить о том, что мы от вас ожидаем.

 Ди окинул взглядом присутствующих. Кандидатов здесь было около двадцати. Все они внимательно слушали Лиссу, которая, как всегда, без долгих приветствий, сразу преступила к делу.

Отдельно ото всех стояли три фигуры. Всем своим видом они показывали, что являются существами высшего ранга. Одной из них была Лисса, произносящая безэмоциональную речь. Чуть левее от нее сложил руки на груди, стояла Сонери, она казалась Ди самым эффектным персонажем в этой сцене. На ней было черное облегающее платье с поясом в виде стальной змеи. Третьей фигурой был мужчина лет пятидесяти, с усами, предающими его лицу выражение крайнего неудовольствия. Словно он считал себя ужасным Тараканищем, перед которым должны трепетать все звери, и в особенности их маленькие детки, которым грозит быть съеденными.

Ди обратил внимание, что у всех троих в волосах были серебряные пряди. У Лиссы и Сонери по одной, а у мужчины три. Наверное, это были своего рода погоны, определяющие иерархию.

 А тем временем Лисса продолжала:

– Сонери, Карлос и я приготовили каждому из вас душу. И по результатам выполненной работы мы сможем определить вашу дальнейшую судьбу – быть вам ангелами-хранителями или ангелами-смерти…

– Работа вам предстоит несложная, но лишь на первый взгляд, – объявил Карлос, – наблюдать за живыми, подавать им необходимые знаки, чтобы не допустить их смерти. Если же вам не удастся сохранить жизнь – в дальнейшем вам будет предложена, довольно «черная» работа ангелов-смерти. Общеизвестные категории добро и зло, должны перемещаться в вас. И вы должны растворить их в своем сознании. Но не пытайтесь до конца постигнуть сути этих двух слов. Ибо бесконечны эти понятия.

– Но тут есть одна загвоздка, – вмешалась Лисса, – Из вас только двое смогут стать полноправными ангелами. Все остальные последуют за душами умерших.

– Главное, что вы не должны вмешиваться в судьбы иных, кроме предложенных вам людей. А пока можете найти на земле место своего временного пребывания. Ваши наставники сообщат дальнейшие указания. А для перемещения в пространстве используйте силу своего воображения, – заключила Сонери.

 Оторвав взгляд от своей наставницы, Ди заметил, что сквозь толпу кандидатов к нему пробирается Шанди. Надо срочно куда-нибудь деться. Он закрыл глаза, а когда открыл их, то смог оценить величие малазийских башен-близнецов снизу. Магазин Луи Вьюттон у входа, торговый центр «Сирия», расположенный между башнями был рад гостям, среди которых были туристы из разных стран и сами малазийцы, зачастую с двумя-тремя женами.

 Сделав шаг по направлению от торгового центра, Ди вдруг пришла в голову мысль, что перемещение в пространстве не явило для него никаких новых ощущений. Все действо заняло меньше секунды, и он не успел почувствовать ни страх, ни боль, ни даже дискомфорта. Это оказалось проще, чем он думал. Что немного разочаровало Ди, он ожидал, пробуждение неведомых до сих пор сил. Он ожидал, что его сознание должно перейти на новый уровень. Он ожидал чего-то нового. Но возможно, для трансформации сознания должно пройти некоторое время. Все же желание иметь все и сразу было настолько велико, что даже человечество не смогло спрятать его ни в один из своих карманов.

А пока стоит позаботиться о том, куда отправиться далее. Раньше Ди мечтал жить на берегу моря или где-нибудь в экзотическом месте. Сейчас же, он был настроен несколько трагически, и поэтому теперь можно было осуществить одну весьма распространенную мечту и поселиться в… замке.

Для чего нужно жилище? Первое что приходит в голову – для того, чтобы отдохнуть. Правда, эта скорее идеалистическая ассоциация. Не многим удается отдохнуть в своем доме, если рассматривать отдых, как полное ничегонеделание. Если брать в расчет среднестатистического владельца жилплощади, даже при условии, что нет других обитателей, дом все равно сам подкидывает работенку: протереть здесь, там убрать, тут застелить, бесконечно…

 Но если брать отдых, как свободное время от основного занятия, выходит, что многие люди больше отдыхают, чем работают. Это Ди подсчитал, будучи еще студентом. Так он учился в среднем восемь часов в сутки, пять дней в неделю. То есть получается, что за месяц Ди отдыхал сто двадцать восемь часов, а был занят своей студенческой деятельностью всего сорок часов.

Вот теперь можно пожить в свое удовольствие в замке! В своем воображении Ди часто рисовал такую картину: утро начинается с обхода владений. Можно было бы заглянуть на кухню и, потирая бороду наблюдать, как куча слуг стараются тебе угодить (почему-то владелец замка, в мечтах Ди должен быть непременно бородатым). Потом пройтись по галерее с охотничьими трофеями, полюбоваться своим отражением на гладкой стали ножей, мечей, сабель. Завершить обход пересчетом золотых монет в потайной комнате. Хотя нет, на это должно было уйти никак не меньше трех дней. Во время сытного завтрака, пока титулованная жена сосредоточенно дожевывала свою кашу, владелец замка поочередно подмигивал бы пяти знатным любовницам, и трем симпатичным служанкам. Далее по программе: отдохнуть, погонять на лошади, отдохнуть, пообедать, отдохнуть, заняться важными делами (выяснить, куда делись пять серебряных ложек), отдохнуть, снова отдохнуть еще сильнее, поужинать, закончить вечерний осмотр замка в комнатах пяти знатных любовниц (с благородной целью, выяснить, наконец, куда делись ложки).

