Сны Маргариты
Марина Ильницкая

Редактор Татьяна Веретенова

Корректор Елена Плужник

© Марина Ильницкая, 2022

ISBN 978-5-0059-2414-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Избранник

Елена очень любила свою маму, и именно из-за нее сегодня была в неровном состоянии. Мама Елены, женщина – неиссякаемый фонтан, она утолит твои печали, если ты грустен, напоит живой водой, если ты болен, вылечит и обрызгает брызгами шампанского в радости. Но иногда из мамы льются советы, и если ты на них не реагируешь, они становятся рекомендациями, а сегодня уже пришло по электронной почте письмо, что в случае с мамой – официальный вариант, подлежащий исполнению.

«Елена, уже прошло три года, как ты развелась. Год можно потратить на рефлексию, еще один на самоопределение, а куда делся твой последний год? Ты живешь усеченной жизнью, и ситуация неочевидна только тебе самой.

Мне кажется, при твоем бездействии уже Господь позаботился о тебе и прислал тебе суженого по почте, до востребования, тебе только нужно потрудиться узнать, из какого почтового отделения его забрать!

Я не зря тебя растила умной девочкой! В этом году новогодние поздравления принимаю только от двоих! Жду вас к обеду 31 декабря!

P. S. У тебя еще целая неделя!

В цейтнот твоя работоспособность и креативность увеличивается, я давно заметила!

P.S.S. Будет твоя любимая индейка в яблоках!»

Елена знала свою маму не только хорошо, но и давно, и потому ненавязчивость тона в письме ее не обманула – она понимала, что за ней стоит кипучая материнская решимость, которая просто деликатно подается, как горячая закуска на стол. В том, что далее последуют другие блюда, Елена не сомневалась. И чтобы отстоять независимость, Елене нужны были союзники. Она позвонила тете Агате. Кто, как не старшая сестра смог бы унять пыл материнской любви? Но в этот раз удача не была на ее стороне.

– Деточка, пандемия нанесла нам всем значительный урон. Помнишь Григория, моего ухажера и соседа по даче? У него был архивный домик в Юрмале, куда он и при открытых границах не очень-то наведывался. Так вот, он продал его и купил гостевой дом в Суздале, и мы едем туда принимать новое хозяйство. На твою маменьку пандемия тоже оказала влияние, после последнего локдауна ей стало сниться, что ты сидишь дома в маске и одна, маску бы она еще пережила, но одной она тебе остаться не позволит, и это стало ее миссией в наступающем году: спасти тебя от одиночества! По ее мнению, ковид не посещает только счастливых и влюбленных женщин, и ты будешь одной из них, чего бы это ей не стоило! От себя замечу, именно эта благая мотивационная идея и делает счастливой твою маму, и поэтому к ней тоже не приходит ковид.

– Тетя Агата, но это же похоже на спекуляцию обстоятельствами, и не то чтобы прозрачную, а в чистом ее виде!

– Иммуноспекуляция рождает иммуномодуляцию, почему бы и нет? Лучшей вакцины для спасения жизни, чем любовь, еще никто не придумал, и тут я на стороне твоей матери. Да, когда решится твой вопрос с избранником, можете в Суздале меня навестить, так наш дом примет первых туристов.

Да уж, полагаться на тетю в этом вопросе, пожалуй не стоит: ярая противница брака после трех неудачных попыток, она предпочитала дружбу, как сама говорила, и тем самым заставляла мужчин виться за ней пуще прежнего. Вы только подумайте, в семьдесят лет они едут возделывать туристическую индустрию!

Под предлогом завтрака Елена навестила мать.

– Как приятно, дорогая, что ты прочитала мое письмо, ты ведь пришла проверить серьезно ли я его написала.

Ангелина Витольдовна, столичная театралка с многолетним опытом любила красивую игру, не наигранность, а именно театральность действия, что делало ее высказывания более убедительными. К тому же она не могла отказать себе в удовольствии использовать постановочные эффекты. И сейчас голосом героини древнегреческой трагедии она озвучивала заранее приготовленную в ее голове речь о спасительной необходимости любви в столь сложные времена. Красивая, в домашней тунике, с легкой укладкой! Кстати, об укладке: как у нее получается выглядеть так, будто вот-вот откроется занавес и ее позовут на сцену под аплодисменты? Впрочем, ответ от матери Елена на это когда-то уже получила.

– Леночка, жить надо, как будто это твой последний час, и при этом он самый лучший. И выглядеть соответственно!

Завтрак прошел просто отлично, что свидетельствовало о том, что пощады не будет, и поиска жениха не избежать, его присутствие нужно обеспечить хотя бы на время праздничного обеда. Сказать матери, что жениха нет, Елена не могла, вдруг у мамочки припрятаны козыри, и окажется, что жених ею самой уже найден. Сказать, что это странная идея и Елена видит это как вмешательство в ее личную жизнь, тоже не вариант. А вдруг именно участие в благоустройстве личной жизни дочери и держит ее мать в нужном тонусе? И тут у Елены всплыли слова тети Агаты о материнском иммунитете, и она решила попробовать сделать матери этот королевский новогодний подарок. Ангелина Витольдовна проживала свою жизнь как захватывающую театральную пьесу, где сцена праздничного обеда с дочерью и ее избранником может случиться лучшей постановкой года.

Мама Елену любила так сильно, что всегда знала, что для дочери хорошо, а что еще лучше. С детства у Елены было два пути: соглашаться с выбором матери или не соглашаться; в юности дочь предпочитала второе, и часто безрезультатно, с годами же стала предпочитать первое, не перечить матери, но при этом жить своей жизнью, и такой вариант устроил обеих.

