Александр Белов
Тот, за кем следуют тени

Пролог

Ядовитый океан омывал гниющий берег. Отравляющий туман поднимался с его поверхности и расползался по всей земле. От этих миазмов кожа мгновенно разъедалась. Но гиганты не боялись тумана. Они смело бродили по зловонным землям и строили свои города-монолиты, обтачивая горы. В этом им помогали существа поменьше – их рабы. Несчастные день и ночь работали в шахтах, и выращивали еду для своих господ. Они всю жизнь проводили в неволе и не в силах были противостоять своим могучим хозяевам.

Гиганты процветали до той роковой поры пока не стали жертвами недуга. Их дети начали рождаться с ужасными уродствами и вели себя подобно животным, не понимая речи собственных родителей. Они не могли самостоятельно найти лекарство, и тогда им пришлось обратиться к запрещённым знаниям своих предков. Гиганты провели ритуал и призвали существ «извне», чтобы те спасли их потомство.

Существа протянули свои прозрачные конечности и обхватили весь мир. Они согласились помочь, но взамен потребовали поклоняться им. На что получили отказ. После чего существа «извне» попросили того же у рабов взамен на силу. Те согласились, и была им дарована магия.

Рабы заключали союз с новыми Богами и обретали власть над стихиями. Они жгли своих угнетателей, били их молниями и разрушали их города. Некоторые обрели власть даже над жизнью и смертью. Союз подарил им долгожданную свободу. Это стало концом цивилизации гигантов и началом новой.

Чем крепче становился союз, тем сильней изменялся окружающий мир, как и бывшие рабы. Ядовитый туман отступил, океан забурлил жизнью, и появились прекрасные леса. И даже сами Боги преобразились.

Но глубоко под землёй тоже была жизнь. В бесконечных туннелях копошились безглазые твари, пожирающие себе подобных. Боги снизошли к ним. Они даровали им глаза и вывели на поверхность. Так родилась новая раса, которую назвали человечеством.

Глава 1. Йор

Ингвар сплюнул кровью на землю. Он попытался встать, но тут же был остановлен очередным ударом в лицо. Кровь хлынула из носа и смешалась с грязью. Он повалился на спину, ещё сильнее испачкав тунику. В глазах потемнело, но Ингвар всё же оставался в сознании. Он огляделся по сторонам в поисках помощи, но, не смотря на солнечный день, её не было. Соседи испуганно разбежались и закрылись в своих домах.

– Оставайся лежать, Ингвар. Мы не хотим забить тебя до смерти, – сказал бородатый жирдяй, который его ударил. Это был Лэнс. Его тощий напарник Тольм с глуповатым лицом усмехнулся, от чего стал выглядеть ещё более тупым. Оба были одеты в чёрные плащи. Под ними блестела на солнце кольчуга. А на поясах висели мечи. – Твой отец до сих пор не сварил новую партию. Я начинаю думать, что он забыл о нас.

Ингвар попытался вытереть кровь рукавом, но вместо этого размазал её по всему лицу. Затем он вспомнил про кинжал в правом сапоге. Это был старенький рондель. Он обменял его на нюхательную соль у местной шпаны. Парень резко вскочил на ноги и вынул кинжал из сапога. У него была не самая удобная рукоятка, состоящая из двух круглых пластин снизу и сверху. Но всё же Ингвару нравилось сжимать его в руке, особенно сейчас.

– Давайте уроды, – крикнул он им, выставив рондель перед собой. – Попробуйте ещё раз ударить меня.

– Ого, сдаёмся, – жирдяй поднял руки вверх. Лицо его друга растянулось в наглой улыбке. – Передай своему папаше, что мы пока ждём. Но терпение на исходе.

– Мы вас вместе с домом сожжём! – крикнул тощий.

После чего оба развернулись и ушли. Оставшись один, Ингвар отдышался и спрятал кинжал в сапог. Его и раньше били, но не так сильно. Хуже всего было то, что эти двое действительно могли поджечь дом. Парень ушёл с улицы и покинул деревеньку. Их дом с отцом находился западнее на холме. И разделялся от деревни рекой Йор, в честь которой и была названа деревня. Ингвар подошёл к воде и тщательно промыл своё лицо.

Кровь унесла река. Лицо очистилось на столько, на сколько могло. Парень провёл языком по зубам. Потрогал челюсть. Вроде бы всё было на месте. Затем он потрогал свой нос. После чего сделал им глубокий вдох. Дышалось даже лучше, чем до этого, что радовало. Перелома не было.

Ингвар глянул по сторонам и заметил небольшую лужу рядом с собой. Он посмотрел на своё отражение в ней. Его внешность не особо пострадала. Нос опух и был красным, словно раскалился. Но, несмотря на это, выглядел гораздо прямей, чем до этого. В остальном всё было в порядке. Небольшая щетина пробивалась на подбородке и под его многострадальным носом. Ингвар выглядел чуть за двадцать. Густые волосы цвета вороньего крыла достигали его плеч. Приходилось зачесывать их назад, чтобы они не мешали и не попадали ему в рот. Само лицо было бледноватым с выступающими скулами. Он сильно недоедал. Его зелёные глаза печально смотрели на этот жестокий мир.

– Ингвар, – детский голос окликнул его.

Он оглянулся и увидел двух мальчиков Винса и Вона, являвшихся братьями и по совместительству заядлыми хулиганами. Оба держали в руках камни. Похоже, что они собирали их у реки. Парень попытался приветливо улыбнуться им, но у него вышел лишь отталкивающий волчий оскал.

– Старушка Берта опять сбежала из дома. Бегает голая по деревне. Пойдёшь кидаться в неё камнями? – Винс подбросил один.

Соседи не представляли для него никакого интереса. Ему нравилось оставаться наедине с самим собой. Потому он обычно сидел дома и читал что-нибудь из отцовской коллекции. Либо проводил время в лесу. Но из-за того, что его отец производил нюхательную соль, с ним всё время кто-нибудь пытался подружиться. Временами это невероятно его раздражало. Он смерил детей взглядом, пытаясь скрыть неприязнь, после чего ответил.

– Весьма соблазнительно, – это было не так. – Но я вынужден отказаться.

Винс и Вон пожали плечами и отправились дальше. А Ингвар поплёлся домой, перейдя реку по деревянному мосту.

Его отец Магни являлся единственным алхимиком в округе. И несколько лет назад хорошо зарабатывал. Так что их дом свидетельствовал о зажиточности. Но в последнее время начались проблемы с храмовниками. И заработок упал, из-за чего отцу пришлось связаться с сомнительными личностями.

Это был аккуратный срубленный дом. Крыша состояла из нескольких слоёв бересты покрытых сверху дёрном. Крыша имела изумрудный цвет из-за травы, растущей на ней. Строение сливалось с холмом, на котором оно стояло, а также с зелёными полями вокруг него, переходящими в глухой лес.

Ингвар вошёл внутрь. Комнаты пустовали. Пришлось продать почти все вещи и даже избавиться от скотины из-за невозможности её прокормить. Ингвар с отцом пережили две зимы одним лишь чудом. И у парня вызывала ужас мысль о надвигающейся третьей. Год вновь выдался неурожайным, что вгоняло в уныние.

Но так было не всегда. У их графства Сталског временами случались проблемы, но в целом все жили мирно. Они с отцом торговали зельями на рынке в Лортане, являвшимся самым крупным поселением в округе и располагавшимся южнее у озера Тарса. Само графство находилось на отшибе королевства Левендейорд в его восточной части и состояло в основном из непроходимой лесной чащи и болот. Люди, пришедшие в эти земли сотню лет назад, встретились с рядом проблем. Основными из которых стали гигантские деревья эйкстал, чью кору было крайне сложно разрубить. На них не действовали яды, и не брал огонь. Крестьяне из-за этого с трудом расчищали места для полей и практически не могли проложить дороги. Последней каплей стало предательство графа пару лет назад. Он бежал вместе со всей казной, после чего жители графства оказались брошенными на произвол судьбы.

Ингвар нашел отца за письменным столом. Тот повернулся в его сторону и издал испуганный возглас.

– Что с твоим носом? – он вскочил со своего места и кинулся осматривать сына.

– Это те два дегенерата отпинали меня, – пробормотал мрачно Ингвар. – Привет тебе передали.

– Прости, сын, – Магни подошёл к полкам со склянками с лечебными мазями. Он нашёл баночку с чёрной субстанцией похожей на глину, схватил её и тут же принялся мазать нос сына. От запаха этой дряни у Ингвара начали слезиться глаза. – Я всё исправлю.

У отца вечно была нервная улыбка, прикрытая всклоченной бородой. Глаза постоянно словно извинялись за что-то. Магни выглядел жалко, и ни у кого не мог вызвать и толики уважения.

– Я не понимаю, что мы тут делаем? Этому месту настал конец. Нам надо убираться отсюда! – воскликнул Ингвар.

– Ингвар, это наш дом. Всё наладится. К тому же мы не можем оставить здесь бабушку.

Парень закатил глаза и вышел из дома. Возможно, стоило поговорить с бабушкой, подумал он. Она жила в деревне рядом с храмом червя. Он вновь перешёл мост и вернулся в деревню, настороженно оглядываясь. Видимой опасности не наблюдалось. Деревня состояла из нескольких десятков домов, расположенных по кругу в форме солнца на расстоянии аршина друг от друга. В деревне работала таверна, постоянным клиентом которой и был Магни. Ещё в неё часто заходили Лэнс с Тольмом. Их лагерь находился где-то за городом. Была также кузня, из которой постоянно доносился звон молота. За деревней растелились поля, упирающиеся в границу густого леса. Жители работали на них целыми днями, но это лишь оттягивало неизбежно надвигающийся голод. Ингвар без проблем дошёл до храма.

Это было глиняное куполообразное строение, созданное с помощью магии. По краям были вырезаны гравюры изображающие слепых существ, вылезающие из-под земли и тянущиеся к солнцу. У строения не было окон, лишь проход. Дверь отсутствовала, а над входом находилась скульптура в форме гигантского человеческого лица с закрытыми глазами. Скульптура олицетворяла покой даруемый после смерти Фредсландом. Богом червей.

– Лишь идущие по пути умиротворения соединятся с Богами, – у входа читал проповедь монах Мейтемарк. Он был весь вымазан в глине с головы до ног. Его лицо было вымазано в грязи. Казалось, что он вылез из-под земли. И так выглядели все, как они себя называли, посланники Фредсланда. Пару лет назад подобно могильным червям они заполонили графство, взяв его под защиту. – Идите по пути глубинного червя и после смерти ваши души отправятся в цветущие сады. А ваше тело заберут его дети в земные недра. Более не будут они ни в чём нуждаться, и одарит их Фредсланд своей вечной заботой и любовью.

Ингвару не нравились эти фанатики. Они обложили народ нечеловеческой десятиной. И что самое паршивое подмяли под себя весь рынок. Из-за этого они с отцом больше не могли продавать зелья. Ингвар презренно шмыгнул распухшим носом и вошёл в дом своей бабушки Иземунды. Та беззаботно сидела у окна и слушала не замолкающего посланника.

– Здравствуй, бабуля, – Ингвар подсел к ней. Его мать умерла, когда он был маленький. И Иземунда заменила её. Она всегда была добра к нему и заботилась о нём.

– Ингвар! – она широко улыбнулась. Лицо забавно скукожилось от морщин.

– Отец отказывается покидать Сталског, – возмущённо произнёс парень. – Он слишком упёртый.

– Ох, – бабуля расстроено вздохнула. Ингвар почувствовал укол глубоко внутри себя. Его слова задели её. Он не хотел этого. – Боюсь, что он и меня не послушает. А что у тебя с носом? Это опять те двое?

– Всё нормально, – Ингвар отмахнулся. Он осознал, что сглупил. Отец был прав, бабулю нельзя было бросать здесь. Взять её с собой в долгий пеший путь, тоже не представлялось возможным. Это значило, что он останется здесь и будет помогать ей и отцу. Он окинул комнату взглядом. И почувствовал, что-то под столом. Это был не запах. А что-то иное. Словно что-то звало его к себе. И он уже такое испытывал в детстве, когда умерла их лошадь.

Ингвар заглянул под стол и обнаружил в углу мёртвую крысу. Она сдохла недавно, свернувшись в клубок. Он вытащил её за хвост. Иземунда испуганно охнула от увиденного. Ингвар попрощался с бабушкой и вышел на улицу, продолжая держать дохлое животное за хвост.

Ингвар осмотрел крысу. Та была вся исхудавшая, видать от голода померла. Внезапно она задёргалась и начала издавать мерзкий писк. Ингвар испуганно откинул её в сторону. Та встала на лапки и проползла немного, после чего завалилась на бок. Теперь она точно была мертва. Парень громко выругался.

Послышался неприятный смех. Ингвар раздражённо повернул голову в ту сторону и опять увидел тех двух уродов. Они стояли у входа в местную таверну с кружками и ржали над ним.

– Ах, вы сволочи, – из дома выскочила бабуля Иземунда и начала кричать на них. – Это вы его избили?

Бандиты нагло наблюдали за бабушкой. Парень подскочил к ней и потащил её обратно.

– Мы всё ещё ждём, Ингвар, – крикнул им в след один из них.

Чувства переполняли его. И в основном чувство беспомощности. Он не мог справиться с ними. И побег тоже был не вариант. Он переживал за бабушку и не хотел, чтобы она пострадала. Ингвар завёл бабулю домой и наказал ей, чтобы больше не вмешивалась. После этого он отправился в лес, чтобы посидеть в одиночестве и прийти в норму.

Ингвар отошёл от деревни, но не слишком далеко, чтобы не наткнуться на лесных обитателей. Окружённый деревьями он чувствовал себя спокойнее. Парень выбрал себе первый понравившийся эйкстал и сел у него, прислонившись спиной к стволу. Это было массивное лиственное древо, уходящее высоко в небо. Чтобы обхватить его ствол, понадобилось бы много людей. В округе они встречались ещё не так часто, но глубже в лесу дела обстояли иначе. Недаром западную часть леса называли землёй великанов мункилайненов.

Ингвар прикрыл глаза и постарался отвлечься. Неожиданно к нему вернулось то само странное чувство. Его опять словно что-то начало тянуть к себе. Он недовольно встал и огляделся. Ничего подозрительного рядом он не заметил. Он прислушался к своему чувству. Оно настойчиво вело его к кустам неподалёку. Парень смело двинулся к ним. Это были ничем не примечательные кусты, но воняло от них ужасно. Он обошёл их и тут же встретился взглядом с лежащим в кустах человеком. Ингвар сначала подумал, что он смотрит на него, но потом понял, что это взгляд в пустоту. Человек был мёртв. Ингвар осмотрел незнакомца. Когда-то это был молодой парень. Вокруг рта у него находилась засохшая кровь. На животе зияла рана, в которой копошились белые опарышы. Похоже, что его ранили бандиты. Потом он добрёл сюда и умер.

Ингвар вновь прислушался к своему чувству. Мёртвое тело словно взывало к нему. Он подумал о тех двух уродах в деревне Лэнсе и Тольме. Вспомнил их наглые улыбки. Возможно, это они его убили.

– Твари, – прошептал Ингвар. Он бы голыми рукам разорвал их, если бы мог. Уничтожил бы их наглые рожи. Он сжал кулаки и ещё раз ругнулся.

Внезапно труп затрясся. Ингвар вскрикнул и отпрыгнул от него, рухнув на спину. Когда он поднялся на ноги, то увидел что труп спокойно лежит, словно ничего не произошло. Он пнул труп ногой, чтобы удостовериться. Но тот оставался мёртвым. Решив, что он просто перенервничал, и ему это показалось, Ингвар отправился обратно в деревню. Он сообщил о своей находке посланнику Мейтемарку. И наконец, вернулся домой. Начало уже темнеть.

Отца не было. Скорей всего он ушёл в лабораторию, которая была спрятана за деревней. Ингвар вошёл в свою комнату. Как и везде в доме здесь тоже было пустовато. Он лёг на тюфяк, который был ему вместо кровати. Помимо него в комнате был ещё сундук, куда он складывал вещи, а также зеркало на стене. Комната была маленькая, но в целом здесь было всё, что ему нужно. Ингвар закрыл глаза и попытался уснуть.

Наступила ночь. Лэнс и Тольм вышли из таверны. Мир немного покачивало. Они вдвоём прикончили дюжину кружек эля, и как-то надо было добраться до лагеря.

– Лэнс, ты помнишь, где лагерь? – Тольма совсем развезло. Он покачивался из стороны в сторону.

– Слабак, – заржал Лэнс. – Двигай за мной.

Он зажёг факел и повёл через лес своего товарища в сторону лагеря. Их окружала кромешная тьма. Факел почти не помогал, но Лэнс всё же нашёл нужную тропу.

– Холодно, – начал ныть Тольм. – Чё так холодно?

Лэнс прикрикнул на него и велел больше не хныкать. Но действительно становилось очень морозно. Из их ртов начал идти пар.

Деревня была уже далеко. Стояла давящая тишина. У Лэнса возникло нехорошее предчувствие. Он вынул меч из ножен.

– Что случилось? – Тольм тоже вытащил меч.

Лэнс пристально вгляделся в ночь. Послышались шаркающие шаги. Кто-то приближался. Тольм вновь начал ныть. Холод становился невыносимым. Держать меч из-за этого становилось всё сложнее. Наконец факел осветил бледное лицо незнакомца с закрытыми глазами. К ним подошёл молодой парень. На лице у него была неестественная улыбка, от которой у Лэнса пошли мурашки по телу. Что-то было не так с этим парнем.

– Так, мужик. Ни шагу дальше, – пригрозил ему Тольм. Он выступил вперёд и наставил на парня меч. Тот продолжил медленно приближаться. Он подворачивал левую ногу при каждом шаге и шаркал ей по земле. – Ну, всё.