Ди усмехнулся, потирая невидимую бороду. Перед ним лежал средневековый замок, поражающий своим величием. Благо в Европе много замков, в которых уже никто не живет, но несколько дней в неделю их все же атакуют туристы, жаждущие отведать средневековье на вкус.

В одном, закрытом для туристов, помещении Ди нашел свое пристанище. Темная, плохо освещенная комната, со старомодной софой, простым деревянным столом и чудесным стулом в стиле ампир. Завершали этот довольно скромный для замка интерьер: «эксклюзивные» подсвечники, высотой около метра и картины, нуждающиеся в реставрации, аккуратно сложенные углу.

 На улице накрапывал дождь, что, несомненно, добавляло уныния замку.

 Вдруг один из ярких образов в голове Ди, сформировался в отчетливое воспоминание. Он вспомнил, как когда-то бывал в замке Амбуаз в долине реки Луары. Ему, конечно, показали часовню, в которой находятся останки великого Леонардо. Но, запомнились ему, обои в одной из комнат замка, они были точь-в-точь такие же, как в прихожей его собственной квартире. Только у него они были исполнены в черном цвете, а в замке – в красном. Более ничего о замке Амбуаз, ни о своей прежней жизни он вспомнить не мог.

 Ди присел на софу в своей новой комнате.

 Вдруг сверху что-то скрипнуло, и Ди даже показалось, что на мгновение дождь перестал биться в маленькое окошко. И вот комната стала наполняться прозрачными телами. Они окружили его, и десятки пар глаз с негодованием уставились на пришельца. С минуту все они молчали, но потом словно по команде, заговорили наперебой. Все, что Ди мог разобрать: «Как ты посмел, непокорный?», «Прочь!», «Кыш!».

 Эта сцена позабавила Ди, и он не смог сдержать улыбки.

– Тебе смешно?! – взревел тощий мужчина, грозя кулаком. – Да ты хоть знаешь, кто мы такие?!

 И тут на Ди напал приступ истерического смеха. Он вспомнил один детский мультик, с карикатурно нарисованными привидениями в черных перчатках.

– Мы призраки! И это наш замок! – закричали прозрачные тельца.

– Извините, но я не верю в призраков, – давясь смехом, сказал Ди.

– Знаешь, почему здесь никто не живет? – высоким голосом спросило одно из привидений. Он держался очень смело, от чего Ди решил – что это привидение здесь главное. – Потому что, мы не любим посторонних! Последний хозяин, вон он, кстати, в углу, сбросился с одной из башен. А ты ангел, и для нас это вдвойне оскорбительно.

Этот призрак был похож на кота с подстриженными ногтями, который пытается запрыгнуть, на висящий на стене ковер.

– Я понял, у вас тут, что-то типа призрачного общежития? – Ди перестал смеяться.

– Ну, это уже слишком! Уводите стариков и женщин! – приказало главнокомандующие приведение. – В атаку!

 Приведения замешкались. Так как сильная половина присутствующих оказывалась явно в меньшинстве.

 Ди усмехнулся. Он сложил руки на груди, теперь он мог их разглядеть. В основном здесь были полногрудые женщины, в роскошных туалетах, гордые мужчины, старики, все они словно собрались на маскарад. По их нарядам любопытному моднику можно было бы проследить историю костюма.

 Одна дама в черном платье подскочила к Ди и завизжала, что-то по-французски.

– Простите, я вас не понимаю, – сказал молодой человек.

– Нахал! – Топнуло ногой главное приведение. – Среди нас почтеннейшие люди! Лорды, бароны, хозяин замка номер пять, семь, тринадцать и шестнадцать, их знатные, замурованные в стены гости, и даже одна из фавориток короля Людовика.

– Какого именно Людовика? – спросил Ди.

– Какая разница! Среди нас еще и изобретатели, первооткрыватели, величайшие умы человечества!

– Вам тут для полного счастья не хватает лишь овечки Долли, – заметил кандидат в ангелы, – я не человек и мне не нужно спать, поэтому можете выть сколько хотите.

– Долго ты здесь не пробудешь. Мы еще подготовим тебе теплый прием. – Пригрозило главное привидение.

 И вскоре комната была свободна от потусторонних сил. Было забавно, что сам Ди никак не относил себя к сверхъестественным существам.

Оставшись один, он принялся анализировать события прошедшего дня, оценивать преимущества своего нового положения. В раздумьях он ходил по комнате, опустив руки в карманы, в одном из которых он обнаружил некий предмет. И не было никаких сомнений, что раньше его там не было. Ди вытащил на свет черную ручку с красивой гравировкой «Sub silber mare». Он не имел понятия, чтобы это могло означать, он рефлекторно прокрутил ее вокруг пальца, понимая, что этот именно этот предмет раньше был хорошо ему знаком. И даже больше, он имел для Ди большое значение. И всю оставшуюся ночь, он ломал над этим голову, пытаясь пробиться сквозь стену к прошлым воспоминаниям.

Внезапно в комнате появилось привидение, которого точно не было в прошлой делегации. Оно смотрело на Ди печальными глазами и теребило подол призрачного камзола. Это был мужчина с большим носом и редкими волосами.

– Ну, что еще одно призрачное предупреждение? – вздохнул Ди.

– Нет, я пришел не за этим, – приведение говорило голосом провинившегося ребенка, – меня зовут Пьер. И я знаю одного очень важного для вас человека.

