Сказ о мире, где магия превыше всего
Денис Топузлеев

© Денис Топузлеев, 2022

ISBN 978-5-0059-2643-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Попал

Я был обычным студентом университета, что находился в соседнем от моего родного дома городе. Моей семье не хватало денег на то, чтобы снимать квартиру, а сам я работу найти никак не мог. Не понимаю, как другие студенты смогли найти себе работу. Услышав, что я студент и мне нужен гибкий график, работодатели сразу отскакивали, как демоны, увидевшие святой крест.

Но, в целом, это было не так уж и плохо. Мой путь всегда начинался от дверей дома. Пешком я шёл два километра до станции. Признаться, первоначально я просто боялся ездить на маршрутках, потому что был крайне стеснительным. Просто боялся крикнуть «На остановке, пожалуйста!». Сейчас это звучит как глупость, но я не испытываю стыда, скорее мне просто забавно вспоминать себя прошлого. В скором времени страх пропал, и я свободно ездил на маршрутках если на улице бушевал холод, но если погода была относительно нормальной, то я продолжал ходить пешком.

Это доставляло мне удовольствие, ведь я мог подумать о многом. Нет, не о такой глупости как смысл жизни, а о чём-то более простом. Например, я часто размышлял об устройстве граммофона. Думал о том, как человек вообще мог догадаться, что звук можно записать на валики или диски. Ведь это не может просто присниться, человек каким-то образом сам должен догадаться, что звук – это вибрация воздуха, и его можно хранить в бороздах на пластинке.

Или, например, оружие. Я могу понять, как додумались до современных пуль, но как можно было придумать такой сложный с первого взгляда механизм как автомат. Причём между самозарядными винтовками, между выстрелами из которых нужно было отдёргивать затвор, и пулемётами с автоматами прошло не так много времени. А ведь до этого почти пять столетий люди носились с огромными и неудобными мушкетами и аркебузами и тут раз – золотой век оружейной мысли. Хотя, конечно, жаль, что человечество с всегда первым делом начинало развивать именно оружие.

Вот за такими мыслями и проходили мои маленькие походы до автостанции, где я садился на нужный автобус и он довозил меня чуть ли не до дверей моего универа.

Но в тот день всё было по-другому. Сначала не было ничего необычного. Погода стояла хорошая. Я, занятый своими мыслями, благополучно добрался до автостанции и сел в автобус, который спокойно катился по дороге. Я в это время просто смотрел в окно на проплывающие мимо пейзажи. Деревья, машины, поля, маленькая речушка, которая шла параллельно дороге, но потом резко уходила вбок, чтобы скрыться за горизонтом.

Путь занимал всего двадцать минут, и это время я всегда проводил, смотря в окно автобуса. Было во всём этом пейзаже что-то таинственное и притягательное. Но если обычно я мог сполна насладиться видом, пока всю эту красоту не сменит застройка давно сгинувшей страны, то в этот раз всё моё внимание в один момент привлёк водитель, который вдруг резко начал ругаться матом и кричать. После этого было столкновение. Из-за него меня дернуло, и я налетел головой о поручень, который встретил её с гулким звуком удара.

В глазах потемнело, в одно мгновение автобус перевернулся, и я полетел на стекло, в котором был виден асфальт.

После этого было ещё одно столкновение. Видимо, один из водителей со встречной полосы зазевался и врезался в оголившееся днище автобуса, из-за чего внутри начался сущий кошмар. Людей было немного. Несколько успели вцепиться в поручень так, как будто они немедленно умрут, если хотя бы немного ослабят хватку. Мне, к сожалению, не повезло. Я о поручень только приложился головой, после чего принялся летать по салону. Всё это продолжалось несколько секунд, пока автобус не вылетел с дороги. Я потерял сознание буквально на пару минут, а когда очнулся, пожалел о том, что ко мне вернулись чувства. Всё тело болело. Я никогда себе ничего не ломал, но уверен, что перелом рёбер ощущается именно так. Было настолько больно, что встать я не мог. Сил хватало только на то, чтобы не отключаться лёжа на потрескавшемся окне.

Люди, те, что отделались парой синяков, пытались разбить стекло. Обычно это нужно делать специальным молоточком, но их почему-то очень любят забирать как сувениры всякие школьники. Так что приходилось пользоваться ногами.

Дальше всё было как в рваной киноплёнке. Вот я открыл глаза – в автобус забираются МЧСники. Моргнул – меня грузят в машину скорой помощи. Моргнул – вот я уже в операционной. Моргнул – передо мной плачет мать и сёстры. А я даже ничего сказать не могу. Могу просто на них смотреть. Даже жалкую улыбку не могу из себя выдавить. Как будто я вообще не управляю своим телом.

Но вот я снова моргнул и они исчезли. Все исчезли. Осталась только темнота и свет в конце. Честно признаться, я никогда не верил во всю эту хрень со светом в конце тоннеля или богом, который отправляет тебя в ад, если ты плохой или в рай – если хорошей. Я считал, что когда мы умираем, то просто всё. Больше ничего не происходит. Ведь сознание умирает вместе с мозгом. А рай и ад люди выдумали, чтобы не думать о том, что твой любимый человек просто превращается в корм для червей после смерти.

Но в любом случае, мне даже не дали выбор – идти на свет или нет. У меня и ног то не было. Как будто от моего тела остались одни глаза, которые медленно двигались в сторону света. И вот, я оказался в этой весьма непростой ситуации.

Если честно, то если бы мне дали выбор – переродиться или просто исчезнуть, то я бы выбрал не умирать. Но раз выбора мне не дали, как и желанного третьего варианта, то приходится смириться со своей печальной судьбой. А судьба у меня по истине печальная.

Я переродился. Прямо как в этих книжках, которых полно на просторах интернета. Я их сам время от времени почитывал, хотя некоторые из них казались мне крайне странными. Главный герой сильный, потому что он главный герой. Главного героя любят девушки, потому что он главный герой. Это же глупо.

Но на самом деле я был рад, потому что родился я в далеко не бедной стене. Хотя началось всё не очень приятно. Первым делом, что я увидел после перерождения – это темнота. И также я услышал биение сердца.

После этого начался настоящий ужас. Раздавались приглушённые крики и потом меня просто начало выталкивать из этой темноты. Оказалось, что я не вспомнил кто я уже после того, как вылез из материнской утробы. Нет, всевышние силы, видимо, решили, что будет смешно, если у меня появится психическая травма от того, что я увижу, как проходят роды от лица ребёнка.

Крики, плач, меня выталкивает куда-то, тело неудобное, я постоянно за что-то цеплялся, а, в конце концов, меня начало выталкивать через маленькую дырочку. Господи, да это не женщине тяжело при родах, а ребёнку. Хорошо, что в прошлой жизни я этого момента не помнил.

Однако после начался настоящий ужас. Девушка в типичном костюме горничной, держала меня на руках и смотрела на меня с застывшими глазами. В комнате были слышны только тяжёлые вздохи, судя по всему, моей новой матери. Служанка явно чего-то ждала. А я всё не понимал чего.

После этого мне стало не хватать воздуха, как будто я дыхание задержал. Тогда я и вспомнил уроки биологии. Младенец после рождения начинает кричать, чтобы лёгкие раскрылись. Ведь до этого лёгкие ему были не особо нужны, всё нужное он получал от матери. Да и вообще, как можно дышать, находясь в чьём-либо животе?

А я вылез в полной тишине. Становилось понятно, почему я не могу нормально дышать, а служанка смотрит с таким ужасом. Ведь если ребёнок не кричит – значит, он может быть мёртвым. В итоге закричал я машинально и после, наконец, смог нормально вздохнуть. Я услышал как моя «мама» начала плакать, а горничная натянула на лицо улыбку как у знаменитого злодея из комиксов.

события я, как недавно переродившийся, не понял. В комнату вошёл бородатый человек в богатом наряде. Он аккуратно забрал меня из рук горничной, после чего положил на лоб ладонь и держал её так несколько секунд. После этого он сделал недовольное лицо и посмотрел на жену, прокричав:

– Куру се ла ха каше! Дуре карахулуса?!

«Мать» посмотрела на «отца», с непонимающими глазами, после чего ответила:

– Ла ха каше? Неруду!

Я не понимал в чём конкретно проблема. У них же родился ребёнок. При этом родился живым, почему они не довольны?

«Отец» в ответ на слова «матери» только зло на неё посмотрел, затем перевёл взгляд на меня, в котором прямо было видно… отвращение. Что я тебе сделал?!

Если честно, в тот момент я подумал, что он просто сломает мне шею. Это, наверное, было бы самым коротким перерождением в истории. Однако вместо этого «отец» просто брезгливо всучил меня служанке, взгляд который тоже стал брезгливым. После он бросил:

– Ки. Торе се, – и быстро ушёл.

«Мать» же начала плакать. Служанка быстро засеменила к выходу и в конце я смог посмотреть на плачущую женщину, что лежала на кровати. Оказалось, она смотрела на меня. Вот только материнского инстинкта в её взгляде не было. Это читалось что-то вроде «Я придушу его в колыбели». Господи, надеюсь, что со мной всё будет в порядке.

Горничная, к её чести, хоть и смотрела на меня с презрением, но смогла нормально доставить меня до колыбели. При этом она меня спокойно уложила и ушла. А я же остался один в тёмной комнате с зашторенными окнами, через которые не пробивался солнечный свет.

***

С момента моего перерождения прошло пять лет. Поначалу, когда я был младенцем, всё было более-менее нормально. Разве что несколько раз моя «мать», пьяная в стельку, пыталась придушить меня в колыбели. Однако горничные всегда были наготове. Они даже ухаживали за мной. Памперсы меняли, кормили молоком.

Однако когда в три года я начал нормально ходить, то заботы стало в разы меньше, если она не исчезла совсем. К этому времени я уже более-менее стал понимать их язык, хотя выучить его было очень сложно. В моём мире детей, как правило, учат понимать язык. Это не заложено в генах. Если перед младенцем показывать яблоко и постоянно говорить, указывая на него, что это яблоко, то рано или поздно он поймёт. И вот так, получив первый толчок при помощи папы, мамы, бабушек и дедушек, он начинает учить язык. Однако здесь такого не было, по крайней мере, со мной. Первое моё слово было не «папа» или «мама», а «ешь». Это слово постоянно повторяли служанки, когда приходили кормить меня.

И вот, наконец, я понял, почему ко мне было такое отношение. Оказалось что «отец» трогал мой лоб после рождения не просто из прихоти. В этом мире есть магия, мощь которой зависит от уровня маны. Уровень маны определяется с самого рождения. Приложив руку к моему лбу, он проверял уровень маны в моём теле и поэтому так разозлился. Ведь, как оказалось, я аномалия в этом мире. Ведь у меня маны нет от слова совсем.

А теперь немного неравенства общества. На самой вершине пирамиды общества сидит король и его семья. У них уровень маны просто запредельный, поэтому они правят. Ниже находятся дворяне, коих разделяют на герцогов, маркизов, графов и баронов. Титул зависит от твоего уровня маны. Они правят землями на территории королевств и подчиняются своему королю. Дальше идёт духовное сословие. Это священники, клирики и прочие саны в церкви. По идее они подчиняются верховному священнику, этакому Папе Римскому иного мира, у которого уровень маны на уровне с маркизом. Ещё ниже находятся рыцари. У них уровень маны, в большинстве случаев, как у простолюдинов, так что тут различие уже именно в статусе. В самом низу пирамиды находятся крестьяне и простолюдины. Они вообще бесправные существа, которые должны слушаться тех, кто стоит выше их по силе. При этом они не имеют право на собственное мнение.

Самое грустное, что у самого слабого простолюдина уровень маны около пяти. Этого не хватит, чтобы сотворить даже самое простое заклинание. Однако у меня уровень маны ноль. То есть я в этой иерархии я нахожусь на самом дне. Об меня могут вытирать ноги все кому не лень. И это, собственно, причина такого отношения ко мне со стороны семьи герцога и его прислуги.

Я попал капитально, ведь родился в семье герцога. Мне вообще повезло, что меня сразу после рождения не выкинули за ворота.

Всё это я узнал из библиотеки дворца, в которую семье герцога путь открыт. Хоть я и нахожусь на самом дне пищевой цепи, но я всё ещё сын герцога. Так что не всё так плохо.

Сама библиотека просто огромна. Под неё выделено целое здание и кажется, что одной жизни не хватит, чтобы прочитать все книги со всех стеллажей. Сама библиотека изнутри выглядит довольно бедно. Видно, что её пользуются не так часто. Внутри убранство в разы лучше. Стеллажи из красного дерева, мраморный пол и колонны. Стены как будто сделаны из янтаря. На самом деле мне сразу вспомнилась Янтарная Комната с фотографий. Я очень хотел её увидеть, но в нашем мире она была утеряна во время Второй Мировой.

Все книги в библиотеке были написаны от руки, показывая, что это штучные экземпляры. Ведь чтобы размножить книгу без печатного станка понадобится очень много времени.

Там я вычитал ещё одну очень важную вещь – летоисчисление здесь похоже на то, что было в моём мире. Только там наша эра начинается с рождения Христа, а здесь – с развала Великого Царства. Несколько тысячелетий это царство продержалось, но, в конце концов, развалилось под собственным весом. Мир другой, а проблемы те же.

Однако больше всего меня удивило не сама система летоисчисления, а дата. Сейчас идёт 1835 год нашей эры. Если прибавить к этому 5 тысяч лет Великого Царства или Великой Империи, то получается что этот мир в более или менее цивилизованной эпохе уже пять тысяч лет. При этом из исторических книг видно, что у них уже прошёл аналог Античности, в примерно том же временном промежутке. Период Великого Царства можно считать за Античность. Расцвет культуры, научные открытия об устройстве мира – всё это по большей части было во время Царства. То есть у них уже должно было пройти Средневековье и Возрождение, а в данный момент в полном разгаре должна проходить Индустриализация. Так почему здесь только чёртовы рыцари в латах?! Почему здесь до сих пор в ходу луки?! Почему нет даже банальных арбалетов?!