Тольм замахнулся мечом, чтобы нанести удар, но парень резко кинулся к нему и вцепился в его лицо. От неожиданности Тольм выронил меч.

– Глаза! – он завизжал от боли и ужаса. Кровь полилась по его лицу. Он тщетно пытался оторвать от себя руки парня.

Лэнс поспешил на помощь и воткнул свой меч в психа. Лезвие прошло насквозь, но никакого эффекта это не произвело. Даже кровь не пошла. Лэнс попытался вытащить меч обратно, но тот не поддавался. Тогда Лэнс ткнул парня факелом прямо в улыбающуюся рожу. Это заставило его отпустить Тольма. Тот беспомощно упал на землю и, всхлипывая, пополз в обратную сторону.

Кожа на лице психа немного обгорела. Он резким ударом выбил из рук факел и тут же накинулся на Лэнса, засунув ему в рот обе руки. Он зажал правой рукой его нижнюю челюсть, а левой верхнюю. Глаза Лэнса наполнились ужасом. Он понял, что сейчас произойдёт.

Парень из-за всех сил потянул вниз нижнюю челюсть жирдяя. Послышался громкий хруст. Словно он разрывал гигантского жука. Лэнс пытался помешать, он хватался за его руки, за его лицо, но ужасная боль лишала всех сил. Он визжал, что есть мочи. Кровь заливала их с психом, смешиваясь с землёй. Пальцы парня скользили по острым зубам залитых липкой кровью, но он продолжал сжимать челюсть и вырывать её. Затем он резко дёрнул челюсть вниз, выдирая её с куском мяса. Язык Лэнса беспомощно повис и дёргался как червячок. Кровь водопадом стекала. Сил у него оставалось только на жалкий стон. Его лицо стало бледным как у призрака. Кривой походкой, он сделал пару шагов в сторону, а затем рухнул на землю.

Парень медленно двинулся к Тольму, шаркая левой ногой.

– Не надо, – взвыл тот, стараясь отползти как можно дальше. Из его глаз текла кровь. Тольм стонал и продолжал умолять психа.

Но тот неумолимо продолжал приближаться к нему с несменяемой широкой улыбкой. Он схватил Тольма за голову и несколько раз ударил его о землю, сломав ему нос и выбив несколько зубов. Затем он поднял его одной рукой, а другой резко вытащил из своего тела меч Лэнса. И наконец, окончил страдания Тольма, вогнав лезвие ему прямо в рот. После этого парень вцепился в тела Лэнса и Тольма, за ноги и потащил их за собой в темноту ночи.

Глава 2. Оистав королевская столица

Тронный зал хорошо освещался факелами, расположенными на колоннах. К самому трону вёл бархатный ковёр, по сторонам которого стояла стража. На них была надета пластинчатая броня с намотанными крест-накрест яркими пурпурными лентами на нагруднике. Их головы защищали крылатые шлемы, символизирующие попутный ветер. Трон пустовал.

Рейна бродила между колонами и рассматривала гобелены на стенах. Она была одета в белую мантию с капюшоном на голове, скрывающим алые волосы под ним. Верхняя часть лица в районе скул была усеяна еле видными веснушками. На кожаном поясе находился молитвенник, перетянутый маленькой серебряной цепочкой. С её шеи свисал круглый медальон. Он изображал огненную волчицу Серандею, свёрнутую в клубок. Посланницу солнца, указывающую путь потерянным странникам. В зале Рейна находилась вместе с сотней беженцев. Все они ждали аудиенции короля.

Широкие массивные двери с завораживающим орнаментом вокруг них отворились, и в зал вошла четвёрка наёмников, обвешанных различным оружием. У самого крупного из них находился странного вида двуручный меч с длинной тонкой рукоятью и широким прямоугольным лезвием, похожий на мясницкий секач. Здоровяк положил оружие на плечо и удивлённо осмотрелся. У него была густая чёрная борода и лысеющая голова. Также он носил бригантину с закреплёнными на ней железными пластинами.

– Может, зайдём позже? – пробормотал второй наёмник. Он был низкого роста и немного полным. Он выглядел моложе остальных. Его защищала тёмная кожаная броня, но Рейне бросились в глаза сандалии на его ногах. Все наёмники носили дорогие сапоги из крепкой кожи, кроме него. Также она не заметила у него оружия.

– Нет. Будем ждать, – скомандовал здоровяк. Он явно был у них за главного.

К наёмникам подошёл один из стражников и указал пальцем на их оружие. Здоровяк показал ему грамоту и тот отстал от них. Рейне стало очень интересно кто эти наёмники.

Среди них также была женщина в сине-зелённом одеянии с очень длинными рукавами, скрывающими кисти рук. Такие носили маги. На её поясе было несколько кинжалов и свитков. Ещё на её правом боку висел скрученный хлыст.

Один из беженцев толкнул локтём Рейну и указал пальцем в сторону трона. К нему вальяжно приближался хрупкий на вид высокий человек с длинными волосами цвета смолы, облачённый в бархатный пурпуэн. У него была нежная кожа как у девушки и ослепительная улыбка. Он бегло оглядел зал яркими голубыми глазами, а затем небрежно развалился на троне. Его сопровождали двое. Слева от него встал старик с недовольным кислым лицом. А справа мужчина с собранными в пучок волосами и аккуратной бородкой с усиками. Один его глаз закрывала чёрная повязка. Рейна, такими как он, представляла себе разбойников и пиратов. Но он явно не был одним из них.

– Это, что за хрен? – прошептал четвёртый наёмник. Это не был человек. Он носил латный доспех без шлема. Серебряные волосы были убраны в хвост. Его кожа имела необычный серый цвет. Он походил на статую в броне. Нижнюю часть лица скрывал красный платок. С пояса у него свисали два коротких меча. – Не похож на короля.

– Это принц, дурень, – ответил ему здоровяк. – Старший принц и наследник престола Алан. Король Юлиан видать занят. Плохо дело.

– Плохо дело? – наёмник в сандалиях забеспокоился. – Может, в другой раз зайдём?

– Нет! Действуем по плану. Отдаём голову, получаем деньги, просим работу. Просто этот принц… странный. Про него слухи ходят… всякие, – лидер почесал голову, а затем добавил. – Эрлик, ты первым пойдешь. Будёшь перед нами стоять.

– Это ещё почему? – непонимающе спросил тот.

– Ты у нас самый молодой. Пухленький. Сразу ему понравишься, – здоровяк злобно улыбнулся.

– Он мужиков трахает, – мрачно сказал серокожий наёмник. – Так что будешь в авангарде. Геройски примешь удар на себя.

– Чего? Вы шутите, – наёмник в сандалиях заёрзал. – Вы это не серьёзно, да?

Алан подозвал к себе беженцев. Небольшая группка отделилась и двинулась к трону. Рейна возглавила процессию. Они прошли мимо стражи. И приближались до тех пор, пока принц не остановил их жестом.

– Ваше высочество… – начала Рейна.

– Знакомый амулет, – принц прищурился. – Ты сестра Серандеи. Не знал, что у нас поклоняются огненной собачке. Я люблю собак.

Принц беззаботно улыбнулся, а его советники резко переменились в лице. Оба словно одновременно почувствовали всю боль этого мира.

– Она огненная волчица, ваша милость, – поправила его Рейна. – Ей не поклоняются в Левендейорде. Но я родилась в этом королевстве на западе в графстве Сталског. И недавно меня направила Серандея в родные земли. Народ там страдает, ваше высочество.

– Сталског? – принц потёр подбородок. – Это там ядовитые болота и растут железные деревья? А ещё тот гадкий граф сбежал с казной. Крайне неперспективное место. Там до сих пор живут люди?!

Принц удивлённо переглянулся со своими советниками.

– Пока ещё живут, ваше величество. Но это ненадолго, – один из беженцев выступил вперёд. – Нас убивают. Что-то уничтожает одну деревню за другой. Мы пришли за помощью.

– Что-то? – принц ненадолго задумался. – Опять ипхиладон завёлся? Мерзкая тварь была. Помнишь, коннетабль Гильом?

Принц повернулся к одноглазому. Тот задумчиво прикоснулся к своей повязке, словно вспоминая что-то.

– Да, принц, – сказал он, его лицо внезапно помрачнело. – Такое невозможно забыть. Его щупальца до сих пор сняться мне в кошмарах. Хруст костей моих товарищей, их крики.

– Это не ипхиладон. На деревни нападают люди, – продолжила Рейна. – Но они чем-то болеют. Ведут себя как животные. Они пришли из леса и начали кидаться на жителей. Они ели их. Я чудом уцелела и увела этих людей.

– Госпожа Рейна спасла нас, – слово взял один из беженцев. – Мы мирно жили в Пяте Мункилайнена. К нам начали прибывать беженцы… наши соседи. Их атаковали первыми. Они искали пристанище, как вдруг и на нас тоже напали. Если бы не госпожа Рейна, нас бы всех съели.

– Вы отважная девушка, – поздравил её принц с мягкой улыбкой. – Серандея привела вас, и вы спасли людей. Так поступают настоящие герои. Если для вашей Богини понадобиться храм в наших землях, то я с радостью выделю золото.

– Я здесь не за этим, ваше сиятельство, – невозмутимо продолжила Рейна. – Этим людям нужна помощь. Посланники Фредсланда не способны справиться с этой проблемой. Я прошу вас, выделите гарнизон. Защитите земли.

– Не, не, не, – воскликнул Алан. – Сталског кошмарное место. Коннетабль Гильом это подтвердит. Пусть люди собирают вещи, бросают стариков и бегут оттуда.

– Но это ваши земли, – возмутился беженец.

– Это выгребная яма. Перебирайтесь в другие графства. Работа у нас есть, – отмахнулся принц. – Кто покрепче может в ополчение вступить. У нас сейчас война кажись, Олаф?!

Принц обратился к старику с кислой рожей. Тот причмокнул, а затем ответил ему.

– С Мигом, королём Вальтрунда, – голос Олафа был хриплый и еле слышный.

– Да? И как идут бои? – поинтересовался Алан.

– Плохо, принц, – лицо Олафа стало ещё более кислым. – Несём большие потери. Войска подходят к замку Дан Лоран.

– Сын собаки! Червь могильный! – заорал принц. – Почему я только сейчас узнал? Где мой брат?

– Обожженный принц прибыл в замок. Готовиться к бою, – лицо Олафа не менялось.

– Отлично, – успокоился Алан. – Отправь к нему винца с моими лучшими пожеланиями.

– Уже, ваше сиятельство. И оно уже должно быть на его столе.

Принц окинул взглядом Рейну и группу беженцев рядом с ней. А затем обратился к ним.

– Вы свободны. Олаф, распорядись, чтобы этим людям нашли кров, еду и работу.

Беженцы поблагодарили принца и направились к выходу. Они получили совсем не то, чего хотели. И девушка была этим не довольна. Но сдаваться она не собиралась.

– Денег им не давать, – наказал принц Олафу, когда беженцы отошли подальше. – Не то обнаглеют.

Затем он увидел четвёрку наёмников и подозвал их к себе. Те гордо зашагали к трону. Гильом напрягся и положил руку на эфес своего меча на поясе. Тот, что с серой кожей подтолкнул вперёд наёмника небольшого размера. Алан с интересом осмотрел коротышку. И остановил своё взгляд на сандалиях на его ногах. Наёмник заметно начал нервничать, весь покраснел. А затем крикнул на весь тронный зал.

– У меня сифилис!

Серокожий дал ему подзатыльник, остальные залились смехом.

– Фу! Вы чего-то хотели молодые люди? – поинтересовался принц.

Здоровяк с хитрой ухмылкой снял со спины мешок и положил его на ковёр. Затем вытащил из него за волосы голову монстра с красной кожей. У чудовища не было рта и носа. Только два грустных глаза смотрели на принца.

– Визгун! – заявил здоровяк. – За его голову полагалась королевская награда. Лично. И вот мы здесь.

– А вы… – принц покрутил пальцем в воздухе.

– Я Слактер. Коротышку звать Эрлик. Нашу волшебницу Джоан. А тот, что с серой кожей это Пангус, – здоровяк потряс головой в своих руках. – Мы убиваем монстров. У нас есть лицензия от гильдии «гончих».

– Олаф? – принц повернулся к старику. – Мы обещали какую-то награду?

– Визгун поселился в лесу неподалёку, – хрипло ответил тот. – Он похищал детей и ел. Ваш отец король Юлиан пообещал награду в сто золотых эре.

– О, и вы его прикончили! Великолепно, – принц похлопал в ладоши. – Здоровый был?

– Да… с дом. Битва была не из простых. Нас только четверо осталось, – здоровяк грустно покачал головой. Остальные переглянулись и покачали головой вместе с ним в унисон.

– Соболезную, – произнёс Алан. – Но больше денег не дам. И не надейтесь.

Принц щёлкнул пальцами и Олаф передал наёмникам мешочек с золотом. Слактер театрально взвесил его и затем вновь обратился к принцу.

– Мы тут слышали, что под городом завелись гоблины верхом на гигантских крысах. Можем и с ними разобраться.

– Вы? – принц засмеялся. – Этим делом уже неделю занимается Грюнер. Великий мастер меча. А вас я совсем не знаю.

Слактер вновь потряс головой визгуна.

– Мы убили эту громадину. С гоблинами тоже справимся. А Грюнер лентяй и алкаш. Будет месяц у вас на шее висеть.

– Пф, громадина, – принц махнул на них рукой. – Ипхиладон, вот это громадина. Скажи им Гильом.

Гильом снова дотронулся до своей повязки и погрузился в воспоминания.

– Он закрывал собой небо. Поднял меня вместе с лошадью.

– Вот это громадина! – принц показал пальцем на Гильома.

Одноглазый помрачнел и затем пробормотал.

– Каждый раз, когда я закрываю свой глаз, то вижу оторванное лицо своего друга.

– Ого, вашему Гильому к специалисту бы какому-нибудь обратиться, – с иронией произнёс Пангус.

– Если хотите работу, то можете найти ту девушку… как её… – принц потёр свои виски. – Ах да, Рейна. Она с беженцами прибыла из Сталскога. Их атакуют какие-то людоеды. Если разберётесь с этим, то я не только вас озолочу, но и выгоню этого мастера алкаша и отдам вам его работу.

Наёмники приободрились и поспешили на поиски сестры Серандеи.

– Очень мудро, ваше величество, – прохрипел Олаф.

Глава 3. Лагерь у замка Дан Лоран

Местность была холмистая, переходящая на юге в высокие горы. На западе виднелось тихое озеро. Солнце ярко светило, стояла безоблачная погода. На ветру развевались флаги с гербом Левендейорда над разноцветными шатрами. Лагерь был разбит вокруг замка Дан Лоран, так как он не мог вместить всех. Обожженный принц Вэйлон отказался размещаться в его стенах и укрыл внутри него бежавших крестьян. Он разбил палатку среди своих людей, прировняв себя к ним. Разумеется, она отличалась от остальных и была самой большой.

Вэйлон стоял внутри своего шатра вместе с верным товарищем Рамоном. Оба задумчиво уставились на бутылку вина перед ними. Принц был гладко выбрит, широкоплеч, с короткими светлыми волосами и с прямой осанкой аристократа. А также с хитрым прищуром, выдававшим в нём заядлого авантюриста. Его товарищ же был сутул, с рыжими взъерошенными волосами и давнишней щетиной. Его простоватое лицо скрывало серьёзность и рассудительность. В их дуэте он являлся голосом разума. Оба носили латные доспехи, но принц также надел поверх доспехов пурпурный сюрко длиной чуть ниже колена. На нём красовался символ Бога ветра Данталеона, которому поклонялась вся его династия. Лица женщин и мужчин, детей и стариков, людей и нелюдей смотрели с осуждением на окружающий мир с сюрко. Принц не сводил своих голубых глаз от бутылки.

– Что в записке? – поинтересовался обожженный принц.

– Кхм, – Рамон сценически покашлял в кулак и затем прочитал записку. – «Прими сие вино в дар с наилучшими пожеланиями, мой храбрый брат». Писал явно Олаф. Думаю, что отравить пытаются гады.

– Алан никогда бы меня не предал, – возразил принц.

– Народ тебя больше уважает. Ты знаешь магию в отличие от твоего брата. Вы не виделись несколько месяцев. И ты для него прямая угроза, – аргументировал его друг.

– Я никогда не стану наследником трона. И ты знаешь почему, – принц снял кожаную перчатку и посмотрел на обожженную руку. – Алан бы никогда мне не навредил.

Затем он схватил бутылку и сделал большой глоток.

– Нет! Мне нужно было первым отпить, – Рамон кинулся к принцу, но тот остановил его.

– Всё нормально. Я уверен, что оно не отравлено.

Он сделал ещё глоток и дал отпить другу.

– Какие новости из столицы? – поинтересовался Вэйлон. Он уселся на стул с бутылкой и как следует присосался к ней.

– Говорят принц Алан провёл аудиенцию. Он был великолепен. Мудр и рассудителен.

– Да не заливай, – заржал Вэйлон и опять отпил вина. – Как обычно кривлялся, щипал мужиков за задницы и заставлял беднягу Гильома про ипхиладона рассказывать.

– Ну, может и так, – улыбнулся Рамон. – Ты своего брата лучше меня знаешь.

Внезапно в шатёр вошёл генерал Фартуд. Он выглядел как толстый хряк, закованный в броню и с пышными бакенбардами.

– Прибыл парламентёр, обожжённый принц, – заявил он. – Король Миг получил ваше письмо и готов к переговорам. Он будет ждать на теневом поле.

– Наконец, – Вэйлон радостно вскочил со стула. – Командуйте войску собираться.