– Какого? – Ди насторожился.

– Не могу сказать, – призрак пошаркал ногой по полу.

– Это мужчина или женщина? – стал задавать Ди наводящие вопросы.

– Не могу сказать.

– Высокий или низкий? Добрый или злой? С чешуей или без? Волшебник или магл?

– Не могу сказать.

– А что ты можешь сказать? – разозлился Ди.

– Что ответ в ваших руках, – выпалило привидение и испарилось.

Ди пытался разобраться в этом абсурдном диалоге. Но ему в голову ничего не приходило. Так он безуспешно старался что-то вспомнить до рассвета.

 А когда рассвело, в комнате появилась прекрасная новая знакомая.

Сонери с подобием улыбки на устах прошла поперек комнаты и остановилась возле двери, спиной к Ди (при виде ее ангел быстро сунул ручку обратно в карман). Все ее действия были не то чтобы наигранными или фальшивыми, скорее выражающими одну идею. Она как будто была героиней мюзикла. И именно мюзикла, а не фильма. Когда актеры играют хорошо, они, кажется, перестают быть собой, и действие, происходящее на экране, словно происходит на самом деле. А в мюзиклах происходящее так несерьезно, что и лица героев не оставляют сомнений, что все это лишь игра. И Сонери приглашала поиграть.

– Вижу, ты уже познакомился со своими «соседями»? – спросила она.

 Ди оставался неподвижным. Он пытался определить, какие чувства он испытывает к этой девушке. Слишком уж все противоречиво.

– Почему бы нам не прогуляться? – предложила наставница.

 Ди хотел бы дать остроумный ответ, но они слишком быстро оказались в одном знакомом ему месте.

 Санкт – Петербург. Зима уже незаконно пребывала на территории прекрасного города. Ди был здесь однажды, летом. Но теперь под снежным покровом, все было как в сказке с пряничными домиками, посыпанными пудрой. Голые деревья с ветками, напоминающими растопыренные пальцы, вместе с изящными фонарями, добавляли загадочности пейзажу. Сонери восхищенно разглядывала окна Эрмитажа, словно ожидая увидеть призраков минувших веков. Возле дворца громоздились кучи снега, высотой почти с человеческий рост.

 «Должно быть холодно», – подумал Ди. Но он не чувствовал ветра с Невы, хотя видел, как колышутся ветви деревьев.

 Тогда кандидат в ангелы почувствовал себя обделенным. За этим последовали бы далеко идущие тяжелые мысли, если бы Сонери не начала разговор.

– Этот мир похож на большой магнит. Мы бы не прочь оборвать с ним все связи, но нас тянет к нему. Хоть мы и можем управлять человеческими судьбами, но свои нам неподвластны. Мы также как и люди не знаем, что нас ждет дальше и есть ли кто-то, кто все это сотворил.

 Сонери шла вдоль реки, и Ди на секунду показалось, что он видел ветер в ее волосах.

– Деление у нас не сложное, – продолжала она, – есть ангелы-хранители, они наблюдают за людьми, и в случаях, не требующих отлагательств, вмешиваются в жизни, во избежание неприятных последствий. Есть ангелы смерти. Они приходят за душами тех, чей час уже пробил. Я рассказала довольно примитивно. Еще есть демоны, но это тебе пока знать рано, если станешь ангелом, сам во все разберешься. Пока для удобства начинающего пользователя такая функция, как видение демонов тебе недоступна.

 Она ждала что он проявит интерес к ее словам, но он молча шел рядом и задумчиво смотрел в сторону здания кунсткамеры на противоположной стороне реки. Она ожидала, что он, как третьеклассник, завалит ее вопросами, но он просто шел рядом.

– Лисса – ангел-хранитель, – сказала Сонери, – Карлос – ангел смерти. Я же не отношу себя ни к одной из этих «групп». Считаю, что это необъективно так же как деление на плохое и хорошее, доброе и злое. Ведь все это зависит от того, с какой стороны посмотреть. И что если добро и зло стандартизировано? То есть не мы определяем, что хорошо, а что плохо, а устоявшиеся общечеловеческие правила поведения, довлеющие на нас. На протяжении многих веков человечество не раз пыталось дать объективную оценку смерти. В средние века смерть была явлением положительным. Современные же люди снова в панике. Просто им нужна идея. Свежие ответы на извечные вопросы.

– Деревья. – Сказал Ди, так как будто бы и не слушал, о чем говорит его наставница. – Сколько лет они стоят здесь, на набережной? Разве знают они о своем высоком предназначении? Счастливы ли они оттого, что им довелось украшать этот чудесный город, или им было бы лучше стоять там, где не ступала нога человека?

 Сонери сделала вид, что пропустила, все это мимо ушей. Вдруг она остановилась и заглянула в бездонные голубые глаза Ди. Да, у него внутри идет борьба. Он пытается бороться со своими чувствами. Тогда Сонери представила, что внутри нее сосредоточен светящийся шар, наполненный надеждой, она постепенно стала передавать свои ощущения Ди. И вскоре заметила, как он начал успокаиваться.

– Чтобы взаимодействовать с людьми, вмешиваться в их судьбы, ты должен овладеть некоторыми приемами проникновения в их сознания. К сожалению, наши возможности не велики. Мы можем проникать в сны, или внушать разные чувства, от страха до надежды. Нужно только практиковаться.

 Ди смотрел на нее и от того, что говорила Сонери, ему казалось, что он спит. Вот так взял и уснул в своей новой замковой комнате. Странный сон.