Тысячи почему крутилось у меня в голове пока я не нашёл ответ. И ответ был там же, в библиотеке, в книги некого маркиза Разильда. Оттуда я узнал, что прогресс в этом мире тормозился искусственно. Конечно, прямо об этом в книге не говорится, но здесь изобретателей называют или «предателями», что посмели «бросить тень сомнения на могущество магии, а, следовательно, и короля, своими нелепыми поделками», или «еретиками, отвернувшихся от богов, что даровали нам великую силу магии». Самое печальное, что книга эта была написана в 1828 году, то есть совсем недавно.

Это объясняет, почему все книги в библиотеке написаны от руки – изобретателя печатного станка убили, а изобретение сожгли. Также понятно, почему нет даже банальных ружей. Ведь если бы здесь было огнестрельное оружие, то маги бы перестали быть единственной значимой силой. То есть, сейчас не просто не началась Индустриализация. Сейчас в этом мире даже не закончилось Средневековье.

При этом стоит отметить, что поступает знать крайне хитро. Они устроили тотальную слежку за всеми людьми, чтобы они не придумали ничего, что могло бы заменить мага. Чёрт, уже недолго до маразма, ведь тут нет даже ветряных и водяных мельниц! Вокруг замка герцога одно сплошное поле до горизонта и ни одной мельницы, притом, что это идеальное место для них – пустой холм, где постоянно дует ветер.

Я надеюсь, что я ошибаюсь и не всё так плохо, как я себе вообразил, и всё же тут не за все изобретения полагается смертная казнь, но… чёрт, вот это я встрял!

Глава 2. Средство самозащиты

Я сидел в библиотеке и читал книги по культуре и истории этого мира. Вся эта литература была больше похожа на фантастические романы из моего мира. Герои, что борются со злом при помощи меча и магии – это действительно больше похоже на фэнтези.

А вообще культура этого мира крайне интересная. Если не считать того, что изобретение «заменителей» магии здесь – это табу, нарушение которого наказывается смертью, то культура действительно интересна. Даже во времена Великой Империи было множество разных культур, которые были объединены в одно государство. Похоже на Россию. А вот государственное устройство было больше похоже на США – у каждого народа был собственный «штат», где они могли принимать собственные законы, подходящие для данной местности. Правда, если в США законы не должны были перечить конституции, то в Великой Империи законы не должны были конфликтовать с «Волей Императора». Самая настоящая самодержавная конституция. Например, если император сказал, что за убийство положена смертная казнь, то за убийство всегда должны казнить. И нельзя было как-то уменьшить наказание до тюрьмы или каторги. За несоблюдение «Воли Императора» была положена казнь через пытки.

Я сидел и поглощал всю эту информацию. Я был удивлен, когда увидел, что большая часть книг была покрыта толстым слоем пыли. Что, раз вы дворяне, то учиться не надо?

Увлечённый чтением я не заметил, как в библиотеку вошла горничная.

– Господин Ранп, вас вызывает Его Сиятельство герцог.

– Спасибо. Я немедленно иду к нему.

Да, теперь меня зовут Ранп. На мой слух звучит довольно странно, но хотя бы не назвали «позор семьи» – и на том спасибо.

После моих слов горничная не ушла. Она просто смотрела на меня этим своим неприязненным взглядом. Видимо, ей строго приказали привести меня и её это злит. Проблем бы не было, если бы я родился в семье барона, где все слуги и горничные – это простолюдины. В культуре этого мира есть очень приятная для моего внимания деталь – здесь нет политических браков. Точнее, они есть, но две дворянские семьи не могут просто взять и поженить своих дочь и сына. Брак будет заключен, только если согласие на это даст будущий жених, как будущий глава семьи. При этом он может руководствоваться как своими чувствами, так и выгодой.

Девушки дворян должны выходить замуж в 16 лет, однако это не всегда удаётся. Первых и вторых сыновей в семье это не касается, а ведь именно они являются желанными женихами, как наследник и его дублёр. Третьи и далее по счёту сыновья остаются за бортом. Прибавить к этому не вышедших замуж девушек, и получается целая толпа никому не нужных людей.

Что же со всей этой толпой делать? Местные дворяне придумали выход – отправлять своих детей в качестве слуг в дворянские дома повыше статусом. Единственные кто не может себе позволить слуг-дворян – это бароны. Они могут нанимать только простолюдинов. Дети баронов могут быть слугами в доме графов, дети графов – в доме маркиза, а дети маркиза – в доме герцога. Дети герцога же могут прислуживать самим королям. Хотя нет закона, согласно которому дети баронов не могут прислуживать маркизу и наоборот. Однако есть негласные правила, согласно которым дети баронов должны принимать за честь быть слугой у графов.

Для всех дворян репутация на первом месте, а несоблюдение негласных правил может её подорвать. Кстати, меня не выкинули из дома тоже из-за негласных правил. Вроде как если выкинуть своего ребёнка из дома до его совершеннолетия, 16 лет, то на семью будет наслан позор. У моей «семьи», герцогов Рупиль, много врагов, и они будут рады поводу для нападок на неё. При этом им будет глубоко наплевать на меня, возможно, они даже будут меня ненавидеть больше чем мой «папаша».

Обо всём этом я думал пока шёл по просторным коридорам дворца. Вообще я не думал, что действительно когда-то существовали люди, которые жили в таких замках. Да, тут всё дорого богато, повсюду мрамор да янтарь с драгоценными камнями и металлами, но размеры слишком большие. Этот дворец больше подходит для принятия важных гостей, чем для места жительства. У владельца, видимо, в роду были сороки, страдающие гигантизмом.

Шёл я минут десять, и всё равно до нужной комнаты было ещё далеко. Этот дворец действительно слишком большой и больше подходит для того, чтобы показывать всем гостям богатство семьи Рупиль. Однако по пути я встретил того, кого бы ни при каких обстоятельствах не хотел видеть.

– Эй, ты. Остановился.

Это был мой «старший брат», Лука. Несмотря на своё «благородное происхождение» он больше походит на гопника-аристократа с чувством неполноценности. Всего у меня два брата, и Лука был младшим из старших. Второй, самый старший брат и наследник герцога, Лирк, сейчас был в отъезде в королевском дворце. Вроде как ему было приказано свататься к принцессе.

Лирк вообще, как я слышал, был весьма способным и добивался успеха во всём. Из-за этого Луку всегда с ним сравнивали, а он при этом не обладал способностями брата. Так что он выплёскивал весь свой негатив на мне.

Он светловолосый высокий парень с голубыми глазами. Лицо у него было хорошо сложено, как и всё тело. Сказывались тренировки с мечом. На самом деле так можно описать всех в семье герцога кроме «матери» и меня. У меня почему-то глаза были зелёными, как в прошлой жизни.

– Что тебе надо, брат?

– Просто хотелось посмотреть на тебя, чтобы понять, каким мне быть не положено.

На самом деле я вообще не понимаю логику всех этих людей. Они цепляются ко мне без видимой причины, просто из-за того что у меня нет маны. Разве не было бы правильнее просто сделать вид, как будто я никогда не рождался? Вместо этого они просто придираются ко мне, придумывая повод на ходу.

– Я надеюсь, ты увидел всё что хотел?

– Как ты смеешь так со мной разговаривать?

Стоит признаться – в прошлой жизни я хотел иметь братьев. Однако у меня были только сёстры. Сейчас же у меня есть братья, и мне теперь снова хочется иметь сестёр. Девочки же вроде должны быть мягче, чем эти аристократические гопники?

– Прости, брат, но я не могу задерживаться. Меня ждёт отец.

– Да, отца лучше не заставлять ждать. Так что сейчас можешь идти.

Я только собирался идти дальше, как Лука перегородил мне путь и сказал:

– И ещё – не называй меня братом.

После этого он отошёл с пути, и я продолжил путь.

Спустя 15 минут, наконец, я оказался перед нужной комнатой. Мне не очень нравится общаться со своим «отцом». У него просто подавляющая аура. А ещё он слишком властный и прямо помешан на количестве маны. Тут, конечно, все аристократы на этом помешаны, но у «отца» это уже на грани фанатизма. Он меня до сих пор не убил только потому, что убийство своего ребёнка, если он не предатель королевства, считается позором.

Постояв немного перед дверью, я всё же решился и зашёл внутрь.

Атмосфера внутри была как всегда давящая. Кабинет «отца» был обставлен дороже, чем остальной замок. Огромное кожаное кресло было предназначено для хозяина комнаты. Параллельно, на другой стороне стола, находятся два стула, которые были украшены не так богато. Видимо, чтобы показать кто тут главный. Было бы интересно посмотреть, что будет, если к нам приедет король.

И всё вокруг было или позолочено, или сделано из золота. Нет, серьёзно, это совершенно точно ненормально. Даже самый поехавший олигарх столько золота бы не извёл.

Как только я зашёл отец оторвался от бумаг, в которых что-то сосредоточенно писал. Смерив меня взглядом, он сказал:

– Садись.

Я повиновался. Этот человек не терпел, если что-то шло не так, как он хотел. Один раз ему подали не то блюдо, которое он хотел, и тогда он приказал выпороть и уволить повара. Нет, почему я попал в семейку с психопатами и гопниками? Или эта страна прогнила, и я всё равно бы попал к сумасшедшим аристократам, или я просто самый невезучий человек во всех мирах.

– Итак, я слышал, что ты часто наведываешься в библиотеку. Ты ищешь что-то?

На самом деле я большую часть своего времени провожу в библиотеке. Во-первых, мне нужно узнать об этом мире всё, что только возможно, а во-вторых, мне просто нравиться там находится. Однако напрягает, что отец заинтересовался этим. Что же ему сказать?

– Да. Я ищу способ повысить уровень маны.

Это была наглая ложь. Конечно, сначала я искал способ, однако единственное что мне удалось узнать – это то, что увеличить уровень маны можно только с помощью артефакта героя в королевском дворце. Но к нему никого не подпускают, да и он всё равно для меня бесполезен, так как умножает силу в три раза. А если ноль умножить на три – всё равно получится ноль.

У «отца» мой ответ вызвал один негатив. С его стороны мои изыскания были лишь попыткой проломить головой бетонную стену.

– Я надеюсь, ты понимаешь насколько это глупо? Повысить уровень маны самому нельзя.

– Да, отец. Но попытаться я обязан.

– Хорошо. И ещё: ты часто трёшься вокруг кузни. Что ты там делаешь?

А вот на этот вопрос я никогда не смогу ответить честно. Ведь если я это сделаю, то меня казнят как человека, что хочет осквернить магию своими изобретениями.

– Рано или поздно я уйду из дома. И если я не смогу заработать себе на жизнь – то просто умру от голода. Поэтому я решил поучиться ремеслу кузнеца.

Состроив недовольную мину «отец» просто хмыкнул.

– Ладно, я услышал всё что хотел. Можешь идти.

Поклонившись, я вышел из комнаты и решил направиться в кузницу. Снова плутая по широким коридорам, я вышел во двор. Оттуда до кузницы было рукой подать.

Кузня находилась под открытым небом. Вместо мехов пламя раздувал кристалл Магии Ветра. На самом деле это довольно удобная штука, так как может раздуть температуру до уровня Преисподней. Но проблема в том, что эти кристаллы нужно заряжать. А сделать это может только маг определённой стихии.

И вот я, наконец, подошёл к кузне. Жар ощущался на значительном расстоянии. Значит, в кузне недавно работали. И он всё ещё рядом.

– О, это же наш юный господин. Приветствую.

Из-за угла стены, где располагается место для отдыха, вышел человек в фартуке кузнеца. В руке он держал бутерброд, делать который его научил я. Странно, что в этом мире не додумались порезать хлеб и положить сверху на ломтики колбасу.

– Да, Остин, юный господин прибыл. Где моя ковровая дорожка?

Хотя мне и было всего пять лет, но это не значит, что я не мог учиться новому. Печальная истина состоит в том, что без магии мне в этом мире не выжить. Да и я не могу никого просить сделать нужные детали. Да, Остин хороший человек. Единственный в замке, кто не относится ко мне как к человеку из низов. Но если я попрошу его изготовить для меня нужные детали, он может сдать меня церковникам или «отцу». Тогда они выпытают из меня то, что я хочу сделать, и просто казнят. Неприятная участь.

– Что, в этот раз снова пришёл поработать?

– Да. Хотел закончить кое-что.

– Странный ты. Так стараешься и никому не показываешь, что конкретно делаешь.

– Ну, я просто не люблю, когда кто-то смотрит на мою работу.

– А я ведь помню, как ты пришёл несколько месяцев назад и умолял меня научить тебя основам. Подумать только – господин умоляет простолюдина.

Да, Остин был простолюдином. Пожалуй, единственным в замке, если не считать нескольких рыцарей. Поэтому он нормально ко мне относится, ведь простолюдины не особо зацикливаются на мане. И действительно, зачем на этом зацикливаться, если у тебя самого уровень маны такой, что ты в лучшем случае рухнешь без сил после одного простейшего заклинания.

– Ладно, Остин. Кузница же свободна?

– Да, я на сегодня закончил. Так что кузница полностью в твоём распоряжении.

Это было то, что я хотел услышать. Я как раз недавно подготовил новые формы для деталей. Так что нужно просто расплавить металл и залить его в форму. Хорошо, что мечи здесь делают из железа. Ведь оно идеально подходит для высекания искр.