Фартуд поклонился и вышел к солдатам. Принц с Рамоном последовали за ним. Снаружи суетились воины. Среди них были как люди, так и вотлинги. Низкорослые существа с маленькими почти невидимыми ушами, с длинным крючковатым носом и маленькими глазками. Они проживали в этой местности и были крайне обозлены на войско Мига, которое сжигало и грабило их поселения. Потому они с радостью вступали в ополчение. Увидев обожженного принца, они тепло приветствовали его. Вэйлон окинул окружение взглядом. Над лагерем развевался герб Левендейорда, с изображённым на нём головой хозяина лесов. Вытянутая морда с зубастой пастью и с множеством рогов. Когда-то эти гордые существа в огромном количестве населяли леса, но соседство с людьми практически их всех погубило.

Вэйлон глянул на покрытые мхом стены замка. За ними нашли убежище крестьяне. Они хотели лишь тихой мирной жизни. И вот они оказались здесь. Обожжённый принц обязан был восстановить порядок и вернуть этих людей домой. Затем он заметил странную парочку воинов – крупного мужчину и девушку изящного телосложения. Раньше он их никогда не видел. Воительница носила необычный нагрудник серебристого цвета с пурпурным отблеском. Лёгкий и прочный, не стесняющий движения. Девушка легко передвигалась в ней. Руки девушки скрывали белоснежные свободные рукава и удобные кожаные перчатки. У девушки был странный шлем напоминающий голову сокола с ярким плюмажем из перьев всевозможных цветов. Забрало с острым треугольным концом выступало вперёд и подворачивалось вниз как клюв. Из-под него виднелась нижняя часть лица. У неё были красивые тонкие губы и бледная кожа как у призрака. Прорезь для глаз Вэйлон у неё не заметил. На поясе у воительницы висела рапира с искусно выполненной гардой, которая извивалась как змея. Мужчина был огромен. Находился в чёрном как ночь чешуйчатом доспехе и шлеме с похожим на клетку забралом. Лица воина не возможно было разглядеть. Из-под забрала и из-под брони, в некоторых местах, вылезали чёрные длинные волосы и развевались на ветру. Он опирался на огромный молот с выгравированным на боевой части закрытым ладонями лицом. Вид громилы ужасал.

– Кто это? – поинтересовался обожжённый принц у Рамона.

– А, эти, – Рамон хитро улыбнулся. – Они прибыли из Нартанского ханства этим утром. Солдаты поговаривают, что этого здоровяка коснулось погребённое дитя.

– Какое ещё дитя? – не понял Вэйлон. – Местная легенда, что ли?

– Угу, легенда, – буркнул Рамон. – У злого Бога Ормака и гигантши был роман. У них родилось отвратительного вида волосатое дитя, которое упрятали глубоко под землю. Говорят оно до сих пор живо, и ползает на своих тонких ручках. Иногда оно вылезает и похищает людей. Так что, если видишь землю, покрытую длинными чёрными волосами, значит оно рядом, значит надо бежать без оглядки. Так же говорят, что если оно коснется тебя, то всё твое тело тоже покроется длинными волосами. И однажды они полезут прямо изо рта, и ты задохнёшься.

– Ну и чушь, – воскликнул Вэйлон. Затем он глянул на девушку и заявил. – Пойду, познакомлюсь с ними.

Он подошёл к воинам и приветливо улыбнулся. Девушка равнодушно повернула голову в его сторону. Здоровяк склонился над принцем. Принц ощущал его тяжёлое дыхание на своей макушке.

– Приветствую! Я Вэйлон, но все меня зовут обожжённый принц, – после этих слов он сделал реверанс.

Девушка смерила взглядом принца. Рамон скромно пристроился рядом и с опаской поглядывал на великана.

– Пьетра, а это мой брат по оружию Гюго, – она гордо выпрямилась. У неё был мягкий приятный голос. Затем она сняла правую перчатку и протянула принцу бледную руку. Вэйлон замешкался, обычно этикет требовал подать даме руку ладонью вверх. Но сейчас это явно был не тот момент. Принц снял свою латную рукавицу и по-товарищески пожал её ручку. Девушка глянула на его десницу и заключила. – У тебя ожоги.

– Да. Ожоги на обеих руках, но уверяю, это никак не отражается на моём боевом мастерстве, – заверил её принц.

– Принц спас сироток из пожара, – оживился Рамон. – Ворвался в горящее здание верхом на лошади и вытащил дюжину беззащитных детишек.

– Дюжину? – переспросила с иронией Пьетра.

– Несколько раз возвращаться пришлось в здание, – продолжил с хитрой улыбкой Рамон. – Но обгорели только руки. Остальные части тела у принца в полной боевой готовности.

– Рамон! – рявкнул на него принц. Его товарищ наконец заткнулся и опустил голову вниз. Затем Вэйлон повернулся к новым знакомым. – Я рад нашей встрече и желаю вам удачи.

– И вам удачи, обожжённый принц, – Вэйлон заметил улыбку на её лице. Он приободрился и направился к кузнецу.

Им являлся вотлинг с длинными седыми волосами. Он ходил с голым торсом и сидел на наковальне, свесив ножки. Увидев подошедших к нему, он скорчил раздражённую физиономию.

– Чего вам? – спросил он недовольным тоном.

– Повежливей, – возразил Рамон. – Ты говоришь с сыном Юлиана, обожжённым принцем.

– Ох, простите мою бестактность, ваше сиятельство, – съязвил кузнец. – Чего припёрся?

– Разрешите, я его разок пну, – Рамон приблизился к кузнецу, но его тут же остановил Вэйлон.

– Я припёрся за своим мечом, – невозмутимо сказал принц. – Его отдали на заточку. Кожаные ножны с вышитым жёлтым орнаментом.

– Да знаю я ваш меч, принц, – пробурчал коротышка. Он слез с наковальни и нашёл у себя в закромах нужное оружие, а затем передал его Вэйлону.

– Я чем-то обидел тебя? – поинтересовался у него принц, вешая свой длинный меч на пояс. Кузнец повернулся в сторону, посопел крючковатым носом и затем заявил.

– Войска Вальтрунда грабят наш народ долгие годы. Вы, человеки, даже пальцем не пошевелили. Но как только они начали нападать на ваши поселения, вы вдруг попрыгали на лошадок и, наконец, припёрлись сюда.

– Прошу прощения, что мы так поздно прибыли. Но обещаю, что сюда они больше не сунутся, – заверил его принц. – Я сделаю всё для этого.

– Да что мне твои извинения и обещания, – коротышка возмущённо затопал ножками. – Они дочку мою увели.

– Они занимаются похищениями? – обожжённый принц удивлённо посмотрел на Рамона. – Мне не сообщали об этом.

– Ну, они не так уж и много увели, – осторожно произнёс Рамон. Глаза Вэйлона переполнились гневом. Его друг побледнел и начал оправдываться. – Твой отец запретил всем говорить тебе.

– О Боги, – взвыл принц. Затем он обратился к кузнецу. – Даю вам своё слово, я освобожу вашу дочь и всех остальных.

– Нет… твой отец ясно дал понять, что их не нужно спасать, – Рамон нервно затараторил. – Если он узнает, то убьёт меня.

– Мой отец может идти на хрен, – отрезал принц и отправился к лошадям. Кузнец удивлённо наблюдал за тем как тот уходит. Его товарищ засеменил позади него.

– Я как бы серьёзно, он убьёт меня. Ты же знаешь, что твой отец психопат, – Рамон пытался убедить принца, но тот был неприступен.

Они подошли к лошадям. Рядом с ними стоял молодой маг Ярро в яркой фиолетовой робе с капюшоном поверх головы. Он командовал отрядом боевых волшебников. Увидев обожжённого принца, он оживился и подбежал к нему.

– Король Миг ждёт на теневом поле, – начал Ярро взволнованно докладывать. – У него больше тысячи воинов. Среди них мы обнаружили гноллов.

– У них есть тяжелая конница? – спросил принц.

– Нет, зато есть у нас, – к ним вышел генерал Фартуд с довольной улыбкой. – Будем делать ставку на неё.

– Гноллы будут верхом на пепельных скакунах. Они быстрее любой лошади. Попробуют нас в клещи взять.

– Пусть попробуют, – заключил принц. – Конницу построить клином. Слева и справа построить пехоту в фаланги. Кто в авангарде будет?

– Людвиг Ван Хольм, также известный как голый рыцарь, – сообщил генерал Фартуд. У Рамона отвисла челюсть. Он что-то хотел возразить, но генерал его опередил. – Знаю, знаю. Я его уговорил надеть плащ.

– Кто ещё? – спросил Вэйлон.

– Я спросил тех двух странных ребят, волосатого великана и даму с клювом, но они отказались. Сказали, что будут в пехоте, – генерал почесал затылок. – Вызвался Сайран Слик. Рвётся идти первым. Я поставлю десяток лучших людей рядом с ним. Думаю, что вместе с Ваном справятся. Следом за ними пустим остальную конницу.

– Слик? Никогда не слышал о нём, кто это? – поинтересовался принц.

– Сын какого-то лорда с запада. Вот он идёт, – Фартуд показал на рыцаря в хауберге без шлема. У него были золотистого цвета волосы и небольшая щетина с густыми усами. Он выглядел старше обожжённого принца. Вэйлон поприветствовал воина.

– Не волнуйтесь, обожжённый принц. Раздавим их как жуков. Это будет не первый мой бой, – заверил он сиплым голосом.

Принцу привели лошадь. На неё уже повесили броню. Он залез в седло и краем глаза заметил Пьетру с Гюго. Он выпрямился и расправил плечи. Затем глянул на своего друга и спросил его.

– Рамон, как я смотрюсь?

– Великолепно, ваше высочество, – ответил тот. – Как прирождённый лидер.

– А Пьетра смотрит? – поинтересовался Вэйлон.

Рамон глянул через плечо в её сторону. А затем ответил ему.

– Эмм… вроде нет. Не совсем понятно, на что конкретно она сейчас смотрит. Если честно я не уверен, что она вообще может видеть.

– Говорят, у слепых отлично развиты другие чувства, – произнёс маг Ярро. – Слух, обоняние…

– Обоняние? – задёргался принц. Он осторожно понюхал себя. Он давно не мылся, и запах мог убить всё живое в королевстве. Вэйлон недовольно помотал головой. – Бляха.

– Вот сейчас вроде смотрит в твою сторону, – весело сообщил Рамон.

– Что, правда что ли? – Вэйлон попробовал повернуться, но лошадь под ним взбрыкнула и тот чуть не свалился.

– Потрясающая грация, ваше высочество, – съязвил Рамон. – Пьетра поражена до глубины души.

– Рамон! Завязывай! – рявкнул принц.

– Дорогу! Идёт Людвиг Ван Хольм! – под всеобщее оханье и аханье к своей лошади вышагивал голый крепкого телосложения воин. На нём был только кожаный пояс и стальные сапоги. На поясе болталась булава. Он с разбега запрыгнул на коня.

– Это, что… голый мужик на лошади? – удивлённо спросила Пьетра и показала на него пальцем.

– Бедная лошадка, мне так её жаль, – пробормотал Рамон.

– Людвиг! – прикрикнул на него генерал.

– Настоящего мужика ничто не должно стеснять, – заявил тот, гордо задрав нос. На что в его сторону начались раздражённые крики и улюлюканье. – Слюнтяи!

Голый рыцарь, к всеобщей радости, соизволил надеть на себя плащ. И армия, наконец, двинула в путь.

Глава 4. Таверна в Йоре

– Нет, Магни тут не появлялся, – хозяйка таверны обеспокоенно помотала головой. Она не оправдала надежды Ингвара. День шёл к вечеру, а его отец так и не объявился.

Ингвар вышел разочарованный из таверны. Он боялся, что с ним что-то случилось. Время было неспокойное. Несколько деревень в графстве разорили. Никто не знал, кто это делает. Скорей всего это были разбойники. Единственное, что ему приходило в голову, это поискать отца в лаборатории.

Взгляд Ингвара привлёк бегущий испуганный мальчик Вон с заплаканным лицом. Его брата не было нигде видно, что было странно. Эти двое никогда не расставались.

– Что случилось, Вон? – крикнул ему Ингвар. Ребёнок нехотя подошёл к нему и начал торопливо объясняться.

– Наш пёсик Вафля попал в капкан, – Вон шмыгнул носом и показал пальцем туда, откуда он прибежал.

– Где твой брат? – настойчиво продолжал опрос Ингвар.

– Остался с Вафлей, – Вон снова шмыгнул носом.

– Остался? Один? – Ингвар начал беспокоиться.

– Нет, конечно. С ним остался дяденька, – беззаботно сказал мальчик. Глаза у Ингвара округлились. – Он нас в лесу нашёл.

– Какой нахрен дяденька?! Вон, нельзя с незнакомыми говорить. Тем более оставаться с ними наедине! – Ингвар поспешил в ту сторону, куда показывал мальчик.

Он пробирался через ветки деревьев, перепрыгивал через их корни, которые опутывали всю землю. Фантазия разыгрывала перед ним жуткие сцены. Он опасался худшего.

– Другого выхода нет, – прозвучал из-за деревьев незнакомый мужской голос.

Ингвар пошёл на звук. Кусты мешали обзору. Он раздвинул их руками и увидел Винса рядом с незнакомцем, одетым в грязную рясу. Его лицо покрывал толстый слой глины. Так выглядели посланники Бога червей Фредсланда. Между ними лежал на земле пёсик. Туловище животного зажало в капкане. Вафля тихо поскуливал. Из его носа шла кровь. Ингвар вышел из кустов и получше рассмотрел пса. Спасение не представлялось возможным. Собака бы умерла от кровотечения. Животное страдало.

– Ваш Бог может ему помочь? – Винс еле говорил сквозь слёзы.

– Мы можем помолиться ему и узнать это, – произнёс незнакомец. Голос у него был добрый, но вызывал отталкивающий комфорт. Он перевёл взгляд на Ингвара и поклонился ему. На вид ему было около тридцати. Длинные грязные волосы каштанового цвета спадали на его лицо и частично скрывали. За спутанными кудрями находились желтоватые глаза и волчья улыбка. На подбородке виднелась небольшая бородка. – Добрый день, молодой человек.

Парень проигнорировал его и присел на корточки у пса, вытащив из сапога рондель.

– Нет! – закричал Винс. Незнакомец безмолвно наблюдал за происходящим.

Ингвар, игнорируя крики мальчика, погладил голову пса, а затем резким движением перерезал ему горло. Винс с визгом кинулся к животному и обнял его. Вафля умер.

– Он мучился, – холодно произнёс парень. Мальчик разразился рыданием. – Смерть освободила его от мук. Так нужно было, Винс. А теперь отойди.

Ингвар оттащил мальчика от пса. Незнакомец продолжал молча смотреть.

– Почему? – лицо у мальчика было красным. Он был весь в слезах. Ингвару начинала надоедать эта истерика. Он и так чересчур много времени потратил на всё это.

– Такова реальность, Винс, – раздражённым тоном начал объяснять он. – Смерть часть нашей жизни. Мы живём, страдаем, и нам бывает больно. Как и нашим близким. А потом мы умираем. Это нормально. Чем раньше ты это примешь, тем лучше.

Винс злобно посмотрел на Ингвара. Ничего не ответил ему, а только шмыгнул носом пару раз. И тот продолжил.

– Иди домой, Винс. Возвращайся с родителями. И держись подальше от незнакомых людей.

Мальчик вытер слёзы и поплёлся в сторону деревни. Парень повернулся к незнакомцу. Тот спокойно стоял и ждал, что будет дальше.

– Кто ты? – спросил его Ингвар. Этот человек был наедине с маленьким мальчиком. Что очень настораживало.

– Я посланник глубинного червя Фредсланда, – незнакомец развёл грязные руки в стороны. Он действительно выглядел как один из них. – Меня зовут Падок. В Сталскоге происходят нападения на поселения. И Червивый Дом прислал меня.

– И ты решил, что это хорошая идея остаться с маленьким мальчиком наедине, – Ингвар наставил на него рондель. – Ещё раз приблизишься к детям, и я тебе тоже горло перережу.

– Я пришёл помочь. Я здесь только с добрыми намерениями, – Падок поклонился и скрылся за деревьями.

Ингвар остался наедине с Вафлей. Он вытащил собаку из капкана и положил на мягкую траву.

– Глупая псина, – пробормотал он себе под нос. – Надо было лучше под лапы смотреть.

У него никогда не было собаки. Глубоко внутри ему было жаль пса. Теперь его заберут к себе дети Фредсланда. Ингвар присел на корточки и погладил Вафлю. Внезапно пёс начал биться в конвульсиях и тихо скулить. Ингвар отпрянул назад и отполз подальше. Пёс пошевелился и попытался встать, но у него это не вышло. Он завалился обратно в траву и окончательно затих. Парень не мог поверить своим глазам. Пёс действительно умер дважды. То же самое было и с крысой. Он думал, что та сдохла, но она внезапно встала на лапы и даже смогла сделать пару шагов, прежде чем снова умереть. Что-то странное происходило. И ему хотелось поговорить с отцом как никогда. Успокоившись, он побежал в сторону лаборатории.

Она находилась севернее их дома. Ингвар перебрался через реку по деревянным мосткам на западный берег. Он хорошо знал лес и вскоре нашёл нужную тропинку к лаборатории. Он шёл в полном одиночестве, загребая ногами листву. Где-то вдалеке он слышал птичку пиру. Её пение походило на женский стон. Незнающие этого путники запросто могли пойти на звук и утонуть в трясине. За это птичку и прозвали злым лесным духом – пиру. Под эти стоны Ингвар брёл к своей цели.