– Если пока нет вопросов, – вздохнула Сонери, когда они уже почти дошли до медного всадника, – тогда могу показать тебе объект наблюдения.

– На фоне таких декораций наблюдать будет одно удовольствие, – сказал Ди.

– Боюсь, сцену действий придется перенести в менее масштабное место. Просто мне нравится, когда у историй красивое начало.

Глава вторая. Вероника

 Вероника разглядывала ногти на больших пальцах своих рук. Длина правого была значительно больше левого. Вероника смотрела на мир сквозь призму собственного несовершенства. А из всего, что казалось ей идеальным, было лишь ее отличное зрение.

 Она сидела в институтской столовой и слушала о «потрясающих» выходных, которые провела ее однокурсница Диана. И Вероника все внимала и запоминала, проявляя живой интерес ко всем окружающим людям, желающим поделиться историями из своей жизни.

 Личной жизни у Вероники не было, потому что она считала себя непривлекательной. Хотя на деле это была неправда. Человек внимательный мог заметить, что красота ее еще не достигла пика, но приятная внешность уже выделяла ее на фоне остальных. Вероника была открытым и честным человеком, и люди тянулись к ней. Но, не смотря на это, она никого не могла назвать своим другом. С дружбой ей не везло. И это она поняла еще в детском саду. А вообще Вероника производила впечатление нежного создания, словно сошедшего с картин Яна Вермеера.

– Кажется, вон тот парень на меня смотрит, – заявила Диана.

 Вероника повернула голову, но не обнаружила ни одного заинтересованного лица. Поэтому предпочла деликатно промолчать.

 Диана, в свою очередь была простой, и где-то даже наивной девушкой. Она считала своим другом, того, кто разговаривал с ней больше пяти раз. В мире Дианы все было упрощенно. Ей не нужен был этикет и богатая внутренняя организация. В ее жизни все было предопределено, и Диану восхищала собственная предсказуемость. Она считала Веронику такой же простой, и Вероника не пыталась разубедить ее в этом.

 Перемена подходила к концу, и девушки не спеша, отправились в аудиторию. Не успели они расположиться на последней парте, как появилась преподаватель. Вульгарная женщина с невообразимым количеством кудряшек на голове. Она обожала цитировать собственную бабушку и провоцировать студентов на конфликты, желая доказать собственное превосходство. Чтобы не вызвать на себя гнев, Вероника достала из сумки тетрадь с морем на обложке. И с началом лекции принялась рисовать. За окном был сильный снегопад, и унылый пейзаж настраивал ее на особый лад. Рука непроизвольно двигалась по бумаге, создавая сюрреалистические изображения. Картинки Вероники были интересны, но она отчетливо осознавала, что художница из нее никудышная. Просто ей было необходимо творить.

Где-то в середине лекции Диана, сидящая рядом, сунула ей записку. Вероника закончила свой рисунок, и только тогда прочитала ее.

 «Пойдем сегодня в клуб?»

 «Сегодня не могу. Занята».

 Вероника написала без лишних раздумий. Хотя это была и неправда.

 «Жаль», – последовал ответ.

 «Мне тоже жаль», – быстро черканула Вероника.

 Опять неправда. Вероника, не была занята. Она не любила ночные клубы. Пустых разговоров хватало ей в институте. Вообще, в клубах можно было определить ее неприспособленность к реальному миру. Там, где молодежь оживала, ей казалось, что она увядает.

 Тем временем преподаватель стала придираться к кому-то на первой парте. Она повысила голос, но ее оппонент не стал защищаться. Тогда чтобы поспорить хоть с кем-нибудь, она завела про «безнравственность современной молодежи». Вызов принял студент, недавно переведенный из другого вуза. Преподаватель начала кричать еще громче, ощущая подъем сил. Она уже заранее знала, что этот бой как всегда будет проигран этими зелеными людишками. Она всегда права.

 Все это время Вероника, склонившись над тетрадью рисовала горы.

***

Утром следующего дня Вероника встала с совершенно иным настроением. Она напевала смешную песенку и посылала воздушные поцелуи плакату, с которого на нее поглядывал Джаред Лето.

 Ди оглядел небольшую комнату, стены которой были окрашены в лиловый цвет. На кровати с лазурным одеялом лежала большая подушка. Вообще-то Веронике всегда хотелось иметь много маленьких подушечек, но все как-то не было времени их приобрести. А на прикроватной тумбочке разместилась шоколадка, привезенная отцом из его последней командировки в Бельгию. В углу комнаты стояло мягкое желтое кресло, и стол, заваленный разными интересными вещами. На одной стене в ее комнате красовались небоскребы Нью-Йорка, а на другой фотографии, сделанные во время ее путешествий.

Тем временем Вероника скрылась в своем гардеробе. И через какое-то время появилась в наряде середины прошлого века. Она разглядывала себя в зеркале, а потом снова убежала в гардероб, и вернулась с миниатюрной шляпкой на голове. К слову, это была единственная шляпа в ее гардеробе.

 Очередной раз, поймав свое отражение в зеркале, она придала своему лицу серьезный вид, и принялась напевать партии из «Эвиты».

 В комнату постучали. Все еще продолжая петь, Вероника открыла дверь и пригласила войти молодую женщину. То была Лиза, ее мачеха. Стройная и изящная женщина средних лет, лицо которой знало не одну косметическую подтяжку.

– Доброе утро, – сказала Лиза, – можно я одолжу твои янтарные бусы на денек?

