Элен Конде
Прыжок в зазеркалье

Глава 1

Воскресным утром пронзительно зазвонил телефон, было не больше девяти часов утра. В выходные дни будильники и телефоны особенно назойливы. Недовольно-сонной рукой Настя пошарила по журнальному столику и, нащупав трубку, машинально приложила её к уху.

– Алло. – Прохрипела девушка, не открывая глаз, ещё можно спать и спать, кому там не спится?

На том конце без зазрения совести щебетал, как ни в чем не бывало голос неутомимой мамы, которая мало того, что страдала хронической бессонницей, так плюс ко всему никогда не подавала признаков усталости.

– Солнышко, доброе утречко! Я тебя не разбудила? – Неужели она позвонила справиться об этом? «Спокойно, Ипполит», сказала себе Настя и приготовилась к разговору.

Настя разлепила глаза, ну, вот ещё одно утро, что же оно готовит?

– Да, мамочка, разбудила, в воскресенье в девять я ещё сплю. Ты только это хотела у меня узнать? – Бестактность собственной матери никак не могла уложиться у неё в голове.

– Настюша, не сердись, я не просто так тебе звоню с утра пораньше. Петр Федорович приглашает нас вечером в ресторан, тебя персонально, так что почисти перышки, и в шесть часов мы за тобой заедем. – Мать распирало от восторга, казалось, она просто прыгала по комнате с телефонной трубкой в руке.

От этого сообщения Анастасию начало подташнивать. Снова этот Петр Федорович, какого черта ему надо?

– Мама, о чём ты? Какой ресторан? У меня сегодняшний вечер занят. – Соврала дочь. – Такие вещи, если уж они планируются, должны оглашаться заранее. Тоже мне, культурный господин. По какому поводу такой скоропостижный банкет? – Мысли о Петре сразу подорвали её и без того не самый боевой настрой.

– Доченька, не кипятись. Петя купил новую машину и решил с некоторой помпой её обмыть. Сделал отдельный акцент относительно тебя. Что ты ломаешься? Человек хочет поделиться своей радостью с близкими людьми, почему бы тебе не разделить эту радость с ним? Ты же знаешь, сколько папа с Петром Федоровичем прошли вместе, это уже больше, чем просто дружба. – Мама вошла в образ.

– Мама! Когда вы все угомонитесь? Пусть Петр обмывает что угодно и с кем угодно, я-то ему кем прихожусь? – Настя от негодования подпрыгнула на кровати и села по-турецки с довольно боевым видом. – Я очень счастлива, что у вас с папой есть такой замечательный друг и товарищ, я не понимаю, зачем ко всему этому надо приплетать меня? Я хорошо отношусь к дяде Пете, но его настойчивое внимание ко мне в последнее время приводит меня в замешательство. Что ему от меня надо? Оставьте все меня в покое!

В последние несколько недель такие разговоры с матерью были не редкими, поэтому Анастасию бесило то, что, несмотря на её абсолютное отрицание ухаживаний друга семьи, и родители, и Петр Федорович делали вид, что не понимают и не слышат её.

– Настенька, а почему ты не допускаешь того, что Петя просто влюбился в тебя? Что в этом такого? Да, ты знаешь его как дядю Петю, он тоже помнит тебя ещё в пеленках, но время прошло, пролетело, можно сказать, ты выросла, расцвела, Петя стал смотреть на тебя с другой стороны, как на молодую и очень привлекательную женщину, причем, свободную. Он тоже холост. Что в этом такого? Он умён, состоятелен, чего уж греха таить, я бы с удовольствием, да и папа тоже, рассмотрели бы его в качестве твоего мужа. – Мать так быстро выпалила это, что Настя даже не успела пофыркать от ненависти. – Поэтому советую тебе успокоиться, привести себя в порядок и к восемнадцати часам ждать нас дома. Не надо устраивать сцен и истерик, ты взрослая девочка. Всё, я надеюсь, ты правильно меня поняла?