Лаборатория находилась в недрах пещеры под эйксталом. Дерево росло на возвышенности, буквально из каменной поверхности. Это его никак не смущало, и оно гордо тянуло свою макушку к солнцу. Ингвар прополз между корней эйкстала и попал в пещеру. В конце прохода виднелся свет. Кто-то находился в лаборатории. Парень вытащил рондель на всякий случай и поспешил туда.

Как он и надеялся, внутри лаборатории оказался его отец. Магни сидел на полу в окружении свечей. Он сам их делал, чтобы освещать комнату. У дальней стены находился стол с алхимической аппаратурой. Перегонный куб, реторта и прочее. На полке находились бутылочки с зельями. Ингвар подошёл к отцу и понял, что тот нанюхался соли. Снова. Он сидел расслаблено и пялился в темноту в углу. Ингвар пощёлкал пальцами у его лица. Тот медленно повернул голову к нему и слабо улыбнулся.

– О Боги, – Ингвар потёр виски. – Проклятье, отец!

Он поискал на полке зелье способное привести Магни в порядок. Выжимка из сумеречника должна была помочь. Он достал нужный бутыль и заметил на столе книгу. Это был пыльный фолиант в кожаном переплёте. Отец рассказывал витиеватую историю о том, где он нашёл эту книгу. В ней хранились рецепты зелий. А также теоретические основы о том, что такое изначальный дар. Ингвар откупорил бутыль и дал понюхать содержимое отцу. Тот закашлялся и начал приходить в себя.

Затем Ингвар открыл книгу и пролистал её. В детстве он часто читал её. Пробовал даже пробудить в себе дар. Но тот себя не проявил. Изначальным даром являлась магическая способность, приобретённая при рождении. Тысячу лет назад все обладали им. Но сейчас он проявлялся всё реже. И всё чаще этот дар был очень слаб.

Магни поднялся, цепляясь за стену пещеры. Ингвар убрал книгу за пазуху и раздражённо заявил.

– Ты опять принимал эту дрянь!

Отец опустил голову. Он просто молча стоял, прижавшись спиной к стенке пещеры.

– Пошли домой, – пробормотал Ингвар и помог отцу выбраться из лаборатории. Магни облокотился на сына, и они вдвоём отправились в деревню.

Обратная дорога заняла больше времени из-за балласта в виде отца. Начинало темнеть. Они вошли в деревню Йор. Из таверны выскочили трое вооружённых людей. Ингвар раньше их не видел. Один из них выделялся огромным пузом и длинной густой чёрной бородой. Он оставил своих людей позади и подошёл.

– Марек?! – удивлённо воскликнул Магни. – Что ты тут делаешь?

– Мой брат не вернулся, – сквозь зубы процедил он. – Его и Тольма видели с твоим сынком.

– Марек, я ничего не знаю об этом, – начал оправдываться отец.

– Если вы, две деревенщины, с ним что-то сделали… – снова сквозь зубы процедил Марек.

– Какие-то проблемы? – из ниоткуда появился Падок. Он взглянул на Марека и спокойно ждал его реакции. Посланник выглядел ещё более грязным, чем до этого.

– Мы не закончили, – толстяк ткнул пальцем в грудь Магни. – И не думай, что мы забыли, что ты нам обещал. Завтра я тебя навещу дома.

Он ушёл в сторону леса, взяв с собой своих людей. Падок подмигнул отцу с сыном.

– Благодарю, – сухо сказал ему Ингвар. Затем потащил своего отца дальше к дому.

Они перешли мост. Ингвар затащил отца в комнату и закинул его на лавку. Затем дал ему попить воды из деревенского колодца.

– Приходи в себя отец, – он посмотрел отцу в глаза. – Где нюхательная соль? Марек завтра придёт за ней.

Магни начал жестикулировать руками и мычать. Он пытался сформулировать мысль, но у него это не особо получалось. Отчаяние охватило Ингвара. Ему захотелось бросить всё и сбежать. Но его пугало то, что эти бандиты могли сделать с Магни и бабушкой Иземундой. И в тот момент, когда Ингвар потерял всякую надежду, его отец, наконец, собрался с мыслями.

– У могилы твоей матери, – Магни тяжело задышал. – Там половина… не вышло остальное… я испортил… прости…

Ингвар вышел наружу к могиле матери. Деревянный кол торчал на месте её захоронения. Он ничего не символизировал, лишь отмечал место. Рядом в кустах он заметил тот самый мешочек. Этого явно было недостаточно, но может этот жирдяй дал бы ещё времени. Парень сел в траву у могилы. Он плохо помнил свою мать. Помнил лишь её зелёные глаза. Но, тем не менее, ему не хватало её. Очень сильно.

Солнце окончательно скрылось. Небо накрыло тьмой. Ингвар не знал, что ему делать. Чувство собственной беспомощности убивало его.

Внезапно его обдало морозным ветром. Пошёл пар из-за рта. Ингвар почувствовал, что кто-то приближался к нему. Он поднялся и начал озираться по сторонам.

Сначала он услышал шарканье. Затем он увидел силуэт. Человеческая фигура странно двигалась, подворачивая ноги и шаркая ими. К Ингвару приближался незнакомец с ужасающей улыбкой на лице и с закрытыми глазами. На его изорванной в клочья одежде была засохшая кровь. Он тащил за собой два мёртвых тела.

Приблизившись к Ингвару, он бросил трупы к его ногам, как мешки с навозом. У одного из них отсутствовала нижняя челюсть. У второго торчал эфес меча изо рта. Лезвие пробило его голову насквозь. Это когда-то были Лэнс и Тольм.

Страх должен был охватить Ингвара. Парень должен был заорать, сойти с ума и бежать в ужасе в сторону деревни, срывая с себя одежду. Но Ингвар не боялся. Впервые за долгие годы даже мельчайшие нотки страха покинули его. Он чувствовал, как трупы взывали к нему. Они звали его. Он прикоснулся к мёртвым телам и те начали биться в конвульсиях. После чего они медленно встали с жуткими ухмылками и безмолвно уставились на него.

Широкая улыбка озарила лицо Ингвара. Ему ещё никогда не было так хорошо. Впервые за долгие годы он отчётливо знал, что ему делать дальше.

Глава 5. Оистав, площадь трёх храмов

Лучи солнца заставляли блестеть белоснежную статую Ваелота. Бога света, выведшего на поверхность безглазых монстров. Он был изображён в облике белого дракона. И стоял на центральной площади Оистава столицы королевства Левендейорд. Ваелот застыл в вечном раздумье. Его крылья были сложены, а его хвост кольцом обвивал когтистые лапы. Дракон выглядел опечаленным. Рейна глядела на него с восторгом и одновременно с горечью. Когда-то он являлся мужем огненной волчицы Серандеи. Но коварный Ормак вырвал его любящее сердце и съел. В честь Бога света так и не был построен храм. Как и в честь его жены Серандеи. Но она не нуждалась в них. Дороги и тропы, леса и фьорды – вот её дом. А странники её паства. Она кормила их охотой и освещала путь надеждой. Она была их путеводным светом.

На площади также находились три храма. Многоликого Данталеона, Бога четырёх ветров. Ему поклонялась королевская семья. Змея Отисса, Бога морей и рек. Надпись над входом гласила: «Сколько не ищи его голову, ничего из этого не выйдет, найдёшь лишь очередной его хвост». И, конечно же, глиняный храм глубинного червя Фредсланда. Тело каждого существа рано или поздно заберут к себе его дети.

Рейна бросила прощальный взгляд на статую и отправилась к беженцам. Они расположились в старой части города, названной «пыльный район». Им выделили гостиницу, однако не всем хватило места, и многие ночевали в палатке у её входа. Беженцам ясно дали понять, что вечно их там терпеть, не намеренны. И Рейна пыталась найти решение и вернуть этих людей домой. Она искала поддержки у влиятельных господ и в храмах. Но все они оказались глухи к её мольбам. Ни один из Богов в городе не мог помочь. Людей в Сталскоге бросили на произвол судьбы. Но Рейна не сдавалась. Она должна была что-то придумать.

Девушка прошлась по людной улице. Жизнь в городе кипела. Всюду стояли торговые лавки, люди торговали друг с другом. Нигде не задерживаясь, она дошла до «пыльного района». Здесь уже было поспокойнее, дома заметно старше, с облупившейся краской и с прохудившимися крышами.

– Нужна дюжина людей на полях в соседнем графстве, – грубо произнёс долговязый стражник. Он обращался к беженцам, стоящим у палаток. – Все кто готов переезжать, и может работать, следуйте за мной.

Стражник отошёл, затем задержался, развернувшись на пол оборота. Беженцы начали собираться и следовать за ним.

– Вечно ждать я не буду, – поторопил он их.

– Проклятье. У нас была собственная земля, – пробормотал один из беженцев. – Столько денег потратили, а теперь опять придётся вкалывать за гроши. Всё равно, что рабство.

Рейна робко подошла к палаткам. Стоявший у них старик заметил её и приветливо улыбнулся.

– Госпожа Рейна! – старик взглянул на неё с надеждой в глазах. – Ну что?

– Простите, – расстроила его девушка. – Все отказались. Помощи не будет. Но я не сдамся.

Старик печально опустил голову. Девушка похлопала его по плечу, подбодрив. Внезапно из гостиницы выскочил испуганный паренёк.

– Со старушкой Агнис что-то не так!

– Что случилось? – подбежала к нему Рейна.

– Она закрылась в комнате с внуками, – торопливо начал рассказывать мальчик. – Я слышал, как они кричали.

Рейна поспешила внутрь, мальчик последовал за ней. Гостиница находилась не в лучшем состоянии. Доски в полу расходились, и девушка чувствовала, что она словно покачивается на волнах. Сверху со второго этажа доносился громкий шум. На потолке разрасталось багровое пятно, предвещая о страшной трагедии. В зале собрались остальные беженцы, также среди них был хозяин гостиницы.

– Что там за хрень происходит! – недовольно прорычал он.

– Они залили старушке Агнис что-то в рот во время нападения, – прошептал мальчик, дёргая Рейну за рукав. – Она после этого заболела.

– Ясно, – девушка опустилась к мальчику. – Оставайся здесь с остальными. Я разберусь.

Рейна смело поднялась на второй этаж. Из одной комнаты доносился громкий шум, словно кто-то ломал мебель. Дверь была заперта. Девушка постучалась в неё. Никто не ответил, а шум не прекращался. Тогда она расстегнула серебряную цепочку на своём молитвеннике и нашла в нём нужный символ.

– Не оставляй меня здесь, мой путеводный свет, – произнесла она молитву, сжав в кулаке свой медальон. Рейна почувствовала тепло в своей груди. Замочную скважину двери наполнил свет. Затем произошла яркая вспышка с последовавшим за ней громким хлопком. Дверь приоткрылась, а на месте замка зияла дыра. Она была ровной круглой формы и дымилась. Пахло жженой древесиной. Шум в комнате резко оборвался. Рейна поняла, что ей не понравиться то, что там её ожидает. Она медленно отворила дверь.

Первое, что она почувствовала, это липкий запах крови. Этот тошнотворный запах заполнил всё пространство. Пол был залит кровью. Всюду были разброшены куски тел вперемешку с разломанной мебелью. В центре комнаты на корточках сидела Агнис. Длинные спутанные волосы облепили её окровавленное тело. Платье старушки было изорвано в клочья. Багровая жидкость стекала из её рта. В руках она держала детскую оторванную руку и жадно впивалась в неё зубами.

– Я… не могу остановиться… – прохрипела старушка. – Я вижу только кровь.

Агнис отбросила в сторону оторванную руку и вцепилась в свои глаза. Рейна отступила на пару шагов назад. Страх сковывал её всё сильней.

– Столько крови, – продолжала Агнис хрипеть. Она погрузила пальцы в собственные глазницы. По её лицу потекли ручейки крови, смешиваясь с той, что уже была на полу. У Рейны перехватило дыхание. Она пыталась заставить себя отвернуться, но её тело оцепенело от ужаса. Агнис приподнялась и резким движением провела ногтями по лицу, оставляя глубокие кровоточащие раны. Рот старушки наполнился пенящейся слюной. И она издала нечеловеческий рёв, который вывел Рейну из оцепенения. Агнис бросилась на неё, выставив перед собой острые как бритвы ногти. Девушка отпрыгнула в сторону, увернувшись от атаки. По лестнице с руганью поднялся хозяин гостиницы.

– У меня там весь зал уже в кровище, – недовольно прорычал он. Хозяин увидел старушку и остолбенел. – Зря я поднялся. Извините, что побеспокоил.

Агнис заорав, прыгнула на него и они оба кубарем покатились с лестницы на первый этаж. Рейна погналась вниз вслед за ними. И увидела старуху, пытающуюся вгрызться в лицо бедолаги. Тот лежал на спине, вцепившись в её голову, и пытался оттащить её от себя, но Агнис оказалась сильнее. Её зубы приближались к его носу. Беженцы вокруг них верещали от ужаса и боялись вмешаться. Внезапно из-за их спин выскочил уже знакомый Рейне воин. Это был тот самый лидер наёмников из дворца. Мощным пинком ноги он отправил старуху в другой конец зала. Она ловко вскочила и начала дёргано мотать головой по сторонам, издавая неприятное посвистывание.

– Эрлик, помоги ему, – крикнул лидер. С решительным взглядом он выставил перед собой мясницкий секач. Старуха повернула к нему выцарапанные глаза. Черты её лица больше нельзя было разобрать. – Все, уходите. Оставьте нас.

К хозяину подбежал низкорослый наёмник в сандалиях и помог ему выбраться из гостиницы. За ними поспешили наружу беженцы. А рядом с лидером по обе стороны встали серокожий, вооружённый кастетами, и женщина с хлыстом. Наблюдающая за всем этим Рейна, вновь сжала в кулак медальон и начала читать шепотом молитву. В её свободной руке из воздуха появился ярко светящийся белый лук с серебряной тетивой. Он словно состоял из света.

– Гори, – крикнула наёмница. Хлыст в её руках вспыхнул синим пламенем. Она взмахнула им и описала в воздухе синюю дугу перед старушкой. Произошёл громкий хлопок, и Агнис отшатнулась назад. Её левое плечо загорелась. Волшебница ещё раз ударила её хлыстом, потом ещё. Каждый удар сопровождался хлопком. От старухи начали отлетать горящие куски кожи. Она визжала. Волшебница продолжала хлестать её. Тело Агнис полыхало, но она продолжала стоять. – Ей всё равно, по-моему.

В дело вступил серокожий. Он подбежал к старухе и с разбега ударил её в лицо. Агнис качнулась. Остатки её лица медленно сползли на пол. Нечто чёрное и вонючее начало вытекать из ран старушки. Пламя на ней потухло.

– Слактер, с бабкой что-то странное происходит, – серокожий отошёл подальше от старухи.

Агнис принялась срывать с себя кожу, словно это была одежда. Куски мяса и кожи отваливались и тонули в разрастающейся багровой луже. Из её тела вылезло нечто костлявое с большим зубастым ртом и с длинными тонкими руками и ногами. У твари не было глаз, носа и ушей. И она была совершенно лысая. Тварь издавала странный звук, похожий на свист.

Серокожий вновь попытался ударить её кастетом. Но та молниеносно извернулась и схватила его костлявой лапой за голову. Рейна поняла, что настало время действовать. Она отклонила тетиву. Воздух вокруг неё наэлектризовался. В её пальцах возникла мерцающая стрела, состоящая из света. Рейна нацелилась на монстра и выстрелила. Чудовище накрыла яркая вспышка, и его лапа отделилась от тела с громким хрустом. Серокожий освободился, а в его руках осталась конечность безглазого. Тварь засвистела и попыталась сбежать, но Слактер её остановил ударом тесака. Он рубанул по шее монстра, и уродливая голова покатилась по полу. Тело монстра забилось в предсмертных конвульсиях, а из его трупа продолжала вытекать багровая жидкость.

– Наконец, – лидер наёмников пнул отрубленную голову. Затем он взглянул на девушку. – Рейна, я так понимаю.

Она ответила кивком. Серокожий подошёл к ней.

– Спасибо за помощь, – он поклонился ей. – Я Пангус.

– А я Слактер. Мы искали тебя, – лидер наёмников тоже поклонился. – Мы поможем Сталскогу.

Рейна улыбнулась. Наконец у беженцев появился шанс вернуться домой.

– Я Джоан, – волшебница с хлыстом помахала девушке рукой. – Неплохой фокус с луком.

В гостиницу ворвался хозяин вместе со стражей.

– Ёп вашу мать, – пробормотал он, озираясь по сторонам. – Весь пол засрали.

Стражники осторожно подошли к телу монстра и принялись тыкать в него мечами. На входе возник коротышка в сандалиях.

– О, – Слактер показал на него рукой. – А это наш самый важный член группы. Эрлик. Без него бы мы не справились.

Коротышка скорчил недовольную рожу и нехотя поклонился Рейне. После знакомства девушка подошла к беженцам и дала им слово, что с этими наёмниками она вернёт их дом. Затем она попросила прощения у хозяина гостиницы за бардак. В ответ тот только мрачно отмахнулся.

Рейна оставила беженцев в гостинице и вместе с наёмниками отправилась в ближайшую таверну «Плакучая ива». Там они уселись за стол и взяли себе пива.

– Так ты, сестра Серандеи, правильно? – спросил у девушки Слактер.

– Всё так, – ответила та. – Мои родители оправили меня в монастырь в королевстве Рент. Но родилась я в Сталскоге. И волчица Серандея призвала меня вернуться домой после подготовки в монастыре. Она привела меня к нуждающимся в помощи.

– Хм, – лидер почесал бороду. – От кого конкретно нужно спасти людей? Что вообще это за тварь была?

– Я не знаю, – Рейна покачала головой. – Серандея привела меня в поселение Пята Мункилайнена перед самым началом нападения. Но нападали обычные люди, и таких монстров среди них не было. Я призвала стену света и увела сюда всех, кого только смогла.