– Конечно. Ты идешь с нами в кино?

– Нет. Я еду заказывать банкетный зал, по случаю моего дня рождения. Ты же уже в курсе, что в этом году будет костюмированная вечеринка?

– О, здорово. Много будет гостей?

– Человек пятьдесят. Жаль твой отец в это время будет в отъезде. Как мне надоели его вечные командировки.

– Мими уже собралась?

– Да, она ждет тебя. Ты так пойдешь?

 Лиза окинула взглядом наряд Вероники. Он был ей к лицу, но уж слишком непривычный глазу современного человека.

– Да. – Не задумываясь, ответила Вероника.

– Вероника, – вздохнула Лиза, – когда уже ты начнешь жить реальной жизнью?

Вероника лишь улыбнулась. Реальная жизнь не предполагает наличие чуда, в ожидании которого жила девушка.

 Выходя из своей комнаты, она слегка дотронулась до висящей у двери ниточки, соединяющие между собой три маленьких колокольчика. Колокольчики чуть слышно отозвались нежным переливающимся звоном. Такой «ритуал» Вероника совершала ежедневно. Она верила, что это приносит ей удачу. Вообще Вероника была девушкой не суеверной, просто это вошло у нее в привычку. В силу своего оптимизма она верила, что ее история должна иметь счастливый конец. Вероника обожала разные штуки, которые, обещают исполнение любой мечты. Она побывала в кучи таких мест, перетерла множество статуй и кинула сотни монет в десятки фонтанов. И удача была благосклонна к своей преданной поклоннице. По крайней мере, так считала сама девушка.

 Еще у Вероники был один странный обычай: отправлять самой себе письма из тех стран, в которых она была. В нижнем ящике ее стола хранилась целая стопка еще нераспечатанных конвертов. Письма приходили ей уже по возвращению домой. Иногда шли месяцами. Но Вероника никогда их не читала, ждала подходящего момента. А письма все копились и копились, они были словно вещественными доказательствами ее одиночества.

 Мими была младшей сестренкой Вероники со стороны отца. На самом деле ее звали Мария, но всем привычнее было звать ее Мими. Она была хорошенькой, похожей на куколку девочкой. Ее общество никогда не тяготило Веронику, хотя между ними была разница в десять лет. Вероника с трепетом относилась к своей младшей сестренке. Они весело проводили вместе время и в тайне ото всех поглощали молочный шоколад в огромном количестве.

 Вероника и Мими росли в дружной семье. Мать Вероники, хоть и ушла, когда ей было семь лет, ее отец нашел счастье с женщиной по имени Лиза, которая смогла подарить любовь и тепло чужому ребенку.

 Вероника выросла в достатке, ей не на что было жаловаться: большой дом, прислуга, шикарный парк автомобилей, полный шкаф модной одежды. А летом семья обычно уезжала в свой домик на берегу Средиземного моря. Очень многие ее любили, и очень многие ей завидовали. Хотя Вероника обладала мягким, уступчивым характером, всегда шла на компромиссы, и не отказывала в помощи. Часто в речи девушки можно было уловить некоторые детские нотки, ведь она умышленно не хотела расставаться с детством, в чем ей непосредственно содействовали и родители, которые всячески оберегали ее от неприятностей.

Как-то ночью Вероника сидела у окна и наблюдала за звездным небом. Ди мог только догадываться, о чем она думает. На ее устах он видел улыбку, и испытывал безмятежное спокойствие, наблюдая, как она любуется красотами этого мира. Кажется, она была рождена для чего-то очень важного. В эту секунду время, словно остановилось, и любое дуновение ветра, виделось добрым знаком.

***

 Следующий визит Сонери нанесла через неделю после того, как Ди приступил к исполнению своих обязанностей. Она появилась после того, как Вероника поужинала в одиночестве. Затем доела свой салат, вымыла тарелку и, отрезав себе кусочек пиццы, отправилась в просторный зал смотреть телевизор. Ди сидел в соседнем кресле и с интересом наблюдал за развитием сюжета фильма, который смотрела Вероника.

– «Если бы одни умирали, а другие нет, умирать было бы крайне досадно», – сказала Сонери вместо приветствия.

– Я тоже рад тебя видеть, Сонери, – Ди приподнялся с кресла.

– Пора научить тебя кое-каким ангельским штучкам. Например, как внушать подопечному различные чувства. Начнем, пожалуй, с тревоги.

Ди несколько обрадовал тот факт, что сегодня Сонери решила оставить свои нравоучения и перейти сразу к делу.

 Сонери принялась объяснять принципы взаимодействия с подопечными, но поймала отсутствующий взгляд кандидата в ангелы. Тогда она мысленно попыталась разбить преграду, построенную сознанием Ди. Вскоре невидимая преграда рухнула, и Ди обратился в слух.

Для начала ему было необходимо настроиться. Почувствовать то, что чувствует Вероника. Сосредоточившись, минут через десять, Ди показалось, что он улавливает, то напряжение, которое испытывает Вероника, наблюдая за героями фильма. Тогда, обрадовавшись первому успеху, он перешел на новую ступень внушения. Он силился передать чувство тревоги, но никаких перемен в поведении Вероники не наблюдалось.

 Сонери понимала, что у него не должно было получиться с первого раза. Ее задача на сегодня была пробудить интерес Ди к своим силам. Он должен практиковаться, ведь умение приходит с опытом. И перед тем как уйти, Сонери продемонстрировала то, как правильно надо выполнять это «упражнение».