Настя решила более не продолжать этой беспредметной дискуссии, потому как она снова затянется на час, а в итоге каждая останется при своем мнении. Бог с ними, сходить в ресторан можно, только уж больно настойчиво мама последнее время налегает по поводу перспективного мужа в качестве Петра Золотова. Что-то там у них затевается, а она, как обычно, окажется марионеткой в их взрослых играх. Хотя она сама уже давно взрослая, причем, даже вдова в свои двадцать восемь лет, но почему-то родители до сих пор считают её ребенком и позволяют навязывать и диктовать свои правила игры. Какое счастье, что она живет отдельно в квартире, которую оставил ей Саша.

***

С Сашей Настя познакомилась пять лет назад в Геленджике. Она отдыхала там со студенческой компанией, Александр работал недалеко на научно-исследовательском судне водолазом. Они исследовали морское дно, занимались наукой и ставили опыты. Насте было двадцать три, ему тридцать. Встретились они на дискотеке в баре, что-то сразу проскочило между ними, сначала потанцевали, потом Саша проводил Настю домой. С ним было так легко и спокойно. Никогда она не чувствовала себя такой защищённой. Мало того, Александр был в хорошей физической форме, он просто был душой-человеком, это был тот самый вариант, когда хотелось держаться за него, невзирая на его заслуги и материальное положение. Почему-то сразу казалось, что все проблемы рядом с ним буду решены. Оказалось, что Саша тоже живёт в Москве, просто по роду деятельности проводит массу времени в командировках от института Океанологии.

Вернулись в Москву они вместе, через неделю Настя перевезла свои вещи к нему, ещё через месяц они подали заявление в ЗАГС, расписались вдвоём в присутствии свидетелей: лучшего друга и лучшей подруги. Чем вызвали у родителей бурю негодования, из-за того, что не поделились с ними, не поставили в известность, да и вообще, что поторопились и всякое такое. Саша как-то сразу не пришёлся ко двору Настиной семье, без роду и племени, он был детдомовским, его мама умерла в родах, а про отца они никогда ничего не говорил, профессия какая-то несерьёзная. Но так как дочь ушла из родительского гнезда и ничего от них не требовала, со временем все поуспокоились, но, тем не менее, зятя особенно не жаловали, даже зачастую просто игнорировали.

Глава 2

Настя поняла, что спать больше не сможет, такого рода разговоры напрочь выбивали её из колеи. Она поднялась с постели и поплелась в ванную, немного порелаксировать в тёплой воде. Может быть, это развеет дурные мысли. Как же она устала от всего, что её окружает. Вот уже почти год нет Саши, Настя только начала смиряться с этой ситуацией, только приспособилась жить одна. Речи о том, чтобы начинать в это верить быть не могло. Сознание не могло настроиться на такой лад, в голове была одна мысль о том, что Санечка снова уехал в командировку и скоро приедет, такой родной, пропахший морем, такой красивый и самый любимый. От этих мыслей начинали течь слёзы, гортань сжималась в тонкую трубочку.

Она налила воды в ванну, добавила немного пены с запахом миндаля и погрузила свое тело в это спасение. Девушка закрыла глаза, было темно, в ушах до сих пор стоял пронзительный голос мамы, настойчиво стрекотавший про дядю Петю.

***

Петр Федорович Золотов давно поглядывал на Настю. Даже тогда, когда он был женат и работал вместе с её отцом в одном НИИ простым инженером. Настенька всегда нравилась ему, как женщина, милая, нежная, из хорошей семьи, воспитанная, учится на пятёрки, в голове серьёзные вещи, а не одни тряпки и всякая ерунда. Тянуло его к ней со страшной силой.