По натуре Елена была координатором, и работу несколько лет назад придумала себе соответствующую, она создавала связи между людьми. Елена основала агентство услуг для работающих в Москве иностранцев, что значительно упрощало жизнь экспатов и их семей, не владеющих русским языком. Постепенно ее клиентами стали и русские бизнесмены. Елена могла найти в Москве специалиста в любой сфере, у нее появился собственный каталог лучших профессионалов в самых разных областях. Она могла бы быть прародительницей сайтов фрилансеров, но массовость спроса и предложения родила бы потерю в качестве. Елена же работала совсем с другими людьми, они берегли не деньги, а время, потому что их собственное время стоило дорого. Последние два года Елена была востребована в своей нише как никогда, ограничения в свободе передвижения в ковидное время требовали иного подхода в организации как работы, так и течения жизни, и все больше сервис услуг уходил в онлайн. Перестраивались все, но оперативные и эффективные уходили далеко вперед, именно поэтому Елена ни разу не пожалела, что всегда работала с лучшими, другим компаниям их было не догнать.

Итак, мама дала ей срок найти жениха до Нового Года! Хорошо хоть, что только найти, а не выйти замуж в третий раз! Предыдущий брак Елена провела заграницей, и не совсем понимала, что происходит на рынке женихов после ее возвращения. Мысленно Елена полистала свой обширный рабочий каталог мужчин, подбирался он исключительно из соображений профессионализма, перенести рабочее в личное у Елены не получилось. «Поищем на стороне», – решила предприимчивая Елена, и если поиски необходимых людей для других приносили ей доход, что ей стоит найти всего одного жениха напрокат для себя.

По дороге на работу Елену нагнало сообщение от матери.

– Дорогая, ты уже купила новогоднее платье?

Именно это ей нужно для вдохновения, платье! Елене показалось, что она проживет интересную неделю, накупив себе женских вещей, именно женских, а не офисных. Она воодушевилась сценами примерки гардероба в новую жизнь, куда Елена не собиралась брать случайного жениха, а только оставшиеся от этого романтического приключения платья.

А не попробовать ли обтягивающий силуэт? Елена критически осмотрела себя и поехала в фитнес, куда она ежегодно брала абонемент, правда, ходила пару раз в месяц. Тренажерный зал ей не покорялся, она его просто не любила, а красивую фигуру любила, и потому сегодня решила начать с фитнесом новую жизнь.

Елена улыбнулась, вспомнив, как по совету подруги-психолога она написала рассказ про фитнес зал, и это должно было прояснить их с залом отношения, помочь увидеть зоны конфликта и причины отвержения Еленой фитнеса, приносящего другим в подарок великолепное подтянутое тело.

«Клерки против людей-тренажеров, ну или как можно назвать этих людей без определенных занятий, отчаянно любящих себя в тренажерном зале, посвятивших себя раз и навсегда служению собственному телу? Их становится все больше, они видны повсюду, их выдает даже не рельеф мышц, в виде застывшей горной породы, многие из них маскируются под нормальных, уже все в курсе, что в моде не накачанность, а элегантная подтянутость. И теперь они больше видны по особому блеску глаз, и по их реакции на все, что содержит слово фитнес. И не то чтобы им были незнакомы другие человеческие ценности, но они определенно предпочтут им здоровый образ жизни. Бойтесь их, они убедят в этом и вас!

Об этих людях думает каждый клерк, робко вступающий первый раз в тренажерный зал! Зал, конечно, клерков внутрь пускает, но не любит: он безошибочно определяет не своих.

Клерк может пыхтеть на беговой дорожке, обливаться потом на велотренажере, даже подойти к штанге, зал к нему скептичен и хладнокровен, его не проведешь, он любит своих, тех, кто отдал ему свою жизнь. А что клерки? Зал знает об их ветрености и непостоянстве, они сегодня здесь, но не ради самого спорта, а так, по мелочи – похудеть, подготовиться к свиданию с девушкой, за компанию, доктор прописал, да и много их, причин, говорящих о непрочной привязанности клерка к тренажерному залу.

В общем, клерки бодро начинают и проигрывают борьбу за выживание в зале тем, кого мы назовем завоевателями тренажеров. Последние, собственно, даже ни с кем не состязаются, вместе с мышцами в них растет чувство превосходства. Зал тоже не мелочится и не терпит полумер, его цена высока, посторонним кажется, что за фитнес платят деньги, но нет, победитель отдает ему всю свою жизнь!»

Елена написала в голове этот фитнес-рассказ за доли секунды, ровно столько задержался ее взгляд на раскрасневшемся от нагрузки офисном работнике, с радостью выходящем из стеклянной двери. Когда они с подругой его читали, смеялись обе. «Как все прозрачно в этой жизни, – сказала Алена, – человеку нужно просто написать, чтобы непонятное стало понятным, а скрытое явным».

– Елена, дорогая, люди спортивного образа жизни у тебя на подозрении, потому что ярко высвечивают твою слабую в отношении спорта силу воли и нежелание отказывать себе в других удовольствиях ради мышечного корсета. Ты пробуешь, но у тебя не получается»возлюбить фитнес больше сладкого. Может, тебе попробовать романтическое свидание с фитнесом? Как в первый раз?

Посреди тренировки раздался звонок из офиса.

– Елена, у нас есть запрос от иностранной пары молодоженов на незабываемый уикенд в типично русском городе, нетронутом современной архитектурой. Я вот подумала о Суздале, я правильно мыслю? Если не возражаете, займусь поиском вариантов, или у вас есть что-то на примете?

