# Нина и загадка Восьмой Ноты

Муни Витчер

Муни Витчер – Лунная волшебница – это псевдоним современной итальянской писательницы, написавшей серию книг о девочке Нине и ее друзьях, в которых удивительным образом переплетается мир реальности и сказочного триллера.

Во второй книге серии школьница Нина вместе со своими друзьями Додо, Рокси, Ческо и Фьоре продолжает борьбу с Магом Карконом и его приспешниками, а также выполняет свою миссию по спасению планеты Ксоракс, которую завещал ей дедушка, Михаил Мезинский, Белый Маг и алхимик. Для раскрытия Второй Тайны Нине и ее друзьям приходится с помощью магии перенестись в Древний Египет. Здесь их ждет неожиданная встреча с воинственными мумиями и… Карконом. На помощь ребятам приходит древнеегипетский бог Осирис и магическая Восьмая Нота.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Moony Witcher «Nina e il Mistero dell' Ottava Nota»

© Giunti Editore S.p.A., Firenze-Milano, 2003

© Николаев В. М., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке.

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2022

Machaon®

Иллюстрации Илариа Маттеини

* * *

Обращение

КО ВСЕМ ГРАЖДАНАМ ГОРОДА

Извещаю всех жителей Венеции, что, по неопровержимым данным ученых, в природе не существует никакого «вируса», способного заставить летать древние статуи нашего города. Монументы и скульптуры всегда остаются недвижными на своих местах.

Любой утверждающий, что Крылатый Лев Сан-Марко – живой благодаря колдовским чарам, будет обвинен в опасной крамоле, нарушении спокойствия и очернении Венеции.

Нарушители будут арестованы и помещены в темную, сырую камеру Дворца Дожей в ожидании суда, который состоится на площади города.

> Мэр Венеции

## Пролог

Более двух тысяч грозных Обращений мэра было расклеено на стенах домов в Венеции в течение одной ночи 3 сентября. Большинство венецианцев давно ждали этого. Новый мэр города маркиз Лорис Сибило Лоредан (или ЛСЛ) уже не раз предупреждал, что предпримет решительные и суровые меры, и жители, уставшие от слухов, больше слышать не хотели об этой трижды проклятой мраморной статуе.

Тем не менее некоторые горожане продолжали уверять, что видели, как Лев шевелил хвостом, другие утверждали, что из его глаз иногда вырывались пульсирующие фиолетовые лучи, озаряя в ночи Дворец Дожей и площадь Сан-Марко. Но никто не осмеливался открыто говорить о том, что статуя Крылатого Льва была… живой!

Правда, многие были свидетелями невероятного события, когда однажды жарким июльским утром мраморный Лев внезапно исчез, а спустя несколько часов вернулся на свое историческое место. Но в действительности мало кто верил, будто тяжелая статуя способна летать сама по себе: все были уверены, что здесь не обошлось без магии.

Невероятная история пошла гулять по свету, вызвав в городе волнения, стоившие мэру отставки. На его место со скоростью пули был назначен один из самых богатых жителей Венеции, маркиз ЛСЛ.

Маркизу было лет пятьдесят, у него были гладкие с проседью волосы, волевое лицо, загорелая кожа, зеленые глаза, а также решительный и твердый характер.

Как болтали на всех углах, маркиз принял эту должность только потому, что другой очень богатый венецианец подарил ему за это золотой прииск.

Первое, что сделал маркиз, опираясь на дюжину преданных людей, – попытался успокоить жителей, призвав их подождать результатов назначенного им расследования мистического факта.

Экспертам, приглашенным со всего света для изучения странного феномена, не удалось найти удовлетворяющий мэра ответ. Среди экспертов был один оригинал, уважаемый английский профессор, высказавший гипотезу о том, что Крылатый Лев был, вероятно, заражен каким-то неизвестным вирусом.

Но и эту версию, хотя и довольно оригинальную, мэр после короткого размышления отверг, поняв, что в результате может подняться новая волна слухов и сплетен.

Именно по этой причине Лорис Сибило Лоредан распорядился развешать по стенам города Обращение, надеясь положить конец любым дискуссиям. И он добился результата… или почти добился.

На самом деле чудеса, произошедшие со знаменитым Львом, продолжали будоражить любопытство венецианских детей, которые своими глазами видели летящего по небу мраморного зверя. Конечно, они были уверены, что такое может случиться только с помощью колдовства. Но делиться друг с другом всякими домыслами и соображениями приходилось тайно.

Да, да, тайно, ибо едва кто-либо из них заговаривал об этом прилюдно, он сразу же получал подзатыльник.

Школьных учителей бросало в дрожь от этой темы, и они с ужасом ожидали грядущего начала учебного года. Они боялись, что дети втянут их в дискуссии о магии и алхимии, предметах решительно запрещенных в школе! Таким образом, у ребят оставался единственный выход: обратиться за разъяснениями к девочке, обладающей магическими способностями, – Нине Де Нобили, девочке Шестой Луны, победительнице Зла, спасшей вместе со своими друзьями Ческо, Додо, Рокси и Фьоре загадочную планету Ксоракс.