Его собственная семейная жизнь не задалась как-то с самого начала, что-то было не так, несмотря на внешние признаки картины, близкой к идеальной. Жена – красавица, дочь – копия мамы, обе умницы, правда, ничего не заставишь делать по дому, да и готовить не умела ни одна, ни вторая. Но они не заморачивались по этому поводу: убираться к ним приходила соседка за небольшую плату, а много кушать вредно, поэтому папу отправляли питаться в столовую на работе, а вечером – готовые пельмени или котлеты из кулинарии. Даже наплевательское отношение на быт не являлось решающим фактором, который привел к разводу. Что-то было недосказано, недоделано, это постоянное «недо» в итоге освободило Петю и Ирину от ненужных семейных уз. Расставание прошло как нельзя тише, квартиру разменяли на три, остались друзьями. Такое ощущение, что развод с женой развязал Петру Федоровичу руки, и его внимание снова всецело сконцентрировалось на дочке приятеля, в которую он влюбился буквально с её младенчества.

Петр был старше Насти на двадцать пять лет, теперь, когда ей двадцать восемь, а ему пятьдесят три это выглядело ещё как-то, но тогда, когда ей было восемнадцать, а ему сорок три, было, простите, совсем неприлично. Как же он негодовал, когда узнал, что Анастасия встречается с мальчиком из институтской группы, его коробило, он впадал в бешенство, но ничего поделать с этим не мог.

Когда Настя с Сашей по-тихому расписались и её родители для проформы пригласили Петра на ужин в честь свадьбы дочери, на которой не присутствовали сами, Золотов понял, что это конец, все его попытки как-то приворожить Анастасию ни к чему ни привели. Зато, узнав, о гибели Настиного мужа, Петр просто восстал из пепла и решил, что теперь-то она не ускользнёт из его сетей, птичка будет его гарантированно. Сколько можно, вся его жизнь была положена на завоевание сердца этой девчонки, а она всё сворачивала с правильного пути к его ловушке. На этот раз Золотов решил переходить к решительным действиям, тем более что Настя находилась в состоянии сильной депрессии, и её моральное состояние было нестабильным, это могло помочь ему оказаться рядом с ней в нужном месте, в нужное время.

***

И снова этот Пётр Федорович, он вцепился в неё как клещ, особенно тогда, когда не стало Саши. В Настином сердце до сих пор кровоточила рана потери любимого человека, мыслей о том, что кто-то мог его заменить, не возникало даже теоретически. Может быть, когда-нибудь, когда пройдёт достаточно времени, она попробует рассмотреть вариант того, что не надо оставаться одной, что это тяжело и тоскливо, а пока… Пока она не умела так быстро перестроиться на новый лад, да и не хотела. Она не держала запасных вариантов, ей было безумно хорошо с Сашей, и она не допускала мыслей, что его может не быть. Как родители, в общем-то, самые близкие люди не понимали этого? Конечно же, они желали счастья своей единственной дочери, и не просто счастья, а спокойной обеспеченной жизни, но не с такой же яростью, не принимая во внимание её собственное мнение по данному вопросу.

Мама всегда считала, что про любовь написано только в книжках, поэтому не надо обольщаться по этому поводу. Её кредо – было рассматривать брак, как нечто основательно и незыблемое. Какая может быть любовь, если считаешь последние копейки до зарплаты?

Когда они разговаривали с Настей на эту тему, мама как-то между делом обмолвилась, что сразу заприметила Настиного папу в качестве достойного кандидата в мужья, о чувствах речи не было, конечно, он ей нравился внешне, но какой-то пылкости и страсти не было никогда, увы, в течение почти тридцатилетней совместной жизни. Но зато была стабильность, что немаловажно, ты не раздумываешь, какие сапоги себе покупать, ты не смотришь на ценники в магазине, выбор тура на море обуславливается не более чем пристрастиями к той или иной стране. Что ещё надо? О каких чувствах она себе напридумывала, эта девочка? Она каталась в море на дельфине, они целовались почти в открытом море на паруснике, Господи, в кого только она такая уродилась эта Ассоль. Перемалывая раз от раза информацию об абсолютной непрактичности собственной дочери, мама укрепляла позиции в плане обработки Насти относительно Петра Федоровича. Как говорится, вода камень точит, а энергия мамаши была неукротимой, так что, скорее всего все её мероприятия были обречены на успех.