– Вероника, моя тетя на днях отправляется в Суздаль готовить к открытию гостевой дом, прекрасно, не правда ли? Но молодоженов я ей не отдам, она прекрасно говорит на английском, а тема ее бесед в последние годы – это дорога обретения себя после освобождения от уз очередного брака, и говорить о том, как жизнь ее неуклонно меняется в лучшую сторону она готова часами, с кучей иллюстраций и примеров. А что, если наши впечатлительные иностранцы подадут на развод, чтобы не пропустить в жизни самое интересное? И это ляжет на нас? Мы же не хотим заниматься бракоразводными процессами в канун Нового Года? Вероника, Суздаль – хорошая идея, но поселить нам их придется в более безопасном месте, чем дом моей тетушки. У меня есть человек в городе Владимире, который организует им и проживание, и русскую феерию, я ему позвоню.

– Елена, у нас сегодня пара мероприятий, на которых вы обещали быть.

– Сходите вместо меня, лично у меня намечается праздничный обед с мамой, и мне срочно нужен жених на 31 декабря. Мама хочет испить моего счастья до боя курантов. Жених – это не уикенд в Суздале, его придется основательно поискать. Моя мама известная театралка, это сама она в жизни играет, но других легко ловит на неестественности. Мне нужен не просто исполнитель, мне нужен виртуоз, способный переиграть мою мать, таких почти нет в природе, но это и сужает мой поиск, я обязательно его найду, знать бы только где.

К процессу тренировок Елена тоже подошла профессионально, решив заниматься с личным тренером, которого раньше избегала, чтобы он не заманил ее в фитнес навсегда. Сегодня же она сама напросилась на тренировку.

– Елена, чтобы мне правильно составить вам программу тренировок, скажите, какие цели вы преследуете по улучшению скульптуры своего тела?

– Мне нужно сбросить килограмм пять и подтянуть все, что нужно, для облегающего наряда.

– Прекрасно, я учту это, когда буду расписывать нашу тренировочную программу на месяц, думаю, у нас получится.

– У меня всего неделя!

– За неделю это вряд ли возможно, и даже если вы присоедините правильное питание, ЗОЖ варианты вам в этом не помогут.

И тренер улыбнулся.

– Разве только строгую диету звезд перед гастролями, она и самая простая, впрочем, —перестать есть совсем. Спорт и смузи по очереди – похудеть помогает, ощущению счастья не способствует. А можно спросить, для кого вы так стараетесь, выглядите-то вы хорошо. Вы влюблены, и ваш мужчина накупил вам одежды на размер меньше? Вы хотите блистать и очаровать его на Новый Год?

– Я хочу очаровать свою маму, она точно знает, когда я влюблена, я теряю в весе на размер, я подозреваю, она и платье мне купила в подарок, вот там правда и вскроется.

– Вы делаете это для матери? Зачем?

– Я укрепляю ее иммунитет, остальное – долгая история.

Вы никогда не замечали, что как только вы начинаете обсуждать с кем-то полезную диету, на вас нападает дикий голод? Но Елена решила так быстро не сдаваться, по крайней мере не в первый день. Она нашла ближайший ресторан, и сделала свой первый оздоровительный заказ.

– Мне детокс-смузи, наименее калорийный, пожалуйста!

– Они все малокалорийные, если у вас нет особых предпочтений, могу я вам предложить смузи «Ананас – куркума»?

– Да, мне подходит!

– А что вы будете есть?

– Его и буду есть!

Следующие два дня Елена провела, как и предсказывал тренер, по графику: смузи – работа – спорт. Елена распробовала все существующие ягодные и овощные напитки на вкус, от спорта в ней не болела только одна единственная часть тела, и это был мозг, который был постоянно загружен работой. В канун Нового Года заказы сыпались ежечасно, и некоторые поражали даже воображение Елены, последний, например: найти Дедов Морозов для бала иностранцев из латиноамериканских стран. Пошить им национальные костюмы в ателье Елена еще успевала, но научить их говорить поздравления и тосты на испанском не получалось ни у одного профессионального репетитора – Дед Морозы стойко держались, сохраняя собственную аутентичность. Елена пробовала варианты – сделать Дед Морозами студентов иняза, которые даже пели на испанском, но они начисто были лишены дедморозовской харизмы. Осталось найти волшебника, который скрестил бы их таланты, заодно бы и материализовал ей жениха, на которого у Елены катастрофически не было времени. На фоне бесконечных смузи предстоящий обед с праздничной индейкой приобретал вполне осязаемую привлекательность.

На третий день ей позвонила тетя Агата.

– Я нашла тебе в Суздале жениха, признайся, что у тебя самой ничего не получилось, вы, молодежь, совсем не разбираетесь в людях, вам подходящих. Единственный его минус – он начисто лишен лицедейства, и тебе придется влюбить его в себя по-настоящему. Это сын моей подруги, он нечасто бывает в Москве, все разъезжает где-то, считай тебе повезло.

– Тетя Агата, я не могу принять такой подарок, жених мне нужен исключительно на обед, чтобы у мамы сбылось хоть одно новогоднее желание. Давайте пощадим детей, родственников и друзей, я найду кандидата со стороны!

– Я так и знала, что ты вначале откажешься, но старые сказочные феи не сдаются. Надумаешь, звони, и он будет твой.

Не сдаются не только пожилые феи, но и феи среднего возраста, они же молодежь для тети Агаты. Елена обладала здравым взглядом на собственную жизнь, идя же на поводу родственных чувств порой совершала такое, что потом сама диву давалась. И сейчас она думала, что останови она историю с женихом в самом начале, она была бы в состоянии удерживать крепость своего благоразумия. А что сейчас? Мать готовит индейку, сама Елена худеет и скоро будет выглядеть бледно, девственно и непорочно в любой одежде, а не только в новогоднем платье, а тетя Агата уже готовит им гостевую комнату в Суздале, и все это для жениха, которого нет. Интересно, почему так сложилось, что театралка в их семье мать, а в театре абсурда живет ее дочь?