## Глава первая. Чудесное спасение и Серебряный Кубик

12 сентября в 11 часов утра русская няня Нины по прозвищу Безе с шумом вбежала в прихожую виллы «Эспасия». Она бросила на пол сумку с покупками и закричала:

– Зеленщик шепнул мне на ухо, что видел, как у Льва шевелится грива. И я в это верю! Зеленщик – очень серьезный мужчина, это вам не ребенок, ему нет смысла болтать вздор!

Нина чуть не подавилась кусочком шоколада, который только что откусила. Захлопнув книжку по алхимии, она вскочила с кресла и удивленно уставилась на няню.

– Грива? Какая грива?

– Грива Льва. Крылатый Лев – живой! Зеленщик никогда не врет, – тряхнула кудряшками Люба.

– Да ладно тебе, Безе… – Нине было страшно любопытно, но она не хотела показать это няне.

– Послушай, Ниночка, мне кажется, ты хорошо понимаешь, о чем я, – сказала Люба, – только не говори, что ты не имеешь никакого отношения к тем чудесам, которые заставили летать Льва. Я тебя никогда прежде не спрашивала, но сейчас… сейчас я хочу знать одно: этот зверь… в общем… эта статуя, она опасна или нет?

– Я не знаю. Может быть, нам лучше не обсуждать этот вопрос… ведь мэр запретил. Не боишься оказаться в сырой темнице? – лукаво поинтересовалась Нина.

Люба нависла над девочкой всеми своими пухлостями и, уперев руки в боки, сурово спросила:

– Не хочешь ли ты сказать, что я должна согласиться с Сибило Лореданом?

– Нет, нет, абсолютно нет! Этот мэр мне совсем не нравится. Он скользкий как червяк.

– Ага, значит, ты что-то знаешь о нем? – воскликнула Люба, глядя Нине в глаза.

– Я знаю только, что он деловой человек и терпеть не может магию и алхимию, – ответила Нина, не отводя взгляда.

– Приключившееся со Львом, видимо, напугало даже тебя, – подвела итог Люба. – Постарайся меня выслушать, малышка. Твой дедушка, за которым я всегда ухаживала с любовью и который разбирался в алхимии как никто другой, всегда прислушивался к моим словам. Будь осторожна: Крылатый Лев очень опасен. Можешь идти своей дорогой, но смотри не только на то, что на горизонте, обращай внимание и на то, что у тебя под носом. Даже на мелочи, самые незначительные, они могут оказаться весьма полезными.

Няня никогда прежде не была такой серьезной и загадочной. Ее длинная речь растревожила Нину, которая, опустив глаза, сказала тихим голосом:

– Извини, Безе. Я не всем делюсь с тобой… О некоторых вещах я предпочитаю не говорить, например о том, что…

Няня перебила ее:

– Я не хочу знать того, о чем ты не хочешь говорить. Я лишь советую тебе научиться слушать, что говорят другие. А сейчас возвращайся к своим книгам, а я пойду на кухню. Все, что я хотела сказать, я тебе сказала.

Люба ушла, сопровождаемая Красавчиком и Платоном, надеявшимися заполучить чего-нибудь вкусненького, пока их маленькая хозяйка погружена в свои мысли и не обращает на них никакого внимания.

Девочка думала над словами няни: действительно, кто лучше ее, проведшей так много лет в стенах виллы «Эспасия», чувствует таинственный мир алхимии…

С того дня, как ее Враг Номер Один, князь Каркон, исчез, уносимый морским течением, ее постоянно беспокоил один и тот же вопрос: действительно ли он погиб? Ей не удавалось убедить себя в этом до конца. А что, если он каким-то образом спасся и сейчас замышляет ужасную месть?

Этот вопрос волновал ее больше, чем слухи и шум по поводу статуи Крылатого Льва, хотя благодаря этому событию дети начали размышлять и фантазировать, чего давно не делали. А это означало одно: спасение Ксоракса, планеты света, действительно началось! И Нина имела к этому прямое отношение. Больше того, это она вместе с другом Додо спасли Льва из морской пучины и сделали так, что он вернулся на свое историческое место. Но было еще одно, что не давало ей покоя: тогда на пляже она обнаружила у себя в руке странный пергамент с текстом договора между зверем и Карконом. А вдруг Крылатый Лев и впрямь стал слугой князя, как предупреждала ее Этэрэя, великая Мать Всех Алхимиков Вселенной.

Если на самом деле так, значит… Каркон остался жив! И значит, мерзкий Маг может вредить всем и дальше! Он в силах убить ее, как он убил деда Мишу, который позволил поразить себя разрядом Пандемона Морталис, ужасного оружия Каркона, чтобы не дать тому завладеть Талдомом Люкс, магическим жезлом Шестой Луны. Тогда на полу виллы «Эспасия» осталась только бренная оболочка профессора, а сам он, произнеся Финальную Фразу и превратившись в пучок света, перенесся на Ксоракс.

Нина не знала содержания этой фразы: Этэрэя объяснила вежливо, но твердо, что это – неразглашаемый секрет.

Нине еще многому предстояло учиться, многое открыть для себя, и подозрение, что ее смертельный враг жив, никак не давало ей покоя.

Она взяла мобильный телефон и позвонила Ческо:

– Слушай, ты не можешь с ребятами последить за Львом, не шевелится ли он?