– Они ели людей? – нервно спросил Эрлик. – Это были каннибалы?

– Ну, лично я не видела, – растерянно сказала девушка. – Но так сказали жители.

– Я не понимаю. Зачем вообще людям эта дыра?! – недовольно воскликнул Пангус. – Пусть переезжают и всё.

– Земля принадлежит этим людям, – отрезала Рейна. – Король отдал её им. А здесь у них ничего нет. И я сделаю всё, чтобы вернуть их домой.

– Ясно, – Слактер стукнул ладонью по столу. – Значит, вернём их домой. Мы сообщим тебе, когда там будет всё спокойно.

– О чём вы?! – возразила Рейна. – Я иду с вами.

Наёмники удивлённо переглянулись. Слактер попытался возразить. Но девушка его остановила.

– И это не обсуждается.

Глава 6. Теневое поле

Они сидели на вороных конях, облачённые в тяжёлые эбонитовые доспехи с шипами. Позади них толпилась пехота в алых доспехах с женским лицом на нагруднике. На их щитах красовался герб Вальтрунда. Изящная женщина с содранной кожей ниже шеи. Длинные волосы тянулись с её головы вниз по телу и обвевались словно броня. То была прекрасная Богиня Хет. Багровая мать всех воинов.

На левом и правом флангах находились высокие худые воители с покрытым густой желтоватой шерстью телом. На месте человеческих лиц у них были вытянутые собачьи морды с красивыми глазами. То были гноллы. Они наносили на себя боевую белую раскраску. Облачены они были в зеленоватые накидки из кожи василисков, похожие на змеиные шкуры. Черепа этих ящеров покрывали их головы. Гноллы восседали на крупных серых зверях с тонкими ногами. У животных были необычные головы, выглядящие как бутон экзотического цветка с острыми зубами на «лепестках». Длинный язык вылезал из «цветка» и исследовал окружающий мир. Этих зверей звали пепельными скакунами в честь восточных земель, из которых и были родом гноллы. В честь Пепельного океана.

Вперёд выехали трое всадников. Они отделились от армии и поскакали к центру поля. Возглавлял процессию король Миг. У него была длинная рыжая борода. Голову украшал золотой венок. Он достал из перчатки маленького паучка и глянул на него. Тот поднял передние лапки, словно махая ему. Миг улыбнулся, после чего убрал паучка обратно. Рядом с ним находились генерал Армандо, вооружённый алебардой, и придворный маг Симеон, облачённый в красную мантию. На безбородом лице колдуна был вытатуирован алый круг. Его лысая голова поблескивала на солнце.

– После этого боя я вас покину, мой король, – задумчиво произнёс он. – Я чувствую, как тени пробуждаются на западе и это не наш старый друг Дмитрий. Долг зовёт меня туда.

– Печальная новость, Симеон. Тебя нам будет не хватать, – ответил ему Миг. – Ты нам сильно помог. Каким будет последний совет?

– Было очень мудро с вашей стороны согласиться на переговоры, мой король, – начал тот. – Прислушайтесь ко мне. Примите предложение обожженного принца. Согласитесь на все его условия. Иначе вы погубите себя.

– Я подумаю.

На другом конце маг Ярро сложил лодочкой руки и в них возник размером с голову фиолетовая сфера. Он что-то прошептал, и в шаре появилось изображение. В нём показалась вражеская армия.

– А говорили, что у них нет тяжёлой конницы, – разочарованно произнёс Рамон.

– Значит, без магии не обойтись, – заключил обожженный принц. – Но если Миг согласиться, то боя вообще не будет.

Вэйлон двинул вперёд. За ним последовал генерал Фартуд, маг Ярро и конечно его верный товарищ Рамон. Теневое поле, на котором они находились, представляло собой последствие войны личей столетия назад. В то время активно использовалось чёрное пламя или как его называли в древности ночное пламя. Оно являлось основным оружием некромантов. Везде, где оно использовалось, оставались чёрные, похожие на огромную тень, поля. Они состояли из тёмного песка, похожего на пепел. Пламя создало Пепельный океан, который стал впоследствии домом для гноллов.

В центре поля все спешились и процессии встретились. Король Миг поприветствовал обожженного принца. Симеон смерил взглядом окружающих.

– Симеон, – кивнул ему маг Ярро.

– Ярро, – сухо поприветствовал его тот. – Как твоя матушка?

– Померла в прошлом месяце, – невозмутимо ответил Ярро.

– Ох, очень жаль. Хорошая была женщина, – Симеон скорчил жалостливое лицо.

– Не думал, что ты решишь вот так встретиться, – мрачно заявил король Миг обожжённому принцу. У него был пробирающий до дрожи тяжёлый взгляд. – Был уверен, что ты будешь прятаться в замке.

– Увы, – отрезал Вэйлон. – Всё закончиться здесь. Вы перестанете грабить и жечь деревни.

– Хм, – король Миг шмыгнул носом. – Твой отец пришёл в эти земли сорок лет назад. Тогда они были частью Вальтрунда. Он грабил, убивал. И насиловал наших женщин…

– И теперь ты делаешь тоже самое, – заключил обожжённый принц. – Я знаю, что Юлиан принёс много горя. Но это должно прекратиться.

– Что ты предлагаешь?

– Замок Дан Лоран и окружающие земли будут твои…

– Ты долбанулся? – закричал генерал Фартуд.

– Замок Дан Лоран и окружающие земли снова будут частью Вальтрунда, – повторил Вэйлон громче. Фартуд раздосадовано махнул на него рукой. – Король Миг восстановит всё что разрушил и сжёг. Вы вернёте людей домой. Вернёте всех кого увели. После этого… и только после этого, мы заключим мир и забудем о взаимной вражде.

Миг закусил нижнюю губу и поразмыслил немного.

– Я не верю, – покачал он головой. – Ты всего лишь младший принц, ты не наследник. И я знаю Юлиана. Он на это не пойдёт.

– Мой брат пойдёт, – уверил его обожженный принц. – Юлиан стар, и находиться далеко отсюда. Скоро его место займёт Алан. И он, как и я, хочет исправить всё-то зло, что причинил наш отец.

Король Миг отошёл в сторону и погрузился в думу. Он закрыл глаза. Затем повернулся к принцу и сказал.

– Людей не верну. Они останутся у нас.

Симеон опустил голову и тяжело покачал ей. А обожженный принц громко выругался.

– Проклятье! Тогда готовь своё тело к детям Фредсланда, король. Нам больше нечего обсуждать.

Они сели на лошадей и вернулись к своим армиям. Солнце было уже на западе. Наступал вечер. Генерал Фартуд глянул на небо и произнёс.

– Хорошее время для боя. Солнце будет светить прямо в их наглые рожи. Чтоб у них глаза сгнили!

– Ярро! – позвал мага принц. Тот прискакал на лошади. – Их конница попытается остановить нашу. Нужен тот фокус, который мы провернули с налётчиками на границе с Рентом.

– Эм, мы тогда лес сожгли, – растеряно произнёс Ярро.

– Ну, я здесь не вижу никакого леса, – с улыбкой сказал Вэйлон, на что маг кивнул ему в ответ.

– Стройся! – рявкнул генерал. Пехота вперемешку с магами построилась в фаланги по левому и правому флангу. Конница встала клином.

Возглавил клин Сайран Слик. Грациозно скинув плащ, рядом с ним пристроился Людвиг Ван Хольм.

– Со мной вам нечего бояться, братья! – проскандировал он. Слик кинул на Людвига брезгливый взгляд и отъехал от него на лошади немного подальше.

Позади клина встал обожжённый принц вместе с Рамоном и Ярро. Генерал Фартуд спешился и остался с пехотой. Вэйлон переглянулся через плечо и заметил Пьетру с Гюго. Здоровяк сильно выделялся на фоне солдат, те с неприкрытым страхом поглядывали на него. Пьетра же была более миниатюрной и с лёгкостью могла затеряться во время боя.

– Данталеон, не отврати от меня ни один свой лик, – помолился обожжённый принц. – Да защитит всех нас попутный ветер.

– Особенно Пьетру! – Рамон хлопнул принца по плечу и подмигнул ему.

Генерал дал команду, и армия двинулась в атаку. Войска начали быстро сближаться. У центра тёмного поля клин ускорился, и тяжёлая конница понеслась в бой. Вэйлон остался с товарищами у пехоты.

– Людвиг Ван Хольм! – заорал голый рыцарь, вытащив свой меч.

Король Миг отправил свою конницу наперерез во главе с Армандо. Гноллы верхом на пепельных скакунах с молниеносной скоростью погнали в обход клина. Они брали пехоту в клещи. Обожженный принц глубоко вдохнул. Он ощутил ветер вокруг себя. Время замедлилось, растянулось в вечности. Вэйлон чувствовал каждую песчинку на земле. Чувствовал каждое дыхание солдата. Он зачерпнул воздух руками. Ветер усилился. Чёрный песок поднялся в небо, и его понесло навстречу вражеской коннице. В голову принца начали лезть чужие мысли, принимая форму спирали. Время полностью остановилось. Двигался лишь ветер. Этот момент обожжённый принц ненавидел больше всего. Он почувствовал на себе лик Данталеона. Бог ветра лез в голову Вэйлона. Они чувствовали мысли друг друга, сливаясь в одно целое и формируясь в бесконечную спираль. На пути вражеской тяжёлой конницы возник ураган. Маг Ярро, не теряя времени, призвал пламя в центре урагана. После чего столб огня взмыл к небу, поглощая одного всадника за другим. Лошади в страхе вставали на дыбы и скидывали воинов. Рыцари охваченные огнём беспомощно падали на землю и тщетно пытались потушить себя.

Сайран Слик вёл клин прямо в огненный ураган, но приблизившись к нему, ураган мгновенно исчез, оставив после себя обугленные тела. Глядя на этот кошмар, король Миг разочарованно покачал головой. Затем он повернулся к Симеону.

– Найди этого обгоревшего ублюдка и убей, – прошипел король сквозь зубы, на что маг отвесил ему низкий поклон.

После чего король отъехал назад подальше от своей пехоты, в которую на полном ходу врезалась тяжёлая конница. Ни копья, ни щиты его людям не помогли. Клин прорезал пехоту. Людвиг с кличем собственного имени спрыгнул на врага, впиваясь зубами в лицо. Вражеские солдаты беспомощно стонали под копытами боевых лошадей.

Чудом оставшийся в живых после огненного урагана генерал Армандо собрал остатки конницы и повёл их на пехоту принца. Он надеялся добраться до Вэйлона и разрубить его пополам своей алебардой.

В это время гноллы окружали пехоту принца. Вэйлон спешился, и бок о бок бился вместе с Рамоном. Враги не смогли пробить оборону, и были вынуждены спрыгнуть с пепельных скакунов. Орудовали они скимитарами, ловко уворачиваясь от выпадов. Ор и лязг мечей превращался в какофонию битвы и разносился по всему теневому полю.

Маги бросали в них огненные шары. Те вспыхивали как факелы и валились на чёрный песок, жалобно скуля. Ярро лично сжёг пару десятков. Пьетра переходила от одного врага к другому. Шпага в её руках мерцала как молния. Хрипя и утопая в собственной крови, гноллы замертво падали к её ногам. Ноги Вэйлона скользили в луже крови. Он с трудом держал равновесие, но продолжал сражаться. С лязганьем его меч погрузился в мохнатое туловище очередного гнолла. Тот качнулся, держась за вываливающиеся внутренности, и упал на бок. Его место тут же занял новый враг, и принц продолжил бой, отражая его удары. От крови поле стало ещё чернее и походило на бездонную пропасть. Все они сражались в прожорливой бездне и один за другим срывались в её зияющую пасть.

– Держать строй! – отдал команду Фартуд. Послышался приближающийся топот копыт. Генерал повернул голову и прокричал, показывая пальцем. – Конница!

Клином на них неслись остатки вражеской конницы. Их осталось не так много, но всё же они могли переломить ход битвы в свою сторону.

– Я разберусь, – раскидывая вражину, вперёд выступил Гюго. На его плече мёртвым грузом повис противник. Лёгким движением тот отбросил его в сторону. После чего здоровяк издал жуткий рёв. Гноллы в ужасе отступили.

Затем он замахнулся своим гигантским молотом. Конница во главе с генералом Армандо неслась прямо на него. Гюго согнул колени, будто пытаясь оттолкнуть от себя землю. Дождавшись нужного момента, он с нечеловеческой скоростью нанёс удар. Молот оторвал передние ноги у коня Армандо и они упали, проскользив по луже крови. Гюго продолжил махать молотом, укладывая всадников. Лошади запинались о тела, скидывали с себя рыцарей и в панике уносились с поля битвы. Несколько всадников сумели ранить громилу, проткнув его насквозь мечами. Из-под его брони вылезли клочки длинных волос. Строй конницы нарушился и с оставшимися разобралась пехота.

Матерясь, Армандо с трудом поднялся на ноги. Он схватил покрепче свою верную алебарду и кинулся на Гюго. Здоровяк моментально среагировал. Он с лязгом обрушил свой молот на генерала. Алебарда упала на чёрную землю. А сам генерал опустился на колени, более не в силах подняться. Взглянув на здоровяка, его глаза округлились от ужаса. Гюго поднял алебарду Армандо и сделал ей взмах. Голова генерала покатилась по теневому полю. С ним было покончено.

Внезапно поле начал заполнять белый туман. Он подполз к сражающимся и полностью их поглотил.

– Это Симеон! – услышал принц крик Ярро. Туман обволок их, и какофония битвы смолкла. Вэйлон ничего не слышал. Он призвал ветер, но это ничего не дало. Туман не хотел уходить. Обожжённый принц побрёл в одиночестве, углубляясь во мглу.

Под ногами хлюпало. Принц глянул вниз, и ему показалось, что крови стало гораздо больше. Она волнами поднималась всё выше и выше. Позади послышался всплеск. Вэйлон быстро повернулся и увидел высокий силуэт гнолла, который замахнулся на него скимитаром. Но принц оказался быстрее и резким ударом разрубил тварь пополам. Половинки тела скрылись в океане крови.

– Чтоб тебя… на помощь! – послышался крик Рамона. Вэйлон поспешил к другу на выручку, разгоняя багровые волны.

Из недр тумана показался боевой товарищ принца. Он изо всех сил боролся с пепельным скакуном. Зверь обвил его своим длинным языком и пытался затащить голову его товарища в свой «цветок». Обожжённый принц сделал выпад и проткнул скакуна насквозь. Тот тут же пошёл ко дну, утаскивая за собой Рамона. Вэйлон схватил друга. Затем торопливо нащупал на поясе свой кортик и отрезал язык пепельного скакуна. Его друг наконец освободился. Но меч принца исчез в кровавом океане.

– Проклятье. Чуть было не было, – запыхавшись, пробормотал Рамон. – Что вообще происходит? Это иллюзия?

– Долбанное колдунство. Ненавижу! – Вэйлон громко выругался. В белом тумане показался знакомый силуэт. По фиолетовому капюшону принц догадался кто это. – Ярро! Наколдуй что-нибудь. Избавь нас от этого наваждения.

Принц направился в сторону мага. Крови уже было по грудь, и двигаться стало очень сложно. Ярро положил руку на плечо Вэйлона и улыбнулся.

– Нет! – раздался крик Рамона позади. Но было поздно. Кинжал с кривым лезвием воткнулся в грудь принца. Острая боль пронзила его. Вэйлон закашлял и из его рта пошла настоящая кровь, а не та, что его окружала. Он почувствовал металлический привкус, словно лизнул остриё меча.

Ярро, продолжая улыбаться, скинул капюшон и принял своё настоящий облик. По красному кругу на лице принц узнал ухмыляющегося Симеона. Колдун, издав смешок, исчез во мгле. В глазах у принца потемнело и его тут же поглотили багровые волны.

В комнату тяжёлой походкой вошёл отец. Его шаги эхом разлетались по залу. У него были широкие плечи и сильные руки. Многие говорили, что он мог одной рукой свернуть шею человеку. Но это ему было не нужно, ведь он являлся величайшим магом. Одной своей мыслью он разрывал людей на части. И мальчики тому были свидетелями. И не раз.

Отец сел за обеденный стол и отложил свою тяжёлую костяную корону в сторону. У него был прожигающий взгляд. Он оглядел своих сыновей. Те сидели напротив него, свесив ноги и нервно ёрзая на высоких стульях.

– Итак, – голос их отца сотряс воздух. – Вы оскорбили своего деда. А потом устроили драку.

Алан вжался в стул. Он задрожал. Отец смотрел сквозь него.

– Дед затащил Алана к себе в комнату. Я увидел это и последовал за ними. Но дверь… – начал рассказывать Вэйлон.

– Дверь была закрыта, – продолжил за него король Юлиан. – Ты вызвал ураган и разнёс её. И половину комнаты родного деда.

– Это не моя вина! – закричал Вэйлон. – Ты бы слышал, какие гадости он говорил Алану. Он спятил.

– У вашего деда Орана были на то причины, – произнёс король, почёсывая свою короткую чёрную бороду. – Он мудрый человек.

– Ты не слушаешь! – крикнул принц.

Юлиан ударил по столу. Тарелки подпрыгнули в воздух и с грохотом приземлились обратно. Мальчики понурили головы. Алан продолжал молчать и всё сильнее начинал трястись.

– Щенок! Не смей кричать на своего отца! Я твой король! – Юлиан был в ярости. Воздух вокруг него вибрировал. Не много успокоившись, он продолжил. – Почему вы подрались?

– Я… – начал было Вэйлон, но отец его прервал.

– Я не тебя спрашиваю! – рявкнул король. – Алан! Ты старший брат! Веди себя соответственно.