Кстати, о театре и лицедействе. Мысли нанять актера для исполнения роли жениха приходили Елене в голову, но ее маменька знала лица всех актеров в столице, и известных, и подающих надежды, и только начинающих. И тут она вспомнила про школы актерского мастерства для любителей, многие из них даже совсем неплохо играют, они раскованы и даже авантюрны. Елена быстро нашла нужный контакт, и ей прислали портфолио нескольких мужчин, которые иногда бывали задействованы на съемках в массовке, и, по словам директора агентства, подходили для Елениной авантюры идеально.

«Как должно быть трудно выбирать жениха по аватарке, – думала Елена, – рассматривая портреты совершенно незнакомых ей мужчин. Что говорит о человеке тот факт, что у него есть волосы, глаза и нос, причем когда глаза, или зеркала души, занавешены темными очками?» Совершенно невозможно в этом случае оценить его потенциал, и Елена отложила первого кандидата.

Следующий – по виду юрист или менеджер второго звена, пожалуй, даже третьего. Так и есть, судя по анкете работает в скучной конторе, а лицедейством занимается, чтобы выпустить на белый свет разностороннюю натуру, которую весь день держит взаперти зажатый на его шее офисный воротник. И как она объяснит маме, знающей все буйство красок ее характера, свой экстравагантный выбор в качестве жениха тихого бухгалтера?

И только с третьим Елена решила встретиться лично в тот же день в кафе. Павел примчался быстро и был просто обворожителен. Елена, не стесняясь рассматривала его и должна была признаться, что в жизни Павел выглядел еще лучше, чем на фото. «Ему бы больше подошла роль сердцееда или героя-любовника, – заметила себе Елена, – а не жениха, но сроки поджимают, и выбор у меня невелик».

– Елена, вы настолько прекрасны, что если бы не роль, я бы предложил вам руку и сердце на полном серьезе. Вас интересует замужество как форма жизни?

– Пару раз в жизни интересовала, но я здесь не по брачному объявлению. Меня сейчас больше интересует счастье мамы, и если мы с вами сойдемся во взгляде на сценарий, то подарим ей небольшое новогоднее шоу. Вам не кажется, Павел, странным, что новогодние утренники из детства не заканчиваются, некоторые люди не взрослеют, и раз в год им нужна история под елку?

И они договорились, требовалась лишь одна репетиция, чтобы выглядеть органично на праздничном обеде. На репетицию Павел предложил прийти основательно подготовленными и по почте прислал ей целый роман о себе, с отсылками в детство и период становления его уникальной личности. Елена не сразу осилила это сочинение в нескольких главах, и в ответ выслала ему свое одностраничное профессиональное резюме, чтобы он имел хотя бы приблизительное представление о том, кто его чудная невеста.

Наступил день пятый от письма Ангелины Витольдовны, день покупки платья и встречи-репетиции с актером-любителем Павлом. Елена с таким воодушевлением творила дела на работе, что даже сумела убедить латиноамериканцев, что один Дед Мороз, владеющий пятью языками, лучше, чем пять, говорящих только по-русски. Ивент-агенство с радостью предоставило Елене Деда Мороза Полиглота, она даже сумела расплатиться с ними пошитыми костюмами, и таким образом пристроить лишний дедморозовский гардероб, время было горячее, и новогодние облачения востребованы.

В обед Елена поехала по магазинам в поисках платья, смузи сделали свое дело, вид Елена приобрела почти бестелесный, и потому подходящий для всех фасонов, кроме облегающего, облегать было почти нечего. Она перемерила кучу образов, все были по- своему красивы, но так ничего и не купила, не было того самого платья, которое, примерив, не захочется снимать. Правда, было одно на вешалке, в которое она почти влюбилась, и оно бы идеально сидело на ней, не придумай она голодать, размера же меньше не было, и его заказали ей на завтра.

Глядя на себя в зеркалах примерочных, Елена поняла, что поторопилась с радикальными мерами. «Все же плоть придает живые краски образу человека», – подумала Елена, решив в интересах красоты первый раз за неделю пообедать, но съесть ничего не смогла, отвыкнув от самого процесса. Она бегала глазами по меню, фото блюд выглядели восхитительно, но не вызывали в Елене никаких чувств. Заказала она только кофе, когда зазвонил телефон.

– Елена, не могли бы мы встретиться пораньше? Я прямо сгораю от желания увидеть свою невесту!

– Павел, вы уже вошли в роль? Или вы из нее не выходили? Хорошо, приезжайте, хоть кто-то из нас сегодня пообедает, я на это посмотрю и, может, тоже проголодаюсь.

Павел прилетел на крыльях любви, весь сиял и выглядел так натурально, что Елена порадовалась за свой выбор кандидата.

– Скажите, Елена, а что из конфет предпочитает ваша маменька? И какое ей нравится вино?

– Павел, вино и конфеты не входят в ваш прейскурант, или вы решили блеснуть за мой счет?

– Ну что вы, Елена, гуляю на весь полученный от вас гонорар! А какие цветы любит моя невеста? Это я, чтобы не попасть впросак, дарить же их вам я буду в присутствии вашей матери.

В ходе беседы Павел собирал по крупицам информацию о ней, так бы делал человек, который и правда намеревался жениться. Елена спинным мозгом чувствовала подвох, но не могла его определить, так все было красиво.

Они галантно расстались, Павел поцеловал ей руку, пообещал завтра заехать за ней заранее на такси, за смузи и кофе Елены он тоже настойчиво заплатил сам. И что ее собственно смутило? Если не ради денег, которые он тратит в процессе жениховства, то ради чего он в этом участвует? С повиснувшим в голове знаком вопроса Елена вернулась на работу, где пробыла до позднего вечера.