– Нина, я и Рокси всю эту ночь провели рядом со статуей. Наши родители думают, что мы ночуем у тебя… Со Львом все в порядке. Он не шелохнулся, и его глаза не излучали никакого света.

Голос у Ческо был усталым – не очень-то хотелось целыми днями глазеть на дурацкую мраморную статую.

– Ладно, ладно. Но слухи все не убывают! Люба рассказала, что даже зеленщик, которому она верит как себе, видел, как у Льва колыхалась грива. Не могло так случиться, что во время вашего дежурства вы задремали и не заметили этого? – настаивала на своем Нина.

– Если не доверяешь нам, можешь сама пойти и подежурить, – обиделся Ческо, на что Нина заметила:

– Да ладно, не кипятись!


Трубку взяла Рокси:

– Привет, Нина, мы не спускали с него глаз. Но ты понимаешь, что это опасно. Если кто-нибудь догадается, чем мы занимаемся, нас посадят в тюрьму. Мы ужасно устали. И потом, я не знаю, что говорить маме, я и так провожу много времени вне дома и боюсь, что это заметят. Представляешь, что будет?

– Конечно, представляю. Но разве ваши родители не на работе?

– На работе. Родители Ческо и Додо заняты больше всех. В их «Маскарадной лавке» все прямо горит: они готовятся к следующему карнавалу. Хотя он только в сентябре, но уже нет отбоя от заказов. Подумай: мама Ческо должна сшить тысячу женских платьев XVII века, а родители Додо – подготовить больше трех тысяч гипсовых форм для масок и гору папье-маше!

Трубку опять взял Ческо:

– Они завалены работой по макушку, но родители есть родители! Без конца интересуются, где мы шляемся целыми днями! Они же знают, что школы пока закрыты и занятия начнутся через несколько дней.

– Да уж, на школу не свалишь. Нотаций не избежать. Но помните, нам обязательно надо узнать, действительно ли погиб Каркон и опасен Лев или нет. Ксоракс должен быть спасен, и мы не можем сидеть сложа руки. – Нина старалась не выдать своей тревоги.

– Мы дождемся Додо и Фьоре, которые должны сменить нас, и, прежде чем разойтись, покрутимся немного у дворца Каркона, посмотрим, что там происходит. – Ческо сказал «пока» и отключился.

Нина устроилась поудобнее в кресле в Апельсиновом Зале, одном из многочисленных помещений виллы «Эспасия», и стала думать, что ей делать.

Ее приключения начались уже довольно давно, несколько месяцев назад, когда профессор Миша покинул Землю, поручив внучке спасение Ксоракса. Конечно, четверка друзей с Джудекки помогла ей найти Первую Тайну: Атанор – Неугасимый Огонь, содержащий Сильный Дух Вселенной, который Каркон попытался навсегда заключить в одну из своих адских машин. Но оставались еще три Тайны! И если Каркон не погиб в морской пучине, риск проигрыша был все еще велик. Слишком велик.

Нина резко поднялась и направилась в Зал Дожа. Она достала из кармана стеклянный шар, поднесла к углублению в двери лаборатории деда: дверь открылась, и девочка вошла в комнату. Как обычно, здесь уютно горел камин, на столах стояли перегонные кубы и колбы, высились горки драгоценных камней и пирамида с зубами дракона. Она подошла к лабораторному столу, погладила пальцами Ямбир, медальон, позволяющий перемещаться во времени, и грозно сжала кулак:

– Проклятый Каркон, тебе удалось сделать точную копию моего Ямбира, и потому ты можешь следовать за мной, куда бы я ни отправилась. Но я тебя остановлю… клянусь, я тебя остановлю!

Она сунула руку в карман и сильно сжала Талдом Люкс, за которым охотился зловредный Маг, чтобы проникнуть в тайны Шестой Луны и захватить власть над Галактикой Алхимидия и всей Магической Вселенной.

– Я не позволю тебе даже коснуться его, проклятый князь. Талдом принадлежал моему деду. И только мы, добрые алхимики и Белые Маги, имеем право и честь использовать его, – прошептала она.

Нина внимательно оглядела лабораторию: здесь ничего не изменилось, все, как всегда, под рукой. Она посмотрела на звездную карту, висящую на стене, на точку, обозначавшую местоположение Ксоракса, и в памяти всплыли красоты Шестой Луны и фантастические животные, которых она видела во время своего путешествия на эту планету.

Вся планета состояла из света, интенсивного и радужного. Прекрасный мир, который мог исчезнуть навсегда. И только мысли детей, их фантазии, их способность к выдумке могли спасти планету. Но Зло продолжало блокировать детские мысли и не пропускало их на Ксоракс. Нине же предназначено было открыть недостающие Тайны: лишь так фантазии детей могли бы вернуться на сегодняшнюю Землю, и Шестая Луна была бы спасена.

Миссия Нины становилась с каждым днем все сложнее и опаснее. Девочка словно слышала голос Этэрэи, повторявший: «Профессор Миша среди нас. Умереть – не значит не существовать. Мысль остается жить, и это самое главное. Мыслить – значит Созидать».

Нине вспомнились световое лицо деда и переданный наказ: «Освободи детей от Бездумности. Освободи их от злых мыслей и не позволяй Каркону открыть секреты Шестой Луны». Маленькая алхимичка хорошо знала: чтобы сделать это, нужно отправиться в прошлое и восстановить Жизнетворную Мысль.