 Поддаваясь внушению Сонери, Вероника сначала приглушила звук телевизора и прислушалась. Брови девушки немного сдвинулись на переносице, а само лицо ели заметно побледнело. Не раздумывая долго, Вероника встала с дивана и быстрым шагом направилась в комнату к своей младшей сестре, проверить все ли с ней в порядке.

 Ди почти восторженно посмотрел на Сонери. А она лукаво улыбнулась и сказала:

– Правда, не все поддаются внушению.

Потом выдержав паузу, добавила:

– Все это необходимо для предотвращения опасной ситуации. Ведь ангелы видят ситуацию шире, чем люди.

– Вопрос такой, – Ди подошел ближе к Сонери, – есть ли какая-нибудь брошюра на эту тему. Типа, «Внушение для чайников»?

– Да, есть.

Сонери совсем забыла про это. Ее мысли сейчас были заняты совсем другим, более важным. Вовремя спохватившись, она достала из кармана своих широких брюк небольшую книгу с ангельскими крыльями на кожаном переплете.

Ди взял книгу и принялся изучать оглавление. Вообще он если и читал что-то, то только ненавязчивые художественные произведения. А книга больше походила на инструкцию по эксплуатации.

– О! «Как управлять снами», – зачитал Ди вслух название одной из глав, – это должно быть интересно.

– Не торопи события. И до этого мы тоже дойдем.

Но Ди решил попробовать проникнуть в сон Веронике, как только Сонери исчезла.

 Сначала Ди подумал, что он находится в своем замке. Каменные стены, от которых как он предполагал, дует холодом, тяжелые ступени, маленькие бойницы, и полумрак, захватывающий не освещенное пространство. Но полукруглая лестница, скрывалась за поворотом, от чего ангел решил, что это должно быть башня. И чтобы проверить эту гипотезу, он добрался до первой бойницы и посмотрел вниз.

Да, было так высоко, что при жизни, от такой высоты у Ди закружилась бы голова. Башня, казалось, выросла из отвесной скалы, являлась естественным ее продолжением.

Вдруг наверху послышались голоса, и Ди поспешил наверх, узнать, что происходит. Он с легкостью преодолел некоторое количество пролетов и оказался на балконе. Но ничего не смог разглядеть, так как толпа людей с допотопными сельскохозяйственными орудиями, закрывала весь вид. Здесь были и женщины и мужчины (но численное преимущество, все же было у сильной половины) одетые в простую одежду, напоминающие крестьян со страниц учебников истории.

Ди стал расталкивать людей, пробираясь в гущу событий. И вскоре увидел напуганную Веронику, стоящую на краю балкона, в том месте, где отсутствовали перила. Еще шаг и она сорвется вниз.

А тем временем крестьяне подступали все ближе и ближе, крича жестокие обвинения в адрес девушки.

Надо было срочно что-то предпринять. И Ди схватил вилы у близ стоящего мужчины, огрел ими по голове другого, и решительно принял угрожающую позу.

Присутствующие стали перешептываться, а потом резко замолчали. Ди решил, что они собираются броситься в атаку, но вдруг раздался звук, характерный для сорвавшегося камня. Ди обернулся и словно в замедленной съемке увидел, как Вероника начинает падать вниз. Он молниеносно кинулся к девушке и успел поймать ее за руку. В ужасе он смотрел, как ее почти невесомое тело раскачивается над страшной пропастью. Ди начал тянуть Веронику вверх, он видел благодарность в ее глазах. Но тут рука выскользнула, чтобы её поймать вновь, Ди почти весь свесился вниз, но тут его резко швырнуло в темное пространство, а это могло означать только одно – Вероника проснулась.

Глава третья. Как важно быть ленивым

 Когда Вероника засыпала, он отправлялся в свою комнатку в замке. Ди размышлял о вопросах бытия, но все мысли неизменно возвращали его к Веронике. Он уже ощущал себя ангелом. С каждым днем он все больше привязывался к этой девушке. И теперь охранять ее стало смыслом его существования.

 В ту ночь замковой комнате возник Карлос. Он принес с собой ощущение тревоги. Его темные глаза буравили Ди, и от этого взгляда хотелось провалиться под землю.

 Первое, что можно было сказать о Карлосе, глядя на него, что он независим, самоуверен, и главное неприкосновенен. У Карлоса на все была своя точка зрения. Он много говорил, часто путано, чтобы произвести впечатление философа-скитальца. У него была острая необходимость утолить жажду общения.

 Карлос был идеальным ангелом смерти, он не вникал в тонкости человеческой психологии. Его не слишком заботила судьба человека, он рассматривал людей в контексте всего человечества. Еще при жизни, Карлос противопоставлял себя безликой, непросвещенной людской массе. Отчасти поэтому, окружающие обращались к нему лишь в случае крайней необходимости.

– Есть свободная минутка? – Спросил Карлос. – Хотя теперь слово свобода к тебе не применимо. Новая форма твоей деятельности предполагает постоянную занятость. И ты не должен принадлежать себе.

 Ди не верил, что Карлос сам придерживается этих установок. Он гадал, что же надо этому ангелу смерти. Не успел Ди дать ответ, как Карлос уже перенес их комнату, пропитанную запахом лекарств. На кровати лежал пожилой мужчина, с полузакрытыми глазами и тихо стонал.

– Как ты думаешь, зачем мы здесь? – снова задал вопрос Карлос.

 На этот раз Ди среагировал быстрее:

– Думаю, это демонстрация ваших способностей. Реклама, вашему «черному делу».