Глава 3

Настя хотела улететь далеко от всех, потому, что все друзья и близкие самым назойливым образом пытались её успокоить, каждый по-своему, и от этого только тошнило, а пользы не было вообще никакой. Неужели люди такие бестолковые, что не понимают, что в первую очередь человека надо не тормошить, а оставить в покое.

Ну, с мамой всё ясно, у неё была цель выдать замуж дочку за перспективного жениха, а подруги, они постоянно отвлекали Настю от дурных мыслей, врывались к ней без предупреждения, тащили в кино, в рестораны, в клубы. Все её попытки остановить их заканчивались фразой о том, что, если они оставят её одну, она покончит жизнь самоубийством.

Единственно, кто не напрягал Анастасию, была подруга Лика, но её, к сожалению, рядом не было, она уехала в командировку в Штаты на полгода. Лика бы сейчас была очень кстати, но, как говорится, мы предполагаем, а Бог располагает. Короче говоря, надо было научиться выживать в этой ситуации, хотя получалось это очень плохо.

И вот снова сегодня, надо тащиться в ресторан, обмывать какую-то очередную «тачку» дяди Пети, все будут улыбаться ему, особенно те, кто от него зависит, а он будет млеть от потоков лести и кидать на неё, свои масляные взгляды.

Что бы такого сделать, чтобы Федорович от неё отстал? От него просто тащилась подруга Насти, Ольга Куприянова. Она не понимала, почему подружку коробит от одной мысли о Золотове.

Тут ситуация была иная, Куприянова всегда на первое место ставила достаток, она даже три года прожила со старым пердуном, бывшим министром, причём, импотентом. У них была домработница, повариха, что уж они делали в постели, было известно только им, учитывая, что кровать в спальне стояла царская, четырехспальная, да ещё с альковом. но за три года Оля неплохо подправила своё материальное положение, ей даже хватило на приличную квартиру в Западном округе Москвы. После того, как дедульку разбил очередной инсульт его упаковали в клинику для персональных пенсионеров Союза ССР. Брак у них был не зарегистрирован, у бывшего министра было трое детей, которые сразу поставили папашке условия, когда только в доме появилась молодая и длинноногая, поэтому обязательств по уходу за мужем-инвалидом у Оленьки не было, а пенсии бывшего министра хватило с лихвой на содержание последних дней в инвалидном доме.

Таким образом, в настоящее время госпожа Куприянова пребывала во всеоружии, чтобы найти себе новую жертву, пусть даже и не очень мужчину, зато с деньгами. Для удовлетворения своих природных потребностей у Оли тоже имелись варианты. И она никак не могла понять, почему Настя так разбрасывается денежными мужиками, да ещё и полными сил и энергии. Анастасия даже грешным делом подумала, а не скормить ли Ольгу Петру, она девушка видная, активная, может быть, взять её с собой? Хотя, он её видел несколько раз, даже не интересовался ни разу. Что-то надо делать.

       Миндальная пена божественно подправила состояние Насти, ей стало и легче и теплее. Она ловко выбралась из ванны и завернулась в пушистый махровый халат.

Настя посмотрела на полочку, где батареей располагались всевозможные духи. Более половины были подарены Петром Федоровичем. Он с маниакальным упорством тащил ей парфюм, скупая последние новинки. Это были изумительные духи, которые очень нравились Насте до того, как они дарились ей неутомимым воздыхателем. Часть флаконов было не распечатано, получалась мистика какая-то, как только духи попадали в руки Золотову, они сразу же становились невыносимы для Насти. Зато не было проблем с подарками подружкам, но от этого легче не становилось.