Ещё в два года я осознал, что хоть у меня нет маны, но я всё ещё остаюсь сыном герцога. Так что какие-нибудь ненормальные могут подумать, что за меня можно выручить солидный выкуп. И если меня похитят, то будет совершенно не весело. Ведь выкупа им никто не даст, и они решат заработать, отдав меня в рабство, а это будет даже хуже смерти.

На самом деле к рабству как явлению на определённом этапе развития общества я отношусь нейтрально. Ведь новый свет отстраивали рабы, на плантациях работали рабы. По факту вся человеческая цивилизация во времена колоний держалась на плечах рабов. Однако для меня, как человека современного, рабство является отвратительным. Сам факт того что один человек может считать другого за что-то вроде вьючного животного – это отвратительно. Поэтому в определённый момент человеческого развития это можно считать нормой, но когда в современном мире где-то до сих пор держат как рабов – это неправильно.

И в этом мире, если бы тут всё было нормально, то рабство уже должно было начать запрещаться в разных странах. Постепенно бы рабство полностью исчезло. Однако здесь рабство процветает. Это даже грустно.

Размышляя о рабстве и его роли в обществе, я начал работу. Растопить металл до состояния жижи, после чего наполнить им формочку. На самом деле практически всё для моего детища было готово, оставалось только сделать одну деталь. Самое сложное было с крючком – сноп искр никак не хотел высекаться при ударе по кремнию.

Да, всё верно. Раз использовать магию для защиты не получится при всём желании, я решил использовать более практичные и… привычные средства. Поэтому я решил создать первый в этом мире кремнёвый пистолет.

Я такие пистолеты видел в пиратских фильмах и в музее, и уже тогда мне стало интересно, как он работает. Оказалось что всё довольно просто – в дуло пистолета помещается порох. Он прессуется при помощи шомпола, который крепится в нижней части. Затем внутрь помещается пуля. Опять спрессовать. И останется только взвести курок и нажать на спуск. Курок ударит по кремнию, высечет сноп искр, которые подожгут порох и – бабах! Враг мёртв.

Я не знал, получится ли у меня убить человека. Говорят, что если навести на человека пистолет в первый раз с намерением выстрелить, то руки начнут дрожать. А если выстрелить и убить – то чувство вины будет преследовать тебя всю оставшуюся жизнь. Мне кажется, что это относится только к идиотам, которые решили, что убить человека будет прикольно.

В любом случае, мне пришлось изрядно постараться, чтобы просто понять, как заставить всю эту конструкцию работать. Принцип действия у него простой, но принцип это одно, а устройство – совсем другое. Я никак не мог понять, как заставить курок оставаться во взведённом положении. В итоге я придумал гениальное, на мой взгляд, решение – пружина цеплялась к курку во внутренней части пистолета, а сам курок удерживался во взведённом положении при помощи крючка, который можно было убрать, нажав на спуск. В итоге пружина распрямлялась и курок бил по кремнию, высекая искры.

Сегодня мне осталось сделать только шомпол, всё остальное уже было готово. Изначально у меня были планы сделать колосковый замок, или вообще кремнёвый револьвер, но я так и не понял, как это всё работает ещё в прошлом мире. Колесцовый замок вроде должен заводиться при помощи ключа и может стрелять без передёргивания курка, но мне не понять как, не увидев схему. Возможно, когда-нибудь я попытаюсь воссоздать и многоствольный пистолет, и колесцовый замок, а может и какой-нибудь из современных пистолетов, но сейчас я смог сделать только пистоль с кремнёвым замком. И пока этого должно быть достаточно. Также заблаговременно я решил выплавить несколько пуль. Даже формочку подготовил, чтобы пуля могла свободно заходить внутрь дула и вылетать из него, не теряя при этом скорости.

К сожалению, сделать нарезной ствол у меня не получилось. Только испортил несколько стволов. Но всё равно нужно будет постараться сделать ещё несколько уже после того, как пистолет будет готов. Ведь так его убойная мощь и дальность вырастет в несколько раз.

Этот пистолет по идее сможет убить цель на расстоянии в 50 метров. Благо дуло я сделал достаточно длинным. Хотя на таком расстоянии броню он вряд ли пробьёт, так что в бою с рыцарями придётся подходить чуть ли не вплотную.

И вот, всё было готово. Шомпол и пули были закончены, и я пошёл в библиотеку, где был спрятан уже собранный ствол. Я делал его почти три месяца. Простой солдатский пистоль – практически три месяца. То детали были не того размера, то пружина получалась слишком короткой. Но сейчас всё было готово.

Я даже провёл испытания замка. Как я радовался, когда из него, наконец, посыпались искры! Я таким удовлетворённым себя никогда не чувствовал.

И вот, я пришёл в библиотеку. Пистолет был спрятан за одним из стеллажей, завёрнутый в тряпочку. И вот, я достал его, распутал тряпку, вставил шомпол. Половина работы сделана.

Однако теперь осталось самое главное. Найти то, без чего этот пистолет пригодится мне максимум в качестве дубинки. Мне нужно понять, как создать чёрный порох.

Глава 3. Послание из другого мира

Я очень долго пытался создать порох сам. Здесь также как с пистолетом – звучит раз плюнуть, а на деле всё очень сложно. Чёрный, или дымный порох, который идеально подойдёт для моего пистолета, состоит из селитры, древесного угля и серы. Казалось бы – нужно всего лишь смешать эти ингредиенты вместе и готово. Но на деле всё в разы сложнее.

Добавишь мало селитры – получится простой пук, из-за которого пуля, если повезёт, пролетит всего пару метров. Добавишь много селитры – пистолет просто взорвётся у тебя в руке. Повезёт, если рука просто будет изуродована. Много людей из-за некачественного пороха лишилась жизни в прошлом моего мира. И я не хочу повторять их судьбу.

Да и тем более – у меня нет ни селитры, ни серы. Можно бы было, конечно, стащить его у дворцового алхимика, но это привлечёт ненужное внимание.

Так что на повестке у меня две цели – узнать правильную консистенцию и раздобыть нужные ингредиенты, не привлекая внимание.

Во дворце искать всё нужное бесполезно – если даже найду нужное, получить это не получится. Да и один я правильную консистенцию не подберу. Только если потрачу кучу времени и буду постоянно рисковать, лишится своей руки и прекрасного личика.

Насколько я помню, неподалёку находится город. Там наверняка можно найти алхимика. Вообще «отец» сделал кое-что, из-за чего у меня получится сохранить секретность в городе. Когда выяснилось, что у меня нет маны, «отец» запретил всем, кто находился во дворце, рассказывать о моём рождении. Так что о моём существовании знает не так много людей. И публично у семьи Рупиль есть только два сына. Одному из них 12, а другому 16. Никто и не подумает что я тоже Рупиль.

Так что мне в любом случае нужно в город. Но как туда попасть так, чтобы у моей «семьи» не возникло вопросов? Над этим надо подумать.

Лучшее месть для размышлений – это библиотека. На всякий случай я решил поискать что-то о порохе в книгах по алхимии. Жаль, что их было не так много если сравнивать со всей библиотекой. Всего штук 6. И в основном там рассказывалось о магических зельях и камне, что превращает железо в золото. Воистину, химия – это алхимия, которая перестала заниматься всякими приколами.

Из всех этих книг я смог подчерпнуть довольно много информации. Во-первых, алхимия в этом мире зародилась не так давно, и вначале любое проявление алхимии преследовалось по закону как оскорбление магии. Как я понял, всё дело было как раз в лечебных зельях, которыми славились алхимики во всех романах, играх и фильмах про другие миры, где есть магия. Лечебные зелья духовенство этого мира расценило как оскорбление бога и магии исцеления, которую он даёт своим слугам. Хотя как по мне, на самом деле эти святоши просто не хотели терять монополию на исцеление. Ведь только священники могут исцелять людей, и как только где-то появляется человек со способностью к исцелению – приходит аналог Инквизиции и забирает его в храм.

Следовательно, за века такой работы священники заполучили монополию на лечебную магию и ломили просто высочайшие цены. Это было главным пунктом их доходов. И тут на горизонте появились дешёвые и не менее эффективные целебные зелья. Они бы просто отняли всех клиентов. Ведь что лучше – купить зелье за несколько медяков или отдать несколько десятков серебряных монет за исцеление серьёзной раны на руки. Да и зелье всегда можно иметь под рукой, а со священником так не прокатит.

И в итоге около алхимики преследовались двадцать лет. Причём это были реальные тёмные века, ведь казнить могли даже за простое подозрение на занятие алхимией. Однако потом началась трёхсторонняя война. Люди и эльфы решили повоевать друг с другом и захватить новые земли. Через год этой войны в неё вступили зверолюди, которые уже давно точили зубы и когти на людей и эльфов за унижения и угон их поселений в рабство. Весьма забавно, ведь зверолюди тоже не брезгуют рабством и часто совершают мелкие набеги на пограничные деревни людей.

В результате война стала складываться не в пользу людей. После каждой битвы появлялось огромное количество раненых, и священники просто не справлялись с таким объёмом работ. Кроме того, королевству приходилось платить за услуги служителей церкви, так что это ещё и сильно било по казне. В итоге король принял решение поддержать алхимиков. Как церковь на него епитимью не наложила – я не знаю, но в итоге на фронт к раненым стало поступать большое количество дешёвых и эффективных зелий. И так большая война помогла алхимикам проявить себя с лучшей стороны.

Я не очень люблю алхимию, но стоит признать, что в моём мире она помогла с развитием многих отраслей, начиная от медицины и заканчивая металлургией. Да и у нас её во многих странах не преследовали, считая полезной. Порох, который мне так нужен, тоже был изобретён алхимиками. Хотя у этих недохимиков хватало тараканов в голове, ведь они реально верили, что можно создать философский камень. Господи, неужели в этом мире алхимики тоже ищут пилюли бессмертия?

В любом случае, в книгах я не смог найти хотя бы упоминания пороха, не то, что его рецепт. Были там всякие зелья и мази, было даже что-то для увеличения мужской силы, но про порох – ничего.

Думая о том, как попасть в город, я решил пойти к Остину. Насколько я знаю, у него есть жена и дети, которые живут в городе. Может он поедет к ним, и я смогу увязаться следом?

Так я вышел к кузне. Остина не было. Вроде он говорил, что закончил со своей работой. Может, пойти к нему в комнату?

Немного подумав, я всё же решил пойти к Остину в комнату. Лучше не откладывать это дело до завтра. Мало ли.

К счастью, дом прислуги находился не так далеко от кузни. Для прислуги было построено целое многоэтажное здание. Конечно, по убранству оно никак не могло сравниться с дворцом герцога, но их хотя бы не выкинули на мороз.

Несмотря на то, что мы с Остиным были довольно дружны, я ни разу не был у него в комнате. Поэтому мне пришлось поспрашивать, где он живёт. Служанки, которые, как уже говорилось, выходцы из благородных семей, явно были недовольны тем, что им приходится жить под одной крышей с простолюдином. Так тут ещё и пришёл проклятый отброс, который спрашивает где найти ненавистного простолюдина. В общем, я не сразу смог узнать, где живёт Остин. Все уже давно поняли, что на меня защита герцога не распространяется. Если оскорбить старших сыновей или самого герцога – то нужно молиться чтобы всё обошлось только жёсткими побоями в качестве наказания. По слухам, было несколько наказанных ещё до моего рождения, которым отрезали головы и насадили на колы перед входом на территорию дворца.

В конце концов, мне помогла старушка-кухарка, которая вежливо указала мне в нужном направлении. При этом не было видно ни пренебрежительного взгляда, ни ненависти. Может быть, у неё со зрением всё плохо, а может, она поняла за свою долгую жизнь простую истину: если хочешь хорошего отношения к себе – нужно хорошо относиться к другим людям.

В любом случае, следуя указаниям старушки, я довольно быстро добрался до нужной комнаты. Постучал.

– Кто там?

– Остин, это Ранп. Мне нужно с тобой поговорить.

Замок на дверь вдруг издал два щелчка и дверь отворилась. В проёме, перекрывая практически весь вид на комнату внутри, стоял тучный кузнец и улыбался во все 32 зуба.

– О, сам юный герцог почтил меня своим визитом. Чем вам понадобилось от моей скромной персоны?

– Может, не будешь держать гостя на пороге?

Остин смотрел на меня продолжая улыбаться, после чего отошёл от проёма и протянул руку внутрь, слегка поклонившись. У него всегда такое поведение. Я бы расценивал это как издевательство, если бы не поведение кузнеца во время простого общения. Он всегда дружелюбен со мной. Так что я уже давно решил считать это просто дружескими подколками.

Хотя я не знаю, можно ли нас вообще назвать друзьями. Ему что-то около 35 лет, а мне всего 5. Конечно, если прибавить и мой прошлый возраст, то разрыв становится меньше, но в любом случае старше.

Пройдя в комнату, я быстро оглядел комнату, задержавшись на странном чёрном круге, который висел на стене. В центре этого круга была небольшая дырка, с помощью которой он и был повешен на гвоздь. Что-то эта штука мне напоминает…

– Ваше благородие, вы чего встали посреди комнаты как статуя?

Я только сейчас понял, что стою посреди комнаты и смотрю на стену.

– Да вот смотрю, что-то интересное тут у тебя на стене висит. Что это?

– Торговец в городе втюхал. Говорил что это магический артефакт, который повышает удачу владельца. Но слишком она большая чтобы с собой носить. Так что решил на стене повесить.

– Ну и как, приносит удачу?

– Да чёрт его знает. Я пока изменений не заметил.