У старшего принца потекли слёзы. Он продолжал молчать.

– Ёп твою мать, – разочарованно помотал головой отец. – Я в твои годы командовал гарнизоном!

– Я хотел пробудить в нём изначальный дар, – ответил за брата Вэйлон.

– Ах, вот оно что, – Юлиан усмехнулся. – У твоего брата нет связи с Данталеоном. До сих пор. В отличие от тебя, Вэйлон.

Король встал из-за стола. Обошёл его, грузно вышагивая. Затем подошёл сзади к Вэйлону и положил свои огромные руки ему на плечи.

– Ты считаешь своего брата слабым? – задал ему вопрос король.

Юлиан вытащил кинжал с золотым эфесом и воткнул его в стол перед младшим принцем. Вэйлон от неожиданности подскочил на месте. Алан с ужасом наблюдал за действиями отца.

– Если ты считаешь своего брата слабым, то обязан позаботиться о благополучии династии, – прошептал король на ухо своему сыну. – Убей своего брата. И станешь наследником. Займи место своего слабого брата.

Вэйлон схватил кинжал обоими руками. Затем развернулся и попытался ударить отца. Но тот перехватил руку и кинул младшего сына на стол. Алан закрыл лицо руками и начал рыдать.

– Что здесь происходит? – в обеденный зал вошла королева-мать Анна.

Король Юлиан с улыбкой посмотрел на неё. А затем ответил ей.

– Детей воспитываю, в отличие от тебя. Растут изнеженные бабы.

Анна подбежала к Алану и крепко обняла его. Отец глянул на них и покачал разочарованно головой. После чего покинул зал, громко топая. Вэйлон лежал спиной на столе и слушал его удаляющиеся шаги. И когда они стихли, он закрыл глаза и зарыдал.

Обожжённый принц открыл глаза. Он лежал в тёмном месте. С трудом поднявшись, он увидел вокруг себя водную гладь. Вэйлон стоял на маленьком островке. Из морских глубин на поверхность поднялось огромное тело. Оно выглядело как гигантская змея. Существо было повсюду. Змея кольцом окружило принца и постоянно двигалось. Как ни стараясь Вэйлон так и не нашёл голову зверя.

– Отисс? – спросил у змея обожжённый принц. – Зачем ты явился?

– Я верну тебя, – произнёс красивым ровным голосом змей. – Но ты должен кое-что увидеть. Смотри принц!

Шкура зверя раскрылась словно пасть. Принца обдуло ветром. Дыра в змеиной шкуре расширялась и внутри Вэйлон увидел две человеческие фигуры. Один из них был сам обожжённый принц, а вторым был человек в чёрном. Он не разглядел его лица.

– Я отомщу! Я посвящу этому всю свою жизнь! – кричал силуэт принца. – Ты нигде не спрячешься. Я найду тебя и уничтожу!

– Твоё сердце наполнено яростью, – безразличным тоном произнёс человек в чёрном. – Она сжирает тебя. Как и многих других людей. Это один из наших пороков, которые как балласт топят всех нас. Человечество переполнено пороками. Но не волнуйся, я освобожу вас. Я ваш спаситель.

Шкура закрылась. Змей продолжал волнами двигаться вокруг принца.

– Что это было? – спросил Вэйлон.

– Вы с ним встретитесь. В недалёком будущем, – ответил ровным тоном зверь. – Ваше противостояние погубит весь мир. Слушай меня внимательно, обожжённый принц. Помни кто ты. Не теряй себя. Не дай ярости затуманить твой разум.

Голова у Вэйлона закружилась, и он потерял сознание. Когда он вновь открыл глаза, то обнаружил себя лежащим на теневом поле. Несколько магов обрабатывали его рану. Рядом стоял Рамон с красным мокрым лицом.

– Я думал ты сдох, – дрожащим голосом произнёс он.

– Ты что, плакал? – с издёвкой спросил у него Вэйлон.

– Иди в жопу, – шмыгнув носом, Рамон отвернулся от своего друга.

Принц поднялся на ноги. Голова немного кружилась, но магия в его крови давала ему дополнительных сил. Неподалёку он увидел Пьетру. Она положила руку на плечо Гюго. Тот сидел на земле. Кровь стекала из его ран. Его длинные волосы налипли на броню.

– Тебе больно? – спросила она у него.

– Я и есть боль, – донеслось из глубин доспеха. Гюго тяжело дышал.

Принц осмотрел теневое поле. Оно было усеяно мёртвыми телами. Маги оказывали помощь раненым. Вдали несколько солдат пытались поймать вороную лошадь. Также принц заметил связанных вражеских солдат. Рядом с ними расхаживал голый рыцарь Людвиг Ван Хольм, целиком покрытый кровью своих врагов.

– Где Миг? – спросил Вэйлон у Рамона.

– Сбежал во время тумана, как и испуганные гноллы. Симеон тоже. Ярро ранен. Мы его в Дан Лоран отправили.

Обожжённый принц подошёл к одному из связанных и задал ему вопрос.

– Куда вы увели людей?

Солдат растерянно огляделся. После чего ответил.

– Крепость «Далёкий берег», что на границе с Пепельным океаном.

– Я знаю, где это, – заявил принц.

Потеряв всякий интерес к пленнику, он прошёлся по полю. Мысленно он подсчитывал потери. К нему подошёл генерал Фартуд.

– Рад, что вы на ногах, мой принц, – с улыбкой заявил он. – Обозы с едой наши. Можем перейти границу и отыграться на их поселениях.

– До крепости «Дальний берег» сможем дойти? – спросил принц.

– Ну, с таким количеством людей недельку где-то переться. Но естественно Миг устроит засаду в глубине Вальтрунда. А вот рядом с границей…

– Мы не будем грабить их селения, – отрезал принц. – Отправьте обозы в замок Дан Лоран и поделите между крестьянами.

– Да ты… вы что… принц, – генерал начал пыхтеть и возмущаться. – Ваш отец бы…

– Мой отец бы сжёг все деревни и изнасиловал бы всех женщин, – Вэйлон бросил презрительный взгляд на генерала. – Я не мой отец. Отправьте обозы в замок.

Продолжая пыхтеть, генерал отправился исполнять приказ. Обожжённый принц задумался.

– Всё нормально? – к нему подошла Пьетра. – Мы победили, но ты не выглядишь довольным.

– Люди находятся в плену. В крепости «Дальний берег». Думаю, что их хотят продать гноллам, – начал объяснять принц. – Я дал клятву спасти их.

– Нет. Только не говори, что ты собрался туда, – вмешался встревоженный Рамон.

– Я собрался туда, – заявил Вэйлон.

– Это на другом конце Вальтрунда. Чистое самоубийство, принц! – закричал его друг.

– Можно южнее пройти малым отрядом, через Серые земли. Дня три на это уйдёт, – принц повернулся к своему другу. – Я пойду туда с тобой или без тебя.

– Ох, Юлиан меня убьёт, – покачал головой Рамон. – Конечно я с тобой, Вэйлон.

– Мы с вами, принц, – заявила Пьетра.

Тень Гюго накрыла их. Он поклонился принцу.

– Я тоже с вами. Всё равно тут больше нечего делать, – вышел из-за спины здоровяка Сайран Слик. – Только, чур, без Людвига Ван Хольма. Какой-то он странный.

Глава 7. Окрестности Йора

Марек проснулся от сильного шума снаружи. Он быстро вскочил, схватил свой топор и вылез из палатки в одних штанах. Костёр в центре лагеря догорал. Несколько палаток лежало разорванными на земле. Двое его людей стояли у костра и испуганно озирались. Один из них вооружился луком и стрелами, а второй держал ножи в обеих руках. Лучник увидел своего босса и тут же начал ему докладывать.

– Что-то напало на нас. Сначала убрали дозорных. Потом взялись за спящих. Только мы остались, Марек.

– Куда делись тела?! – взволнованно затараторил второй. – Я их не вижу нигде.

– Они их забрали, – тихо ответил лучник. – Я всадил одному из них стрелу прямо в глаз, но он даже не обратил на меня внимания. Просто утащил в лес тело Ральфа.

– Что за «они»? – нервным тоном спросил Марек. – Кто на нас напал?

– Я… не знаю, – у лучника начиналась паника. – У них были… безумные улыбки. Никогда не смогу их забыть.

– Соберитесь, мужики! Прорвёмся! – попытался успокоить своих людей Марек. И в особенности самого себя.

Морозный холод обдал троицу. Костёр перестал согревать и начал медленно тухнуть. Как и надежды Марека. Из леса шаркающей походкой вышла группа людей, вооружённые мечами. На их лицах застыли неестественные улыбки. Присмотревшись к ним, Марек признал в них своих людей. Точнее своих бывших людей. То уже были не они, а лишь их тени. Лучник, громко завизжав, выпустил стрелу. Та воткнулась в плечо одному и не произвела никакого эффекта. Не обращая на неё внимания, тот продолжил идти.

Внезапно Марек почувствовал движение позади себя. Он мгновенно развернулся и с разворота обрушил свой топор сверху вниз на противника. К своему удивлению позади себя он обнаружил родного брата Лэнса. Его нижняя челюсть была вырвана. Язык беспомощно свисал. Топор почти отрезал ему руку, она болталась на одних только сухожилиях. Марек отшатнулся. Он посмотрел в глаза брата, но ничего кроме пустоты в них не увидел. Лэнс потянулся к нему целой рукой. Чувство тошноты и страха охватило лидера разбойников. От его брата веяло мертвечиной. Он закрыл глаза и нанёс горизонтальный удар, отрубив голову. Освобождённое от заклятия тело рухнуло на землю. Голова подкатилась к ногам. Его брат окончательно умер.

– Я приказал им оставить тебя напоследок, – послышался знакомый голос. Марек повернулся. Его товарищей уже успели прикончить. Они лежали в траве, зарубленные мечами. Фигура в чёрном плаще склонилась над их телами. Его лицо скрывал капюшон. Незнакомец возложил руки на разбойников и те забились в конвульсиях. После чего поднялись на ноги с неприятными улыбками на лицах. – Итак, остался только ты.

Незнакомец снял капюшон. Им оказался Ингвар. Марек с яростью сжал топор. Рукоятка заскрипела. Но взглянув на окружавших его мертвецов, он тут же поубавил свой пыл. Он понял, что живым ему не вырваться и бросил свой топор на землю, встав на колени.

– Очевидно, у нас возникло недопонимание, – нервно затараторил он, разведя в стороны руки. – Если бы я знал, что ты некромант, то не стал бы посылать к вам с отцом людей. Признаю свою ошибку и приношу глубочайшие извинения. Мне очень жаль. Я не хотел тебя злить.

Эти извинения сильно удивили Ингвара. Марек выглядел жалко. Но он пришёл сюда с одной только целью. Убить всех без исключения и, наконец, освободиться от балласта.

– Ваша банда сильно усложняла мне жизнь, – мрачно произнёс Ингвар. Его мертвецы остановились и не спешили убивать Марека. Они мысленно подчинялись его воле. Это давалось ему легко. Словно он всегда это умел. Словно эта сила всегда была его частью. Он мог в любой момент приказать своим слугам разорвать Марека на части. Но что-то глубоко внутри противилось этому.

– Я не опасен, – взмолился Марек. Его чёрная борода судорожно ёрзала по пузу. Его глаза умоляюще смотрели на некроманта. – Мы просто хотели продать дурь твоего отца и убраться отсюда подальше. Вот и всё. С этими землями что-то не так. Тут нельзя оставаться.

– О чём ты? – непонимающе спросил Ингвар.

Марек зажёгся надеждой. Он торопливо начал объясняться.

– Деревни пустеют одна за другой. Люди исчезают. Кто-то или что-то нападает на поселения.

– Я слышал про нападения, – отмахнулся от него Ингвар. – Наверняка это просто оголодавшие. Скоро опять трупы начнут выкапывать. Лучше скажи что-нибудь полезное.

Марек нервно осматривался. Он отчаянно пытался что-нибудь придумать. А Ингвар терял терпение.

– Эти существа, – начал толстяк тыкать трясущимся пальцем в мертвецов. – Их ведь называют отвергнутыми?! Это твой изначальный дар, так?! Но больше ты ничего не умеешь. Я прав?

Ингвар приподнял левую бровь. Терпение достигло своего лимита.

– Ты наверняка хочешь стать сильнее, – продолжил толстяк. – В болотах живёт ведьма. Она знает всё о магии. И я знаю, как найти её.

Марек широко улыбнулся, изо всех сил стараясь скорчить искренность. Некромант задумался на мгновение. Он действительно хотел бы стать сильнее.

– Я дам тебе шанс, – выдохнул Ингвар. Он не верил собственным словам. – Завтра ночью ты отведёшь меня к ней. А пока что…

Некромант развёл в стороны руки. Он почувствовал, как тени отвергнутых струятся внутри него. Они приятно обволакивали его кости и слушали каждую его мысль. Ингвар приказал оттащить Марека в лабораторию своего отца. Мертвецы послушно схватили того и потащили его в чащу леса. Марек визжал и пытался вырваться.

– Спокойно! – прикрикнул на него Ингвар. – Не заставляй меня передумать!

Тот успокоился и полностью покорился своей судьбе. Отвергнутые протащили его через весь лес, ломая на своём пути ветки деревьев. Бедняга Марек только и успевал прикрывать лицо, защищаясь от них.

Ингвар шёл следом, поглядывая по сторонам. Он не хотел привлекать излишнее внимание. Он прекрасно понимал, что некромантов никто не жалует. И никто не станет мириться с таким соседством. Но Ингвар был тем, кем он был. Он следовал по пути чёрной запретной магии. И получал от этого неподдельное удовольствие. Словно он долгие годы искал самого себя скованного цепями и, наконец, нашёл. Но цепи всё ещё сковывали его тело.

Отвергнутые притащили Марека к эйксталу, а затем приволокли его в лабораторию за корнями. Ингвар проследовал за ними, не обращая внимания на перепуганного до полусмерти Марека. Свечки догорали и практически не освещали помещение. Некромант нащупал на земле ручку. Когда-то его отец Магни хотел сделать в лаборатории колодец, но ничего не вышло. Теперь тут была яма. Ингвар откинул крышку люка. Бездонная пустота открылась его взору. Такая одинокая и такая знакомая. Отвергнутые по его приказу вновь схватили Марека и выкинули того в яму. С её дна донеслось недовольное ругательство.

– Завтра вечером я навещу тебя, – холодно заявил Ингвар. – Если будешь хорошо себя вести, то я тебя покормлю. А если плохо, то я скину в яму тело твоего брата, и вы будете ночевать вместе.

Яма ответила молчанием. Ингвар захлопнул люк и вышел наружу. Там ждал его Тольм со стрелой, торчащей из глазницы. Кровь у него не шла, а оперение у стрелы обдувал лёгкий ветерок.

– Твоего друга Лэнса окончательно убили, – мрачно сказал ему некромант. – Сочувствую.

Тольм ничего не ответил. Он лишь идиотски улыбался, раздражая Ингвара. Некромант мысленно приказал ему и остальным отвергнутым лечь рядом с люком, оставив рядом с собой только ожившего молодого парня. Первого отверженного. Ингвар не знал, кем он был и как умер. Он просто хотел с кем-нибудь поговорить.

– Я не плохой человек, – сказал некромант, глядя на небо. Ночь заканчивалась. Начинало светлеть. – Я лишь делаю то, что необходимо. Зла вообще не существует.

Оживший молодой парень молча уставился на некроманта. Улыбка не слезала с его бледного лица.

– Да, не смотри на меня так, – недовольно возразил некромант. – Людям нравится всё упрощать. Они чувствуют себя лучше, поделив окружающий мир на добро и зло. Свет и мрак. Списывая свои пороки и неудачи на тёмные силы. А всю ту мерзость, что они творят, оправдывают благом. Правда в том, что всё это иллюзия. Люди заперли себя в собственной лжи. А Великие Боги лишь поддерживают это враньё. Это неверный путь, ведущий в никуда. И то, что Йор оставили на произвол судьбы умирать от голода, лишь доказывает мои слова.

Отвергнутый опустил голову.

– Что же нам делать? Можем ли мы найти другой путь? – Ингвар хитро улыбнулся. – Давай же выясним это.

Солнце поднималось над макушками деревьев. Солнечный свет беспощадно разгонял тьму. Он же осветил некроманта и отверженного, явив их тени. Оживший мертвец тут же рухнул на землю. Магия перестала действовать, и он снова стал мёртвым. Ингвар глубоко вздохнул. Он всё ещё чувствовал отверженных глубоко внутри себя, но больше не мог им приказывать. Лишь с наступлением ночи к нему вернулась бы власть над ними.

Некромант схватил мертвеца за ноги и затащил его в лабораторию к остальным. Из люка доносилось тихое пение. Марек успокаивал себя песней. Ингвар, шмыгнув носом, вышел и направился в Йор.

Птички пиру проснулись. И лес наполнился женским стоном. Некромант пробирался сквозь ветки. Внезапно он услышал смех. Это определённо были не пиру. Ингвар пошёл к источнику звука. Им оказался местный хулиган Гаррик. Костлявый болезненного вида пацан. Вместе с ним были его друзья, чьи имена Ингвар не мог вспомнить. Все они выглядели так, словно не ели несколько дней. А ещё они явно употребляли нюхательную соль. У самого тощего из них были гнилые кривые зубы. Ребята предложили Ингвару присоединиться к ним. Но тот не горел желанием. Наркотики его не привлекали, как и алкоголь. Он никогда не понимал, зачем всё это людям. Да и общаться с кем-то из деревни ему вообще не хотелось.

– Что вы вообще здесь делаете? – поинтересовался у ребят Ингвар. – Обычно вы в деревне сидите.