А ночью ей приснился Павел, и сон этот был настолько настоящим, что когда она проснулась, то могла в деталях пересказать его. Она увидела их предстоящий обед, увивающегося за ней Павла, делающего авансы и ее маменьке. Сон был красочный и образ Павла нарисовался в нем широко и размашисто, это был ясно узнаваемый портрет Хлестакова. Елена смотрела во сне на картину его ухаживаний, а фоном в ее голове шли субтитры, строчка автора «Ревизора» для господ актеров: «Чем более исполняющий эту роль покажет чистосердечия и простоты, тем более он выиграет. Одет по моде…».

Наутро вся картина сложилась, и она удивилась, как это она не увидела этого раньше. Видимо, ситуации нужно было развернуться, чтобы отчетливо проявились подробности. Елене был более знаком феномен «женщины в поиске», а здесь активно жениться хотел Павел. Правильнее было бы сказать, что он хотел «замуж» за достойную женщину и ее обеспеченную жизнь, которая позволила бы ему служить Мельпомене, а не выполнять навязанный обществом стереотип, называемый мужской программой по добыванию денег. Нет, Елена не ошибалась в диагнозе, об этом на множестве страниц просто кричал присланный Павлом автобиографический шедевр. Жаль, что она не прочитала его типаж между строк сразу. Видно, что была увлечена поиском жениха больше, чем самим женихом, плюс влияющее на мозг голодание, конечно, вот он и пропихнул свою кандидатуру на скорую руку.

В другое время Елена не преминула бы насладиться развитием этой остросюжетной истории и переписать «Ревизора», если бы они играли в жениха и невесту дуэтом, но при матери она не могла рисковать. А вдруг сценарий закрутится лихо, и обольстительный Павел произведет впечатление на ее мать? И если от него она может отделаться изящно и быстро, то его тандем с маменькой будет почти несокрушим.

Елена написала Павлу короткое сообщение: «Павел, к большому сожалению, отменился наш праздничный обед. Вы полностью заслужили свой гонорар, оставьте его себе. Ваша несостоявшаяся невеста».

На работе Елену ждали три голосовых сообщения, первое было от ее секретаря Вероники.

«Елена, я купила билет на поезд и срочно уезжаю в Варшаву с другом, так сложились обстоятельства, или сегодня поездом или никогда. Никакая сила не заставит меня 31 декабря лететь туда самолетом, а вдруг у летчиков тоже новогодний корпоратив в воздухе? Я подготовила все наши заказы. Если будут происходить сбои, не переживайте, в это праздничное время люди непредсказуемы, полагаться на них невозможно, даже если они скрепили договор с вами семью печатями. Обычно в этой суматохе все складывается наилучшим образом, чудеса случаются, когда от людей уже ничего не зависит. Мой новогодний подарок у вас под елкой в офисе. Прекрасного вам праздника!»

Елена вздрогнула от предвкушения неожиданностей, которые ей придется разруливать, и в чем Вероника была точно права – ни на кого нельзя положиться, ее секретарь сама и сбежала первой. Елена нажала на второе сообщение, это была мама.

«Леночка, ты меня удивила, да что там, просто сразила наповал, где ты скрывала замечательного Павла? Если ты влюбилась в него за неделю, этот молодой человек уже поражает мое воображение. Я перечитываю твое сообщение со вчерашнего вечера, и вся в предвкушении знакомства. Даже не представляешь, как ты меня осчастливила. Жду вас завтра!»

У Елены похолодело внутри: как же она забыла, что вчера после встречи с Павлом за обедом, послала матери этот месседж? А самого Павла она послала гораздо позже. И если в начале недели присутствие жениха на семейном обеде было для нее проблемой, теперь же проблемой станет его отсутствие. «Что ж за день-то такой сегодня?» – спросила она себя. «Предпраздничный!» – ответил в ее голове голос Вероники.

Третье сообщение было от Деда Мороза, и Елене пришлось прослушать его несколько раз, чтобы разобрать слова.

– Елена, драгая… ценная моя Снигур… чка, не поедем с тобой на бал, ни магу просто!

Пьяный бред Деда Мороза стал последней каплей в коктейле напряжения последней недели, Елена села под елку в своем офисе, где стала пить кофе вперемешку со слезами. В порыве отчаяния она набрала номер тети Агаты, но не смогла ничего сказать, а лишь расплакалась еще больше.

Раздался стук в дверь, и в офис вошел мужчина. Сначала Елена сквозь слезы разглядела элегантное черное пальто, потом уже одетого в него человека, симпатичного. Пока он недоуменно смотрел на нее, сидящую на полу под свисающими елочными гирляндами, она спросила:

– Вы новый Дед Мороз?

– Елена, мне позвонила ваша тетя, Агата Витольдовна, была очень взволнована, и сказала, что вам нужна помощь.

Было еще что-то, чего он не сказал Елене, что тетя Агата говорила про Новый Год, и что если мужчина дожил до его возраста, а подвига еще не совершил, он вполне может стать Дед Морозом для ее племянницы и сотворить все, что она попросит, как новогоднее чудо. И это ему зачтется как подвиг у тех, кто ведает сверху настоящими чудесами.

– Я немного знаком с Агатой Витольдовной с детства, я почти вырос с ощущением, что с женщинами из вашей семьи не спорят, поэтому, не уточняя подробностей, сразу приехал.

А если честно, то не смог устоять перед силой ее обаяния.

По-прежнему сидя под елкой, Елена слушала и смотрела на него, не мигая, тихие незаметные слезы лились по ее лицу.

– Елена, я могу вам чем-то помочь?