Первый шаг она уже сделала – побывала на острове Пасхи и завладела Первой Тайной, ей удалось наладить трансляцию хотя бы части детских мыслей на Ксоракс, чтобы подпитывать ими Мирабилис Фантазио, огромную алхимическую лабораторию, где ее дед и писатель Биров, с другими ксораксианцами, трудились над выживанием Шестой Луны.

То, что ей предстоит, будет очень сложной задачей, это ясно, но Нина понимала, что не сможет остановиться даже под страхом смерти, если придется бросить вызов строжайшему запрету мэра Сибило Лоредана.

Несколькими месяцами раньше она нанесла первое поражение Каркону на дне моря, и ей удалось сделать так, что Крылатый Лев вернулся на место, но этого оказалось мало. Она пыталась узнать, действительно ли дьявольский Маг погиб? Несколько раз девочка спрашивала об этом говорящую Книгу, что хранилась в лаборатории деда, но та не давала внятного ответа.

На этот раз Книга отвечала загадочными фразами, которые девочка не могла понять.

Нина вновь подошла к Книге, на переплете которой красовалось изображение Гуги, волшебной птицы Ксоракса, и положила правую руку на жидкую страницу:

– Книга, скажи, Каркон еще жив? Ответь мне, прошу тебя!

Жидкая страница осветилась зеленым светом, и появилась надпись:

Только ты сумеешь открыть Правду,

Которая может быть тебе полезной.

Ты сама найдешь решение

Загадки Льва.

Не задавай мне больше этого вопроса,

Мой мозг отдыхает!


Опять Книга не дала Нине точного ответа.

«Два месяца! Два месяца она отвечает мне в таком духе… Что мне делать? Что?» – размышляла Нина. Тревога не покидала девочку, она ходила по лаборатории взад-вперед, причитая:

– Никакой помощи… ни одного намека…

Она остановилась перед камином и уставилась на тигель, стоящий на огне, в котором, как обычно, кипела основа для алхимических препаратов, состоящая из сапфировой пыли и золота. Потом снова повернулась в сторону магической Книги и, к своему большому удивлению, заметила, что из нее торчит листок.

– Его не было раньше, клянусь всем шоколадом мира! – воскликнула Нина.


Она вытащила листок, развернула и догадалась, что это письмо, написанное рукой деда.


Моя девочка!

Знать все невозможно. Но любознательность и поиск помогают тебе обрести уверенность. Неуверенность порой даже необходима. Когда неизвестно, как нужно поступить, в конце концов приходит наилучшее решение.

Поясню. Незнание ведет к размышлениям. А размышления облегчают поиск решения. Оно уже существует в твоем уме и в твоем сердце. Но поспешность может привести к ошибке, а самонадеянность увеличит ее. Необходимо принять во внимание мелкие детали, чтобы поступить правильно. К примеру, ты сейчас не знаешь, выжил ли Каркон, и это тебя тревожит. Если ты хорошенько подумаешь над этим, используя все свои знания, то найдешь путь к истине, вот увидишь.

Другими словами, я хочу сказать, что из неуверенности рождается путь к уверенности. Знаешь почему? Потому что это всего лишь проблема выбора. Выбери то, что подсказывает тебе твоя интуиция. Увидишь, все прояснится.

Любящий тебя

1004104

Дед Миша


Прочитав письмо, Нина подняла глаза к карте Алхимической Вселенной и подумала, что, хотя дед так далеко, он в то же время совсем рядом. Этим письмом он передает свою любовь и помогает ей в трудном положении. «Уверенность… Я должна подумать о вещах более простых, чтобы узнать, жив ли Каркон», – сказала себе Нина.

Она сунула письмо в карман, взяла ключ в форме звезды, вставила в замочную скважину люка, ведущего в потайной ход, произнесла пароль «Куос Би Лос», и крышка люка открылась. Нина поспешила в туннель под виллой «Эспасия», впрыгнула в вагонетку, повернула рычаг и уже через мгновение стояла перед дверью в Акуэо Профундис, подводную лабораторию, построенную дедом Мишей. Она прижала Кольцо Дыма к такому же по форме углублению в каменной стене и произнесла магическое заклинание: «Дух Колец…» Из глубины туннеля прилетела стрела, ударила в круг на стене, из изумруда на кольце вышла струя дыма и заволокла каменную стену, которая через мгновение отошла в сторону, открыв вход в лабораторию.

– Пгивет, Нина! Я так гад снова видеть тебя. – Ей навстречу заковылял Макс 10-п1, верный андроид, которого дед оставил следить за лабораторией и помогать Нине в ее важных делах.

– Привет, Макс! Как себя ведет эта куча металлолома?


Маленькая алхимичка ткнула пальцем в неподвижное металлическое тело: это был тоже андроид, абсолютная копия тети Андоры, творение Каркона, подменившего им настоящую тетю Нины, чтобы контролировать все поступки девочки и осуществить свои коварные планы. Ныне обезвреженный андроид лежал без движения на столе, но поддерживающие его жизнедеятельность провода были еще связаны с системой жизнеобеспечения настоящей тети Андоры, и их пока нельзя было ни отключить, ни перемонтировать.