Краем глаза она зацепила флакон духов, который стоял дальше всех в глубине шкафчика, который висел на стене над раковиной. Она протянула руку и взяла зеленоватую бутылочку. Это были духи от BVLGARI, которые подарил ей Саша. Она пользовалась только этими духами. С тех пор, как ушёл Александр, она успела купить себе два или три флакона новых таких же духов, но тот первый, с остатками маслянистой фракции на дне она хранила, как память.

Девушка посмотрела на себя в зеркало, вид был уставший и не радостный, темные круги под глазами, заострившийся нос, ввалившиеся щёки, обозначившиеся складки вокруг рта, ситуация приближалась к катастрофической, надо было что-то делать, а очень не хотелось, потому что не виделось смысла, для чего надо хорошо выглядеть, а главное – для кого? Себя в качестве потребителя своего прекрасного внешнего вида, Настя пока не рассматривала, но превращаться в измождённую старушку в неполных тридцать лет тоже не хотелось. Рука сама потянулась к кисти для нанесения пудры. Надо хотя бы нарисовать радость на своём лице, а вдруг она приживётся. Она взяла косметичку и уже бодрее пошла в комнату, поставила зеркало, села перед комодом и начала творить.

День пролетел почти незаметно. Настя абстрагировалась от того, что ей неприятно и настраивалась на веселье. Назло всем, особенно дяде Пете, она решила оторваться и получить удовольствие. На выбор девушка вытащила три вечерних платьица из шкафа: черное бархатное, тёмно-бордовое и чёрное кружевное. Какое бы надеть? Все платья были хороши и шли Анастасии, но все три нельзя было надеть одновременно. Она решила сотворить маскарад, нарядилась в бордовое, а с собой взять решила чёрное из гипюра. Она не мялось, поэтому было легко сложено и спрятано в сумочку. Настя хотела переодеться и произвести фурор ближе к окончанию мероприятия, попутно развлекаясь. Ей хотелось, чтобы Золотов понял, что ему не потянуть такую женщину, как она. Одних денег тут мало, а жить птичкой в золотой клетке она не мечтала ни секунды. Пусть облизнётся и сделает правильные выводы.

Без десяти шесть в дверь раздался звонок, мама с папой заехали за дочкой на такси. Настроение у всех троих было приподнятым, мама заметила, что Настя ожила, и была очень настроена на позитив. Господи, неужели она одумалась и решила принять важное решение в своей жизни. Галина Сергеевна боялась что-то фантазировать, чтобы не спугнуть. Они сели с дочерью на заднее сиденье машины, мать взяла её под руку.

– Доченька, ты такая сегодня неподражаемая. Я просто не могу сдержать своего восхищения. Ты куда-то ездила в салон или сама потрудилась? Просто нет слов. Ты будешь королевой вечера. – Мама даже немного прослезилась от чувств.

– Да, ладно, мамуль, скажешь тоже, королева. Я просто давно не занималась собой, а тут полежала в ванной, выспалась, посидела перед зеркалом часок-другой, вот тебе и результат. А то всё как-то бегом, в последнее время совсем нет интереса делать что-то с собой. – Настя положила голову на плечо маме. Давно они не разговаривали по душам без экспрессии и искр. Всё хорошо, жизнь продолжается, надо беречь нервы и просто жить.

Глава 4

       Незаметно машина подъехала к ресторану. «Да, так и жизнь проскочит в мыслях», – подумала Настя. Дверь резво открыл швейцар и помог выйти Насте и маме. Это была гостиница «Мариотт», Пётр Федорович всё любил делать шикарно и с блеском. Им помогли подняться по ступенькам и проводили к прозрачному лифту. Ресторан находился под самой прозрачной крышей. Было тепло и солнечно. «Как же я люблю лето. Когда тепло и долго не темнеет, не надо надевать верхнюю одежду. Я хочу жить в вечном лете». – Настя снова погрузилась в думы и не заметила, как оказалась в объятиях виновника торжества.