Мы вместе посмеялись, после чего Остин пригласил меня присесть за стол, придвинутый к стене. На столе был небольшой пир – колбаса, буханка хлеба и нарезанный сыр. Картину завершал нож. Сам стол был весь в засечках. Очевидно, то ли у кузнеца не было дощечки для нарезания, то ли он путал нож с кузнечным молотом.

В любом случае я сел на стул, который больше напоминал табуретку с наспех прибитой к нему спинкой, и начал разговор:

– Остин, мне очень нужна твоя помощь. Мне позарез нужно попасть в город.

– А я тут при чём?

– Понимаешь, я не знаю как себя вести в городе. Да и сам город я видел только на картах, а там его точных схем не было. А у тебя там семья. Вот я и подумал – может, ты сможешь мне помочь? Я постараюсь тебе отплатить.

Улыбка, которая всё это время держалась на лице Остина, пропала. Было видно, что он глубоко задумался. Возможно, он думает, что его накажут, если он вывезет из дворца принца герцога. Пусть у меня и плохая репутация, всё-таки я сын дворянина. Это может быть расценено как похищение.

– Зачем тебе нужно в город?

– Мне нужно поговорить с тамошним алхимиком. Там же есть алхимики?

– Да, есть. Но зачем тебе это надо?

– Прости, но я не могу тебе сказать. Возможно, я расскажу потом, но сейчас – извини.

Остин задумался ещё глубже. Морщины собирались у него на лбу. Не хотелось бы над ним насмехаться, но создаётся такое впечатление, будто размышлять было для него больно.

– Ладно, я помогу тебе. Но с двумя условиями. Первое – никто не должен узнать, что я тебе помогал. Если вдруг тебя хватятся – скажи что спрятался в телеге, потом плутал по городу и в итоге я тебя нашёл и привёз назад во дворец. Понял?

– Да.

– Отлично. И второе, – он сделал драматичную паузу, – Ты ведь понимаешь, что тебе придётся очень долго работать в кузнице, чтобы отплатить за мою доброту?

Мы оба смотрели друг на друга. На самом деле я хотел стащить немного золотых статуэток и украшений из дворца, чтобы продать их в городе. Ведь карманные деньги мне не выдают, а алхимик наверняка не согласится отдать мне нужные ингредиенты за то, что у меня глаза такие честные. Естественно, часть денег я бы отдал Остину в качестве благодарности. Но, видимо, у него на мою благодарность другие планы.

– Ладно, буду ковать мечи, пока снова не свернусь в эмбрион.

– Эмбричто?

– Неважно. Короче, я согласен.

Мы пожали друг другу руки, таким способом скрепляя нашу договорённость.

– Ты только не думай что я такой зверь. Долг отдашь, когда подрастёшь. Когда тебе семь исполнится – то держись.

– Какой ты добрый.

Мы вместе посмеялись, после чего Остин угостил меня несколькими бутербродами. Пока он нарезал колбасу, и хлеб я понял, почему весь стол был в следах от ножа. Он и вправду путает нож с кузнечным молотом. И сил прилагает, по-моему, даже больше. Одним резким ударом он отрезал по кусочку колбасы и хлеба. От ударов стол содрогался. Создавалось ощущение, что ножки сейчас не выдержат.

Однако своеобразное нарезание продуктов от кузнеца приковало моё внимание ненадолго. Скоро оно переключилось на то, что меня заинтересовало в комнате с самого начала. На тёмный круг, или скорее… диск. Чёрт…

– Чтоб я сдох.

Я быстро поднялся со стула и подошёл к диску. Провёл по нему рукой. Потом понюхал. Проклятье, да это же виниловая пластинка!

Сдерживая своё волнение, сжав руки в кулак, чтобы они не тряслись, я спросил у Остина:

– Где ты, говоришь, взял этот артефакт?

– У уличного торговца. Год назад приезжала к нам целая ярмарка, я там смог урвать эту штуку.

– Они уже уехали?

– Да. Через несколько дней их и след простыл.

– А куда они поехали не знаешь?

– Неа. Скрытные были люди. Никто в городе, наверное, не скажет тебе, куда они поехали.

Чёрт. У них были виниловые пластинки из моего мира! Хотя… может, эта пластинка не из моего мира? Может, это изобрёл кто-то здесь, но потом его убили, но пластинки не сожгли? Чёрт, есть только один способ проверить.

– Можно мне взять этот артефакт себе?

– Да бери. Всё равно торговец мошенником оказался.

Я аккуратно снял пластинку со стены и аккуратно осмотрел её со всех сторон. После подошёл к единственному источнику света в комнате – небольшой свечке, – и осмотрел пластинку в её свете. Сомнений больше нет. Были видны знакомые каждому, кто хоть раз видел виниловые пластинки, борозды. Вот только в центре, где в моём мире был бы приклеен листок с надписью, что записано на пластинке и кто записал, ничего не было. Так что узнать, что там записано, можно только послушав пластинку.

Немного успокоившись, я спросил:

– Слушай, когда мы уезжаем?

– Думаю, что не раньше чем через неделю. Мне здесь работу надо закончить.

Я кивнул. После этого Остин проводил меня до двери. Мы попрощались, пожали друг другу руки и разошлись. Он, в свою комнату, а я – в библиотеку. Если надо будет – то я не буду спать всю эту неделю. Я смогу снова изобрести граммофон!

***

Моя мама и бабушка по маминой линии всегда говорили: «Знание – сила»! И они единственные люди, из уст которых эта фраза звучала убедительно. Ведь что мама, что бабушка, практически всегда могли ответить на мои вопросы, не залезая при этом в интернет.

Возможно, поэтому меня стало интересовать всё. Если я видел какой-то прибор, я сразу задавался вопросом: «Как он работает?». И я не успокаивался, пока не понимал принцип его работы. Особенно это касалось всякой механической техники. Например, первые автомобили на паровом двигателе. Да, они были не особенно мощными, но при этом мне нравилось, как они работали. Вода закипала, появлялся пар, он двигал при помощи тепла шестерёнки, которые крутили колёса под машиной. Всё просто и понятно. Даже я могу такой собрать, нужно лишь иметь материалы и умение обращения с инструментами.

Вот только двигатель внутреннего сгорания остался для меня загадкой. Вроде как действие у него то же, что и у парового, только вместо воды и пара – горящее топливо, а вместо шестерёнок – поршни. Но я так и не понял, как поршни заставляют колёса двигаться.

Я много не понимал, но не бросал из-за попытки понять. Ведь если я не пойму сейчас, возможно позже меня осенит и я такой: «Так вот как оно работает!».

В моём мире большая часть людей практически полностью отказались от глубоких знаний. Ведь зачем что-то запоминать, если у каждого в кармане есть самая огромная энциклопедия в истории человечества?

И вот я в очередной раз убедился в правильности слов бабушки и мамы: Знания – это Сила! Сила что сейчас помогает мне двигаться вперёд. Сила, что сейчас дала мне надежду вернуться домой. Ведь если окажется что эта пластинка попала сюда из моего мира, то для меня есть надежда на возвращение домой. Чтобы увидеть лица родных. Возможно, они не узнают во мне своего сына, внука, брата. Возможно, к тому времени мне уже не к кому будет возвращаться. Но я не собираюсь опускать руки только потому, что есть возможность провала! Чуть больше недели я спал по три часа в сутки, чтобы успеть доделать этот проклятый механизм к сроку.

Устройство граммофона довольно простое. Специальный механизм на пружинах внутри корпуса двигает пластинку по кругу. Заряжается этот механизм ключом. В старых фильмах часто можно увидеть процесс заряжания граммофона.

Однако этот «двигатель» не сможет производить звук. Наверху есть стальная игла, которая является частью мембраны. Игла двигается по бороздам на пластинке, в которых и хранятся записанные звуки. Во время движения по бороздам игла вибрирует, натыкаясь на засечки, сделанные при записи. Эта вибрация попадает в диафрагму внутри мембраны, после чего окончательно превращается в звук. И этот звук усиливается знаменитой трубой граммофона.

Однако у меня было много проблем ещё при проектировании. Как заставить диск двигаться? Как мембрана преобразовывает вибрацию в звук?

Первую проблему я сначала думал решить простым ручным трудом: всего лишь нужно было крутить рычаг, внутри при этом крутилось две шестерёнки. Одна – присоединённая к рычагу, а другая – к вращающейся платформе. Однако эта идея не прижилась. Как оказалось, человеку очень сложно крутить что-то с постоянной скоростью.

Поэтому я приступил к варианту с пружиной. Благо, я уже научился делать их во время изготовления пистолета. Если первый блин всегда комом, то тогда у меня этих «первых блинов» было штук двадцать. Механизм на пружине оказался очень сложным. Но и он не работал, скорость вращения время от времени то замедлялась, то повышалась. В итоге пришлось вернуться к первоначальному варианту.

С мембраной я решил проблему довольно просто – напряг мозг. И смог вспомнить, что когда-то читал о том, что часто диафрагмы в мембране делали из слюды. К счастью, моя «матушка» после неудачного рождения меня ушла в себя и начала собирать разные камушки в свою коллекцию. Среди этой груды минералов я и нашёл слюду, после чего сточил её до тонкой пластинки.

Всё собрать в одно устройство не составило труда, но я боялся запускать этот чудо-аппарат. Я не был уверен, что моя самопальная подделка вообще заработает. А ведь в худшем случае эта штука может просто сломать пластинку.

Но кто не рискует, тот не пьёт шампанское, верно?

Я положил пластинку на платформу и начал потихоньку крутить ручку. Пластинка начала раскручиваться. Я попытался полностью сосредоточиться на том, чтобы сохранять постоянную скорость. Свободной рукой я начал потихоньку опускать трубу с мембраной на конце. Вся конструкция держалась на подставке, сделанной из дерева. Я укрепил ее, как только мог, чтобы труба не свалилась на пластинку.

И вот, игла опустилась на пластинку. Сначала несколько секунд доносился только треск, после чего началась настоящая сказка. Качество воспроизведения оставляло желать лучшего. Не знаю, или это из-за того, что мой самопальный граммофон был так плохо сделан, или из-за того, что пластинка старая, но в любом случае слова и музыку разобрать было можно, хоть и сложно.

Сначала я подумал, что это военный марш. Затем я начал узнавать мотив, а после я узнал слова «форми во батальон».

– Раздерите меня черти! Это же «Марсельеза»!

И действительно, из трубы «граммофона» лился голос мужчины. Он на французском языке призывал сформировать батальоны и маршировать. Из-за того, что скорость была не постоянной, воспроизведение то ускорялось, то замедлялось. Кроме того, качество звука оставляло желать лучшего. Слова не всегда были различимы и часто они сливались просто в один большой звук.

Но я убедился в одном – из этого мира можно попасть обратно, в мой родной мир. Ведь если что-то переносится сюда, логично предположить что это что-то может быть перенесено обратно. Душу в моё мёртвое тело уже не вернёшь, но ведь можно переместиться и с этим телом.

Однако печально, что единственная зацепка – это бродячая ярмарка, которая была в городе год назад. А когда я буду готов к уходу из дома, пройдёт ещё больше времени и следы могут вовсе затеряться. Так что помимо пороха в городе нужно будет поискать информацию об этой ярмарке.

Я закончил думать в тот момент, когда закончилась пластинка. И голос неизвестного мужчины в последний раз пропел про то, что нужно взять в руки оружие и окропить кровью врагов родные поля.

Глава 4. Долгожданная поездка

Следующие два дня я приходил в себя. Не досыпать чуть больше недели – это не то, что может выдержать организм пятилетнего ребёнка. Однако я не жалел о содеянном. «Марсельеза» подняла мне настроение. Пусть она и не на русском, но услышать язык из моего мира было настоящей радостью.

Я доберусь до этих торговцев с кочующей ярмарки и найду того человека, что продал Остину пластинку. Это сейчас единственная зацепка, которая поможет мне вернуться в мой мир.

После двух дней, во время которых я вставал только чтобы поесть и попить, наконец, тело перестало ощущаться как вялый кусок мяса. И первым делом после хорошего отдыха я отправился к кузнецу. Он говорил, что примерно через неделю поедет в город, к семье. И хотя изначально у меня была только одна задача – добыть порох, – теперь мне нужно ещё и узнать, куда отправились торговцы, пока все в городе о них не забыли. Надеюсь, они были не настолько скрытными, как говорил Остин.

Моя комната находилась в самом дальнем крыле дворца. Я так понимаю, это чтобы я не попался на глаза гостям.

Я надеялся, что доберусь до Остина без приключений, но не тут то было. Дорогу мне перегородил мой «дорогой братик» Лука. Я попытался пройти мимо, и у меня почти получилось, но вдруг…

– Эй, стой.

Я остановился и, повернувшись, посмотрел на него. Мне сейчас было вообще не до него, но сказать ему об этом я не могу. Ведь тут у меня прав нет, и он сможет отомстить без каких-либо последствий. В крайнем случае, назовёт это тренировкой.

– Что?

– Чем ты занимался в библиотеке?

– Читал.

– Правда?

Он посмотрел на меня с ухмылкой. Неужели он что-то заподозрил?

– Я слышал разговоры служанок. В последние дни ты практически не спал, безвылазно сидя в библиотеке и таская туда всякий хлам.

В этот момент сердце у меня ушло в пятки. Если он подумает, что я создавал что-то противозаконное, то меня просто казнят.

Насколько я узнал из книг, в этом мире есть множество магических кристаллов. Некоторые из них добываются в шахтах. Это природные кристаллы, и они удобны тем, что их нужно только перезаряжать. Такой, например, есть в кузнице у Остина. Однако есть ещё и искусственные кристаллы. Их много, но они одноразовые. После использования они просто рассыпаются. Однако есть исключения. Например, кристалл звука. При его использовании он записывает звуки вокруг себя, а после воспроизведения кристалл разрушается. И вот, создав граммофон я, чисто технически, создал замену этого кристалла, которому не нужна магия.