– Да там тот новый посланник проповедь читает, – расслабленным, еле слышным голосом ответил Гаррик. – Он нам не нравится.

Ингвар призадумался. Он вытащил из-за пазухи книгу Магни и начал быстро листать её. Про магию в ней было мало написано. В основном об изначальном даре, приобретаемом при рождении. Как правило, это управление одной из стихий. Обладатели чёрной магией способны читать тени как живых, так и мёртвых, узнавая их секреты. Оживление трупов является изначальным даром некромантов. Они вбирают в себя часть тени усопшего и получают над ним полный контроль. Сие создание зовётся отвергнутым, ибо сама земля отвергает тело несчастного. Его никогда не заберут к себе дети Фредсланда. И за это душа некроманта будет проклята и в жизни и в смерти.

Когда Ингвар оживил Лэнса и Тольма, в его голове всплыло расположение их лагеря. Но сколько он не оживлял ещё мертвецов, больше он ничего не узнал о своих отвергнутых. Видимо ему не хватало сил. Некромант пролистал дальше книгу. В конце говорилось о раскрытие потенциала. Чтобы полностью раскрыть свой потенциал нужно установить связь с одним из Богов и заключить с ним союз. Это усилит мага и откроет для него новые возможности. Сила мага зависит от его крови, родословной, а также от мощи Бога, с которым заключён союз.

Ингвар ничего не знал о своей крови. Магов в родословной у него вроде бы не было. И о Богах он мало что знал. И это являлось проблемой. Поразмыслив, он решил пообщаться с посланниками. Ингвар продолжил свой путь в Йор.

На подходе к деревне его взору предстала толпа народу. Несколько десятков человек. Среди них даже была бабушка Иземунда, которая обычно всегда сидела дома. Люди стояли у храма червя. Им проповедовал Падок, а рядом с ним застенчиво стоял Мейтемарк.

– Вы все слышали, что случилось в Пяте Мункилайнена, – выступал тот. – Но не бойтесь, Фредсланд вас защитит.

– От чего? – закричал кто-то из толпы. – Что происходит? Я побывал в южных поселениях. Там никого не осталось. Люди просто исчезли. Дома разрушены.

– Голод вынуждает людей совершать страшные вещи, – продолжил Падок. – Я знаю, что вы тоже страдаете от него. Именно поэтому завтра из Лортана придёт обоз с едой. Мы устроим праздничный пир и раздадим между всеми еду.

Из толпы донеслись восторженные возгласы. Мейтемарк нервно вышел вперёд и заявил.

– Напоминаю, что как бы ни был силён голод, раскапывание могил является преступлением. А поедание мертвецов навлечёт на весь ваш род проклятие.

Ликование в толпе поубавилось. Ингвар подошёл к своей бабушке. Она одарила его тёплой улыбкой. Иземунда всегда помогала ему, особенно когда Магни пропадал. С ней он не чувствовал себя одиноким. И всегда мог на неё положиться.

– Выглядишь уставшим, Ингвар. Всё хорошо? – спросила она.

– Тяжёлая ночь была, – мрачно пробормотал он, вспоминая как отвергнутые убивали людей по его приказу. И сейчас он чувствовал каждого убитого в себе. Ему было не по себе от этого, но он продолжал убеждать себя, что так нужно. – Я делаю то, что необходимо. Но не уверен, что Йор можно спасти.

– Ты слышал посланников, – со смешком высказала она ему. – Всё будет хорошо.

– Нет, не будет, – Ингвар мрачно покачал головой. – Здесь нельзя оставаться. Бабушка, пожалуйста, давай уедем.

– Не говори глупости, – Иземунда отмахнулась от внука. Он обнял её, а затем проводил взглядом пока та уходит. Он очень хотел увезти её отсюда подальше, но просто не мог заставить её.

Толпа разошлась по домам. Ингвар остался наедине с посланниками. Падок улыбнулся ему. Глядя на него, некромант снова испытал чувство отталкивающего комфорта. Говорить с ним ему не хотелось, потому он подошёл к Мейтемарку.

– Мне нужно обсудить с вами… мм… религию, – начал Ингвар. – Я бы хотел больше узнать о Богах.

– Разумеется, молодой человек, – обрадовался посланник. – Глубинный червь Фредсланд дарует телу покой после смерти. А душа отправляется к Богам, где их ждут бескрайние зелёные луга. И не будут они более ни в чём нуждаться. Ибо ждёт их вечное счастье.

– И весёлые единороги, – мрачно пробурчал Ингвар. – Это мне не интересно. Меня волнует то, что ждёт до смерти. Что конкретно Фредсланд может дать? И как вообще можно установить связь с Богами?

Мейтемарк почесал грязными руками подбородок, оставив на нём тёмные следы.

– Я подозреваю, что у вас, молодой человек, открылся изначальный дар, – задумчиво сказал он. – Вы владеете магией?

– Ну… да… есть немного, – Ингвар замешкался. Некромантия запрещена во всех известных ему странах. Он прекрасно понимал, что ему нужно скрывать это.

– Уверяю, что Фредсланд может помочь максимально раскрыть потенциал. Особенно, если ты владеешь стихией земли.

– А он… постоянно сидит под землёй? – неловко спросил некромант.

– Раньше глубинный червь часто вылезал по ночам на поверхность и любовался звёздами, – начал рассказывать с энтузиазмом Мейтемарк. – Однажды жалкий подлый Ормак поймал его в ловушку. Он завидовал его величию и хотел узнать все его тайны. Он пытал Фредсланда, но тот не сдался. Он мужественно сражался и потом скрылся в глубинах. Но чёрная сороконожка Ормак успел его ослепить. Отныне Бог червей не вылезает более на поверхность.

– Бедняга, – с иронией заявил Ингвар. – А какие ещё есть Боги? Кто самый сильный из них?

– Ну, долгое время верховенство в Божественном пантеоне занимал лучезарный дракон Ваелот, – ответил ему посланник. – Но он не справился с пожирателем помоев Ормаком, и тот вырвал его сердце. Теперь за верховенство борются трое сильнейших. Запутанный змей Отисс, многоликий Данталеон и, конечно же, мудрейший из всех глубинный червь Фредсланд.

– А как же Ормак? Что с ним? – поинтересовался Ингвар.

– Чёрную сороконожку пленили после войны личей, – разочаровал его Мейтемарк. Некромант закусил нижнюю губу. Ормак казался ему хорошим выбором, но увы… – Есть множество других меньших Богов. Полубоги и духи. Но уверяю тебя, лучшим выбором будет Фредсланд.

– А кто второй по силе после великого червя? – продолжил расширять свой кругозор некромант.

Посланник закатил глаза, тяжело вздохнул и затем ответил.

– Думаю что тот, которому служит королевская династия. Бог ветра Данталеон. Они даже отказались от своей фамилии и полностью отдали себя в услужение ему. Король Юлиан, прозванный сыном бури, считается сильнейшим магом во всём мире. Он прожил сотню лет и способен разорвать человека силой мысли.

– Очень хорошо, – Ингвар нашёл то, что искал. – А как установить связь?

– Если речь идёт не о величественном Фредсланде, то я не могу дать ответ, – на этом разговор был окончен. Ингвар больше ничего не мог у него выведать. Оставалось надеяться только на то, что Марек не лгал. И он действительно знал, где ведьма.

Некромант жутко устал и направился домой. Где за столом встретил отца. Магни сидел вместе со своими друзьями. На столе перед ними лежала раскрытая упаковка нюхательной соли, которую нужно было отдать Мареку. Все они слабо ухмылялись. Ингвар со злобой покачал головой и зашёл к себе в комнату. Он лёг на лежанку. Ночь была тяжёлой. Ему хотелось есть, но спать хотелось ещё сильнее. Он знал, что бабушка Иземунда накормила бы его, но тогда еды не было бы и у неё. Ингвар не мог так поступить с ней. Некромант закрыл глаза. Ночью он собирался найти ведьму и стать сильнее.

– Я делаю то, что необходимо, – пробормотал он себе под нос. И, наконец, заснул.

Глава 8. Лес Сталскога

Группа ехала верхом. Они старались нигде не останавливаться и мчались во весь опор. Рейна со своими новыми знакомыми довольно таки быстро добралась до когда-то родных земель. Здесь она родилась. И отсюда была изгнана.

– И вот я снова здесь, – пробормотала она себе под нос.

Путь они держали в город Лортан. Самое большое поселение Сталскога. Чем сильнее они углублялись в лес, тем хуже становилась дорога, и тем тяжелее было передвигаться. В итоге группа замедлилась, и они перешли на шаг.

– Долго ещё? – поинтересовался Эрлик. Он отчаянно отбивался от насекомых.

– Берегись, коротышка. Смотри, чтоб тебя не унесли комары, – заржал серокожий Пангус. Остальные тоже засмеялись. Эрлик хмуро оглядел их.

– Скоро будем в городе, – подбодрила его Рейна. – Но лучше конечно дать лошадям отдохнуть, дальше дорога станет ещё хуже.

– Так и сделаем. Привал! – скомандовал Слактер.

Все они спешились, достали из вьюков корм и принялись кормить лошадей. Солнце едва выглядывало из-за деревьев. Было тихо. Тишину лишь изредка нарушали насекомые и еле слышные женские стоны из глубин чащи.

– Что вообще представляет собой это графство? – задала вопрос волшебница с кнутом Джоан. – Много здесь поселений?

– Хвойный лес вперемешку с лиственным и болота. Есть озёра. Сталског огромен и мало изучен. В графстве было пара десятков поселений, практически не связанных дорогами, – начала Рейна, поправив свой капюшон, который она никогда не снимала. – На юго-востоке находилась Пята Мункилайнена. А также другие деревни, но они опустели ещё раньше. На западе находиться Лортан, а на севере были ещё поселения. Например, довольно таки крупная деревня Йор. Когда я уводила людей, там всё было хорошо, но время не нашей стороне. Потому нам надо как можно быстрей разобраться с опасностью.

– Всё сделаем, госпожа Рейна, – заявил ей Слактер, затем он обратился к Джоан. – Ты выяснила, с чем мы имеем дело?

– В моём бестиарии такие существа не упоминаются, – заключила она. – А это значит, что тварь либо новая, либо… что-то очень древнее.

– Что ты хочешь сказать? – забеспокоился Эрлик.

– Я думаю, что это мы. Точнее то, чем мы были до Богов, – заявила волшебница. Затем она глянула на серокожего Пангуса. – Я имею в виду расу людей.

Волшебница указала на себя пальцем. Товарищи смотрели на неё как на сумасшедшую. Рейна внимательно следила за ходом её мыслей.

– Сами подумайте. Кроме тебя, Пангус, – попыталась она разъяснить свою мысль товарищам. – Разве это существо вам не показалось знакомым. Словно мы его уже давно знали.

– Словно мы что-то забыли, – пробормотал Слактер. – Но оно нас никогда не забывало. Очень надеюсь, что ты ошибаешься.

На этом их разговор закончился, и группа продолжила свой путь верхом. Рейна обдумывала слова Джоан. Неужели кто-то нашёл способ возвращать людей к первобытным истокам? Вся группа притихла. Они ехали молча, задумавшись о сказанном. Кроме Пангуса, тот вообще не понимал о чём речь.

– Я один слышу стоны? – поинтересовался он. Они углубились в лес, и женские стоны были отчётливо слышны. – Может проверить?

– Это птичка пиру. Не обращайте внимания на неё, скоро привыкните, – сообщила всем Рейна. – Они живут на болотах. Если пойдёте на шум, то утоните в трясине.

Почва хлюпала под копытами. Рядом явно находилось болото. Внезапно Эрлик вскрикнул и начал тыкать пальцем куда-то в сторону. Рейна внимательно вгляделась в лес. И действительно между деревьями мелькало нечто белоснежное. Существо медленно ползло по водной глади болота. У него не было конечностей. Лишь тело похожее на большую каплю и круглая безглазая голова, с торчащим из неё жалом. Существо не обращало внимания на группу и только тихонько постукивало жалом по коре деревьев.

– Хвит, – произнесла она. – Они обычно небольшого размера. Видимо мы рядом с местом смерти ипхиладона. Хвиты съели его и здорово прибавили в размерах.

Белое существо глянуло в сторону группы, после чего безразлично продолжило ползти по своим делам.

– Потрясающее местечко. И почему тут на поселения нападают?! – съехидничал Пангус. – Не пойму никак.

Группа добралась до речки, через которую лениво были накинуты доски. Речка шустро бежала, обнажая круглые камешки, и терялась в глубине лесной чащи. Она была всего лишь по щиколотку, но весьма широкой. Группа аккуратно начала переходить её по очереди. Очередь дошла до Эрлика. Но стоило его лошадке встать на доску, как та закачалась. Лошадь испугалась и тут же скинула коротышку в воду. Тот начал отчаянно плескаться.

– Греби к берегу, – Пангус громко заржал. Остальные подхватили. – Смотри, не утони в этой луже.

Эрлик поднялся на ноги весь сырой до нитки. Обиженный, мокрый и высмеянный он неуклюже взобрался на свою лошадку, и все продолжили путь.

Наконец они добрались до деревянных стен города, с вырытым вокруг них рвом. Рейна подметила то, что раньше рва не было. Да и стены были не такими высокими. Группа проехала через ворота. У них стояла пара стражников, вооружённых копьями. Лезвия у них были необычайно длинными, явно рассчитанные на крупного противника. Сами стражники носили броню из коры эйкстала с кожаной обшивкой. На нагруднике было вырезано перевёрнутое дерево. Символ города Лортан. Местные верили, что эйксталы растут в обе стороны. Они прорастают вниз и создают подземный лес, в котором жили примитивные предки человечества.

Группа оставила лошадей в конюшне, и продолжили путь пешком. В городе сновало множество людей. Рейна заметила, как к конюшне привели крёхестов. Могучих вьючных зверей с телом как у лошади, но с головой чёрной птицы. Помимо головы чёрные перья покрывал и спины зверей. Животных принялись загружать тяжёлыми вьюками, от чего крёхесты недовольно защёлкали длинными клювами.

Пройдя мимо одинаковых деревянных домиков с травяной крышей, группа вышла на площадь. Здесь находилась главная достопримечательность города. Громадное древо эйкстал. Поселение построили вокруг него. Корни древа извивались между домами, словно пытаясь схватить их. На эти деревянные щупальца жители установили лестницы для удобства. У самого дерева посланники создали храм червя. Глиняное куполообразное изваяние с лицом над входом, напротив которого люди рыли ямы. Они укладывали в них своих детей и ложились следом. После чего вымазанные в глине посланники закапывали всех по горло.

– Уподобьтесь детям Его. Следуйте пути Его, – читал проповедь самый грязный из посланников. Комья глины отваливались от его мантии и валились на землю с неприятным шмяканьем. Жители завороженно слушали. – Да будет тело ваше после смерти поглощено землёй и забрано детьми Его. Да будет душа ваша вознесена. И да будет она на зелёных лугах в окружении родных и близких. Не будете вы нуждаться в воде и еде. И никогда не будете одиноки.

Рейне никогда не нравились посланники. Слишком много они уделяли внимания смерти. Тому, что будет после. Девушку же волновали страдания живых. Потому она стала для них путеводным светом. А не погребальной эпитафией.

Группа последовала дальше к городскому барону. Тот устроился в доме на ветвях эйкстала. Подъёмник был единственным способом добраться до него. Они дошли до хлипкой платформы, но внезапно их остановил громадный незнакомец, одетый в форму стражи. Он был аккуратно подстрижен и с густыми бакенбардами, но черты лица явно не принадлежали человеку. У него был слишком широкий рот с усеянными в нём острыми зубами и маленькие узкие глазки. Кривизна переносицы свидетельствовала о давнем переломе. Уши походили на жабры как у рыбы. А кожа его имела орихалковый цвет. От незнакомца исходил необычайно приятный цветочный запах.

– Шериф Клаус Питкин, – представился им приятным басом незнакомец. – Я назначен защитником города. К нам редко кто-то приезжает потому я решил лично вас поприветствовать.

– Вообще-то мы пришли к барону, – заявил ему Слактер. Несмотря на свой высокий рост, он был шерифу по грудь.

– Барон никого не принимает, – отрезал шериф. – Всё что вы хотели сказать ему можете передать мне.

– В графстве происходят нападения на поселения, – выступила вперёд Рейна. Она была по пояс великану. – Опасность грозит и Лортану тоже. Мы пришли помочь.

Клаус почесал свои бакенбарды.

– Следуйте за мной, – произнёс он и повёл группу в сторону покрытого зелёным мхом деревянного форта.

– Кхм, – кашлянул за его спиной серокожий Пангус. – А ты борлог, да? Не ожидал встретить кого-то… вроде тебя. Я кстати квелид… много тут людей, да? – Клаус настойчиво игнорировал собеседника. – Прям не напасёшься терпения с этими человеками, да? Вечно что-нибудь учудят. Слушай, а есть тут ещё борлоги?

– Нет, я тут один, – мрачно ответил ему шериф.

Группа вошла в форт. Здесь располагался гарнизон стражи. Клаус повёл всех в подвал. Их сразу встретил запах гниющего мяса. Громадина медленно ввёл их по тусклому коридору, пригнув голову. Когда все они свернули за угол, то их взору открылось лежащее на столе мёртвое тело. Это было тоже существо, что и в гостинице в Оиставе. От него исходил невообразимый смрад.

– Эту тварь мы притащили из Пяты Мункилайнена, – шериф показал пальцем на тварь и спросил у группы. – Это то, что я думаю?

– Очень похоже на то, – сказал ему Слактер. – Именно так описывали наших предков.

Пангус непонимающе развёл руки.