– Пгевосходно! Но в последнее вгемя эта Андога получает стганные импульсы извне, – ответил Макс.

– Импульсы? – встревожилась Нина.

– Да, электгические импульсы, – подтвердил Макс. – Когда они пгиходят, микгочип мозга этого андгоида загогается, и я боюсь, гано или поздно какой-нибудь кагконовский воспитанник обнагужит, где мы находимся.

Нина, нахмурясь, посмотрела на неподвижную лже-Андору:

– Только Пандемон Морталис, убийственный меч Каркона, или его личный компьютер может посылать такие импульсы. Но тогда это означает, что он спасся… Значит, Каркон жив! Я в этом уверена! Спасибо, дедушка! Спасибо! – воскликнула Нина, прижимая к себе письмо.

Она разжала ладонь и посмотрела на звездочку: звездочка не потемнела, и это говорило о том, что в настоящее время девочка в безопасности. Она подбежала к Максу, обняла его и, подняв Талдом Люкс, воскликнула:

– Каркон, я готова вновь сразиться с тобой! Мой Талдом стал еще мощнее, потому что в нем Атанор, Неугасимый Огонь, который ты уже потерял! Твои дьявольские козни обречены на неудачу!

Макс от ужаса закрыл глаза и покачал головой:

– Кагкон жив? О ужас! Ужас! Но он ведь утонул, газве нет?

– Я в этом больше не уверена. Я видела только, как его унесло подводное течение. И если он спасся, все объясняется. Это Каркон пытается установить контакт с псевдо-Андорой, чтобы найти и разрушить Акуэо Профундис. Понятно?

Макс затрясся всем телом, так что зазвенели его уши-колокольчики, схватил самую большую отвертку и направился к андроиду.

– Ладно, газ такое дело… Кагкон не выиггает, и твоей тете Андоге ничего больше не будет ггозить.

Нина погладила металлический лоб Макса и поцеловала его:

– Хорошо, контролируй этого андроида, а я пойду готовиться к новым пакостям Каркона. Работа по спасению Ксоракса не должна останавливаться!

И с легкой улыбкой Нина вышла из Акуэо Профундис.

Когда она уже собиралась подняться по винтовой лестнице в свою комнату, то услышала сквозь открытые окна голоса друзей, идущих по мостику к вилле.

– Нина! Нина, это мы! – крикнула Рокси.

Испуганный садовник Карло поспешил открыть калитку, впуская ребят внутрь.

– Что вы здесь делаете? Вы же собирались разойтись по домам. Какие-то новости о Крылатом Льве? – Засыпав друзей вопросами, Нина устремилась им навстречу.

– Прежде всего успокойся. И послушай, что мы тебе расскажем, – отвечал Ческо с серьезным видом.

Он снял очки, протер их краем майки, водрузил на место и посмотрел прямо в голубые глаза Нины.

– Мы покрутились у дворца Каркона и увидели входящего Вишиоло, его помощника, и трех сирот-андроидов: Ирену, Гастило и Сабину. Они тащили огромные коробки, в которых сидели бродячие кошки. Бедняжки отчаянно мяукали, и чем отчаяннее они это делали, тем счастливее выглядели карконские мерзавцы, – продолжал Ческо.

– Да, да, сча…сча…счастливее, – подтвердил Додо, нервно дергая руками.

– Нас они даже не заметили, – сообщила Фьоре, падая в мягкое кресло Апельсинового Зала.

Если Вишиоло по кличке Одноглазый и сироты Каркона были в хорошем настроении, это могло означать одно: во дворце все в порядке, а стало быть, Каркон вернулся целым и невредимым! Эти несчастные кошки наверняка нужны ему для очередной дьявольской пакости, и их судьба решена.

Нина обняла друзей.

– Ребята, мы не должны поддаваться панике. Макс сейчас блокирует электрические каналы псевдо-Андоры, чтобы Каркон не смог определить местонахождение Акуэо Профундис. Нам же предстоит узнать наверняка, восстановил ли вернувшийся Каркон свои вредоносные способности. Мы должны действовать, не теряя времени!

– Ты права! – в один голос сказали ребята.

– Что мы должны делать? – Рокси решительно поднялась с кресла.

– Мы должны остановить Каркона и не спускать глаз с Крылатого Льва, – ответила Нина.

– А кошки? О них ты не думаешь? – упрекнула подругу Рокси.

– Думаю, конечно, – спокойно отреагировала Нина. – Остановить Каркона – это и значит спасти кошек. Так же, как для того, чтобы спасти Шестую Луну, надо спасти детские мечты.

– Было бы здорово, если бы все-все дети помогали нам. Каркон точно остался бы ни с чем! Может, нам обратиться к другим ребятам? Хотя бы здесь, в Венеции?

Фьоре среди друзей считалась немножко снобом, и было странно, что она первой заговорила о других детях.

Нина охладила ее взглядом:

– Ты хочешь, чтобы мы все закончили в тюрьме? Хочешь, чтобы начался конец света? Дети еще не готовы противостоять Каркону и его жестокой магии! Мы сами пока не в состоянии объяснить им, что происходит. Еще рано… слишком рано. Сначала необходимо овладеть остальными Тайнами, только тогда дети смогут свободно мыслить.