– И ещё я слышал, что к тебе приходил некий мужчина. Вот только его никто не видел, только слышали, как он пел. Что ты там делаешь? Как ты провёл незнакомца на территорию дворца?!

Что? Серьёзно? Они приняли настолько искорёженный звук за пение некоего мужчины?

Я стоял и тупо смотрел на Луку. Я просто не мог подобрать слов. И меня хватило только на одну фразу:

– Не было никакого незнакомца.

Самому хотелось смеяться от всей этой ситуации. Но я сдерживался, чтобы не одной мышцей не показать, что мне смешно.

– И кого тогда слышали служанки?

– Не знаю. Может, просто выдумали?

Он смотрел на меня с подозрением. Я определённо его не обманул. И, кажется, я только усилил подозрения. Да уж, в прошлой жизни врал я лучше.

– А зачем носил всякий мусор в библиотеку?

– Просто там один стеллаж плохо держался, вот я и решил его починить.

– Ты?

– Я вообще-то ученик кузнеца. Что-то да умею.

Лука посмотрел с ещё большим подозрением. Странно, раньше он так себя не вёл. Обычно он, если встречает меня, либо просто унижает, либо утаскивает на тренировочную площадку, чтобы я служил грушей для битья. А тут вдруг подозрения.

Нет, сам бы он до такого не додумался. Он солдат до мозга костей. Думаю, что в будущем он станет генералом или может, займёт должность поменьше. Однако проблема в том, что сейчас у него мускулы вместо мозгов. Сам бы он никогда не заметил, что я делаю что-то подозрительное. Или он всё-таки умнее, чем я думал, или ему кто-то сказал последить за мной. Такое чувство, будто у меня развивается паранойя.

– Ладно, пока можешь идти.

Я поклонился и пошёл дальше, в кузницу. Однако мой отъезд теперь под вопросом. Если Лука действительно будет за мной следить, то он может узнать об отъезде и просто уволить Остина за сговор со мной. Пусть он и не знает, зачем мне нужно поехать в город.

Или же он может отпустить меня, но при этом повесит кого-нибудь на хвост.

За всеми этими размышлениями, а также раздумьями, что делать дальше я добрался до кузницы. Горн не горел, а Остин сидел за стеной в своеобразной «комнате отдыха» за стенкой и курил трубку. Самокрутки, насколько я знаю, в этом мире есть, но многие предпочитают именно трубки.

В прошлом мире я тоже был курящим. Всё хотел бросить, но никак не мог. Слишком сильно эта привычка ко мне прилипла. Однако с тех пор, как я переродился, то к сигаретам меня не тянет. Надеюсь, в этот раз я снова не начну курить.

Оскар, увидев меня, сделал удивлённые глаза и встал со стула. После этого он втянул табачный дым, выдохнул его и расплылся в радостной улыбке.

– Приятно видеть, что с тобой всё в порядке, юный господин.

Последний раз мы виделись несколько дней назад, когда я вырезал и ковал нужные мне детали для граммофона. Он тогда постоянно интересовался, что это я за странные конструкции кую.

– Да, Остин. Я тоже рад, что со мной всё в порядке.

Он посмотрел на меня, видимо решая, точно ли со мной всё в порядке. В конце концов, через несколько секунд быстрого осмотра он довольно кивнул головой и вернул трубку в рот.

Я когда-то слышал про отношение Зигмунда Фрейда к сигаретам. Он, вроде как, писал о том, что мужчины суют сигареты в рот, чтобы заменить ими половые органы. Как-то мы этого не осознаём из-за того что это на подсознательном уровне. Я не знаю, правда ли это, но всегда считал это бредом. Однако на всякий случай я тоже курил трубки, чтобы до меня не докапывались психологами.

– Остин, когда мы отправляемся?

– Раз ты уже на ногах, то через несколько часов.

– Так быстро?

– Я вообще должен был уехать три дня назад. Но мы же договорились.

На самом деле это было очень самоотверженный поступок со стороны Остина. Он может находиться здесь, вдали от семьи, по несколько месяцев. Поэтому ему наверняка нелегко было ждать, пока я нормально отдохну.

– Прости меня.

– Да ничего страшного. Днём больше, днём меньше…

Хоть он так и говорил, было видно, что он хотел как можно скорее отправиться в путь.

– Тогда я пойду, переоденусь.

– Давай. Встретимся перед выходом. Только постарайся по-тихому проскочить, чтобы никто не видел.

Я кивнул и быстро побежал в библиотеку. Там у меня была приготовлена простая одежда. Кроме того, нужно было забрать пистолет и придумать, что делать с граммофоном. Наверняка «брат» решит провести осмотр библиотеки. Пусть он даже не поймёт что это за агрегат, лучше лишний раз не рисковать.

Добравшись, я сразу же направился к моему тайнику между стеллажами, но вдруг остановился. Я услышал, как кто-то откидывал книги в сторону. Глухой звук раздавался с разной периодичностью. И ведь именно в том направлении был спрятан пистолет.

Я замедлил шаг и, прислонившись к стене, быстро снял ботинки. Перед тем как я узнаю, кто там копается, не хочется, чтобы меня заметили. Я двинулся вперёд очень медленно, мягко опуская ноги на пол. Звук был слышен на первом этаже, в образованном из двух стеллажей, расположенных параллельно, коридоре. Если этот ненавидящий литературу человек тут один, то он наверняка ещё не увидел граммофон, который находился на втором этаже библиотеки. Но не хотелось бы, чтобы он увидел пистолет.

Я медленно подошёл к входу в коридорчик и заглянул в него. Там была служанка брата. Они разделялись по цветам на одежде. У каждого члена семьи был небольшой отряд личных служанок. Они набирались из самых преданных слуг дома. В их обязанности входил уход лично за человеком: проверка еды на яды, заваривание чая, массаж и так далее. Вроде как были даже служанки и слуги для удовлетворения эротических фантазий, но я надеюсь, что это просто слухи.

У меня такого отряда не было. Обидно, конечно, но я бы, наверное, не выдержал, если бы за мной постоянно кто-то ходил и спрашивал: «Вы чего-то желаете?». «Отец» и «брат» имели довольно специфичных служанок. Они постоянно где-то прятались, однако стоило им щёлкнуть пальцами – как они сразу выходили.

И вот сейчас одна из таких служанок копалась между книгами, явно ища мой тайник. Как я и думал, Лука не поверил моим словам о поломанном стеллаже.

К счастью, тайник находился через два стеллажа от того места, где она искала. Я узнал всё, что хотел, поэтому вышел, раскрыв себя. Однако она не сразу обратила на меня внимание, полностью погрузившись в вышвыривание книг с полок.

Я громко кашлянул. Служанка дёрнулась и посмотрела на меня. В глазах её был испуг. Странно. Обычные служанки ведут себя передо мной довольно высокомерно, а эти должны быть выше них на несколько уровней. Неужели «брат» приказал ей провести осмотр моей комнаты втайне от меня. Ну, она определённо не справилась со своей работой. Все эти разбросанные книги сами собой на полку не вернутся.

Она испуганно смотрела на меня. Я же смотрел на неё выжидающе. Я уже знаю, кто она и что здесь делала. Так что мне просто было интересно, что она скажет. Наверняка со стороны это выглядело комично – босой пятилетний ребёнок, сложив руки крестом, выжидающе смотрел на взрослую испуганную женщину, которая начала перебирать руками своё платье.

– Простите, я немедленно ухожу.

После этого она просто упорхнула из библиотеки, пробежав мимо меня. Нет, это уже наглость. Убирать наведённый ей беспорядок я должен?

И только я развернулся, чтобы выразить недовольство, её уже и след простыл. При этом дверь, которую я закрывал, оказалась приоткрыта. Действительно, с этими служанками что-то не так.

Я решил сначала убрать книги, а только после потрошить свой тайник и разбираться с граммофоном.

Книги – это главный источник человеческих знаний. При этом неважно, какие книги. Электронные, печатные, аудиокниги – это неважно. «Мастер и Маргарита» останется шедевром независимо от того, каким обозом прочитать это произведение.

Вообще в прошлом мире я очень любил литературу. Булгаков, Пушкин и Лермонтов вообще были моими фаворитами. Однако Толстого с его «Война и мир» я так и не осилил. Начинал читать с большими надеждами, но когда автор начал описывать каждую ниточку на очередном платье дворянки, я понял, что пока оставлю этот роман, прочитаю в следующей жизни. И вот она, следующая жизнь. Нужно будет дочитать, когда вернусь.

За всеми этими мыслями я даже не сразу заметил, что все книги уже стояли на полке. В руках у меня осталась последняя книга, и я прочитал её название: «Основа мира: магические дыры и их влияние на людей». Я, кажется, читал что-то из этой серии книг. Автор пишет довольно сложно, но при этом основательно. Я понял всё написанное с первого раза. Я взял эту книгу с собой. Может, почитаю в дороге.

Переодевшись, я посмотрел в зеркало, которое находилось на втором этаже. Длинный плащ с капюшоном, в который я мог закутаться полностью, а также штаны и кофта из жёсткой ткани. Со штанами и кофтой проблем не было. К счастью, в гардеробе моих «братьев» нашлись эти вещи нужного размера. А вот плащ, который я нашёл там же, пришлось подрезать.

Положив свёрток с пистолетом и книгу в небольшую походную сумку, я начал думать о том, что делать с граммофоном. Разобрать его не вариант – детали всё равно придётся прятать, а эту проклятую трубу здесь никуда не запихнёшь. Просто оставить я тоже не решился.

Думал я не так уж и долго. И решил что простое решение в данном случае – самое правильное. Поэтому я просто спрятал граммофон в шкаф в читальной комнате. Я уже давно заметил фальшпанель, которая скрывалась в этом шкафу. За ней было небольшое помещение метр на метр. Это явно был тайник для каких-то тайных книг, однако сейчас там было пусто. Я осматривал другие шкафы, однако там я ничего не нашёл.

Вы спросите: «А почему ты не прятал пистолет там?». Всё довольно просто – этот тайник тут не сам появился. Я думал, что все знают про эту фальшпанель, но служанка сюда не пошла. Значит, об этом помещении знает максимум только сам герцог.

На всякий случай я закрыл шкаф и дверь в комнату на ключ. Пожелав, чтобы запасных ключей от комнаты и шкафа не было, я направился к выходу.

Перед воротами, через которые можно было выйти за пределы дворца, практически никого не было. Стояла только небольшая телега, накрытая тентом, роль которого исполняла очень плотная ткань.

Оглядевшись по сторонам и удостоверившись, что вокруг никого нет, я направился к телеге. Я услышал разговор. Один из голосов я узнал – это был Остин. Он разговаривал с возницей, которого я видел в первый раз.

Я решил лишний раз не попадаться на глаза вознице, и поэтому встал позади повозки, выглянув немного из-за её угла. Остин увидел меня, после чего сказал вознице:

– Ладно, я в повозку. Постарайся на камни не наезжать.

– Ничего не обещаю.

После этого Остин направился ко мне. Когда он подошёл поближе, я спросил его как можно тише:

– Ну как, можем ехать?

– Да. Я сказал вознице, что со мной поедет один слуга из дворца. Просто постарайся лишний раз не говорить с ним. И не показывайся ему на глаза. Ты – единственный ребёнок во дворце герцога. Так что он нас сразу раскусит.

Я кивнул. После этого он помог мне забраться внутрь повозки. Затем он залез сам, прошёл в дальний угол, который поближе к вознице и крикнул: «Трогай!».

Я же решил расположиться поближе к выходу – чтобы полюбоваться видами. Хотя некоторое время смотреть наружу я не решался. Всё думал – достаточно ли мы отъехали? Но в конце концов я отдёрнул шторку из того же плотного материала и прищурился. Когда глаза привыкли к солнцу, у меня перехватило дыхание. Таких видов в моём мире не увидишь.

Дорога проходила через странное место. С левой стороны от повозки находилось золотистое поле. Сначала я подумал, что это пшеница, но оказалось что это какой-то фрукт. Остин сказал, что это лекарка. Вроде как, по легендам, он может помочь раненому человеку, повысив регенерацию. Хотя этот эффект виден только если его использовать как ингредиент для зелий.

С правой стороны находился разноцветный лес. Здесь встречались деревья с разной расцветкой листьев – коричневой, зелёной, жёлтой, красной и розовой. Вроде как на картах он был обозначен как «Многострадальный Лес» из-за того, что в нём раньше жили эльфы. Давным-давно люди решили, что эльфам этот лес не нужен, а поэтому их всех можно вырезать. Тогда он был больше в 4 раза. Однако эльфы решили, что лес им всё-таки нужен, да и быть жертвами резни они не хотели. В итоге началась очень долгая война, во время которой люди активно использовали огненных магов. Большая часть леса была уничтожена. Эльфы не могли тут больше оставаться, так как экосистема была разрушена, и в итоге просто ушли. А люди этого королевства, которые изначально хотели вырубить большую часть леса и продать её другим государствам, однако это всё пошло прахом, когда от леса остался лишь один маленький кусочек. Конечно, за столетия природа смогла оправиться, и в итоге лес потихоньку начинает расширяться.

Меня вообще всегда поражала природа. Что в этом мире, что в моём. Природа оправится от всего, чтобы человек с ней не делал. Мы вырубаем леса, строим заводы, которые отравляют атмосферу, истребляем животных ради шкур. Всё это нарушает экосистему, но природа, со временем, всё равно восстанавливается. Я понимаю, что без загрязнения окружающей среды прогресс на первых этапах невозможен, но всё равно в моём мире были способы свести ущерб природе к минимуму, не сбавляя при этом темпы производства. Однако они дорогие, а поэтому их никто не хотел внедрять. И поэтому мы продолжаем испытывать природу, как будто ища тот предел, когда она не выдержит и просто загнётся.