Золотов был в черном смокинге, наглаженный и напомаженный до умопомрачения. Он встречал гостей на самом верху. Когда он увидел Настю в изумительном бордовом платье, у него слегка закружилась голова. Петр Федорович был счастлив до безумия, она всё-таки пришла, это – хороший знак, но не надо торопить события, всё идёт как нельзя лучше. Он взял Настю за руку и нежно поцеловал, но не собирался выпускать её руки из своей.

– Настенька, здравствуй. Я очень рад, что ты приняла моё приглашение. Ты себе не представляешь, как я хотел тебя увидеть. Сегодня ты будешь королевой вечера. – Он снова едва прикоснулся губами к руке Анастасии и легонько отпустил её, чтобы не показаться излишне навязчивым.

Настя поняла, что ей не отвязаться от навязчивого дяди Пети, но раз уж она соизволила появиться здесь в этом обществе, надо вести себя соответствующим образом и получать удовольствие.

– Добрый вечер, дя… Петр Фёдорович. – Девушка слегка запнулась, она постоянно хотела называть его, как в детстве, «дядей», но теперь язык не поворачивался это делать. – Спасибо за приглашение, тоже очень рада, поздравляю с удачной покупкой. – Слащавая обстановка была не совсем комфортна Насте, но надо было держаться. По крайней мере, после первого бокала вина станет легче и спокойнее.

– Девочка моя, ты чудесно выглядишь. Пойдём, я покажу тебе стол, и ты выберешь себе место. Если тебе не очень сложно, называй меня просто по имени, пожалуйста. Мы же с тобой тысячу лет знаем друг друга, прочь официоз. Просто Петр, ладно? – Он так жалобно посмотрел на предмет своего обожания, что Настя еле удержалась от того, чтобы не прыснуть со смеху. Она уверенно кивнула головой – это означало твёрдое согласие.

Стол был накрыт шикарный. Причём, он был невероятных размеров и абсолютно круглым. За ним предполагалось разместить человек тридцать-тридцать пять. Было шикарно и стильно. Никаких острых углов, никаких приоритетов и главы стола. Настю порадовало то, что не придётся сидеть с Золотовым рядом, как невесте рядом с женихом за свадебным столом. Скорее всего, при ином раскладе, так бы и было. Наверное, сидеть ей придётся всё же рядом с ним, но как бы на общих основаниях.

Петр Федорович проводил Анастасию к столу, а именно к одному из кресел около огромного кристально-чистого окна. Про «выбрать место» он снова лукавил, всё давным-давно было распределено. У тарелки стояла табличка на веленевой бумаге с надписью: «Настя». Она улыбнулась, да, Петя был неисправим. Всё было продумано тонко и изящно, от всего этого становилось нестерпимо смешно. Маскарад начинался. И очень интересно, чем же он закончится?

Как она и предполагала, место самого Петра Федоровича было зарезервировано рядом с Настей, как жених с невестой, невеста – по правую руку от жениха. Разве что стол был круглым, и это не так бросалось в глаза.

На самом деле все места были подписаны, так что не только Настино место было именным. Как обычно, господин Золотов решил быть оригинальным. Данное торжество смахивало на никак не меньше, чем юбилей или помолвку. Простому обывателю не могло прийти в голову, что шикарный банкет закатили в честь покупки очередного автомобиля. Как говорится, у богатых свои заскоки.

Гости постепенно заполняли помещение, все были нарядными. Всё напоминало некий салон а-ля Анны Павловны Шерер. Разве что веерами не обмахивались. Звучала живая музыка, за роялем сидел лощёный музыкант в белом фраке и выводил рулады, ласкающие слух. Обстановка располагала к благоприятному времяпрепровождению. Родителей Насти посадили диаметрально противоположно, чтобы они могли любоваться своей доченькой и наблюдать за ухаживаниями потенциального зятя.