Фьоре сидела с недовольным лицом, Рокси скорчила гримасу, Додо опустил глаза, а Ческо… Ческо собрался что-то сказать, но его остановил звонок в дверь.

Кто бы это мог быть? Нина никого не ждала. Люба открыла дверь и с изумлением увидела на пороге мужчину в темном костюме и в солнцезащитных очках и белокурую женщину в очаровательной желтой шляпке.

Это были Вера и Джакомо Де Нобили! Никого не предупредив, родители Нины, ученые ФЕРКа, Международного научного центра внеземных цивилизаций в Москве, появились в Венеции.

– Мама! Папа! – закричала Нина, не веря своим глазам.

Вера и Джакомо крепко обнялись с дочкой и с Любой, которая от волнения залилась слезами. Как много им нужно было рассказать друг другу! Как сильно мечтала Нина об этой встрече!


Девочка представила родителям своих друзей, и Ческо сказал:

– А теперь мы отправимся к нашим предкам. К этому часу, я думаю, они перешили все платья и переделали все маски.

– Маски? Платья? – удивилась Вера, снимая шляпку.

– Да, мама, у родителей Ческо и Додо мастерская, где они шьют костюмы к венецианскому карнавалу. Она называется «Маскарадная лавка», это рядом с мостом Академии, – объяснила Нина.

– Поздравляю, – воскликнул Джакомо, – замечательное дело!

Повесив хвост, Красавчик проводил ребят до калитки, и Нина наконец осталась одна с родителями. Им о стольком надо было переговорить! Нине хотелось запечатлеть в памяти эту минуту, чтобы, когда она снова останется одна, можно было бы пережить все заново.


Они уселись на диванах Апельсинового Зала, прямо под огромным портретом бабушки Эспасии, мамы Веры, и приступили к беседе. Минуло три часа, а сказано было еще так мало. Люба, подливая чай, вспоминала, как умер профессор Миша, и не могла сдержать слез.

– Инфаркт… сердце не выдержало… – повторяла она сквозь слезы.

Они даже представить себе не могли, где сейчас пребывал профессор: на Шестой Луне.

Нина опустила глаза, ей очень хотелось рассказать все маме и папе, чтобы уменьшить их скорбь, но было ясно, что они ее не поймут. Они не могли понять. И потому им лучше ничего не знать.

Вера обняла дочку и прошептала ей на ушко:

– Я так и не стала алхимичкой. Не была предрасположена. Зато ты – прямая наследница моего отца. Я так рада за тебя. Но прошу тебя, не делай ничего опасного. Не заставляй меня беспокоиться.

Джакомо взял правую руку Нины и взглянул на родимое пятно в форме звезды:

– Да, ты унаследовала от деда все. Даже этот знак.

И он серьезно посмотрел на дочь:

– Ну-ка расскажи мне, что это за история с Крылатым Львом? Ходят слухи, что он летал и что он чуть ли не живой. Мы с мамой, едва ступили на венецианскую землю, прочли Обращение, подписанное мэром. Что ты об этом знаешь?

Нина покраснела как помидор. Она не хотела говорить папе неправду… но была вынуждена немножко соврать.

Взгляды, какими обменялись Джакомо и Вера, напугали Нину: ей показалось, они все поняли. Но несколько секунд – и родители рассмеялись. Нина перевела дыхание – она легко отделалась!

Джакомо взял сигару и сменил тему:

– Ты знаешь, мы с мамой работаем над очень важным проектом…

Погладив дочь по волосам, Вера продолжила:

– Институт, в котором мы работаем, отпустил нас совсем ненадолго. У нас всего сутки, после этого мы должны вернуться в Москву и еще на три месяца останемся там. Мы увидимся с тобой на Рождество.

– А как же мой день рождения? Вас не будет? – воскликнула со слезами в голосе Нина.

– Нет, моя девочка, – ответил Джакомо, – 6 октября нас не будет в Венеции. Мы напишем тебе и позвоним. Ты не можешь себе представить, как бы мы хотели быть с тобой в этот день, ты же знаешь, как сильно мы тебя любим. Но это абсолютно невозможно.

– Я знаю, папа. Мне вас очень не хватает, но не беспокойтесь за меня. У меня все хорошо, и Люба заботится обо мне. Правда, бывают моменты…

Глаза Нины наполнились слезами, и мама крепко прижала ее к себе.

– Столько ребят завидовали бы мне! Мои родители занимаются таким интересным делом – изучают внеземные цивилизации! – Нина вытерла слезы и улыбнулась.

– Ой, мы засиделись! Уже поздно, я бегу на кухню, – всполошилась Люба и встала с дивана.

Едва она вышла из комнаты, Вера извлекла из сумочки маленькую синюю коробочку:

– Возьми, Нина, я хочу, чтобы эта вещь принадлежала тебе. Твой дедушка передал ее мне много лет назад. Очень симпатичная безделушка. Это подарок на твое одиннадцатилетие.

Нина поцеловала маму, взяла коробочку и открыла ее.

– Ах, какая красота! – воскликнула она с восхищением.

В коробочке лежал Серебряный Кубик.

Она покрутила Кубик, любуясь сверканием граней.

– Он приносит удачу?