– Да, я хочу есть уже неделю, но не могу, разучилась. И еще мне срочно нужен Дед Мороз. Наш полиглот от спиртного потерял дар речи, и теперь латиноамериканцы останутся без Нового Года. Вы случайно не говорите на пяти языках?

Антон не успел представиться в самом начале, а сейчас стоял и думал, почему он, взрослый мужчина, не отказал тете Агате, и сейчас он здесь с этой непонятной женщиной? Он отчаянно хотел нарядить елку, первый раз за много лет он оказался под Новый Год дома, и тут же влип в странную историю.

Он вытащил Елену из-под елки и повез обедать, надеясь вытащить ее и из оцепенения, вызванного то ли голодом, то ли переработкой последних дней. И раз уж он был благословлен тетей Агатой творить в этот день чудеса, почему бы не попробовать вернуть человека к жизни, к тому же вполне симпатичного человека, если утереть ей слезы.

Теперь они сидели под елкой вместе, на втором этаже кафе «Пушкин», именно такая елка стояла в доме Клары в сказке «Щелкунчик», невероятно красивая, украшенная позолоченными игрушками и высокая до потолка. Огромные глобусы, старинные книги на полках, говорящие через слово «сударыня» официанты… Елена стала оттаивать из состояния Снегурочки, из этой ретроспективы сложности ее сегодняшнего дня стали падать в цене. В голову приходили странные слова – цирюльник, целковый, извозчик, и так замедлилось время.

Елена, наконец, осознанно посмотрела на человека, который ее сюда привез. Он обращался с ней так бережно, как будто она была столь же хрупкой, как одна из игрушек, висящих на елке. Она не заметила даже, как он заказал им обед, и теперь рассказывал ей какие-то удивительные истории про то, как создавался балет Щелкунчик, про Гофмана, автора этой волшебной сказки, наигрывал ей голосом фрагменты музыки Чайковского и одновременно дирижировал руками, как будто танцевал эти балетные этюды.

Елена завороженно ела гречку с томленой индейкой, наслаждаясь каждым кусочком. Они пили шампанское, и венчали этот пир эклеры из хрустящего, таящего во рту теста и сливочных начинок. К концу обеда Елена если и не обрела экзистенциальный смысл своего существования, то к ней вернулось осознание своей роли в новогодней судьбе человечества, и она вспомнила про бал латиноамериканцев.

– Антон, вы невероятно талантливы, вы рассказали мне сюжет прекрасного балета языком музыки. Будьте моим Дедом Морозом! Не откажите мне в небольшом новогоднем чуде, нас уже ждут, костюм доставлен на банкетную площадку, и нам надо спешить!

Как случилось, что Антон согласился? Наверное, такова была застывшая мольба в ее глазах, что они побежали творить чудо. Они часто вспоминали потом, что происходило на банкете. Дед Мороз Антон покорил русских и иностранцев, он играл им на флейте музыку метелей, его скрипка пела об истории любви, случившейся в новогоднюю ночь, он пригласил всех танцевать под звуки саксофона, и не было ни одного человека в зале, кто бы мог не прочесть язык его музыки. Он сопровождал игру на инструментах историями о волшебстве их создания, он подарил залу именно ту музыку, которую жаждали сердца в канун Нового Года. В музыку верят, она уносит человека в бессмертие, в путешествие к неземной Любви.

31 декабря, Елена – маме:

«Мама, он совершенно непрактичен, он музыкант, человек-оркестр, играющий на пяти инструментах. Его жизнь – гастроли, ему аплодируют лучшие залы мира, для него сцена – место, где он дышит. Он играет виртуозно!

Мы уезжаем на гастроли в Нью-Йорк в январе, приезжай к нам, и он проведет тебя в ложу Метрополитен-опера.

Он моложе меня на 10 лет, и ничего с этим он поделать не может, ну не бросить же его из-за этого?

Догадался ли он о моем возрасте и количестве предыдущих браков?

Думаю, да, по печати интеллекта на моем челе, грациозности мысли и легкости принятия мира, как он есть. И уверенности, что с нами вместе в этом мире все может быть только лучше!

О нашем новогоднем застолье!

Мы едем в Карелию!

Подальше от цивилизованных стереотипов о нас, и от своих собственных о том, кто мы есть. Мы изменились за один день!

Мы хотим посмотреть друг на друга широко открытыми глазами! Посмотреть, чтобы увидеть!

Мы будем жить посреди природы!

Потрясающей красоты!

Где будет он, я, и все, что создал для нас Бог!

P.S. Он будет играть мне на скрипке!

P.S.S. Арфа в багажник не помещается!

P.S.S.S. Когда я вернулась домой в эту волшебную ночь, меня ждал сюрприз под елкой!

Мама, спасибо за новогоднее платье, как ты угадала, что именно в таком я хочу начать свою новую жизнь. Я люблю тебя безмерно! И восхищаюсь твоей способностью изменять мою жизнь, чтобы то, что было хорошо, стало еще лучше!»

31 декабря, Ангелина- Агате

«Агаточка, ты не поверишь, у Елены случился жених, даже больше, у нее случилась любовь! Моя дочь опять удивила меня, я ведь не верила, что она успеет найти избранника за неделю, даже подготовила ей жениха. Виталий просто великолепно подходил на эту роль, конечно, намного постарше ее, но наконец-то в ее жизни появился бы степенный, заботящийся о ней мужчина. Но случилось непредвиденное, пока я готовила Виталия на роль жениха моей дочери, я влюбилась в него сама, а он в меня. Из этой пикантной ситуации меня спасла сама Елена, и так вовремя случившийся у нее музыкант.

P.S. Я обожаю Елену за сумасбродство, за которое ее потом ругаю. Именно в такие моменты я твердо уверена, что она моя дочь!