Принесли напитки, шампанское, вино. Настя взяла бокал красного вина и слегка пригубила. Вино оказалось тоже самым лучшим. Да, Петр выложился на полную катушку. Интересно, что же последует далее? Главное, не торопиться и не опережать события.

Золотов периодически ненадолго покидал Анастасию, чтобы встретить и рассадить дорогих гостей, и немедленно возвращался к своей обожаемой обратно. Ну, вот все гости собрались, удобно расселись вокруг стола, то ли по сигналу, то ли ещё почему, музыка вдруг стихла, воцарилась звенящая тишина. В этом помещении было поразительная звукоизоляция, можно было слушать тишину. Нарушил молчание виновник торжества, он приподнялся над столом и начал.

– Дорогие мои! Я так счастлив, что собрал вас здесь, за этим праздничным столом. Я рад видеть ваши счастливые лица, вы все – мои близкие люди, здесь нет никого, с кем бы меня ни связывала судьба. И даже не важно, по какому поводу мы собрались, главное, что мы вместе, и я ощущаю себя нужным и полезным, хотя иногда мне бывает очень одиноко. – Петр Федорович посмотрел в сторону Насти, она почувствовала его горячий и цепкий взгляд своим затылком. – Я прошу наполнить свои бокалы и провозглашаю тост за моих друзей, спасибо вам, что вы есть в моей жизни. – Публика зашевелилась, послышался звон фужеров. Начало было весьма неординарным. С Настей Петр чокнулся последней и присел рядом. Теперь его не интересовал никто, кроме неё. Он, как будто бы выполнил свой долг перед гостями и сконцентрировал своё внимание только на своей любимой женщине. Пусть думают, что хотят, это его праздник, и он волен делать всё, что угодно только ему.

Как только он занял своё кресло, моментально зазвучала музыка. Как будто где-то в сидении был встроен звоночек, регулирующий музыкальное сопровождение. Было красиво, шикарно и, как ни странно, абсолютно не напряжённо. Настя поняла, что отдыхает, первая доза вина немного ударила ей в голову, но это было даже очень своевременно. Потому что она слегка раскраснелась, глазки заблестели, было видно тем, кто в последнее время наблюдал её очень зажатую и скованную, что девушка действительно расслабилась и начала возвращаться к своему исходному состоянию.

Народ зашевелился, стал подниматься из-за стола по направлению к буфетной линии, чтобы наполнить свои тарелки чем-то изысканным. Еда была вкусная, красивая, официанты были вышколены так, что не мешались под ногами, но и всегда оказывались рядом, когда это требовалось.

Настя решила немного поесть, хотя аппетита не было, но она боялась быстро захмелеть. Петр Федорович предложил поухаживать за ней и принести что-нибудь самому, но Анастасия наотрез отказалась и направилась к столам с яствами сама. Он проводил её влюблённым взглядом, ей очень шло платье цвета красного вина. Как же он хотел её. Хотел всю, без остатка. Ну, ничего, мечты должны сбываться, и он сделает всё, чтобы чудо произошло.

Глава 5

Фуршет был в полном разгаре. Слегка захмелевшая публика отдыхала, кто сидел за столом, кто стоял и беседовал с бокалами в руках. Петр старался не оставлять Настю, но в тоже время периодически вскакивал, уделяя внимание своим гостям. Это устраивало Анастасию, потому что людей было много, и Петр не успевал слишком надоесть ей, если бы они были вдвоём. Девушка на мгновение представила, что в сознательном возрасте она не помнит, чтобы оставалась с Петром Федоровичем наедине. Что бы они делали? О его мыслях она догадывалась, но сама она просто не представляла себя в какой бы то ни было роли рядом с Золотовым. Да, что-то всё неспроста, что-то он затеял. Сколько уже прошло времени, а ни слова не было сказано о реальной причине этого мероприятия.