 Карлос усмехнулся:

– Я хочу, чтоб ты знал, Ди. Никогда нельзя быть точно уверенным, каков будет результат твоих действий, даже если тобою движут благие намерения. Мое «черное дело» не всегда имеет негативные последствия.

– Ну, это уже скорее вопросы философии.

– Не нужно быть философом, чтобы увидеть страдания этого человека, и попытаться облегчить их. И…

– Как же вы справляетесь с грузом всех страданий, которые обрушиваются на вас? – Ди имел наглость перебить Карлоса.

 Карлос понимал, что Ди провоцирует его. Карлос слепо верил в свою правоту. Его раздражало присутствие Ди. И охваченный порывом гнева, Карлос соображал, как бы поставить его на место.

– Ответственность. Я вижу, ты понимаешь этот термин очень узко. А ведь у нее существует множество лиц. Страдания одинаковы и составляют единый шрам на лице человечества. А я ответственен за устранение всеобщего страдания.

– Дело тут не в ответственности. И страдание, имеет множество оттенков и проявлений. Страдания индивидуальны и непохожи, как отпечатки пальцев. А если отпечатки пальцев не имеют аналогов, то не доказывает ли это различие между людьми?

– Различие лишь в физиологическом смысле. Единая душа человечества давно сгнила.

– Физиология это первое, с чего человек начинает чувствовать свою неповторимость. Это толчок к дальнейшим размышлениям. Не все конечно этим пользуются, но неповторимость это то, ради чего стоит существовать.

 В споре Карлос забыл цель визита в комнату к старику. Он был готов высказать свои суждения, но стон старика заставил его приступить к действиям.

 Карлос указал на умирающего мужчину. Затем он щелкнул пальцами, и белое облачко взлетело над бездыханным телом. Карлос щелкнул еще раз, и облачко рассеялось.

 Говорить с Карлосом совсем не хотелось. Ди казалось, что его вытащили из уютного мира Вероники, и облили холодной водой в январе. Такая реальность не доставляла удовольствие. В мире Веронике ему было привычнее. Возможно, здесь давало знать его творческое прошлое. Ему смутно припоминалось, что его жизнь на земле была связана с творчеством.

– Думаю, мне пора, – объявил Ди.

Карлос наморщился и неопределенно вскинул рукой. Ему надо было срочно найти, кого-то способного безропотно внимать его речи. И он знал, что уже склонил в свою сторону одного из кандидатов.

***

Прошло несколько дней с момента встречи с Карлосом. Ди довольно быстро смог выбросить их разговор из головы, и полностью посвятить себя наблюдению за Вероникой. Порой, когда она засыпала, ему не хотелось возвращаться в замок. Он мог часами сидеть рядом с ней, представляя что создает кокон, наполненный покоем и безмятежностью.

 Еще через неделю Ди понял, что в жизни Вероники не происходит ничего значительного, что могло бы повлиять на ее дальнейшую судьбу. В институте она блистала знаниями, дома читала книги о восточной философии, играла со своей младшей сестрой. Она редко смотрела телевизор, и не общалась со своими сверстниками. Но когда на переменах кто-нибудь рассказывал сплетни об ее однокурсницах, Вероника обычно принималась обсуждать их. Все же отсутствие личной жизни, иногда давало о себе знать. Обычно перед сном она любила слушать музыку, которая уносила ее в страну фантазий. В принципе эта девушка была довольна своей жизнью. Но на сердце у Вероники была рана, которая с каждым годом «кровоточила» все сильнее. Рана была старая, и Ди не мог знать о ней, ведь пока симптомы душевной болезни удавалось скрывать.

 Ди продолжал тренироваться. Но дело продвигалось слишком медленно. Он мог внушать Веронике тревогу, но его «чары» были слабыми и быстро рассеивались.

 Жизнь Вероники была настолько размеренной, что Ди почувствовал, что ему надо немного передохнуть. И однажды он вернулся к Черной скале.

 У Черной скалы было привычное оживление. Кандидаты в ангелы веселились, они давно решили, как проводить время. Справа от себя Ди заметил двух юношей, которые тащили небольшого зверька. Его задние лапы были туго связаны веревкой, один конец которой был в руках у злоумышленника. Зверек всеми силами пытался за что-нибудь ухватиться передними лапками, но тщетно. Он начал жалобно попискивал, а его мучители тянули все сильнее. Ди, движимый благородными побуждениями, кинулся на помощь страдальцу. Он хоть и не питал большой любви к животным, но все же не мог смотреть как над ними издеваются.

– Эй, куда вы его тащите? – спросил Ди.

– К паукообазным, таким мерзким демонам, которые бдят, чтобы мы ничего не натворили, – последовал ответ, – они его очень выгодно меняют.

– Лучше бы вам отпустить животное, – сказал Ди.

Но юноши не отреагировали. Тогда Ди предпринял еще одну попытку мирно разрешить конфликт:

– Последний раз предупреждаю. Отпустите его.

– Или что? – нахально осведомился один из юношей.

 Юноша, который тащил зверька, остановился, и вызывающе посмотрел на Ди, словно вопрошая: «Ну и что сможет сделать этот защитник животных?» Конечно, Ди никак не производил впечатление агрессивного человека.

 Лицо Ди не отражало то, что он разгневан или оскорблен. Он спокойно сказал:

– Я сотрудник ангельской безопасности, и смотрю, вы не слишком усердно выполняете свою работу. Развлекаетесь, глумитесь над животными, а ведь это все может очень быстро для вас закончиться.