Думая об этом я смотрел на лес. В этом мире таких проблем не было. Это использование огненных магов в лесах было единственным прецедентом за всю историю. Люди поняли, что это хоть и эффективно, но несёт за собой большие потери. Поэтому армию при сражениях в лесах теперь старается использовать по минимуму.

Эти мысли проносились в моей голове, быстро сменяя друг друга. При этом телега катилась медленно, как будто желая, чтобы я мог наслаждаться этими видами как можно больше.

Глава 5. Фэнтезийный город и чёрный порошок

Спустя пару часов путешествия вдалеке, наконец, показался город. Точнее, его стены. И я сразу заметил отличия от городов средневековья нашего мира. В нашем мире, из-за сложности в постройке стен чаще всего они строились вокруг городов один раз, и изредка, когда население слишком сильно увеличивалось, они расширялись. И то это происходило не всегда.

Поэтому часто можно было увидеть, что за стенами город продолжался, разделяя его на внешний круг, за стенами, и внешний – внутри стен. Здесь же за стенами не находилось ни одного дома. И сами стены были очень высокими.

Я уверен, что в этом была замешана магия. Вроде в одной из книг говорилось, что существует магия, которая позволяет передвигать предметы в пространстве. При этом возможный вес перемещаемого объекта может отличаться от мага к магу. Например, маг с огромной магической силой в теории может поднять огромный замок, после чего просто сдавить его. Был даже такой случай, но он описан в легенде, так что нельзя сказать, правда это или нет.

В любом случае, наверняка постройка стен в этом мире обходится в разы дешевле. Ведь если в нашем мире нужно было, чтобы вначале рабочие очень долго махали кирками чтобы добыть камень, после чего он обчищался до состояния кирпича, отправлялся на повозках к месту постройки и там при помощи кранов, а до этого и вручную при помощи лебёдок, укладывались внизу и наверху стен. Здесь же всё проще – зачарованные кирки позволяют быстро добыть камень, а маги могут применить изменение формы, чтобы придать камням нужную форму, а левитация используется для укладки. Причём сделать это может любой маг ветра и земли.

Вскоре показались огромные ворота. Они были открыты, и перед ними столпились люди. Одеты они были по-разному. Кто-то был одет богато, находясь рядом с повозками. Видимо, это торговцы. Также были группы вооружённых людей. Большинство из них были одеты в лёгкую кожаную броню, при этом встречались как мужчины, так и женщины. Это, по всей видимости, были авантюристы.

В отличие от разных ненормальных представлений об авантюристах, что у них, мол, есть свои гильдии, деления на ранги и так далее, эти были не такими. Да, гильдии были, но у них не было единой системы или правил. Каждая гильдия боролась за внимание сильных мира сего, ведь так можно было найти хорошего спонсора. Вообще они больше походили на наёмников. Некоторые гильдии авантюристов, по слухам, вообще занимались убийством на заказ.

Хотя были и гильдии авантюристов в привычном понимании – те, что занимались только убийством монстров, а также сопровождением людей по опасным местам. Но монстров в мире не так уж и много – люди уже давно загнали их в леса и горы, где людей нет и в помине. И выходят они оттуда крайне редко. Поэтому сейчас большинство гильдий авантюристов стали представлять собой гильдии наёмников низкого уровня.

В отличие от наёмников у авантюристов очень мало боевого опыта против людей, что не удивительно. Они ведь охотятся на монстров. Поэтому их в качестве личной армии нанимают только бедные дворяне, у которых не хватает денег на нормальных наёмников.

Наша повозка не особо привлекала внимания. Больше смотрели на повозки торговцев, которые подчёркивали свой статус богачей, обивая телеги золотом. Выглядело всё это смешно – из-за пыли золото становилось скорее серым, лишь в некоторых местах был заметен привычный жёлтый цвет.

Сначала я подумал, что нам тоже придётся встать в очередь, однако возница отвёл телегу на свободную «полосу дороги», в стороне от очереди.

– А теперь, юный господин, нужно быть осторожнее. Возница высадит нас перед воротами. Гражданам в очереди стоять не надо, но ты не гражданин. Я попрошу, чтобы тебя со мной пропустили, так что надейся, что стражники согласятся.

Всё это Остин прошептал мне, чтобы возница не услышал. Видимо, всё может получиться не так хорошо, как я себе представлял.

На самом деле я надеялся, что войти и выйти из города можно было свободно. Город находится далеко от границ страны, так что шпионов тут можно не боятся. Так зачем здесь вся эта муть с проверкой?

Прошло несколько минут, и телега остановилась прямо перед воротами. Первым вышел Остин. Осмотрелся, после чего показал мне на пальцах типа «иди сюда». Я вылез, спрыгнул на землю. Дождя не было уже долгое время, и пыль под моими ногами поднялась.

– Спасибо, Вил. Дальше я сам.

Сказав эти слова вознице, Остин протянул руку. Вил поступил также. Я всё это время стоял позади телеги. Возница после рукопожатия развернул телегу и поехал обратно. Можно было увидеть, что он поехал не в сторону дворца герцога, а в другую сторону. Видимо, он просто подкинул нас, как попутчиков.

– Так, а теперь пошли, Ранп. Главное не бойся.

– Я и не боюсь. Ты, по-моему, волнуешься больше меня.

Остин был как будто весь на иголках. Оно и не удивительно – ему, в случае если меня раскроют, сильно достанется. Мне, конечно, тоже, но меня уволить не получится.

Мы начали идти в сторону ворот. Кузнец шёл впереди, показывая дорогу. И вот, когда мы уже вошли в арку, нас остановил парень, закованный в доспех.

– Остин! Старый пройдоха!

Рыцарь воскликнул эти слова скорее с радостью. Видимо, это один из знакомых кузнеца.

– Роберт! Богиня, где ты пропадал?

– Ну, там были тёрки на границе. Людей не хватало, вот меня и отправили туда. А ты как?

– Да работаю помаленьку.

– Так герцог тебя ещё не выгнал?

– Нет, но, думаю, он близок к этому.

Вдруг Роберт посмотрел на меня.

– А ребёнка ты откуда взял?

Мы оба напряглись.

– Это ребёнок одной из служанок герцога. Вот, напросился город посмотреть.

Я, стоя в плаще, представился своим настоящим именем. Как уже было сказано, моё рождение не афишировалось, так что обо мне знали только люди из дворца. Возница мог знать про меня, но вот стражник у ворот из города точно не мог этого знать.

– Вот как? Когда это ты стал таким добрым?

– Не был бы я добр, вот только ребёнок хороший. И умный не по годам. Да он ещё и мой учение.

– Будущий кузнец, стало быть? Надеюсь, ковать ты будешь получше, чем твой учитель.

– Что бы ты ни говорил, меч у тебя в ножнах – это моя работа.

После этого они тих, посмеялись, и стражник пропустил нас. На спине я ещё ощущал его взгляд некоторое время. Видимо, я всё-таки показался ему подозрительным.

Сам город – это просто нечто. Я часто читал у средневековых писателей про старые города. Когда канализацию ещё не придумали, а небогатым людям приходилось жить в жуткой антисанитарии. Тогда я считал, что это была просто ужасная жизнь. Оказалось, что на деле всё было ещё хуже.

Как только мы вошли, в глаза сразу бросилось большое количество дорог на довольно просторной улице. Видимо, она была сделана специально для телег. Тут и там были ответвления на мелкие улочки, где могли пройти только люди. В один из таких проходов я заглянул и увидел людей, по которым было видно – это явно местные криминальные элементы. Ещё в нескольких улочках возле стен сидели исхудавшие люди. Явно нищие, которым запретили просить милостыню на главной улице.

Повсюду витал запах экскрементов и нечистот. Видимо, всё это добро просто выливали на улицы через окна. По улице, несмотря на это, ходили толпы людей. Дорога для карет и телег пустовала.

Сами дома были сделаны неплохо. По первой я даже подумал, что здесь люди хорошо живут, если не обращать внимания на запах. Но потом я начал замечать, что некоторые из домов покрыты трещинами. Где-то они вообще покосились.

В этом городе было крайне неприятно находиться. От одного запаха становилось дурно. Всё время Остин взял меня за руку ещё в самом начале и всё это время не отпускал. В такой толпе действительно легко потеряться, так что он всё сделал правильно.

Вскоре мы вышли на местный рынок. Он представлял собой большую площадь в форме круга, которая располагалась перед стеной, разделяющую город на две части. Это одна из причуд зажиточных горожан и дворян, которые живут в городе. Они не хотят жить в нескольких метрах от простолюдинов, а потому поделили город на две части. Самое забавное, что богачи тоже выливают помои из окон, так что я уверен, что запах там стоит, как и в районе для обычных людей. Воистину, в некоторых моментов наши миры так похожи.

На рынке всё было заставлено небольшими ларьками, некоторые здания были переделаны в полноценные магазины. Отовсюду доносились крики торговцев, которые утверждали что у них самые вкусные фрукты и мясо. Особенно меня повеселил торговец, который кричал что его мясо настолько свежее, что он его зарезал завтра.

Пока мы шли, я оглядывался. Наверняка на рынке было то, что я ищу. И я, правда, нашёл нужный мне магазин.

Я одёрнул руку Остина. Он остановился и посмотрел на меня.

– Мне нужно зайти вон в тот магазин.

Я указал рукой на двухэтажное здание, над входом, в который находилось название – «Превосходная Алхимия».

– Зачем тебе туда надо?

– Если хочешь узнать, то пойдём.

И я потянул его к нужному магазину. Сначала я вообще не двигался, просто шёл на месте. Остин был слишком большой для моего пятилетнего тела. Вскоре он от такой сцены даже начал смеяться. Я тоже засмеялся. Со стороны это действительно выглядело смешно. Поэтому некоторые из прохожих, проходя мимо нас, тихо хихикали.

В итоге мы всё-таки пошли к «Превосходной Алхимии». Зайдя внутрь, мы наткнулись на взгляд девушки с довольно неплохой фигурой и внешностью. Светловолосая красавица оценивала нас несколько минут сидя на стуле, после чего встала и сказала:

– Приветствую вас в нашем магазине. Чем я могу помочь?

Я медленно начал двигаться к стойке, за которой сидела девушка, попутно осматривая стеллажи с зельями. Все эти бутылочки с зельями выглядели так, как будто сбежали из фэнтези-игры. Красные, синие, зелёные, жёлтые. Казалось, что тут есть зелья всех цветов. И под каждым было написано название и действие.

Остин плёлся за мной, тоже смотря на склянки. Я изучал их с большим интересом, а он – нет. Он просто скользил взглядом по бутылочкам, делая довольно кислую мину. Видимо, ему не особо приятно ходить по магазинам.

Дойдя до стойки, я обратился к продавщице, которая всё это время стояла и наблюдала, как я медленно к ней приближался:

– Здравствуйте. Мне бы хотелось поговорить с вашим алхимиком. У меня довольно необычный заказ.

Она посмотрела на меня с немного удивлённым взглядом. Чёрт, нужно было поручить разговор с продавщицей Остину. Действительно, кто будет серьёзно относиться к ребёнку?

– Ну… Я даже не знаю что сказать.

Продавщица просто ничего не поняла. К ней в магазин пришёл ребёнок, который говорит по взрослому, и мужик, который выглядел недовольным как ребёнок.

– Просто проведите нас к алхимику. Или приведите его сюда.

– Ладно. Подождите немного.

Она спешно скрылась за дверью, которая находилась за прилавком. Мы же принялись ждать.

– Остин, пожалуйста, хватит кривляться.

– Да я просто не очень люблю магазины. Тут можно пропасть на несколько часов, выбирая то, что лучше.

Я его понимал, но всё равно ещё раз попросил вести себя по-взрослому. Если мы продолжим в том же духе, на нас будут смотреть как на очень подозрительную и странную парочку.

Вскоре в проходе показалась девушка. И следом ещё одна. Вторая была ещё красивее, чем продавщица. Пышные чёрные волосы, прекрасная фигура. Лицо было чистым и светлым, на него можно было смотреть вечно. Хорошо, что я сейчас ещё ребёнок, иначе мужское начало дало бы о себе знать.

Стоит сказать, что служанки во дворце тоже были довольно красивы, но эти две девушки – на совершенно другом уровне.

Скорее всего, здесь не обошлось без алхимии. Если в нашем мире зелье вечной молодости – это всего лишь легенда, то здесь подобная штука есть. Правда, бессмертие она не даёт – просто тело не стареет до самой смерти. А наступит она быстро, если ты не будешь употреблять после этого специальные лекарства, так как зелье вечной молодости очень токсично.

– Итак, ученица сказала, что вы хотели меня видеть. Что вам нужно?

Черноволосая женщина посмотрела на Остина своими голубыми глазами. Ага, видимо продавщица не сказала, что это я хотел с ней поговорить.

– Простите, но это я просил привести вас.

– Ребёнок? Это шутка?

Она зло посмотрела на, как оказалось, свою ученицу, после чего обратилась ко мне.

– Мальчик, иди домой. И папу своего забери.

Вот что я ненавидел – это когда ко мне обращались как к ребёнку. Но в этот раз пришлось проглотить свои претензии к этой горгулье. Не хочется бегать по рынку и искать другого алхимика.

Она уже развернулась, чтобы уйти, видимо, в свою лабораторию, как я крикнул:

– А ну стой!

Она остановилась и обернулась, уставившись на меня удивлёнными глазами. Видимо, этой женщине никогда в жизни не перечили. Плюс, она не ожидала услышать подобное от ребёнка.