– Думаю, да, – ответила Вера. – Если его подбросить в воздух, услышишь первые четыре ноты гаммы: до, ре, ми, фа. Я думаю, это собственное изобретение деда Миши.

Нина, не теряя времени, подбросила Кубик к потолку. Послышались музыкальные звуки, но стоило игрушке коснуться ее ладоней, как они тут же прекратились.


– Как мило, очень забавный Кубик, – сказала Нина и положила его в карман. – Спасибо, мамочка, я буду всегда носить его с собой.

Вечер пролетел словно миг. Люба, приготовив превосходный ужин, пригласила всех в уютный Розовый Зал: был выставлен старинный серебряный сервиз, принадлежащий семье Де Ригейра, а также тарелки из русского фарфора и красные с золотом бокалы из муранского стекла. Все прошло великолепно. Маленькая семья после долгой разлуки вновь собралась за одним столом. Нина была на седьмом небе от счастья. Они беседовали о деде, о его необычной жизни, о тяжелой работе в Москве и даже о переменившемся характере Андоры.

– Я недавно разговаривала с Кармен, и она мне сказала, что все в доме идет прекрасно, – рассказывала Вера. – Потом к телефону подошла Андора, она была сама любезность. Я очень рада, что наконец-то сестры моей мамы живут в мире.

– Я тоже, – согласилась Нина. – Какое-то время тетя Андора была просто несносна. Даже тетя Кармен больше не могла терпеть ее. Но сейчас все стало как раньше, и в мадридском доме наступили мир и покой.

Девочка Шестой Луны взглянула на Любу, та опустила глаза и, прикусив губу, выскользнула из комнаты, унося грязные тарелки. Добрейшая Безе хорошо помнила все, что случилось с гадким андроидом и настоящей Андорой, похищенной и томившейся в старом замке под Мадридом. Но она не могла поведать об этом Вере и Джакомо, потому что поклялась Нине молчать.

Ужин завершился шоколадным тортом, после чего Нина забралась на колени к отцу, Платон пустился в путешествие под столом, ластясь к ногам каждого, а Красавчик развалился на большом персидском ковре и задремал, иногда порыкивая во сне.

Болтая с папой, Нина время от времени опускала руку в карман и дотрагивалась до Серебряного Кубика. Ей очень нравился этот странный предмет.

«Где же я могла его видеть?» Этот вопрос, неожиданно возникший за ужином, не давал ей покоя.

Он не выходил у нее из головы, даже когда она забралась в кровать и улеглась под голубую шелковую простыню. Вдруг она села на постели и в полной темноте воскликнула:

– Я знаю где! В Зеркальной Комнате! Среди драгоценностей бабушки Эспасии!

Наконец-то она вспомнила.

На следующее утро вся семья отправилась на кладбище. Вера положила на могилу профессора Миши букет роз, и несколько минут они постояли молча. Нина грустила, хотя ей было отлично известно, что на самом деле дед жив. Прежде чем уйти, она наклонилась и поцеловала его фотографию на памятнике.

И когда она это сделала… фотография вдруг ожила!

На короткий миг вместо лица дедушки появилась темная ухмыляющаяся физиономия Каркона и тут же исчезла.

– Аааааааа… он жив! И он здесь! – невольно вырвалось у девочки.

Вера и Джакомо резко повернулись к дочери:

– Что? Кто жив? Что ты говоришь?

– Ничего, ничего, извините… Идемте домой.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – обеспокоился Джакомо.

– Да, папа. Все в порядке.

Вера обняла дочку:

– Она просто немного расстроена.

К счастью, родители на этом успокоились. А Нина с трудом скрывала свое волнение от того, что произошло на кладбище.

Когда вернулись домой, Вера предложила дочери пригласить друзей: она хотела поближе познакомиться с ними. Вскоре те по очереди подтянулись на виллу. Они вели себя как пай-дети, Нина была ими очень довольна, хотя сгорала от нетерпения рассказать им о случившемся. Но не было подходящего момента.

– Мы счастливы, что у нашей дочери такие прекрасные друзья, – воскликнула Вера, а Джакомо кивнул, соглашаясь с ней.

Ческо посмотрел на Веру и убежденно сказал:

– Не беспокойтесь, она в хороших руках.

Нина испепелила его взглядом, зато остальные разразились смехом.

Наступил момент расставания: в семь утра Вера и Джакомо должны были уезжать.

У самой калитки мама еще раз обняла Нину:

– Мы тебе скоро напишем. Помни, что ты всегда в наших мыслях. И когда у нас выдастся хоть немного свободного времени…

– Время служит, но не существует, – задумчиво перебила ее Нина.

Джакомо широко открыл глаза:

– То есть как не существует? Кто тебя этому научил?

– Я очень много читаю, папа. Дедушка оставил мне массу интересных книг…

– Ну и молодец, читай больше и учись, – поддержала ее мама. – Позвони профессору Хосе. Может, он приедет сюда и поможет в твоих занятиях. Ты же знаешь, что в этом году тебе придется больше заниматься. В средней школе учиться намного сложнее, чем в начальных классах.

– Конечно, знаю. Мне скоро одиннадцать. И я уже не маленькая, – ответила со вздохом Нина.

– Будь молодцом и учи не только алхимию. В жизни пригодится и кое-что другое, – серьезно заметил Джакомо.