Ди заявил это с таким уверенным видом, что юноша выпустил веревку из рук, и они без лишних пререканий удалились. А ведь Ди и сам не знал, существует ли здесь ангельская безопасность.

 Ангел наклонился и стал отвязывать животное. Сам зверек был в длину не больше двадцати сантиметров, и очень напоминал енота. У него был пушистый хвост с восемью полосками. Оба его уха были наполовину белые наполовину черные с длинными тонкими кисточками.

– Ну, вот, – сказал Ди, обращаясь к животному, – теперь ты свободен.

 Но тут Ди заметил, что лапы сильно повреждены, и животное вряд ли сможет самостоятельно передвигаться. Ди взял зверька на руки, и отправился искать знакомые лица.

 Как и при их первой встречи Шанди беззаботно плескался в воде. Увидев Ди, он стал шумно приветствовать его.

– О, смотрю, ты обзавелся новым другом! – воскликнул Шанди.

– Да, вот только не знаю, кто он.

– Это же парамуль! Сейчас он пользуется большим спросом, – Шанди приблизился к животному, но оно злобно зашипело, – удивительные животные. Они сами выбирают себе хозяев. По ним, кстати, можно определять время. Видишь восемь полосок на хвосте? Полоски исчезают по одной через каждые три часа.

– Хм, а чем он питается?

– Вроде он питается особой рыбой. Не помню, как она называется. Кстати, позвать его можно с помощью маленькой флейты, что висит у него на шее.

 И действительно на шее зверька обнаружилась маленькая серебристая флейта. Правда, если взять в расчет размеры этого инструмента, то скорее его можно было назвать свистком. Ди снял свисток с шеи парамуля и, рассмотрев повнимательнее, обнаружил надпись.

– Здесь сказано, что его кличка Мелкий, – сказал Ди.

– Вот точно, Мелкий, – прогоготал Шанди.

– Что же мне с тобой делать, Мелкий? – Ди посмотрел на зверька.

 Парамуль, будто понимая, над чем раздумывает Ди, одарил его взглядом полным надежды.

– Да забери ты его себе. Не так скучно будет. Говорят, парамули отпугивают призраков.

«Отлично», – подумал Ди, – «в хозяйстве пригодиться».

– Его бы подлечить надо, – сказал он вслух.

 Ди сложил свисток в карман и погладил Мелкого. Он был очень приятный на ощупь, а его шерстка вдруг начала блестеть.

«Уиу-уить», – издало довольный звук животное.

 Ди решил отнести парамуля в свою комнату в замке. Он бережно положил Мелкого на свою софу, и предложил ему чувствовать себя как дома, и пообещал вернуться в скором времени. Надо было придумать, где бы раздобыть корма и лекарств. И в поисках ответов Ди вернулся к Черной скале.

 Подойдя поближе, Ди понял, что Шанди не сводит глаз с одной женщины. Заметив Ди, Шанди, изрек:

– Посмотри, какая красавица. Это – Рейна. Она просто божественна!

 Ди окинул ее быстрым взглядом. Худая, с изящной шеей, фарфоровой кожей, пышными темными волосами и длинным прямым носом, она напоминала Ди диковинную персидскую кошку. А ее элегантные жесты выдавали аристократическое происхождение. В разговоре со своими подругами-ангелами Рейна держалась прямо и всегда смотрела на них свысока.

– И за такую женщину я бы снова умер, – расхрабрился Шанди, – у черной скалы мне слишком скучно. Я сюда хожу из-за Рейны. Сегодня ты должен составить мне компанию.

 Неуклюже вышагивая, Шанди приблизился к Рейне. Он выглядел как бездарный пианист, пытающийся сбацать «Лунную сонату».

– Послушай Рейна, у моего друга образовалась проблема. Ты случайно не знаешь, где достать корм для парамулей?

 Женщина окинула его пренебрежительным взглядом:

– В отличие от некоторых, я занята делом! Мне некогда думать о всяких глупостях.

– А тут ты тогда, что делаешь? – лукаво подмигнув ей, спросил Шанди.

 Рейна фыркнула и повернулась спиной к своему поклоннику. Но Шанди не готов был сдаваться так быстро.

– Ладно, прекрасная Рейна! Согласишься ли ты провести вечер в компании недостойного тебя существа?

– Я должна работать.

– Молю, темноокая Клеопатра, вырвись хоть на часок!

– А кто это с тобой? – спросила Рейна, кивнув головой в сторону Ди. – Не подопечный ли Сонери?

– Ага, – подтвердил Шанди, – это – Ди.

– Где-то я вас раньше видела, – Рейна пронзила Ди своим кошачьим взглядом.

Ди подумал, что этим взглядом она заманила в свои сети немало мужчин, но с Ди вышла осечка. Ди не нашел ее хоть сколько-нибудь интересной женщиной. Рейна казалась ему слишком манерной и довольно предсказуемой. И самое главное, в ее глазах читался неподдельный интерес к его персоне.

– И сегодня вечером вы будете вместе? – уточнила Рейна.

– Да, я сегодня покажу Ди, как надо отрываться, – не заподозрив ничего дурного, ответил Шанди.

– Так и быть, я приду.

– Ты знаешь, где нас искать.

– Знаю, – сказала она, а затем, подойдя поближе к Ди, шепнула ему на ухо, – еще увидимся.

 Ди почувствовал, что она незаметно положила ему что-то в карман, но он не подал вида.

 И Рейна грациозно удалилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.