P.S.S Агата, мы с Виталием едем к тебе в Суздаль на новогодние каникулы, готовь нам гостевую комнату».

31 декабря, Агата – Ангелине

«Дорогая моя сестра,

я очень рада, что традиции нашего рода не прерываются на мне. Новый год у нас всегда было принято встречать как семейный праздник, и мне совершенно понятно было твое желание устроить судьбу Леночки.

P.S. Ваша комната уже готова, я чувствовала, что ты приедешь не одна»!

По следам любви

Можно ли красиво описать это время года, когда ветер срывает с деревьев запоздало раскрасневшуюся листву, смешивает ее с ковром листвы опавшей, желтой, и кружит по земле, отсчитывая последние дни осени? Стоял теплый по русским меркам октябрь, когда дождь чередовался с солнцем, но становилось все холоднее – от такой погоды хочется бежать либо в зиму, либо в лето.

Прошел месяц, как Анастасия опробовала все известные ей способы найти очередную работу, и это было в первый раз, когда не получалось найти ничего. И вдруг ей пришло по почте загадочное письмо. Заказчик, не пожелавший встретиться с ней лично, сделал ей интересное предложение по ее специальности, но не совсем в обычном формате. Суть работы – писать, но не статьи, а ежедневные отчеты как дневник наблюдений, путешествуя по Турции по указанному маршруту Стамбул – Анталья – Бодрум, и отправлять написанное лично заказчику, опубликованы эти тексты не будут.

Анастасию, амбициозную и жаждущую известности, по крайней мере в своей профессиональной среде, не очень заинтересовал такой непубличный формат, но в календаре маячил ноябрь, а в Турции еще лето, лучшее время для путешествия. Она посмотрела на карту, нашла в интернете фото отелей, которые ей предложил заказчик, и уже почти с восторгом согласилась, но тут вспомнила странное примечание из письма, что маршрут для нее построен заказчиком, не зависит от ее личных предпочтений и изменению не подлежит. «Даже если это авантюра, – подумала Анастасия, – то вполне стоящая», и ответила на письмо согласием. Не последним аргументом «за» была и представляющаяся возможность сразу оплатить аренду московской квартиры на полгода вперед с аванса, заказчик таким образом упредил ее возможные вопросы о гарантиях оплаты.

На следующее утро ей по почте пришел контракт с тщательно прописанными условиями, из которых не было ни одного, к чему можно было бы придраться. Билеты будут куплены, отели и рестораны оплачены, машина с водителем предоставлена, даже сумма на ежедневные расходы предусмотрена, небольшая, пятьдесят долларов, но приятная, и по возвращении Анастасия получит вторую половину оговоренной суммы гонорара. От нее требовалось одно – писать каждый день, в произвольном стиле, но предмет изысканий все же был очерчен – смотреть на все, что откроется ее взгляду глазами любви.

Стамбул день 1

Калабалык

Анастасия летела в Стамбул самолетом Турецких Авиалиний и поражалась предупредительности персонала, уровню сервиса и комфорта, и казалось ей, что она вступила на борт другой реальности. Новый аэропорт Стамбула тоже впечатлял, прежде всего своими размерами: ей показалось, что это город в городе, расстояния в нем были такие, что впору пускать маршрутки, чтобы люди могли успеть на пересадку. Она смотрела на транзитных пассажиров, которые собирались провести в этом оазисе между небом и землей какое-то время и думала, что неплохо было бы так колесить по миру, где каждый аэропорт как окно в неведомый мир. И хотя глобализация насадила повсюду одинаковые кресла и стойки регистрации, магазины предлагали схожий ассортимент духов и напитков, в какой точке земного шара вы бы ни находились, все же каждый аэропорт расскажет вам о том, в какую страну вы прилетели. И когда вместо красной икры и шоколада «Аленка» на выходе в город вас приветствует запах пряностей, турецкий кофе и рахат-лукум, вы в Стамбуле!

Желтые такси рекой стекались к прилетевшим пассажирам, Анастасия запрыгнула в ближайшее и назвала адрес, отель ее находился в районе Султан Ахмет. Дорога была продолжительной, и многоликость пейзажа поразила Анастасию: современные небоскребы сменялись зданиями из османской эпохи, между ними были целые пласты города, не отличающиеся определенной архитектурой. То же самое, впрочем, относилось и к людям: то белокожие, то темные, в традиционных шароварах или деловом костюме, с каждым поворотом улицы менялся характер ее обитателей. Спальные районы были иными, но все же ближе к виду других городов, чем больше они приближались к центру, тем более восточным становился город, сохраняя при этом свою многоплановость: османская архитектура переплеталась с византийской и была разбавлена поздними турецкими постройками. Первое впечатление от города было настолько лоскутным, что она не смогла бы описать увиденное в двух словах. «Надо рассмотреть его поближе!», – подумала Анастасия по прибытии в отель. Было еще не поздно, но начинало темнеть.

Бутиковый отель понравился ей с первого взгляда: небольшой, с интересным дизайном в османском стиле, но адаптированном к западному восприятию. При всем обилии деталей и восточных аксессуаров, в нем не было вычурности, мягкие цвета уравновешивали роскошь орнаментальности, а в османские кафтаны, оформленные как панно на стене, Анастасия влюбилась с первого взгляда, о чем и написала позже в своем первом отчете заказчику.

«Мне трудно написать сразу о том, что мне здесь нравится, слишком много впечатлений с момента прилета, они как птицы кружат в моей голове, и чтобы писать о них, мне нужно, чтобы они перестали галдеть и присели, хотя бы в виде мыслей. Сейчас я распакую вещи, выпью в лобби турецкий кофе и пойду знакомиться с городом пешком, возможно, так мне удастся рассмотреть его лицо. Правда, кое-что я уже увидела глазами любви! Я влюбилась в османский кафтан, скорее мужской, надо будет узнать, как он называется. Они здесь по всему отелю как украшения висят на стенах, в моем номере розовый, и от него не оторвать взгляда».