– Я сюда пришёл не ради шутки. Мне нужна помощь алхимика.

Она продолжала на меня смотреть. После чего спросила:

– Ты серьёзно?

– Да. И мне бы хотелось поговорить без посторонних.

С этими словами я посмотрел на ученицу. Алхимичка положила руку на подбородок. Удивление прошло, как будто его и не было. Видимо думала, стоит ли тратить на меня время.

– У тебя есть чем заплатить?

Я снял с плеч свой небольшой рюкзак и засунул в него руку. Нащупав небольшой мешочек, я вынул его, а после достал оттуда один рубин. У матери было много таких рубинов в её шкатулке в комнате. Золотые статуэтки было бы неудобно тащить с собой, так что я остановился на драгоценных камнях. Шкатулка была покрыта пылью, когда я её нашёл в шкафу, так что, видимо, она про них забыла. Ну, я всё равно забрал немного, так что пропажу заметят, только если их начнут считать.

Алхимичка удовлетворённо кивнула и помахала рукой, приглашая следовать за собой.

Мы с Остином прошли внутрь и следовали за алхимичкой по небольшому коридору с несколькими закрытыми комнатами, в конце которого оказалась лестница на второй этаж. Весь верхний этаж был переделан под лабораторию. То тут, то там стояли колбочки и мензурки. Также было несколько очагов с необычными трубами, которые объединялись в одну и выходили через крышу. В каждом очаге горел огонь, а над ним находились котелки.

Также я заметил несколько древних приборов для дистилляции. В дальнем углу находилась закрытая дверь, на которой было выцарапано слово «склад». В общем и целом всё выглядело намного лучше, чем я предполагал. Я думал, что здесь будут повсюду развешаны части монстров и сушёные растения, а тут всё прилично.

– Итак, о чём вы хотели поговорить?

– Мне нужен один необычный порошок. Делается из серы, древесного угля и селитры. Имеет чёрный цвет. Хорошо горит, может взорваться, если его поджечь.

Я не был уверен, что здесь нужные ингредиенты называются также как и в нашем мире. У нас многие названия химических элементов, растения и животные имеют своё имя или от латинских слов, или в честь знаменитых людей. Вряд ли здесь есть латинский язык, да и каких-нибудь Наполеонов тут нет.

– Я знаю только про древесный уголь, но про другие ингредиенты никогда не слышала. А вот про похожий порошок знаю. Я его недавно получила случайно, когда смешала корш, уголь и либл. Имеет резкий запах, а когда бросила в огонь – взорвался с таким грохотом, что уши заложило.

Я задумался. Может эти корш и либл – местные аналоги серы и селитры? В любом случае, исходя из её описания, можно сказать, что у неё получилось получить порох. Но имеет ли он нужную мощность?

– Простите, но у вас не осталось немного порошка?

– Да, конечно.

С этими словами она удалилась на склад. Через пару минут она вернулась, держа в руках небольшой мешочек. Она передала его мне. Я открыл мешочек и увидел его. Это похоже на то, что я искал, однако полной уверенности у меня не было. Чёрный порох до этого я видел только в петардах. В современных патронах используется только белый, бездымный порох. Нужно проверить.

– Вы не против, если я проверю то ли это, что мне надо?

– Да, конечно.

– Тогда не могли бы вы выйти?

Она посмотрела на меня с удивлением, и уже хотела отказаться, но я протянул ей рубин из мешочка. Она взяла его и, вздохнув, вышла из лаборатории. Остались только я и Остин.

– Остин, поклянись, что никому не расскажешь о том, что здесь увидишь.

– Богиня, да что же ты задумал?

Я достал из рюкзака свёрток с пистолетом. После этого развернул ткань и начал думать, что делать дальше. Если у этой алхимички, которая впервые случайно получила порох, он получился нормальный, то это будет чудом. Однако я в этом очень сомневался. Хотя с другой стороны, должно же мне хоть раз повезти.

Но полагаться на одну удачу я не собирался. Так что я по-быстрому собрал держатель для пистолета из двух книг, которые в хаосе лежали на одном из столов. После этого поставил между ними пистолет и, для большей устойчивости, положил ещё по книге сзади и спереди. Затем немного распустил плащ, оторвав длинную нитку. Её привязал к спуску. Спуск у этого пистолета был очень тяжёлый, так что, чтобы пистолет не перевернулся, пока я буду тянуть, решил положить ещё одну книгу. Сзади. Взвёл курок, потянул за верёвку. Через мгновение опустился курок, и высеклись искры.

Пробный тест прошёл удачно, так что можно приступать к настоящему испытанию. Засыпав порох, я начал утрамбовывать его шомполом. Затем положил пулю. Опять утрамбовал шомполом. Остин всё это время внимательно наблюдал за моими манипуляциями. Он крайне удивился, когда я сделал пробный тест. Посмотрим, как он удивится, когда пистолет выстрелит.

Снова положил пистолет между книгами и обложил спереди и сзади.

– Так, Остин, а теперь нам лучше укрыться. На всякий случай.

В качестве укрытия было решено использовать небольшой диванчик. Отодвинув его от стены, мы спрятались за ним. Нитка была у меня в руке. Дуло пистолета было направлено в противоположную стену. На пути пули ничего не было. Я, наконец, решился.

– Остин, заткни уши и открой рот.

Он сделал так, как я сказал. При этом у него было непонимающее лицо. Я сделал также, только одна рука у меня была занята, так что пришлось изловчиться, чтобы закрыть её плечом. Мог бы, и прислониться к стене, но мне очень хотелось увидеть первый выстрел моего оружия. Немного высунув один глаз из-за дивана, я потянул нитку.

Вдруг грянул грохот. Выстрел был просто оглушающим. Я бы и правда мог оглохнуть, если бы не закрытые уши и открытый рот. На моих глазах через мгновение после того, как появилась искра, из дула вырвалось пламя, которое вытолкнуло пламя. Пуля на бешеной скорости врезалась в стену, проделав дыру, от которой пошло несколько трещин.

Остин был в шоке. Он смотрел на меня огромными глазами, не понимая, что только что произошло.

Снаружи послышались быстрые шаги, после чего дверь с грохотом распахнулась. В проёме показались алхимичка с её ученицей.

– Что здесь творится?!

Эти слова алхимичка прокричала. В её глазах были видны удивление и немного испуга. Но когда она увидела дыру в стене, на её лице появилась зло. Её ученица вся тряслась. Видимо, она сильно испугалась этого громкого звука.

Я не обратил на двух девушек внимания. Вместо этого я обошёл диван и направился к пистолету.

Из дула всё ещё валил дым. Я аккуратно взял его за рукоять. От ствола веяло жаром. Поднеся дуло ко рту, я дунул в него, прогоняя дым. Это было довольно опрометчивым решением, так как дым вылетел из дула и направился прямо в лицо. Из-за этого у меня начался кашель, а на краях глаз появились маленькие капли слёз.

После этого я проверил состояние ствола внутри и снаружи. Видимых повреждений не было. Никаких трещин или чего-то подобного. Только внутри раньше чистый ствол немного почернел.

Смотря на то, что я рассматриваю какое-то неизвестное ей устройство, алхимичка зло спросила:

– Так ты расскажешь мне, что устроил в моей лаборатории.

Я коротко ответил:

– Тест.

После этого я попробовал прикоснуться к стволу. Он уже немного остыл, и стал просто тёплым. Затем я положил пистолет в карман. Нужно будет сделать кобуру. Затем повернулся к алхимичке.

– Мне нужен весь порошок, что у тебя есть. А также его рецепт.

Глава 6. Счастливая семья

Уходили мы от алхимички с разными чувствами. Остин до сих пор не мог отойти после выстрела пистолета, а я был просто счастлив, что этот маленький эксперимент прошёл успешно. Алхимичка, которую, как оказалось, звали Анна, возмущалась и сначала не хотела рассказывать про то, как создавать порох. Однако деньги, а точнее драгоценные камни, довольно быстро заставили её простить все обиды, даже те, которых не было. Также я заплатил ей за молчание.

Пороха у неё, кстати, оказалось довольно много – один мешочек весом в полкило, который я аккуратно засунул в рюкзак. Из-за этого он сильно разбух, и теперь туда вряд ли ещё что-нибудь поместится. Мешочки с порохом и пулями я повесил на пояс, а пистолет всё также находился в кармане. Нужно будет в ближайшее время сделать кобуру, ведь носить что-то, что высекает искры, в кармане, было довольно глупо.

– Остин, куда мы идём?

Кузнец вздрогнул, как будто испугался. Посмотрев на меня, он ответил:

– Ко мне домой.

Я кивнул, и мы продолжили идти.

– Скажи, Ранп. Что случилось в той лавке?

Этого вопроса я ждал, и в то же время боялся. Я изначально не особенно хотел показывать Остину пистолет и прочее. Хотя с ним всё пошло бы в разы быстрее. Я боялся не столько за себя, сколько за него. У него семья, и если будет известно, что он помогает мне создавать вещи, которые могут заменить магию, его семья тоже может оказаться в опасности. А одному сбежать было бы проще.

– Если я тебе всё расскажу, ты сможешь поклясться, что это останется тайной для всех?

Он задумался. Остин наверняка думал не над тем, стоит ли принимать моё условие, а над тем, нужно ли ему вообще знать обо всём этом.

– Хорошо, я буду молчать.

Я огляделся вокруг. Люди всё ещё сновали туда-сюда, так что я сказал:

– Давай сначала дойдём до твоего дома. Тут много лишних ушей.

После этих слов мы пошли дальше, всё дальше удаляясь от рыночной площади.

Вскоре более-менее приличные улицы города, если не считать запаха дерьма и нескольких покосившихся домов, начали сменяться всё более неприглядными улочками. Я подозреваю, что улицы в самом начале – это была просто пыль в глаза для приезжих торговцев, гостей города и просто для высокородных господ. Однако находясь здесь, становится видно, что настоящий город выглядит не так прилично.

Вскоре Остин остановился перед одним из немногих приличных домов в этом районе.

– Вот и пришли, юный господин. Пойдём, я тебя с семьёй познакомлю.

Кузнец отошёл за время прогулки, и теперь к нему вернулось это шутливое весёлое настроение. Или, возможно, он натянул маску, чтобы не пугать своих домашних.

Мы подошли к двери и Остин толкнул дверь внутрь. Она открылась, и до меня сразу донеслись радостные крики и смех детей. И тут же из одной из комнат выбежали три ребёнка – два мальчика и одна девочка. При этом парни были очень высокими. Видимо, полностью пошли в папу. Они все побежали, чтобы обнять вернувшегося отца, крича при этом «Папа!».

После из той же комнаты спокойно вышла светловолосая женщина, которая, посмотрев на Остина, тепло улыбнулась. Меня она пока не заметила, так как я стоял за спиной кузнеца.

Однако долго мне оставаться в тени не удалось.

– Остин, кто это с тобой?

Жена кузнеца смотрела на меня своими карими глазами, но в них не было неприязни или чего-то негативного. В них был просто чистый интерес.

Я уже думал о том, какую историю ей рассказать, но вдруг Остин меня удивил.

– Клара, помнишь, я тебе говорил про забытого сына герцога? Вот, это он, Ранп.

Он что, нарушил приказ герцога? Я просто стоял и смотрел на него глупыми глазами.

– Ты что, рассказал своей семье о моём существовании? Тебя же из-за этого могли наказать!

– Ой, да ладно, моя жена не из тех, кто рассказывает секреты направо и налево.

Дети при этом не слушали ничего из того, о чём говорил Остин. Они были слишком сильно увлечены обниманием своего папы.

Я же вышел из-за спины кузнеца, решив, что скрываться и придумывать разные сказки уже нет смысла.

– Здравствуйте. Я Ранп, ученик вашего мужа.

– А разве не сын лорда?

После этих слов я почувствовал, как моё лицо перекосило. Я не понял причины, так что решил просто забыть.

– Да, я сын лорда. Но я забытый сын, так что лучше представляться учеником Остина.

Она понимающе кивнула, после чего на её лицо появилось довольно грустное выражение. Она что, жалеет меня?

– Так, детки, встаньте в линию.

Это сказал Остин. После этого дети выстроились в шеренгу, при этом пытаясь выразить недовольство.

Остин стал указывать на детей рукой, представляя их:

– Итак, Ранп, давай я представлю тебе моих детей. Это старший сын. Ему четырнадцать, зовут Чарльз. Это младший сын – ему десять, зовут Лид. А эту маленькую принцессу зовут Люси. Она твоя одногодка.

После представления Люси он подхватил её на руки и начал подбрасывать её к потолку. Видимо, он в ней души не чаял. Однако вскоре он остановился и просто прижал её к груди, после чего сказал:

– А эта великолепная женщина, с которой мне сильно повезло – Клара. Она, как ты понял, моя жена.

Я легко наклонил голову вперёд, посмотрев на Клару, во время этого закрыв глаза. Хотя, последнего она, скорее всего, не заметила. На мне всё ещё был плащ, который мне не очень хотелось снимать.

Дети Остина рассматривали меня с огромным интересом. Видимо, у них не часто бывают гости.

– Ладно, Ранп, пойдём, поговорим. Ты же хотел мне что-то рассказать?

Я кивнул. После этого Остин направился вглубь дома, а я пошёл за ним. За мной шла Клара. Неужели она тоже будет там присутствовать во время разговора?

Однако мои опасения оказались напрасны. Когда мы вошли в комнату без окон, он попросил Клару принести чего-нибудь поесть и попить. Она вышла из комнаты, видимо поняв этот намёк, и вышла, закрыв дверь.