– Хорошо, папа. А теперь идите, а то опоздаете на самолет. – Сказав это, девочка достала Кубик и поцеловала его. – Он будет со мной всегда, – добавила она и, помахав родителям рукой, убежала в дом.

Люба смотрела из окна на удаляющихся родителей Нины и вытирала слезы большим белым платком. Платон и Красавчик разбрелись по углам. Девочка сидела притихшая. Ее очень опечалил отъезд родителей. Но надо было продолжать свою миссию.

Она вытерла рукавом слезы, глубоко вздохнула и стала думать о том, что ей предстоит сделать.

Итак, Каркон подал первый сигнал о возвращении.

Физиономия зловредного Мага выглядела еще более мерзкой, чем прежде. Нина пересказала друзьям все, что случилось на кладбище, и на вилле наступила тревожная тишина. Ческо, прокашлявшись, предложил:

– Давайте последим за Одноглазым и его дружками. Наверняка обнаружим что-нибудь интересное.

– А кошки?! Мы должны освободить их и выпустить из этого дворца смерти, – напомнила Рокси и от негодования притопнула ногой.

– Вы пойдете одни. И прошу вас, постарайтесь не спускать глаз со Льва тоже, только так, чтобы вас не заметили, – сказала Нина. – А я останусь здесь, мне нужно кое-что закончить.

– Что? – спросили заинтригованные ребята.

– Это я скажу вам завтра, – охладила их любопытство Нина, нащупав Кубик в кармане.

– Значит, ты с нами не идешь? – огорчились друзья.

– В этот раз нет. Почему, объясню тоже завтра. А сейчас ступайте, уже поздно.

Выйдя за дверь, ребята обменялись вопросительными взглядами: никто из них не мог объяснить поведение подруги, которая порой вела себя с ними не слишком-то вежливо.


Нина поспешила в Зеркальную Комнату, ей надо было найти другой Кубик.

Как только она вставила ключ в форме полумесяца в замочную скважину, ее охватило тревожное чувство. Чувство опасности. Однако поворачивать назад было уже поздно.

Полумесяц зажегся, и его свет отразился в зеркальных стенах. Нина покачала зеркала влево-вправо, и они сдвинулись в сторону, открыв доступ к шкафам.

– Вот и драгоценности княгини Эспасии, – пробормотала она.

Она покопалась среди колец, золотых браслетов с бриллиантами и в углу, где раньше была шкатулка с Кольцом Дыма, обнаружила Золотой Кубик:

– Вот он! Я же знала, что он здесь!

Девочка подбросила Кубик к потолку и услышала звуки музыки. Это были следующие ноты гаммы: соль, ля, си. Три недостающие ноты.

То есть оба Кубика вместе проигрывали все семь нот.

Нина подхватила падающий Кубик и вдруг увидела, что звездочка на ее ладошке стала быстро темнеть. Предчувствие не обмануло ее: она снова была в опасности.

– Это Каркон! – вырвалось у нее.

Да, это был Каркон. Он вернулся. И он был здесь. Нина вспомнила, как однажды он уже предстал перед ней в этой комнате, отраженный множеством зеркал.

Она опустила Кубик в карман, вынула Талдом Люкс и приготовилась к нападению Черного Мага.

В долю секунды зеркала сделались желто-красными, и из-за высоких языков пламени появилась отвратительная физиономия Каркона. Его глаза буравили девочку, а смех звучал подобно грому.

– А-ха-ха-ха, глупая ведьмочка! Ты поверила, что можешь уничтожить меня. Наивная! Как тебе в голову могло прийти, что ты способна уничтожить дьявола? Молись, настал твой последний час!

Каркон казался сильнее и решительнее, чем прежде. Море не поглотило его. Каким-то чудом он спасся.

Внезапно его изображение пропало из зеркал, полумесяц погас, и Нина очутилась в полной темноте.

Мгновение спустя прямо перед ней, упав с потолка, взорвался огненный шар. В центре его стоял он, князь Зла.

– Пусть ты спасся, проклятый Каркон, но знай, я не боюсь тебя! – крикнула Нина изо всех сил. Она нахально врала, и оба это знали.


Каркон поднял Пандемон Морталис и одним прыжком приблизился к девочке. Нина крепче сжала Талдом и трижды нажала на глаза магической птицы, венчавшей жезл: острый луч вырвался из ее клюва и пронзил плащ Каркона. Маг резко повернулся, открыл рот и плюнул в девочку черной жидкостью, но промахнулся, и плевок упал на деревянный пол. Оказалось, это ядовитая кислота, такая сильная, что она мгновенно прожгла дерево. Ловким движением Каркон схватил Талдом, который Нина от испуга выронила из рук. Девочка почувствовала, что теряет сознание. Звезда на ладони стала абсолютно черной.

– Теперь Талдом мой! Я – Великий Магистр и теперь стану владыкой Вселенной! – заорал Каркон, убежденный, что выиграл сражение.

И тут Нина резко нагнулась, схватила Каркона за ноги и сильно дернула, заставив его потерять равновесие. Каркон пошатнулся, и в это мгновение ей удалось вырвать Талдом у злодея. Девочка трижды повернулась вокруг себя и выпустила в Каркона несколько огненных лучей.