Анастасия спустилась вниз, заказала кофе и стала рассматривать карту города, и хотя разумней с дороги было бы пойти пешком по ближайшим достопримечательностям, она хотела взглянуть на город масштабно, и раз уж мысли-птицы кружились в ее голове, в самый раз было посмотреть на вечерний Стамбул с высоты птичьего полета. Принесли кофе, и это была целая церемония: рассмотреть маленькую чашечку в сине-золотом орнаменте, почувствовать сначала аромат кофе, потом сделать первый глоток, и он был так непохож на то, что она пила до сих пор под названием «турецкий кофе», и лукум тут слаще, нежнее, сахарнее. Звучала тихая ориентальная музыка, и Анастасия попала под обаяние турецкого гостеприимства. «Не засиживаемся, – мысленно вытащила она себя из расслабленного контекста, – нас ждет башня Галата в ночи!»

Расстояние было не близким, но Анастасия не хотела упускать случая прогуляться пешком. Оказавшись на улице, она влилась в людскую реку, унесшую и ее, но ориентироваться в незнакомом городе у Анастасии еще не получалось. Маршрут состоял из переулков и вьющихся зигзагами улиц, Анастасия заглядывалась на непривычный вид как людей, так и зданий. Ее увлекло многоголосье города, крики продавцов и уличных зазывал, громкие разговоры прохожих, гудки машин, и так она потерялась. Она пробовала спросить дорогу, ей бойко что-то говорили на турецком, она отвечала на английском, что не понимает, и просила повторить, на английский с ней не переходили, но повторяли то же самое на турецком, только еще громче. Анастасия остановила такси, и всю дорогу до Галата ей что-то рассказывал и показывал таксист, выразительно жестикулируя, что делало его монолог скорее более экспрессивным, чем понятным. А Анастасия поражалось тому, как вся эта театральность совмещается с вождением автомобиля, потому что машина весьма юрко двигалась вперед по запруженным автомобилями улочкам.

Так Анастасия поняла, что Стамбул – это про звуки!

«Когда я наконец добралась до башни Галата, то уже испытывала легкое головокружение. Во мне эхом отзывалось многоголосье города, и только поднявшись на самый верх башни, я почувствовала, как затихли голоса, мой внутренний эфир не допускал посторонние звуки, чтобы не перебить ощущение восторга от огромного города, расстелившего передо мной картину из миллиарда ночных огней. Постепенно мои глаза привыкли к ночной красоте, и я увидела, что Стамбул – это лоскутное одеяло. Когда идешь по нему пешком, он состоит из разных кусочков, как из мозаики, и только сверху видно, как необычен его рисунок. И если позвать на помощь художника, чтобы он изобразил этот город, то лучшим был бы Питер Брейгель с его кучей маленьких людей. Именно так я видела потоки людей и машин внизу – как ожившие полотна нидерландского живописца. Этот день подарил мне первое турецкое слово „калабалык“, которое я слышала и тут, и там. Уже в отеле я нашла в словаре, что оно означает „многолюдное место, скопление людей, толпа, гуща“, именно таким я увидела Стамбул в первый свой вечер».

Стамбул день 2

Крылья чаек

Анастасия проснулась рано под звуки эзана, молитва доносилась через установленные на минаретах динамики, и если днем она слышалась в строю других голосов, то ночью и под утро звучала всепроникающим соло.

Анастасия посмотрела на часы, было совсем рано, но уснуть больше она не смогла и вышла в предутренний город. Как хорошо все же был расположен отель! Пройдя метров триста она вышла на площадь к Софийскому Собору. Огромный Собор, свидетель расцвета Византии, был вписан в эту землю на многие века, его монументальность не могло поколебать ничто, ни превращение его в мечеть при правлении османов, ни в музей, как с ним случилось сейчас. «Подлинное величие непоколебимо», – подумалось Анастасии. Она обошла Собор с разных сторон, двигаясь по траектории восходящего солнца, лучи рассвета освещали то одну его сторону, то другую. Пристроенные к Собору башни минаретов как будто соединяли Собор со временем и пространством, в котором он живет сейчас. Было начало седьмого, площадь была пуста, и Собор существовал для нее одной.

Этим утром Анастасия гуляла по Стамбулу глазами, и сейчас она созерцала Голубую Мечеть и думала, сколько же веков стоят и смотрят друг на друга эти два огромных сооружения, пережившие вместе столько событий. Она посидела между ними у льющейся воды фонтанов в центре площади и решила вернуться сюда чуть позже, чтобы осмотреть все изнутри.

Возвращалась в отель она другой дорогой и в этот раз не потерялась, ее позвали чайки. Они кричали, созывая друг друга на крышу высокого здания; Анастасии с земли было видно кусочек увитой зеленью террасы ресторана, и оттуда доносился запах кофе и свежеиспеченного хлеба, которым и лакомились птицы из рук людей. Анастасия пошла за чайками и оказалась на завтраке в незнакомом отеле. Какой же отсюда открывался вид! Она опять увидела Собор Святой Софии и расстилающуюся гладь моря, которое заливало своей водой просветы между домами. С террасы отеля открылся ей утренний Стамбул, немного ленивый, просыпающийся не сразу, еще тихий, так что даже слышно хлопанье крыльев чайки. Как и этим прекрасным птицам, больше всего Анастасии понравился турецкий симит, круглый бублик посыпанный кунжутом, с необыкновенным вкусом стамбульского утра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.