В комнате горели свечи, а обстановка была довольно мрачной. Свет выхватывал из темноты только полукруглый стол, вокруг которого стояли стулья. Остин сел на дальний стул. Я же сел на противоположном. Кузнец сложил руки в замок и внимательно посмотрел на меня. От счастливого от встречи с семьёй отца не осталось и следа.

– Итак, Ранп. Я не знаю, что это было в лаборатории, но точно понимаю, что это что-то ненормальное. Да и, честно сказать, ты совсем не похож на ребёнка. Обычно детям не очень интересен монотонный труд, однако ты постоянно работаешь в кузнице, а когда я тебя учил – ты ни разу не сказал что тебе скучно. Так объясни мне, наконец, что происходит?

Я несколько секунд молчал. Видимо, я и правда, вёл себя довольно странно. Если подумать, то я практически не плакал в своём втором детстве. Только когда хотел показать, что я нагадил в подгузник или проголодался. Да и это был скорее не плач, а простой крик.

– Прости, но я не расскажу, кто я. Могу лишь сказать, что на самом деле мне не пять лет. А вот про лабораторию я тебе расскажу. Видишь ли, у меня есть что-то вроде… незабытых воспоминаний. Я знаю много такого, о чём в этом мире пока не догадываются.

Я замолчал на несколько секунд. Остин же перевариваривал эту информацию, пытаясь понять мои непонятные слова. После он кивнул, показывая, чтобы я продолжал.

– То устройство называется пистолет. Ты ведь знаешь, что я не владею магией, так что я решил, что мне нужен козырь, чтобы я мог потягаться с магами. Так что решил сделать пистолет. Работает он просто – нажимаешь на курок, механизм выбивает искры, они поджигают тот чёрный порошок. Он взрывается и выталкивает металлический шарик, пулю. Она летит на огромной скорости, и вполне может убить человека, а если стрелять с близкого расстояния – то можно даже пробить броню.

– Алхимичка сказала, что только недавно смогла создать этот порошок. Откуда ты знал о нём?

– Я же только что говорил – незабытые воспоминания.

Остин явно был недоволен таким ответом. Но мне не хотелось говорить ему о том, что я переродился, сохранив все воспоминания. Так что ему придётся смириться с этим.

– Я правильно понимаю, что этот твой… пистолет не использует магию, но при этом обладает большой убойной силой?

Я кивнул.

– А ты в курсе, что за такое полагается смертная казнь?

– В курсе. Именно поэтому я не хотел тебя втягивать. Но тогда я так воодушевился, что не смог сдержаться.

Остин вздохнул, после чего засмеялся, откинувшись на спинку стула.

– Ладно. Я тебе пообещал, что буду молчать об этом. И своё обещание сдержу. Но также я хочу, чтобы ты никак не впутывал в это меня и мою семью, чтобы наказание не пало и на нас.

– Разумеется, Остин. Я даже и не думал о таком.

Кузнец довольно кивнул и мягко улыбнулся, смотря на меня. А буквально через минуту пришла Клара, которая несла на деревянном блюдце две тарелки с бутербродами и чайник с кружками.

– Серьёзно? Ты даже дома их ешь?

– Да. А что плохого в бутербродах?

– Ничего, в общем то.

После этого мы начали есть. Клара села на один из стульев и смотрела на нас, переключая внимание с меня на кузнеца и обратно. Я ел довольно медленно, запивая каждый откусанный кусок бутерброда чаем.

Хотя, назвать его чаем можно было с огромной натяжкой. Это была скорее травяная настойка, которая обладала довольно приятным запахом, но при этом отдавала резким вкусом травы. Всё дело в том, что в этом мире не было чая. Точнее, где-то он, возможно, есть, всё-таки в этом мире не было эпохи открытий, и люди на этой стороне планеты никогда не имели своего Колумба. Да и корабли тут остались на уровне римских трирем.

В общем, нормального чая не нашли, а пить простую воду никому не хотелось. Так что люди начали сначала сушить и заваривать обычные растения, которые приятно пахли и имели неплохой вкус, а затем смешивать эти засушенные растения, создавая более совершенные вкус и аромат.

Хороший травяной чай могут себе позволить только богачи, а простолюдины либо вообще не покупали чай, либо покупали просто отвратительные чаи, к которым нужно было долго привыкать. Мне в замке, конечно, не давали какие-то дорогие чаи, но их можно было пить. Этот напиток пить не хотелось от слова совсем.

Во время чаепития Клара задавала много вопросов. О том, какого это – жить в замке, чем я обычно занимаюсь, что мне нравится. Мне кажется, что она хотела узнать меня получше. Возможно, она хотела подружиться со мной.

Я сначала отвечал на все её вопросы неохотно. На самом деле я не очень хорошо понимал, зачем ей что-либо обо мне знать. Однако под конец я начал отвечать более охотно. Потом и сам начал задавать вопросы, и вскоре у нас завязалась настоящая беседа. Остин наблюдал за этим с огромным удовольствием. Возможно, он видел то, как со мной обращались во дворце, поэтому хотел, чтобы со мной хотя бы на несколько дней обращались нормально. И именно поэтому он не останавливал свою жену, хотя видел, что я отвечал на вопросы с большой неохотой.

Через час разговоров мы, наконец, закончили наш диалог. Я встал из-за стола и поблагодарил хозяйку и хозяина за это угощение. Пусть чай было пить и не очень приятно, но он подошли ко мне со всей душой, так что я обязан хотя бы просто сказать «Спасибо».

После мне показали комнату, где я буду спать. Этой комнатой, по моей просьбе, оказался главный зал с небольшим диваном. Неважно, как ко мне относится семья герцога – для простолюдинов я остаюсь высокородным. Мне просто не хотелось стеснять хозяев, хотя Клара настаивали, чтобы я занял одну из комнат их детей, или вообще их собственную. Я отказывался, и, в конце концов, вмешался Остин.

– Лучше отступи, Клара. Ранп ни за что не откажется от этого дивана.

В итоге она и правда сдалась, постелив мне на диване.

За окном уже давно стемнело, так что всем нужно было идти спать. Разогнав играющих детей, которые уже начали приставать ко мне с просьбой поиграть, по комнатам, хозяева сами решили идти спать. Пожелав мне спокойной ночи, они удалились в свою комнату. Я так и не снял плащ за всё время пребывания в доме, ограничившись простым откидыванием капюшона.

Однако спать в плаще было бы очень неудобно, и я его снял, положив на спинку дивана, поближе к стене. Остальную одежду я решил не снимать. Не очень хотелось лежать в главном зале чужого дома в нижнем белье.

И вот я уже лёг, как вдруг заметил на себе чужой взгляд. Это сложно объяснить. Просто иногда, если человек на тебя пристально смотрит, ты это начинаешь чувствовать. Конечно, такое случается не всегда, но периодически, если за мной следят, а я этого не вижу, у меня вся спина покрывается мурашками.

Я приподнялся с дивана и начал осматриваться, ища неизвестного наблюдателя. Я просто надеялся, что это не шпион, которого послал мой брат. Не зря же он сказал, что будет следить за мной. В доме было темно. Свет луны практически не пробивался через зашторенные окна, поэтому сама комната была почти полностью поглощена темнотой.

Я решил на всякий случай зарядить пистолет. Да, это было больше похоже на приступ шизофрении, но лучше подготовиться к неожиданностям, чем жалеть, когда ты их встретишь безоружным. Мешочки с порохом и пулями, а также сам пистолет я спрятал под диваном в надежде, что дети не станут там искать что-нибудь интересное. Быстро зарядив пистолет, потратив на это примерно сорок секунд, я держал пистолет дулом вверх. В темноте я не мог определить, достаточно ли пороха я засыпал, однако пуля должна была вылететь, по крайней мере, на десять метров. А большего мне и не надо было.

– Что ты делаешь?

Детский голос девочки, доносящийся из темноты, напугал меня. Настолько, что я подпрыгнул на месте, после чего быстро повернулся на голос, держа пистолет всё также дулом кверху.

Всматриваясь в темноту я, наконец, разглядел девочку. Глаза уже давно привыкли к этой жуткой темени, но всё равно видно было плохо.

Возле двери в свою комнату стояла маленькая девочка. По словам Остина, она моя одногодка.

– Ты же Люси, да?

Я сказал это, одновременно с этим пряча пистолет за спиной. Вид у девочки был заспанный, значит она, скорее всего, не смогла увидеть, что у меня в руках. Да она бы и не поняла что это такое.

– Да, я Люси. А ты Рамп?

– Да.

– Странное у тебя имя, Рамп.

С этим я не мог не согласиться. У всех дворян в этом мире были довольно странные имена. Вроде как их имена были составлены из слов языка Древней Империи, однако потом язык был утерян, как и значения имён. Но мне больше верится в то, что дворяне хотят такими странными именами ещё больше отгородиться от простолюдинов.

– Может, тогда придумаешь мне нормальное имя?

Девочка положила руку на подбородок, делая вид, что она думает над моим новым именем.

– Может, Рекс?

Тут уже задумался я. Рекс довольно неплохое имя, хотя мне, кажется, оно совсем не подходит. Я уже хотел сказать Люси о том, что это имя мне не нравится, но вдруг я увидел в небольшом шлейфе лунного света, который всё-таки смог пробиться через шторы, прекрасные глаза золотистого цвета. Девочка с золотистыми глазами и светлыми волосами смотрела на меня в ожидании. Стоит признать, что выглядела она мило. И смотря в эти глаза, которые ждали одобрения предложенного ей имени, я всё-таки не смог сказать ей правду.

– Да. Рекс – это хорошее имя. Мне нравится.

После этих слов я отвернулся. Честно сказать, я всегда считал детей милыми. Маленькие люди, на которых ещё не повлиял мир взрослых. Порой я им даже завидовал. Однако мои чувства на этом ограничивались.

Эта девочка, правда, заинтересовала меня. Неужели из-за того, что в этом мире я пятилетний парень, меня начали привлекать девочки моего возраста? Такого я полностью отрицать не могу.

Возможно, это просто любовь с первого взгляда. На самом деле такая любовь существует, несмотря на слова скептиков. Однако в большинстве случаев она проходила так же быстро, как появлялась.

Всё-таки посмотрев на девочку, которая светилась от счастья, в моём сердце что-то ёкнуло. Видимо, это всё-таки из-за того, что у меня тело пятилетнего парня.

– Рекс, а, правда, что ты дворянин?

Ага, начались сложные вопросы. Я немного замялся, не зная как ответить. Вроде как я член семьи герцога, и де-юре дворянин. Однако де-факто прав у меня во дворце не больше, чем у простолюдина. Разве что кормят лучше.

– Ну, вроде да. Правда, мои родители мне не особо радуются.

– Почему? Разве твоя мама не любит тебя?

Я вдруг, усмехнувшись, вспомнив случай из младенчества. Тогда в мою комнату ввалилась моя «мама», напившаяся до невменяемого состояния. Она начала кричать про то, что я должен умереть. Что я должен был помереть ещё в утробе. Тогда я ещё не знал язык этого мира, однако теперь я знаю, что она тогда кричала. В итоге, как бы не пытались горничные её остановить, она всё-таки прорвалась к колыбели и начала меня душить. Я не представляю, кем нужно быть, чтобы пытаться придушить младенца голыми руками. Но в итоге эту тварь остановилась.

Тогда мне хотелось убить её. Однако сейчас она практически не появляется за пределами своего крыла дворца, где она сидит в большом зале и смотрит на костёр в камине. Один раз я пытался подойти к ней в это время, но она так на меня зыркнула, что я сразу поспешил убежать. Эти глаза были настолько безумными, что стало страшно. Надеюсь, она не убьёт меня до того, как мне исполнится 16 лет.

– Моя настоящая мама любит меня. Она сейчас очень далеко, но однажды я вернусь к ней.

После этого мы ещё долго говорили на разные темы. В основном Люси интересовала жизнь дворян. Видимо, она, как и прочие девочки её возраста, хотела стать принцессой. Однако, как бы мне не хотелось, вечно наш разговор длиться не мог.

– Ладно, я пошла спать. Спокойной ночи, Рекс.

Эти слова она прошептала, чтобы не разбудить никого, после чего зашла в свою комнату.

Я лежал в кровати и думал о сложившейся ситуации. Пистолет с мешочками я вернул назад, под диван. После этого, немного подумав, я решился. Сейчас я не буду поддаваться этому любовному порыву. Вместо этого я подожду, пока не стану старше в этом мире. Если моя любовь выдержит проверку временем и не выветрится – я сам их приму.

Глава 7. Несчастный случай

Утро в обычной семье простолюдинов начинается рано. Вот и я проснулся с первыми лучами солнца от шумов со всех сторон. Остин и Клара бегали туда-сюда, что-то перенося из одной части дома в другую. Также они ловили своих сорванцов-детей, которых нужно было умыть.

Меня во время всей этой беготни никто не трогал. Я думал ещё немного поспать, но постоянный топот и крики детей ясно дали понять, что спать мне никто не даст. Поэтому ничего не оставалось, кроме как встать с кровати.

Спина сильно болела. Не думал, что этот диванчик будет таким жёстким. Поэтому я потянулся вверх, издав протяжный звук, после чего потрогал свою голову. Зеркал в доме у Остина не было, так что проверять, что творилось у меня на голове, приходилось старым способом.

Проверять было что. Каждое утро в этом мире мои волосы превращались в настоящий ужас. Они торчали в разные стороны, создавая образ безумца, что недавно вышел из жёлтого дома. И этот раз не стал исключением.

Обычной расчёской такое безобразие не исправишь, только если намочить волосы на голове.

Немного подумав, я решил просто скрыть свою безумную причёску за капюшоном. А там они сами разгладятся через некоторое время.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.