Золотов как будто бы прочитал мысли Анастасии и, взмахнув рукой, пианисту, пригласил всех к столу. Гости дисциплинированно поспешили занять свои места. Как из-под земли выросли официанты, чтобы наполнить бокалы. Петр Федорович снова встал, в очередной раз наградив свою соседку справа взглядом, полным нежности.

– Уважаемые дамы и господа. Попрошу несколько минут вашего внимания. Я надеюсь, что вам здесь уютно и приятно – это самое главное, чего бы я хотел. А теперь пришло время сказать о поводе, который собрал всех нас здесь. Когда вам были разосланы приглашения, вы прочитали в них о том, что я приглашаю вас отметить покупку своего нового автомобиля. Да, это отчасти так, хотя автомобиль – это всего лишь невинная приманка. На самом деле, я собрал всех вас здесь, чтобы поделиться своей действительно большой радостью. Я купил кусочек острова в Атлантическом океане и небольшой домик, чтобы иногда пропадать там, отдыхая душой и телом. – Среди сидящих за столом послышался лёгкий гул. Эта новость была несколько неожиданной и преподнесена таким оригинальным способом, что Настя была ошарашена больше всех и просто не знала, как на всё это реагировать. – Более того, – продолжал Золотов. – Сегодня и сейчас я объявляю… – Насте почему-то стало нехорошо, после таких «сюрпризов» она могла теперь ожидать всего на свете. – … при всех своих друзьях, что я приглашаю на свой остров мою любимую женщину оценить то, что я купил, и, если ей там понравиться стать полноправной хозяйкой. – Он нагнулся к Анастасии, взял её за руку и поцеловал.

Такого поворота событий Настя не ожидала никак. Как всё это воспринимать? Как публичное предложение стать его женой, бред какой-то. Когда все радостно захлопали в ладоши и стали пить за здоровье новоиспеченного латифундиста, она, как бы провалилась куда-то вниз, сидела и смотрела в одну точку. Настроение как-то сразу улетучилось. Девушка залпом допила свое вино и позвала официанта, чтобы он налил ей ещё. Теперь хотелось быстро напиться и ничего не видеть, и не слышать.

***

Почти год назад стояло такое же теплое лето, ничто не предвещало беды. Саша, как обычно, собирался в рейс. На этот раз командировка намечалась короткой, всего десять дней. Собирались идти в Турцию исследовать затонувший во время Второй мировой войны самолёт, предполагалось погружение на глубину более ста метров. На эту работу в первую очередь был ориентирован Александр Макеев, как очень опытный и квалифицированный водолаз, дайвер, как сейчас модно говорить и просто исследователь-океанолог. Было, с одной стороны, тревожно, но, зная, в каких ситуациях побывал Саня, Настя почему-то была спокойна. Море любило Сашу, оно ему благоволило всегда. Порой казалось, что ему не нужен акваланг, он был своего рода «ихтиандром», настолько гармонично он сливался с морем. Он был очень красивым, даже слишком. Наверное, даже рыбы любовались им, когда он работал рядом с ними.

Через пять дней, после того, как Саша уехал, Насте позвонил Виктор, лучший друг Саши. Наверное, проще прыгнуть с крыши пятиэтажного дома или выпить стакан уксуса, чем произнести ужасную, страшную, холодную, не вяжущуюся с разумом фразу о том, что её мужа и его друга больше нет. После разговора с Настасьей Виктору пришлось менять рубашку, от натуги и нервов спина была насквозь мокрой. Он сказал это и заплакал. Заплакал просто, искренне, потому что было очень жалко, потому что было очень больно, потому что больше никогда не вернёшь. О том, что происходило с Анастасией, Витя даже боялся задумываться. Эта хрупкая милая девочка, которая сделала Сашку Макеева самым счастливым человеком на свете, одномоментно в двадцать семь лет стала вдовой, так и не успев погрузиться в рутинную семейную жизнь, так искренне и легко любившая своего мужа, так верившая в сказку. Теперь пришлось поверить в то, что сказка внезапно оборвалась, как киноплёнка, как леска, как струна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.