– Это мы про наших предков. Предков всех человеков, – сказала ему Джоан, похлопав его по плечу. Серокожий продолжал непонимающе глядеть на неё. – Ты вообще следишь за происходящим? Мы думаем, что кто-то превращает людей в предков.

Пангус кивнул ей головой, но что-то подсказывало, что он ничего не понял.

– Об этом знаем только мы и несколько стражников, – просветил всем шериф. – И лучше пусть это пока так и останется. Нам не нужна всеобщая паника. Я запросил помощи у короля. Также я готовлю ополчение. Сказал им, что на нас собираются напасть разбойники. Но скоро я открою всем правду. Сам! Вы пока молчите!

– Зачем вы держите это здесь, – не выдержал Эрлик. Клаус подпрыгнул от неожиданности. – Ужасно воняет.

– Прости, я не заметил тебя. Не думал, что тут ещё кто-то есть, – произнёс с удивлённым видом борлог. – Ты… тоже человек?

Пангус прикрыл свой хохот рукой.

– Да, я человек, – ответил шерифу раздражённым тоном Эрлик. – Нормального обычного человеческого роста… человек! Может, пойдём уже отсюда?

– Я вам ещё кое, что должен показать, – произнёс Клаус и повёл всех к камерам.

За одной из решёток сидел волосатый мужик с прискорбным выражением лица.

– Этого мы тоже нашли в Пяте. Он был ранен, – шериф постучал ладонью по решётке. – Скажи им тоже, что и мне.

– Мы предвестники, – хрипло произнёс заключённый. – Настало время, когда всем нужно решить кто они – хищники или мясо.

– Кто ваш лидер? – спросил его Слактер.

– Апостол боли, восседающий в мясном дворце. Ибо только в боли может родиться новый мир, – заключённый смотрел куда-то в сторону. Он явно был не в себе.

– Сколько вас? – продолжил его спрашивать Слактер.

– Недостаточно много, – заключённый скорчил безумную гримасу. – Но скоро мы это исправим.

– Мы выпытали у него, где находиться их убежище, – сообщил группе шериф.

– Отличные новости! – воскликнул Пангус. – Давайте ворвёмся к ним и всех перебьём.

Клаус Питкин явно не разделял энтузиазма. Он задумчиво почесал свои бакенбарды.

– Давайте пройдёмся, молодые люди, – мрачно произнёс он.

Он вывел группу наружу. Затем все проследовали за ним в таверну «Сумасшедший набат». Это была старенькое заведение. Но весьма уютное. Внутри было не особо много народу. Они уселись за круглым столиком. Шериф глянул на ноги Эрлика, когда тот карабкался на стул.

– Это, что… сандалии? – поинтересовался Клаус. Пангус вновь прикрыл хохот рукой.

– Да это сандалии, – гордо заявил коротышка. – У меня чувствительная кожа на ногах.

Пангус заржал ещё сильнее. Шериф тяжело вздохнул, после чего подозвал трактирщицу и угостил группу элем.

– Я показал вам всё это для того, чтобы обрисовать ситуацию, – начал Клаус. – Вы не понимаете, с чем имеете дело. Не знаете сколько их. И если вы пойдёте туда, то все с большой вероятностью умрёте.

– Вот это настрой, – съехидничал Пангус. – Не откажите ли нам в помощи, шериф. Может, пошлёте с нами пару деревянных рыцарей? А лучше сами присоединитесь к нам?

– Боюсь, что не могу, – отрезал Клаус. – Я отправил двух своих лучших человек туда на разведку, и они не вернулись. Больше я никого туда не пошлю.

– Но как же так! – воскликнула Рейна.

– Я не могу оставить город без защиты. И я прошу вас тоже остаться защищать его, – шериф чуть ли не умолял их. – Подумайте сами. Что, если они сами хотят этого. Чтобы я туда отправил отряд и ослабил город. Что, если это ловушка.

– Вы будете просто сидеть и ждать? – не успокаивалась Рейна. – Остальные поселения беззащитны. Жители там не понимают, что происходит.

– Вы можете вывести людей из Сталскога, – Клаус тяжело вздохнул. – Оставайтесь в городе столько сколько захотите. Подумайте обо всём хорошенько. И либо помогите мне защитить его, либо возвращайтесь туда, откуда пришли.

Шериф вышел из-за стола и тяжело зашагал к выходу. Он не собирался говорить, где находиться убежище. Рейна вскочила со стула и побежала за ним. Слактер внимательно следил за всем этим, попивая эль.

– Постойте! – крикнула шерифу девушка. Тот медленно развернулся и посмотрел вниз на неё. – Вы должны понять кое-что. Я родилась в Сталскоге. Росла в Пяте Мункилайнена. Это мои родные края. И я дала клятву её жителям помочь им. И я сделаю всё, чтобы исполнить эту клятву. Пожалуйста. Скажите, где скрываются эти предвестники. Пока не пострадали ещё поселения.

Клаус снова почесал свои бакенбарды, а затем произнёс.

– А твои родственники…

– Они… умерли. Ещё до всего этого.

– Ну, что же, – шериф продолжал чесать бакенбарды, словно пытаясь сорвать их со своего лица. Рейна поняла, что он нервничает. – Я родился далеко на севере, на коралловом архипелаге. Родине всех борлогов. На моём родном острове царят жёсткие условия. Каждые двенадцать лет из глубин океана на сушу вылезают огромные монстры с крепкими как кора эйкстал панцирями и длинными клешнями. Они вылезают сотнями и нападают на наши города. А мы обороняемся. Потом мы готовимся к следующей атаке. Учим защищаться наших детей. Мы не ищем этих монстров в океане. Не ищем их гнездо. Потому что если мы погибнем, то наши дети останутся одни, беззащитные. И скорей всего погибнут.

– Я понимаю, о чём вы. Но с этим врагом так не выйдет. Мы должны дать отпор. Помогите нам! – взмолилась Рейна.

Клаус опустил голову, он выглядел расстроенным. Шериф вытащил из кармана пожелтевшую бумажку и протянул её девушке. Это оказалась карта с указанным на ней убежищем. Рейна радостно побежала к своим товарищам. Слактер одобрительно поднял свою кружку. Остальные повторили за ним, издав боевой клич.

– Вы все погибните, – произнёс мрачно шериф и понурённый вышел из таверны.

Глава 9. Серые земли

Разноцветные перья на шлеме Пьетры развевались на сильном ветру. Здесь мало было растительности. Ландшафт представлял собой серую скалистую местность с редкими островками травы, вызывающую горькое уныние. Острые скалы, словно огромные скрюченные пальцы старухи, выползали на поверхность. Пьетра вглядывалась в бескрайний суровый простор и что-то напевала себе под нос. Рядом с ней стоял молчаливый Гюго. Он опирался на свой гигантский молот и просто ждал.

– Придётся отпустить лошадей и идти дальше пешком, – заключил обожжённый принц. Он подошёл к ним и заметил рану на руке Пьетры. Она перевязала левую руку тканью и прижимала её к себе. На ткани виднелась серебристого цвета кровь.

Пьетра заметила его взгляд и убрала руку за спину.

– Всё нормально, – заверила она его. – Мои раны быстро затягиваются.

– Ты квелид, верно? – спросил Вэйлон её. Он слышал, что женщины этого пустынного народа невероятно привлекательные. Принц поймал себя на мысли, что ему захотелось увидеть Пьетру без шлема. – Никогда раньше не встречал кого-то из вашего рода.

– Потому что всех из «нашего рода» вырезали и гнали из твоих земель, принц, – спокойно сказала ему Пьетра. У принца похолодело всё внутри. – Тогда, правда, твои земли назывались по-другому. Империя личей.

– Ну… кхм. Сейчас это другое государство. Мы с братом собираемся создать… более… дружелюбное королевство, – Вэйлон чувствовал, что он словно идёт по раскалённым углям. – Так что вы все можете спокойно приезжать… к нам… из своей жаркой пустыни.

– Мы не живём в жаркой пустыне, ваше высочество, – Пьетра уставилась на него. Он не видел её глаз, но чувствовал, как они прожигают его насквозь. – Мы живём в оазисах. Влажных и душных днём, а по ночам там весьма морозно.

– Ох, – Вэйлон пожалел о том, что вообще начал этот разговор. – Я не хотел тебя рассердить.

– Не напрягайся так, принц. Я не рассердилась.

Перед ними неожиданно возник Рамон.

– Может, всё-таки поедем севернее? – спросил он. – Через земли Вальтрунда.

– Король Миг может управлять животными и насекомыми, но его сила ограничена. Он не использует её вне своих земель, – просветил его Вэйлон. – Нам нужно держаться подальше от границы, иначе попадём в засаду.

– Поддерживаю, – кивнула Пьетра.

– Да, лучше через Серые земли, – согласился Сайран Слик. Он тут же снял седло и вьюки со своей лошади и отправил её на свободу. Та рысью умчала в сторону границы.

Остальные поступили так же. Рамон обнял на прощание свою.

– Прости, но дальше тебе нельзя. Ты тут убьёшься, – сказал он своей лошади и почесал её за ухом. После чего тоже отпустил.

Товарищи двинулись вперёд, перекинув вьюки через плечи. Обожжённый принц смело вёл группу вперёд. В своё время он много проводил времени за картами этих мест и потому, хорошо знал куда идти. Остальные верили ему, и он не хотел разочаровать их.

Каменистая почва была сырой и скользкой. То и дело встречались глубокие расщелины, попав в которые можно было в лучшем случае остаться на всю жизнь калекой. Это суровое место так и не покорилось ни одному из королевств. Далеко на юге этих земель тянулась к небу цепь гор, называемая Хребет Ваелота. Эти горы начинались южнее Сталскога, огибали остальные земли Левендейорда и тонули в Пепельном океане. Люди и представители других рас бок о бок сосуществовали на всём Хребте. Западную часть, ставшую домом для драконов, назвали Солнечным пределом. Сейчас там располагалось королевство Рент. Восточная же стала домом для троллей и огров. Её прозвали Сумеречным пределом.

– Ночью будет дождь, – сообщил Сайран. Обожжённый принц задрал голову. Небо затягивала мертвецки бледная пелена из облаков. Солнце начинало садиться. Воздух был влажным, и дышалось тяжелее, чем обычно. Они переглянулись со Сликом и кивнули друг другу. – Надо найти укрытие для ночлега.

Пятёрка разошлась в разные стороны в поисках укрытия. Они осторожно перешагивали расщелины и всматривались в мрачный горизонт. Они высматривали всё, что могло напоминать пещеру или хотя бы одинокое дерево.

–Я что-то вижу, – воскликнул Рамон. Все подошли к нему и глянули куда он показывал, – Статуя. Мужик с бородой какой-то.

И действительно посреди, торчащих как клыки, скал стояла небольшая статуя. Разглядеть с их позиции что-то было сложно. Изваяние походило на человека без рук и с бородой.

– Вряд ли мы сможем у неё укрыться, Рамон, – заключила Пьетра. Из глубин доспеха Гюго донёсся рык неодобрения.

– Не соглашусь, это как раз наоборот идеальное место, – улыбаясь, заявил Сайран. – Это статуя-оберег Аморога. Вотлинги ставили их рядом с входом в свои шахты.

Вэйлон напряг свою память. Он вспомнил, что эти существа в рабские времена молились своим героям. Одним из них был Аморог, борющийся за свободу своего народа.

– Похоже, что ты хорошо знаешь эту местность, – похвалил Сайрана принц.

– Меня всегда интересовали времена господства гигантов. И я в своё время изучал историю, – похвастался в ответ тот. – В Серые земли сгоняли рабов и заставляли рыть землю. Тут множество шахт, ставших им могилой.

Вэйлон припомнил, что в этих землях до сих пор находиться мёртвый город гигантов, в который свозили руду из шахт. Это запретное место. К городу нельзя приближаться ни в коем случае. И так говорят не просто так. Варвары, живущие в этой местности, обходят его стороной, а вотлинги вообще бежали и поселились между Вальтрундом и Левендейордом.

Пятёрка приблизилась к статуе. В ней не было ничего особенного. Гигантский вотлинг, высеченный из камня, с тоской в глазах глядел в никуда. Осмотревшись, они нашли спуск, ведущий в шахту. Здесь же лежало нечто, напоминающее обломки лебёдки. Тысячи лет уничтожили всякое присутствие разумных существ. Группа спустилась вниз. Шахта выглядела надёжной. А ещё тёмной и холодной. Гюго приходилось нагибаться, но остальным было гораздо комфортнее. Что не удивительно, ведь кроме маленьких вотлингов в рабстве у гигантов находились и другие расы.

Затем они разожгли костёр, используя мох, ветки кустов и всего того что могло гореть. Стены шахты осветились, и их взору открылись рисунки. Они были сделаны в нижней части стены у самого пола. На них изображались маленькие человечки, убегающие от больших. Принц присмотрелся к картинкам и понял, что они были сделаны детьми. Комок горечи подступил к его горлу.

Снаружи стемнело. Дождь застучал по каменной земле. Пятёрка расселась вокруг костра. Они достали из вьюков припасы и начали их уплетать. У Рамона откуда-то взялась куриная ножка, и он тут же вгрызся в неё как дикое животное. Гюго единственный ничего не ел. Он прислонился спиной к стенке и просто смотрел на огонь.

– Итак, почему же тебя все называют обожженным принцем? – спросил Сайран Слик, закручивая пальцами свой ус. Вэйлон снял свои перчатки и показал ожоги.

– Он вынес из огня сотню детей, – чавкая, сообщил Рамон. Принц сердито глянул на него.

– Ну, а на самом деле? – поинтересовалась Пьетра. Из тьмы шлема Гюго донёсся рык. Ему тоже было интересно.

Принц надел перчатки обратно. Он не хотел делиться с ними своим прошлым. Но всё же, им следовало бы узнать друг друга поближе.

– В детстве я повстречал невообразимое зло, – начал Вэйлон. – Оно годами питалось моими страданиями. Внушало страх. Каждая ночь представала новым кошмаром. А каждый день мучил меня ожиданием наступления новой ночи. И я чувствовал, что не в силах его одолеть.

– Вэйлон… – шёпотом произнёс Рамон.

– Всё нормально, – принц продолжил. – Зло явилось к моему брату, обрекая его на такие же мучения. Я не мог этого допустить. И тогда я нашёл в себе силы и дал отпор. Я сжёг то зло и получил эти ожоги. В тот момент я поклялся себе, что больше никому не позволю причинять страдания. А мои раны служат мне напоминанием о той клятве.

– А я поклялся сопровождать его высочество, – Рамон попытался сделать реверанс, но в сидячем положении у него это не особо вышло. – И вот мы здесь. Спасаем похищенных селян.

– Теперь ты, – Сайран посмотрел на Пьетру.

– Что? – та не понимая, помотала головой. Все уставились на неё. – Со мной что-то не так?

– Всё хорошо… просто… у тебя необычный шлем, – неловко произнёс принц.

– А, теперь ясно, – Пьетра постучала пальцем по «клюву». – Вы думаете, что у меня нет глаз.

– У тебя нет глаз? Я и не заметил, – заявил Рамон. После чего неловко покашлял в кулак.

Пьетра вытащила из вьюка размером с ладонь статуэтку. Было похоже на голого тощего человека, который закрывал лицо руками. Тени от костра играли на этом обтянутом кожей скелете. По какой-то причине обожженный принц боялся приблизиться к вещице. Что-то внутри сдерживало его и просило убраться как можно дальше.

– Безымянный, – произнесла девушка. От этих слов всех обдала дрожь. Рамон трижды плюнул через левое плечо. У принца побледнело лицо. Один только Гюго сидел неподвижно и пялился на костёр. – Тот, кому не поклоняются.

– Ого, это… необычно, – заявил принц. – Безымянному не молятся. Ему не нужна паства и с ним не заключают союзы. Это религия еретиков. Ты отреклась от Богов.

– Отказаться от воли Богов может каждый, – Пьетра убрала статуэтку обратно. Вэйлон всегда думал, что на этот путь вставали только люди. После чего их глаза слепли. Ибо глаза это первый дар от Богов. – Мы полностью свободны. Наши души принадлежат только нам. Нас ведут не чьи-то речи, а наши сердца. Мы берёмся за оружие не потому, что нам так приказали, а лишь по нашей собственной воле. И мы с Гюго пошли с вами потому, что Мы считаем это правильным, а не потому, что так считают Боги.

– Но твои… глаза? – не понимая, спросил Рамон. – Боги не дарили вам зрение.

– Глаза на месте, – засмеялась Пьетра. – Я сама решила носить такой шлем, чтобы быть наравне с остальными отрёкшимися. И да. Я прекрасно всё вижу, но только не так как вы.

– Полностью свободны? – проговорил себе под нос обожженный принц. Внезапно он почувствовал, как из его лёгких вытягивают воздух. На мгновение он начал задыхаться.

– «Даже не думай» – услышал он в своей голове и тут же пришёл в себя.

– А что с этим парнем? – спросил Рамон, показав пальцем на Гюго.

В ответ он получил протяжный гул из глубин доспеха того.

– Боль, – прорычал громила.

– Понимаю, брат. Коротко, но ясно. Думаю, что тут все чувствуют тоже, что и ты, – поддержал его Рамон.

– Ну, а что насчёт тебя, Сайран Слик? – спросил Вэйлон. – Твоя фамилия мне незнакома.

– Давайте лучше оставим это на потом, – произнёс в ответ тот и громко зевнул. – Дорога выдалась длинной и впереди она будет ничуть не короче.

– Надо, кого-то на стороже оставить, – заявил принц, поглядывая на выход из шахты. Дождь не переставал идти всё это время.

– Мы первые, – прорычал Гюго. Пьетра, соглашаясь, качнула головой.

– Я, чур, последний, – заявил Сайран. Он уже успел расстелить спальный мешок и улёгся в него, сняв только свой хауберк.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.